Book: Проклятие Джека-фонаря



Проклятие Джека-фонаря

Коллин Хоук

Проклятие Джека-фонаря

Colleen Houck

THE LANTERN’S EMBER

© 2018 by Colleen Houck

This edition is published by arrangement

with Trident Media Group, LLC and The Van Lear Agency LLC

Jacket art copyright © 2018 by Billelis


Серия «Young Adult. Коллекция фэнтези. Магия темного мира»


© Артемова М. В., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

* * *


Проклятие Джека-фонаря

Для Дениэла и Митчела, которые все еще любят мультики про Скуби-Ду, даже несмотря на то что боятся монстров и после каждой серии им снятся кошмары.


Проклятие Джека-фонаря

По осени я засеваю

Холмы оранжевыми фонарями.

Я зажигаю пустоши

И золотом, и охрой, и багрянцем.

Я тыквой называюсь.

А на исходе октября,

Когда садится солнце,

Вокруг меня детишки

Водят хороводы

И песенки о призраках поют,

И восславляют полную луну;

Я – тыквенная голова

Со страшными зубами.

Но дети знают,

Я – всего лишь шут.

– Карл Сэндберг,«Осенний напев»

Глава 1

Перекресток

Проклятие Джека-фонаря

Джек сидел на самом верху крытого моста, положив руку на тыкву с вырезанным на ней жутким лицом. Конечно, никто бы не выбрал тыкву в качестве сосуда для хранения уголька, дарующего бессмертие, – но вариантов Джеку никто и не предоставил.

До него и раньше доходили слухи о глупцах, заключивших сделку с дьяволом. Еще будучи ребенком, Джек с ужасом внимал этим историям, натягивая одеяло до самого подбородка и представляя себе пугающих призраков, рогатых демонов, когтистых упырей. Казалось, те выползали из тени, готовые в любую минуту подкрасться к доверчивым детям и завлечь их в свои сети соблазнительными речами. Но на деле все это было очень далеко от правды. Джек и представить себе не мог, будто «нечисть» свободно разгуливает по миру под личиной обычного человека, наряжается в пиратские одежды и прячет украденные души в урожайные овощи.

Демона, с которым он заключил договор пятьсот лет назад, звали Рун. Джек уже не мог вспомнить названия города, который пытался спасти, как не мог вспомнить и себя – простого смертного мальчика. Все жители того городка были давно мертвы. Все, кроме Джека. Ему повезло куда меньше. На Джека свалили невыносимо однообразную работу, которую до этого выполнял Рун. И впереди юношу ждали еще пятьсот скучных лет.

Не то чтобы работа была очень сложной. Обычно все проходило спокойно, но иногда что-то шло не по плану. Приходилось, к примеру, выселять целое поголовье гремлинов из пещеры, чтобы выгнать не пойми откуда взявшихся там оборотней. Или же заниматься уничтожением гнезда вампиров-полукровок на древнем кладбище. И все это Джек устраивал в одиночку.

Надо признать: разодетый в пух и прах пират Рун иногда приходил Джеку на выручку. Демон помогал предотвращать грядущие катастрофы. Довольно быстро Джек понял, что такое общество ему не по душе – а все из-за отношения Руна к смертным. Слишком многие погибли или лишились рассудка в результате его «помощи».

В конце концов, Джек получил свое нынешнее задание в маленьком городке Халлоуэлл на территории Новой Англии. Городок примыкал к самому сонному и скучному перекрестку во всем Ином мире. Наверняка Рун рассчитывал, что Джеку здесь не понравится: однако город выглядел очень милым, хоть и маленьким. Тут повсюду росли раскидистые дубы и клены, всегда готовые предложить ему свою тень в жаркий день. Осенью же их листья окрашивались в невероятно красивые цвета. Это было идеальное место для тихой, спокойной жизни.

Здесь было одиноко, но Джек привык к одиночеству.

Он уже собирался призвать своего коня, проехаться по лесу и посмотреть на неспешный листопад желтых, красных и оранжевых листьев. Но тут услышал громкий звук.

– Обязательно было забираться так высоко? – проворчал Рун, появившись на мосту и подняв голову вверх. Дым клубился у ног этого высокого, крепкого мужчины, следуя за начищенными до блеска сапогами и обвиваясь вокруг лодыжек длинными пальцами. Шагнув вперед, Рун стянул черные кожаные перчатки. Он пригладил свою короткую бороду, выбритую витиеватыми линиями и завитками.

– Какой-нибудь смертный мог проходить мимо и заметить тебя. Кроме того, я не собираюсь сворачивать себе шею ради разговора с тобой.

Джек пожал плечами:

– Предпочитаю держать свою тыкву подальше от земли, чтобы кто-нибудь на нее ненароком не наступил. К тому же я бы услышал любое приближение еще издалека.

Тыква Джека не портилась и не разлагалась с годами. Однако ее можно было сломать – это делало его душу уязвимой.

– Да. – Рун потеребил пальцами сережку в виде светлячка – куда более удачный выбор сосуда для того, чтобы спрятать туда свой уголек, не то что какой-то круглый оранжевый овощ. Он улыбнулся Джеку. Его взлохмаченные волосы, выбившиеся из небрежно заплетенной косы, доставали до плеч: они были темными, кроме одной белой пряди, спадавшей на глаза.

– Что ж, в таком случае забраться повыше – это действительно мудрое решение.

– Что тебе нужно, Рун? – спросил Джек.

– Да так, слухи ходят.

– О чем?

– О твоем городишке. Повеял ведьмовской ветер. И, судя по всему, с твоего перекрестка.

– С моего перекрестка? – Вместе со своей тыквой Джек спрыгнул вниз. Оказавшись рядом с загорелым и одетым в полурасстегнутую шелковую рубашку Руном, юноша сразу же почувствовал себя слишком худым и бледным. – Ты уверен?

Обычно фонари заранее узнавали о ведьмовском ветре. В основном через перекрестки проходили самые обычные ветра. Однако время от времени появлялся особый ветер, дуновение которого означало лишь одно: какая-то ведьма или колдун стали достаточно сильны. Любой, кто обладал таким могуществом, был способен не только ступить в Иной мир, но и уничтожить его. Такую опасность необходимо было предотвратить. Для этого ведьму или колдуна следовало найти и схватить. Только одной ведьме открывался путь в Иной мир. Ей полностью доверяли и даже позволяли сидеть на троне. Это была верховная ведьма – жена Владыки Иного мира и источник всей магической энергии в этом измерении.

– Ветер шепчет, – настаивал Рун. – Он предупреждает о могущественной ведьме. Она гораздо искуснее тех, с кем мы сталкивались раньше.

Свет внутри Руна разгорался все ярче. Его сережка замигала, а темная кожа вдруг стала такой светлой, что сквозь нее начал просвечивать скелет.

Джек вздохнул.

– Ты ошибаешься, – сказал он. – Я проверил каждого жителя этого города. Ни в одном из них нет ни капли колдовской крови.

Джек почувствовал облегчение: хотя бы в этот раз не пришлось врать своему начальнику. Халлоуэлл населяли довольные своей жизнью, счастливые смертные.

– Не то чтобы я сомневался в твоих способностях, Джек. – Рун многозначительно посмотрел на парня. От этого взгляда юноша невольно поежился. – Но я должен сам во всем убедиться. Думаю, ты меня понимаешь.

Смирившись, Джек махнул рукой. В то же мгновение светлячок Руна взвился в воздух. Он летал над городом, мелькая тут и там. Иногда насекомое зависало на одном месте – будто старалось повнимательнее вглядеться в ночную темноту. Глаза светлячка загорелись серебряным светом и затем погасли.

– Я же тебе говорил, – сказал Джек. – Может быть, она ошиблась с местом? Передай верховной ведьме, чтобы она проверила еще раз.

– Если подул ведьмовской ветер, можешь быть уверен: здесь появилась либо ведьма, либо колдун. Послушай, я ведь всего-навсего прошу тебя быть внимательнее. Будь настороже. И если что-то узнаешь – сразу сообщи мне. – Он похлопал Джека по плечу. – Не волнуйся, парень. Если не справишься с работой, я тебя прикрою.

Джек нахмурил брови и слегка ощетинился.

– Хорошо. Я дам тебе знать, если обнаружу ведьму, – сказал он.

– Ты уж постарайся.

Рун ушел. Джек был слишком растерян, чтобы отправиться на свою утреннюю прогулку по лесу. Он сидел и думал: ведьмовской ветер появляется на его территории уж в третий раз. Фонари очень редко сталкивались с этим явлением. Но когда ведьм замечали в Роаноке и в Салеме, Джек находился там. В этом не было никакого смысла. Может, он просто невезучий?

Он думал об этом весь день, пока обходил границы городка, и весь вечер, когда устраивался на ночлег под самой крышей своего моста. Огонек внутри его тыквы моргнул. Джек повернул оранжевый овощ лицом к себе, чтобы обвести пальцем пустые глазницы. Много лет назад юноша вытащил из тыквы мякоть и вырезал улыбающееся лицо, создав для себя единственного друга. Этот товарищ составлял ему компанию в долгие дни и еще более долгие ночи. Джека успокаивал ровный свет его уголька, горевшего за этой улыбкой. Свет согревал юношу и дарил надежду. Словно где-то там, в будущем, его ждет свобода – даже если добираться до нее придется очень длинной и трудной дорогой.

Джек почти заснул, когда услышал на ведущей к городу дороге лязганье колес и стук копыт. Он призвал своего черного скакуна и спрыгнул с моста. Юноша приземлился прямо в седло возникшего из Иного мира чудовищного жеребца с горящими красными глазами. Джек пришпорил коня. Тот галопом помчался по дороге.

Остановившись на холме, юноша увидел: по дороге к городу едет блестящая новая карета, запряженная породистыми лошадьми. Джек предпочитал не показываться людям. Поэтому он приказал ветру завыть волком: протяжные звуки испугали бедного кучера: тот заработал хлыстом с удвоенной силой, вынуждая упряжку бежать еще быстрее.

Джек и его тыква наблюдали за движением кареты к городу. В тот момент, когда упряжка поравнялась с ними, луна осветила маленькое бледное лицо за окном кареты. Это была девочка с большими глазами и каштановыми кудряшками. Она прижала руки к стеклу и разинула рот, уставившись на Джека.

Глава 2

Роанок

Проклятие Джека-фонаря

Разумеется, это была маленькая ведьма. Верховная все же оказалась права.

Эмбер О’Дэйр была единственной ведьмой в городе. Так как обучать ее было некому, девочка совершала много ошибок. Однажды она превратила котят двоюродной тетушки в поросят и смогла вернуть прежний облик только двоим из них. Когда тетя спросила племянницу о своих питомцах, Эмбер принесла ей одних и тех же котят по два раза. Старая женщина так ничего и не узнала.

В другой раз Эмбер пыталась подстричь волосы с помощью магии, а вместо этого подпалила себе брови. Джек решил не докладывать о ведьме, а просто приглядывать за ней. Он обернулся листьями на ветке дерева и очень смеялся, наблюдая за тем, как от лица ведьмочки поднимается дымок, а сама она кричит и проклинает небеса.

Она быстро освоила простые заклинания: щелкнуть пальцами и в два счета закончить все дела по дому. Или пошевелить кончиком носа, чтобы початки кукурузы очистились сами собой. Или же послать воздушный поцелуй, чтобы вынудить мальчишек в школе переносить ее книги из класса в класс.

Джек часто следовал за девочкой, обернувшись ветром, густым туманом или солнечным зайчиком. Юноша осторожно наблюдал за каждым ее действием.

Даже когда Эмбер превратилась в очаровательную молодую девушку и довольно могущественную ведьму, Джек не докладывал о ней ни Руну, ни Владыке Иного мира. Он знал, чем это может кончиться.

Впервые ведьмовской ветер подул на территории Джека, когда он нес свой пост в Роаноке, в 1857 году. Юноша присматривал за маленькой колонией, расположившейся слишком близко к его перекрестку. Местную ведьму звали Элеанор Дэйр. Она была очень сильна – Джек прекрасно это понимал. Но, помимо всего прочего, Элеанор была хорошим человеком. Ведьма часто бродила по лесу в поисках растений и трав и все время напевала себе под нос. Он наблюдал за ней с подозрением. Но когда Элеанор все-таки его заметила, она лишь вежливо кивнула, поприветствовав Джека.

Иногда он подсказывал ей местонахождение нужного растения, а Элеанор в благодарность оставляла юноше маленькие подарки: свежую буханку хлеба или корзину с ягодами. Джеку не нужно было есть – и все же он получал удовольствие от самого процесса. К тому же он ценил ее внимание и доброту. Однажды Элеанор спросила об Ином мире, упомянув, что слышала об охоте на ведьм.

От этого вопроса Джеку стало не по себе.

– Охотятся только за опасными ведьмами, – ответил он.

Никто не говорил Джеку, что он не может подружиться с ведьмой, – по крайней мере, напрямую. Прошло целых три месяца, а до юноши так и не дошли важные вести: Владыка объявил охоту за ведьмой. У Элеанор родилась дочь – славная малютка с темными волосами и громким голосом. Джек втянулся в приятную рутину и время от времени продолжал наблюдать за Элеанор, пока та собирала травы.

В один прекрасный день, когда все шло своим чередом и ничего не предвещало беды, Джек услышал зов: подул ведьмовской ветер. Элеанор и ее ребенок пропали без вести. Неделю спустя стали происходить очень странные события.

В свете полной луны люди кричали и рвали на себе волосы, превращаясь в жутких существ, напоминающих волков. Другие упали замертво и были похоронены. Но ночью восстали из земли и начали преследовать своих живых соседей, чтобы выпить из них всю кровь. Некоторые обернулись маленькими странными чудищами: на их спинах появились кривые горбы, а морды покрылись бородавками. Они забирались на деревья и жили в полых бревнах. Все смертные превратились в созданий из Иного мира.

Джек понял, что происходит: два мира смешались между собой. Он знал, такое случается, лишь когда ведьма пересекает границу. Однако Джек был уверен – Элеанор не переходила в Иной мир через его перекресток, юноша бы это почувствовал. В конце концов, Джек позвал Руна. Но оказалось уже слишком поздно. Местные жители уже были съедены или превратились в монстров. Поселение требовалось уничтожить.

С некоторыми чудовищами удалось договориться. Они добровольно отправились в Иной мир. Других пришлось убить.

Перед тем как покинуть деревню, Джек заглянул в хижину Элеанор. Юноша надеялся найти ведьму или ее дочь, но они исчезли. Понурив голову Джек прошептал ветру необходимые слова: огонек в тыкве ярко вспыхнул. В ту же минуту мощный порыв воздуха стер с лица земли все остатки поселения.

Джек направлялся к Руну, когда почувствовал энергию ведьмовских чар. Он поднял свою тыкву и осветил место, где за заклинанием был спрятан скелет и иссохшее дерево с вырезанными на нем буквами. Это было странное слово, не имевшее значения ни на одном из известных Джеку языков: КРОАТОН.

Джек подумал: Руну стоит узнать о странном слове. Но когда оба фонаря прошли свозь барьер и оказались на перекрестке, он отвлекся в попытке подготовиться к своему будущему. Ему предстояло умереть. Чтобы закрыть брешь между мирами, уголек Джека должен погаснуть.

– Есть другой способ, – тихо сказал Рун.

– Другой способ? – удивился Джек. – Почему нам никогда о нем не говорили?

– Стоит сказать, обычно фонари сами виноваты в том, что недоглядели за своими перекрестками, и заслуживают смерти. Но в произошедшем здесь нет твоей вины. Ведьма перешла границу без твоего ведома.

Рун достал маленькую механическую сферу и раскрыл ее. Пират протянул устройство Джеку.

– Брось ее в брешь, – сказал Рун.

У Джека перехватило дыхание – заглянув внутрь механизма, он увидел маленький дымящийся уголек.

– Чей он? – в изумлении спросил Джек.

– Какая разница, – ответил Рун. – Просто порадуйся, что у меня оказался один лишний уголек. Твой свет сегодня не погаснет.

Рассудив, что лучше жить с вопросами, чем умереть с ответами, Джек бросил сферу в брешь. Раздался взрыв. Земля вздрогнула так сильно, что он еле удержался на ногах. Все вокруг озарила яркая вспышка света. Свет поглотил перекресток и исчез так же быстро, как и появился, оставив после себя только запах озона и серы. Сладкий аромат магии полностью исчез. Перекресток закрылся.

Когда Джек спросил Руна о механизме, тот объяснил, что его изобрел загадочный помощник Владыки Иного мира. На самом же деле в тот момент Джек мог думать только об одном: кому пришлось умереть ради его жизни?

Это был первый ведьмовской ветер на его памяти.

В следующий раз Джек увиделся со своим наставником, когда Рун призвал его в 1692 году. Демона-пирата послали на перекресток в городе Салем – в тот раз тоже подул ведьмовской ветер. Джек должен был помогать Руну, когда его наставник пытался «взять ситуацию под контроль».

К тому моменту, как Джек оказался там, многие жители уже были повешены по обвинению в колдовстве. Фонарь, который должен был следить за здешним перекрестком, исчез. Рун получал огромное удовольствие, разжигая безумие в благочестивых священниках и судьях. По прибытии Джека в город местным жителям уже повсюду мерещились демоны и ведьмы. Юноша спросил у Руна, кто из казненных горожан действительно являлся ведьмой или колдуном. Однако тот только пожал плечами, будто это не имело значения.

Как ни странно, тогда Джек не смог обнаружить присутствие хотя бы одной ведьмы и ставил под сомнение слова Руна. Демон, очевидно, не выкладывал подчиненному всей правды. Джек никак не мог забыть, насколько бессердечным оказался его наставник в обеих ситуациях, и поклялся, что больше никогда не обратится к демону за помощью без крайней нужды.

Теперь он был здесь, в Халлоулле, наблюдал, как Эмбер О’Дэйр становится сильнее день ото дня, и надеялся, что никто не раскроет его обман.



Глава 3

Сонная Лощина

Проклятие Джека-фонаря

Ко всему, что касалось Эмбер, Джек относился очень внимательно: на протяжении нескольких лет он оставался начеку и наблюдал за ее взрослением. Маленькая ведьма осталась сиротой и приехала в Халлоуэлл, потому что здесь жила ее двоюродная тетя – та и удочерила девочку. Старая женщина была настолько слепа и глуха, что с трудом могла отличить свою подопечную от черной кошки. Эта кошка шипела на Джека каждый раз, когда он подходил слишком близко.

Когда Эмбер обнаружила магический барьер – защиту перекрестка, – она даже не попыталась пройти сквозь. Вместо этого девочка обернулась, уперев руки в боки, и уставилась на обернувшегося деревом Джека, будто могла увидеть его сквозь пелену чар. Она оставалась на месте примерно час, но фонарь так и не выдал себя. Эмбер пришлось сдаться. В город ведьма возвращалась ни с чем.

Джек поставил табличку с предупреждением на булыжник около моста. Но Эмбер, кажется, даже не заметила знака. Хотя бы раз в месяц она приходила к мосту и смело бродила по окрестностям. Чародейка внимательно прислушивалась ко всем леденящим душу звукам, которые только мог придумать Джек в попытках отпугнуть девчонку. Сперва он испробовал все стандартные методы: призрачные завывания, скрип деревьев, отдаленный стук копыт, уханье совы и густой туман, обвивающий смертную своими холодными руками, – ничто не производило на Эмбер впечатления.

С каждым ее визитом Джеку приходилось изобретать новые уловки, стоны и шорохи. Через несколько лет дорога к мосту превратилась в кладбище с уродливыми каменными горгульями, иссохшими деревьями, каркающими воронами и такими огромными и прочными паучьими сетями, что в них могла запутаться целая лошадь.

Когда идеи иссякли, Джек решил использовать собственного черного скакуна с горящими глазами. Юноша называл его Мороком.

Огромный конь появился у перекрестка, выпуская пар из ноздрей и разрывая черную влажную землю тяжелыми копытами. Джек приказал Мороку погнаться за девочкой, но ни в коем случае не причинять ей вреда. Конь ударил копытом по мостовой и ускакал прочь, оставив за собой дымный след.

Джек был страшно доволен собой – ведь Эмбер не беспокоила его уже несколько часов. Хранитель границы наслаждался покоем, сидя на мосту, когда услышал девичий смех и довольное фырканье своего демонического скакуна. Потрясенный, Джек пошел на звуки и обнаружил: Морок покорно следует за семнадцатилетней девчонкой. Эмбер громко причмокивала губами и протягивала животному яблоко. Она была очаровательна, выглядела невинно и свежо, как бодрящее осеннее утро – с растрепанными ветром волосами и искусанными красными губами. Раскрыв рот от удивления, Джек наблюдал за конем. Животное пригнулось к земле, чтобы девушка могла забраться на его спину. Эмбер с легкостью запрыгнула на скакуна – под юбку она, со свойственной характеру практичностью, надевала бриджи – и слегка ударила по бокам животного высокими черными сапогами. Огромный конь осторожно поднялся на ноги и рысью поскакал в сторону луга.

Девушка наконец соскользнула с Морока и отправилась назад в город. Но прежде она остановилась у самого края темного леса, победоносно тряхнув волосами.

– Спасибо, что одолжил мне своего коня!

В ярости Джек ринулся обратно к мосту. Огонек в его тыкве шипел и трещал. Вскоре к юноше вернулся Морок с виновато опущенной головой.

– Это было самое жалкое зрелище из всех, что я когда-либо видел, – бранил его Джек. – Разве после такого ты заслуживаешь называться «вселяющим ужас жеребцом из Иного мира»? Тебе должно быть стыдно. Отправляйся домой и подумай над своим поведением.

Морок заржал и покачал головой, но послушался хозяина и направился к перекрестку.

– Ужина сегодня не получишь! Хватит с меня твоего свинского поведения! – закричал Джек ему вслед.

* * *

Эмбер снова наложила заклинание на шуршащие листья в надежде узнать у них имя своего соглядатая. Но единственным ответом, прозвучавшим в шепоте ветра, стали слова «Сонная Лощина». Девушка не могла понять значения этих слов, но все равно начала вырезать непонятную фразу на упавшем старом дереве. Когда наступил вечер, ей пришлось зажечь толстую свечу, чтобы закончить работу.

Она никогда не испытывала чувства страха во время прогулки в западных лесах. Ночью Эмбер могла уснуть прямо посреди поляны, завернувшись в собственный плащ. Она знала: местные жители были порядочными людьми. Девушка не боялась, что кто-то застанет ее врасплох. Еще в детстве Эмбер научилась читать мысли и знала, что горожанам нечего скрывать. Иногда мужья выпивали втайне от своих жен или предприимчивый торговец перехваливал свой товар. Но в целом можно с уверенностью заявить: в Халлоуэлле живут хорошие люди.

Эмбер знала, что в чаще леса водятся волки. Однако она не боялась животных. Все лесные жители, оказавшиеся на ее пути, проявляли к девушке интерес, но никогда не пытались укусить. Даже буйные лошади затихали по мановению руки. Кроме того, по округе разгуливала куча овец, коров, гусей и цыплят – они были куда более желанным ужином для стаи хищников.

Эмбер понимала, что вероятность наткнуться на опасного незнакомца велика. Тем не менее девушка никогда не гуляла близко к проезжим дорогам. К тому же она не оставалась в полном одиночестве. Ее невидимый защитник всегда находился рядом.

Ведьмочка видела его лишь однажды.

Когда Эмбер была еще совсем ребенком, она заметила его верхом на черной лошади. В памяти остались только непослушные растрепанные волосы – белые, как лунный свет; длинное темное пальто, облегающее высокую худую фигуру, и серебряные глаза. Они не мигая смотрели в темноту. Уже тогда девушка не боялась его. Незнакомец разжигал в ней неподдельный интерес.

С тех пор присутствие незримого покровителя ощущалось чаще. Иногда он приходил к Эмбер во сне. В детстве он казался ей старшим братом, защитником и другом. Кем-то, кто видел истинную сущность девушки и понимал, какой силой та обладает. Эмбер чувствовала: он наблюдает за ней. Поэтому оттачивала свои колдовские навыки в надежде, что незнакомец одобрит такое рвение и будет впечатлен ее способностями.

Когда Эмбер стала старше, молодые люди начали добиваться ее внимания. Мысли о невидимом хранителе приняли иной характер. Девушка все чаще искала повода прогуляться по лесным тропинкам. И, как только ведьма ощущала его присутствие, у нее сбивалось дыхание.

Никто из городских парней ее не интересовал. Колдунья видела этих мальчишек насквозь и читала их мысли так же легко, как предсказывала будущее по чайным листьям на дне кружки или чувствовала приближение дождя. Эмбер не нравились простые и понятные вещи. Куда более сильное очарование оказывали тайны и загадки.

Больше всего на свете Эмбер хотелось, чтобы незнакомец все объяснил. Рассказал, почему наблюдает за ней из тени всю жизнь. Когда девушка осознала тщетность всяких уговоров, она обратилась к заклинаниям. Но даже магия не смогла раскрыть сущность того, кого ей так хотелось увидеть.

После очередной неудачной попытки она от усталости прилегла возле упавшего дерева, на котором только что вырезала загадочные слова. Девушка подтянула платье к коленям, чтобы оно не цеплялось за сапоги. Затем подняла руку и щелкнула пальцами, ослабляя тугую шнуровку на спине: этому волшебному трюку Эмбер научилась очень быстро, когда стала достаточно взрослой и начала носить корсет. Наконец она улеглась поудобнее и провалилась в глубокий сон.

Эмбер проснулась от беличьего стрекотания и поняла: тело крепко обернуто чем-то теплым. Хотя она точно помнила, что забыла свой плащ дома. Девушка принюхалась и уловила аромат кожи, дерева и чего-то насыщенного и тяжелого – вроде пряных специй. Поднявшись, она обнаружила: все это время ее согревало мужское пальто. Ведьма тут же принялась рассматривать одеяние.

Пальто было очень длинным. Эмбер подумала – его владелец, должно быть, выше всех мужчин, которых ей когда-либо доводилось встречать. Оно было сшито из темно-синей плотной шерсти: абсолютно прямое в талии, но расходящееся ближе к подолу. Пуговицы искусно вырезаны из слоновой кости. На каждой можно было разглядеть маленькое хитрое лицо: косую усмешку и впалые глаза. Девушка стряхнула с пальто опавшие листья и провела рукой по шелковой подкладке.

Колдунья напрягла все органы чувств, но так и не смогла ощутить присутствие своего хранителя. Эмбер закусила губу и почувствовала, как живот урчит от голода. Она вспомнила, что вечером начинается Самайн[1] – значит, подготовка к празднику уже идет полным ходом. Девушка должна была принимать в ней активное участие, так как за организацию торжества отвечала ее школа. Тетя наверняка уже начала волноваться за воспитанницу.

Эмбер решила срезать дорогу через яблочный сад: по пути она помахала мужчинам, которые вышли пораньше ради сбора созревших фруктов, и попросила отложить немного яблок для них с тетей. Ее рот наполнился слюной, когда девушка подумала о знаменитом яблочном коблере[2] своей тети. Блюдо подавалось с кружкой теплого пенистого молока и взбитыми сливками. Эмбер любила выливать молоко в еще горячее блюдо, чтобы сладкое тесто пропиталось кремом, а густая жидкость заполнила все трещинки.

Когда Эмбер добралась до хорошо знакомой булыжной мостовой, то пролезла сквозь густые заросли и, вынырнув с другой стороны, побежала к мосту. Девушка не обращала внимания на карканье воронов, завывание ветра и мигающие огоньки, которые должны были напугать гостью.

Она вбежала на мост и прочистила горло.

– Спасибо за ваше пальто, милейший сударь, – громко сказала Эмбер. – Я вам весьма признательна.

Она аккуратно сложила пальто и оставила его на каменной ограде моста.

– Сегодня в городе отмечают Самайн и праздник урожая, – добавила Эмбер, смущенно ковыряя землю носком сапога. – Если ты не против, я бы хотела предложить тебе стакан сидра и вкусный ужин в качестве платы за твою доброту. Я слышала, что на празднике будут угощать особым смородиновым хлебным пудингом с карамельным соусом.

Ответа не последовало. На мосту не было ни души – только ветер гонял сухие листья у ног. Но Эмбер знала: он где-то здесь, слушает.

– Решать, конечно, тебе, но имей в виду, ты – желанный гость. – С этими словами Эмбер сделала неуклюжий реверанс, повернулась и, выпрямив спину, с наигранной чопорностью пошла по дороге в сторону города.

Глава 4

Самайн

Проклятие Джека-фонаря

Она тщательно подбирала наряд. Вместо удобных бриджей и заляпанных грязью высоких сапог Эмбер надела длинное голубое платье с кружевной лентой на локтях и воротнике. К нему она подобрала белые шелковые чулки и черные туфельки. Талию девушки плотно сжимал корсет, делая акцент на мягких изгибах тела. Эмбер провела руками по округлым бедрам и вздохнула.

Она мечтала о маленькой груди и тонкой фигуре, как у некоторых одноклассниц. Формы чародейки же по большей части только отвлекали. Столько раз девушка начинала обсуждать с одноклассником какую-нибудь важную тему, а через несколько минут понимала – его взгляд уже сместился вниз и остановился между ее подбородком и пупком.

С обеих сторон лица Эмбер заколола темно-каштановые волосы драгоценными заколками двоюродной тети, позволив остальным прядям свободно рассыпаться по спине мягкими кудряшками. Единственный темный завиток так и остался лежать на плече, доставая как раз до границы выреза платья: из-за этого контраста ее бледная кожа словно светилась. Перед выходом Эмбер нанесла немного духов, изготовленных под руководством двоюродной тети, и добавила к аромату маленькое заклинание – чтобы наверняка привлечь внимание того, с кем ей так хотелось встретиться.

Когда Эмбер была готова, тетя Флоренс заботливо спрятала в рукав ее платья тонкий носовой платок. Девушка осторожно взяла пожилую женщину под руку, чтобы проводить ее на праздник. Ночь выдалась теплая. Эмбер посадила тетю на стул рядом с ее знакомыми, а затем взглянула на юношей. Те пытались ртом выловить яблоки из ушата с водой. Они откидывали назад свои мокрые волосы и издавали победоносный клич, если одному удавалось вытащить яблоко. Этот плод тут же услужливо предлагался какой-нибудь одинокой девушке.

Женщины постарше счищали кожуру с яблок длинными полосками и отдавали своим незамужним дочерям и внучкам, чтобы те могли бросить очистки через плечо. Затем девушки с визгом и хохотом бежали проверять, не сложилась ли их полоска в какую-нибудь фигуру. Они надеялись, что очистки предскажут им первую букву имени будущего жениха. Тетя Эмбер тоже очистила яблоко и протянула кожуру племяннице.

– Ты же знаешь, что это бессмысленно, – громко сказала Эмбер, чтобы тетя могла ее услышать. – Это просто глупая игра. В ней нет ни капли магии.

Флоренс уверяла: прапрабабка Эмбер была ведьмой, а потому способности девушки ничуть ее не удивляли. Девушка много раз предлагала тете найти заклинание, чтобы вернуть ей слух или зрение – или и то, и другое. Но в итоге Флоренс попросила племянницу оставить попытки ее излечить.

– Магия всегда требует чего-то взамен, – сказала тетя тогда. – Не уверена, что смогу заплатить такую высокую цену.

Теперь Флоренс с грустью посмотрела на Эмбер и похлопала ее по руке.

– Я знаю, милая. Я знаю. Но послушай старую женщину. Надежда – это тоже своего рода магия. Мне хотелось бы надеяться, что в преклонные годы ты не будешь одинока, как я.

– Ладно. Я брошу яблочную кожуру – но только потому, что люблю тебя, – сказала Эмбер, сжав руку своей тети.

– Что?

– Я сказала, что брошу кожуру! – громко повторила Эмбер, наклонившись к самому уху тети Флоренс.

Девушка закрыла глаза и бросила кожуру через плечо. Она упала недалеко, приняв форму ровной линии с завитушкой на конце.

– Видишь? Даже на букву не похоже.

– Это не имеет значения, – сказала Флоренс. – Главное, что весело.

– Да уж, очень весело, – насупилась Эмбер.

– По-моему, похоже на букву «и», – сказал бровастый мужчина по соседству с тетей Флоренс.

– Ох, Игнатус! – воскликнула Флоренс, бросив в его сторону яблочные очистки. – Эмбер слишком молода для такого старика, как ты.

Игнатус – член городского магистрата – подмигнул Эмбер и поправил свой съехавший парик.

– Ты все напутала, тетя. Это Игнатус слишком красив для меня, – сказала Эмбер, подмигнув ему в ответ. – Как думаешь, его жена считает так же?

При упоминании жены Игнатус поперхнулся. Тетя Флоренс, не расслышав слова племянницы, тут же начала расспрашивать мужчину о самочувствии его благоверной. Эмбер тем временем решила поискать столы с угощениями.

Воздух пропах яблоками, дымом, тыквой и корицей. Юноши и девушки собирались вокруг костров, наполняя свои тарелки яствами – жительницы города любезно приготовили их к празднику и разложили на длинных столах. Обрученные парочки бросали в костры фундук: если орешки не раскалывались, то, согласно поверьям, влюбленных ожидал крепкий и счастливый брак. Не обращая на них внимания, Эмбер невозмутимо наполнила тарелку праздничными угощениями. Чего здесь только не было: запеченная кукуруза, мясной пирог, копченая курица с клецками, фруктовый десерт, корнишоны и свежие хрустящие булочки со сливочным маслом и густым джемом.

Задумчиво уплетая угощения, Эмбер разглядывала зажженные фонари. На празднике светильников было в избытке. Они украшали каждое крыльцо, выглядывали из окон. Некоторые же устроились на заборах и отгоняли злых призраков, которые бродили по дорогам в Самайн. Согласно традиции фонари также должны были указывать духам умерших родственников дорогу к дому.

Эмбер не могла с уверенностью утверждать, что призраки и в самом деле существуют. Она с детства мечтала увидеть хотя бы одного, но ведьме никогда с этим не везло. Девушка знала: в мире есть абсолютно реальные вещи, недоступные для человеческого глаза. Но, как она однажды сказала своей тете, у духов и привидений наверняка нашлись бы занятия поинтереснее, чем преследовать и мучать живых. Флоренс согласилась с племянницей. Ее тетя до сих пор оставляла на обеденном столе одну лишнюю тарелку для своего покойного мужа. Эмбер полагала, что такие странные на первый взгляд мелочи помогают скорбящим сохранять душевный покой. Кроме того, если бы мертвые могли хотя бы одним глазком заглянуть в мир живых, им было бы приятно знать – кто-то все еще хранит о них память.

Вдруг Эмбер уловила боковым зрением какое-то резкое движение. На секунду она подумала – это огонек фонаря танцует на ветру. Однако он исчез, стоило только моргнуть. Девушка услышала жалобное мяуканье и наклонилась, чтобы отдать бездомной кошке кусочек мясного пирога. Затем Эмбер встала из-за стола и прислушалась к своим ощущениям, чтобы почувствовать успокаивающее присутствие безмолвного наблюдателя. Подняв с земли тарелку, она погладила кошку по голове и отошла подальше от яркого света костра.



Рука коснулась ее плеча. От волнения у Эмбер чуть не остановилось сердце.

– Кажется, ты кое-что обронила, – произнес тонкий мужской голос.

Эмбер нахмурилась. В ее воображении голос хранителя звучал совсем иначе. Девушка повернулась.

– Ох, Финни. Спасибо, – сказала ведьма, забирая свой носовой платок из его рук.

Молодой человек покраснел, когда она спрятала платок в декольте платья. Девушка так торопилась, что оставила уголок платка виднеться в вырезе.

– Ну… это… всегда пожалуйста, Эмбер, – сказал Финни, смущенно почесав затылок.

Парень сделал глубокий вдох и протянул ей рук:

– Не хочешь прогуляться?

– Почему бы и нет. – Эмбер улыбнулась своему другу. Однако стоило ей отвернуться и посмотреть на темную дорогу в тусклом свете фонарей, улыбка померкла.

Позже, после ужина, она согласилась поиграть с подругами, чтобы порадовать их. Девушки выливали яичные белки в миску и смотрели, не образуется ли фигура, похожая на букву. Буква, как и в случае с яблочной кожурой, должна была указывать на имя будущего мужа. Эмбер эти гадания не увлекали. Но девушка все же взяла протянутую ей миску и разбила туда яйцо. По обыкновению, ее белок растекался совершенно не так, как у других девушек. Он кружил и кружил по дну миски, пока не вытянулся в прямую линию с завитушкой на конце: такую же форму образовала ее яблочная кожура. Кто-то предположил, что это маленькая прописная «д». Другие утверждали, будто фигура больше напоминает «и», что очень обрадовало Игнатуса. Мужчина довольно усмехнулся.

Праздничные игры подошли к концу: костры потухли, а угощения убрали со столов. Эмбер проводила тетю до кровати и потушила свет в ее комнате, оставив только одну свечу. На кухне девушка взяла кружку сидра и тарелку с разными лакомствами, поднялась в свою комнату и поставила подношение на подоконнике, накрыв еду носовым платком, который вытащила из корсажа платья.

– Это для тебя, – тихо сказала она. Ночной воздух был свежим и бодрящим. Луна освещала ее лицо, пока Эмбер всматривалась в непроглядную темноту. – Жаль, что тебе не захотелось прийти на праздник. Но я все же принесла тебе угощение.

На мгновение воздух стал более разреженным и словно ожил. Эмбер всегда казалось, что в Самайн мир будто задерживал дыхание и ждал наступления полночи. Затем медленно выдыхал. С порывом ветра духи уносились прочь – как можно дальше от мира живых.

Сейчас она отчетливо это ощущала. Мир приготовился шумно выдохнуть, оставляя лето позади и готовясь с головой погрузиться в белое зимнее безмолвие. Эмбер отвернулась от окна и села за маленький письменный стол. Посмотрев в зеркало, она сняла заколки и почувствовала, как кудряшки упали на плечи. Девушка взяла гребень и принялась расчесывать длинные локоны. Огонек одинокой свечи дрогнул, словно собирался погаснуть – но вдруг загорелся холодным голубым светом. От дыхания Эмбер зеркало запотело. Она провела ладонью по его поверхности. В отражении показался беловолосый молодой человек со стальным взглядом и серебряными глазами. Он стоял за спиной девушки и внимательно смотрел на нее в зеркало.

У Эмбер перехватило дыхание. Она уронила гребень и почувствовала мягкое прикосновение ветра на щеке как раз в тот момент, когда свеча погасла.

Глава 5

Предвестник

Проклятие Джека-фонаря

Даже в полной темноте она отчетливо видела человека в зеркале: кожа незнакомца как будто светилась изнутри. Мир остановился, ощутив приближение точки невозврата. Ночной воздух пропитался магией. Эмбер потянулась к кувшину и налила воды в стакан. Но руки так пробирала дрожь, что в попытках отпить из него несколько капель пролились на платье.

– Я надеялась, что ты придешь, – сказала она.

Мужчина позади нахмурился и пошел к окну, прижав к себе полую тыкву. Эмбер торопливо вскочила со стула и повернулась к нему лицом.

– Не уходи! – воскликнула девушка.

От резкого движения ее стул опрокинулся: девушка попыталась поймать его, но не успела. Одним молниеносным движением ее полночное видение с серебряными глазами подхватило падающий стул и поставило обратно на ножки.

– Пожалуйста, – попросила она. – Не сейчас. Я так… я так хотела с тобой встретиться.

Эмбер ждала его ответа, нервно заламывая руки. Безмолвный хранитель опустил голову в раздумиях, а затем снова всмотрелся в ее лицо. Он взял девушку за руку и вложил в ладонь сложенный носовой платок. Эмбер крепко сжала кусочек ткани и, коснувшись его пальцев, удивленно вздохнула.

– Твои пальцы, – сказала она, – они теплые. Я не ожидала такого от призрака.

Незнакомец фыркнул и отдернул руку:

– Похоже, ты не слишком разбираешься в призраках.

У него был низкий, звучный голос: приятный тембр, ласкающий кожу Эмбер даже после умолкания. Набравшись смелости, ведьма окинула мужчину оценивающим взглядом и убедилась: он остался таким же, как и в их первую встречу много лет назад. Хранитель был выше нее на несколько сантиметров. На вид ему можно дать всего на пару лет больше, чем Эмбер. Хотя девушка подозревала – на самом деле он был старше. Белые волосы молодого мужчины сильно растрепались, обрамляя голову светящимся нимбом. Серебряные глаза искрились, поблескивая в темноте.

– Как тебя зовут? – спросила Эмбер.

– Разве это важно? – Молодой человек лишь пожал плечами.

– Конечно, важно! Иначе как мне к тебе обращаться? Этикет требует, чтобы мы представились друг другу как приличные люди.

Мужчина мягко засмеялся. Согнув руку в формальном жесте, он поклонился, не сводя глаз с ее лица.

– В таком случае не будем пренебрегать манерами. Можешь называть меня Джек.

– Джек. – Эмбер щелкнула языком, обдумывая услышанное, и решила: имя ему подходит. – Хорошо. Добрый вечер, мистер Джек, я – Эмбер О’Дэйр.

– Никакого «мистера». Просто Джек.

– Просто Джек.

– Верно. И я уже знаю, кто ты. Ты – местная ведьма.

Эмбер уперла руки в боки:

– Похоже, я в невыгодном положении. Ты знаешь обо мне все. А вот я понятия не имею, кто ты.

В небе раздался грохот. Несколько первых дождевых капель упали на подоконник. Эмбер выглянула на улицу. Почувствовав надвигающуюся грозу, она плотно закрыла окно и зашторила занавески. Вдруг ведьма замерла на месте, вспомнив – в ее комнате находится мужчина. Она обернулась через плечо как раз в тот момент, когда ударила молния. Вспышка света озарила лицо Джека. Вместо точеного подбородка, широкого носа и острых скул она увидела ухмыляющийся череп.

Девушка чуть не вскрикнула от испуга. Когда свет рассеялся, его лицо снова выглядело как прежде. Эмбер никогда не видела ничего подобного.

Джек спокойно стоял, изучая ее реакцию. Затем подошел к девушке, поднеся тыкву ближе к лицу.

– Это игра света, – сказал он. – Уголек в моей тыкве тоже может показать мое истинное лицо.

Он поднял свой тыквенный фонарь. Скелет снова начал просвечивать сквозь кожу. Эмбер нервно сглотнула.

– Это значит, что ты… ты…

– Мертв? – Джек закончил за нее вопрос и покачал головой: – Нет, я не мертв. Хотя и живым меня не назовешь. Я застрял между жизнью и смертью – это и значит быть фонарем.

– Фонарем? – повторила Эмбер, думая о мерцающих за окном молниях. Интересно, смогут ли они отпугнуть злых духов или только привлекут их?

– Да. Я охраняю перекрестки между миром смертных и Иным миром.

– Иным миром?

– Да.

Эмбер наклонила голову набок: ей было очень любопытно.

– Не хочешь присесть?

Джек заметно напрягся, бросив взгляд на кровать.

– Нет. Не думаю, что это будет уместно, – сказал он. – Но спасибо за… предложение.

Ужасно смутившись, Эмбер отошла к столу. Лицо девушки залилось краской.

– Нет, я… Конечно, нет. Просто раньше ты никогда не говорил со мной, а у меня накопилось так много вопросов.

– Я знаю.

Заподозрив подвох, Эмбер нахмурилась. Уголки ее губ опустились вниз, выдавая сомнение.

– Почему именно сейчас? – спросила она.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты пришел из-за моего приглашения?

– И да, и нет.

– Так да или нет?

– Я… я часто следую за тобой.

– Да, я знаю об этом.

Джек скривился:

– Ты не должна была меня увидеть.

– Так ты не планировал появляться сегодня?

– Нет. Фонарям трудно скрываться от ведьм, достигших совершеннолетия, – объяснил Джек. – Во время Самайна завеса особенно тонка. Границы размыты. Мне вообще не следовало появляться в городе.

– Почему?

– Почему истончается завеса?

– Нет. Почему ты прятался от меня все это время?

Джек вздохнул и поставил тыкву на стол. Он откинул полы пальто и задумчиво положил руки на худые бедра. Эмбер была очарована тем, как темно-синее пальто подчеркивает тонкую фигуру мужчины. Как нарядно выглядит украшающая его серебряная цепочка, конец которой исчезал в карманах с обеих сторон. Цепочка была создана очень искусно: каждое отдельное звено обрамляли завитки и петли. Крепилось украшение на пуговицу. Помимо самой цепочки, к пуговице прикреплялась подвеска, по форме напоминающая ключ.

– Это карманные часы? – спросила Эмбер.

– Так и есть.

– Для чего призраку карманные часы?

– Я не призрак, я – фонарь. И зачем мне нужны карманные часы – только мое дело.

– Можно посмотреть?

– Нет.

Эмбер подошла поближе.

– Почему бы не положить цепочку в карман, к часам?

Джек открыл рот, словно потеряв дар речи от такой глупости.

– Потому что цепочка поцарапает часы. Они антикварные.

– В таком случае нужно хвастаться ими при любом удобном случае, а не прятать в карман. Может, тебе стоит прицепить их на пальто?

– Чтобы во время дождя в механизм попала вода? Вот уж нет.

К сожалению, когда Эмбер что-то искренне интересовало, манеры напрочь вылетали из головы. Девушка осторожно коснулась цепочки часов.

– Почему цепочка прикреплена с двух сторон?

– Потому что у меня пара часов. Одни показывают время в мире смертных, а другие – в Ином мире.

На лице Эмбер появилось выражение абсолютного благоговения. Позабыв приличия, она провела пальцем по цепочке сверху вниз – и это оказалось опрометчивым поступком. Джек мгновенно перехватил ее руки, сложил их вместе и, отпустив, сделал шаг назад.

– В Ином мире повсюду горит адское пламя, юная леди. Вам следовало бы хорошенько обдумать последствия, прежде чем прыгать туда с головой.

Ветер гремел ставнями, заставляя их дребезжать и стучаться о стены дома. Джек распахнул занавески: над городом нависло мутное темно-фиолетовое небо. Хранитель знал: для него эта ночь будет долгой.

– Мне пора идти, – сказал он.

– Почему?

Эмбер ненавидела себя за то, что постоянно задавала ему один и тот же короткий вопрос. Хотя разум просто разрывался от того, сколько всего ей хотелось узнать о вещах более серьезных и удивительных, чем простое «почему».

– Во-первых, с моей стороны было крайне неприлично заходить в комнату такой юной особы – не говоря уже о том, чтобы в ней оставаться, – сказал Джек, не упомянув один факт – он уже бывал в комнате девушки бесчисленное количество раз, но без ее ведома. – Во-вторых, как я уже говорил: сегодня завеса особенно тонка. Я должен охранять перекресток, чтобы создания Иного мира не смогли пробраться в мир смертных.

– Ты имеешь в виду гоблинов, привидений и других чудищ? Они могут оказаться в нашем мире?

– Привидения, как ты их называешь, не самая большая проблема. А вот насчет гоблинов тебе действительно стоит беспокоиться. Они питаются магией.

Эмбер побледнела:

– Питаются… магией?

– О да. – Джек одарил ее озорной улыбкой. – Особенно им нравится кусать за ноги маленьких нахальных ведьм.

Открыв окно, Джек запрыгнул на подоконник и свесил ноги с той стороны. Эмбер схватила его за руку.

– Я увижу тебя снова? – спросила она. – Пожалуйста, скажи «да».

Джек обернулся и посмотрел на ведьму. Его взгляд смягчился, а в уголках губ заиграла улыбка. Молодой мужчина аккуратно отстранил все еще цепляющуюся за него Эмбер и призвал свою тыкву. Она поднялась над столом и пронеслась по воздуху прямо в протянутую руку.

– Теперь, когда ты увидела мое лицо, мне будет тяжело от тебя скрыться. – С этими словами Джек щелкнул пальцами. Его тело растаяло и превратилось в исчезнувший среди ночной мглы туман.

Эмбер долго стояла у окна без единого движения. Так долго, что дождь насквозь промочил переднюю сторону платья и волосы у лица. В конце концов она закрыла створки и вытерла воду, залившую подоконник и пол. Спать девушка легла почти под утро, но заснуть так и не смогла. Все мысли занимал фонарь Джек и магия вокруг него.

* * *

Покинув комнату Эмбер, Джек выругался. О чем, черт побери, он думал? Джек ведь не какой-то новичок, у которого еще молоко на губах не обсохло. Он – опытный фонарь, хорошо знакомый с законами Иного мира. Мужчина прекрасно понимал, что она увидит его при появлении этой ночью. А Джек еще и заговорил с ней! Это было глупо с его стороны.

Он знал о методах Руна по отношению к ведьмам. Чем настойчивее Эмбер будет искать встречи с Джеком – а он был уверен, что девушка не успокоится, – тем больше вероятность, что Рун найдет ее.

Но разве он сам не хотел этого? Иначе почему хранитель накрыл ее своим пальто, когда Эмбер заснула в лесу? Джек не понимал, что с ним происходит.

Он поднимался по булыжной мостовой. Дождь хлестал по плечам. Вдруг Джек замер, почувствовав едкий, приторный запах: без сомнения, это тролль. Тролли не были редким явлением даже в мире смертных – хотя люди никогда их не замечали.

Джек проверил барьер, преграждавший путь из Иного мира, но не обнаружил никаких следов и признаков повреждения завесы. Значит, тролль забрел на территорию Джека из леса. Скорее всего, он родился и вырос в мире смертных.

По запаху Джек мог сказать: тролль мужского пола. Он, возможно, впервые покинул свой выводок в надежде самостоятельно изучить окружающий мир и найти себе спутницу жизни. Чтобы привлечь внимание женской особи, этому существу требовалось надежное место для гнезда. К большой неудаче тролля, он выбрал своей целью крытый мост Джека.

Пригнувшись, Джек заглянул под деревянные доски. Пара блестящих глаз уставилась на хранителя из темноты.

– На твоем месте я бы вылез оттуда, – предупредил Джек.

– Поди вон, а не то съем, – прошипели в ответ.

– Не думаю, что я очень вкусный.

– А ты кто такой, чтобы мне указывать, что вкусно, а что нет?

– Я – фонарь. Я охраняю эти земли. Ты забрел на мою территорию. Сейчас у тебя есть два пути: либо ты вылезешь из-под моста по своей воле, либо мне придется вытащить тебя силой – прямо за твои длинные волосы.

– Не выйду, – заупрямился тролль. – Никогда не слыхал ни о каких фонарях. Иди охранять в другое место. Это мой мост. Уходи, а то я передумаю и обглодаю твои косточки.

Никогда не слышал о фонарях? Это было что-то новое. Обычно существа из Иного мира, обитающие в мире смертных, предпочитали держаться подальше от фонарей. Любой их них, замеченный в дружеских отношениях с людьми или просто подошедший слишком близко к городу или деревне, незамедлительно отправлялся обратно в Иной мир. Там его брали под стражу.

– Как пожелаешь. – Джек вздохнул и поднял свою тыкву. Свет внутри разгорелся и ярко засиял.

Тролль под мостом закричал.

– Больно! Горю! Убери свет! Пощади! – взвыл он.

– Теперь вылезешь? – спросил Джек.

– Да, да! – Из глаз тролля градом текли слезы. Существо быстро выкарабкалось из-под моста, разрывая влажную землю длинными пальцами и цепляясь за камни.

Джек внимательно рассматривал мокрое трясущееся создание. Из его лысой шероховатой головы торчали несколько длинных и жестких пучков волос. Однако худощавое тело давало понять: он еще очень молод. Горб на спине тролля был покрыт лишайником и маленькими грибами. Служившие ему одеждой тряпки заплесневели и частично сгнили. Широкие ступни с длинными острыми ногтями покрывала грязь. У него были сильные и длинные руки – они позволили троллю так долго держаться за опоры под мостом.

Джек знал: длинные руки были большим преимуществом в жизни троллей. С такими руками больше шансов задушить претендующего на твое гнездо соперника или удержать троллиху во время спаривания. Он сморщил нос. От тролля исходил достаточно сильный запах – он мог привлечь половину женских особей со всех ближайших окрестностей.

– Мне очень жаль, – сказал Джек. – Но ты не можешь здесь остаться.

– Я понял. Я уйду подальше отсюда.

– Теперь это уже невозможно. Мне придется отправить тебя обратно.

– Обратно? – В блестящих глазах тролля появилась тревога. – Обратно? Нет! Прошу. Я не могу вернуться в то место!

– Оно называется Иной мир. Там не так плохо – просто по-другому.

– Мои предки убежали оттуда. Они говорили ужасные вещи. У троллей там нет свободы.

– Конечно, есть, – возразил Джек. Хотя хранитель понятия не имел, так ли это на самом деле.

Он провел в Ином мире не так много времени: Джеку разъяснили его обязанности и отправили в мир смертных, где он с тех пор и оставался. Джек помнил, что там существовали поразительные города, полные технологий и изобретений. Такого еще не было у людей в мире смертных. И все же Джеку гораздо больше нравились маленькие поселения – такие как Халлоуэлл или родной городок, в котором он вырос. Иной мир казался мужчине слишком бурным и хаотичным.

– Помилуй! – заныл тролль, хватаясь за пальто Джека. – Я уйду далеко. Вот увидишь, не будет обо мне ни слуху ни духу!

– Поверь, я был бы рад тебя отпустить. Но ты уже пометил мой мост. Если я позволю тебе остаться, ты привлечешь сюда других троллей. Они начнут биться с тобой за территорию. А троллихи захотят… эм… других активных действий с твоей стороны. Короче говоря, я буду по самые уши в троллях.

На секунду Джек подумал о длинных заостренных ушах троллей, покрытых волосами внутри и бородавками снаружи. Уголок его рта нервно дернулся.

Услышав о своей предполагаемой популярности у представительниц женского пола, тролль слегка приосанился. Но Джек все еще видел испуг в глазах этого существа.

– Чтоб ты знал, – сказал тролль. – Ты отправляешь меня на смерть. То место не для троллей. Там мосты из металла. Там троллям нет жизни. В том месте небо закрыто черным дымом – у меня весь мох на спине завянет. Кому я такой понравлюсь?

– Трудно сказать, – ответил Джек. – Но я уверен, ты справишься. Если у тебя возникнут проблемы, свяжись с моим наставником – Руном. Он поможет тебе найти мост, под которым можно поселиться. Теперь закрой глаза – будет не так больно.

Джек поднял свою тыкву. Из улыбающегося рта, который юноша сам когда-то вырезал, вырвался луч света. Луч попал прямо в тролля. Беднягу начало трясти. Он задымился и, наконец, исчез с яркой вспышкой. Опустив тыкву, Джек стряхнул пыль с рукавов и чихнул.

* * *

Мужчина – если можно так его назвать – наблюдал за изгнанием тролля сквозь стеклянную сферу. Он провел рукой над зеркальной поверхностью, прерывая поток драгоценного светоча. Изображение исчезло. Девчонка практически созрела. Он уже чувствовал ее вкус. Сила такой ведьмы наполнит мужчину как минимум на пять столетий вперед. Последняя не была столь могущественной: ее хватило всего на двести лет. Да, эта юная ведьма определенно ему подходит.

Когда придет время, он завлечет ее в свои сети и привяжет к себе особыми чарами, силе которых ведьмы не в состоянии сопротивляться. Сперва он разыграет из себя благодетеля: осыплет девушку подарками, посадит на трон. Даст все, чего она пожелает, – в обмен всего лишь на один глоток. Юной ведьме совсем не обязательно знать: как только ее душа будет открыта, мужчина осушит все до последней капли.

Конечно, девчонка может отказаться. Сопротивление с ее стороны несомненно доставит ему удовольствие, но, к сожалению, может повредить ценную добычу. Из-за этого мужчина рискует потерять пару лет. Однако его не пугала такая перспектива. Он проделывал это бесконечное количество раз: в конце концов, дьявол всегда получает свое. Человек усмехнулся и потер руки от нетерпения.

В дверь постучали. Верховная ведьма почтительно преклонила голову и спросила мужчину о готовности присоединиться к торжеству.

– Конечно, – сказал он, притворно улыбнувшись старой женщине с разукрашенным лицом. – Кто захочет пропустить такое пышное празднество.

Он засмеялся. Ведьма присоединилась к его смеху, издавая звуки, больше похожие на карканье.

Глава 6

Серьезные последствия

Проклятие Джека-фонаря

Джек проснулся от громких криков.

– Джек? Джек! Отзовись!

С трудом пробудившись, он сел и взъерошил волосы рукой.

– Что такое? – спросил хранитель, не открывая глаз.

– Что ты там делаешь? Ты что, спал под самой крышей? Уже так поздно! Я думала, ты давно на ногах. Я вот, между прочим, из-за тебя всю ночь не спала.

– Мисс Эмбер? – Джек протер глаза.

– Само собой. Кто еще мог к тебе прийти? Бугимен?

Он ловко соскочил с насиженной балки и мягко приземлился возле Эмбер.

– Тссс. – Джек прижал кончики пальцев к ее губам и осмотрелся, словно ожидая чьего-то появления. Он ощущал теплое и влажное дыхание девушки. Губы Эмбер на ощупь оказались мягкими, как лепестки роз.

– Не называй его по имени, – предупредил Джек.

– Кого? Ты имеешь в виду Б…

Джек вздохнул и полностью накрыл ее рот ладонью.

– Я не шучу – сказал он.

– О еть эо сего иш фкафки, – промямлила Эмбер в его ладонь.

– Что? – переспросил Джек, убрав руку.

– Но ведь это всего лишь сказки, – повторила она.

– Как дым не появляется без огня, так и истории не возникают без причины, – ответил юноша. – Даже фонари боятся… ты сама знаешь кого.

– Выходит, он настоящий?

– Такой же настоящий, как ты и я.

– Хм, – проворчала Эмбер.

– Видишь ли, много веков назад Владыка Иного мира изгнал… того, о ком говорим. Это одна из причин, по которой Владыка все еще сидит на троне Иного мира.

– Как он был побежден?

– Никто не знает наверняка. Но говорят, будто одна из его слабостей – оникс. Скорее всего, это бабушкины сказки. Однако они передавались из уст в уста еще в те времена, когда я был совсем мальчишкой, – очень давно. Народ считает, что Иной мир изменился к лучшему после его изгнания. Ну, довольно об этом. Что ты здесь делаешь?

– Я решила, что хочу увидеть Иной мир, – с невозмутимым лицом заявила Эмбер.

На секунду Джек потерял дар речи: из его горла вырвался лишь сдавленный писк. Мужчина быстро взял себя в руки и, схватив Эмбер за плечи, начал отталкивать девушку подальше от перекрестка, пока та не уперлась спиной в дерево.

– Нет, – сказал фонарь, нависнув над ней. Голос Джека ясно давал понять: он не потерпит возражений. – С этого момента я запрещаю тебе сюда приходить.

– Почему? – спросила ведьма.

– Тебе не нужно знать причину. Нужно только слушаться меня.

– Слушаться? – Эмбер уперла руки в боки. – Я тебе не собака и не лошадь. А ты мне не хозяин.

Джек вздрогнул. Точно так же его жестокий отец разговаривал с его несчастной матерью. Перед глазами юноши пронестись воспоминания из детства. Он осторожно убрал руки с плеч Эмбер.

– Я не пытаюсь тебя подчинить. Только защитить.

– Защитить от чего?

– Тебе составить список?

– Было бы неплохо.

– Хорошо. – Джек поднял руку и начал загибать пальцы. – Тролли, гоблины, оборотни, вампиры, гремлины.

Когда пальцы одной руки закончились, он поднял вторую.

– Восставшие из мертвых, банши, големы, суккубы, инкубы.

Джек закончил считать. Но, кажется, Эмбер эти существа не впечатлили. Значит, придется придумать что-то еще. Он должен был заставить ее осознать всю серьезность происходящего. Джека охватила паника. Из-за этого его голос стал громче на несколько тонов – словно юноша говорил не с Эмбер, а с ее глуховатой тетей.

– Темные ведьмы, призраки, духи, фантомы, демоны, одержимые. Все создания, которые подчинены их воле. Тот, кого ты уже упоминала, но чье имя мы не называем. И чуть не забыл: в особенности фонари – такие, как я!

– И это все? – тихо спросила Эмбер, безуспешно пытаясь скрестить руки на своей выдающейся груди.

– Этого недостаточно? – Джек повысил голос, хотя еще несколько минут назад обещал себе сохранять спокойствие, несмотря ни на что. – Любое из этих созданий с легкостью проглотит такого ребенка, как ты, на завтрак. И даже не поперхнется!

В глазах Эмбер вспыхнула ярость.

– Я не ребенок, – сказала она, отчеканивая каждое слово.

Джек посмотрел в раскрасневшееся лицо девушки. Ее щеки и шея стали очаровательно розовыми. Но он лишь фыркнул и отвернулся.

– Это не важно, – сказал решительно хранитель. – Ты не попадешь в Иной мир.

– Я найду способ.

– Я тебя остановлю.

– Я не сдамся.

– Эмбер, пожалуйста. – Джек взял девушку за руки и сжал маленькие ладони. – Ты не знаешь, что с тобой могут сделать. Как только ведьму обнаруживают, ее сопровождают в столицу Иного мира. Там она бесследно пропадает – так было всегда, сколько я себя помню. Подозреваю, многие из попавших туда ведьм были убиты.

Когда ты приехала в город, подул ведьмовской ветер. Это означает: Иной мир тебя заметил. Если бы они знали твое местонахождение, то забрали бы тебя, и… я никогда бы не увидел тебя снова. Ты должна понять всю степень опасности. Именно поэтому я никому о тебе не сообщал: даже мой наставник не знает о твоем существовании. Все это время я старался удерживать его подальше от города – и от тебя, в частности.

– Но почему? – спросила девушка. – Почему они так ненавидят ведьм?

– Это не ненависть. Это страх. По крайней мере, так мне объяснили. Не знаю, насколько все правдиво. – Джек вздохнул и сел на каменное ограждение, скрестив длинные ноги.

– Пожалуйста, Джек, расскажи мне все, что знаешь – сказала Эмбер, дотронувшись до его руки.

Юноша ничего не мог с собой поделать и начал говорить.

– Очень давно, – сказал он, – ведьмы правили Иным миром. Но случилось так, что верховная ведьма вышла замуж и наделила своего избранника силой и властью. Он стал называть себя Владыкой Иного мира. Другие ведьмы не хотели признавать его права на царствование. Но они, тем не менее, остались в Ином мире – даже когда Владыка настоял на полной и незамедлительной автоматизации. Теперь весь Иной мир существует за счет светоча, источником которого являются ведьмы.

– Светоча?

– Да. Вместо свечей жители Иного мира используют лампы. Они включаются и выключаются нажатием кнопки. Здания там очень высокие: большие коробки, работающие на паровой тяге, поднимают народ на самый верх. Там есть техника на все случаи жизни. Для сбора урожая, управления погодой и производства тканей. Светоч обеспечивает дома отоплением и горячей водой, служит топливом для воздушного транспорта, кораблей и железных вагонов – достаточно вместительных для перевозки сотни жителей между городами.

Эмбер медленно опустилась на каменную ограду рядом с Джеком.

– Неужели все это работает благодаря ведьмам?

– Благодаря вашей силе. Твой врожденный светоч горит особенно ярко – и это с учетом юного возраста и полного отсутствия какой-либо подготовки. – Он прервался, собираясь с мыслями. – Такое быстрое развитие Иного мира, по сравнению с миром смертных, может привести к дисбалансу между измерениями. Эти миры находятся на двух противоположных чашах неустойчивых весов. Они разделены лишь неизменными перекрестками – подобными моему. Чаши весов всегда немного колеблются, это абсолютно естественно. Но ведьмы считали: если одна сторона перевесит – два измерения смешаются. Тогда в обоих мирах начнут исчезать целые города. Поэтому ведьмам не нравился новый правитель, они протестовали и хотели свергнуть Владыку Иного мира с престола. В итоге они сделали немыслимое. Ведьмы призвали того, чье имя мы не называем…

– Бугимена?

– Тссс! Да, его. Они попросили его о помощи. – Джек вздохнул. – Но это не сработало. У ведьм не осталось выбора. Вместе со всей своей силой они покинули Иной мир и поселились в мире смертных.

О ногу Джека потерлась бездомная кошка. Он отогнал животное, подтолкнув его сапогом. Затем продолжил с еще большей решимостью:

– Без светоча ресурсы Иного мира оказались ограничены. Ведь во всем мире осталась всего одна ведьма – верховная. Практически все машины перестали работать. Обитатели Иного мира столкнулись… с трудностями. Некоторые отправились в мир смертных на поиски лучшей жизни.

– Правильно сделали, – кивнула Эмбер.

– Все не так просто – ведь Иной мир не может существовать без рабочей силы. Появились новые законы, согласно которым беженцы являются преступниками. Мы, фонари, должны отправлять всех обнаруженных обратно в Иной мир. А тех, кто сопротивляется, – уничтожать.

– То есть… ты… – Эмбер затихла и шумно сглотнула. Пульс девушки участился, когда Джек кивнул в ответ на ее незаданный вопрос.

– Ведьмы – исключение, – добавил он с неохотой. – Мы должны докладывать о ведьмах, но не имеем права уничтожать их самостоятельно.

– Понятно, – тихо сказала Эмбер. – Но… ты никому обо мне не сказал?

– Нет.

– Почему? Это же твоя работа, разве не так?

– Это так, – признал Джек. – Но когда подул ведьмовской ветер, ты была всего лишь ребенком. А потом я так привык к тебе, что просто не захотел отдавать. Может, я и работаю на Владыку Иного мира, но еще не значит, что доверяю ему.

– Ох.

Руки Эмбер покоились на коленях. Джек видел, как от волнения она сплела пальцы. Он с трудом подавил желание взять девушку за руки и переплести ее пальцы со своими.

– Теперь ты понимаешь, почему тебе опасно находиться так близко к перекрестку? – спросил он. – Даже думать о пересечении границы между мирами – безумие.

– Да, – ответила Эмбер. – Я понимаю.

– Хорошо. – Джек спрыгнул с изгороди и потянулся, громко хрустнув шейными позвонками.

– Но я все равно хочу в Иной мир.

Джек резко обернулся.

– Ты что, не слышала ни одного слова из сказанных мною только что? – скептически спросил он.

– Слышала. Я не знаю, как это объяснить… но меня туда тянет. Как будто кто-то зовет меня.

Эмбер почувствовала, как пушистый хвост скользнул по ее ноге. Не раздумывая, ведьма наклонилась погладить кошку. Девушка не понимала, как они всегда умудряются ее находить, но кошки следовали за Эмбер по пятам всю ее жизнь.

– Джек, ты должен понять: здесь я трачу годы своей жизни впустую. Я хочу расширять горизонты, хочу увидеть мир. В моем городке живут очень милые люди, но они ждут, когда я выберу себе мужа и нарожаю детей. Я к этому не готова. Я даже не уверена, что хочу чего-то подобного. Этот мир давит на меня. Скоро я свихнусь от ежедневного напряжения.

– В таком случае… – На скулах Джека заходили желваки. – Ты можешь куда-нибудь поехать. Отправиться на юг подобно перелетным птицам. Посетить большой город вместе со своей тетей. Все что угодно – но только не Иной мир. Это очень опасно.

– Может, если бы ты пошел со мной, это не было бы так опасно. – Она умоляюще посмотрела на Джека. – Пожалуйста? Если ты за мной присмотришь, я буду в безопасности. И если что-то пойдет не по плану, ты всегда меня спасешь. Я в этом уверена.

С удивлением для себя Джек понял: он и в самом деле хотел бы пойти с девушкой. Не только в Иной мир, а куда угодно. Он почел бы за честь сопровождать такую юную леди, как Эмбер.

– Я не могу. Мне нельзя покидать пост, – ответил Джек после длинной паузы.

– Ну и ладно. – Она упрямо вскинула подбородок. – Я возьму с собой Финни.

– Нет, ты не возьмешь с собой Финни. – Джека ужасно раздражала мысль о том, что она могла предпочесть ему своего глуповатого рыжего друга. – Ты не перейдешь через границу, Эмбер. Я тебе не позволю.

Мужчина резко отмахнулся: это был решительный жест, пресекающий любые дальнейшие споры и дающий понять: никакие уговоры тут не помогут.

– Похоже, ты кое-чего обо мне не знаешь. – Эмбер медленно подошла вплотную к Джеку и ткнула его в грудь. – Никто – даже дьявольски привлекательный фонарь, таскающий везде свою тыкву, – не смеет мне указывать.

Даже на цыпочках Эмбер доставала макушкой только до носа Джека. Девушка стояла так близко, что он уловил запах ее волос: Эмбер пахла свежими печеными яблоками с корицей. Мужчина снова взял ее за плечи и наклонился, не обращая внимания на предостерегающее шипение кошки. Джек слышал сбивчивое дыхание юной ведьмы. Его губы оказались в паре сантиметров от ее лица – это длилось всего секунду. Затем Джек придвинулся вплотную к ее уху.

– Я никогда тебя туда не пущу, – пообещал он шепотом.

Эмбер отступила на шаг. Выражение ее лица было холодным, но в глазах пылал огонь.

– Это мы еще посмотрим, – сказала ведьма.

Глава 7

Я тебя заколдую

Проклятие Джека-фонаря

Несмотря на возникшее между ведьмой и фонарем противостояние, Джек был восхищен упорством Эмбер. За всю свою долгую жизнь он никогда не охранял перекресток так тщательно. Эмбер испробовала все способы, которые могла придумать, чтобы пробраться мимо хранителя. Некоторые идеи оказались ужасно нелепыми. Один раз она даже воткнула нож рукояткой в землю в надежде, что это послужит для Джека ловушкой. Да, такой прием мог сработать с блуждающим духом, который наверняка бы увлекся своим отражением в лезвии ножа, но Джек им не являлся.

Затем ведьма попыталась прокрасться мимо него, надев всю свою одежду навыворот. Джек так смеялся, что обиженная Эмбер кричала на него целый час прежде, чем убежать домой. Множество людей расстались с жизнью, пытаясь одурачить вампиров или оборотней таким способом. Ведь эти создания всегда полагались на нюх, а не на зрение. Им не было никакого дела до внешнего вида человека.

Она опробовала множество зелий и заклинаний. Но они лишь раздражали Джека, не принося ведьме желанного результата. Одно из них заволокло мост хранителя туманом на целую неделю. Однако фонарь мог видеть душу Эмбер издалека – точнее, с того момента, как девушка ступала на тропу. Как обычно, он легко остановил ее и пинками погнал обратно домой. Джека даже забавляли наивные попытки его обхитрить. Мужчина с удовольствием поиграл бы в эту игру, если бы не страх, что Эмбер могут обнаружить.

Пришла зима. Мороз начал кусаться больнее новорожденного вампира. Попытки Эмбер пробраться в Иной мир сошли на нет. Когда Джек осознал тоску по девушке и – что гораздо важнее – стал подозревать юную ведьму в подготовке нового грандиозного плана, он отправился к ее дому, принял форму тумана и тихо постучался в окно.

Царила холодная лунная ночь. Отдернув занавески, Эмбер поприветствовала Джека показательным молчанием перед тем, как впустить его в комнату. Мужчина просочился внутрь ледяной дымкой и постепенно принял обычный вид. В свете парящей в воздухе тыквы он увидел: на заваленном флаконами и зельями письменном столе лежит толстый том. Фолиант был открыт на странице с заклинанием.

Джек махнул рукой. Тыква поплыла по воздуху, освещая каждый темный угол. На подставке в камине стоял маленький черный котелок. От него шел пар, наполнявший воздух в комнате ядовитым ароматом. Влажные завитки кудрявых волос прилипли ко лбу и щекам Эмбер. Когда та отвернулась, Джеку ужасно захотелось прикоснуться губами к ее теплой шее или к изящному изгибу плеча. Мысленно хранитель ругал себя за то, что такое вообще пришло ему в голову – ведь он должен был оберегать девушку. Подумав, Джек поправил себя: в первую очередь он обязан за ней следить.

– Где ты это взяла? – спросил Джек, посмотрев на раскрытую книгу.

– Она нашлась среди вещей моей матери – по крайней мере, по словам тети. Я немного поэкспериментировала с рецептами.

Эмбер нагнулась и погладила кошку, трущуюся о ноги. Зеленые глаза животного пристально уставились на нее. Девушка готова была поклясться, что почувствовала объятие чьих-то призрачных рук. Эмбер хотелось верить, что мать, кем бы она ни была, любила свою дочь.

Нахмурившись, Джек провел пальцем по самому краю котелка и сморщил нос.

– Посмотрим, – пробормотал он. – Что тут у нас?

Молодой мужчина помешал варево и тут же скорчил лицо в забавной гримасе.

– Если ты хотела выжить меня из города при помощи этих зловоний, то поздравляю – ты почти преуспела.

– Тише, – предупредила Эмбер. – Флосси только что заснула.

– Флосси? Это имя твоего нового котенка?

– Нет. Недавно я узнала, что мой покойный дядя называл тетю «Флосси» вместо «Флоренс». Это просто милое прозвище. Но мне нравится, как она улыбается при его произношении.

– Флосси, – эхом повторил Джек.

Он подумал: не начать ли называть Эмбер как-то иначе? Ничего не приходило в голову – имя подходило девушке идеально.

– Ты так и не ответила на мой вопрос, – сказал Джек еще тише. – Чем ты тут занимаешься?

– Это не твоего ума дело.

Приблизившись к ведьме вплотную, Джек наклонился и ощутил всю тяжесть ее дыхания. Хранитель понадеялся, что это хорошая реакция на его близость и, взял со стола за ее спиной кожаный ремень. Он был слишком длинным, чтобы подойти стройной Эмбер. Если бы Джека спросили, он бы сказал: судя по количеству больших петель, это скорее патронташ[3] – но мужчина понятия не имел, для каких именно снарядов.

Затем Джек снова бросил взгляд на котел и увидел выстроенные в ряд бутылочки размером со свой большой палец. Все они были плотно закрыты пробками. Некоторые наполнены жидкостями разных цветов, экстрактами и настойками. Другие содержали только газообразные субстанции. Третьи оставались пустыми. Но Джек был фонарем – его глаза могли видеть больше: в каждой бутылочке он разглядел слабое сияние. С поясом в руках мужчина подошел к камину, опустился на одно колено и, подобрав один из сосудов, вставил его в петлю. Бутылочка идеально вошла в отверстие – как пуля.

Джек поднял второй сосуд. Его содержимое блеснуло в свете тыквы.

– Сонное заклинание, – сказал он. – Чтобы это сработало на вампире или оборотне, придется подойти очень близко. Не хочу тебя расстраивать, но они расправятся с тобой намного быстрее, чем успеешь попасть в цель. Я, конечно, глубоко впечатлен твоей находчивостью, но…

– Мне не надо подходить близко, – сказала Эмбер.

Джек осторожно поставил стеклянный сосуд на место.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он.

Ведьма не ответила и медленно попятилась назад, пытаясь закрыть юбкой старый комод. Джек решительно убрал ее с пути и открыл ящик. Внутри обнаружились пара мушкетонов[4] с широкими дулами, завернутых в кусок красного вельвета. Из-за ствола из отполированной желтой меди оружие оказалось достаточно тяжелым. Он никогда не видел ничего подобного.

– Где ты их взяла?

– Финни сделал их для меня.

– Финни, – мрачно повторил Джек.

– Да.

– А Финни знает, кто ты на самом деле? И что собираешься сделать?

– Он знает, что я ведьма, – гордо сказала Эмбер. – Но я ничего не говорила ему об Ином мире.

– Замечательно. Теперь расскажи мне: что ты будешь делать, когда зарядишь свое оружие одним из сосудов и заклинание подействует на тебя вместо противника?

– Сосуды не предназначены для того, чтобы помещать их в дуло. Они вставляются здесь и здесь, – сказала она, взяв оружие в руки. Затем девушка вставила две разные бутылочки в специальные отверстия, выпиленные в стволе. Они не вошли в углубления полностью. Часть стекла виднелась в самом низу рукояти и около курка. – Я могу выбирать, какое заклинание использовать, переключая этот рычажок влево или вправо.

– Стекло может разбиться в ближнем бою, – заметил Джек.

– Оно уже разбивалось, – призналась Эмбер. – К счастью, это были всего лишь вонючие бомбы, которые должны отпугивать вампиров. Финни пришлось принять ванну много раз, прежде чем избавиться от запаха.

От этой новости Джек заметно повеселел.

– После того случая я зачаровала стекло. Оно не разобьется, даже если ударить по нему камнем.

Эмбер открыла другой ящик, вытащила кожаный ремень с двумя кобурами и надела его: пояс без проблем сошелся на пышных бедрах. Когда она убрала один из пистолетов в кобуру, Джек заметил небольшое изображение, выгравированное на коже, – вставшая на дыбы лошадь. В седле виднелся всадник с тыквой вместо головы.

Джек вздернул бровь.

– Эмбер, – Джек взял девушку за руку, мешая убрать второй пистолет, – похоже, ты совсем не понимаешь, что делаешь. Жители Иного мира – даже те, что не желают тебе зла, – доложат о тебе в два счета. Если начнешь палить из пистолетов, то не протянешь и пяти минут.

– Думаю, я протяну гораздо дольше пяти минут. Во-первых, я не собираюсь из чего-то палить; а во-вторых, не планирую объявлять во всеуслышание, что являюсь ведьмой.

– Неужели? – Джек скрестил руки на груди.

– Представь себе. Я знаю, что есть способы скрыть мое присутствие. Ты прятал меня годами. Я видела твои магические круги. Уверена, у тебя осталась еще парочка тузов в рукаве. Но так как помощи от тебя не дождешься, я начала наблюдать за твоей маскировкой. В ближайшее время Финни сконструирует для меня устройство, которое поможет скрываться от посторонних глаз.

Джек нервно сглотнул. По тому как заходил кадык на шее юноши, было видно степень его тревожности. Он терял контроль над происходящим.

– Что касается моих пистолетов – боеприпасов хватит на гораздо большее время, чем ты думаешь. Смотри. – Эмбер указала на стеклянные сосуды. – Кажется, будто зелья хватит всего на одну цель. На самом же деле каждой бутылочки хватит на шесть или даже восемь выстрелов – в зависимости от заклинания. Не забывай: у меня есть патронташ с запасными сосудами, а также плащ со множеством карманов и сумка, в которую вместится еще больше патронов. Но если у меня все равно закончатся зелья, несмотря на эти запасы, я изготовлю дополнительные из сушеных ингредиентов. Компоненты уже разложены по маленьким мешочкам. К тому же всегда можно собрать еще немного – если нужные компоненты существуют в Ином мире.

С победоносным видом она потянула за веревку и развернула небольшую сумку с множеством маленьких кармашков. Там были пустые сосуды, маленькая ступка с пестиком, ланцеты разных размеров, мешочки с сушеными травами, лопатки, зубило, маленький молоточек, пипетки, пинцеты, ножи, ножницы, щипцы, щетки и порошки. Все это было тщательно разложено по разным отделениям.

– Да, ты времени зря не теряла. – Джек взял в руки один из пистолетов. – Как он стреляет?

Искренний интерес подавил в мужчине необходимость напомнить Эмбер об опасностях Иного мира. Кроме того, он решил, что нравоучения можно оставить на потом. Джек повертел пистолет в руках, осмотрел ствол и взвел курок. Он не увидел ни пороха, ни кремня – только темную блестящую поверхность в том месте, по которому должен был ударить курок.

– Это оружие особенно хорошо тем, что им может воспользоваться только ведьма. Я стреляю при помощи своей силы – или светоча, как ты там его называешь.

Джек замер:

– Что ты имеешь в виду?

– Ведьмовскую силу. Ты же сам рассказал мне, что в Ином мире все работает за счет светоча. Я разобралась, как его использовать. Мне не нужен огонь и порох. Я просто кладу палец на пластину, спускаю курок и… бум! – Эмбер посмотрела на потрясенного этим объяснением Джека и вздохнула: – Все очень легко. Пошли, я покажу.

Эмбер взяла накидку и парочку сосудов с зельями, подняла юбки и перелезла через подоконник. Луну затянули облака. Ничто не освещало ее путь, пока ведьма пробиралась хорошо знакомой дорогой через плотные заросли. Джек последовал за девушкой. Он размышлял о том, что можно сказать или сделать, чтобы не дать ей осуществить свой опасный план. Эмбер привела юношу на старое кладбище: не то, которое он создал сам, чтобы отпугивать людей от моста, а другое – настоящее, расположенное недалеко от кукурузных полей. Девушка опустилась на колени около одного из надгробий и оперлась на него локтем, поддерживая дуло мушкетона рукой. Она начала прицеливаться, используя в качестве мишени старое чучело. Затем щелкнула рычажком, передвинув его вправо. Джек пригляделся и увидел: внутри сосуда виднелся мутный зеленый газ.

– Что внутри сосуда? – От волнения голос Джека скрипел, как износившееся кресло-качалка, оставленное под дождем.

– Что-то вроде кислотного облака, – ответила Эмбер.

– Кислотного? – переспросил Джек сдавленным голосом. – Я думаю, нам следует выбрать что-то менее ядовитое.

– Поздно. – Эмбер улыбнулась. Она прижала палец к металлу. Тот мгновенно раскалился докрасна. Курок с щелчком опустился, и раздался звук, с которым пробка вылетает из бутылки вина. Зеленая струя пролетела через поле и, достигнув цели, взорвалась облаком едкого дыма. Не прошло и секунды, как лицо чучела с шипением расплавилось и превратилось в липкую массу. Все это плюхнулось на землю рядом с дымящейся кучей лохмотьев, жженым сеном и почерневшими деревянными черенками. Джек нервно сглотнул и, бросив взгляд на ухмыляющееся лицо своей тыквы, оттянул край воротника – он вдруг показался хранителю слишком тугим.

– Это… это…

– Невероятно? Удивительно? – Эмбер распирало от гордости.

– Ужасно!

– Нет, глупенький. Ты, наверное, хотел сказать, гениально.

Джек уже собирался объяснить Эмбер, насколько непродуманными были ее эксперименты по конструированию и использованию ведьмовского оружия. Однако ноздри вдруг защекотал знакомый запах.

– Вампиры, – прошептал он.

– Серьезно? – Эмбер вскочила с места и, совершенно не испугавшись, начала осматривать поле.

– Пригнись! – крикнул Джек и потянул ее за руку, усаживая на землю рядом с собой. – Ты что, смерти ищешь?

– Может, я хочу встретиться с кем-нибудь из Иного мира помимо тебя, – сказала девушка. – И потом – разве он не должен бояться тебя больше, чем ты его?

– Искать встречи с вампиром в крайней степени глупо. – Джек проигнорировал ее вопрос. – Сиди здесь. Я разберусь с ним, и мы продолжим наш разговор.

– Джек, ты не понимаешь. Это причиняет мне боль. – Она моргнула. В глазах блеснули слезы. – Мне нужно… я…

Джек обхватил лицо Эмбер ладонями и осторожно провел большими пальцами по мягкой щеке.

– Пожалуйста, Эмбер. Ты подождешь меня здесь?

Сердце Эмбер забилось с бешеной скоростью. Девушка только зачарованно кивнула в ответ, все еще чувствуя его прикосновение. Когда Джек наконец ушел, тянущее чувство, наполнявшее все ее существо и побуждающее снова и снова приходить к его мосту, немного схлынуло и стало чуть более выносимым. Туманная форма Джека и его тыква исчезли за деревьями.

Эмбер облокотилась спиной на надгробие и сапогом провела в земле борозду. Она не понимала, как позволила так легко себя уговорить. Вдруг ведьма услышала шорох и обернулась. Так тихо, как только могла, она высунула голову из-за могильной плиты и чуть не ахнула от удивления.

Неподалеку на каменной скамейке расположился мужчина: он вальяжно положил руку на надгробие, а одна из ног свисала с подлокотника. Незнакомец апатично болтал ногой и смотрел на Эмбер сверкающими в темноте глазами. Она не слышала, как он подошел: на земле виднелись только следы Джека.

Губы мужчины начали медленно растягиваться в улыбке. Однако результат такой попытки походил скорее на кривую ухмылку. Эмбер стало не по себе.

– Приветствую, – сказал мужчина.

– Здравствуйте, – ответила Эмбер, вставая из-за надгробия. Она подняла пистолет и взвела курок. К удивлению ведьмы, незнакомца совершенно не впечатлило направленное на него оружие.

– Ах, какая жалость, – сказал он. – А я-то надеялся, что ты будешь гостеприимной хозяйкой и предложишь мне что-нибудь выпить.

Глава 8

Что-то страшное грядет

Проклятие Джека-фонаря

Скользящим взглядом Дэверелл Кристофер Блэкборн изучал девушку, направившую на него небольшой пистолет. При этом мужчина не прекращал постукивать блестящей черной тростью по своим не менее блестящим сапогам. Если бы он нашел Эмбер не по отчетливому запаху яблоневых цветов и корицы, то ее смелость точно привлекла бы его внимание. Оружие подходило своей хозяйке по размеру. Дэверелл подумал: мушкетон был, пожалуй, так же красив, как и его обладательница. Незнакомцу хотелось усадить девчонку к себе на колени и вонзить зубы в ее восхитительную тонкую шею.

Пока он обдумывал свои возможности, девушка спустила курок. Все тело Дэверелла пронзил резкий приступ боли.

Ее заклинание начало действовать. Мужчина почувствовал, как с шипением горит его плоть. Он не ожидал, что такое изысканное оружие будет стрелять чем-то помимо дроби или пуль – которые, к слову, не могли причинить вампиру никакого вреда. Нет, вместо этого она состряпала зелье. Смесь, несмотря на небрежное приготовление и любительскую рецептуру, все же была довольно эффективной для еще не созревшей ведьмы.

Дэверелл был опытным вампиром – достаточно могущественным, чтобы восстановиться после атаки какой-то своенравной девчонки. Но сейчас у него не оказалось на это времени. Зато у мужчины был защитный амулет от самой верховной ведьмы.

Вампир закрыл глаза и, призвав целительную силу амулета, почувствовал, как циркулирующая в теле кровь прилила ко всем поврежденным местам. Прожженные ткани восстановились в мгновение ока. На их месте осталась только новая гладкая кожа.

Когда дело было сделано, кровь отхлынула от травмированных участков и снова заполнила тело мужчины от ступней до ребер. Но остальной скелет и – что важнее всего – череп остались пустыми, как свежая вампирская могила. Такое резкое истощение кровяных запасов пробудило в нем охотничий инстинкт. Клыки Дэверелла начали пульсировать от жажды.

К несчастью, его белая рубашка и черные брюки все еще дымились и свисали с вампира жалкими лохмотьями. Шейный платок и жилет были безнадежно испорчены, а в любимых кожаных сапогах появились дырки. Один рукав рубашки был полностью оторван, но при этом манжет остался невредим. Даже запонка с бриллиантом была на месте.

Дэв огляделся и обнаружил свою черную шляпу под скамейкой в целости и сохранности.

– Хвала небесам. – Он вытянул руку и подхватил головной убор длинными пальцами.

Вампир убрал за ухо выпавшую из хвоста прядь и сдул пыль с полей шляпы, не забыв перед этим изучить тулью[5] и ленту на предмет каких-либо повреждений. Наконец Дэверелл провел пальцами по приносящим удачу вороньим перьям и амулету защиты, которые мужчина лично пришил на ленту шляпы. Они оказались в полном порядке.

Вампир повернулся к ведьме и провел языком по своим острым зубам. Увидев его стремительное восстановление, она чуть слышно пискнула от страха и приготовилась выстрелить во второй раз.

– Не так быстро, – сказал вампир и посмотрел девушке в глаза. Мужчина знал: его глаза светятся, как ледяные звезды, – побочный эффект от использования гипноза. Дэв видел, что на щеках девушки появились бледные голубые блики – значит его чары действуют. Пистолет в руках Эмбер дрогнул. Она растерянно моргнула.

– Опусти пистолет, – приказал Дэверелл, и она послушалась. – Очень хорошо. Теперь ты пойдешь со мной.

Он повернулся, надел шляпу и подобрал свою трость, сжимая зубы и заглушая таким образом чувство голода. Дэв и раньше испытывал сильную жажду. Но сейчас, когда запасы были истощены, он просто умирал от желания наброситься на ведьму. С его стороны было очень глупо откладывать восстановление.

Кровь ведьм считалась самой действенной, самой вкусной, самой желанной – и, к сожалению, самой редкой. Именно поэтому вампиры покинули Иной мир вслед за ведьмами еще тысячи лет назад. Они надеялись, что смогут объединиться с ними; и те не только примут их, но и согласятся подпитывать своей кровью. Надежды не оправдались: всего несколько вампиров и ведьм смогли выстроить такие взаимоотношения.

Давным-давно – настолько, что уже и не вспомнить, – Дэв был одним из первых, кто покинул Иной мир вместе с молодой ведьмой. Мужчине удалось ее очаровать. Ведьма делилась с ним кровью вплоть до своей преждевременной кончины.

Дэв не любил ее – по крайней мере, не так, как ведьма его любила, – но вампиру было жаль, что она умерла. Особенно потому, что ее смерть ознаменовала полное одиночество мужчины. И все же, питаясь кровью молодой ведьмы, Дэверелл получил столько силы, что за счет нее можно было протянуть целое тысячелетие.

Дэв вздохнул, пригладил свои пепельно-каштановые волосы и поправил шляпу на голове. Вампир подумал о тех днях, когда путешествовал вместе с ведьмой, и о своей невыносимой тоске по былым временам. У него не было выбора – кроме возвращения в Иной мир. Для тех, кто бежал в мир смертных, но захотел обратно, все же существовали способы вернуть расположение повелителей. Дэв предложил свои услуги верховной ведьме.

Он умудрялся выполнять любые ее поручения. Со смесью хулиганства и издевки в голосе вампир притягивал к себе окружающих. Мужчины доверяли Дэвереллу, а женщины желали его. Дэв изучал тех, кто был способен устоять перед его очарованием с особым пристрастием, хотя таких насчитывались единицы. В итоге они либо падали к ногам вампира, как и все остальные, либо он вытягивал из них все секреты и шантажировал до тех пор, пока не удовлетворял свое самолюбие.

Подумав, что было бы неплохо испробовать свои чары на маленькой ведьме, он обернулся – но увидел только ее стремительно удаляющуюся спину. Выругавшись, Дэв бросился за Эмбер, практически не касаясь земли. Вампир преградил девушке дорогу как раз перед тем, как она смогла добраться до опушки леса.

Он не услышал ее шагов и не почувствовал, как рассеялся гипноз, – это потрясло мужчину.

– Как ты освободилась? – прямо спросил он.

– Не твое дело, ты, подлый злодей!

Дэв улыбнулся.

– Мне определенно нравится это звание. – Ветер играл с обрывками ткани, которые еще недавно служили ему рубашкой. – Но если подумать – это я должен на тебя злиться. Смотри, что ты сделала с моими любимыми сапогами!

Вампир покрутил обутой в дырявый сапог ногой и самодовольно поднял бровь, когда Эмбер все же опустила глаза. Значит, сочувствие ей не чуждо. Этим можно воспользоваться.

Юная ведьма закусила губу, но не опустила пистолет.

– Что ты тут забыл? – спросила она. – Хочешь напасть на наш город?

– Напасть на ваш… – Уголок губ Дэва дернулся. Он рассмеялся. – Нет, я тут не за этим. Меня послали сопроводить тебя.

– Сопроводить меня куда?

– А вот это хороший вопрос, не правда ли? – Мужчина хитренько подмигнул ей. – Я думаю, нам стоит начать все заново.

Он положил руку на грудь, прижимая растрепанные лоскуты – остатки от рубашки.

– Дэверелл Кристофер Блэкборн к вашим услугам. – Вампир поклонился, не прерывая зрительного контакта. Пистолет был все еще направлен на него, и это привело Дэва в замешательство. Однако он старался не подавать виду. – Могу я узнать твое имя?

– Меня зовут Эмбер.

– Эмбер. Прекрасное имя для прекрасной ведьмы.

– Может, ты перестанешь так грубо льстить и просто расскажешь причину своего визита?

– Моя цель – найти тебя и сопроводить в Иной мир.

От удивления Эмбер открыла рот. Дэверелл с удовольствием отметил участившееся сердцебиение девушки, что отдавалось пульсацией в ее тонкой шее. Возможно, усилия по очарованию этой ведьмы окупились бы сполна. Если она настолько сильна, что так быстро освободилась от гипноза, – тогда юная Эмбер является той девушкой, которую вампир хотел бы узнать получше.

– Я так понимаю, ты уже знаешь об Ином мире, – сказал Дэв.

Эмбер подняла подбородок и выпрямила спину. Конечно, это была попытка приобрести более устрашающий вид. Но даже в такой позе ведьма напоминала ощетинившегося котенка.

– Да, знаю, – кивнула она.

– Тебе хотелось бы там побывать?

– Да, – честно ответила Эмбер и в тот же момент ощутила непреодолимое желание оказаться на мосту Джека. – Но я не уверена, что хочу идти куда-то с тобой.

Дэверелл воткнул свою трость в землю и провернул ее привычным движением, отворачиваясь от девушки.

– Признаю, в данный момент не одет с присущим мне чувством стиля. Но позволю себе напомнить – в плачевном состоянии моего костюма виноваты только вы, моя милая леди. Могу я узнать, кто же достоин роли спутника больше, чем я?

– Джек, – выпалила она.

– Джек, – повторил Дэв, нахмурившись. – Ты говоришь о Джеке-фонаре?

Девушка заколебалась.

– Да, – ответила она после недолгих раздумий.

Дэв усмехнулся, прикрывая рот наигранно смущенным движением.

– Что в этом смешного? – спросила Эмбер.

– Я всего-навсего нахожу забавным тот факт, что ты предпочитаешь Упрямого Джека самому сильному вампиру Иного мира.

– Почему ты так его называешь? – Ведьма нерешительно опустила пистолет. Дэверелл одарил ее теплой улыбкой.

Вампира серьезно обеспокоил тот факт, что между фонарем и ведьмой уже возникли какие-то отношения. Джек не доложил об Эмбер – значит, она почему-то была для него важна. Дэв ни за что бы не поверил, что фонарь, окруживший весь город магическим соляным кругом, упустил растущую прямо под носом ведьму. К счастью для Дэва, этот круг частично размыло вчерашним дождем: вампир смог пройти сквозь. Хотя это было и больно, но все же не смертельно.

Дэву удалось отвлечь фонаря, оставляя повсюду запахи, звуки и знаки. Честно говоря, вампир был немного удивлен: Джек в самом деле пошел по ложному следу и не догадался, что это всего лишь уловка.

Скорее всего, сейчас фонарь был крайне озадачен попытками выяснить, как гоблин, сильван, вампир и целый выводок металлических летучих мышей из Иного мира оказались в его лесу. И все же скоро Джек вернется. Дэву необходимо как можно быстрее провести ведьму через барьер. Ему не хотелось лишний раз испытывать судьбу – и уж точно не было желания встречаться с фонарем. Теоретически вампир мог выйти победителем в этой схватке. Однако это далось бы очень тяжело.

Дэв щелкнул языком.

– Дорогуша, я с удовольствием рассказал бы тебе его историю, но, боюсь, Упрямый Джек появится здесь с минуты на минуту и быстро положит конец нашему восхитительному свиданию. – Вампир подался вперед. – Ты знаешь, что он со мной сделает, если найдет?

Эмбер нервно сглотнула и опустила пистолет еще ниже.

– Что… что он сделает? – спросила она.

– Джек осветит меня. Поверь, это невыносимая боль. На какое-то время он выведет меня из строя и отправит в Иной мир. Если такое действительно произойдет, я не смогу забрать тебя отсюда в ближайшее время – а может, вообще никогда. Не удивлюсь, если после моего визита Джек станет еще более бдительным. – Вампир почесал подбородок. – Этот фонарь очень силен. Мимо него и мышь не проскочит.

– Звучит убедительно, – сказала Эмбер. По тоскливому выражению ее лица Дэв понял: ведьма попалась в его сети. – Сперва мне надо пойти домой и собрать вещи.

– Конечно. Я могу чем-то помочь?

Эмбер закусила губу и, оглядев вампира с головы до ног, отрицательно помотала головой.

– Я думаю, нам лучше встретиться у перекрестка.

– Как скажешь, – учтиво ответил вампир. – Ожидание красивой женщины только разжигает предвкушение. Поэтому мужчина начинает ценить ее прибытие еще больше. До встречи.

* * *

В ожидании девчонки Дэв вытащил из кармана накидки маленькую заводную сову и письмо, чтобы прочитать послание от верховной ведьмы еще раз…


Я доверяю тебе очень опасное задание, которое должно быть выполнено крайне осторожно и в обстановке полной секретности.

Я обнаружила молодую ведьму. Ее необходимо сопроводить в Иной мир.

Можешь использовать любые способы, чтобы заставить ее пойти с тобой, но ты не должен причинять ведьме вреда.

К письму я прилагаю амулет для защиты, а также половину платы за твою работу.

Вторую часть оплаты ты получишь по завершении задания.


Достав клочок чистой бумаги и ручку, Дэв начал писать ответное письмо…


Я обнаружил ведьму. Приведу ее к Вам напрямую.

Если все пройдет без осложнений, мы прибудем через неделю.

Фонарь – заинтересованная сторона. Поэтому необходимо предпринять некоторые меры, чтобы он не обнаружил пропажу ведьмы раньше времени.

Скорее всего, это последнее сообщение до того момента, как мы встретимся лично.

Он закончил письмо и прикрепил скрученный клочок бумаги к совиному клюву. Убедившись, что все сделано правильно, вампир завел сову и включил подачу светоча, чтобы зарядить устройство энергией. Сова защелкала крыльями и взмыла в воздух. Затем пролетела под мостом и исчезла в тумане.

Глава 9

Как по часам

Проклятие Джека-фонаря

На секунду она замерла посреди леса, засомневавшись в правильности такого поступка. Затем Эмбер ощутила почти болезненное, обжигающее чувство. Оно подталкивало ведьму к границе Иного мира. Решив больше не мешкать, девушка побежала к окну, выдыхая теплый пар в морозный воздух.

Оказавшись в своей комнате, она переоделась в самую теплую и удобную одежду, натянула кожаные гамаши и убрала в сумку еще два платья. Потом Эмбер быстро собрала все остальное: сосуды, книги, маленький котелок и запасы ингредиентов. В самом конце она положила две фляги с водой, сушеные фрукты, вяленое мясо и печенье. Огонь, ощущаемый всем ведьмовским нутром, разгорелся еще сильнее – особенно когда тетины кошки обвились вокруг ее ног и начали жалобно мяукать.

Эмбер убедилась, что оба мушкетона находятся в кобурах, и надела плащ с множеством карманов. Закончив приготовления, она покинула свой дом уже во второй раз за эту ночь. Юная ведьма написала записку для Финни и оставила ее в дупле дерева в Сонной Лощине, где они тренировались стрелять из пистолетов. В письме Эмбер просила друга позаботиться о ее тете, а также благодарила за помощь с заклинаниями. Девушка убеждала не беспокоиться за нее, хотя знала – Финни все равно будет переживать.

Взбираясь по холму, Эмбер думала: не следовало ли оставить записку и для Джека? Скорее всего, после такого письма фонарь сразу бы бросился за ней и вернул назад в мир смертных. Эмбер жалела, что не попрощалась с ним.

Ведьма медленно пробиралась через залежи снега: сумка оттягивала плечо, но мост виднелся уже совсем близко. Дэверелл наблюдал за ней светящимися глазами, изучая каждое движение девушки. Все это время вампир размышлял над способами завоевать доверие Эмбер. Он вышел из-за деревьев и в мгновение ока оказался у нее за спиной. Опытная ведьма уже давно бы почувствовала присутствие магического существа. Подозрения Дэва лишний раз подтвердились: никто не обучал девчонку колдовству. Это объясняло оригинальный подход к изготовлению зелий и заклинаний.

– Ты готова? – спросил Дэв.

Девушка испуганно обернулась:

– Ох! Ты меня напугал.

– Приношу глубочайшие извинения. Я не собирался вот так к тебе подкрадываться, просто… прятался от твоего фонаря, – сказал он. Отчасти это являлось правдой.

– Я не думаю, что он причинил бы тебе боль, – сказала Эмбер в защиту Джека. – Он не жестокий.

Вампир выдержал паузу, осторожно подбирая слова.

– Боюсь, ты мало что знаешь о фонарях. – Он галантно предложил Эмбер руку. – Не пора ли нам идти? Мне уже не терпится показать тебе чудеса Иного мира.

Эмбер скрестила руки на груди.

– Ты так и не рассказал мне, кто тебя послал.

Притяжение Иного мира становилось невыносимым. Мимо них пробежала кошка: животное пронеслось по мосту и исчезло в темноте.

Дэв моргнул, обдумывая последствия, и только потом заговорил:

– Меня послала верховная ведьма. Она почувствовала присутствие достаточно сильной ведьмы, которая сможет перейти через границу между мирами. Поэтому попросила меня заняться поисками. Думаю, она очень хочет с тобой встретиться.

– Сама верховная ведьма? – Эмбер словно накрыло мягкой, успокаивающей волной. Как только девушка услышала о верховной ведьме, все ее сомнения улетучились, словно осенние листья от порыва свежего ветра.

– Да. Теперь, с твоего позволения, я бы предпочел убраться подальше отсюда – пока не вернулся твой фонарь. Я обещаю ответить на все вопросы, когда мы будем на той стороне.

– Хорошо. Думаю, новые знакомства пойдут мне на пользу. – Эмбер произнесла эти слова таким голосом, словно находилась в трансе.

Она взяла Дэва под руку и объявила:

– Я готова.

Дэв сомневался в ее истинной готовности. Эта юная, неопытная ведьма была такой наивной, что вампир почти чувствовал себя виноватым. Почти.

– Держись крепко, – сказал он. – Может немного жечь.

Вампир ступил на мост и уверенно пошел вперед. Сперва Эмбер ничего не почувствовала. Однако через мгновение кожа покраснела, словно от сильного ожога. На теле появились волдыри. Девушка задрожала и посмотрела на Дэва: его бледная кожа тоже отливала зловещим багровым цветом.

На секунду Эмбер замешкалась. Вампир настойчиво потянул ее вперед.

– Продолжай идти! – кричал мужчина, пока раскаленный ветер обжигал их со всех сторон. – Если остановишься – сгоришь в этом адском огне!

– Адском огне? – закричала Эмбер в ответ. Ей не понравилось это выражение. В какой-то момент юная ведьма почувствовала: хватка родного мира ослабевает. Что-то новое и незнакомое притягивает ее, заставляя идти дальше. Сердце забилось в предвкушении будущего: без сомнения, Иной мир был полон загадок и чудес. Но кроме восторга она ощущала и некоторую тоску по своему хранителю, оставшемуся в мире смертных.

Когда они достигли другого конца моста, Эмбер заметила: деревянный настил под их ногами сменился железными кронштейнами, балками и креплениями. Воздух здесь тоже был другой: пахло огнем, грязью и рудой. Этот запах оставлял на языке металлический привкус.

Они направились к склону холма, оставляя мост позади. Перед Эмбер раскинулся большой город с высокими зданиями. На всех крышах были дымоходы. Из каждой трубы в небо устремлялся столб черного дыма. После чего дым обращался в серый туман, нависающий над городом. То притяжение, что преследовало девушку в последнее время, не прекратилось – но все же немного утихло. Обычно такое ощущение сходило на нет в присутствии Джека. Но теперь, когда Эмбер наконец-то оказалась в Ином мире, она чувствовала: ее место здесь. Перед юной ведьмой лежал потрясающий огромный мир. Ей хотелось раскрыть ему навстречу свои объятья.

– Добро пожаловать в Пеннипорт – один из самых… интересных городов Иного мира, – сказал Дэв, подталкнув девушку вперед.

Голова Эмбер раскалывалась от множества вопросов.

– Значит, перекресток Джека ведет именно в Пеннипорт?

Дэверелл пытался увести ее как можно дальше от перекрестка и фонаря.

– В Ином мире так же много городов, океанов и континентов, как и в мире смертных. Однако между ними не так много точек пересечения. По своему мосту твой фонарь может перейти в пять разных городов. Я выбрал этот. Нужно просто подумать о том городе, в который хочешь попасть. Мост сам поймет, куда тебя доставить.

– Значит, если бы я отправилась в одиночку, то могла бы оказаться в любом из пяти городов?

– Да. Если ты не думаешь об определенном городе, мост решает за тебя.

– Невероятно! – Эмбер услышала грохот и вскрикнула от неожиданности: большая машина начала собирать пшеницу в поле неподалеку. – Что это такое?

– Это жатвенная машина, – ответил вампир.

– Но почему ее не тянут лошади?

– Здесь не нужны лошади – хотя мы их все же разводим. Наши машины действуют за счет светоча.

– Но как это работает?

– Машина уловила поток твоей энергии и включилась.

Эмбер изумленно уставилась на Дэва:

– Ты хочешь сказать, что прямо сейчас я подпитываю это хитроумное устройство?

– Так и есть, моя дорогая.

Эмбер окинула взглядом бескрайние поля и заметила полдюжины людей, бродящих среди качающихся на ветру колосьев.

– Ты уверен, что не они запустили машину?

– Кто, призраки?

– Призраки?

После слов Дэверелла Эмбер поняла: их тела были прозрачными. За спинами этих существ проглядывала покачивающаяся на ветру пшеница. Когда кто-то из призраков пытался поучаствовать в сборе урожая, его руки проходили сквозь колосья. В ладонях ничего не оставалось. Вдруг они, как один, повернулись к Эмбер и начали медленно идти в ее сторону.

– Они заметили тебя, – сказал Дэв, нахмурившись. – Нам лучше убраться отсюда.

– Согласна, но я не хочу оставлять машину включенной. Как мне ее выключить?

Моргнув, Дэв на секунду задумался. Затем пробормотал себе под нос:

– Да. Я как раз собирался заняться этим вопросом. Но тогда мне понадобится «рука мертвеца».

Эмбер сглотнула.

– Что это такое? Ингредиент для зелья?

– Вроде того, – сказал вампир, подталкивая девушку вперед. – В твоем мире люди верят, что руки висельников обладают мистическими способностями. Будто они позволяют оглушать людей и выводить из строя разные приспособления, а также открывать запертые двери. Но здесь «рука мертвеца» – растение, которое можно найти в некоторых регионах. Нам нужна чайная смесь из этой травы: она поможет скрыть твои силы от окружающих.

Дэв решил идти в столицу длинным путем. Им с Эмбер необходимо попасть в город, где жили Владыка Иного мира и его верховная ведьма. В инструкции к заданию было доходчиво объяснено, куда необходимо доставить девчонку. Не то чтобы Владыка знал о существовании Эмбер – но опасаться его вездесущих шпионов все же стоило. Их с юной ведьмой могли обнаружить где угодно – даже на отдаленном аванпосте. Одной из главных задач Дэва было оберегать девушку от любой опасности.

– Не волнуйся, – сказал мужчина. – Я не случайно выбрал этот город. Тут мы наверняка найдем нужную нам травяную смесь.

– Правда?

– Здесь есть таверна – «Медный компас». У владельца передо мной должок. Уверен, он приготовит нам достаточно чая, чтобы ты смогла оставаться незамеченной в течение нескольких дней.

– Отлично. Тогда вперед.

Дэв поймал Эмбер за руку и притянул к себе.

– Тебя же будет видно за милю. Каждая лампа, каждый колокол и свисток, каждое устройство, начиная отсюда и прямо до дверей таверны, будет возвещать о твоем присутствии – подобно жатвенной машине в поле. И когда я говорю, что ведьмы очень ценятся, я имею в виду: они ценятся как пленницы. Твоя кровь стоит целое состояние. Но помимо этого из тебя могут выкачать все силы или продать на аукционе тому, кто больше предложит.

– Ох, – тихо сказала Эмбер.

Она подняла глаза и увидела: машина все еще трещала и выбрасывала в воздух облака пара, оставляя за собой вспаханные борозды. Закусив губу, Эмбер попыталась почувствовать поток энергии, который машина получала от девушки. Но ведьма не ощутила ничего, кроме легкой щекотки в животе. Это не шло ни в какое сравнение с тем настойчивым ощущением, что тянуло ее в Иной мир.

– И что же нам делать? Я не хочу, чтобы меня схватили.

– Я бы тоже предпочел этого избежать, – согласился вампир, почесывая подбородок и сверля юную ведьму пристальным взглядом. – Кое-что мы можем сделать. Я просто выпью половину твоей крови.

Глава 10

Поцелуй вампира

Проклятие Джека-фонаря

– Это единственный способ, Эмбер. Если ты не отдашь мне часть своей крови, то будешь привлекать всеобщее внимание, как лошадь в шляпе. Не бойся, это не больно: укус вампира так же приятен, как и его поцелуй. А на мои поцелуи еще никто не жаловался.

Эмбер скрестила руки.

– А если я откажусь?

– Я не могу пить кровь ведьмы без ее согласия.

– А если ты мне солгал? Может, ты просто хочешь выпить моей крови?

– Если ты мне не веришь, я дам тебе вампирское обещание. – С этими словами Дэв прокусил свое запястье.

Острые клыки проткнули кожу с такой легкостью, словно это была рисовая бумага. Кровь тонкими ручейками полилась из двух маленьких отверстий. Вампир протянул руку Эмбер.

– Вампирская кровь не лжет. Коснись моего запястья языком. Ты поймешь: я говорю правду. Кроме того, кодекс чести вампиров обязывает во что бы то ни стало сдержать обещание, скрепленное кровной клятвой.

Эмбер смотрела на мужчину с недоверием, но все же слизнула каплю крови с запястья кончиком языка. Она почувствовала сладкий привкус – как будто съела ложку сахара.

– Вот так, – сказал вампир. – Теперь слушай меня внимательно. Я обещаю, что не убью тебя и не превращу в вампира-полукровку. Единственное, чего я хочу, – это помочь тебе добраться до города незамеченной.

Пока Дэв говорил, Эмбер всматривалась в его лицо. Сердце девушки билось с бешеной скоростью. Ее вены пульсировали, подтверждая его слова. Теперь Эмбер была уверена в искренности Дэверелла. И все же что-то было не так. Ведьму не покидало чувство, будто вампир чего-то недоговаривает.

Дэв мысленно проклинал себя за такую оплошность. Слово «единственное» было лишним. Не следовало произносить его вслух. Конечно, мужчина хотел большего, чем просто помочь ей добраться до города. По выражению лица юной ведьмы вампир понимал: она почувствовала обман. Однако, несмотря на это, Эмбер кивнула и выказала согласие на его предложение.

– Следуй за мной, – сказал Дэв и повел Эмбер к небольшой хижине.

С потолка лился тусклый свет. Подняв глаза, Эмбер с восхищением уставилась на ряд подвесных ламп, похожих на стеклянные трубочки. По форме они напоминали продолговатые мускатные тыквы – узкие в начале и раздувающиеся на конце. Из верхней части каждой трубки выходил дым. Нити накала, похожие на кукурузный шелк, освещали комнату. Вдруг трубки начали громко свистеть. Густой дым в мгновение ока заволок все пространство комнаты. Дэв понимал: если не ослабить напор светоча от Эмбер, лампы просто взорвутся от напряжения.

– Постарайся усмирить свой поток энергии, – сказал он.

– Как?

– Представь, что ты заливаешь костер водой или посыпаешь раскаленные угли холодным песком.

Эмбер закрыла глаза и сосредоточилась на ощущении легкого покалывания в животе. Она представила, как выпивает целое ведро ледяной воды.

– Так-то лучше, – сказал Дэв, когда свист прекратился. Лампы, которые по яркости уже могли соперничать с солнцем, потускнели и вернулись к своему нормальному состоянию. – Ты быстро учишься. Итак, начнем?

Эмбер неохотно последовала за ним. Когда вампир обхватил ее талию и усадил на край деревянного стола, девушка испуганно пискнула и отшатнулась.

– Эмбер, – мягко сказал Дэв. – Ты должна придвинуться немного ближе, иначе ничего не выйдет.

Девушке ужасно не нравилось происходящее. Но юная ведьма все же подвинулась к вампиру и протянула ему руку.

Уголок рта Дэверелла еле заметно дернулся.

– Не то чтобы мне не хотелось прижаться губами к твоему запястью, но процесс пойдет намного быстрее, если ты подпустишь меня к венам на шее.

Эмбер провела пальцами по своей шее и решительным движением убрала волосы назад. Сжав зубы и зажмурив глаза так, будто Дэв собирался проводить на девушке хирургическую операцию, она кивнула, выражая свою готовность.

Дэв наклонился к ней и вдохнул опьяняющий запах молодой ведьмы. Едва касаясь кожи, вампир провел языком по шее девушки. Он нащупывал пульсирующую вену. Затем мужчина осторожно вонзил в нее свои зубы, чувствуя, как сладкая, пропитанная магией кровь хлынула в рот.

Волосы Дэва щекотали щеку девушки. Ее ресницы дрожали, но Эмбер так и не решилась открыть глаза. Казалось, сквозь закрытые веки все еще виднелось желтое мерцание лампочек – те мигали от перебоя энергии. Она слышала слабый стон Дэверелла: одной рукой вампир вцепился в волосы девушки, наклоняя голову в удобное для него положение, а другая крепко сжимала ее талию.

Его губы медленно двигались по шее Эмбер и осушали вены. Однако боли она не чувствовала. Напротив – теплое чувство разлилось по всему телу девушки, согревая изнутри. Это ощущение напомнило Эмбер о сонных днях, проведенных в роще на стеганом коврике, когда она дремала под жарким летним солнцем. Сначала тепло просто приятно ласкало тело, но затем переросло в нечто большее. Девушку охватило чувство жажды. Теплого солнца уже не хватало. Эмбер хотела находиться ближе к нему: горячие лучи обжигали кожу, но юной ведьме было все равно. Она желала большего.

Эмбер слышала бормотание вампира в свою шею. Но это был далекий звук, приглушенный ярким калейдоскопом эмоций. Когда Дэв сжал ее еще крепче, мир взорвался такими ослепительными цветами, что на мгновение девушка потеряла зрение и слух. Затем свет начал постепенно рассеиваться. К Эмбер вернулся рассудок. Она спокойно покачивалась, плавая по мягким, прозрачным волнам полубессознательного состояния. Юная ведьма наслаждалась беспросветным вакуумом между сном и реальностью.

Она находилась в хорошем месте – приятном и умиротворяющем. Как будто все вещи, которые Эмбер когда-либо нравились, соединились в одну. Уют вечера накануне Рождества, лепестки розы, щекочущие ладонь, вкус приготовленных тетей рогаликов, шелест только что постиранного платья и теплое маленькое тельце урчащего котенка, свернувшегося на подушке под ее рукой.

Постепенно идиллическое состояние улетучилось. Его сменило неустойчивое ощущение реальности. Она снова почувствовала пульсации всего тела, но в этот раз совсем по другой причине. Эмбер была обернута в свою накидку, как новорожденный ребенок в пеленку. На небе сияли звезды: это означало, что она оставалась в бессознательном состоянии достаточно долгое время. Следовало начать беспокоиться. Еще спустя мгновение, юная ведьма поняла: ее несут на руках.

– Мистер… Дэверелл? – спросила она.

– Я здесь, Эмбер. И, пожалуйста, зови меня Дэв.

– Что… произошло? Все получилось?

– Получилось. И даже очень хорошо. Твоя сила невероятна. Я никогда не встречал ничего подобного. Даже у меня не получилось впитать ее целиком. Я взял столько, сколько мое тело могло вынести, и все равно меня до сих пор сводит судорогой. Кстати говоря, ты проделала дыру в стене хижины, взорвала все лампы в близлежащих окрестностях и, скорее всего, вывела из строя большинство рабочих машин. Хорошая новость заключается в том, что горожане будут заняты ремонтными работами и вряд ли заметят блуждающую по улицам ведьму. – Дэв засмеялся. – Я полагаю, это еще один отличный способ оставаться незамеченной.

Плотно завернутая в накидку Эмбер начала извиваться, пытаясь выбраться из рук вампира.

– Опусти меня. Я могу идти самостоятельно.

– Ты уверена? – Ухмылку Дэверелла было видно даже в темноте: его зубы поблескивали в лунном свете.

Сейчас острые клыки вампира втянулись обратно в десны. Однако Эмбер все равно тошнило от одного взгляда на них.

– Ты дала мне столько силы, что я мог бы несколько раз обойти весь Иной мир с тобой на руках, – добавил он.

– Это хорошая новость… наверное, – неуверенно сказала Эмбер.

Дэв осторожно опустил девушку на землю. Подошвы ее сапог наконец-то коснулись мостовой. Холодный городской воздух отдавал запахом свалки с примесью дыма. Эмбер развернула свой плащ и проверила, на месте ли все разложенные по кармашкам запасы.

– Если тебе интересно, я ничего не забыл, – сказал Дэверелл. Он кивком указал на сумку на своем плече. – Все твое оружие на месте.

– Спасибо. Теперь я могу сама нести свои вещи.

– В этом нет необходимости, – ответил вампир. – Как я уже говорил, у меня достаточно сил, чтобы слетать на луну и вернуться обратно. Самое малое, что я могу для тебя сделать, – это понести твою сумку. Несмотря на мои… особенности, я все же считаю себя в некотором роде джентльменом.

Дэверелл сам удивился своим словам. Конечно, он и раньше говорил подобные вещи. Однако сейчас это не было попыткой очаровать жертву. Он говорил искренне.

Эмбер подняла бровь. Если все «джентльмены» Иного мира походили на Дэверелла – у нее большие проблемы. Кажется, вампира совсем не смущала своя почти оголенная грудь. На мужчине все еще был изодранный в клочья камзол, под которым можно разглядеть жалкие остатки жилета. Эмбер подумала о том, куда же делись лоскуты его рубашки, и вспомнила: юная ведьма сама их и содрала, когда находилась в бессознательном состоянии.

Ее тут же бросило в жар. Эмбер без раздумий вручила мужчине свою накидку.

– Держи. Тебе сейчас нужнее. Просто ты выглядишь так, словно тебя ограбили.

Дэв улыбнулся.

– Но ведь так и было. Я с радостью поведаю любому встречному историю о том, как одна ведьма – хотя для рассказа, наверное, лучше поменять на «девица» – удерживала меня в неподвижном состоянии. Очаровательная, но беспощадная, она угрожала мушкетоном, чтобы заставить меня снять рубашку, а потом делать со мной все, что пожелает.

Эмбер уставилась на вампира с открытым ртом.

– Все было совсем не так!

– Может быть, – сказал Дэв, накинув ее плащ с таким изяществом, какое Эмбер и не снилось. – Но признай, моя версия гораздо интереснее.

Эмбер склонила голову набок.

– Не так я представляла себе вампиров.

– Спасибо, наверное, – ответил он и убрал прядь каштановых волос за ухо. – А ты не похожа ни на одну из знакомых мне ведьм.

– И много ведьм ты встречал?

– Двух или трех, – сказал Дэв, пока они спускались по дороге с холма. – Держись ближе. Жители Иного мира предпочитают не связываться с вампирами. Если они заподозрят в тебе вампира – это будет нам только на руку.

Чем ближе они подходили к городу, тем больше местных жителей встречалось на дороге. Эмбер с изумлением отметила, насколько они отличались друг от друга. Навстречу спутникам шел очень высокий и тонкий мужчина: он приподнял шляпу-котелок. Его губы растянулись в жуткой улыбке. Рядом семенил еще один человек – маленький и коренастый. На нем был передник, заляпанный багровыми пятнами, а на плече незнакомец нес кожаную сумку. Когда он поднял голову, Эмбер заметила: его глаза горят красным. Маленький мужчина проигнорировал удивленный взгляд девушки и поспешил удалиться.

Мимо них прошла крупная женщина. Сперва Эмбер удалось заметить только ее профиль. По форме незнакомка напоминала бочку без ярко выраженной линии талии. Ее платье походило на мешок из-под картошки, а волосы свисали с головы длинными тусклыми паклями. Когда женщина повернулась к ним лицом, Эмбер вздрогнула: нос незнакомки оказался размером с кабачок и – что еще хуже – целиком был покрыт бородавками разных форм и размеров. У нее были толстые волосатые пальцы и крошечные косые глазки. Женщина поспешно прошла мимо. Эмбер смогла разглядеть черные отростки в том месте, где должны находиться зубы. Слова «уродливая» было бы недостаточно для описания незнакомки. За женщиной неотступно следовал специфический запах: несло болотом и плесенью.

На плече у нее болталась сумка: оттуда выглядывала маленькая зеленая голова, которая оскалила зубы и зашипела на Эмбер.

– Что?..

Эмбер не знала, как сформулировать свой вопрос, чтобы никого не обидеть.

Дэв наклонился к девушке и прошептал:

– Эта женщина – тролль. Существо в сумке – ее ручной гремлин.

После того как незнакомка свернула на другую дорогу, откуда ни возьмись появилась компания мальчишек. Они начали улюлюкать Дэву и Эмбер из темного переулка. Стоило вампиру оскалить зубы, а его глазам вспыхнуть голубым светом, как их крики превратились в чуть слышное бормотание. Эмбер обернулась: она успела заметить сверкающие в темноте желтые глаза. Не успели спутники отойти, как из переулка донесся протяжный вой.

– Оборотни? – спросила юная ведьма.

Дэв кивнул.

– Джек сказал, что я должна опасаться гоблинов. Есть вероятность, что мы на них наткнемся?

– Гоблины есть в каждом городе Иного мира. Обычно они работают ремонтными мастерами: именно они строят все существующие здесь машины и приспособления. У них длинные ловкие пальцы и хорошее зрение. Гоблины отлично разбираются в том, как заставить работать любой механизм. Лучшим предлагают должности в столице.

– И они любят кусать ведьм за ноги?

– Если бы к ним в руки попала ведьма – гоблины непременно бы в нее вгрызлись. Они обожают обгладывать кости и высасывать костный мозг. Обычно городские гоблины довольствуются костями животных. Но ходят слухи, что в лесах живут отшельники – они убивают все, что движется. Конечно, гоблины уродливые, вульгарные и грубые. Но в основном они безобидны.

– Как же, безобидны, – пробормотала Эмбер.

– Тебе нужно опасаться не тех, кто похож на чудовищ, – сказал Дэверелл. – Самые опасные существа неотличимы от обычных людей.

– И много тут таких?

– А разве я не похож на человека? – спросил он, расставив руки и сделав пируэт.

– Похож.

– И разве я не самое опасное существо из всех, что ты когда-либо встречала?

У Эмбер не нашлось ответа. Конечно, Дэв был опасен – но не совсем в том смысле, какой подразумевал.

– Пожалуй, – с сомнением сказала она.

– Правильный ответ – да. Вампиры невероятно опасные существа. Но не для ведьм. На твоем месте я бы беспокоился о суккубах и инкубах.

– А это кто такие?

– И те, и другие – представители одной расы. Суккубы – это женские особи, а инкубы – мужские. Они… хм… кормятся за счет обольщения.

– Правда? И как это работает?

– После… спаривания выбранная жертва становится их пленником. Из-под влияния суккубов и инкубов невозможно вырваться. Самые везучие доживают свои дни в роли рабов.

– А те, кому не повезло?

– Суккуб или инкуб постепенно вытягивает из них душу – пока не выпьет все до капли, и тело не умрет. Этот процесс может быть медленным или очень, очень долгим.

– Разве это не одно и то же?

– Самое печальное, что нет. Большинство предпочло бы медленную смерть.

– Мне кажется, это не самая страшная гибель, – сказала Эмбер, вспоминая вампирский поцелуй Дэва и размышляя: поцелуй Джека наверняка был бы в сто раз лучше.

– Если бы ты своими глазами увидела кого-нибудь под их чарами, то так не говорила бы, – возразил Дэв. – Но давай надеяться, что этого никогда не произойдет.

Пока они шли по городу, вампир без умолку рассказывал Эмбер про устройство Иного мира и показывал витрины выстроившихся вдоль улиц магазинов. Вскоре они оказались у вывески. Она гласила: «Добро пожаловать в Пеннипорт!»

– Нажми на кнопку, – подсказал Дэв.

Эмбер нашла черную кнопку и нажала. Откуда-то изнутри донеслось жужжание и громкие щелчки: из открывшегося отделения появился блестящий металлический рожок. Выехав до упора, он накренился вниз и закачался на пружине. Эмбер вопросительно посмотрела на Дэверелла.

– Покажи нам «Медный компас», – сказал он.

Скрипя шестеренками, рожок исчез так же быстро, как и появился. Не прошло и секунды, как перед спутниками развернулась объемная карта города. На ней отчетливо виднелось каждое здание.

– Невероятно! – воскликнула Эмбер, поворачиваясь к Дэвереллу. – Это карта!

Тот никак не отреагировал на возглас девушки и даже не взглянул на карту.

– Ты и так знаешь, где находится таверна, не правда ли? – с подозрением спросила Эмбер.

– Знаю. Я просто подумал, что тебе захочется посмотреть на карту.

Проходя мимо витрины ателье, Эмбер вздрогнула от неожиданности: неподвижная женщина за стеклом начала двигаться. Она была сделана из металла и поворачивалась то правым, то левым боком, демонстрируя свой модный наряд.

Около галантереи стоял медный мужчина, напоминавший женщину из ателье. Он снимал шляпу перед прохожими и жестом указывал на свой жилет, запонки и трость. Затем мужчина изящно кланялся и предлагал зайти в магазин, где каждый желающий мог подобрать для себя различные аксессуары.

Дэв остановился и стал изучать жилет человекоподобной машины.

– Мне нравятся эти пуговицы, – сказал вампир. – Надо будет вернуться сюда за новым жилетом.

Эмбер придвинулась поближе, чтобы рассмотреть крошечные пуговицы. Те расстегивались и застегивались сами по себе. Вдруг лампочки на вывеске магазина замигали, а голова медного человека заискрилась. Он начал вращаться вокруг своей оси.

– Похоже, твоя сила восстанавливается. Нам нужно торопиться, – сказал Дэв и огляделся вокруг.

– Но как он работает? – спросила Эмбер, все еще рассматривая медного человека.

– Это робот-автомат. Он как причудливые карманные часы – только шестеренки побольше. Робота можно завести, открыв спрятанную под жилетом пластину на спине. Он будет работать без перезапуска в течение недели. У нас еще останется время на обзорную экскурсию, но сперва нужно напоить тебя чаем, – сказал Дэв, взяв девушку под руку.

Они прошли мимо лавки алхимика, кожевенной мастерской, места под названием «Коллекционер душ», ателье головных уборов и магазина, который сулил самые точные предсказания, чтение карт и спиритические сеансы. Заметив магазин часов, Эмбер замедлила шаг. Огромное количество механизмов – от напольных часов с кукушкой до разных тикающих диковинных устройств и карманных часов – словно приглашали ведьму зайти внутрь и разглядеть их получше. Золотые карманные часы, выставленные на красной вельветовой подушечке, напомнили девушке о Джеке. Эмбер подумала: фонарь, должно быть, ищет ее. Юная ведьма почувствовала укол совести за то, что не написала своему хранителю записку. Может, Джек найдет ту, что предназначена для Финни?

Когда они свернули на соседнюю улицу, ландшафт резко изменился. Спутники оказались в совершенно иной части города. Все стены были покрыты копотью. Вместо высоких зданий с квартирами на верхних этажах и магазинами на нижних здесь ютились окутанные дымом дома. Здания соседствовали с насыпями металла, угля и горами отбросов. Именно здесь находились многочисленные трубы, из-за которых город был укутан смогом.

– Ставлю все свои деньги на то, что сейчас в окрестностях депо уже рыскают карманники. Рабочий день механиков давно закончился.

– Кто такие карманники? – испуганно спросила Эмбер.

– Те, что могут тебя обворовать. Или сделать что-нибудь похуже.

Эмбер взглянула на темные переулки между домами и ускорила шаг. Вдруг машины вокруг них ожили и начали грохотать, выпуская пар. Одна из них издала похожий на рычание звук. В глаза путников ударил резкий свет.

– Это из-за меня? – прошептала Эмбер. – Может, тебе надо выпить еще моей крови?

Дэв покачал головой.

– Попробуй сделать то же, что и раньше. Усмири свою силу. Мы почти пришли. – От быстрого шага вампир задыхался. – Не следовало идти через металлургический район.

Эмбер видела волнение Дэва: вампир нервно оглядывался по сторонам. Наконец он указал на здание с широкими дверьми и ярко горящими окнами. Либо выброс энергии никак не повлиял на это заведение, либо там умели быстро справляться с такими проблемами.

Здание стояло немного в отдалении от всех остальных построек. Эмбер почувствовала запах соли и подумала: рядом наверняка находится море или река. Чем ближе они подходили, тем громче становились доносящиеся из окон музыка и смех. Гирлянды с круглыми лампочками раскачивались на ветру, освещая подвижную вывеску.

Где-то наверху с жужжанием вращались шестеренки. Они заставляли крутиться стрелку огромного металлического компаса. В основном стрелка указывала вниз: то ли на землю, то ли на вход в заведение. Они подошли к дверям. С ободряющим кивком Дэв затащил Эмбер внутрь.

Музыка и смех резко остановились. Все посетители, как один, обернулись, чтобы посмотреть на вновь прибывших. Красивая и – как отметила Эмбер – скромно одетая официантка медленным шагом направилась к Дэвереллу, подхватив по пути кружку эля. Она неторопливо пересекла зал и выплеснула содержимое кружки вампиру в лицо.

– Дэверелл Кристофер Блэкборн. Как ты посмел здесь появиться! – воскликнула женщина.

– Как приятно знать, что ты все еще помнишь меня, Серния, – ответил Дэверелл. С носа вампира упала капля эля.

Глава 11

Медный компас

Проклятие Джека-фонаря

Джек вдоль и поперек прочесал целых два города Иного мира в поисках Эмбер – но не нашел и следа юной ведьмы. Опытный фонарь чувствовал себя желторотым новичком. Он был уверен: через его перекресток и мышь не проскочит.

И все же у летучих мышей это вышло. У Джека не оказалось иного выбора, кроме как следовать за металлическими созданиями. Нельзя было допустить, чтобы они смешались с обычными летучими мышами мира смертных. Джеку пришлось подождать, пока они найдут подходящее место для гнезда. Затем фонарь направил свою тыкву таким образом, чтобы поймать всех мышей в один луч света. Он не должен упустить ни одной. Освещенные мыши визжали так пронзительно, что, если бы поблизости оказались люди, их барабанные перепонки наверняка бы лопнули.

Кроме мышей появился еще и вампир. Не надо быть гением, чтобы догадаться: вампир обвел фонаря вокруг пальца. Летучие мыши не смогли бы проникнуть в мир смертных без посторонней помощи.

Забеспокоившись об Эмбер, Джек поспешил вернуться на кладбище – но девушки и след простыл. Однако он нашел дымящийся шейный платок и запонку с бриллиантом. Эти вещи, без сомнения, принадлежали обитателю Иного мира. Значит, она стреляла в вампира. Но смог ли выстрел отпугнуть противника? Нарастающая тревога подгоняла Джека, заставляя двигаться все быстрее и быстрее. Вампиры славятся необычайной скоростью. Если он доберется до Иного мира со своим трофеем – все будет кончено. Вскоре появится Рун с раскрасневшимся от гнева лицом и потребует ответов.

Тыква освещала ему путь. Приняв форму тумана, Джек просочился в окно Эмбер. Там фонарь надеялся увидеть миниатюрную девушку, склонившуюся над своим котлом или полирующую новые мушкетоны с самодовольной улыбкой на лице. Однако комната была пуста и находилась в полном беспорядке. Исчезли дорожный плащ и сосуды с зельями. Ее сумка и ящики комода стояли открытыми, а одежда валялась на полу. Джека охватил ужас.

– «Что случилось? – подумал Джек. – Ее увели силой?»

Судя по всему, она пошла добровольно. Фонарю было сложно поверить в побег вампира и ведьмы. Неужели он дал девушке возможность вернуться домой, а сам стоял и терпеливо ждал, пока она соберется?

Эмбер предложила свою кровь взамен на то, что вампир проведет ее в Иной мир? Такое не стоит исключать. От одной мысли об этом к горлу Джека подкатывала тошнота. На секунду он представил, как его бедная Эмбер попадает в объятия вампира. Кулаки фонаря сжались, а огонь в тыкве яростно запылал.

Конечно, вампир провел девушку через перекресток взамен на что-то очень ценное. Кровь ведьмы. Это была самая правдоподобная версия.

Он ринулся к мосту и пробежал через перекресток, освещая своей тыквой каждый изгиб и трещину в надежде, что еще не слишком поздно. Джек понимал: если другой фонарь заметит его свет, то сразу же доложит начальству о нерадивом коллеге, покинувшем свой пост.

Пока Джек тщательно обыскивал окрестности первого города Иного мира, прошло несколько часов. С пустыми руками он отправился в следующий пункт. Бродя по второму городу, хранитель нервно постукивал пальцами по крышке карманных часов и постоянно проверял время. Наступила ночь. Его тыква плыла по переулкам как маленькая луна, освещая всевидящими глазами здание за зданием. Джек, наоборот, шел с закрытыми глазами, пытаясь ощутить поблизости хорошо знакомую ярко-золотую душу. Душу Эмбер. Потерпев неудачу во второй раз, юноша торопливо пересек мост по направлению к следующему городу.

* * *

Дэверелл умудрился найти на своей груди достаточно большой лоскут рубашки, чтобы вытереть лицо.

– Что за маленькая дрянь висит у тебя на руке? Да как ты посмел притащить ее сюда!

– Это не то, что ты подумала, Серния.

– Неужели?

Девушка шагнула к Эмбер и смерила ведьму полным презрения взглядом.

– Она даже не в твоем вкусе, – громко объявила официантка, чтобы все присутствующие могли это слышать.

Пока Эмбер сгорала со стыда, Дэв коснулся шеи разгневанной девушки и осторожно провел большим пальцем по бледно-голубой вене.

– Ну, будет тебе, – сказал он. – Зачем же устраивать публичные сцены ревности.

Девушка, как будто нехотя, подняла глаза и посмотрела вампиру в лицо. Эмбер уловила чуть заметный оттенок голубого на щеках незнакомки и поняла: Дэв использует свои вампирские чары, чтобы успокоить ее. Рот Сернии приоткрылся, пока вампир вводил девушку в состояние транса.

– Я прошу прощения за то, что в прошлый раз ушел без предупреждения. Это, без сомнения, недостойный джентльмена поступок. Но меня срочно вызвали по одному важному делу, и нужно было спешить. Ты же не будешь на меня обижаться за это?

– Не буду обижаться, – эхом повторила Серния.

– Хорошая девочка. Теперь беги и скажи своему боссу, что у меня к нему дело. – Она развернулась, чтобы уйти. – О, и принеси нам чего-нибудь подкрепиться, моя дорогая. Уверен, моя спутница умирает от голода.

– Да, Дэв. Конечно, – ответила Серния с мечтательной улыбкой и удалилась нетвердой походкой.

Эмбер бросила на Дэва осуждающий взгляд.

– Да как ты можешь так обращаться с юной леди…

Он прервал девушку порывистым смешком.

– Серния? Никакая она не «юная леди». Она одна из тех, о ком я тебя предупреждал. Суккуб.

Эмбер удивленно распахнула глаза:

– Ты хочешь сказать, что она?.. И ты?..

– Я же не идиот. Серния, конечно, хорошенькая. Но ей не удалось меня околдовать, хотя и очень этого хотелось.

Через пару минут девушка вернулась с мрачным выражением на лице. Действие гипноза закончилось. Теперь она метала в сторону Дэверелла гневные взгляды.

– Ваш ужин будет подан в задней комнате. – Официантка наклонилось ближе, заманчиво прикусила губу и ухмыльнулась, словно загнала в угол очередную жертву. – Пэйн будет рад тебя видеть.

Посмотрев вслед удаляющемуся суккубу, Дэв вздохнул и взял Эмбер под руку.

– Пошли, – сказал он. – Задняя комната вон там.

Эмбер последовала за Дэвом через вращающуюся дверь. Та все еще не остановилась после прохода Сернии. Они оказались в совершенно другой части здания. Вместо эля и смеха рабочих задняя комната была пропитана запахом сигар, духов и меди. Мебель была обита красным бархатом. Захмелевшие мужчины, женщины и существа, названия которых Эмбер были неизвестны, лениво развалились на стульях, креслах и диванах.

Очень красивые и откровенно одетые женщины поглаживали их волосы, брови и различные конечности, наполняя стеклянные графины кровью своих жертв. Девушка слышала хлюпанья загустевшей крови в прозрачных сосудах.

Были и те, кто не выкачивал из посетителей кровь. Они дарили долгие, опьяняющие поцелуи неподвижным телам, обессиленно лежавшим на полу. Из приоткрытых ртов жертв поднимались призрачные струйки дыма. Эти струйки тут же попадали в плотно закупоривающиеся фиалы. Эмбер была возмущена и шокирована. Но в то же время девушка испытывала к происходящему нездоровый интерес.

Один из мужчин так сильно закашлялся, что Эмбер вздрогнула от неожиданности. Он поднял банку и поднес к лицу: изо рта на стеклянное дно со шлепком упал сгусток слизи. Затем незнакомец протянул банку другому мужчине. Получив за это пару медных монет, он ушел в ту часть заведения, где располагался паб.

– Что это за место? – шепотом спросила Эмбер.

Не успел Дэв ответить, как лысый мужчина с внушительным животом, облаченным в кожаный фартук, схватил вампира за плечо и резко развернул к себе.

– Ты – бессовестный, изворотливый аферист!

Он обхватил лицо Дэверелла своими мясистыми ладонями так крепко, что мог бы с легкостью поднять вампира в воздух и отшвырнуть, как тряпичную куклу. Но этот жест не показался Эмбер демонстрацией превосходства. Напротив, мужчина с большим животом дружелюбно улыбался.

– Что тебе нужно на этот раз? В кои-то веки выбрался из катакомб? Надоело пролеживать бока в гробу, поэтому пришел поживиться чем-нибудь вкусненьким? – Он наклонился ближе. – Только что пришла свежая партия крови фонаря. Мы оба знаем, какая это редкость. Сложнее только достать обрезки ногтей бугимена. Но я так думаю, денежки у тебя водятся – раз ты отказался от той работы, которую я предложил в прошлый раз.

Эмбер стало безумно интересно, для чего же могут понадобиться обрезки ногтей бугимена. И неужели речь шла о том самом бугимене? Она обязательно узнает об этом у Дэва. Спросить лысого мужчину девушка не решилась. Эмбер уловила в его голосе угрожающую интонацию и внимательно следила за тем, как незнакомец потирал руки, словно ожидал платы. Может быть, Дэв ему задолжал?

Дэверелл попытался одернуть полы изодранного камзола и заправил прядь волос за ухо.

– Пэйн, уверяю тебя – как только ты узнаешь причину моего визита, то позабудешь обо всех прошлых обидах.

Крупный мужчина недоверчиво хмыкнул, дав понять, насколько трудно будет вернуть его расположение.

– Мы с моей спутницей столкнулись с некоторыми трудностями. Нам требуется твоя помощь, а также твое… молчание, учитывая нашу непростую ситуацию.

– Да неужели? – ответил Пэйн. – И почему ты решил, что я соглашусь помогать такому пройдохе, как ты?

– Мы можем предложить кое-что очень ценное.

– Правда, что ли? – Пэйн скрестил руки на груди и нахмурил густые темные брови. – Очень сомневаюсь, что у тебя или у твоей человеческой девчонки, с которой вообще не стоило здесь появляться, есть нечто, что могло бы меня заинтересовать.

Эмбер понимала: улыбка Пэйна – это ловушка. На барной стойке сонно потянулась большая рыжевато-коричневая кошка. Прежде чем Пэйн успел спихнуть ее своей огромной рукой, она прыгнула прямо в руки к Эмбер.

– Проклятая тварь, – сказал он. – Терпеть их не могу.

Прижав кошку к себе, Эмбер торопливо отвернулась и осторожно опустила животное на пол. Кошка выбежала за дверь и скрылась в ночи.

Дэверелл наклонился к лысому мужчине так близко, что почти касался его уха губами. Эмбер не слышала, что вампир прошептал своему знакомому. Тем временем глаза Пэйна расширились от удивления: он испытующе посмотрел на девушку. Взгляд мужчины наконец-то загорелся интересом.

– Так, значит, мне следовало перед вами красный ковер расстелить. А я разбушевался не по делу.

Он повернулся и крикнул:

– Дорзин! Дракин! Тащите сюда свои ленивые задницы! Немедленно!

Из-за занавески появились два неуклюжих… создания с зеленой кожей и глазами-бусинками.

– Да, босс? – Они говорили нараспев и абсолютно в унисон.

– Приготовьте для этих двоих наши лучшие комнаты.

Существа – по предположению Эмбер, наполовину тролли, наполовину гремлины – переглянулись.

– И если я узнаю, что кто-то из вас пытался цапнуть девушку за ногу или откусить ей палец, – выгоню взашей! Простите меня, миледи. – Хозяин заведения обратился к Эмбер. – Мы не привыкли принимать таких важных гостей в нашем захолустье.

В ответ она только растерянно пожала плечами. Пэйн повернулся к вампиру.

– Если что-то понадобится, только скажите. Предел – сами небеса. Нет, даже небеса не предел. Я сделаю абсолютно все, что в моих силах. – Он наклонился ближе. – Но если надумаешь меня обмануть или твоя девчонка окажется несговорчивой, вам обоим конец. Можешь не сомневаться.

– Даже и в мыслях такого не было, клянусь, – сказал Дэв.

Двое странных прислужников вернулись – значит, комнаты были готовы. Пэйн торжественно проводил своих гостей наверх. Он остановился около большого стеклянного цилиндра с витыми железными воротами. Пэйн взялся за железную перекладину и толкнул одну из створок. Та со скрипом отворилась. Необычное устройство находилось в центре прозрачной трубы, один конец которой уходил вверх, а второй вел на нижний этаж.

– Что это такое? – спросила Эмбер у Дэверелла.

– Это называется подъемник. Давай, заходи внутрь.

Дэву понравилось, что прежде, чем сделать шаг вперед, Эмбер схватила вампира за руку и крепко сжала ее. Когда они все зашли в стеклянное устройство, Пэйн закрыл железные створки и сказал:

– Вы будете жить в апартаментах в башне наверху. Мы только что закончили их строительство, так что могут возникнуть незначительные проблемы. Но это не должно вам помешать. Так как наша юная гостья в первый раз пользуется подъемником, она и должна нажать кнопку. Вот эту, которая подписана словом «башня».

Эмбер осторожно нажала на кнопку. Как только машина начала гудеть, Пэйн схватился за свисавший с потолка кожаный ремешок и жестом указал Эмбер на другой поручень прямо у девушки над головой. Прозрачная труба зажглась теплым желтым светом. Где-то наверху зашипел пар: Эмбер почувствовала толчок, и пол вздрогнул под ногами. Через секунду движение выровнялось. Цилиндрическая машина начала медленно поднимать спутников все выше и выше.

Сквозь стекло Эмбер наблюдала за слаженным движением огромных шестеренок. Они проехали один этаж с коридором, из которого вело множество дверей. Затем второй и третий. Всего девушка насчитала шесть этажей перед тем, как подъемник прошел через отверстие в крыше. Труба, по которой двигалось устройство, закончилась. Теперь только провода держали машину в воздухе.

Эмбер смотрела в окна. Ее душа уходила в пятки: юная ведьма чувствовала себя рыбой, пойманной на крючок и подкинутой в воздух – за пределами родной водной стихии. Ее пульс участился. Девушка закрыла глаза в попытке сдержать рвотные позывы.

Когда подъемник в очередной раз качнулся в воздухе, Дэв и Пэйн посмотрели на горящие лампы и переглянулись.

– Ей нужна смесь из «руки мертвеца», – тихо сказал Дэв.

– Сколько угодно. Но только после того, как я получу свое.

– Что ему нужно? – испуганно спросила Эмбер. Подъемник накренился, словно почувствовав ее настроение.

Дэв ощутил страх ведьмы и ободряюще похлопал девушку по руке.

– Ему нужно всего лишь немного твоего светоча, чтобы поддерживать работу заведения. Такой подарок сэкономит ему приличную – я бы даже сказал, огромную – сумму денег. Ведь подача ведьмовской энергии очень строго регулируется сверху.

Эмбер почувствовала на себе взгляд Пэйна. По телу пробежали мурашки. Юная ведьма плотнее прижалась к Дэву. Тот приобнял ее одной рукой. Девушка сильно доверяла вампиру – это казалось странным даже ей самой. Эмбер встретила его совсем недавно. И все же рядом с Дэвом девушка чувствовала себя в безопасности – ощущение, которое обычно возникало только в присутствии Джека или Финни. Ощутимый нутром странный зов не покидал Эмбер. Однако сейчас он как будто ослаб. Компания Дэва почему-то казалась ведьме подходящей, хотя разум твердил: с этим мужчиной стоит быть осторожной.

Эмбер понимала, что у Дэва есть от нее секреты. Но каждый раз, когда девушка всерьез задумывалась об этом, ее тут же окатывала волна безразличия. В конце концов, Эмбер пришла к выводу: тайны вампира не причинят ей вреда. Юная ведьма улыбнулась Дэву краешком губ и решила довериться интуиции. Они поднимались все выше и выше: Эмбер посмотрела сквозь стеклянный пол и поняла – крыша здания осталась далеко внизу.

– Эта башня стоит прямо на облаках? – спросила она. – Мы, должно быть, уже на полпути к луне.

– Обычно она спрятана за облаками. Я три года вел переговоры с небесным портом, чтобы построить башню рядом с их вокзалом. Потом пришлось нанимать целую команду мастеров для ее конструирования. Все это стоило немалых денег. Но я планирую отбить всю сумму за год. Башня может похвастаться самыми последними достижениями прогресса, вот увидите.

Эмбер вглядывалась в темноту за стеклянными стенами, но не могла разглядеть ничего, кроме неба. Город внизу начал постепенно восстанавливать электроснабжение. Районы зажигались один за другим. Эмбер сочла этот вид довольно захватывающим. Иной мир и вправду сильно превосходил мир смертных в техническом оснащении. Она не могла дождаться, как расскажет обо всем своей тете по возвращении домой.

Всмотревшись в ночное небо, Эмбер заметила над городом движущуюся точку. Это смахивало на падающую звезду – если бы странный объект то и дело не замирал на одном месте, освещая город лучом света. Когда она указала на это Дэвереллу, вампир только шумно втянул носом воздух.

– Мы успеем? – спросил он у Пэйна.

Крупный мужчина взглянул наверх.

– Почти на месте. Подъемнику осталось только развернуться.

Дэв не стал объяснять Эмбер происходящее. Однако мужчины, казалось, были не на шутку взволнованы и пристально следили за каждым движением парящего над городом объекта. Девушка услышала скрежет. Сделав небольшой разворот, подъемник остановился.

Над ними была ровная поверхность округлой формы с темным отверстием посередине. Что-то зацепилось за подъемник сверху и с лязганьем затащило его внутрь. Гулкий металлический звук возвещал: путешествие по воздуху наконец-то завершилось.

– Вот и все, – сказал Пэйн. – Этот свет не проникнет через окна башни – даже если ее светоч выйдет из-под контроля.

Пэйн отворил железные створки. Выйдя из подъемника, Эмбер вздохнула с облегчением. Она чувствовала себя дикаркой по сравнению с Дэвом и Пэйном. Они нажимали на кнопки, передвигали рычаги, проверяли вентили и крутили заводные ручки, открывая девушке панорамный вид на город через огромное изогнутое окно. Прозрачное стекло практически заменяло стены: лишь иногда оно прерывалось раздвижными дверьми. За одной из таких дверей Эмбер нашла самую изысканную спальню, которую ей доводилось видеть. Пройдя по закольцованному коридору, ведьма обнаружила: купол башни в четыре раза больше дома ее тети.

Она чуть не споткнулась, когда прорезиненный пол под ногами вдруг стал неустойчивым и начал пружинить.

– Осторожно, – сказал Пэйн. – Пол здесь пневматический. Он постоянно наполняется сжатым воздухом.

Пока Пэйн с Дэвом обсуждали ванну с паровым подогревом, круговую террасу и автоматическую печь, Эмбер казалось, будто мужчины говорят на другом языке.

Наконец хозяин заведения пообещал им новую одежду, горячий ужин и все остальные предметы из просьбы Дэва доставят со следующим полным оборотом купола. Он отдал вампиру небольшую коробку, открыл раздвижную дверь и снова забрался в подъемник.

Эмбер подошла к столу и взяла в руки большое яблоко. Она откусила приличный кусок и вытерла капающий из уголка губ сок большим пальцем.

– Если ты отдашь мне мою сумку, я достану мочалку и чистую одежду.

– Держи. – Дэв протянул ей сумку и прошел в следующую комнату вместе с девушкой, выравнивая вентили и поворачивая рычажки – пока обжигающе горячая вода не полилась из медного крана в самую большую ванну, которую Эмбер когда-либо видела.

Пока Дэв взял на себя смелость капнуть в воду несколько капель ароматического масла, мощный световой луч прорвался через оконное стекло и озарил лицо Эмбер сквозь густой пар.

– Что это было? – спросила Эмбер. – Кто-то может заглянуть в это окно?

Голубые глаза Дэва вспыхнули льдом. Он нахмурился.

– Нет. Между оконными стеклами проходит эктоплазма.

– Эктоплазма?

– Она берется из… ты помнишь то существо, которое пускало слизь в банку?

– Да, – тихо ответила Эмбер, понимая, что не очень хочет слушать продолжение.

– Говоря простым языком, это особая субстанция. Она блокирует почти все – даже светоч. Если ее нанести на одну сторону стекла, то существа снаружи не смогут увидеть происходящее внутри. Но тем, кто внутри, будут видны все события снаружи.

Эмбер подняла руку, призывая вампира замолчать.

– Этого объяснения достаточно. Конечно, мне страшно интересно поподробнее узнать о слизи, которую изрыгают какие-то непонятные существа. Но боюсь, что вода остынет. Если позволишь, я бы очень хотела отмыться от дорожной пыли.

– Конечно. – Дэв вышел из комнаты и закрыл раздвижную дверь.

Теперь все пространство ванной заполнилось густым дымом. Эмбер вытащила из волос шпильки, позволив локонам свободно упасть на плечи.

– Дэв? – крикнула девушка.

– Да? – Он слегка приоткрыл дверь.

– Даже не думай, что будешь спать со мной в одной кровати.

Уголки губ вампира поползли вверх.

– И в мыслях не было, – сказал Дэв самым нахальным тоном, на который только был способен, давая понять – такая мысль определенно приходила мужчине в голову.

– Спасибо, – ответила Эмбер, поворачиваясь к нему спиной и немного пошатываясь. Купол продолжал медленно вращаться вокруг своей оси.

Закрывая дверь во второй раз, Дэв задумался: не теряет ли он хватку? Вампиру еще ни разу не приходилось лезть из кожи вон, чтобы очаровать женщину – особенно если уже удалось попробовать ее кровь. Когда жидкость поступала напрямую из тела, между вампиром и его донором возникала особая связь.

Жертвы вампирского укуса не только становились легким объектом для соблазнения, но и испытывали необходимость постоянно находиться рядом с искусителем. В свою очередь, если вампир постоянно возвращался к одному и тому же донору, то постепенно привязывался к нему. Некоторые вампиры даже влюблялись в своих жертв, что было очень глупо – учитывая продолжительность их жизни.

Вопрос был в том, почему это не подействовало на Эмбер так же, как на остальных? Обычно, когда Дэв дарил девушке вампирский поцелуй, она испытывала такое наслаждение, что не могла дождаться следующего раза. Мужчина точно знал: Эмбер получила удовольствие от процесса.

Возможно, это выглядело чересчур дерзко с его стороны – но вампир не мог не думать о том, как далеко удалось бы зайти, не будь Эмбер такой благопристойной. Дэв удобно расположился в кожаном кресле. Он решил: хоть и не получается наблюдать за ведьмой в ванне – наслаждаться невероятной панорамой города никто не запрещал. Особенно зная, что яркий луч света, время от времени мелькавший в окнах башни, принадлежит проклятому фонарю. Тот разыскивал свою подопечную.

Глава 12

Кипи, котел! Огонь, гори!

Проклятие Джека-фонаря

Джек не понимал, что происходит. Он обыскал каждый город. Да, фонарь сделал это второпях, но у его тыквы был мощный луч. Ни одно существо не смогло бы скрыть от него свою душу. Ни в одном из пяти городов, соединенных с его перекрестком, ведьмы не было.

И вот он снова сидел на деревянной балке под крышей моста, размышляя о своих дальнейших планах. Джек не вправе оставить пост и вернуться к поискам. Это было его прямой обязанностью. За неповиновение юношу могли лишить жизни. С другой стороны, еще одной обязанностью фонаря являлась защита Иного мира от ведьм. И если смотреть на проблему под таким углом, то не оставить пост ради поисков было бы настоящим преступлением. Он склонялся то к одному, то к другому варианту. В конце концов, Джек решил: какими бы ни были последствия, он ответит за свои действия. Фонарь обязан найти Эмбер.

Джек был хорошим следопытом, но ему требовалась помощь. Фонарю необходимо найти кого-то, кому можно доверять и кого искренне волновала судьба Эмбер. Кого-то, кто сможет ее убедить – раз уж юная ведьма не желает слушать Джека.

Джек появился у окна Финни. Огонек в его тыкве отбрасывал свет на спящего мальчишку. Из-под одеяла виднелись рыжие вихры волос. Даже через закрытое окно фонарь слышал раскатистый храп.

Он осторожно постучал в окно: парень фыркнул, кашлянул, перевернулся на другой бок и снова захрапел. Со вздохом Джек взмахнул рукой. Вместе с морозным воздухом в комнату ворвался рой снежинок. Они приземлились прямо на голые руки и плечи, выглядывающие из-под одеяла.

Финни что-то проворчал и задергался, безуспешно пытаясь натянуть на себя одеяло и защититься от внезапного холода. Джек обернулся туманом и просочился в комнату. Тыква медленно плыла следом за фонарем.

– Ну здравствуй, Финни, – тихо сказал он.

– Здрасте, – причмокивая, ответил юноша, после чего опять захрапел с открытым ртом.

– Финни, – повторил Джек. – Эмбер нужна твоя помощь. Пора вставать.

– Эмбер? – Глаза мальчишки все еще были закрыты, а на губах заиграла глупая улыбка. – Эмбер, – повторил Финни, словно звал ее во сне.

– Финни! – зашипел Джек. – Просыпайся.

Фонарь потряс мальчишку за плечо. Когда это не сработало, юноша с силой вырвал из-под него одеяло. Финни с грохотом свалился на пол.

Наконец парень приподнялся, чтобы осмотреться вокруг. Он сонно взъерошил рыжие волосы. Затем Финни попытался взобраться обратно на кровать с таким невозмутимым лицом, будто подобное происходило с ним каждую ночь. Раздражаясь все больше и больше, Джек переступал с ноги на ногу. Фонарь сознательно скрипел половыми досками. От неожиданности Финни подпрыгнул и наконец-то обратил внимание на незваного гостя.

– Кто здесь? – Финни попытался нашарить рукой очки на прикроватной тумбочке. В конце концов ему удалось водрузить их на переносицу. Джек нашел занимательным тот факт, что мальчишка носит очки – раньше фонарь никогда этого не замечал. Наверняка Финни пытался скрыть свое слабое зрение от Эмбер. Когда парень смог сфокусировать взгляд и разглядеть Джека с его парящей в воздухе тыквой, то чуть не поперхнулся.

– Что ты такое? – спросил он.

– Я фонарь Эмбер. Ты помогал ей с заклинаниями и оружием: она не объяснила тебе их предназначение?

– Она собиралась в путешествие. Я надеялся, что Эмбер возьмет меня с собой, если я ей помогу.

– Что ж, для этого уже слишком поздно – ее здесь нет. Эмбер похитил вампир.

– В-в-вампир? – заикаясь, переспросил Финни.

– Да. И ты поможешь мне ее вернуть.

Финни нервно сглотнул и потянулся за странным приспособлением, похожим на очки – но с множеством прикрученных к оправе разноцветных стекол. Надев его, юноша начал поднимать и опускать цветные линзы. Он не отрывал взгляд от Джека.

– Поразительно! – воскликнул Финни. – Пространство вокруг тебя как будто затуманено, но невооруженным глазом этого не видно.

– Держу пари, это далеко не единственная вещь, которую ты не можешь увидеть «невооруженным глазом».

На секунду лицо парня стало таким же красным, как и волосы.

– Расскажи, что случилось с Эмбер, – неожиданно смело сказал Финни, собирая вещи и одеваясь. Джек готов был признать, что впечатлен решительностью щуплого мальчишки.

– Она затерялась где-то в Ином мире, – объяснил Джек. – Я знаю, что ты сделал для нее оружие и помог с заклинаниями. Теперь помоги мне найти ее.

Фонарь бросил взгляд на рабочий стол юноши: он просто утопал в различных приспособлениях и инструментах. Но самым интересным был каркас, похожий на часть незаконченного робота-автомата. Джек удивленно поднял брови.

Мальчишка оказался прирожденным мастером на все руки, изобретателем – причем на редкость талантливым. Особенно для мира смертных. Надо сказать, ведьмы часто побуждали людей к изобретениям. Финни же провел большую часть жизни, повсюду таскаясь за Эмбер.

– Можешь взять с собой все, что посчитаешь нужным, – сказал Джек. – Но имей в виду: свою сумку ты будешь носить сам. Людям нельзя находиться в Ином мире, так что держись ко мне поближе. Мой свет скроет тебя от посторонних глаз. Но только если ты не будешь отходить далеко.

Финни собрал вещи и поинтересовался, поедут ли они на фаэтоне[6] Джека. Фонарь издал сдавленный смешок, но быстро взял себя в руки. Лицо мужчины снова приняло серьезное выражение.

– Кареты у меня нет. – С этими словами Джек вдруг осознал, какой обузой станет для него Финни. До нынешнего момента ему не приходило в голову призвать своего коня. Но теперь это казалось хорошей идеей. – Мы поедем на Мороке. Следуй за мной.

В форме тумана Джек просочился через окно и снова принял обычный облик. Финни был так поражен этим зрелищем, что еле успел уклониться от тыквы, вылетевшей в окно следом за своим хозяином. Юноша неуклюже закинул ногу на подоконник, перевалился за него и рухнул на землю, выронив сумку: от удара она раскрылась. Все изобретения оказались на снегу.

– Быстрее, – сказал Джек, даже не подумав помочь Финни собрать вещи. Когда они наконец смогли продолжить путь, Джек повел мальчишку к своему мосту. Фонарь закатывал глаза каждый раз, как спутник начинал пыхтеть от усталости.

Джек знал упрямство Эмбер. Собственная безопасность ее не волновала – но девушка наверняка не допустит, чтобы пострадал ее друг.

Когда они приблизились к перекрестку, из тумана появился Морок: громко перестукивая копытами, он промчался по мосту и встал на дыбы. Пытаясь отпугнуть юношу, конь издавал странные, похожие на визг звуки, фыркал и выпускал дым из ноздрей.

– Все в порядке, Морок, – сказал Джек, поглаживая гриву питомца. – Он со мной. Нам нужно найти Эмбер.

При упоминании Эмбер конь ткнулся мордой в грудь Джека и огляделся по сторонам. Животное надеялось, по обыкновению, получить яблоки от юной ведьмы. Когда Морок успокоился достаточно, чтобы дать себя оседлать, фонарь повернулся к Финни.

– Ты первый. Обвяжи сумку вокруг себя и крепко держись за поводья. Обычно ему не нравятся новые наездники.

Сложив ладони и использовав их в качестве ступеньки, Джек подсадил Финни и помог мальчишке устроиться в седле. Затем фонарь подозвал свою тыкву. Она послушно спланировала прямо к нему в руки.

– Ты готов, парень? – спросил Джек.

Мальчишка кивнул. Он нервничал, но держался относительно хорошо.

Губы Джека растянулись в такой же хитрой, как и у его тыквы, улыбке. Мужчина нашептал ей свои указания, несколько раз подбросил в воздух, а затем со всей силы запустил в сторону перекрестка. Огненным шаром она пронеслась мимо черного коня: Морок заржал и пустился за тыквой. Финни обернулся в уверенности, что Джек следует за ним. Но молодой человек исчез, снова растворившись в тумане. Мальчишка задрожал и почувствовал на руках мурашки, когда фонарь пронесся мимо леденящей дымкой.

Финни отчаянно вцепился в поводья. Сумка больно хлопала по спине, пока черный конь двигался с такой скоростью, какую не могли развить обычные лошади. Когда юноша осмелился посмотреть вниз, то увидел: копыта Морока высекают искры. Следом за ним тянется шлейф черного дыма.

Казалось, еще секунду назад они стояли на заброшенном мосту. Однако уже через мгновение деревянный настил сменился металлическим. Финни оказался в мире, о котором никогда не подозревал. Ночь превратилась в день. Маленький сельский городок обернулся шумным городом такого масштаба, какой раньше казался парню невозможным.

И Финни вдруг почувствовал, что наконец-то оказался дома.

* * *

– Лорен, ах ты хитрая маленькая ведьма, – сказал муж верховной ведьмы, входя в ее покои.

– Как мило с твоей стороны почтить меня своим визитом, Мелихор.

– Не разыгрывай невинность. Ты думаешь, я не заметил твоих проклятых шпионов, постоянно снующих туда-сюда? Ты что-то затеваешь. Очень глупо было полагать, что я ничего не узнаю.

Верховная ведьма откинула прядь седых волос за плечо.

– Как ты и сам знаешь, дорогой, у меня не осталось сил на интриги. Ты постоянно подключаешь меня к своей машине. Я практически не могу ходить – и тем более что-то планировать.

– Возможно. Но на всякий случай я велел врачам забрать у тебя двойную порцию энергии.

По спине ведьмы пробежали мурашки. Тем не менее она с притворной покорностью склонила голову.

– Как пожелаешь, Мелихор.

– Я бы предпочел, чтобы ты обращалась ко мне согласно моему титулу, – сказал он.

– Конечно, милорд.

Как только он покинул комнату, ноги верховной ведьмы подкосились. Женщина упала на кровать. Одинокая слеза скатилась по щеке и исчезла в гряде старческих морщин.

* * *

Эмбер проснулась под ровный гул вращающегося купола. Она подняла руки над головой, потянулась и удовлетворенно вздохнула, снова скользнув под одеяло.

Вчера вечером девушка приняла ванну и расчесала волосы. После этого юная ведьма обнаружила приготовленные для нее халат и тапочки. На столе рядом с кроватью Эмбер ждали два блюда с изысканными узорами на каемках, накрытые серебряными клоше. Под ними скрывался самый роскошный ужин, который девушка когда-либо видела: пахнущие мятой крошечные сэндвичи, яйца всмятку, ломтики красной рыбы с душистыми травами, пастуший пирог с мясом и овощами и мягкая буханка черного хлеба. Эмбер отломила себе кусочек и жадно вгрызлась в него зубами, наслаждаясь пряным вкусом. Под крышкой поменьше она нашла миску ягод со взбитыми сливками, зеленое масло, треугольные пирожные с черничным джемом и белые пирожные из заварного теста с оранжевой посыпкой – последние таяли на языке. Девушка попробовала всего понемножку, кроме зеленого масла. Все остальные яства ведьма оставила на утро. Затем Эмбер упала на кровать, и, утонув в мягких подушках, заснула под мягким сиянием звезд.

Она не знала, как долго проспала, но комнату уже наполнял яркий солнечный свет. За дверью послышались звуки шагов. В проеме появилась голова Дэва.

– Наконец-то, – сказал он. – Я уж решил, что ты проспишь целый день.

– Сколько времени? – спросила Эмбер, сев в кровати и облокотившись на подушки.

Шагнув в комнату, Дэв откинул полы длинного сюртука и достал карманные часы из нового серого жилета. Этот жест напомнил ей о Джеке.

– Почти три часа дня, – сказал вампир. – Пэйн организовал нам поездку на воздушном корабле. Капитан умеет держать язык за зубами – самое необходимое для нас качество. Но следует прибыть в небесный порт как можно раньше, чтобы найти «Аэробус Фантом».

Эмбер решила не вслушиваться в непонятные слова Дэва: вместо этого девушка предпочла сосредоточиться на его новой одежде. Вампир облачился в твидовый серый жилет. Его сюртук и брюки тоже были серого цвета, но на несколько оттенков темнее. Хрустящая от свежести белая рубашка вампира делала его кожу не такой бледной на вид. Наряд завершал шейный платок насыщенного бронзового цвета.

– Это подарок от Пэйна? – спросила Эмбер. – Или ты ходил по магазинам без меня?

– Хоть я уже и полдня жду твоего пробуждения – нет, я не покидал башню. Одежду прислал мне Пэйн. Здесь есть кое-что и для тебя. Хочешь посмотреть?

– Да.

Эмбер подползла к краю кровати и плотнее запахнула халат. Дэв поставил на стол перевязанную красной лентой коробку.

– Открой пока вот эту, а я принесу остальные, – сказал он.

– Остальные? – переспросила Эмбер. – Хочешь сказать, что есть еще?

Не ответив на ее вопрос, Дэв вышел из комнаты. Эмбер ничего не оставалось, кроме как дернуть за кончик красной ленты. Открыв коробку, ведьма обнаружила несколько слоев белой бумаги – такой тонкой, что рука Эмбер просвечивала сквозь нее. Осторожно развернув упаковку, она нашла самое красивое платье из всех, которые когда-либо доводилось видеть. Вытащив его из коробки, девушка мысленно понадеялась, что оно окажется достаточно широким и подойдет по размеру.

По цвету платье подходило к шейному платку Дэверелла: оно было огненно-оранжевого цвета, напоминавшего осенние листья клена. Юбка оказалась тяжелее любого платья девушки. Кроме того, в коробке лежал покрытый изящными узорами корсет с металлическим каркасом. Он надевался поверх платья. К корсету крепились тонкие золотые цепочки – чтобы владелица смогла прицепить карманные часы или другие небольшие украшения. На верхней юбке был длинный разрез, благодаря которому можно разглядеть черный сетчатый материал нижней юбки. Эта юбка была украшена несколькими слоями оборок, чтобы сформировать турнюр[7]. Платье заканчивалось длинным шлейфом. Его тоже обрамляли золотые цепочки: они позволяли укорачивать шлейф во время прогулок и снова распускать для посещения какого-нибудь торжественного события. Дизайн наряда казался слишком сложным. Красивым, но сложным.

В другой коробке Дэва были нижние юбки, чулки и панталоны. Работа портного выглядела настолько тонкой, что даже края панталон были прошиты очаровательными тонкими лентами, переплетающимися в сложном узоре, – о такой роскоши в ее маленьком городке никогда даже не слыхали. В третьей коробке находились блестящие черные сапоги на пуговицах, а в четвертой – кружевной зонтик и перчатки, идеально севшие на маленькие руки Эмбер.

Она натянула панталоны, чулки и юбки. Затем села на пуфик перед трюмо, чтобы сделать прическу. Юная ведьма никогда не видела таких больших зеркал. Она протянула руку и дотронулась до стекла. По его краям зажегся свет.

Когда темные локоны девушки были окончательно усмирены и собраны в свободный пучок, Эмбер надела платье и попыталась разобраться с корсетом. Обычно ей помогала тетя. Но этот корсет был сконструирован так сложно, что Эмбер не могла понять, как закрепить его даже при помощи магии. Приоткрыв дверь, она позвала на помощь Дэва. Мужчина вошел с хмурым выражением лица и письмом в руке. Отвлекшись, вампир сел на кровать и внимательно ее выслушал.

– Застежки соединяются с помощью механизма, – сказал он. – Мои запонки устроены точно так же. Смотри.

Дэв коснулся запонки пальцем. Внутри начала вращаться крошечная шестеренка. Застежка расстегнулась. С новым прикосновением запонка вновь оказалась застегнутой.

– Как и все остальное, этот механизм работает за счет светоча, – объяснил он. – Для такой мелочи его нужно совсем чуть-чуть. Но даже капля этой энергии стоит непомерно много. К примеру, твой корсет обошелся в целое состояние. Это самая дорогая из всех вещей, что Пэйн тебе подарил.

Эмбер опустила глаза и еще раз оглядела свое платье, недоумевая, как что-то настолько обычное могло оказаться таким ценным. Задумавшись, она отпустила корсет, который все еще придерживала руками. Ведьма быстро подтянула его обратно вверх и крепко прижала к себе. Эмбер не заметила, что при этом подняла и платье. Девушка бросила сердитый взгляд на Дэва. Мужчину ее затруднительное положение только забавляло.

Он поднялся с места с явным намерением помочь. Но Эмбер отступила от него на шаг и подняла бровь. Вампир усмехнулся и примирительно поднял руки.

– Чтобы закрепить корсет, тебе надо всего лишь провести пальцами снизу вверх. Он застегнется сам собой. Если вдруг станет неудобно и ты захочешь его расслабить, проведи пальцами вниз от середины – но только очень медленно. Когда захочешь его снять, веди сверху вниз по всей длине. Все застежки раскроются.

Эмбер нахмурилась.

– Звучит так, словно у тебя большой опыт в снятии корсетов.

Губы вампира растянулись в улыбке. Она дьявольским блеском отразилась и в глазах Дэва. И все же Эмбер последовала его совету. Она услышала тихий щелчок. Корсет плотно сомкнулся на талии.

Девушка завороженно смотрела на свое отражение. Никогда прежде она не носила такого нарядного платья. Жесткий гофрированный воротник обрамлял лицо юной ведьмы и делал ее похожей на королеву. Эмбер подумала: воротник, должно быть, обшит кринолином. У тети была юбка из такой же жесткой ткани. Родственница надевала эту юбку только по праздникам.

Дэв опустился на колени и прикрепил шлейф платья к одной из тонких цепочек на корсете, показывая: они работают по такому же принципу, что и застежки.

– Вот и все, – сказал Дэв, все еще стоя на одном колене. – Хорошенькая – как картинка. Хотя кое-чего все-таки не хватает.

Эмбер вдруг поняла, что Дэв выглядит так, словно собирается сделать ей предложение. Девушка смущенно кашлянула и отвернулась от него.

– Мой зонтик? – спросила она.

– Вообще-то, я имел в виду это. – С этими словами вампир достал очередную круглую коробку. Места на столе уже не осталось, поэтому ее пришлось положить на пуфик. Внутри коробки оказалась шляпка. Она напоминала головной убор Дэва – только гораздо меньше.

– Шляпка отделана лентой из крыла летучей мыши, как и моя, – объяснил Дэв. – Кроме того, ее украшают совиные перья и мощный ведьмовской амулет.

– Ведьмовской амулет?

Эмбер взяла шляпку из рук вампира и отодвинула украшавшую ее вуаль, чтобы рассмотреть маленький бронзовый котел.

– Он очень милый, – сказала ведьма, поглаживая совиные перья.

– Да. Но он не просто «милый».

– Что ты имеешь в виду?

Дэв надел свои серые перчатки и накинул на плечи пальто, сшитое по последней моде.

– Этот маленький котел впитывает твою энергию. Его запасов хватит, чтобы зарядить целый воздушный корабль.

– Но как? Он такой крошечный.

– Энергия ведьмы не занимает много места. Амулет не имеет ничего общего с щеткой для волос или метлой. Он предназначен для того, чтобы обуздать и сохранить твою энергию. Кстати об этом…

Дэв достал бронзовую коробку и открыл ее с помощью ключа. Внутри находились две коротких рукоятки и металлическая пластина с установленными внутри шестеренками и рычажками.

– Что это? – спросила Эмбер.

– Это вольтметр – более усовершенствованная версия твоего амулета. Это и есть плата, которую Пэйн хочет получить за свою помощь.

– И что мы должны сделать?

– Ты возьмешься за рукоятки с двух сторон, и устройство впитает часть твоего светоча.

Эмбер с сомнением посмотрела на Дэверелла.

– Когда я пил твою кровь – это было физическим воздействием. Однако вольтметр заберет твою энергию более естественным способом. Ты не почувствуешь слабости. Боли не будет. Но при этом ты не сможешь использовать свои способности некоторое время.

Если ты зарядишь вольтметр, то дашь Пэйну возможность управлять своим бизнесом и не платить правительству ни монеты следующие пятьдесят лет. Для него это самая выгодная сделка в жизни. Пэйн дал мне столько денег, что мы сможем с размахом путешествовать по Иному миру еще целый год и ни в чем себе не отказывать.

Эмбер закусила губу. Она всегда хотела исследовать Иной мир. Но делать это на протяжении целого года? Что будет с ее тетей? Ведьме хотелось поспорить с вампиром и объяснить – недели для нее будет более чем достаточно. Однако живот вдруг скрутило так же, как и перед путешествием сюда. Девушка поняла: возвращаться домой было бы неправильно. Тут ее внимание привлекло облако в форме кошки, проплывавшее за стеклянной стеной купола. На секунду Эмбер показалось, будто кошка ей подмигнула.

Дэв тем временем продолжал говорить:

– Конечно, после окончания работы с вольтметром тебе необходимо выпить чай. Он еще больше подавит твою энергию. Ты сможешь передвигаться по Иному миру абсолютно незамеченной. А пока я буду учить тебя управлять ведьмовскими силами и заглушать их при необходимости. В один прекрасный день ты прекратишь пить смесь из «руки мертвеца». Сомневаюсь, что к тому времени тебе все еще потребуется моя помощь.

– Конечно, мне нужна будет твоя помощь! Ты столько для меня делаешь. Вот бы я могла чем-нибудь за это отплатить, – с улыбкой сказала Эмбер, отвернувшись от кошачьего облака.

– В этом нет необходимости, – произнес Дэверелл любезным тоном. – Благодаря твоей невиданной щедрости мои карманы набиты до краев. А кровь, которой ты со мной поделилась, будет подпитывать меня еще долгое время. Что еще нужно вампиру, кроме денег и крови?

Он одарил Эмбер самой очаровательной улыбкой, на какую только был способен. Затем коснулся щеки девушки затянутой в перчатку рукой и слегка сжал пальцами ее подбородок.

– Есть еще кое-что.

Эмбер отшатнулась от его прикосновения: девушке не понравился этот покровительственный жест.

– И что же? – спросила она, поправляя шляпку.

– Я получил письмо от верховной ведьмы. Планы немного изменились. Пока что мы не сможем встретиться с ней в столице: в ее плотном графике нет ни одной свободной минуты. Так что сперва мы отправимся на острова и повидаем одного изобретателя. Уверен, он тебе понравится. Но не волнуйся, я буду держать верховную ведьму в курсе всех наших перемещений. Как только у нее появится свободное время, я вас познакомлю.

– Ох! – Эмбер растерялась. – Как думаешь, долго придется ждать?

– Нет, ожидание не займет много времени. Думаю, мы пробудем на острове изобретателя около недели. Воспринимай это как возможность получше изучить Иной мир.

Конечно, Эмбер хотелось увидеть как можно больше. Однако путешествие на остров, а потом обратно на материк должно отнять куда больше времени, вопреки ее планам. Юная ведьма хотела сказать, что лучше останется в городе и поглазеет на витрины диковинных магазинов. В тот же миг в животе словно завязался узел. Дэв взял девушку за руку и поцеловал тыльную сторону ладони – боль исчезла, как по волшебству.

– Нужно торопиться, – сказал он. – Воздушный корабль уже ждет нас.

– Воздушный корабль? Я думала, мы отправляемся на остров.

– Так и есть. В Ином мире путешествуют и на обычных кораблях, но воздушные гораздо быстрее.

Несмотря на беспокойство, сама идея путешествия по воздуху казалась девушке очень привлекательной. Юная ведьма не стала спорить с Дэвом. Вампир объяснял ей что-то про устройство вольтметра, но все мысли Эмбер были сосредоточены на Джеке. Скучает ли фонарь по ней? Эмбер надеялась, что да. Девушке очень хотелось увидеть все чудеса Иного мира. Но еще больше хотелось, чтобы Джек сейчас находился рядом.

– Я думаю, можно начинать – сказал Дэв, имея в виду устройство Пэйна. – Урок колдовства номер один: сосредоточься на источнике силы внутри себя. Можешь его почувствовать?

– Да. – Эмбер закрыла глаза.

– Хорошо. Теперь представь, что твоя энергия состоит из тысячи крошечных пузырьков.

– Представила.

– Теперь позволь верхнему слою лопнуть и направь поток в кончики пальцев. Устройство сделает остальную работу за тебя.

Эмбер размяла пальцы и взялась за рукоятки. Металл быстро стал теплым. Пальцы и руки ведьмы загудели от переполнявшей их энергии. С шипящим звуком появился голубой светящийся луч. Он соединил собой две рукоятки.

– Так и должно быть? – спросила Эмбер.

– Да. Следи за индикатором на устройстве: когда коробка наполнится энергией, стрелка поднимется до ста.

Коробка начала гудеть и вибрировать. Эмбер увидела, как стрелка на шкале поднимается до десяти, двадцати, тридцати. Всем своим телом она ощущала легкое покалывание, но постаралась сосредоточиться на пузырьках и направлять энергию в устройство. Вдруг что-то пошло не так: покалывание превратилось в невыносимое жжение. Перед глазами пронеслась ослепляющая вспышка – мир словно перевернулся. Она услышала, как Дэв зовет юную ведьму по имени, и растерянно моргнула. Эмбер лежала на полу, но не могла вспомнить свое падение.

– Постарайся успокоиться и сконцентрироваться, – мягко посоветовал Дэв, поглаживая ее ладонь. – Дыши глубже.

Эмбер последовала его совету. Головокружение прекратилось.

– Что случилось? – спросила она.

Откуда-то сверху донеслось жужжание. Эмбер подняла глаза: коробка, за рукоятки которой она только что держалась, подпрыгивала на столе словно живая.

– Ты его перегрузила, – сказал Дэв. – Вольтметр наполнился энергией до краев. Твоя сила начала влиять на центробежную силу купола. Однако вращение уже замедляется и постепенно приходит в норму. Теперь тебе нужно поскорее выпить чай и начать тренировки по управлению своей силой. Ты очень сильна, а значит, и опасна – в первую очередь для себя самой.

Дэв улыбался, но Эмбер понимала всю серьезность его слов.

Он поставил ведьму на ноги с такой легкостью, будто она весила не больше перышка. Затем он протянул Эмбер упавшую шляпку и попросил дотронуться до амулета в виде котла. Дэверелл объяснил: на этот раз она не должна сосредотачиваться на своей силе, а просто позволить энергии свободно течь сквозь пальцы. Затем вампир протянул девушке чай из «руки мертвеца» и велел выпить все до последней капли. Сам мужчина тем временем приколол шляпку ей на голову. В голове Эмбер пронеслись мысли: у Дэва, кажется, было много опыта в одевании и раздевании женщин.

Подобрав свою шляпу и трость, он забрал у девушки пустую чашку и протянул ей руку.

– Пора идти. Наш летучий экипаж уже заждался. Я позволил себе сложить все твои вещи в эту новую кожаную сумку и, надеюсь, ты разрешишь мне ее понести. Позавтракать сможешь уже в небесном порту.

Глава 13

Безголовый всадник

Проклятие Джека-фонаря

Джек вел Морока за поводья, а Финни увлеченно изучал окрестности сквозь свои странные очки с цветными стеклами.

– Она точно здесь проходила, – сказал Финни, не оборачиваясь. – Путь Эмбер довольно легко проследить – если знать, что искать.

– Наконец-то. – Джек вздохнул. Это был уже третий город из пяти, соединенных с его перекрестком. Но почему Пеннипорт? Фонарь думал, что встретивший ведьму вампир сразу же отведет ее в столицу и сдаст за вознаграждение. Из всех пяти доступных городов Пеннипорт был самым дальним от столицы Иного мира. – Поднажми, парень, мы обязательно должны ее найти.

– Я нашел и другие следы. Красные, как свежая кровь.

Вампир. Фрагменты пазла постепенно складывались.

Окидывая взглядом поле и далекий город, Джек обдумывал детали исчезновения девушки. Как луч его тыквы мог ее упустить?

Если бы юная ведьма была более терпеливой и осторожной, он бы нашел способ провести ее в Иной мир – хоть и не надолго. При одной мысли о том, что могло произойти с Эмбер, Джеку становилось плохо. Однако все, что оставалось фонарю, – это терпеливо следовать за смертным мальчишкой.

К счастью, Финни умел отличать остаточные признаки энергии Эмбер от любых других. Юноша неохотно признался, что использует эти познания с ее тринадцатилетия. Как и многие другие парни в городе, Финни был без ума от Эмбер. Однако, в отличие от остальных, он не сидел сложа руки, а изобрел хитроумное устройство, способное отыскать следы юной ведьмы. Финни всегда знал, где найти Эмбер – даже когда она уходила бродить по лесу. Парень быстро понял: чем свежее след, тем он ярче. Когда Финни определенным образом настраивал свои линзы, следы Эмбер подсвечивались оранжевым цветом. Следы обычных людей и животных были абсолютно бесцветными. Джек редко касался ногами земли. Но когда это происходило, его след светился снежно-белым. Если же фонарь передвигался в форме тумана, то голубым.

Джек удивился, узнав, что его вообще могли отследить. Однако новость о том, что Финни уже давно поделился этой информацией с Эмбер, повергла хранителя в шок. Пытаясь заслужить ее благосклонность, парень даже предлагал ведьме помощь в слежке за фонарем. Эмбер отказалась, объяснив это желанием встретиться со своим загадочным хранителем на собственных условиях. При этом девушка попросила Финни сообщить ей, если тот увидит снежно-белые следы около ее излюбленной лощины. Джеку было неловко, что его поймали за шпионажем. Но Финни воспринимал все происходящее как захватывающее приключение. К счастью для фонаря, мальчишка не стал стыдить его за вторжение в секретное укрытие Эмбер.

Джек наблюдал за худым рыжим юношей. Тот напряженно всматривался себе под ноги.

– Ты напоминаешь мне Икабода.

– Кто такой Икабод? – спросил мальчишка.

– Чернокнижник из Тарритауна. Я пытался держать его подальше от местного перекрестка – точно так же, как и Эмбер.

– Тебе трудно было с ним справиться? Наверное, Икабод был хитрым и изобретательным.

Джек рассмеялся:

– Вот уж нет. Защищать перекресток от него не представляло никакого труда. Чернокнижника было очень весело пугать: мне никогда не встречались настолько трусливые и суеверные люди.

Джек поведал Финни, как однажды надул щеки и выдохнул мощный поток ветра. От этого потока заросли камыша начали качаться и громко шелестеть. Затем фонарь щелкнул пальцами: откуда ни возьмись появились стаи лягушек и летучих мышей – все это жутко напугало чернокнижника.

Он рассказал юноше о том случае, когда Икабод возвращался со светского приема поздно ночью. Джек погнался за ним на лошади: одной рукой молодой мужчина держал свою тыкву, а другой сжимал меч и рассекал им воздух. Чернокнижник закричал и съежился, пытаясь уйти от погони на своем жалком скакуне. В пылу рассказа Джек вскочил на Морока, чтобы наглядно показать эту картину. Он начал кружить на скакуне вокруг Финни и истерически хохотать. Как и в случае с Икабодом, фонарь поднял воротник своего темно-синего пальто. В образовавшейся тени виднелась пустота. Она осталась на том месте, где должна была быть душа Джека: через кожу начал просвечивать скелет.

Финни застыл на месте и молча смотрел на Джека. На лице мальчишки не было даже намека на улыбку. Джек спрыгнул с Морока и нерешительным тоном закончил рассказ:

– В итоге он сдался и уехал из города. Я слышал, как люди перешептываются о безголовом всаднике, обитающем возле каменного моста. Надо сказать, с тех пор никто не осмеливался ходить этой дорогой.

– Значит, ты думаешь, что я трус? – нахмурившись, спросил Финни.

– Нет, это… не то, что я имел в виду.

– Тогда ты считаешь меня неуклюжим? Суеверным? Излишне доверчивым?

– Да нет же. Я только хотел сказать, что ты похож на него внешне и…

– И?

– И он был умен. Да, Икабод был немного труслив, но мозгов ему не занимать. Он работал учителем в местной школе, и, кстати, замечательно пел.

– Понятно. Что ж, безголовый всадник. Я думаю, нам пора возвращаться к поискам Эмбер.

Слова застряли у Джека в горле – такое с ним случалось редко.

– Да, конечно.

Каким-то образом мальчишка заставил Джека почувствовать себя виноватым в том, что он – фонарь, который испытывает удовольствие, когда люди приходят в ужас от его проделок. Джек вдруг почувствовал себя маленьким и незначительным. Это ощущение пришлось ему не по вкусу. Неужели юноше хотелось напугать Финни так же, как он испугал Икабода? Иначе зачем он устроил это представление, демонстрирующее самые темные силы хранителя? Может, Джеку просто нравилось рисоваться перед кем-то? Такой вывод его не устраивал.

– Они точно проходили здесь, – сказал Финни, отвлекая Джека от размышлений.

Фонарь последовал за рыжим юношей, стараясь не обращать внимания на скопление уставившихся на них призраков. Существа блуждали по полю. Они подошли к фермерской хижине. Финни присвистнул от удивления:

– Ты бы видел, сколько здесь отметин. По стенам разбрызгана куча разных цветов. Но особенно толстый слой вот здесь, у дыры в стене.

Джек подозвал свою тыкву. Она осветила опрокинутый стол. Луч остановился на маленьком темно-коричневом пятнышке. Джек облизнул пересохшие от волнения губы.

– Кровь, – тихо произнес мужчина. – Должно быть, он пил кровь Эмбер.

– Пил ее кровь? – Финни отвлекся от изучения дыры в стене. – Хочешь сказать, вампир убил ее?

– Нет. Скорее всего, нет. Кровь ведьмы – очень могущественная вещь. Ни один вампир не отказался бы от такого деликатеса. Но он не смог бы получить ни капли, если бы она сама не предложила.

Финни сморщил нос от отвращения.

– Хочешь сказать… Эмбер хотела, чтобы вампир ее укусил? Но почему?

– Эмбер, должно быть, привлекала к себе слишком много внимания. Вокруг нее включался свет. Машины начинали работать. Поэтому вампир решил выпить часть крови Эмбер, чтобы притупить силу светоча – ее внутренней энергии.

– Но как ты объяснишь эти разрушения? – спросил Финни. Он наклонился и поднял с пола покореженный кусок металла.

Джек задумчиво почесал подбородок.

– Это часть лампы, а лампы работают на светоче. Если Эмбер испугалась, ведьмовская сила должна была взять вверх в попытке защитить ее. Это объяснило бы дыру в стене.

Пока Финни рассматривал сломанные лампы, изучая их внутренний механизм, Джек спросил:

– Ты видишь ее следы, ведущие из хижины? Они могут быть немного приглушенных цветов.

Финни покачал головой:

– След Эмбер обрывается здесь. Но вот след вампира ведет дальше.

Джек разочарованно пнул ногой битое стекло на полу.

– Что ж, это наша единственная зацепка. Давай попробуем его выследить.

– Правильно. Когда найдем вампира, мы так его взгреем, что мало не покажется. – Финни сжал кулаки и нанес несколько ударов по воображаемому противнику.

На секунду губы Джека тронула легкая улыбка. Однако он сразу же вспомнил о том, что им ничего не известно о судьбе Эмбер. К фонарю вернулось прежнее волнение.

– Нам нужно торопиться.

Когда спутники дошли до окраины города, Финни поймал Джека за руку.

– Я снова вижу ее следы. Они довольно бледные. Должно быть, вампир нес Эмбер на руках.

– Нет, следы бледные, потому что он ее частично обескровил.

Они продолжили идти. Финни постоянно останавливался, чтобы поглазеть на жителей города и витрины магазинов: тыква Джека светила достаточно ярко, чтобы на парнишку никто не обращал внимания. Фонарей в Ином мире не особо жаловали – ведь они были человеческого происхождения, что само по себе являлось веской причиной для неприязни. Кроме того, хранители еще и насильно возвращали беженцев из мира смертных. Местные жители предпочитали держаться от фонарей подальше.

Свет плывущей над их головами тыквы надежно скрывал Финни от любопытных глаз. Со стороны виднелась лишь его тень. Об истинной природе спутника Джека окружающие могли только догадываться: это мог быть беспокойный дух, гоблин или заключенный, которого фонарь сопровождал в город.

Добравшись до таверны, спутники спрятались в кустах.

– Ты уверен, что они вошли внутрь? – спросил Джек.

– Зуб даю.

– Но зачем им посещать такое сомнительное заведение? – Джек задал вопрос скорее самому себе, чем Финни.

– Ты не очень хорошо знаешь Эмбер, да? Мне кажется, ты слишком сильно любишь соблюдать правила. Не ожидал такого от призрака.

– Я не призрак, – вздохнул Джек.

– Точно? – Финни с сомнением посмотрел на фонаря. – Как бы там ни было, они вошли в это здание. Но совершенно точно не выходили оттуда.

Джек закрыл глаза и взмахнул руками. Его тыква облетела здание, заглядывая во все окна и освещая каждый темный угол. Она поднималась все выше и выше, пока Джек смотрел на мир ее глазами. В конце концов, тыква добралась до стеклянного купола. Луч не смог пробиться через стены. Джек нахмурился и попробовал удвоить силу своего света. Однако все было напрасно.

Тыква кружила вокруг башни как луна по орбите. Вдруг ее луч упал на тросы подъемника. Джек резко открыл глаза.

– Я знаю, где он прячет Эмбер, – сказал фонарь. – Следуй за мной.

Глава 14

«Аэробус Фантом»

Проклятие Джека-фонаря

Доктор присел на корточки возле одной из кошек. Эти животные никогда не вызывали у него особого умиления – но, по крайней мере, верно ему служили.

– Скоро, моя хорошая. – Доктор обратился к черно-белой кошке с блестящими глазами. – Я нашел кое-кого, кто сможет все исправить. Продержись еще немного – обещаю, что найду способ тебя спасти.

Он поднялся на ноги, проклиная хрустящие колени. Старость осточертела доктору: в ней не было ни капли достоинства. Возможно, его новый элексир сможет унять боль. В небе над его головой кружили привидения. Мужчина нахмурился, бросив на них угрюмый взгляд. Затем он подозвал своего доверенного слугу и приказал подготовить комнаты для гостей.

* * *

Как только Эмбер устроилась в салоне личной воздушной вагонетки Пэйна, Дэв дернул за рычаг. Дверь закрылась. Вампир опустился на свое место. Вагонетка начала плавно двигаться вверх. Через минуту они уже парили над городом, качаясь под ритмичные постукивания и треск транспорта. Спутники проехали над местом, которое Дэв назвал складским кварталом. С высоты птичьего полета Эмбер разглядывала расходившиеся во все стороны железнодорожные пути. По ним быстро передвигались огромные машины, выбрасывающие в воздух облака белого пара.

– Что это? – спросила девушка.

– Ртутные поезда. Самый быстрый способ добраться из одного города в другой.

Юная ведьма сидела, прижав нос к оконному стеклу. Дэв не смог сдержать улыбки.

Вампир не чувствовал ничего подобного с момента смерти своей ведьмы. Он просто плыл по течению, брался за случайные подработки, ввязывался в уличные драки и даже участвовал в подпольных боях. Но теперь, когда рядом была эта юная, непредсказуемая девушка, все его обычное времяпрепровождение казалось пустым и бессмысленным. Чем больше времени вампир проводил с Эмбер, тем меньше хотел с ней расставаться.

Прошлой ночью, пока она спала, Дэв размышлял над новым планом. Теперь спутники отклонились от первоначального курса и направлялись на остров изобретателя. Вампир спрашивал себя: смогут ли они сбежать? Мужчина знал, что Эмбер могла понадобиться Владыке Иного мира и верховной ведьме только по одной причине. Им необходима замена. Верховная ведьма была стара и немощна, а Эмбер юна и могущественна. Теперь Дэв не собирался отдавать девушку без боя. При мысли о том, какая судьба ждет юную ведьму в столице, ему становилось тошно.

Вампир собирался найти для них безопасное пристанище. И у него как раз появилась отличная возможность.

Легкий ветерок качнул вагонетку. Эмбер испуганно пискнула, но Дэв лишь засмеялся, уверяя ее, что всё под контролем. Они ускоренно набирали высоту. На полном ходу транспорт вошел в плотный слой облаков, отчего в салоне заметно потемнело. Дэверелл стукнул тростью по металлическому полу. Хрустальный набалдашник клюки загорелся, как небольшой фонарь.

– Так лучше? – спросил он.

– Да, – ответила Эмбер. – Спасибо. Трость тоже работает за счет светоча?

Девушка протянула руку. Вампир отдал трость, чтобы ведьма могла ее изучить.

– Так и есть. Урок номер два: попробуй определить, кому принадлежала трость. Ведьме или колдуну? – Ему было любопытно, насколько способной окажется Эмбер. – Дотронься до кристалла и позволь энергии бежать сквозь пальцы, а затем мысленно задай вопрос.

Лицо Эмбер приняло сосредоточенное выражение. Она стянула перчатку и прикоснулась к набалдашнику на трости.

– Это… я думаю, это была ведьма.

Дэв открыл рот, собираясь ответить. Но Эмбер не дала ему вставить ни слова.

– У нее были светлые волосы, голубые глаза, румяные щеки, и… она любила тебя! – Девушка пытливо смотрела прямо в глаза вампиру.

– Это так, – тихо сказал он.

– Но откуда я это узнала?

– У каждой ведьмы или колдуна своя, оригинальная магия, так как любая энергия имеет особый оттенок. Это их почерк, если угодно. Честно сказать, просто удивительно, что ведьма без опыта смогла так точно прочитать чужие чары. Полагаю, ее смерть упрощает задачу – ведь та ведьма уже не может поставить магический блок.

– Поразительно. – Эмбер напряженно всматривалась в кристальную сферу, словно пыталась связаться с прежней владелицей трости. – О, я поняла. Ее энергию легко почувствовать, потому что она хотела оставить о себе напоминание. Эта трость – подарок той ведьмы.

– Да, – признал Дэв.

– Она знала, что скоро покинет тебя. Но хотела, чтобы ты всегда был в безопасности.

Дэверелл заметно напрягся.

– Ты и это почувствовала?

– Да.

Вампир отвернулся. Его глаза подернулись дымкой.

– Я бы никогда не покинул Лиззи, если бы знал. Она послала меня в соседний город за ингредиентами для зелий. Я бы спас ее, если бы мог. – Он закрыл глаза. – Лиззи знала, что за ней придут, но ничего мне не сказала.

Эмбер села рядом с Дэвом. Вампир взял ее за руку. Вагонетка мягко покачивалась.

– Не кори себя за то, в чем не виноват, – сказала юная ведьма. – Она хотела, чтобы ты выжил. Она отослала тебя из-за своей любви. Надеюсь, ты это понимаешь.

Мужчина покачал головой:

– Я не заслуживал ее любви. Я не испытывал к ней того же, что Лиззи чувствовала ко мне. Да, она была для меня важна – но не с человеческой точки зрения, а с вампирской. Это абсолютно разные вещи.

Эмбер молчала, а Дэву было страшно поднять глаза и посмотреть девушке в лицо: он боялся того, что мог увидеть.

– Может, это не так важно, – наконец произнесла она. – Она была достаточно сильна, чтобы заключить свои чувства в этом кристалле, – значит, с легкостью могла увидеть, что у тебя на сердце. Лиззи знала о твоем отношении к ней. Твоя скорбь указывает на то, что между вами была крепкая связь. Ты скучаешь по ней.

Эмбер почувствовала смущение вампира от этих слов и быстро сменила тему разговора.

– Дэв? – позвала она.

– Хмм? – растерянно отозвался мужчина.

– Ты много знаешь… о бугимене?

Дэв нахмурился:

– С чего ты вдруг вспомнила об этих бабушкиных сказках?

– Джек упоминал о нем. Да и Пэйн говорил об обрезках его ногтей.

– Ах! Что ж, ты, наверное, знаешь: в Ином мире это имя не произносят. Все боятся, что случайно призовут его. Конечно, бугимен может исполнять желания. Однако, если он будет в дурном настроении, то вполне способен украсть у тебя душу.

– Но ты в это не веришь?

– Еще как верю. Но ведь он пропал. Владыка Иного мира хочет, чтобы мы думали, будто бы это он изгнал чудовище. Якобы Владыка лично разобрался с бугименом, и нам больше не придется жить в страхе.

– Это правда?

– Кто знает. Он не подавал никаких признаков жизни уже очень долгое время. Мне уже не одна сотня лет, так что можешь поверить. И все же лучше не испытывать судьбу.

– Он и правда может украсть душу?

Дэв пожал плечами:

– Смотря кого спрашивать. Одни говорят, что он вор; другие, что дьявол. Третьи утверждают, будто бугимен – сборщик долгов. Но практически все в Ином мире верят: призраки, которых здесь можно увидеть повсюду, – это те несчастные, чьи души когда-то забрал бугимен.

– То есть он просто бросил их на произвол судьбы? Это ужасно! Никто не заслуживает таких страданий.

Дэву не пришлось отвечать. Спутники наконец-то вырвались из пелены облаков. Он пригладил волосы, снова надел шляпу и стукнул тростью, чтобы погасить кристальную сферу.

– Мы на месте. – Вампир указал на большое здание, парящее в воздухе. Эмбер потеряла дар речи: воздушный порт походил на небольшую механизированную луну.

Вагонетка въехала в здание. Эмбер снова прижала руки и лицо к стеклу.

Искры сварочного аппарата с треском разлетались по всему помещению подобно маленькому салюту. Их блики очерчивали фигуры рабочих, создавая немного пугающую картину. Свет отражался в защитных круглых очках трудящихся, пока те висели на специальных тросах или прохаживались по огромным металлическим скелетам, по форме напоминающим лодки. Эмбер разглядывала почти достроенное судно: над ним был закреплен огромный воздушный шар, который накачивали воздухом. Нет, не воздухом – светочем. Ведьма ощущала поток энергии. Он шел из генератора прямо в податливые железные ванты[8], к которым крепился шар.

Желая узнать причину интереса девушки, Дэв тоже выглянул в окно.

– Это, моя дорогая, последнее слово техники. В мире смертных такого не увидишь еще как минимум лет сто.

– Мы полетим на таком корабле?

– Мы полетим на лучшем из кораблей. И с лучшей командой, которую только можно найти.

Вдруг кто-то закричал: сцепление оборвалось. Судно накренилось, чуть не задев их вагонетку. Затем оно полетело вниз, потащив следом длинный трос – свое крепление. Закрепленный на тросе рабочий с криком отскочил от борта и отправился вслед за падающей лодкой. Он чудом избежал столкновения с железными балками, поддерживающими многоуровневое устройство порта. Вопли рабочего разносились по всему зданию, но это длилось всего секунду: гул и жужжание инструментов быстро заглушили звуки падения.

– Они собираются что-то с этим делать? – спросила оцепеневшая от ужаса Эмбер.

Дэв лишь пожал плечами:

– Он знал, что такая работа опасна для жизни.

Девушка прижалась к стеклу, пытаясь посмотреть вниз. Она могла различить полосы голубого неба, проглядывающие сквозь металлические балки. Эмбер облокотилась на спинку сиденья, чувствуя, как желудок наливается свинцом, а желание исследовать Иной мир постепенно угасает.

Спутники ехали молча – пока вагонетка не достигла центра воздушного вокзала, где из-за плотного потока людей было не протолкнуться. Конечно, назвать их «людьми» считалось преувеличением, ведь в лучшем случае половина из присутствующих могла бы сойти за жителей мира смертных. Эмбер смогла распознать троллей и очень высоких – почти прозрачных – созданий. Они, по памяти девушки, назывались спектрами.

Эмбер спросила Дэва об остальных. Тот ответил, что в порту кого только не встретишь – но она, без сомнения, будет единственной ведьмой. Все жители Иного мира знали: в их измерении может существовать только одна ведьма – верховная. Она предоставляла всю энергию для работы машин. Ну, почти всю: еще часть исходила из вечно убывающих резервов, контролируемых столицей.

Вагончик остановился, слегка ударившись о пристань. Затем выпустил последний клуб пара. Дэв ловко спрыгнул на помост и обернулся, протянув руку Эмбер. Она поправила шляпку и тоже ступила на металлический настил. Девушка опиралась на свой зонт, чтобы не потерять равновесие. Сначала ведьме показалось, что проблемы с координацией возникли из-за долгого нахождения в вагонетке.

– Почему порт не падает на землю? – спросила Эмбер у Дэва. – Его держат тросы?

– Нет, – ответил он. – Небесный порт держится в воздухе за счет паровых двигателей – как, например, дирижабль.

Странное желтое создание с большим горбом поспешило к ним шаркающей походкой, протягивая светящийся цветок.

– Желаете купить розу для миссис? – с надеждой прощебетало оно. – В качестве оплаты принимаю монеты, конфеты и купоны.

Дэв посмотрел на странное существо пылающими голубыми глазами.

– Оставь нас в покое, – отрезал он.

Цветок выпал из желтой руки: горбатое создание моментально попало под гипнотизирующие чары вампира.

– Конфеты? – спросила Эмбер.

– Жители Иного мира – страшные сладкоежки.

Дэв нервно прочистил горло, заметив на прилавке газетного киоска свежие заголовки: верховная ведьма при смерти. Скоро Иной мир окажется в состоянии энергетического кризиса.

– Ты хочешь есть? Я знаю отличное местечко.

– Умираю от голода, – с улыбкой ответила Эмбер.

Дэв привел девушку в небольшой причудливый ресторан с уютной верандой. Они умиротворенно сидели за маленьким столиком и попивали чай. Эмбер с аппетитом поглощала выпечку в блестящей глазури. Дэв время от времени посматривал на карманные часы. Вампир пытался объяснить Эмбер принцип работы часов с циферблатом, вмещающим пятьдесят часов, но она так и не смогла разобраться.

К большой радости юной ведьмы, на следующем уровне порта находились магазины. Витрины ломились от самых различных вещей: от одежды и аксессуаров до книг и карт. Среди прочих выделялась лавка, предлагающая только сладости и конфеты. Эмбер потянула Дэва внутрь. Они тут же погрузились в облако невероятных запахов.

Со счастливой улыбкой девушка наклонилась к прилавку: стекло запотевало от ее дыхания во время разглядывания конфет, похожих на лимоны или вишни. Были там и странные кондитерские изделия коричневого цвета, которые Дэв называл шоколадом. Эмбер дали одну маленькую плитку. Лакомство растаяло у нее на языке, вызвав непреодолимое желание купить еще дюжину – а может, даже две.

Эмбер попыталась затащить вампира в магазин с зельями и заклинаниями, но Дэв остановил ее.

– Мне жаль отказывать тебе, дорогая, но мы не можем зайти. Такие магазины обычно держат прорицатели.

– Прорицатели?

– Те, что предсказывают и плетут человеческие судьбы. Они используют свой талант, чтобы заработать на посетителях, заглянув им в самую душу. Прорицатели безошибочно видят твою сущность.

– Как Джек?

– Джек? Твой фонарь?

Эмбер кивнула. Дэв почувствовал укол беспокойства. Ему не понравился тон, которым девушка произнесла имя фонаря – словно они были чем-то большим, чем просто знакомыми.

– Вроде того, – неуверенно продолжил вампир. – Конечно, их способности отличаются. Но фонари тоже могут смотреть насквозь и видеть правду.

– Ох! – Эмбер зачарованно проводила взглядом витрину, пока Дэв вел ее дальше. – Я бы хотела чему-нибудь научиться. У меня так мало навыков для… кого-то вроде меня.

Она перешла на шепот, испуганно оглядываясь на прохожих.

– Да. И обещаю, что помогу тебе, чем смогу. Но сперва мы должны добраться до корабля и спрятать тебя от любопытных глаз.

– Хорошо.

Они подошли к ряду металлических ступеней. Те двигались с помощью больших шестеренок. Все новые и новые ступени появлялись из ниоткуда и уходили наверх, скрываясь из виду.

– Не бойся. – Дэверелл заметил сомнение Эмбер. – Они не кусаются. Но все-таки лучше приподнять подол платья. Я не раз видел, как ткань застревала между шестернями.

Услышав это, Эмбер задрала юбку так высоко, как совсем не полагалось юной леди ее воспитания. Дэв вовсе не возражал против такого развития событий. Ведьма неуверенно ступила на движущуюся лестницу. Ноги тут же разъехались: Эмбер полетела назад, но Дэв вовремя подхватил девушку и поддерживал ее во время всего движения наверх.

Немного привыкнув, Эмбер решила: ей нравится новый опыт. Юная ведьма крепко держалась за металлический поручень и смеялась, пока спутники поднимались все выше и выше, проезжая разные уровни порта. Через пять этажей они наконец сошли с лестницы.

Эмбер взволнованно поправила платье. Дэв повел ее в дальний конец небесного порта. Пространство вокруг наполнилось светом. Стало понятно: они покинули крытую часть здания и теперь находятся на воздухе. Ветер играл в складках ее платья. Им с Дэвом пришлось придерживать свои шляпы, чтобы их не сдуло.

Когда они подошли к краю, Эмбер увидела металлический трап. Он уходил вверх под небольшим наклоном. Трап вел к гигантскому железному кораблю. Снизу висели круглые сферы с распахнутыми закрылками, внутри которых можно разглядеть пушки: они выглядели такими внушительными, что ядра должны быть размером с голову Эмбер. На видимой стороне корабля висело четыре сферы – но их наверняка насчитывалось больше.

К носу корабль сужался, а вот задняя часть была достаточно широкой. Оттуда торчали металлические пластины, похожие на плавники. На палубе были развешаны лампы странной формы. В окнах ближе к носу горел яркий свет – все это делало корабль похожим на огромное чудовище с подсвеченными глазами и пастью. Судно соединялось с пристанью тяжелыми тросами и кабелями, а также двумя большими зажимами. Эти зажимы напоминали кошачьи когти. Эмбер заметила нескольких рабочих, латающих прорехи. На боку корабля висела стальная табличка. Надпись гласила: «Аэробус Фантом».

Дэв поторопил Эмбер, подталкивая девушку к трапу. Но прежде чем они смогли ступить на борт, высокая женщина соскочила с воздушного корабля и с глухим ударом приземлилась перед путешественниками.

Длинные темные волосы были собраны в низкий хвост, который женщина перекинула на внешнюю сторону плеча. На ней была белая рубашка, высокие кожаные сапоги, довольно сбитые и потертые, и простой черный корсет. Высокая незнакомка улыбнулась. Эмбер заметила, что один клык женщины мерцал серебром, а второго не было вовсе.

– Так-так, – сказала женщина, облизнув единственный клык. Она окинула Эмбер и Дэва хищным взглядом. – Ты, должно быть, сильно отчаялся, раз обратился ко мне, Дэв. Почему бы вам обоим не зайти в мою каюту и не объяснить, что или кого именно я должна незаконно провезти на острова.

Схватив болтающийся рядом трос, незнакомка встала на край трапа и отклонилась под таким углом, что большая часть тела оказалась в воздухе почти в горизонтальном положении. Предоставив Эмбер и Дэву возможность рассмотреть свои округлые формы, она заорала во все горло:

– Фрэнк! А ну прекрати ошиваться без дела и тащи свою контуженую задницу обратно на корабль! Мы готовимся к отплытию! Груз прибыл!

Крупный мужчина висел на одном из тросов, который крепился только к шее. Он поднял голову и снял защитные очки. Даже издалека удалось заметить его необычность: руки и ноги странного мужчины были разных размеров.

– Есть, босс! – ответил великан.

Он снял трос со своей шеи и закрутил его вокруг запястий. Затем оттолкнулся ногами. Эмбер услышала, как подкованные сапоги со скрежетом ударили по обшивке. Мужчина поднимался по отвесной поверхности корабля, стуча подошвами по металлу. Когда Фрэнк добрался до верха, он перепрыгнул через борт и с грохотом приземлился на палубу, сотрясая не только корабль, но и ведущий к нему трап.

– Потрясающе! – воскликнула Эмбер.

Юная ведьма еще ни разу не видела такого большого и сильного человека. Фрэнк был в несколько раз выше ее: если бы мужчина захотел вспахать поле, ему бы не понадобилась лошадь – он способен тащить плуг самостоятельно.

Женщина подняла бровь и усмехнулась:

– Давай, Дэв. Пора тебе и…

– Эмбер, – сказал Дэв.

– Эмм-бер, – повторила женщина, растягивая имя девушки, и причмокнула красными губами. – В общем, пора бы вам взойти на борт.

– Сразу за тобой, Делия, – сказал вампир.

Женщина обернулась и еще раз смерила их взглядом. У Дэва промелькнула мысль: он уже знает, какая фраза последует дальше. Делия поспешила оправдать ожидания вампира:

– На борту моего корабля ты должен обращаться ко мне «капитан», Дэверелл.

– Технически мы пока не на твоем корабле, – ответил вампир, ухмыльнувшись.

Эмбер начала волноваться.

– Может, не стоит раздражать капитана? – спросила она.

– Да уж, Дэв. – Женщина ткнула Дэверелла в грудь. – Не раздражай капитана.

Не обращая внимания на самодовольную улыбку Делии, Дэв протянул Эмбер руку. Мужчина намекал, что она должна пойти первой.

Девушка колебалась: она не была уверена в правильности этого поступка. Ведьма оглянулась на небесный порт и снова посмотрела на протянутую руку вампира. Как только она вложила свою ладонь в его, все сомнения улетучились. Пребывание в Ином мире, путешествие на воздушном корабле – все это было правильным. По крайней мере, Эмбер так казалось.

Кроме того, Дэверелл показал себя таким надежным спутником. И был привлекательным. О, боже. Эмбер пошатнулась, почувствовав легкое опьянение – может, потому, что они находились так далеко от земли? Да, скорее всего дело было в высоте.

Когда спутники оказались на борту «Аэробуса», Дэв наконец-то смог расслабиться. Он опустил плечи и сделал глубокий вдох.

Делия отвела их в капитанскую каюту и оперлась руками на стол.

– Итак, – сказала Делия. – Может, расскажешь, ради чего я рискую своей шкурой, командой и прежде всего кораблем – а, Дэв?

Глава 15

Страшная сказка

Проклятие Джека-фонаря

Джек и Финни быстро добрались до людного небесного порта. Однако фонарю не нравилось, с каким подозрением на них косятся окружающие. Он увеличил яркость своего света. И все же Джек был немного разочарован тем, как медленно идут поиски Эмбер. Наконец Финни снова напал на ее след. Они поднялись на один из верхних этажей только ради пустующей пристани.

Джек отправил свою тыкву патрулировать окрестности: она облетела несколько кораблей и обнаружила на одном из них не одного, а целых двух вампиров. Так и не почувствовав энергию Эмбер, тыква вернулась к хозяину. Джек бросил безнадежный взгляд на юношу, который привел его сюда. Если бы фонарь был один, то обернулся бы туманом и легко проник на корабль. Однако он понимал, что нельзя оставлять человеческого мальчишку. Приводить человека в Иной мир было не только противозаконно, но еще и опасно: без помощи Джека Финни убили бы через секунду после его появления здесь.

– Ну? – спросил Финни. – Куда дальше?

Джек осмотрелся вокруг. И тут в голову пришла идея.

– Мы возьмем кричащую банши.

– Кричащую… чего? – запинаясь, переспросил парень.

– Банши. Они не особо маневренные, зато быстрые: мы должны будем поспевать за кораблем. В каждом порту есть хотя бы одна – на случай чрезвычайного происшествия или нападения. Обычно их можно найти на самом последнем этаже порта.

С этими словами Джек повел мальчишку обратно в центр порта. Они поднимались все выше и выше по движущейся лестнице – до тех пор, пока этажей больше не осталось. Перед их глазами не было ничего, кроме одинокой стальной двери. Тыква Джека направила луч на замочную скважину. Шестерни внутри запирающего механизма начали вращаться. Ничто не могло укрыться от света фонаря: каждое существо, каждый проход, каждый замок открывались перед ними. Как только дверь оказалась не заперта, они повернули круглую ручку и распахнули ее. Затем Джек и Финни поднялись вверх по обычным ступеням. Те вели на самый последний уровень порта, который раскинулся под открытым небом.

Когда союзники добрались до самой крыши, стало трудно идти: ветер сбивал с ног. Там, на стартовой площадке, их ждали целых три кричащих банши. Джек отсоединил кабельные провода, фиксирующие самую крайнюю из них. Затем закричал Финни:

– Забирайся!

Он дернул за рычаг, чтобы открыть стеклянную дверь. Финни перебрался через кресло капитана на соседнее сиденье.

Тыква Джека тоже залетела внутрь и приземлилась на колени к Финни. Джек занял место капитана и пристегнул ремень, велев парню сделать то же самое. Конечно, Джеку не обязательно было это делать: он все равно не мог умереть, пока не выполнен контракт или его тыква не уничтожена.

Когда все были на местах, Джек провел рукой над приборной панелью. Все лампочки на ней вмиг загорелись. Транспортное средство загудело. Изнутри повалил пар. Гудение постепенно усиливалось, пока не перешло в свист – подобно закипевшему чайнику.

В воздухе запахло маслом и топливом: корабль зажужжал и поднялся в воздух. Лайнер завис над стартовой площадкой, пока свист становился все громче и громче.

– Держись! – крикнул Джек, наблюдая за рабочими порта. Они собрались на крыше и пытались окружить судно.

Пар валил с такой силой, что скоро Финни перестал видеть что-либо, кроме непроглядной белой пелены. В этот момент звук, напоминающий крик, перешел на такую высокую частоту, что парню пришлось прижать ладони к ушам. В следующее мгновение корабль рванул вверх со скоростью пушечного ядра.

Тыква покатилась по полу, но Финни быстро схватил ее и крепко прижал к себе. На секунду мальчишке показалось, будто ее вырезанное лицо выглядит раздраженным. Их корабль поднялся высоко в воздух и замедлился, стоило Джеку поколдовать над кнопками и рычагами. Невыносимый вопящий звук от запуска двигателя затих, как только они сбросили скорость.

Джек взглянул на перепуганного парня, прижимающего к себе его тыкву, и усмехнулся. Затем он вдавил рычаг дроссельной заслонки. Корабль снова начал ускоряться. Ужасный свист стал громче прежнего. Финни наконец понял: эти звуки были вызваны трением воздуха о вибрирующие крылья корабля.

– Ты скоро привыкнешь! – крикнул Джек, пока рыжий мальчишка пытался вжать голову в плечи, чтобы хоть как-то защитить свои уши. – Это звук прогресса!

– Было бы здорово, если бы прогресс не разрывал мои барабанные перепонки! – проорал в ответ Финни.

– У тебя будет достаточно времени на размышления, – сказал Джек, доставая свои карманные часы. – Мы еще не скоро их догоним.

Финни вжался в свое кресло, проклиная раздражающий визг. Но уже через минуту он заметно приободрился, достал из кармана жилета маленький блокнот и карандаш, чтобы зарисовать идею будущего изобретения: ушных затычек, которые смогли бы блокировать внешние шумы и в то же время воспроизводить приятные для слуха звуки. Что-то вроде шелеста листьев или журчания ручейка. Парень мог бы использовать те невероятные заводные устройства, которые располагались в витринах местных магазинов: придумать что-то вроде крошечного спирального механизма. Он назвал бы свое изобретение «симфониум» или, может, «ушная пробка» – так как принцип работы его устройства был похож на закупоривание бутылки вина пробкой. Финни так увлекся схемами нового изобретения, что совсем забыл о крике банши.

Когда парень закончил рисовать, он повернулся к Джеку и спросил, был ли тот фонарем по происхождению.

– Я был человеком – таким же, как ты, – ответил Джек.

– Значит, и я мог бы стать фонарем?

– Конечно. Но я бы не пожелал такой участи даже своему худшему врагу.

– Почему?

– Это судьба, которую не выбирают. Большинство из нас стало фонарями в результате жестокого обмана.

– И ты тоже?

– Да. Я стал фонарем, потому что любил ведьму.

Финни широко раскрыл глаза от удивления.

Джек опустил очередной рычаг и откинулся на сиденье.

– Я родился более пяти веков назад в маленькой ирландской деревушке – Харроутауне. Мой папаша был пьяницей. Он искалечил мою бедную мать, когда решил, будто она спуталась с другим мужчиной. Моя мама была очень красивой, со снежно-белыми волосами – которые я, как видишь, унаследовал. Конечно, на такую женщину многие обращали внимание. Но она никогда не изменяла отцу, хоть он и не заслуживал ее верности. Отец был жутким ревнивцем и постоянно ее бил. Единственной женщиной, которая, как мне казалось, могла сравниться с моей матерью по красоте, была городская ведьма.

– Она была злой? – спросил Финни.

– Вовсе нет. Ты же видел Эмбер. Не все ведьмы – отвратительные старухи, которые варят тритонов и жаб в черных котлах и выманивают детей из их домов, чтобы поймать и обглодать косточки. Многие из них добрые белые ведьмы: они готовят лечебные припарки, сонные заклинания и простые любовные зелья. С помощью последних любая деревенская девушка может обратить на себя внимание какого-нибудь фермерского сына.

Наша ведьма была очаровательной – одной из самых красивых женщин, что я когда-либо видел. У нее были румяные щеки и длинные рыжие волосы, почти как у тебя. Кудряшки постоянно выбивались из-под шляпы. Ведьма выглядела в два раза старше меня – и все же я был немного в нее влюблен. – Джек бросил взгляд на Финни. Тот понимающе кивнул.

– Однажды теплым осенним вечером, в день ярмарки, ведьма – ее звали Ребекка – появилась на городской площади. Я слонялся за ней и наблюдал, как ветер колышет тяжелые юбки, а ее щеки краснеют от прохладного ветерка – вестника наступающей зимы. Она ходила между прилавками с лесными орехами, морковью, кабачками и пастернаком и вдруг уронила свою корзинку с продуктами. Я помог их собрать. В благодарность Ребекка с улыбкой бросила мне яблоко.

В то время я был занят на сборе урожая. Однако позже стало известно: ее красота привлекла одного лорда. Он прибыл в Харроутаун ради сбора налогов. Лорд начал выспрашивать у местных жителей о ее жилище. В ту ночь, пока весь городок спал и видел сны о приближающемся празднике, он вместе со своими людьми отыскал дом Ребекки. На следующее утро ведьма пришла в город и обвинила лорда в том, что тот использовал ее самым подлым и мерзким способом.

Когда никто не захотел помочь ей, Ребекка поклялась отомстить не только лорду и его пособникам, но и всем трусливым жителям города. Ведьма наслала на нас проклятие, обернувшееся болезнями и голодом.

Тем же вечером лорд и его люди задохнулись во время ужина: кости встали у них поперек горла. Все четверо умирали медленно и мучительно. Затем в город пришла болезнь, от которой почти мгновенно погибли все старики и младенцы. Мой отец слег с температурой и черными нарывами по всему телу – жители города называли это проклятие «черной смертью».

Следующей умерла моя мать. Но не от болезни – от горя: так она оплакивала своего жестокого мужа. За месяц население городка сократилось вдвое. Весь урожай сгнил. Скот разорвали хищники. Те, кто выжил после нашествия чумы, страдали от других напастей.

Я похоронил мать и отправился на поиски ведьмы. Я нашел ее в лесной хижине. Она неподвижно сидела в углу. Волосы сбились грязными клоками, а в глазах стояла невыносимая мука. Я умолял Ребекку снять проклятие.

– Проклятие невозможно остановить, – равнодушно сказала она. – Если оно было наложено, то не остановится – пока не изведет всех. Мне очень жаль. Я думала, месть сможет унять мою боль. Но вместо этого я страдаю так же, как и все вы.

Но вдруг ее взгляд прояснился. Ведьма начала говорить о сделке с дьяволом.

– Значит, дьявол сделал тебя фонарем? – спросил Финни.

– Нет, не дьявол, а самый главный фонарь. Его зовут Рун. Кстати говоря, он мой наставник.

– Интересно. – Финни записал что-то у себя в блокноте. – Что случилось дальше?

– Ведьма сказала: если я принесу себя в жертву дьяволу, то он избавит поселение от чумы. Она объясняла, что я буду служить Иному миру. Заверила, будто у меня особая душа. Такая может заинтересовать дьявола.

– И что делало тебя таким особенным?

Джек пожал плечами:

– Насколько я понимаю, люди с магическим потенциалом могут чувствовать вещи за пределами мира смертных. Может, моя влюбленность в ведьму сделала меня более восприимчивым – так же как дружба с Эмбер вдохновила тебя на изобретения.

На секунду Финни удивился. Затем что-то пробормотал и исписал целую страницу. Джек терпеливо ждал, пока парень закончит.

– Ведьма пообещала: пока мы с дьяволом не пожмем друг другу руки, сделка не будет считаться завершенной. Я решил, что могу хотя бы выслушать его предложение, и пошел дожидаться дьявола в пивной. Он действительно пришел. Но выглядел совсем не так, как в моих представлениях.

– Продолжай, – сказал Финни. – Можешь его описать?

– Когда Рун зашел в паб, за ним тянулись клубы черного дыма. – Джек нахмурился, увидев быструю зарисовку Финни. – У него не было дьявольских рогов или красной кожи. На самом деле ничто не выдавало в Руне дитя Вельзевула – по крайней мере на первый взгляд. У него была загорелая кожа. Я подумал: он, должно быть, живет там, где дни долгие и жаркие; где постоянно светит солнце. У Руна не было вил и хвоста. И одевался он совсем просто: черные штаны, отполированные сапоги и парчовый жилет. Если в нем и возможно распознать демона, то только по глазам. Они были подведены черным – как будто он покрыл кожу углем. Своим взглядом Рун буквально пригвоздил меня к месту. Тогда я еще этого не знал, но в тот момент он смотрел на меня глазами фонаря.

– Что это значит? – спросил Финни.

– Когда глаза фонаря горят серебром – значит он использует уголек своей души, чтобы увидеть душу другого человека или существа.

– Это больно?

– Да, если мы этого захотим. Рун хранит свой уголек в сережке.

– А ты?

Джек опустил глаза на тыкву, мирно сияющую у Финни на коленях. Затем снова поднял глаза на парня и ухмыльнулся.

– Ой. – Юноша нервно сглотнул. Его кадык дернулся.

Джек проигнорировал испуг Финни и продолжил:

– Рун узнал о том, что один из нас, жалких смертных, хочет обменять свою душу на спасение города. Он попросил желающего выйти вперед, потому что не собирался тратить много времени. Я ответил: жалкая смертная душа, которую он ищет, стоит прямо перед ним. Рун протянул руку. Я инстинктивно пожал ее. Когда я спросил об условиях договора, демон только засмеялся и сказал, что сделка уже заключена. Тыква была его глупой шуточкой. Он решил – если я протаскаюсь с овощем под мышкой тысячу лет, то научусь быть скромнее.

– Тыс… тысячу лет? – воскликнул Финни. Тыква мигнула мальчишке и посмотрела на Джека: ее ухмылка превратилась в жуткую гримасу.

– Да.

– Понятно, – тихо сказал юноша. Он задумчиво посмотрел на небо, лизнул грифель карандаша и снова повернулся к Джеку: – Можешь поподробнее рассказать о Руне и вашем договоре?

* * *

– Начнем с того, что она ведьма, – сказал Дэв.

– Это я уже поняла. – Женщина сделала глубокий вдох и на секунду прикрыла глаза. – Запах ее крови трудноуловим. Но я отчетливо ощущаю его в твоем дыхании, Дэв.

Дэверелл ощетинился.

– Ты неплохо ее спрятал, – продолжила женщина. – Я бы не догадалась, если бы не знала тебя так хорошо. И все же, очевидно, она нездешняя. Для жителя Иного мира у нее слишком невинный взгляд.

Эмбер скрестила руки на груди.

– Я бы попросила вас обоих не говорить обо мне, словно я глухая. У меня есть по-настоящему глухая тетя. Она терпеть не может, когда люди при ней разговаривают так, как будто ее не существует.

Губы женщины дрогнули в подобии улыбки.

– Приношу свои извинения. Может, мне и правда лучше расспросить обо всем тебя вместо нашего высокого, даже-слишком-привлекательного, вечно-влипающего-в-неприятности вампира. Он привел тебя на мой корабль и подверг нас всех опасности.

Нахмурившись, Эмбер посмотрела на Дэва, а затем поднялась с места и протянула руку:

– Меня зовут Эмбер. Я пришла сюда из мира смертных. Я – ведьма.

Дэв закрыл лицо ладонями и медленно провел ими по щекам. Пока Эмбер старательно его игнорировала, женщина засмеялась, оттолкнулась от стола и пожала руку девушки.

– На корабле меня называют капитаном. Для остальных – Делия Блэкборн. Но ты можешь называть меня просто Делия.

Глаза Эмбер расширились. Юная ведьма перевела взгляд с капитана пиратского корабля на Дэва.

– Б-блэкборн? Это значит, что ты и Дэв?..

– Да, – ответила Дэл с блеском в глазах. – Ты нас подловила.

– Она твоя… твоя… – начала Эмбер.

– Моя сестра, – вздохнул Дэв.

Делия беззлобно рассмеялась.

– Ох, Дэв, как же я обожаю подшучивать над твоими любовницами.

К щекам вампира прилила кровь.

– Между нами ничего нет, – уклончиво сказал он.

Капитан одарила Эмбер нахальной улыбкой. На ее щеках появились ямочки. Они сделали эту и без того привлекательную женщину еще более красивой.

– Пока нет. Но я уверена, у тебя на нее грандиозные планы. Не так ли, дорогой братец?

– Это не твое дело. Ты мне обязана, Дэл. Пришло время вернуть должок.

Улыбка женщины потускнела.

– Ладно. Только не ожидай, что я расстелю для тебя красный ковер. Я отвезу тебя, куда скажешь. Но если моя команда окажется в опасности, я сворачиваю лавочку. Если покатятся головы, моей среди них не будет, я тебя уверяю.

В окне появился тощий черный кот с желтыми глазами. Он грациозно спрыгнул на стол и подставил мордочку Эмбер. Девушка погладила животное по голове.

– Кто это? – спросила она.

– А, это Эдвард. Он обычно стесняется незнакомцев. Не выпускай его из моей каюты: Эдвард всегда умудряется забираться в самые опасные места. – С этими словами Делия подошла к двери. – Ждите здесь. Я велю Фрэнку показать вам ваши каюты и провести для твоей ведьмы небольшую экскурсию по кораблю.

Накренившись, корабль покинул пристань. Через мгновение дверь со скрипом отворилась. Огромный мужчина с зеленым оттенком кожи просунул голову в образовавшуюся щель.

– Я должен показать вам корабль, – сказал он тяжелым низким голосом.

– Да, было бы замечательно, – ответила Эмбер, пытаясь взять его под руку – что было непросто сделать из-за разницы в росте. – Тебя зовут Фрэнк, не так ли? С палубы можно увидеть порт? Я еще никогда не летала на воздушном корабле. У меня столько вопросов.

Мужчина облизнул свои черные губы и растянул рот в некоем подобии улыбки. Его десны были абсолютно зелеными; но зато зубы он имел по-человечески белые. Только теперь Эмбер разглядела, что его подбородок и щеки были сильно повреждены. Возможно, шрамы и являлись причиной такой странной улыбки. Этот великан наверняка вызывал страх у многих, кто его видел. Однако Эмбер испытывала к нему сильную жалость. Ведьма всегда считала, будто глаза – зеркало души, а у Фрэнка был добрый взгляд. Мужчина моргнул. Эмбер услышала лязг металла.

Полное имя Фрэнка было Виктор Фрэнкенштейн фон Гримм. Он был старпомом Дэл и служил под ее началом с тех пор, как та стала капитаном. Он проводил Эмбер на палубу, поддерживая девушку своей большой рукой, пока корабль отчаливал от небесного порта в открытый воздух.

Когда судно набрало высоту, он показал юной ведьме работающие на светоче гигантские моторы и баллонеты. Их наполнял газом огромный круглый шар, держащий корабль в воздухе. Эмбер прижала к лицу платок.

– Тут, эм, немного специфический запах, да?

– Наверное, – ответил Фрэнк. – Я не чувствую запахов с тех пор, как мне снесло голову пушечным ядром.

Эмбер взяла его под руку и увела подальше от шума баллонетов.

– Что ты только что сказал, Фрэнк? Боюсь, я тебя не расслышала.

– Я сказал, что мой нос ничего не чувствует с тех пор, как мне заново приделали голову.

– Заново приделали… голову?

– Все верно. Я чем-то похож на корабль. Видишь спай вот здесь? – Он указал на часть корпуса. К ней, подобно заплатке, была приварена металлическая пластина. – Это часть старого корабля капитана Делии. Наш капитан, знаешь ли, настоящий коллекционер. Мы сбиваем и грабим другие воздушные корабли. Затем забираем их детали. Опасная работа – тут уж ничего не поделаешь.

Мужчина открыл дверь и направился в кормовую часть корабля под отсеком с баллонетами. В этом помещении было очень душно. Поддерживающие работу двигателей рабочие раскраснелись и вспотели от жары. Судя по всему, Фрэнка температура не волновала.

– Значит, ты часто теряешь голову, – задумчиво сказала Эмбер.

Он проводил девушку вниз по проходу в другой отсек корабля.

– Что правда, то правда. Ну и от призраков никуда не деться.

– От призраков?

– Когда нападаешь на чей-то корабль – смертей не избежать.

– Это очевидно.

– Ну вот мертвые нас и преследуют. Буквально.

– Как это?

– Вместе с деталями разграбленных кораблей мы подбираем и призраков. Капитан Дэл – одна из немногих, кого они не волнуют. Другие просто сходят с ума.

– Мы увидим призраков?

– Думаю, да. Но не стоит их бояться. Они не опасные – просто им нравится бродить на глазах у всех. Если бы на корабле была ведьма, они бы разбушевались. Но, к счастью, ведьм у нас нет.

Эмбер бросила взгляд на Дэва. Тот слегка покачал головой.

Они подошли к очередной двери. Фрэнк открыл ее и повел их вниз по ступеням – в комнату отдыха с большими окнами, обрамленными металлом.

– Это комната для особо важных персон. Ваши каюты находятся сбоку. Капитан не знала, будете ли вы жить вместе или раздельно, так что все ваши вещи лежат в первой каюте.

Дэв стоял, выпрямившись и убрав руки за спину: ни одним движением или словом он не высказывал предпочтений по поводу данного вопроса.

– Мы будем спать в разных каютах, – сказала Эмбер, обращаясь скорее к Дэвереллу, чем к Фрэнку.

Пока они взбирались по лестнице, девушка отметила сильную хромоту их проводника.

– У тебя болит нога? – спросила девушка, когда спутники вернулись на главную палубу.

Фрэнк пожал плечами:

– Это не моя нога. Так что нет.

– Не твоя нога? – удивилась Эмбер.

– Не-а. Капитан так боится меня потерять, что каждый раз, как я теряю часть тела, она просто находит новую на замену. Теперь я по большей части состою из механических частей. У нас на борту есть очень талантливый мастер – он-то мне голову и приделал. Мне теперь даже есть не надо, Скотти просто подзаряжает меня энергией при истощении ее запасов.

– То есть тебя заряжают светочем?

– Да. Полагаю, теперь меня довольно сложно убить – ведь я уже на восемьдесят процентов механический. Поэтому я и прошу называть меня Фрэнком. Каждый раз, когда я лишаюсь части себя, то укорачиваю имя. В прошлом году меня звали Фрэнки.

Из ниоткуда появился призрак и прошел сквозь великана. От вида полупрозрачного мужчины без руки у Эмбер по спине пробежали мурашки.

– Да отстань ты, – сказал Фрэнк, когда призрак начал дергать его за правую руку. – Сколько тебе повторять: я верну ее тебе, как только капитан разрешит.

Стонущий призрак дернул Фрэнка в последний раз и протянул свою единственную руку к Эмбер – словно просил девушку о чем-то. Затем он остановился и вгляделся в ее лицо. Полупрозрачный мужчина облизнул свои призрачные губы, будто пробовал воздух вокруг юной ведьмы на вкус. И тут вдруг призрак кинулся к ней, издавая протяжные вопли. Эмбер попятилась назад и врезалась в грудь Дэва. Вампир тут же приобнял ее одной рукой. Два металлических болта в шее Фрэнка затрещали. Великан ударил призрака шоковым разрядом. Лицо привидения рассыпалось на множество крошечных частиц, но быстро вернуло себе прежнюю форму. Затем, с последним завыванием, он грустно посмотрел на Эмбер и пронесся сквозь них с Дэвом, чтобы исчезнуть в стене за спинами гостей.

– Простите за это, – сказал Фрэнк. – Мой знакомый призрак. Эта рука когда-то принадлежала ему, вот он и злится.

Эмбер ничего не ответила. Но ей определенно нравился тот факт, что по пути на главную палубу Дэв не спускал руки с талии девушки. Он помог ведьме удержаться на ногах, когда на лестнице на нее вновь накатило головокружение. На палубе Эмбер заметила еще одного призрака – на этот раз женщину. Та осмотрелась, стиснула зубы и залезла на ограждение, чтобы затем спрыгнуть за борт.

– Дэв? – сказала Эмбер, дернув его за лацкан пальто. – Ты видел ее?

– Да, моя голубка.

Дэв замер: глаза мужчины пристально смотрели на то место, где только что стоял призрак. Подумав, Эмбер решила, что обязательно потребует больше никогда не называть ее голубкой. Но как-нибудь в другой раз. Девушка не хотела, чтобы ее называли птичьими именами. Ведь птиц часто запирают в клетках.

– Смотри, она появилась снова, чтобы еще раз прыгнуть за борт, – сказал Дэв и указал на привидение.

Эмбер поспешила вслед за Фрэнком. Когда она обернулась, ее взгляд встретился с темными глазами призрачной женщины. Та наблюдала за ведьмой. Вместо прыжка вниз привидение слезло с ограждения и последовало за ними. Эмбер подумала: если Фрэнк смог привыкнуть к постоянному присутствию духов, то и она сможет. Девушка просто надеялась, что хотя бы в туалете не окажется ни одного призрака.

Фрэнк отвел ее на мостик, откуда велось управление кораблем.

– Выправить курс! Тридцать девять градусов на восток и восемьдесят два градуса на юг!

– Есть, капитан, – ответил Фрэнк и нажал несколько кнопок на приборной доске. Затем великан до упора поднял рычаг. Корабль накренился и изменил курс.

– Курс установлен! Направляемся к ретранслятору.

– Хорошо. – Капитан Дэл повернулась к Фрэнку. – Ты уже закончил ознакомительную экскурсию?

– Да, – ответил он.

– Замечательно. – Дэл хотела продолжить, но вдруг замолчала – будто услышала то, что не доходило до слуха Эмбер. – Это то, о чем я думаю, Фрэнк?

Великан наклонил голову и закрыл глаза.

– Похоже на то, – ответил он.

Женщина в сердцах ударила по штурвалу рукой:

– У нас на хвосте банши.

Она нажала на красную кнопку. Корабль наполнился энергией, мгновенно увеличив скорость в два раза.

– Нам нужно добраться до ретранслятора! – закричала капитан. – Скорее!

Тонкие металлические ванты над их головами приобрели огненно-красный цвет от переизбытка светоча. Эмбер еле удержалась на ногах, схватившись за выступ на палубе. Корабль рванул вперед с немыслимой скоростью. Одной рукой Дэв ухватился за ограждение, а второй – за талию Эмбер. Мужчина сжимал ее так же сильно, как стальной каркас корсета девушки.

– Что происходит? – закричала Эмбер.

– За нами погоня. Но у нас есть шанс оторваться, если доберемся до ретранслятора!

Экипаж стремительно набирал скорость и высоту. В один момент они были окружены облаками. Через мгновение корабль уже летел над ними, направляясь к странному объекту. Тот походил на диск с огромной дырой посередине. Он медленно вращался, выпуская клубы дыма.

– Мы войдем под нужным углом, Фрэнк. Надо только набрать скорость!

Одна из пушек в кормовой части выпустила снаряд. Искрясь, он полетел в сторону дискообразного сооружения. Как только произошел взрыв, круг в центре моргнул и замерцал. Эмбер показалось, что это барьер – такой же как на перекрестке. Только диск еще и крутился вокруг своей оси. За секунду до касания носа корабля с круглым отверстием барьер встал на место и открылся: «Аэробус Фантом» прошел насквозь.

Палуба вокруг сжалась и изменила форму. Она вытянулась по всей длине, чтобы пройти через барьер. По ощущениям Эмбер, она тоже изменилась вместе с кораблем. Корсет давил на ребра. Девушка не могла дышать. Дэв сжимал ее слишком сильно. Мимо с дикими воплями пронесся призрак женщины. Привидение выглядело так, словно прозрачное тело растянули в разные стороны.

Воздух наполнился резким запахом металла и меди. Мир вокруг Эмбер закрутился в спираль. На глаза опустилась белая пелена.

Глава 16

Паук и муха

Проклятие Джека-фонаря

Рун отпустил существо с тяжелой челюстью. Зверь отошел от него и отряхнулся подобно собаке, заляпав слюной стол и стену.

Главный фонарь заглянул в свою кружку, все еще до краев наполненную янтарной жидкостью. Затем с брезгливым выражением лица отодвинул ее от себя. Руки и ладони зверя были обильно покрыты плотными волосами. Рун побоялся, что его шерсть или слюна могли попасть в напиток.

На долю мужчины выпало незавидное задание: отыскать попавшую в Иной мир ведьму. Пока что демон не продвинулся ни на шаг. Не то чтобы это была его вина. Босс Руна – Владыка Иного мира – не дал подчиненному никаких зацепок, кроме нелепых слухов. Ни один из его фонарей ничего подобного не сообщал. Каждый из них рьяно защищал свой перекресток. Никто не стал бы покрывать ведьму.

Первой мыслью стало проверить тот перекресток, на котором в последний раз был зафиксирован ведьмовской ветер. Но ведь Рун лично проверил городок Джека совсем недавно и ничего не нашел. Кроме того, Джек никогда не лгал наставнику. Он был самым преданным фонарем, на которого можно положиться. Как и сам Рун, Джек обрел широкую известность за беспрекословное следование законам Иного мира. Судя по всему, единственный человек знал о присутствии ведьмы. Это был сам Владыка – он и отправил Руна на нелепую охоту.

В последнее время его босс стал страшно беспокойным – практически одержимым идеей найти ключ к бессмертию. Последние сто лет Владыка то и дело посылал Руна на бессмысленные поиски. Как главному фонарю, ему и так было чем заняться – помимо попыток отыскать магические медальоны, легендарные золотые города с волшебными скипетрами, вытягивающими жизнь из других в пользу своего владельца, спрятанные источники вечной молодости и мастеров, которые якобы умели оживлять роботов.

Эта охота на ведьм напомнила ему о событиях 1692 года в Салеме. Кто-то пустил слух, будто в городе живет могущественная ведьма. Она слыла достаточно сильной, чтобы привлечь внимание Владыки Иного мира. Хотя Рун так и не понял, как босс узнал об этих сплетнях. К моменту прибытия фонаря в городе уже творилось полное безумие. Ему даже пришлось призвать Джека, чтобы разрешить ситуацию.

Тогда многих смертных повесили как ведьм. А все, в ком ощущалась хоть капля силы, были отправлены в Иной мир. Демон так и не нашел ни одной ведьмы. Однако город наполнился угрозами и предупреждениями от судей и служителей церкви. Раздраженный этими набожными фанатиками, Рун наслал на них видения, полные демонов и призраков. Эти фантомы заставили граждан содрогаться от ужаса.

По прибытии Джека Рун отправил его зачистить город. Надо отдать парню должное: с его помощью ситуация начала приходить в норму гораздо быстрее. Юноша успешно подавил все вспышки насилия и смягчил нравы местных жителей. Рун тем временем отправился к Владыке Иного мира. Демону лишь удалось узнать: всех, в ком нашли хотя бы каплю энергии, правитель осушил до дна, оставив сморщенные тела этих несчастных созданий валяться у его ног. Затем властитель устроил Руну серьезную взбучку за то, что тот не привел настоящей ведьмы. Владыка заявил: если демон хочет сохранить позицию главного фонаря, ему лучше бы найти кого-то стоящего, и поскорее.

Владыка Иного мира тут же отправил Руна обратно в Салем – ведь его жена была уверена в существовании ведьмы в тех местах. Снова ничего не обнаружив, Рун прикорнул у перекрестка. Начальник позволил Джеку выполнить всю работу за него. Они оставались в городе несколько месяцев, но ведьма так и не нашлась. Вскоре обоих фонарей назначили на новые места.

Большинство жителей начали избегать своего Владыку. Даже главный металлург – фаворит верховной ведьмы – сбежал. Руна отправили в погоню за ним. Однако металлург бесследно исчез. За это Владыка добавил к контракту Руна еще пять столетий. Демону пришлось провести целый год в поисках новых фонарей, чтобы этот срок сократили до пятидесяти лет.

Рун сердито посмотрел на свой эль. Владыку Иного мира следовало бы отстранить от дел еще много лет назад: он стал отчаянным и безумным. Отчаянные обычно совершают серьезные ошибки. Всем жилось бы проще, если бы он просто отрекся от власти. Тогда Рун с легкостью скользнул бы на его место. Но проблема заключалась в следующем: Влыдыка никогда не сложит свои полномочия добровольно.

Рун уже не раз наблюдал такую картину. Даже в мире смертных старики цеплялись за власть скрюченными пальцами, не желая делить ее с кем-либо. Они были похожи на драных псов, отчаянно вгрызающихся в кости и пытающихся спрятать свою добычу от остальных, – жалкое зрелище. Старики рычали и скалили зубы, устраивая всю эту бесполезную возню. Однако их время неумолимо уходило. Кому-то всегда приходилось ставить старую гвардию на место.

Рун был готов к этому. Он находился в самом расцвете сил. Демон ждал. В своем воображении он уже был королем – недоставало только трона.

Но прежде чем стать полноправным правителем Иного мира, Руну требовалось найти эту проклятую ведьму. Или – даже лучше – доказательства того, что ее никогда здесь и не было. Таким образом он смог бы показать: их правитель окончательно лишился разума.

Наконец-то демон мог передохнуть. Конечно, это не был отдых мечты – но выбирать не приходилось. Племянник одного знакомого гоблина якобы видел, как по городу носится фонарь. Насколько знал Рун, ни у одного из его фонарей не было отпуска или особых предпочтений касательно Пеннипорта. Это был маленький городок в отдаленных краях Иного мира. Настоящее захолустье по сравнению со столицей.

Он вышел на улицу и быстро обнаружил таверну, из которой поступило донесение. Рун прищурил глаза, учуяв остаточные следы светоча. У владельца заведения магические силы явно были в избытке. Конечно, он мог приобрести запас энергии на черном рынке. Но этого все равно бы не хватило на переливающееся огнями казино, множество роботизированных охранников и большой подвижный компас на вывеске. Немногие в Ином мире могли обеспечить свой дом светочем. Таверна же горела так ярко, как маяк в темноте.

Вышибала бросил на демона недобрый взгляд. Руну не было до этого дела: его сережка мигнула и загорелась, осветив всю округу. Все, кто стоял в очереди, а также сам вышибала в ужасе отшатнулись. Фонарь беспрепятственно вошел внутрь.

К сожалению, владелец таверны оказался несговорчивым. Он вел себя нагло – несмотря на угрозы главного фонаря. Мужчина спокойно признал, что действительно покупал светоч на черном рынке. Он даже предложил немного Руну в качестве подарка от заведения. Хозяина звали Пэйн. Мужчина сказал, что не видел в округе никаких фонарей, кроме самого Руна. Свет сережки заглянул в душу Пэйна. Оказалось, что хозяин действительно говорил правду.

Раздраженный из-за пустой траты времени, Рун оттолкнул владельца заведения и направился к бару. Он рухнул в кресло, заказал выпивку и пнул ногой сидящую под столом кошку. Та взвыла и зашипела, прежде чем убежать прочь с поджатым хвостом. Когда в кресло напротив него уселась суккуб, Рун ни капли не удивился.

– Здесь ты не найдешь того, что тебе нужно, – сказал он. – Оставь меня в покое.

– Ну-ну. Не надо быть таким грубым, красавчик. У Сернии кое-что для тебя есть. То, что очень тебя заинтересует, – промурлыкала женщина и попыталась взять Руна за руку.

– Неужели?

– Клянусь.

Демон оскалился и отдернул руку.

– Я не пытаюсь тебя соблазнить, – заверила его суккуб и понизила голос. – У меня есть информация. Я знаю: ты ищешь ведьму.

Рун резко выпрямился. Этого он не говорил даже владельцу таверны: слухи могли поползти по городу и спровоцировать панику. Даже если ведьма окажется выдумкой, выслушать женщину все равно стоило.

– И чего же ты хочешь за эту информацию? – спросил он.

– Не так уж много.

– Действительно, немного.

Рун покрутил свою серьгу пальцами. Существо напротив зашипело, когда свет ослепил ее. Главный фонарь читал суккуба, как открытую книгу. Она действовала по велению эмоций – это обычно либо любовь, либо месть. Так как Серния являлась суккубом, Рун ставил на любовь. Он усилил напор света и увидел красное свечение вокруг ее сердца. Итак, Серния хотела знать о местонахождении некоего вампира. Интересно.

– Понятно. Значит, в обмен на информацию о нем ты скажешь мне…

– Я скажу, что мой босс недавно заполучил невероятное количество светоча, – замурчала она прямо в ухо главного фонаря. – Это случилось в ту же самую ночь, как мой вампир пришел в город со странной девушкой. Она была очень миниатюрной и слишком смазливой – на мой вкус. Я была бы не против, если бы ее арестовали. Может, тогда мой Дэв вернется ко мне.

– Ах, так, значит, на самом деле ты не хочешь узнать его местонахождение, а просто избавляешься от соперницы.

Женщина отстранилась и пожала плечами:

– Ты должна понимать: если девчонка не окажется ведьмой, тебя ждет суровое наказание.

– Обещаешь? – Суккуб улыбнулась.

Почувствовав отвращение, Рун поднялся с места и чуть не опрокинул кресло.

– Для твоего же блага – молись, чтобы твои слова оказались правдой.

– Да, еще кое-что, – смело бросила Серния ему вслед. – Поищи их в небесном порту.

Рун кивнул и швырнул девушке кошель с монетами. Она тут же спрятала трофей в свое декольте. На улице похолодало. Ветер перебирал волосы демона. Начался мелкий дождь. Рун поднял воротник пальто, приказывая своему свету указать путь к небесному порту. От сережки отделилась маленькая точка света. Словно светлячок, она с жужжанием начала кружить вокруг, после чего резко устремилась вперед.

Дождь начал усиливаться. Приняв форму штормовой бури, Рун взмыл в воздух и последовал за мерцающим огоньком. Нагнав светлячка, шторм поглотил его. Теперь точка слабо светилась сквозь темные сгустки плотного воздуха, направляя фонаря к цели.

Глава 17

Зуб за зуб

Проклятие Джека-фонаря

Эмбер была уверена, что не падала в обморок. Нет, она бы так себя не опозорила. Девушка просто немного ослабла. За последние несколько дней она столько всего пережила – могла же от этого слегка закружиться голова? И все-таки подобное поведение было не свойственно юной ведьме. Дэв поддерживал Эмбер, которая все еще не могла твердо стоять на ногах. Фрэнк сунул ей под нос флакон с резким запахом.

Эмбер попыталась отвернуться, но ударилась головой о грудь Дэва.

– Мне не нужна нюхательная соль, Фрэнк, – сказала она. – Но спасибо тебе за заботу. Наверное, корсет слишком тугой.

Как только Эмбер смогла стоять самостоятельно, то попыталась понять, где они сейчас находятся. Ретранслятор, к которому так спешила капитан Делия, исчез. Ранний вечер сменился поздней ночью. Они плыли по океану облаков. На небе сияли звезды.

– Как… как долго я не приходила в себя? – спросила девушка.

– Всего пару минут, – заверил ее Дэв. – Дел успела провести нас через ретранслятор. Кто бы ни преследовал нас на банши, теперь он вряд ли сможет отследить нашу локацию. Мы находимся посреди Дрожащего моря – очень далеко от того места, где были еще секунду назад.

– Ретранслятор, – начала Эмбер. – Это что-то вроде барьера на перекрестке? Он ведет в другое место?

– Так и есть. Ретрансляторы работают по алхимическим законам. Висмутовый снаряд задает импульс места назначения согласно расположению звезд в момент взрыва. После этого определяется азимут, и затем код…

Эмбер подняла руку:

– Достаточно, Дэв.

Вампир любезно улыбнулся и поцеловал кончики ее пальцев.

– Ты ведь сама спросила, голубка.

Отдернув руку, Эмбер хмуро поправила свой жакет и отошла на другую сторону палубы. Развевающий ее волосы ветер приносил запах соли и чего-то металлического. Девушка начала всматриваться в облака, проплывающие под кормой корабля. Ей показалось, будто перед глазами парит блестящая и абсолютно черная водная гладь.

– Это опасно, – сказал Дэв, шагнув к поручню. – Если упадешь за борт над Дрожащим морем, тебя скорее всего съедят морские чудовища.

– Морские чудовища? – Эмбер посмотрела на него с усмешкой и блеском в глазах. – Ты рассказываешь страшную историю, чтобы я задрожала и упала в твои объятия – как беспомощная голубка, которой ты так хочешь меня видеть?

– А это бы сработало? – Ухмылка вампира демонстрировала: он был бы не против такого развития событий.

– Нет.

– Тогда я хотя бы предупрежу тебя: Дрожащее море населяет множество разных существ. Одно из них – особенно надоедливое – постоянно проскальзывает через барьер прямо в озеро где-то на Британских островах. Это большая загадка: никто в Ином мире не может понять местоположение перекрестка, через который оно путешествует туда и обратно.

– Я думала, все перекрестки охраняются фонарями.

– Не все, а только известные. Некоторые уверены, что существуют тысячи необнаруженных проходов.

– То есть ты хочешь сказать, что всякие ужасные монстры из вашего моря могут запросто попадать в наши океаны и реки?

– Как и вы в мире смертных, мы только начали изучать моря и океаны Иного мира. И еще многого не знаем. Некоторые пытались защитить мир смертных, контролируя самих животных, а не перекрестки. К сожалению, они смогли только привязать их к Иному миру, частично роботизировав.

– Значит, они вживляли в животных металлические детали?

– Я видел это своими глазами.

– Просто варварство!

– При определенных обстоятельствах – да, – признал Дэв. – Ты видела зуб моей сестры? Тот, что покрыт металлом?

– Ну-ну, братец. Историю моего зуба могу рассказывать только я.

Эмбер и Дэв обернулись. На Делии была все та же свободная рубашка, узкие штаны и корсет. Но теперь она надела еще и теплую накидку с капюшоном. В лунном свете ее глаза искрились голубым.

– Наверное, грубо об этом расспрашивать, но все же. Что случилось с твоим вторым зубом? – спросила Эмбер.

Делия похлопала Эмбер по руке.

– Эту историю лучше всего рассказывать за столом. Хотите со мной поужинать?

– Я думала, вампиры могут не есть.

– Обычно мы и не едим. Но в присутствии ведьмы сильно повышается аппетит. Не так ли, Дэверелл? – Вампирша широко ухмыльнулась, продемонстрировав свой серебряный клык. Дэв проигнорировал вопрос и молча подал руку Эмбер. Она взяла мужчину под локоть. Спутники последовали за капитаном в ее каюту. Когда Дэв услужливо отодвинул для ведьмы стул, девушка заметила пробежавшую по его лицу тень. Либо вампир не хотел, чтобы Эмбер находилась в компании его сестры, либо боялся того, что Делия может рассказать. Теперь Эмбер не терпелось узнать истинную причину.

Вскоре в каюту внесли ужин. Она наклонилась над тарелкой, чтобы вдохнуть запах пухлых сосисок, копченой рыбы и сладких корнеплодов. Девушка подняла голову и поймала на себе взгляд привидения. Оно наполовину высунулось из стены. Молодая женщина открыла рот, словно хотела что-то сказать. Но как только Дэв обернулся посмотреть, на что уставилась Эмбер, призрак растаял в белой дымке.

Прислужник положил в тарелку девушки незнакомые ей зеленые овощи. Они оказались хрустящими и немного солеными на вкус. Эмбер ела маленькими кусочками. Девушка погрузилась в мысли о том, что же хотел сказать призрак.

Уже после дегустации всех блюд Дэв объяснил: она ела морские водоросли с хрустящей икрой угря, а во фруктовом салате были глаза лягушек. Она не решилась спросить происхождение сосисок. Поэтому ведьма просто отложила приборы, попросив капитана рассказать ее историю.

– Я была влюблена, – начала Делия. На ее щеках снова появились ямочки. – Это была возмутительная для многих связь. Один из моих родителей выступал категорически против наших отношений. Однако меня это только подстегивало.

– Подожди, – сказала Эмбер. – Родители? Я думала, вы считаетесь братом и сестрой только потому, что вас обратил один и тот же вампир.

– Милая, – Делия засмеялась, – созданных с помощью обращения вампиров мы называем… не напомнишь мне, Дэв?

– Полукровки, – ответил он.

– Точно, полукровки. У них есть некоторые ограничения, которых нет у нас. Например, им нужно избегать солнечного света.

– В нашем случае мы родились вампирами – так же как ты родилась ведьмой, – объяснил Дэв.

– Но вы живете очень долго? Или вы бессмертны?

– По сравнению с вами – да, мы живем очень долго. Но это не бессмертие. И мы уязвимы. Конечно, Дэва это не касается: пока у него под рукой есть ведьма, он почти неприкосновенен, – сказала Делия, хитро улыбнувшись.

– Дел, – тон Дэверелла звучал предупреждающе, – я думал, мы собрались послушать твою историю, а не мою.

Она вздохнула:

– Ладно. Ты такой нервный – прямо как Деррик.

– Деррик? – спросила Эмбер.

– Наш брат, – ответил Дэв. – Я – самый старший в семье. Делия – четвертая, а Деррик – пятый и самый младший. Второй и третий – это Дакстон и Драган – близнецы.

– Значит, Делия – единственная девочка?

– Именно. А еще я единственная, кто стал капитаном воздушного корабля. Мама и папа так мной гордятся.

– Но разве не должно быть еще Дэймона, или Дикси, или Дэна, или еще сотни ваших братьев и сестер – если вампиры живут так долго?

Делия искренне рассмеялась. Эмбер залилась краской.

– Ты интересуешься репродуктивной системой вампиров в научных целях или так, для себя? – Она подмигнула Эмбер. – Ответ прост: вампиры могут размножаться так много или так мало, как пожелают. Наши родители хотели пятерых детей и остановились, когда цель была достигнута.

Делия склонила голову набок.

– Ты – интересный экземпляр, – сказала она. – Я понимаю, почему Дэв бегает за тобой, как потерянный щенок. Любовь – забавная штука, не правда ли?

Эмбер покосилась на Дэва: его глаза внимательно ловили каждое движение девушки. Он не выглядел голодным, скорее… хотя ведьма ведь не могла и вправду знать, что у вампира на уме. Во взгляде мужчины она увидела… волнение? Привязанность? В мире смертных Эмбер с легкостью читала мысли людей. Но на жителях Иного мира это не работало. Однако существовала одна мужская эмоция, которую юная ведьма научилась безошибочно распознавать, – беспокойство. Именно это чувство постоянно выражало лицо Джека. Беспокойство и раздражение.

Делия тяжело вздохнула. Черты ее лица заметно смягчились, но не так, как это обычно бывало у смертных женщин. Они как будто таяли – особенно когда дело касалось младенцев или свадебных церемоний. Как забытое на летнем солнце масло.

У Делии все было по-другому: за острыми углами скул начали просматриваться плавные линии. Губы расслабились, морщинки вокруг глаз исчезли. Она завела рассказ о корабле, на котором впервые отправилась в плавание.

Его капитан был пиратом и конрабандистом, как Делия. Только он согласился взять ее в ученики. Вампиры никогда не пользовались доверием в Ином мире. Он поручал девушке самую тяжелую, черную работу в надежде, что та сдастся и сойдет на берег в следующем порту. Однако Делия оказалось способной и сообразительной. Со временем они начали ценить друг друга. Капитан часто спрашивал ее совета по поводу того, на какой корабль напасть, а какого столкновения лучше избегать. Она умела распознавать наличие на корабле ценного груза по положению судна в воздухе.

– В конце концов, он назначил меня своим старпомом, – сказала Делия. – Однажды мы столкнулись в трюме, и он поцеловал меня. Он был моим капитаном и моей первой и единственной любовью. Капитан слыл щеголем и подлецом, но я полюбила его даже больше, чем полеты. Даже несмотря на то, что он был оборотнем – естественным врагом для любого вампира, – и мы нарушали кодекс воздушного судоходства, вступая в романтические отношения с сослуживцем. Мы использовали любую возможность, чтобы побыть вместе.

– И что случилось потом? Ваши семьи были против? Ваш роман раскрыли? – спросила Эмбер.

– Ха! – выпалила Делия. – Нам не было дела до наших семей. Когда мы находились на суше, то делали все, что душе угодно. Но на корабле соблюдали осторожность. Нужно было сохранять репутацию. Для всей команды мы считались лишь капитаном и старпомом. Чтобы хранить в секрете все передвижения, мы создали тайный проход между нашими каютами.

– Тогда я не понимаю, что могло случиться.

Лицо Делии омрачилось.

– Он предал меня. Меня и всю свою команду. Мы были в самом разгаре битвы. Наш корабль получил серьезные повреждения. Часть переборки была уничтожена, а запас светоча приближался к нулю. Мы пытались захватить очень опасный груз, в существование которого мало кто верил, – машину Судного дня. План был такой: напасть на корабль, захватить устройство и продать тому, кто больше предложит.

Эмбер не хотела перебивать, но ей просто не терпелось задать вопрос:

– Вы нашли машину? Для чего нужно это устройство?

– Предположительно его следует использовать на определенном центральном перекрестке. Если вложить туда достаточное количество светоча, устройство навсегда отделит Иной мир от мира смертных либо уничтожит оба. Никто не знает наверняка. И нет, мы так и не нашли эту машину, хотя ее планировали перевозить именно на этом корабле.

Мы поравнялись с тем судном: это был один из лучших кораблей флота Иного мира – «Наутилус». У них было полно светоча. Оболочка практически разрывалась от переизбытка силы. Мы лишь слегка помяли их корпус, в то время как наш уже был усеян дымящимися отверстиями от снарядов.

Я сказала капитану о необходимости подать сигнал к отступлению. Оставаться было глупо. Но если бы мы все-таки остались, я бы воззвала к бугимену, настолько одолело отчаяние. Я уверила его, что наш корабль гораздо быстрее и мы сможем скрыться в облачной гряде. Но капитан отказался. Когда я потребовала назвать причину отказа, он посмотрел на меня с таким смирением и грустью, что я чуть не задохнулась. Я знала, что он сдался, но не понимала почему.

Тогда я и увидела приближение третьего корабля – такого же большого и хорошо оснащенного, как «Наутилус». Они начали сражение. «Наутилус» сосредоточился на более опасном для себя противнике. Стало ясно: мы лишь играли роль приманки.

Тот новый корабль не был пиратским – но он так же не принадлежал Владыке Иного мира, как «Наутилус». У него не было флага, а по технологическому оснащению судно превосходило все корабли Иного мира. Следовало уносить ноги, иначе нас могли захватить. Однако мой капитан отдал приказ оставаться на месте и помогать новому кораблю, продолжая стрелять по «Наутилусу». Он не был пиратом, преданным пиратскому кодексу. Он был с кем-то в сговоре. Мой капитан, мой любимый мужчина оказался шпионом.

Я замерла и не могла пошевелиться. Команда разбушевалась: они называли капитана лазутчиком, перебежчиком, нарушителем пиратских законов и требовали выкинуть его за борт. Как старпому мне было необходимо держать ответ. Я схватила его за грудки и прижала к балюстраде. Сердце разрывалось, пока я кричала и требовала признания: ведь он предал команду, предал меня. Мой мужчина во всем признался, глядя мне прямо в глаза.

Он не оставил мне выбора: я обнажила клыки и впилась в шею. Я пила его кровь и раньше – так что просто закрыла глаза и представила, будто ничего этого не происходило на самом деле. Что мой корабль не шел ко дну, а мужчина всей жизни не оказался притворщиком. Но он им являлся. И теперь я должна была лишить его жизни.

Он прошептал слова прощания мне на ухо. Я стояла на палубе и уничтожала единственную вещь, за которую была готова умереть. Капитан дернулся в последний раз и перевалился за борт. Я проявила слабость, попытавшись его схватить. Но все произошло слишком быстро. Он исчез в густых облаках.

Затем я отдала сигнал к отступлению. Мы унеслись оттуда так быстро, как только могли, оставив «Наутилус» с кораблем-противником позади. Было очевидно, что «Наутилус» идет ко дну: еще мгновение, и судно бы исчезло в темных водах вслед за нашим капитаном. Когда мы были уже далеко, пришло осознание: мой зуб остался в шее шпиона, которого я любила.

Делия коснулась серебряного клыка.

– Я покрыла его металлом, чтобы зуб служил мне напоминанием. Видишь ли, когда вампир пьет кровь, он получает удовольствие через зубы. Я обойдусь без удовольствия. Таким образом я обезопасила себя от соблазна влюбиться снова. Ничто и никто больше не причинит мне такой боли.

В этот момент корабль тряхнуло. В дверях каюты появился один из моряков.

– Что это было? – спросила Делия, резко поднявшись из-за стола.

– Погода неспокойная, – ответил мужчина. – Судя по барометру, мы направляемся прямо в шторм.

Делия улыбнулась.

– В таком случае, свистать всех наверх. Дэв, будь так добр, проводи гостью в ее каюту. Похоже, нас ждет небольшая встряска. – Не успев выйти за дверь, она обернулась: – О, и Эмбер?

– Да?

– Постарайся держать свой желудок под контролем на моем корабле, ладно? Боюсь, сейчас я не смогу выделить человека, чтобы за тобой убирать.

Хитро подмигнув, капитан исчезла из виду.

Глава 18

Околдована, обеспокоена и смущена

Проклятие Джека-фонаря

Дэв повел спотыкающуюся Эмбер по коридорам. Лампы начали разгораться и мигать. Корабль резко накренился. Эмбер вскрикнула:

– Это не похоже на простой шторм! Может, на нас напали?

– Когда дело касается моей сестры, все может быть! – ответил Дэв.

Наконец они добрались до комнаты отдыха. Дэв дернул за рычаг, запиравший дверь, и проводил Эмбер в ее каюту.

– Прошу меня простить, но мне надо проверить свою сестру.

– Ты же не хочешь оставить меня здесь одну? – сказала Эмбер. – Если одолжишь мне какую-нибудь более удобную одежду, я смогу пойти с тобой.

– Это даже не обсуждается. Только здесь ты будешь в безопасности. Кроме того, – он притянул девушку за намокший воротник и, окончательно осмелев, поцеловал ее в нос, – мне очень нравится это платье. Оно тебе идет.

Эмбер нахмурилась и отвернулась.

– Не забудь выпить чай. Твой светоч постепенно возвращается, – добавил он перед уходом. – Микстура ждет тебя на столе.

– Но, Дэв… – начала Эмбер.

Мужчина захлопнул за собой дверь и запер ее снаружи, оставив Эмбер пленницей в собственной каюте. Девушке не понравился его отказ. Но гораздо больше юную ведьму разозлило то, что ее отправили в кровать, словно непослушного ребенка. Поэтому она схватила со стола мешочек с растертыми «руками мертвеца» и метнула в стену. Золотая пыльца разлетелась по комнате и осела на ковер. Девушка быстро подобрала мешочек, собрала с пола все, что смогла и направилась в ванную. Открыв кран с горячей водой, Эмбер наполнила чашку и высыпала туда немного чайной смеси.

На самом деле это совсем не походило на чай. Ведьме не нравился вкус и зернистость, а также приказ пить эту отвратительную смесь, не спросив мнения самой Эмбер. Размешав жидкость в чашке пальцем, она зажала нос и приготовилась выпить свой чай. Но тут девушка отвлеклась на яркую вспышку.

Поставив чашку на столик, Эмбер кинулась к большому окну в общей гостиной. Их с Дэвом каюты находились в кормовой части корабля. Нельзя было наблюдать за направлением их полета – только за тем, что уже осталось позади. Однако в тот момент сквозь стену сильного ливня не удавалось разглядеть ничего.

Пока она стояла у окна и всматривалась в ночное небо, сверкнула еще одна вспышка. Сперва Эмбер подумала о молнии, но последовавший далее раскат грома отличался от привычного. Этот звук был мягче и приятнее – словно песня. Вспышка света лентой обернулась вокруг корабля.

Прижав нос к стеклу, Эмбер пожалела, что не взяла с собой шпионские очки Финни. Если бы у нее были эти разноцветные стекла, удалось бы рассмотреть странные завитые линии. Они казались еще более темными, чем ночное небо. С каждым ударом молнии линии подсвечивались.

Резкий крик нарушил спокойное течение песни. В ответ что-то в трюме пришло в движение. Сквозь окно Эмбер смогла разглядеть черный ствол пушки, выезжающий на свою позицию. Они собирались в кого-то стрелять! От мощного залпа вздрогнул весь корабль. Однако, судя по всему, снаряд улетел в никуда. Их цель не пострадала.

Последовал другой выстрел. На этот раз – удачный. Крик ослаб, перешел в шипение и, наконец, прекратился. Небольшое судно вдалеке загорелось и понеслось в их сторону. Яркая точка света становилась все больше и больше. В конце концов Эмбер пришлось закрыть глаза руками. Она поняла: подбитое судно, без сомнения, врежется в кормовую часть их корабля. Однако времени спасаться уже не оставалось.

Она закричала и еще крепче прижала ладони к лицу.

Но столкновения не последовало. Опустив руки, Эмбер сделала осторожный шаг назад. Странно, но свет последовал за ведьмой. Затем что-то очень знакомое стукнулось в окно гостиной. Тыква Джека! Девушка бросилась открывать окно, но оно оказалось надежно закрыто.

Тыква покачала своей парящей головой и, как показалось Эмбер, указала на дальнюю часть комнаты. Девушка сделала несколько шагов назад. Свет разгорелся еще ярче. Эмбер снова закрыла глаза. Стекло треснуло – образовавшийся узор напоминал паутину – и затем разбилось на сотни осколков. Их тут же закрутил шторм, унося с собой в ночное небо.

Влетев в комнату, тыква описала небольшую дугу. Овощу определенно было тяжело двигаться: к черешку привязана веревка, конец которой свешивался за оконную раму. Похоже, тыква тащила на себе что-то тяжелое. Эмбер провела тыкву к столу, который был крепко прикручен к полу. Вместе они смогли привязать веревку к его ножке.

В гостиную залетел плотный белый туман. Джек – а это оказался именно он – принял свою обычную форму. Его пальто насквозь промокло, а светлые волосы прилипли к голове. Еще никогда в жизни Эмбер не была так рада кого-то видеть.

– Джек! – закричала девушка и обхватила его руками.

Фонарь слабо улыбнулся в ответ и принялся тянуть на себя веревку.

– Эмбер, помоги мне.

– Но я не понимаю. Если ты здесь – кто на том конце веревки?

– Финни.

– Финни? Финни! – снова закричала она.

Эмбер тоже схватилась за веревку и слишком сильно высунулась в окно, чуть не потеряв шляпку и равновесие. Джек втащил ведьму обратно, порвав рукав красивого платья.

– Осторожнее! – крикнул он. – Не хочу, чтобы ты тоже оказалась по ту сторону окна.

Кивнув, Эмбер убрала мокрые волосы с лица и снова принялась тянуть за веревку. К тому моменту, как в окне показалась огненно-рыжая шевелюра, ее руки уже дрожали от усталости. Вдвоем с Джеком они затащили Финни в комнату. Как только все трое оказались в безопасности на борту корабля, они дружно повалились на мокрый пол и пытались отдышаться.

Джек первым пришел в себя. Он осторожно отвязал веревку, обмотавшую грудь Финни, затем освободил свою тыкву. Каким-то образом мальчишка умудрился не потерять сумку и свои разноцветные очки. Трение веревки порвало его рубашку и оставило на теле ярко-красные борозды. Но, по крайней мере, он был жив.

– А ты смышленый малый, Финни, – сказал Джек, восхищаясь изобретательностью и смелостью спутника. – Привязать себя к тыкве: честно говоря, я не думал, что это сработает.

– Я нравлюсь твоей тыкве, – с усмешкой сказал Финни, когда улыбающаяся оранжевая сфера подлетела к нему и устроилась на полу возле руки парня. – Она не позволила бы мне упасть.

Джек смотрел на мигающий в тыкве огонек. Фонарь бы ни капли не удивился, если бы у нее и в самом деле были собственные мысли и чувства.

Спотыкаясь о многочисленные юбки, Эмбер побежала в ванную и принесла целую стопку полотенец. Одно она протянула Джеку, а еще одно – Финни. Парень попытался вытереть грудь, но вдруг сморщился от боли.

– Думаю, у меня кое-что для тебя есть, – сказала Эмбер. – Я сейчас вернусь.

Разворошив свои вещи, она нашла баночку с лечебной мазью. Девушка приготовила ее перед путешествием в Иной мир. Пропитав полотенце, Эмбер приложила его к груди Финни.

Парень стонал при каждом движении ее руки. Но действие мази сразу стало заметно. Борозды на теле Финни затянулись прямо на глазах.

– Спасибо, Эм, – сказал он, когда ведьма закончила. – Какая полезная штука. Хорошо, что ты ее припасла.

Джек недовольно наблюдал за этой сценой. Он был рад снова увидеть Эмбер, но с недовольством отнесся к тому, что Финни дал ей прозвище. Джеку пришелся не по душе и преданный взгляд мальчишки на подругу. Когда девушка наклонилась к Финни, от тяжелого дыхания у парня даже запотели очки.

– Я так рада, что ты здесь! – сказала Эмбер и осторожно обняла друга, чтобы не причинить ему боль.

– Я тоже. Это место просто потрясающее! – отозвался Финни. – Мы можем познакомиться с капитаном? Как корабль держится в воздухе? Думаешь, мне разрешат посмотреть на двигатели?

– Ну вот, опять, – сказал Джек. – Бесконечный поток вопросов. Как ты это терпишь?

Эмбер пожала плечами.

– Так уж устроен его гениальный ум. Болтливость помогает Финни думать. Тебе, в общем-то, даже не обязательно его слушать. – Она подмигнула Финни. Его щеки тут же запылали от смущения.

– Но, Эмбер, – начал Финни. – Почему ты здесь? Тебя похитили? Вампир подчинил себе твой разум?

– Откуда ты знаешь про вампира? – спросила девушка и посмотрела на Джека. – О, ты ему сказал.

– Да. Только Финни мог помочь тебя найти. Ты должна была сказать мне, что собираешься в Иной мир.

– Если бы я сказала, ты бы меня не отпустил. И я… я должна была попасть сюда, Джек. Ты не понимаешь. Меня сюда что-то тянуло. С тех пор как оказалась здесь, я чувствую себя на нужном месте. Как будто я иду к чему-то важному. Еще никогда я не была так уверена в своих действиях.

Теперь при взгляде на Джека она поняла: все-таки существовала еще одна вещь, в которой девушка была уверена так же сильно. Джек. Эмбер зачарованно улыбнулась юноше. От его долгожданного присутствия у ведьмы потеплело на душе.

Джек взволнованно взъерошил свои волосы. Он не понимал, почему Иной мир притягивает Эмбер так же, как до этого его перекресток. Раньше фонарь надеялся, что причиной тому – привязанность юной ведьмы к нему, Джеку. Но теперь он видел: все гораздо сложнее.

– Иной мир опасен для тебя, Эмбер. Уверен, ты уже и сама это осознала. Его населяют опасные существа. Не сомневаюсь: даже на этом корабле найдется парочка.

– Я знаю. И уже встречалась с ними. Многие очень милые. О, Финни, тебе и правда нужно познакомиться с капитаном Делией! Она немного пугающая, но я уверена – вы найдете общий язык. А еще здесь есть Фрэнк. Он просто душка. Надо только привыкнуть к тому, что Фрэнк собран из разных частей тела.

– Собран из разных частей? – переспросил Финни, вытирая очки от воды. – Можно и с ним познакомиться?

– Конечно. Предлагаю сейчас же пойти и…

– Нет, – сказал Джек. – Ни в коем случае. Никто не пойдет ни с кем знакомиться. Нам нужно убираться отсюда как можно скорее.

– И как, по-твоему, мы это сделаем? – нахмурившись, спросила Эмбер. – Мы высоко в небе над океаном, кишащим монстрами. Судя по тому, что еще пять минут назад Финни болтался на веревке, твой туман нас отсюда не вынесет.

Джек закусил губу и посмотрел на Эмбер. Конечно, она была права, но фонарю это не нравилось. Он решил ответить вопросом на вопрос.

– И как же ты оставалась незамеченной все это время? – проворчал он. Произнеся эти слова, Джек вдруг осознал: с ее аурой было что-то не так. Джек заглянул в душу Эмбер: его глаза горели серебром, пока фонарь осматривал девушку с головы до ног. Ее аура была цела, но сияла очень тускло. Джек подумал: если вампир чем-то навредил ведьме, он свернет негодяю шею. Фонарь дважды моргнул. Его глаза вновь приняли привычный вид.

– Этот кровопийца кормился тобой каждый день?

Тон, которым Джек задал вопрос, заставил Эмбер почувствовать себя виноватой – словно девушка повсюду ходила с оголенной шеей и с нетерпением ждала, пока кто-нибудь выпьет из нее кровь.

– Это, конечно, не твое дело, – сказала юная ведьма. – Но Дэв пил мою кровь только один раз. В тот момент другого выхода просто не было.

– Ха! Я в этом даже не сомневаюсь. Значит, твоего любезного дружка-вампира зовут Дэв? И чего же он хочет? Продать тебя на аукционе? Отвести к Владыке Иного мира? Подключить к машине и выкачать из тебя весь светоч?

– Нет, – ответила Эмбер, растерявшись от напора вопросов. – Дэв – настоящий джентльмен. Он согласился показать мне Иной мир и познакомить с верховной ведьмой. Но сперва мы должны встретиться с изобретателем. О, я так рада, что ты здесь, Финни, Уверена, вы с ним найдете о чем поговорить!

– Верховная ведьма? – Джек покачал головой. – Я всегда знал, как ты упряма, Эмбер. Ты предпочитаешь действовать, не подумав. До нынешнего момента я списывал все на твой юный возраст. Но это путешествие – просто бессмыслица. Почему ты не рассказала мне о чувстве, которое тянуло тебя сюда? Вместо этого ты решила подвергнуть себя опасности и добавить к моему контракту еще лет пятьдесят. А теперь еще и готова рисковать жизнью Финни.

Джек пробежал пальцами по промокшему жилету и, нащупав карманные часы, вытащил их на свет.

– И что еще хуже – мои часы из мира смертных сломались.

– Мне плевать на твои чертовы часы! Кроме того, это ты привел сюда Финни, – выпалила Эмбер.

Разозлившись, ведьма отцепила от себя шляпку, которая и так еле держалась на голове, отбросила ее в сторону и убежала в свою каюту, напоследок хлопнув дверью.

Финни взял у Джека часы, протер их рукавом и приложил к уху.

– Возможно, я смогу их починить, – сказал он. – Но с Эмбер тебе придется мириться самостоятельно. Думаю, она просто хочет, чтобы в нее поверили. Если бы ты дал Эмбер понять, что поможешь попасть в Иной мир и исследовать его более безопасным и подходящим способом, она бы тебя дождалась. Эмбер – верный друг, который заслуживает доброго и честного отношения.

Джек пробормотал что-то себе под нос, встал на ноги и скинул пальто.

– У тебя в сумке есть запасная одежда? – спросил он Финни.

– Ничего сухого.

– Это я могу исправить. Давай сюда то, что хочешь надеть.

Финни последовал словам Джека. Фонарь разложил мокрую одежду, включая собственное пальто, ботинки, жилет и рубашку, на спинку дивана. Он позвал свою тыкву. Ее луч света мгновенно высушил влажную ткань. Финни отправился переодеваться в ванную. Окруженный ярким светом тыквы, Джек снял оставшуюся одежду.

Его тело и волосы быстро высохли. Все еще стоя в луче света, он натянул высохшие штаны и обернулся, услышав резкий звук. В дверном проеме, уставившись на фонаря, стояла Эмбер. Она сменила нарядное платье на привычную для себя одежду: удобные легинсы, корсет, свободную рубашку, короткую юбку, сапоги и патронташ с мушкетонами. Такой девушка нравилась ему гораздо больше.

Она замерла на месте. Джек наконец-то сообразил, что стоит перед Эмбер практически раздетым – в одних лишь расстегнутых штанах, медленно сползающих на бедра. Он поспешил затянуть пояс и накинуть высохшую рубашку. Не то чтобы девушка его видела: большинство людей обычно были настолько ослеплены светом тыквы, что не могли даже смотреть на фонаря. И тем более разглядеть прячущегося за светом Джека.

Он не знал, но Эмбер отлично видела Джека. Никогда прежде ей не доводилось наблюдать настолько раздетого мужчину. Юная ведьма была очарована тем, как свет оттенял его высокую фигуру. По телу Джека рассыпалось множество занимательных ямочек и линий, а штаны сползли с талии и плотно сели на мускулы бедер. Она тяжело сглотнула. Эмбер наблюдала за тем, как его торс исчезает за тканью рубашки. Пока Джек застегивал пуговицы, она не могла оторвать глаз от длинных пальцев юноши.

Эмбер пришла в себя, только когда Финни вышел из ванной: она притворилась, будто рассматривает мушкетоны. В этот момент Джек уже застегивал пуговицы жилета.

– Спасибо, Джек, – сказал Финни. – Так приятно переодеться в сухую одежду.

– Рад был помочь, – ответил Джек, приглушив свет тыквы.

Он присел на диван, чтобы натянуть сапоги. Затем бросил взгляд в сторону разбитого окна. В море бушевал шторм.

– Починишь его, Эмбер? – спросил Джек.

– Починю что? – Она нахмурилась. – Ты имеешь в виду окно?

– Конечно, я имею в виду окно. Здесь можно починить что-то еще?

Эмбер уперла руки в боки.

– Да. Например, одного ужасно вредного фонаря.

Джек улыбнулся:

– Я бы посмотрел, что из этого выйдет.

Глаза Эмбер превратились в щелочки. Она уже собиралась поставить Джека на место, когда Финни прервал их перепалку:

– Она может это сделать? Починить окно?

– Конечно.

– Но я не знаю как, – сказала Эмбер. – Дэв обещал учить меня. Однако возможности так и не представилось.

Джек поднял бровь: по выражению лица Эмбер могла предугадать ход мыслей фонаря. Они не понравились девушке. Она выпрямила спину и вдернула подбородок – но из-за маленького роста это выглядело скорее комично, чем устрашающе.

Джек вздохнул, поднял осколок стекла и вложил ей в руку.

– Теперь наполни его светочем и отдай приказ.

– Просто приказать? Как будто собаке?

– Да. Если тебе это поможет, представь, что осколок – это собака.

– Ладно. – Эмбер закрыла глаза и сжала осколок так, что острые края врезались в ладонь. Девушка обратилась к своей силе. Ведьма старалась повторить то же, что делала для Пэйна. Но легкое покалывание в животе на этот раз обернулось болезненными спазмами. Она моргнула.

– Я не могу.

– Ты уверена, что он действительно пил твою кровь лишь один раз? – По лицу Джека пробежала тень.

– Да. Но с тех пор он постоянно дает мне специальный чай, чтобы приглушить мои силы.

– Покажи мне.

Эмбер нашла остывшую чашку с чаем и принесла Джеку. Тот обмакнул палец в золотистую жидкость и попробовал на вкус.

– Мерзавец, – выплюнул Джек с отвращением. – Этот чай действительно скрывает твои силы от других. Но кроме того, он содержит компонент, который делает тебя более сговорчивой и податливой для гипноза.

Эмбер смотрела на чашку в руках Джека округлившимися от страха глазами.

– То есть все это время он травил меня?

– Нет, не совсем. Вампир хотел ввести тебя в постоянное опьянение. Такой чай может одурманить даже взрослого оборотня. Но, к счастью, твой светоч быстро выжигает его эффект, – Джек взял ее за руку. – Вспомни: случалось ли так, что он пытался соблазнить тебя или заставить принять его точку зрения?

Будучи в ужасе от того факта, что все это время ее могли использовать, Эмбер напрягла память.

– Нет, такого никогда не случалось. Но… это Пэйн, владелец таверны, дал Дэву смесь. Так что он мог и правда добавить что-то втайне от Дэва, – сказала девушка и сморщила нос, предположив: за нее уже, возможно, говорил этот самый чай.

Джек закатил глаза.

– Ладно. Мы разберемся, что к чему. Касательно этого чая… – Он взял чашку и пошел в ванную – вылить содержимое в раковину. – Тебе больше не надо его пить. Пока ты рядом, я смогу прятать твой светоч. Тыква впитает в себя все излишки энергии.

– Но что мне делать, если тебя не будет рядом?

Джек положил руки ей на плечи и наклонился так близко к лицу девушки, что они почти соприкоснулись носами.

– Я всегда буду рядом с тобой. А ты, – он слегка встряхнул Эмбер, – всегда будешь рядом со мной. А сейчас нам пора уходить.

– Но, Джек, – возразила она, пока фонарь тянул ведьму к выходу.

– Не сейчас.

– Джек, – повторила Эмбер.

– Потом, Эмбер.

Мужчина взялся за ручку двери и дернул. Ничего не произошло.

– Это я и пыталась тебе сказать. Дэв меня запер. – Девушка нахмурилась. – Он уже должен был вернуться.

Джек повернулся к ней:

– Вампир запер тебя здесь?

– Он сказал, что это для моей безопасности. – Слова прозвучали не так убедительно, как Эмбер того хотелось.

– Где-то я уже слышал подобное.

Джек поднял руку. Из его ладони вырвался луч света. Искра выжгла ту часть двери, где находилась замочная скважина. Фонарь толкнул дверь ногой. Та со крипом отворилась.

– Финни?

– Я здесь, Джек.

– Иди сюда и прихвати свои причудливые очки.

– Понял, босс.

Спутники поднялись по лестнице. Эмбер нехотя задумалась о том, насколько разными были Дэв и Джек.

Неужели она ошиблась в вампире? Дэв выглядел таким приветливым и обходительным. К тому же он действительно не лгал девушке: кровная клятва это подтвердила. Дэв был мягким и стремился во всем ей угождать. А вот характер Джека больше походил на беспокойный вулкан. Когда фонарь хотел что-то сказать, он не юлил. Даже несмотря на некоторую грубость, Джек говорил то, что думает. Да, он мог прижать Эмбер к стенке – но и ведьма не стеснялась в выражениях по отношению к своему хранителю. Они друг друга стоили.

Когда дело касалось Дэва, Эмбер не была такой смелой. Она понимала: Джек может ее обжечь. Но это гораздо интереснее, чем болтаться на мужской руке, словно модный аксессуар – без единой собственной мысли в голове.

Все эти размышления растаяли, как только они ступили на палубу. Эмбер даже не заметила, как вампир прожигает ее фонаря глазами. Все внимание было приковано к леденящему душу ужасу, разверзшемуся прямо над их головами.

Глава 19

Правильный настрой

Проклятие Джека-фонаря

Эмбер не понимала, что видит перед собой, но ощущала опасность на подсознательном уровне. Стоящий рядом Финни, напротив, был абсолютно спокоен. Парень увлеченно менял разноцветные стекла на своих очках. Эмбер слышала, как он пробормотал себе под нос что-то вроде «как красиво» и «потрясающе».

Спектральные сгустки энергии кружили в воздухе над их головами. Сначала они больше напоминали легкую дымку. Но уже через пару секунд – после того как Эмбер ступила на главную палубу – начали соединяться между собой и принимать отчетливые формы.

Один из сгустков, зависший возле Эмбер, превратился в сферу, внутри которой образовались призрачные завихрения. Прямо на глазах начали прорисовываться отчетливые контуры рук, ног, лица, пронзительных глаз и длинных волос. Туманная сущность, теперь похожая на женщину в изодранном платье, кружила вокруг Эмбер. Призрак женского пола протягивала к ней скрюченные пальцы и пронзительно кричала.

Джек преградил ей дорогу и поднял вверх свою тыкву. Овощ выстрелил в привидение лучом света. Призрак взорвался, разлетевшись на сотни дымчатых обрывков фантомной энергии. Прежде чем Эмбер успела почувствовать облегчение, оставшиеся от привидения сгустки тумана вновь начали собираться вместе, словно притягиваемые магнитом.

– Идиот! – крикнул Джек Дэвереллу и крепко прижал Эмбер к себе, методично уничтожая призраков один за другим. Эмбер обвила руки вокруг его пояса и прижалась лицом к груди фонаря. – Ты привел ведьму прямо в центр призрачного шторма?

Дэв не был в восторге от того, как фонарь сжимает Эмбер за плечи – и как ей самой, очевидно, это нравится. Кроме того, теперь вся команда Делии знала: на борту есть ведьма. Это окончательно вывело вампира из себя.

– Я же сказал тебе оставаться в каюте! – закричал Дэв. – И как вы двое вообще оказались на корабле?

Лицо вампира озарила внезапная догадка.

– Ах, так это вы были на банши, которую мы подбили. Забавно, что у вас получилось выжить.

– Да. Очень забавно, – выплюнул Джек. – Спасибо за незабываемый опыт. А теперь разворачивайте свой чертов корабль. Нам нужно выбираться из этого шторма!

– Вот только не надо указывать, как мне управлять моим собственным кораблем, – прокричала Делия, разрубив одного призрака сияющим мечом и выстрелив в другого из шокового пистолета. – Дэв заверил меня, что приглушил ее силу настолько, что никто ничего не почувствует. Мы специально полетели сквозь призрачный шторм.

– Специально? Специально? – проорал Джек так громко, что перекрыл рокот бури и завывания привидений.

Все больше и больше призраков принимало человеческую форму. Дэв тоже начал отбиваться от протянувшихся к нему полупрозрачных фигур с помощью своей трости. Клюка теперь загорелась с обоих концов. Вампир закрутил ее над головой и обрушил на привидение, пронзив его насквозь. Но, подобно другим, существо просто срослось обратно.

– Ты знала, что все так обернется? – прокричал Дэв сестре.

– Я еще никогда не видела, чтобы их было так много! – ответила она. – Обычно они даже не могут принять материальную форму!

Дэв выругался сквозь зубы. Он знал: Эмбер была могущественнее любой ведьмы, которую он когда-либо встречал. Но это уже слишком.

Наблюдая за тем, как из пистолета Делии то и дело вырывается голубой электрический свет, Эмбер поняла: с самого начала боя она только и делала, что пряталась за чужими спинами. Это было совсем не похоже на юную ведьму. Девушка нашла оправдание своей слабости: ее слишком отвлекла вздымающаяся от частого дыхания грудь Джека прямо перед носом. Не говоря уже о руке хранителя на ее плече. Его еле уловимый запах – костра, осенних листьев и специй – напоминал Эмбер о доме. Тяжело вздохнув, девушка попыталась отстраниться от Джека и помочь остальным в битве. Но фонарь только сильнее прижал Эмбер к себе.

– Даже не думай, – предупредил он.

Его белые волосы снова намокли и закрыли часть лица.

– Нравится тебе это или нет – я хочу помочь, Джек. У меня есть пистолеты. Они уже заряжены заклинаниями.

Увидев в его глазах беспокойство, Эмбер добавила:

– Я буду держаться рядом. Обещаю.

На секунду Джек заколебался, но все же одобрительной кивнул ей.

– Ты должна иметь в виду: их притягивает твой светоч. Они летят к нему, как мотыльки на огонь.

Джек приказал своей тыкве оставаться рядом с Эмбер и Финни ради их защиты.

– Постой. Что ты собираешься делать? – взволнованно спросила Эмбер.

– Я собираюсь заставить их развернуть корабль. Иначе призрачный шторм просто поглотит нас всех.

Конечно, Джеку не хотелось оставлять их ни на секунду. Фонарь посмотрел на Финни и ободряюще кивнул парню. Затем взял Эмбер за руку. Слегка сжав ее ладонь, юноша направился к корме корабля – где только что исчезли Дэв и Делия.

Тыква Джека кружилась над палубой, атакуя призраков на пределе своих сил. Финни пришел в себя и предложил Эмбер использовать замораживающее заклинание, а следом применить ослепляющее зелье. Пока она испытывала на привидениях первые два заклинания, Финни заряжал второй пистолет. Закрыв один глаз, Эмбер прицелилась и выстрелила в призрака. Тот кружил совсем рядом.

К сожалению, замораживающее заклинание не возымело никакого эффекта. Привидение замедлило ход, раскололось на части, но затем снова собралось воедино. Ослепляющее зелье тоже не сработало. Пока Эмбер выбирала следующее заклинание, привидение, которое еще минуту назад преследовало кого-то из пиратской команды, остановилось и уставилось на них. Оно открыло рот и закричало, бросившись в сторону ведьмы и простого смертного.

Лучом света тыква отделила верхнюю часть полупрозрачного тела от нижней. Но этого оказалось недостаточно. В последний момент Финни оттолкнул Эмбер. Призрачная сущность влетела в него на полной скорости, отбросив парня в сторону. Тело мальчишки покатилось по палубе и врезалось в закрытую железную дверь. В панике тыква открыла вырезанный рот и помчалась к Финни, оставив Эмбер без прикрытия.

Жуткие крики и стоны заполнили все пространство вокруг: Эмбер была окружена. Озлобленные духи выли, плакали, хватали ее за волосы и рвали одежду. Эмбер зажала уши руками и закричала. В это время все больше и больше призраков наваливалось на девушку со всех сторон, как выводок муравьев, облепивших упавшее на землю яблоко. Ведьма пыталась вырваться, но противники крепко ухватились за ее руки и ноги. Вой и стоны усиливались с каждой минутой – как будто привидения пытались что-то сказать ей, но вместо осмысленных слов из их ртов выливалась вода, заливавшая одежду и ноги. Сотни звуков сливались в один. Он напоминал рев охваченного бурей океана.

Белые и голубые сполохи света разрезали толпу призраков. Спектральные фигуры начали растворяться в воздухе. Эмбер воспрянула духом. Однако, хоть множество привидений исчезло, гораздо большее количество все еще оставалось на палубе.

Их было еще очень много. Словно ощутив ее замешательство, что-то прижалось к спине девушки. Эмбер почувствовала, будто сквозь тело просунули руку и сжали сердце в кулаке. Она упала на колени и сжалась в комочек, обняв колени руками. В этот момент ведьма почувствовала знакомое покалывание в животе: ее светоч.

Она мысленно сосредоточилась на нем. Осторожно – словно пытаясь взять в руки огонь – девушка попыталась извлечь силу наружу. Эмбер лежала на палубе, чуть дыша и ощущая, как внутренний свет согревает продрогшее тело. Полагаясь на свой светоч, она выпрямилась. Что бы ни пыталось забраться к Эмбер под кожу, оно с визгом растворялось в воздухе.

Она поднялась на ноги. Тело захлестнул холодный поток ветра. Это напомнило ведьме о зиме в ее родном городке – когда мороз щипал за щеки и снег падал с неба белыми хлопьями. Такое воспоминание придало Эмбер решимости и пробудило ее ведьмовскую сущность. Она посмотрела на ближайшее привидение и обрушила на него всю свою силу. Призрачная женщина загорелась изнутри, улыбнулась Эмбер и, кивнув головой, взорвалась, оставив после себя лишь морозную дымку.

Эмбер повторила один и тот же прием снова и снова. Привидения окружали ее со всех сторон. Все, что требовалось сделать, – коснуться их рукой. Затем противники исчезали насовсем.

Сквозь их прозрачные тела Эмбер заметила Джека. Он и его тыква уничтожали привидений одного за другим, пытаясь пробиться к девушке. Но как только союзники освобождали немного пространства, оно вновь заполнялось призраками. По другую сторону ведьма увидела холодное голубое свечение трости Дэверелла и услышала выстрелы пистолета Делии. Казалось, будто они совсем близко.

Светоч внутри Эмбер разгорался и набирал силу – несмотря на снадобье Дэва. Она позволяла ему вырываться наружу слой за слоем, пока кожа не начала сиять. Эмбер раскинула руки и закрыла глаза: привидения отчаянно хватались за девушку. От каждого прикосновения призраки с улыбкой растворялись в воздухе.

Эмбер не знала, как долго простояла на палубе в качестве маяка для привидений. Но постепенно стоны начали затихать – пока не осталось всего несколько призрачных сущностей. Ведьма открыла глаза и увидела Дэва, Джека, Фрэнка, Делию и еще нескольких членов команды – все они тяжело дышали от усталости и смотрели на нее с разинутыми ртами. Сзади подошел Финни и протянул Эмбер пистолеты. Тыква неотступно следовала за ним.

На палубе осталось всего пять привидений. Одно из них приблизилось к Эмбер: это была маленькая девочка лет десяти. Она неуверенно протянула руку и ухватилась за пальцы Эмбер. Губы девочки сложились в форме буквы «о», и она исчезла в белом облаке. Следующим подошел пожилой мужчина и поклонился Эмбер. Она протянула призраку руку. Тот испарился от одного прикосновения к ведьме.

Духи близнецов подошли вместе. Два молодых человека счастливо переглянулись и коснулись ее плеч. Осталось только одно привидение – пожилая женщина. Она что-то напевала себе под нос: мелодия передавала невыразимую грусть и в то же время надежду на освобождение. Эмбер поняла: эту заунывную песню девушка слышала и раньше. Привидения пели для нее.

Немного воды вылилось изо рта женщины, когда та приблизилась к Эмбер. Наклонившись ближе, призрак прошептал что-то в ухо девушки и отступил, смиренно опустив голову.

– Да, конечно, – сказала Эмбер. – Счастливого пути.

В глазах женщины блеснули слезы. Эмбер прижала ладонь к ее призрачной щеке. Привидение глубоко вдохнуло. Дотронувшись до руки своей спасительницы, оно исчезло, рассыпавшись по палубе снежными хлопьями.

Первым в себя пришел Джек. Он протиснулся между Фрэнком и Делией и схватил Эмбер за плечи. Фонарь тяжело дышал и двигал ртом: но что бы он ни пытался сказать, слова застревали в горле. Вместо этого Джек приподнял ведьму и сжал в крепких объятиях. Эмбер тряслась в его руках, пока светоч постепенно успокаивался и угасал. Она вдруг почувствовала себя очень, очень усталой. Неужели это и была причина, по которой девушку тянуло в Иной мир? Привидения звали ее?

– Они ушли, – сказал Фрэнк. – Все. Даже та девушка, которая прыгала за борт. Даже мой старый безрукий друг.

Эмбер улыбнулась и обмякла на груди у Джека. На ограждении она заметила золотые глаза кота Делии, неотрывно наблюдающие за каждым движением ведьмы.

– Интересно, как же ты выбрался из каюты капитана, – сказала Эмбер и закрыла глаза.

Тыква Джека подлетела к хозяину, окутав их с Эмбер своим светом.

– Я уложу ее спать, – сказал Джек и повернулся к Дэву: – А с тобой мы еще не закончили.

Финни открыл для фонаря железную дверь. Джек понес Эмбер вниз по лестнице. Девушке нравилось, как его щетина покалывала ее щеку. В руках своего хранителя ей было привычно и спокойно. В состоянии полусна юная ведьма все еще ощущала запах чистых простыней, холод собственной каюты и тепло губ Джека у себя на лбу.

Эмбер уснула со счастливой улыбкой на лице.

Глава 20

Не с той ноги

Проклятие Джека-фонаря

Когда Эмбер заснула, Джек оставил Финни охранять дверь в ее каюту. Подгоняемый нескрываемой яростью, фонарь направился на палубу. Тыква предпочла остаться с Финни – хотя раньше никогда не покидала Джека, только если тот сам не приказывал. Кажется, она и правда начинала думать сама по себе. Мужчина задумался: было ли это естественным развитием уголька внутри ее или причина крылась в овоще, выбранном в качестве вместилища? Прежде Джек никогда о таком не слышал. Может, все было гораздо сложнее, чем в его представлениях?

Он появился на палубе, звучно хлопнув железной дверью, и обнаружил: вампир с капитаном корабля склонились над большой астролябией. Дэв обернулся и смерил Джека взглядом – только за тем, чтобы опять повернуться к фонарю спиной.

Джек собрал всю свою злость в кулак и мысленно обратился к оставшейся внизу тыкве, чтобы впитать в себя ее свет. Когда он стал похож на готовую взорваться бомбу, то выкинул руки вперед – по направлению к Дэву и капитану корабля. Молния пролетела по всей длине палубы и ударила прямо под ноги вампиров, оставив на полу выжженный черный круг. Это не возымело нужного эффекта, вопреки ожиданиям фонаря: мужчина вздохнул, бросив на Джека многострадальный взгляд. Женщина прищурила глаза и оскалилась, увидев отметины от молнии на полу своего корабля.

– Я понимаю, что ты злишься на меня, но корабль-то при чем, – сказала капитан.

– Если бы я мог покинуть ваше судно вместе с ведьмой и человеческим мальчиком, то поверьте мне – от вашего корабля остались бы только щепки.

– Все фонари такие невыносимые? – Вампирша обратилась к Дэву.

– Те, которых я встречал, – да, – ответил он, смахивая невидимую пылинку с воротника.

Закипая, Джек снова собрал свою энергию для атаки. Но капитан примирительно подняла руку.

– Мы тебе не враги, фонарь, – начала она. – Твоя ведьма не пострадала.

– Его ведьма? – Дэв ощетинился.

– О, Дэв, ладно тебе, – ответила капитан. – Разве это не очевидно? Фонарь не стал бы проделывать такой путь только для того, чтобы доложить о девчонке начальству. И ты, так же как и я, отлично видел, как они прижимались друг к другу во время шторма. Но, полагаю, надо прояснить – мы не собираемся отпускать ее с тобой, фонарь.

– Тогда что же вы собираетесь делать? – Джек скрестил руки на груди.

Дэв ударил тростью о палубу, зажигая кристаллическую сферу на конце. Затем поднес набалдашник к лицу Джека.

– Этот фонарь ужасно меня раздражает, – сказал Дэв. – Почему мы должны его терпеть? Он – настоящая заноза в заднице.

Джек наклонился к вампиру:

– Уверяю тебя, я гораздо опаснее какой-то занозы в заднице.

Капитан встала между ними:

– Успокойтесь. Оба. Дэв, ты отлично знаешь: мы направляемся в опасное место. Фонарь уже доказал свою пользу во время призрачного шторма. Кто знает, что еще может случиться в твоем безумном путешествии.

Она повернулась к Джеку:

– Думаю, мы должны как следует представиться. Меня зовут капитан Делия Блэкборн, а это мой брат – Дэверелл. Я официально приветствую тебя и человеческого парнишку на борту моего корабля «Аэробус Фантом». Также мне следует поблагодарить тебя за помощь во время шторма.

– Шторма, сквозь который вы полетели специально! – не унимался Джек.

– Видишь? – сказал Дэверелл. – С ним невозможно разговаривать! Этот фонарь был рожден смертным и знает только то, чему его научили. Их узколобость просто не позволяет с ними договариваться.

Делия уперла руки в боки:

– Ты ошибаешься на его счет. Он здесь – это значит, что фонарь сомневается в своем наставнике. Я всегда даю людям из своей команды шанс заслужить мое доверие. С момента его появления здесь фонарь принес только пользу. Если хочешь быть полезным, пусти светоч по вантам – нам пора убираться отсюда. От этой пустоты, где возник шторм, у меня мурашки. Чем быстрее мы покинем это место – тем лучше.

Дэв поднял руки и зашагал прочь, крича на ходу:

– Фрэнк! Пора запускать энергию!

Делия отметила их позицию на астролябии и задала нужный курс. Джек нахмурился, взглянув на круглый воздушный шар над их головами. Ведущие к шару ванты вспыхнули. По ним потек светоч.

– Вы пытались прорваться сквозь шторм без светоча, – заметил Джек.

– Это единственный способ пережить такой шторм. Если бы мы не отключили подачу светоча в ванты, привидения бы просто оборвали их.

– Но как вы удержались в воздухе?

Делия постучала пальцем по виску, подмигнула и улыбнулась ему, продемонстрировав серебряный клык.

– У нас есть запасной генератор. Он полностью закован в специальный сплав, из-за чего становится абсолютно незаметным. Работает он, увы, недолго.

Теперь, когда буря унялась, из-за облаков выглянула луна. Она залила палубу холодным светом и пустила блики по металлическим деталям корабля.

– Так вот почему вы заперли Эмбер в каюте, – сказал Джек.

– Именно. Пробираться сквозь призрачный шторм очень опасно, даже если на борту нет ведьмы. Дэв приглушил ее силу. Но мы понимали: привидения все равно могут почувствовать ведьму. Так что лучшим выходом было запереть ее. – Делия посмотрела на Джека. – Эта ведьма – особенная. Никогда не видела, чтобы кто-то так справлялся с призрачным штормом. Она даже не уничтожила их, она…

Капитан не смогла подобрать слова и затихла.

– Эмбер их спасла, – пробормотал Джек.

– Да уж, как я и сказала, твоя девчонка – особенная. Впрочем, ты и сам это знаешь, не так ли?

Джек сжал губы, тем самым подтвердив подозрения Делии. Фонарь был предельно деликатен с девушкой – как и Дэв. Между ними пробежала искра соперничества – это было очевидно. Делия вздохнула и еле заметно улыбнулась кончиком губ, позволив себе вспомнить пьянящее чувство влюбленности. Затем она припомнила, каково быть преданной. Лицо женщины омрачилось. Что бы ни предприняли Джек и Дэверелл в борьбе за сердце Эмбер, сперва они должны были вернуть ее корабль в рабочее состояние.

– В ее чае было «дыхание дьявола», – прямо сказал Джек, отрывая Делию от мыслей о прошлом.

Капитан раскрыла рот от удивления:

– Дэв не стал бы, – начала она. – Он не мог…

– Хорошо, тогда это сделал кто-то из круга знакомых.

– Может, это какая-то ошибка?

– «Дыхание дьявола» стоит немалых денег. Не так много людей могут себе его позволить – я уж не говорю о том, чтобы добавить ингредиент куда-то по ошибке. И единственный, для кого это представляло выгоду, – твой брат.

Делия замешкалась:

– Значит, ты думаешь, что твою ведьму обманом заманили в Иной мир?

Джек вздохнул:

– И да, и нет. Эмбер хотела попасть в Иной мир с того самого момента, как впервые о нем услышала. Но я ее не пускал. Кто-то могущественный желает, чтобы она была здесь. Я думаю, тебе известно его имя.

Делия закусила губу и сказала:

– Ты был прав, что не пускал ее сюда. Здесь можно найти только страдания. Ей было бы куда лучше в мире смертных.

– Так позволь мне забрать Эмбер обратно.

– Не могу. Я должна Дэву услугу, а пират всегда возвращает долги – это правило нашего кодекса чести. Еще мы не должны обсуждать работу и нанимателя, – сказала вампирша, бросив на Джека многозначительный взгляд. – Кроме того, даже если я верну вас обратно, кто-нибудь нападет на ее след. Недоброжелатели выйдут прямо к твоему перекрестку. Самое лучшее, что ты можешь сделать для этой девушки, – позволить Дэву использовать свои связи, чтобы помочь ей исчезнуть. Это и есть его цель, уверяю тебя. Не мешай моему брату осуществлять свой замысел – только так можно защитить ведьму.

Джек покачал головой:

– Ни за что.

– А какие у тебя есть еще варианты, юный Джек? Ты откажешься от своих обязанностей ради девушки?

Фонарь помедлил, прежде чем ответить:

– Я полагаю, ответ на этот вопрос очевиден.

Делия изумленно посмотрела на него. Вампирша не ожидала, что фонарь готов к таким жертвам ради другого человека.

– Я полагаю, так и есть.

Дэв направлялся к ним по палубе. Когда мужчина увидел вежливую беседу своей сестры с фонарем, его лицо исказил оскал.

– По вантам снова бежит светоч. Теперь я пойду вниз и…

Капитан прервала его на полуслове:

– Джек займет твою койку, Дэв. Ты будешь спать в соседней каюте.

К лицу вампира прилила кровь.

– Дел, я думаю, ты не понимаешь…

– Поверь: если кто и понимает, так это я. – Она похлопала брата по груди и тепло улыбнулась. – Так будет лучше, доверься мне. А теперь иди спать. Я разбужу тебя после пересечения меридиана.

Дэв уставился на сестру, пытаясь прожечь в ней дыру своими горящими голубыми глазами. Затем молча прошел между капитаном и фонарем, намеренно толкнув Джека плечом. Вампир знал: спорить с Делией на ее корабле бесполезно.

Когда соперник скрылся из виду, Джек сказал:

– Спасибо.

– Не спеши благодарить меня, фонарь. Я бы никому не пожелала защищать эту ведьму – особенно своему брату. – В ее глазах появилась легкая грусть. – Он очень мягкосердечный, хоть и вампир. Я не хочу потерять Дэва. Ты меня понимаешь?

Делия внимательно посмотрела на Джека.

– Понимаю.

– Тогда поскорее спускайся вниз и присматривай за своей подопечной. Или, скорее, подопечными. Как тебе в голову пришла идея притащить сюда смертного?

Джек пожал плечами:

– Мальчишка страшно умен. Он смог найти Эмбер – в отличие от меня: твой брат очень хорошо ее спрятал.

– Возможно, мне стоит узнать это юное дарование получше, – сказала Делия без особого энтузиазма.

– Вряд ли ты успеешь с ним подружиться – парень не задержится здесь надолго.

– Я бы на это не рассчитывала.

Джек не стал отвечать и направился вниз. Он нашел Финни на полу у дверей каюты: юноша уснул, прислонившись спиной к стене. Бедняга был вымотан – как и Джек, ведь они не спали уже долгое время. Фонарь посмотрел на свою тыкву, устроившуюся под рукой Финни. Та улыбнулась ему.

Джек нашел одеяло и накрыл им спящего парня, не забыв подложить подушку ему под голову. Задувающий в разбитое окно ветер успокоился. В комнате стало чуть теплее. Джек обернулся туманом, просочился в щель под дверью в комнату Эмбер и прислушался к ее дыханию.

Девушка вздохнула во сне, что-то пробормотала и почесала нос. Джек почувствовал на себе мощную волну энергии. Сила заставляла фонаря принять свою обычную форму. Сбитый с толку, он попытался сопротивляться: такого еще никогда не случалось. Эмбер потянулась, нащупала полусформированную руку фонаря и дернула за нее.

Ее магия сработала. Джек полностью материализовался, упав на кровать рядом с девушкой. Эмбер повернулась к нему спиной с довольной улыбкой на губах. Она продолжила крепко сжимать руку юноши в своих ладонях. Джек решил, что полежит так всего пару минут – пока ведьма не заснет более крепким сном. Только после этого покинет ее каюту. Фонарь ждал: девушка прижалась спиной к его груди, а ее волосы щекотали Джеку нос. Какую бы магию Эмбер ни использовала, чтобы удерживать его рядом, – сила не ослабевала.

Джек подумал: не было ли это ее защитным механизмом? Может, девушка знала, что его присутствие означает безопасность. Пока фонарь рядом, Эмбер может отдохнуть и ни о чем не переживать. Переплетя свои пальцы с ее пальцами, Джек расслабился и закрыл глаза. Он был рад доверию Эмбер – пусть оно и оставалось на подсознательном уровне. Джек убеждал себя, что нахождение рядом с девушкой входит в его обязанности. Но в глубине души юноша понимал: дело не только в этом.

Лежать рядом с Эмбер, ощущать тепло ее тела – чувства твердили ему, что так и должно быть. Но разум кричал обратное. Под звуки ровного дыхания девушки фонарь сам провалился в глубокий сон.

Джек был удивлен: рядом с Эмбер он проспал в два раза больше обычного. Особенно учитывая, что в этот раз юноша проснулся не самостоятельно: сильный толчок выкинул их обоих из кровати, образовав на полу куча-мала из одеял, подушек и конечностей.

* * *

Рун скомкал письмо в кулаке. Владыка Иного мира устал ждать. Главный фонарь находился на его личном флагманском корабле – это было лишним тому подтверждением. Если Рун не даст Владыке желаемое, то контракт демона – нет, его жизнь – может окончиться в одно мгновение. Не говоря уже о претензиях на трон. Усмирив свою ярость, Рун настрочил ответное сообщение.

«В этот самый момент мы отслеживаем беглого фонаря.

Мне все еще не удалось установить его личность. Но я прилагаю к этому все усилия.

Буду держать вас в курсе хода расследования».

Закончив свое письмо, Рун отправил его с механической совой и мрачно уставился на надвигающийся шторм. Демон-пират ненавидел воздушные корабли.

* * *

Владыка Иного мира прижал свою жену лицом к медному глобусу и прокрутил его.

– Повтори еще раз, – потребовал он. – Ну же, загляни в хрустальный шар.

– Она здесь, – поклялась верховная ведьма, указывая на огромную часть океана, известную как Дрожащее море. – Я уверена в этом. Она где-то в небе. Но я так истощена, что не могу точно определить ее положение. Может, и смогла бы – если бы ты позволил мне немного отдохнуть.

– Отдыхать будешь, когда поймаем ведьму! – выплюнул Владыка Иного мира. Вид больной и немощной жены был ему отвратителен.

Дрожащей рукой верховная ведьма смахнула слюну мужа со своей щеки.

– Да, дорогой, – сказала она.

Как только ведьма встала со стула, Владыка схватил его за спинку и яростно кинул в стену.

– Видимо, мне на роду написано прожить всю жизнь в окружении тупых идиотов! – закричал он и повернулся к стражнику у двери. – Пакуйте вещи моей жены – мы отправляемся в путешествие. Мне, как всегда, придется делать все самому.

Глава 21

Между дьяволом и морской пучиной

Проклятие Джека-фонаря

Эмбер и Джек проснулись от удара. Резкий толчок скинул их с кровати. Девушка отпихнула подушку и убрала с лица одеяло. Она не понимала, чем ее прижало к полу. Приподняв голову, юная ведьма осознала, что неправильно поставила вопрос: ее прижало не «чем-то», а скорее «кем-то».

– Ох, – сказала она, убирая волосы с глаз. – Это ты.

Джек посмотрел на Эмбер сверху и вдруг понял: эта сцена, должно быть, довольно неподобающе выглядит со стороны.

– Я… я прощу прощения, – сказал Джек. Светлые волосы упали юноше на лицо, пока он неуклюже пытался выпутаться из обернувшихся вокруг тела простыней.

Длинная рубашка, которую Эмбер не снимала со вчерашнего дня, сбилась и обнажила ее плечо. Распущенные волосы обрамляли лицо мягкими кудряшками. Джек указал куда-то в область ее шеи и предположил – возможно, девушка захочет поправить свою одежду. Эмбер пискнула и торопливо потянула ткань на себя, возвращая рубашку на место. Джек втянул носом воздух и постарался еще быстрее отодвинуться от ведьмы.

Стоило ему подняться на ноги и помочь встать Эмбер, как корабль снова поразил мощный удар. Она упала прямо к фонарю в руки. Стараясь не обращать внимания на ее бедра под своими ладонями, Джек спросил:

– Ты в порядке?

Она кивнула, не сводя со своего хранителя широко раскрытых глаз. Рот Эмбер слегка приоткрылся. Джек не мог оторвать от него взгляда. Их губы находились всего в нескольких миллиметрах друг от друга. И тут сбоку раздался громкий треск. Стена каюты вмиг оказалась оторвана от корабля.

Эмбер закричала. Джек потянул девушку к двери, за которой они обнаружили Финни. Юноша бросил взгляд на голые ноги Эмбер – рубашка не доставала даже до коленей – и, прищурившись, посмотрел на Джека. Парень сдвинул очки на переносицу и уже стиснул руки в кулаки. Но в этот момент Джек увидел сквозь разбитое окно другой корабль. Противники нацелили в них свои пушки. Финни тоже это заметил. Его глаза расширились от удивления.

– Быстрее! – крикнул Джек парню и вытолкнул Эмбер из гостиной, совершенно проигнорировав их с Финни мольбы вернуться за вещами.

Велев своей тыкве присмотреть за Финни, он повел Эмбер прочь из поврежденных выстрелами комнат. Джек надеялся, что на палубе вместе со всей командой корабля Эмбер будет в безопасности.

Поднявшись наверх, Джек увидел лишь полную неразбериху: тут и там в палубе зияли дымящиеся дыры. От свиста летучих бомб и ракетных воронов звенело в ушах.

Над их головами металлическими крыльями захлопала летучая бомба. Затем она приземлилась на тяжелую цепь, с помощью которой ванты крепились к кораблю. Бомба взорвалась искрами светоча. От удара энергетической волны такелаж начал распадаться на части. Эмбер вскрикнула и вцепилась в руку Джека. Палуба под их ногами накренилась вниз.

Джек еле избежал столкновения с ракетным вороном, использовав свой свет в качестве щита. Фонарь приказал тыкве вывести Финни на палубу. Закрывая Эмбер собой, он отвел девушку в нишу, на его взгляд наиболее защищенную. Сверху начали падать обломки такелажа. Когда Финни наконец появился в дверях, Джек помахал ему рукой и бросил недовольный взгляд на тыкву: она позволила парню забрать не только свою сумку, но и вещи Эмбер.

Из крепежных отверстий выпали заклепки. Огромный лист металла покосился, прорвав при этом ближайшую трубу. В образовавшемся отверстии что-то зашипело: в воздухе запахло гнилью и серой. Вдруг, откуда ни возьмись, появился Фрэнк. Великан крикнул Джеку сплавить поврежденную трубу своим светом. Конечно, это было временное решение проблемы – но оно сработало. Корабль удалось немного подлатать: газ снова наполнил шар. Палуба перестала ходить ходуном.

Финни протянул Эмбер ее легинсы и сапоги. Оставив тыкву приглядывать за ними, Джек отправился на помощь капитану. Он споткнулся, когда «Аэробус Фантом» выстрелил из всех карронад: наполненные светочем ядра нашли свою цель. Облака озарились вспышками взрывов, но Джек не смог разглядеть врагов.

Капитан Делия двигалась с нечеловеческой скоростью, выкрикивая команды из разных частей корабля. Сверху посыпался град из мелких снарядов. Джек выбросил световой шар, чтобы оттолкнуть капитана: на том месте, где она стояла еще мгновение назад, образовалась зияющая дыра. Пробоина была обрамлена острыми обломками искореженного металла. В этот момент в сторону Джека полетела тяжелая балка. Фонарь избежал удара, превратившись в туман. Балка с грохотом врезалась в палубу.

Взрывчатые вещества – дело рук недобросовестных алхимиков, притом абсолютно нелегальные – ядовитым дождем пролились на палубу и заполнили пространство зеленой дымкой. Оказавшиеся близко к испарениям члены экипажа забились в конвульсиях и попадали на пол. Изо рта у них пошла пена. Бедняги потеряли сознание. Однако, по наблюдениям Джека, не умерли. Нет. Некоторые и вправду были мертвы – но только мужская часть команды. Атакующие не хотели, чтобы женщины – в команде или среди пассажиров – пострадали. Это означало лишь одно: на борту находился кто-то представляющий ценность для противника. Эмбер.

Джек развернулся на каблуках и побежал туда, где оставил свою подопечную.

* * *

Дэв стоял за кормовым вертлюжным орудием[9], ожидая выхода вражеского корабля в зону видимости и намереваясь выстрелить. Он был самым опытным стрелком на борту. Как только Делия поняла всю серьезность ситуации, то отправила брата сюда.

Сказать, что капитан не ожидала увидеть другой корабль на горизонте, – не сказать ничего. Какой корабль рискнул бы отправиться так далеко в одиночку? Особенно туда, где только что прошел призрачный шторм? К тому же никто не знал их конечной точке назначения. Когда Дэв запаниковал, Делия пристыдила его. Женщина заверила: будучи капитаном, она не собирается терять голову лишь от того, что какая-то посудина делит с ними одни небеса. Вампирша была уверена, что появление другого корабля еще не означает непременное нападение. Поэтому и не стоит раздувать из мухи слона.

Вдвоем они наблюдали и ждали. Дэв отчаянно надеялся, что Делия окажется права и корабль лишь пройдет мимо. К сожалению, довольно скоро стало ясно: далекая муха и в самом деле была слоном – причем голодным и опасным. Вражеское судно подлетело ближе. Вампиры поняли, что столкнулись с дредноутом – знаменитым флагманским кораблем Владыки Иного мира. Сердце Дэверелла ушло в пятки.

Дредноуты были абсолютно безжалостны и существовали лишь для одной цели. Их видели не так часто. Ведь эти корабли высылали, лишь когда Владыка Иного мира хотел разобраться с чем-то быстро и жестоко. Команды дредноутов выполняли приказы слово в слово и никогда не возвращались с пустыми руками. Днище корабля сужалось и образовывало тонкое лезвие. Нос был остер как бритва. Дредноут мог легко разрезать ванты и воздушный шар «Фантома», при этом не понеся никакого урона. Ему даже не обязательно открывать огонь. Корабль Делии оказался бы разрезанным на две части – как спелый фрукт. Кроме того, флагман располагал вдвое большим количеством пушек, а корпус слыл практически непробиваемым. Этого противника можно смело назвать непобедимым.

Справедливости ради, стоило отметить: Делия тоже была известна своими многократными победами. Однако ее основной целью всегда являлся грабеж, а не убийство. Когда вампирша брала другой корабль на абордаж, то прилагала все усилия, чтобы члены его команды остались целы. Она захватывала их в качестве пленников или высаживала в ближайших портах. Да, Делия была пиратом, но следовала определенному кодексу чести. Делия не практиковала убийство ради убийства.

Дэв крутил орудие на шарнире, расстегнув свое пальто. Голубые вампирские глаза напряженно вглядывались в небо. Стеклянный воздушный купол мог бы напугать другого стрелка, так как располагался за пределами корабля. Но Дэв находил открывающийся вид захватывающим.

Прозрачный шар нависал над бездной и крепился к корме только большой стыковочной трубой, по которой стрелок и попадал внутрь капсулы. Это место позволяло Дэву видеть пространство позади корабля на сто восемьдесят градусов.

Вспотевшими ладонями Дэв сжимал ручки орудия, приготовившись произвести выстрел. Он практически чувствовал напор тяжелого корабля поблизости. Палящее солнце превращало прозрачную капсулу в солярий. Вдруг, прямо на глазах вампира, из-за облаков показался дредноут: Дэв повернул корпус в нужную позицию, прицелился и щелкнул передатчиком. Тот послал электромагнитный импульс в боевой заряд.

Первые два зажглись. Вылетев из «Аэробуса Фантома», торпеды набрали скорость и описали дугу по идеальной траектории. Когда они ударили по обшивке дредноута, взрывная волна разошлась так далеко, что встряхнула капсулу Дэва. Место ударов на корпусе дредноута заволокло черным дымом, но дальнейших взрывов не последовало. Дэв выстрелил во второй и в третий раз, стараясь попасть в уже поврежденную область обшивки. Однако дредноут не получал сильного урона – словно по судну били не торпедами, а галькой.

Мужчина стрелял снова и снова, прекрасно осознавая: торпеды не нанесут достаточного урона. Затем он услышал щелчок, обозначавший пустоту пушки. Дредноут подошел совсем близко, но не разрезал их судно на части: на палубу корабля посыпались абордажные кошки. На флагмане со скрипом заработали металлические шестеренки: противник притягивал «Аэробус» к себе. Их брали на абордаж.

Выбравшись из своей кабины, Дэв побежал по темным коридорам корабля так быстро, что смертный увидел бы лишь расплывчатое пятно. Мигающие газовые люстры освещали комнаты и проходы тусклым светом, но ни капли не согревали. Воздух стал холодным и влажным. Его кровь отлила от костей и наполнила конечности, предоставив вампиру силу для предстоящего боя. Он знал: это не будет похоже на сражение с привидениями, цель которых – завладеть телами живых. В этот раз кровь польется рекой.

На палубе было как минимум десять абордажных кошек. По крепящимся к ним канатам на «Аэробус Фантом» с точными интервалами переправлялись десятки вооруженных людей. Команда «Фантома» во главе с Фрэнком стреляли из карабинов. Однако матросы с дредноута продолжали заполнять палубу под отрывистые звуки перезаряжаемого оружия.

Один из них опустошил сумку с механическими взрывными лягушками: те отпружинили от палубы, приземлились на ближайшего противника и разорвались. У матросов с дредноута на воротниках были маленькие амулеты с эмблемой. Защитные значки отражали урон от собственной взрывчатки. Дэв схватил одного из матросов и вонзил зубы в шею, чтобы потом забрать амулет. Вампир собирался надеть его на Эмбер.

Теперь бой начался по-настоящему. Дэв сражался, расчищая дорогу к Эмбер сантиметр за сантиметром. Он увидел фонаря. Тот сновал между враждебными матросами и ослеплял их своим светом, но направлялся в ту же сторону.

Дэв ускорился и оказался возле Эмбер практически в одно время с фонарем. Однако девушка этого даже не заметила. Дэв резко одернул свой расстегнутый жилет, вытер щеку от капель крови и поморщился, увидев масштаб пятен на одежде. А вот фонарь выглядел так чисто и аккуратно, будто никакого сражения не было и в помине.

– Держи, – сказал Дэв, вложив значок с эмблемой в руку Эмбер. – Это защитит тебя от взрывных лягушек.

– Лягушки не причинят ей вреда, – сказал Джек. – Они целятся только в мужчин. Я видел, как одна отскочила от капитана Делии перед самым взрывом.

Эмбер повернулась и прикрепила амулет к Финни.

– Значит, им нужна Эмбер, – сказал Дэв.

– Очевидно. Скажи, вампир, что нам делать? Как защитить ее?

– Единственное, что мы можем теперь сделать, – сражаться.

Джек и Дэв вернулись в эпицентр битвы. Как ни странно, мужчины начали биться плечом к плечу. Джек использовал свой свет, чтобы ослеплять противников, а Дэв разбирался с ними при помощи клыков и заряженной светочем трости. Вскоре они снова потеряли Эмбер из виду.

Хоть Дэв и Джек и успешно справлялись с нападающими, Эмбер и Финни тоже оказались втянуты в битву. Эмбер достала свои мушкетоны и начала стрелять. Финни перезаряжал их, без разбору доставая из сумки все новые и новые сосуды с заклинаниями. Матросы с дредноута слепли, покрывались ядовитой кислотой, кричали от ужаса, когда из ушей начинала литься кровь, застревали в липкой слизи и сотрясались от электрических разрядов.

Финни сообщил, что все боеприпасы закончились. Эмбер обратилась к своей силе – как во время призрачного шторма. Но сейчас все было иначе: когда один из нападавших попытался дотронуться до ведьмы, его отбросило назад. Матрос упал на разбитую палубу. В его груди зияла дымящаяся дыра. Стараясь не поддаваться панике, Эмбер двинулась вперед, прикрывая Финни и расчищая путь своей магией.

Девушке довелось своими глазами увидеть действие механической лягушки. Одна из них пряталась за углом. Когда друзья прошли мимо, бомба прыгнула прямо на Финни. Эмбер вскрикнула и попыталась снять лягушку с парня – но в этот момент значок на его воротнике мигнул красным светом. Взрывной механизм принял Финни за своего. В два прыжка лягушка нашла новую цель – одного из членов команды Делии – и, прицепившись к ноге, взорвалась.

Беднягу разорвало на мелкие кусочки. Окровавленный сапог приземлился прямо перед Эмбер. Они продолжили свой путь, собирая все попадавшееся под руку оружие: пару ножей, пистолет с пулями из светоча и короткий меч.

Спутники пробирались сквозь дым, стараясь оставаться незамеченными. Они с трудом отличали своих от чужих. Джека и Дэва не было видно. Однако Эмбер подумала, что раздающиеся неподалеку крики, скорее всего, были делом их рук. Девушка закашлялась и поняла: причина плохой видимости – совсем не опустившиеся на палубу облака. Что-то горело.

Финни указал на устройство возле такелажа грот-мачты.

– Силовая установка загорелась! – крикнул он. – Теперь корабль точно не спасти!

– Лучше бы ты побеспокоился о спасении наших жизней! – закричала Эмбер и выпустила разряд энергии в мужчину, прицелившегося в ведьму из карабина.

– Согласен. Просто я думал, что это очевидно. Похоже, нам придется выбирать между дьяволом и морской пучиной. Я бы сказал: морская пучина кажется более привлекательным вариантом.

Эмбер не была уверена, что согласна со своим другом.

В этот момент раздался знакомый голос.

– Правый борт на пять градусов! – закричала капитан Делия. – Согласна, Фрэнк, с этими матросами ничего не поделаешь – их слишком много. Оставьте их в покое и приготовьтесь набирать скорость для тарана!

Эмбер и Финни переглянулись: для тарана?

Они смогли пробраться к капитану и команде как раз в момент включения сирены. Сигнал гудел так громко, что Эмбер захотелось прикрыть уши руками.

– Эмбер! – крикнула Делия при виде девушки. – Дэв сказал, что у тебя есть котел.

– Да, у меня на шляпе.

– Могу я его одолжить? Он может спасти наши жизни.

Эмбер кивнула. Порывшись в сумке, Финни выудил из нее шляпу и тут же протянул Делии. Вампирша оторвала котел и вернула шляпу владелице. Затем она повернулась и бросила амулет Фрэнку. Великан открыл небольшой ящик у основания одной из мачт. Изнутри шло странное свечение. Фрэнк положил котел в ящичек и подал сигнал о готовности.

Делия кивнула и повернулась к Эмбер и Финни.

– Вы двое – держитесь рядом. Как только мы займем нужную позицию, я выкручу штурвал. У нас будет всего несколько секунд перед взрывом.

– Взрывом? – испуганно повторил Финни.

– Да. Если мы правильно рассчитаем время, а боги удачи будут на нашей стороне, на дредноуте даже не поймут, что произошло.

Эмбер не представляла, как на корабле могут не понять, что другой корабль собирается врезаться в них на полной скорости. Но ведь она и не была капитаном. Финни размахивал мечом в попытках отогнать нападавших от штурвала. Однако основной урон наносила Эмбер. Девушка выводила из строя большинство матросов, пока капитан завершала последние приготовления.

Делия нажала несколько кнопок на главной панели управления и дернула переключатель. В ванты поступил переизбыток энергии. Они вспыхнули белым светом. Финни услышал ускорение работы двигателей в два, а то и в три раза быстрее обычного. Капитан Делия повела штурвал в сторону. Корабль отклонился от дредноута. Тросы между суднами натянулись и лопнули. Как только капитан отвела корабль на приличное расстояние, она резко развернула судно и нацелилась носом «Аэробуса Фантома» в бок дредноута.

Возле Делии появился Фрэнк.

– Мы готовы, капитан. Команда в сборе – ну, по крайней мере, оставшиеся в живых.

– А Дэв?

– Он предупрежден и присоединится к нам через минуту.

– Хорошо. Тогда начнем. – Делия набросила крепкий канат на штурвал. – Готово. Присмотри за этими двумя, Фрэнк, а я включу сцепление.

– Жаль, что пропадает такой замечательный корабль, – сказал Фрэнк.

– Ты прав. Но меня утешает мысль о том, что мы выживем и ограбим еще не одно судно.

Фрэнк подвел Эмбер и Финни к пустой стене и нажал на кнопку, открывая потайной проход. В этот момент Эмбер обернулась и увидела: Делия нежно похлопала по штурвалу рукой.

– Я буду скучать, ты, старая развалина. Покойся с миром и знай: часть тебя будет жить вечно.

Когда дверь за ними закрылась, капитан дернула за рычаг. Энергия стала работать на полную мощность. Корабль сильно тряхнуло. Он рванул вперед. Стены небольшой будки, в которой находились Фрэнк, Финни и Эмбер, вибрировали. У девушки появилось ощущение падения – она уже испытывала подобное в подъемнике Пэйна. Когда двери открылись, они оказались в самом центре корабля. Эмбер там еще не бывала. Темное помещение было заполнено членами пиратской команды с перевязанными головами и кровоточащими ранами. Кто-то обессиленно лежал в кресле. Но многие оставались на своих постах, продолжая нажимать кнопки и поднимать рычажки.

– Что это за место? – спросила Эмбер.

– Запасной план на случай непредвиденных обстоятельств.

– Тогда, полагаю – это как раз то, что нам сейчас нужно, – сказала она.

– Невероятно! – воскликнул Финни, рассматривая приборную доску. Он указал на круговую шкалу. – Я думаю, это глубинометр.

Дверь лифта снова открылась. В помещение вошли Дэв, Джек и капитан Делия. Вслед за ними по воздуху плыла ухмыляющаяся тыква.

– Вы готовы, ребятки? – спросила Делия, кутаясь в пальто.

– Готовы, капитан, – ответил Фрэнк.

Делия схватилась за две ручки и притянула к себе бронзовую трубу. Женщина заглянула в смотровое отверстие. Затем покрутила трубу, оценивая обстановку наверху.

– Вот и они, – сказала вампирша. – Приготовьтесь к столкновению. Отпускайте по моей команде. Столкновение через пять, четыре, три… Отпускайте!

Раздался грохот и скрип покореженного метала. Душа Эмбер ушла в пятки, когда они начали падать. Мощный взрыв отбросил корабль. Все, кто находился в помещении, разлетелись по разным углам. Они падали все быстрее и быстрее. Даже члены пиратской команды были напуганы до смерти, изо всех сил цепляясь за мебель и приборную доску.

Наконец они ударились о какую-то поверхость. Ноги Финни оторвались от пола. Джек превратился в туман. Дэв схватил Эмбер в воздухе. Когда они полетели вниз, вампир прижал девушку к себе, убедившись, что основной удар придется на его спину. Из сломанной трубы повалил пар. Вокруг гудели и мигали сирены. Фрэнк сразу же вскочил на ноги, намереваясь починить трубу.

Эмбер отделалась шишкой на голове, синяком на локте и небольшой раной на руке. Все повреждения на теле Дэва – а их было предостаточно – заживали на глазах. Он обернул руку Эмбер своим шейным платком и усадил ведьму на одно из крутящихся кресел. Тыква Джека кружила над Финни. Тот лежал на полу без сознания. Вырезанный рот овоща обеспокоенно искривился.

Джек, рассерженный ухаживаниями Дэва за Эмбер, наклонился и проверил состояние мальчишки.

– Это просто шишка на голове, – сказал фонарь, утешая свою тыкву. – Он будет в порядке.

– Мы врезались со слишком большой скоростью и под чересчур большим углом – корабль не рассчитан на такую силу удара.

Делия постучала по приборной панели.

– «Аэробус Фантом» все еще жив, Фрэнк. Он присмотрит за нами. Мы выживем. Вы готовы немного понырять?

– П-понырять? – переспросила Эмбер, пытаясь выпрямиться.

– Это подводный аппарат, – нежно сказал Дэв, изучая шишку у девушки на голове. – Делия встроила его в корабль несколько лет назад. Сейчас мы находимся где-то посреди Дрожащего моря. Делия подстроила все таким образом, что со стороны мы выглядели как обвалившаяся деталь корабля. Так что наши преследователи оказались одурачены.

– Кроме одного, – сказал Фрэнк, вытаскивая из кладовой незнакомого мужчину.

Эмбер выглянула из-за плеча Дэва и увидела человека с гордо поднятой головой. Казалось, тот совсем не напуган – хотя Фрэнк больно сжимал его руку. Пронзительные серые глаза напоминали морской шторм, а длинные волосы темно-каштанового цвета были завязаны кожаной лентой. Его сильный подбородок с ямочкой, тяжелая челюсть и крепкие руки демонстрировали: этому мужчине лучше не переходить дорогу.

Капитан отошла от перископа и чуть не поперхнулась от неожиданности. Мужчина улыбался, когда Делия шагнула ближе с исказившимся от ярости лицом. Она замахнулась и дала ему такую сильную пощечину, что стены загудели. Все замерли на месте – кроме самого незваного гостя. Мужчина поднял руку и потер пострадавшую щеку.

Вместо того чтобы заговорить с капитаном, он промолвил:

– Приятно снова видеть тебя, Фрэнк.

– Взаимно, капитан Грейдон. Жаль, что мы встретились при таких печальных обстоятельствах.

– В самом деле, – ответил мужчина.

– Полагаю, ты должен вернуть мне одну вещь. – Каждое слово Делии источало яд.

Мужчина наклонился вперед:

– Если быть совсем честными – больше, чем одну, дорогая.

Делия зашипела и подняла указательный палец. Женщина показала собеседнику, что больше не желает слышать ни одного слова.

– Бросьте его в камеру, а ключ выкиньте в море, – сказала она.

– Но, капитан, – неуверенно сказал Фрэнк. – У нас нет камер.

– Тогда пристегните на цепь, как паршивого пса. Он заслужил.

Когда они ушли, Эмбер прошептала Дэву:

– Я не понимаю. Кто этот человек?

– Он не человек, а оборотень. На самом деле это тот самый капитан, которого моя сестра выкинула за борт. И, очевидно, в которого все еще влюблена.

Глава 22

Кошелек и жизнь

Проклятие Джека-фонаря

Эмбер изумленно посмотрела на Дэва.

– Ты хочешь сказать, что он жив? – спросила она. – Делия ведь выкинула его за борт!

– Как видишь. – Дэв сверил хронометр подводного аппарата со своими карманными часами и с раздражением заметил: Джек делает то же самое. Еще больше вампира разозлил тот факт, что фонарь достал вторые, очень красивые карманные часы и посмотрел на циферблат. Джек нахмурился, покачал головой и убрал их обратно в карман. Дэв не понимал, кто вообще станет носить с собой две пары карманных часов? Вампир потер подбородок в раздумьях: не нужно ли и ему приобрести еще одни – на всякий случай?

Фрэнк вывел схваченного капитана Грейдона из командного пункта. Потрясенная Делия вернулась к перископу. Вампирша старалась не пересекаться взглядом ни с кем из присутствующих. Она отводила глаза до тех пор, пока лязг металлической двери не возвестил: утерянная любовь, которая так жестоко предала женщину, исчезла из вида. Только тогда она посмотрела мужчине вслед перед тем, как вернуться к работе.

Делия снова наклонилась к смотровому отверстию перископа. Медленно повертев им в разные стороны, капитан раздраженно ударила по бронзовой трубе.

– Чтоб тебя! – крикнула она. – Дредноут совсем не пострадал. Я думала, что когда дым рассеется, то увижу хоть что-то…

Она замолчала на полуслове. Эмбер даже не представляла себе, что капитан может выглядеть такой… опустошенной. Оставалось только гадать, была ли причина в потере «Аэробуса Фантома», внезапном возращении потерянной любви или их нынешнем плачевном положении. В чем бы ни было дело, настроение капитана передалось Эмбер. У ведьмы появилось дурное предчувствие.

Эмбер почувствовала страшную усталость и подумала: может быть, сейчас самое время для завершения этого приключения. Конечно, путешествовать с Дэвом было интересно. Но девушка скучала по своей тете и крытому мосту Джека. У нее закончились все зелья. Больше не было амулета-котелка, впитывающего энергию ведьмы. Эмбер решила: теперь, когда закончились все ресурсы, самое время остановиться и пересмотреть свои планы на ближайшее будущее.

Конечно, юная ведьма была в восторге от того, что к ней присоединились Джек и Финни. В их компании девушка ощущала себя привычно и комфортно – не то что вдвоем с Дэвом. И даже несмотря на очень опасную ситуацию, шестое чувство подсказывало: она именно там, где и должна быть. Эмбер была благодарна Дэву за его внимание. Но все же ведьма подозревала – намерения вампира не такие уж и невинные. В памяти Эмбер еще маячил случай с отравленным чаем. Кроме того, девушку беспокоил взгляд Дэва на нее. Собственнический.

Иной мир был волшебным и захватывающим местом, но Эмбер погрузилась в размышления: когда она вернется сюда в следующий раз, то хотела бы немного притормозить. Например, встретиться с интересными людьми в спокойной обстановке, а не спасаться от привидений на пиратском воздушном корабле. Может, девушке лучше поговорить с верховной ведьмой в другой раз. В любом случае, торопиться не стоило.

Эмбер почувствовала что-то мягкое возле своей руки. Это оказался кот. Она улыбнулась и покачала головой, не забывая о том, что никогда не стоит недооценивать кошачьи инстинкты. Ведьма взяла кота на руки и прижалась носом к мягкой шерстке.

– Тебе повезло, что ты остался в живых, – прошептала она. – Может, в следующий раз тебе стоит остаться дома – вместо полетов на воздушных кораблях. Возможно, мне стоит сделать то же самое.

По правде говоря, путешествие на воздушном корабле не показалось таким уж плохим: атака привидений, а затем и дредноута – вот что испортило все впечатление. Может, если бы она была опытнее или лучше понимала свои силы, то знала бы, как избегать таких ситуаций. Да, если бы ведьма была умнее, она бы не оказалась на пиратском судне: всем известно, что пираты вообще часто ввязываются в неприятности.

Пока Эмбер обдумывала, не стоит ли попросить капитана высадить ее, Джека и Финни в ближайшем городе, она снова ощутила в животе знакомое тянущее чувство. До этого девушке казалось: если у нее и была цель, то это спасение привидений. Но они уже были спасены, а тяга осталась. Вдруг Эмбер показалось неправильным бросать все на полпути. Чем больше она размышляла об этом, тем сильнее закреплялось желание продолжать путешествие с Дэвом и капитаном.

Девушка нахмурилась. Нет, что-то было не так. Она бы предпочла прогуляться по магазинам, выпить чаю в кафе и заглянуть в лавку какого-нибудь ремесленника. Когда они с Дэвом были в городе, вампир так торопил девушку, что она толком ничего не увидела. А сейчас очень жалела об этом. Может быть, теперь Джек согласится показать ей какой-нибудь город. Но сперва им следует выбраться из подводной лодки. От этих мыслей у ведьмы скрутило живот.

Эмбер сжала зубы, стараясь не обращать внимания на боль. Она приняла осознанное решение узнать у Джека, не изменил ли тот свое мнение. Может, фонарь согласится занять место Дэва в качестве ее спутника и проводника. Конечно, Финни пойдет с ними. Возможно, девушка найдет аптечную лавку и сможет пополнить свои запасы зелий. Вдруг юная ведьма почувствовала тошноту у самого горла и зажала рот рукой.

Дэв прервал ее размышления:

– Сестра, мы должны уйти под воду как можно скорее. В противном случае они нас заметят.

– Когда ты на моем судне, зови меня «капитан», Дэверелл. Эдди! – рявкнула напряженная до предела Делия. – Проверь герметический затвор. Все в порядке? Ничего не повреждено?

– Все в рабочем состоянии, капитан. Лодка абсолютно водонепроницаема.

– Хорошо, тогда приготовьтесь к погружению. Если нас заметят, то все, что им останется сделать, – это сбросить на нас бомбу. Мы загоримся, как промасленная бумажка.

– Думаю, стоит показать гостям их каюты. Эмбер нужно отдохнуть.

Делия внимательно посмотрела на брата и кивнула.

Вампир предложил Эмбер руку. Но она наклонилась, чтобы проверить состояние Финни.

– Я его принесу, – мягко сказал Джек, положив руку девушке на плечо.

Фонарь поднял парня с пола, пока тыква взволнованно кружила сверху. Дэв почувствовал себя болваном: конечно, фонарь вел себя как благородный рыцарь. Вампиру не пришло в голову, сколь много смертный мальчишка значил для Эмбер.

Фонарь снова его обошел – это было очевидно. И хотя Эмбер все-таки взяла Дэва под руку, ее благодарный взгляд предназначался Джеку. Дэв попытался исправиться, придержав для фонаря дверь, но осознавал всю незначительность этого жеста.

Финни уложили в той каюте, которую Дэв изначально выбрал для Эмбер – она была соединена с его каютой общей дверью. Если бы вампир смог придумать тактичную причину, по которой Финни не мог оставаться здесь, то обязательно бы ее высказал. Однако Эмбер настояла на том, что ее другу должна достаться лучшая каюта. Ей же самой подойдет любой свободный угол. Джек положил Финни на кровать. Парень застонал в попытке открыть глаза.

Эмбер направилась в ванную комнату, намочила кусочек ткани, чтобы приложить его к шишке на голове Финни, а затем протереть щеки друга. Парень недовольно морщился, пока не узнал Эмбер. Только после этого Финни откинул голову на подушку с довольным вздохом. Тыква спланировала на кровать и устроилась возле его руки.

– Вот и мой маленький друг, – сказал Финни, похлопав тыкву по оранжевому боку. Затем практически сразу провалился в сон.

Джек наклонился над кроватью: он снял с Финни очки и положил их на тумбочку. Потом расстегнул его жилет и рубашку. Позднее последовали сапоги парня. Тыква прокрутилась вокруг своей оси, мигая Джеку горящим внутри огоньком.

– Да, ты можешь остаться с ним, – ответил ей Джек и повернулся к Дэву: – Она тоже хочет остаться рядом с Финни. Можешь найти лишнее одеяло?

Лодка наклонилась вниз. Джек услышал шум волн где-то над их головами. Теперь они полностью погрузились под воду. От этой мысли Джеку стало не по себе.

Судя по всему, вампир тоже был не в восторге.

– Ненавижу быть запертым в этом жестяном гробу – да еще и на такой глубине. Особенно зная, что единственной преградой между полной наслаждений жизнью и жуткими монстрами, которые так и ждут возможности меня сожрать, является вот этот жалкий кусок металла.

Чтобы еще яснее выразить свою точку зрения, Дэверелл пнул ногой внутреннюю обивку лодки. Стены завибрировали, словно возмущаясь бессмысленным насилием с его стороны.

Джек склонил голову набок, рассматривая вампира странными светящимися глазами. От этого взгляда у Дэва по спине поползли мурашки. Он никогда не любил фонарей – те слишком много видели. Вампиру не нравилось, что мужчина, которого он считал соперником, мог заглянуть к Дэву в душу и выведать все секреты. Это не только жутко раздражало: в первую очередь такое казалось неправильным.

Платиновые волосы юноши растрепались и торчали во все стороны. Его пальто не было даже приблизительно таким же стильным, как у Дэва. Сапоги на ногах у фонаря были потертые и поношенные. И хотя его лицо выглядело молодым, глаза выдавали умудренного жизнью человека – более старого, чем сам Дэверелл.

Джек был очень странным созданием. Он являлся путником – человеком с великой силой; существом, у которого забрали душу и поместили в сосуд, выставив на всеобщее обозрение. Дэв не понимал, как такой мужчина мог привлечь внимание столь юной ведьмы, как Эмбер.

Дэв жестом пригласил Джека последовать за ним в соседнюю каюту.

– Эмбер может занять ее, как только найдет в себе силы оторваться от этого мальчика, – предложил он, старательно игнорируя поднятую бровь Джека. – Вообще-то это моя каюта. Но вместе с тем она – самый комфортный вариант, который я могу предложить Эмбер.

Дэверелл подошел к стене. На ней выделялось несколько металлических пластин.

– Так она будет ближе к своему другу. Да и вид отсюда потрясающий. – Он дернул за рычаг. Пластины поднялись вверх. Круглый иллюминатор был сделан из устойчивого к любому урону – кроме светоча – стекла. Стоя под толстым слоем воды, Джек с Дэвом могли посмотреть на мир с точки зрения глубоководных монстров.

– Значит, ты видел морских чудовищ? – спросил Джек, рассматривая рыб и причудливые водоросли. – Это твой страх? Умереть в желудке огромного зверя?

По правде говоря, Дэв не боялся океана или даже гробов – ведь только вампирам-полукровкам приходилось постоянно в них укрываться. Нет. Дэв страшился изоляции. Быть по-настоящему одиноким, отрезанным от всех и всего, что ему дорого. Конечно, он не сказал этого фонарю. Вампир предпочитал держать свои слабости в секрете. Вместо этого мужчина сложил руки за спиной и встал рядом с Джеком, всматриваясь в иллюминатор.

– По моему опыту, – начал фонарь тихим голосом, – такие места, как океан или небеса, девственный лес, бездонная пропасть или тайна женского сердца и разума – все это не конец путешествия, а лишь его начало. Не позволяй страху перед неизведанным помешать тебе сделать великие открытия, вампир. Иначе история твоей жизни превратится в скучную повесть.

– Это очень иронично, не находишь? Фонарь дает жителю Иного мира советы о жизни. Не думаю, что твоя жизнь очень увлекательна.

Фонарь замолк всего на минуту. Это время показалось вечностью в гнетущей тишине каюты. Наконец он ответил:

– Ты прав. До встречи с Эмбер я больше наблюдал, чем делал. Теперь я – светлячок, пойманный ею в стеклянную банку. Я следую за Эмбер, куда она пожелает. И пока она не отпустит меня, мы будем продолжать этот путь вместе.

Когда вампир фыркнул, Джек бросил на него короткий взгляд и продолжил:

– Наверное, ты считаешь себя здесь главным. Будто ты направляешь эту лодку. Определяешь место назначения. Может, и так. Но ты должен поразмыслить над кое-чем: возможно, ты тоже оказался пойман в прозрачную банку Эмбер. И всю эту боль и разочарование ощущаешь от того, что бьешься головой о стекло в попытке сбежать.

– Уверяю тебя, сбежать от Эмбер – последняя вещь, которую мне хотелось бы сделать.

Дэверелл снова дернул за рычаг и закрыл окно. Джек изучал ауру вампира. Его силы немного ослабевали, когда тыквы не было рядом. Но все же фонарь смог увидеть: у вампира есть какой-то план касательно Эмбер.

Проблема заключалась в том, что Джек не знал сути этого плана. Возможно, Дэв вообразил себе, будто влюблен в девушку – хотя, с точки зрения Джека, мотивы вампира не имели значения. Имела значение лишь безопасность Эмбер. Особенно если за ней охотились те, кто имел доступ к дредноутам. Фонарь надеялся, что Дэв действительно собирался спрятать Эмбер, согласно обещаниям Делии.

Взглянув на ауру вампира в последний раз, Джек еле сдержал удивленный возглас. Сначала хранитель не понял, что открылось его глазам. Но через мгновение все стало ясно как день. Свет Джека показал: по венам Дэва бежит кровь еще одной ведьмы. Эта ведьма отдала вампиру свое сердце. Отдала все, что имела. Все это можно было прочесть по его ауре. Значит, Дэв эгоистично принимал ее чувства и кровь, но никогда не давал ничего взамен. Его сердце не было занято. Интересно.

Это могло объяснить, почему вампир испытывал такой интерес к Эмбер. Его кровь твердила, что это неправильно – впитать в себя чью-то силу и не дать ничего в ответ. Дэв хотел вновь почувствовать себя целым, желал успокоить душу и облегчить совесть. Но для этого ему требовалось добровольно отдать свое сердце.

Оба мужчины вернулись в каюту, где оставили Эмбер и Финни. Ведьма и юный изобретатель сладко спали: Эмбер лежала, навалившись на Финни, а сам он тихонько храпел.

Дэв осторожно взял Эмбер на руки и отнес на свою кровать. Джек накрыл ее одеялом, пока Дэверелл раскладывал на столе завернутые в мятую бумагу предметы. Не проронив ни слова, оба вышли из комнаты и направились в разные стороны по коридору. Дэв не знал, что при первом повороте вампира за угол Джек обернулся туманом и просочился обратно в комнату Эмбер.

В этот раз мужчина оставался достаточно далеко, чтобы магия ведьмы не могла снова вернуть ему человеческую форму. Фонарь устроился в дверном проходе между двумя каютами: глубоководное давление делало его туман плотным, тяжелым и влажным. Очень быстро все поверхности возле двери покрылись маленькими каплями. Джек же чувствовал себя таким уставшим, что у него просто не осталось сил об этом беспокоиться. Его тыква повернулась и посмотрела на своего хозяина. Однако Джек этого не увидел, так как мгновенно провалился в сон.

Глава 23

Шпион, который меня любил

Проклятие Джека-фонаря

– Ниже на четыре градуса, – сказала Делия своей команде.

Как только они достигли нужной глубины, капитан добавила:

– Хорошо. Теперь прямо по курсу.

Делия постукивала пальцами по приборной доске и нервно покачивала ногой. Ей казалось, будто в животе свернулся клубок змей. И они пытались вырваться наружу. Еще несколько часов назад Фрэнк доложил женщине, что приковал бывшего капитана самыми прочными и тяжелыми цепями, которые только нашел на борту.

Делия понимала: для старпома это было тяжелое задание. Великан любил Грейдона почти так же сильно, как она сама. На самом деле, Фрэнк не был бы собой без бывшего капитана. Грейдон лично заплатил за механическое сердце для старпома. Работающая на светоче батарея поддерживала орган в исправном состоянии. Такая батарея стоила больше, чем они оба могли заработать за всю жизнь. Но Грейдон даже глазом не моргнул. Он не сказал, откуда взял такую сумму денег, а вампирша не стала спрашивать. Делия давно поняла: иногда лучше оставаться в неведении.

Она расхаживала по капитанскому мостику, не замечая ничего вокруг. Наконец Фрэнк положил тяжелую зеленую руку Делии на плечо.

– Идите, – сказал он. Движение черных губ великана привлекло ее внимание. – У меня здесь все под контролем. Поспите или… или займитесь чем угодно, что поможет прийти в себя. Разгромите что-нибудь. Выплесните злость. И не забудьте: напиться до беспамятства – всегда надежный вариант.

– Для него или для меня?

– Я думаю, вам обоим бы это сейчас не помешало.

Делия посмотрела в добрые, но такие странные глаза своего старпома и почувствовала прилив спокойствия. Улыбнувшись, женщина благодарно кивнула ему и покинула мостик. Добравшись до своей каюты, она плеснула себе в лицо холодной водой и обтерла мокрыми руками шею. Это не помогло. Тогда Делия достала бутылку любимой выдержанной крови, которую вмиг осушила до дна. Резкий прилив энергии принес вместо облегчения еще больше волнения и неуверенности.

Сняв жакет, сапоги и корсет, она отдернула одеяло с койки, намереваясь лечь спать. Но так и застыла на месте со сжатой в кулаке тканью. Ей требовалось знать наверняка. Вампирша хотела понять, почему Грейдон поступил именно так. Делия снова натянула сапоги, но не стала зашнуровывать корсет. Подол длинной рубашки развевался за спиной, пока она решительно шагала по коридорам лодки. Делия быстро спустилась по лестнице и остановилась у тяжелой двери в реакторный отсек.

Металлические петли скрипнули. Она вошла в темное помещение, захлопнув за собой массивную дверь. По барабанным перепонкам ударил грохот нескольких двигателей.

Свисавшие с потолка реакторного отсека лампочки почти не освещали тусклое помещение: скорее всего, Фрэнк экономил оставшийся светоч. Облака густого пара еще сильнее ухудшали видимость. Делия осторожно пробиралась под системой гидравлических трубопроводов. Они разделялись на секции и уходили вверх, подобно органным трубам. Каждый сегмент снабжал энергией определенную часть корабля.

– А я все гадал, придешь ты или нет, – раздался голос из темноты.

Делия пошла на звук. У самой дальней стены женщина нашла Грейдона, прикованного цепями к главному реактору. Его одежда прилипла к телу, а темно-каштановые волосы промокли от влажного пара и упали на плечи. Грейдон всегда был по-бандитски красив. Только рядом с ним Делия чувствовала себя хрупкой и женственной. Вампирша подумала о том, как ей этого не хватало. И сама удивилась своим мыслям: это было на нее не похоже.

Большинство мужчин боялись Делию. Она не только происходила из старейшей и самой уважаемой вампирской семьи в Ином мире – помимо прочего, женщина была умна и самоуверенна. Вампирша смотрела мужчинам в глаза, считая себя либо равной, либо даже превосходящей их. Из-за этого ее шансы на романтические отношения приравнивались к нулю. Капитан Грейдон стал исключением из правила.

Однажды она любила мужчину. Самозабвенно, безусловно, отдавая всю себя без остатка. В этом не было никакого смысла. Называя Грейдона «перебежчиком», Делия словно пыталась соединить коническую шестерню с прямым зубчатым колесом. Одно не подходило к другому. Грейдон часто и добровольно делился с ней кровью. Если бы мужчина планировал предать свою команду и бросить корабль, Делия бы это почувствовала. Но в итоге он действительно их предал – не оставалось никаких сомнений.

Делия была предана своей команде и пиратскому кодексу чести. Именно это не дало ей броситься в объятия бывшего капитана, наставника и любовника. Грейдон был предателем. Это слово горчило на языке. Но все же она не могла не признать, что рада видеть мужчину живым.

Женщина потеряла счет времени, стоя в реакторном отсеке, сжав ладони в кулаки и устремив на Грейдона взгляд. Ей хотелось осыпать поцелуями линию волевого подбородка, прикоснуться к щеке, пробежаться пальцами по мускулам его рук и плеч. Нынешний капитан не осознавала: его пристальный взгляд тоже сосредоточен на ней.

– На кого ты работаешь? – наконец спросила Дэл, хотя на самом деле хотелось узнать «почему». Почему он пошел против своей собственной команды? Против нее?

Подбородок Грейдона дрогнул. Тяжелые цепи зазвенели. Мужчина отвернулся и опустил взгляд, отказываясь отвечать. Делия подошла ближе и провела пальцем по значку на его воротнике. Это был тот же значок, что носили все матросы с дредноута. На ее бывшем возлюбленном красовалась эмблема Владыки Иного мира – символ правительства, с которым они так отчаянно боролись.

– Гарри погиб, – тихо сказала она. – Вик тоже. Руфус жив, но потерял ногу.

С момента исчезновения Грейдона капитан наняла в команду несколько новых людей. Кто-то ушел в отставку, кто-то перешел на другие корабли. Но Фрэнк и еще дюжина старых товарищей остались на прежнем месте.

Мужчина посмотрел на нее глазами, полными печали и сожаления.

– Мне жаль, Дэл. Они были хорошими людьми. Может, тебе станет легче, если будешь знать – они погибли не напрасно.

– Не напрасно? – повторила Делия. Женщина подошла к нему и сорвала с воротника ненавистную эмблему, чтобы ткнуть этот знак Грейдону в лицо. – Не напрасно? То есть ты хочешь сказать, что организация, которой ты служишь, убила моих людей ради благой цели? Мы не нападали на вас. На борту не было никаких грузов. Как ты оправдаешь уничтожение моего корабля?

– У вас на борту был груз, Дэл. Самый ценный в Ином мире.

Делия сжала губы и сделала шаг назад, вытянув руки вдоль тела: вампирша не хотела, чтобы лишнее слово или движение выдало ее. Ведь капитан понимала, о чем говорит мужчина.

Грейдон наклонил голову и вздохнул.

– Мы знаем о ведьме, Дэл. Именно ее мы и должны были захватить. Как только она оказалась бы у нас на борту, мы бы оставили вас в покое.

– Кто это «мы»?

Оборотень поджал губы.

– Ладно, – устало сказала Делия. – Можешь не отвечать: эта эмблема говорит сама за себя. Мы нарушили твои планы, и ты провалил свое задание. Я вышвырну тебя со своей лодки при первой удобной возможности.

– Значит, ты меня не убьешь? Неужели моя милая вампирша стала сентиментальной?

Глядя на его хитрую усмешку, Делия предпочла промолчать.

– Ответь мне на один вопрос, – потребовала она. – Как ты выжил при падении?

Разминая руки, Грейдон попытался приподнять тяжелые цепи, обвитые вокруг запястий. Ему было не сбежать – мужчина все понимал.

– Я отвечу на твой вопрос, если ты ответишь на мой, – сказал он.

Делия не подавала никаких признаков согласия. Но оборотень все равно продолжил:

– Мой… покровитель снабдил меня крайне продвинутыми технологиями. Это называется манта-прибор. Я использовал его, чтобы получить доступ к другому воздушному кораблю.

Когда я упал за борт, то ударил сапогом о сапог и активировал маленькие реактивные двигатели, встроенные в подошвы, а также пару гибких тонких крыльев. Они похожи на плавники манты – морского дьявола – и спрятаны в моем плаще. Я пролетел под днищем корабля и ухватился за ванты другого воздушного судна.

На секунду Грейдон заколебался, но все-таки добавил:

– Мне жаль, что тебе пришлось меня оплакивать.

– Что ж, теперь у меня еще больше причин быть в трауре, – сказала Делия со сталью в глазах. – Твоя очередь задавать вопрос.

– Ты сказала, что я должен вернуть тебе одну вещь. Что ты имела в виду?

Делия нахмурилась: она ожидала совсем другого вопроса. Женщина опустила взгляд на его пальцы. В памяти всплыли воспоминания, как они гладили ее волосы, касались шеи и ласкали лицо. К своему недовольству, она почувствовала подступившие слезы. Вампирша заморгала, чтобы избавиться от этого жгучего ощущения.

– Кольцо, которое я тебе дала. Тогда ты заверил, что никогда его не снимешь. Я вижу, это обещание было для тебя таким же пустым звуком, как и преданность своей команде – раз ты больше не носишь его на пальце.

– Ты права, не ношу, – признал Грейдон. – Подойди сюда, милая.

– Ну уж нет.

– Присмотрись к моей шее – в том месте, где ты только что порвала рубашку.

Оставаясь на месте, Делия опустила глаза к шее мужчины. За складками рубашки блеснуло золото.

Игнорируя пульсирующую вену на его шее, у которой все еще виднелись белые шрамы от ее клыков, вампирша вытащила из-под ткани цепочку. От его близости у нее кружилась голова. Делия так сосредоточилась на его запахе и тепле тела, своем сердцебиении и стуке ярости в висках, что сперва даже не осознала предмет перед собой.

Наконец она смогла сфокусировать взгляд. На цепочке висело ее кольцо: то самое, которое женщина подарила ему, когда Грейдон вырезал их инициалы на высохшем дубе возле поместья ее родителей. Тогда он сказал Делии, что готов оставить пиратство и стать пекарем, бочаром или часовым мастером – если возлюбленная согласится выйти за него замуж. Воздух был теплым и липким, а в траве сонно стрекотали насекомые.

Тогда ее одолевало желание поцеловать своего капитана. Отказывать ему было равносильно попытке защититься от урагана сломанным зонтиком. Но все-таки Делия сказала «нет». Она объяснила Грейдону, что не готова попрощаться с пиратской жизнью и стать женой пекаря. Хотя мысль о его загорелых руках в муке и сильных пальцах, месящих тесто, казалась женщине занимательной.

Увидев его удрученное выражение, Дэл сняла свое фамильное кольцо и отдала возлюбленному в качестве обещания. Она заверила, что выйдет за оборотня замуж в этот же день – если они вместе вернутся на корабль. Если же Грейдон хочет, чтобы вампирша жила мирной жизнью и вела хозяйство, ему придется подождать, пока Делию перестанут манить небеса.

Мужчина взял кольцо и прижал к губам. Затем притянул Дэл к себе и поцеловал. Когда они оторвались друг от друга, она увидела печаль в глазах своего капитана. Но все же Грейдон надел кольцо на палец и сказал хриплым голосом:

– Что ж, придется нам немного подождать, – мужчина обхватил ее лицо ладонями. – Делия, я хочу, чтобы ты знала: что бы ни случилось, куда бы ни дул ветер и какое бы будущее ни ждало нас впереди – я буду дорожить каждым моментом рядом с тобой.

Теперь при взгляде на свое кольцо – символ их любви – Делия снова ощутила все эти эмоции. Чувства вдруг захлестнули вампиршу с головой. Она посмотрела оборотню в глаза и увидела в них отголосок обещаний, что они когда-то давали друг другу. Но кроме этого, в его взгляде читалось что-то темное, сокрытое от возлюбленной.

Делия хотела сорвать цепочку с его шеи, когда заметила: с кольцом что-то не так. Нахмурившись, женщина провела по нему пальцами. От неожиданности у Дэл перехватило дыхание. С внутренней стороны кольца из просверленного отверстия торчал ее сломанный клык.

Глава 24

Кровоточащие сердца

Проклятие Джека-фонаря

Финни проснулся от сильного гула и попытался нащупать свои очки. Он провел рукой по прикроватной тумбочке – но обнаружил только очки с цветными линзами вместо обычных.

– Черт, – сказал он. – Где же они?

Что-то толкнуло юношу в бок. Он замер. Прямо перед глазами мигал яркий свет. Парень никак не мог понять, кто светит ему в лицо и что они делают в его комнате.

– Кто здесь? – испуганно позвал Финни.

Что-то дотронулось до его руки. По телу пробежал холодок. Затем в голову мальчишке пришла еще одна мысль.

– Эмбер? – прошептал он и вздохнул, подумав о своей безнадежной любви. Ее дружба была для Финни источником вдохновения, а восхищение ведьмы его изобретениями давало юноше повод для гордости.

Он шевельнулся. Что-то укололо локоть.

– Ах, вот они где.

Финни торопливо надел очки и наконец-то смог сфокусироваться на мигающем свете у лица: это оказалась тыква. К нему тут же вернулись воспоминания о вчерашнем дне. Все чудеса Иного мира перемешались со смертельными опасностями.

– Рад тебя видеть, дружище, – сказал Финни, похлопав тыкву по оранжевому боку.

Он огляделся и обнаружил, что находится в полном одиночестве.

– Эмбер? Ты здесь? – позвал парень.

Из-за открытой двери послышался приглушенный стон. Финни вскочил с кровати и чуть не свалился на пол.

Возможно, причиной его неуклюжести служила травма головы. Но, как бы там ни было, рыцарское достоинство требовало от Финни немедленной проверки благополучия подруги, наперсницы и – если парню очень повезет – будущей жены.

Споткнувшись возле двери, он остановился. Финни пытался унять поднимающийся в желудке шторм. Юноша ведь собирался спасать даму, а не вываливать все содержимое своего желудка прямо ей под ноги.

– Эмбер? – пробормотал юный изобретатель и в ответ услышал ее тихий вздох.

На его плечо легла чья-то рука. Попытавшись быстро развернуться, мальчишка снова чуть не упал.

– Ей все еще нужен отдых.

Финни всмотрелся в лицо фонаря и с ревностью отметил: тот выглядел очень хорошо. Он был полностью одет, а платиновые волосы аккуратно зачесаны назад. Не надо было рождаться гением, чтобы понять – фонарь питал к Эмбер определенные чувства: не братскую любовь и не заботливую снисходительность хранителя. Финни хотел бы презирать Джека, но не мог. Парню нравился этот отстраненный молодой человек. Может быть, все дело в его тыкве – но Финни доверял фонарю и даже восхищался им.

Совсем другие чувства он питал к вампиру: про него Финни не мог сказать ни единого хорошего слова. Хотя парень видел Дэва всего раз или два, мужчина сразу показался скользким типом. Слишком самоуверенным. Чересчур щеголеватым. А вот капитан ему нравилась – несмотря на то что Делия тоже была вампиром. Поэтому Финни решил: его неприязнь не относится ко всем вампирам в целом, а только к одному представителю этого вида. Тому самому, который похитил его… его Эмбер.

Юноша поднял очки и протер глаза. Столько событий произошло за такой короткий срок. Время летело слишком быстро. Даже светлый ум Финни не успевал как следует обдумать происходящее.

– Где мы? – спросил Финни у Джека.

– Глубоко под водой.

– Подводная лодка? – изумленно воскликнул Финни. – Я о таком только в рассказах слышал.

– Тссс. Дай Эмбер поспать еще немного.

Джек прикрыл дверь, оставив только тонкую щель – на случай, если Эмбер позовет его. Пока Финни умывался, Джек рассказал все события последних нескольких часов.

– Итак, – сказал Финни. – У этого вампира – Дэверелла – есть то ли романтические, то ли практические планы на Эмбер, и он везет нас… куда?

– Понятия не имею. Все, что мне известно: мы собираемся встретиться с каким-то изобретателем. Делия уверяет, будто Дэверелл хочет спрятать Эмбер. Но для меня очевидно: в Ином мире происходят события, в которые я не посвящен. Подозреваю, не все так просто. Я собираюсь отправить вас обоих обратно в мир смертных – и чем скорее, тем лучше. Ты должен объяснить Эмбер, что это наилучший выход из сложившейся ситуации.

Финни только что закончил умываться. Сейчас он неподвижно стоял, прижав к лицу полотенце.

– И мы должны беспрекословно тебя слушаться?

Джек нахмурился.

– Разве ты не хочешь домой?

– О, конечно хочу. Ты не так меня понял. – Юноша вздохнул. – Я столькому хочу научиться. У меня накопилось много вопросов. Ты хоть представляешь, сколько идей я записал в свою тетрадь с начала нашего путешествия? Кто знает, сколько еще открытий готовит для меня этот мир.

Джек кивнул:

– Я понимаю. Ты и сам по себе одаренный человек. Но проведенное с Эмбер время расширило границы твоего разума и усилило жажду к знаниям.

Финни положил полотенце и повернулся к Джеку.

– Да, ты уже говорил об этом. Я все думал: каким образом Эмбер оживляет мое воображение? Это физический или, может, химический обмен, который запускает мыслительный механизм?

– Я не знаю, как именно это работает. – Джек наклонил голову набок. – Ты когда-нибудь слышал термин «пропавший близнец»?

Финни покачал головой.

– Судя по всему, это главная причина бегства ведьм из Иного мира. В прошлом миры находились в гармонии и развивались примерно одинаково. Но теперь Иной мир резко вырвался вперед. Представь, будто наши миры – это близнецы в утробе матери. Если один становится слишком сильным или второй, наоборот, ослабевает из-за травмы, тогда более сильный поглощает слабого. Мать рожает только одного здорового ребенка. Но если утроба отторгает более слабого, происходит выкидыш. Велика вероятность, что второй близнец погибнет вместе с ним.

– Ты думаешь, то же самое происходит с нашими мирами?

– Это причина моего существования. Моя работа – охранять проходы между двумя мирами. Вычисляя ведьм – источник силы обоих миров – фонари поддерживают баланс. Проблема в том, что я не знаю, куда пропадают ведьмы после обнаружения. Раньше я думал, будто их отправляют куда-то, где такие силы могут пригодиться. А без присмотра они постепенно теряют над собой контроль, устраивая хаос и разрушения. Но теперь я в этом не уверен.

Финни внимательно посмотрел на фонаря.

– Она важна для тебя, не так ли?

Джек мог не спрашивать, о ком именно говорит Финни.

– Да.

– И ты рискуешь своей работой, чтобы спасти ее и вернуть домой?

– Так и есть.

– Почему?

Фонарь не ответил. Его тыква летала между ними, поворачиваясь то к одному, то к другому – словно призывая союзников продолжить разговор. Джек не поддался на ее молчаливые уговоры и слегка оттолкнул от себя. Тыква отлетела назад и тут же вернулась к хозяину – словно была привязана тянущейся резинкой. В каком-то смысле так и было.

Все эмоции фонаря отразились на его лице. У Финни защемило сердце. Юноша понимал: для Эмбер Джек являлся лучшим вариантом, нежели вампир. Но был ли Финни лучше Джека? Он прочистил горло и решил смело высказать Джеку свои мысли – даже несмотря на то что сердце разбивалось на сотни осколков.

– Ты должен рассказать ей о своих чувствах.

Джек поднял взгляд на рыжеволосого юношу.

– Не столь важно, что я чувствую. – Фонарь на секунду замолчал. – Я не могу любить ее. Это невозможно. У меня нет на это права. Эмбер принадлежит миру смертных и должна быть с кем-то вроде тебя. С кем-то, кого она вдохновляет. С кем-то, кто не…

– Мертв? – тихо спросил Финни.

Джек кивнул. Тыква уткнулась ему в плечо, пытаясь утешить своего хозяина.

– У меня нет будущего, – сказал Джек. – Я пожертвовал своей жизнью много лет назад. Мои чувства и желания не имеют никакого значения.

* * *

Эмбер разбудили звуки чьих-то голосов. Она отдернула одеяло и сонно направилась к двери. Девушка собиралась пожелать всем доброго утра. Но тут слух уловил слова Джека.

Я не могу любить ее.

Это невозможно.

Она отскочила от двери, запутанная и разочарованная. Финни спросил Джека, сможет ли тот позаботиться о ней? Это было очень в духе ее друга – думать о безопасности и комфорте Эмбер. Но Финни не попросил Джека просто присмотреть за ведьмой. Он спросил, способен ли Джек полюбить ее. И Джек ответил «нет».

Эмбер знала: ей не следует об этом переживать. Девушка сказала им обоим о желании посмотреть мир, а не осесть в одном месте и остепениться. Но это не значило, что юная ведьма не мечтала о юноше, который будет с ней нежен и не станет смеяться над ее безумными идеями. Юноше, который будет дарить ей сонные поцелуи и – самое главное – смотреть в глаза, а не пялиться на грудь. Эмбер знала только двух мужчин, способных воздержаться от такого соблазна. Оба находились в соседней комнате.

Не то чтобы Дэв был особо увлечен этим занятием – но он пугал ведьму своим голодным взглядом. Вампира скорее интересовали ее ведьмовские способности. Но разве со стороны Эмбер дела обстояли иначе? Разве девушка не воспользовалась его знаниями и желанием показать ей тайны Иного мира?

Эмбер не искала любви. Так какая разница, что чувствует к ней Джек?

Но глубоко внутри, спрятавшись ото всех, часть ее души очень заботилась о чувствах фонаря. В ту минуту девушка оплакивала свои несбывшиеся надежды.

Глава 25

Смелое предложение

Проклятие Джека-фонаря

Эмбер хотела бы знать: существует ли заклинание, способное облегчить боль жестокого разочарования? Но у девушки не осталось никаких ингредиентов. Поэтому она решила, что сможет удержать осколки своего разбитого сердца на месте, затянув корсет потуже и прикончив остатки шоколада.

Ведьма оделась так тихо, как только могла. Спрятав чувства за беспечной улыбкой, Эмбер постучалась в дверь. Джек и Финни были еще приветливее обычного. Она быстро отвлеклась от своих мрачных мыслей, когда Джек начал демонстрировать чудеса океана за стеклом иллюминатора.

Финни заваливал фонаря вопросами, но Эмбер слушала их разговор вполуха. Девушка была слишком сосредоточена на близости Джека. Тот указывал то на подводные разломы, то на экзотических рыб. Она ощущала его дыхание и прикосновение рук, держащих ее за талию. Ведьма хотела бы держаться от него подальше – но ей слишком нравилось находиться рядом с загадочным фонарем. Эмбер не могла себе в этом отказать.

В комнату вошел Дэв: вампир был явно не рад увидеть всех троих вместе.

– Я пришел проводить тебя в камбуз[10]. – Он сдержанно поклонился Эмбер. – Уверен, ты проголодалась.

– Умираю с голода! – сказала Эмбер с чересчур наигранным энтузиазмом и поспешила взять его под руку.

На завтрак им достались скромные запасы подводной лодки: миска горячей каши с сушеными ягодами и орехами, хрустящее печенье с джемом и соленая рыба. Кроме того, их угостили достаточно вкусным чаем. Эмбер вспомнила, что еще не высказала Дэву все свои мысли по поводу той отравы, которой он поил девушку.

Налив чай в его чашку, ведьма поинтересовалась:

– У меня осталось немного той чайной смеси, которую ты для меня достал. Раз уж ты ничего не ешь – может, заварить его тебе?

Он поморщился.

– Спасибо за предложение. Но, боюсь, я вынужден отказаться.

– Ну что ты, мне не сложно. Могу я узнать, почему ты не хочешь его пить?

– Мне не нравится вкус. Кроме того, такой чай не действует на вампиров и не подавляет наши способности. А если бы и подавлял, я бы этого не хотел. Мне нравятся мои способности.

– А мне нравятся мои, – сказала Эмбер с натянутой улыбкой. – А еще мне нравится самой принимать решения, когда дело напрямую касается моей личности. Тебе наверняка не хотелось бы потерять контроль над своим разумом, Дэверелл?

Вампир нахмурился и посмотрел на Джека с Финни. Рыжий мальчишка был слишком занят поглощением еды. Фонарь неторопливо мешал ложкой кашу, старательно пряча глаза от Дэва. Мужчина помедлил с ответом.

– Да. Мне не хотелось бы терять контроль над своим разумом. Куда ты клонишь, Эмбер?

Ложка со звоном выпала из рук девушки. Капли чая пролились на блюдце.

– В том чае было «дыхание дьявола»! – воскликнула она.

– «Дыхание дьявола»? – Пораженный Дэв отклонился на спинку стула. Затем ударил рукой по столу. – Пэйн?

– Ты – единственный, кому это было выгодно, – вмешался Джек.

Дэв оскалился:

– Ты же не намекаешь на то, что я повел себя подло по отношению к Эмбер?

– Конечно, я… – начала Эмбер.

– Я не намекаю, – ответил Джек, наклонившись вперед. Он привстал, прижав к столу кончики пальцев. Цепочки его карманных часов мерно раскачивались в воздухе. Тыква зависла в воздухе позади фонаря и ухмылялась Дэву из-за белоснежной короны волос своего хозяина. – Я утверждаю, что так и было.

Прищурив горящие голубым глаза, Дэв наклонился навстречу Джеку. Эмбер попыталась что-то сказать. Однако ее тихое возражение утонуло в громогласном голосе вампира. С каждым словом он все больше переходил на рычание.

– Не стоит обвинять вампира, не подумав, – предупредил Дэверелл. – Наша честь велит нам защищать себя до последнего. И уверяю тебя: если бы я хотел добиться расположения Эмбер – что, конечно, совсем не твое дело, – я сделал бы это и без помощи снадобья.

Эмбер посмотрела на Финни испуганным, умоляющим взглядом. Юноша лишь плотнее вжался в спинку стула, словно пытался стать невидимым.

– Неужели? – надавил Джек.

– Можешь не сомневаться, – ответил Дэверелл.

Эмбер хотелось выкинуть в океан их обоих. Почему Дэв не смог прямо ответить на вопрос? И почему Джек вел себя так, словно девушка не в состоянии справиться с этой проблемой самостоятельно? Дэв начал закатывать рукава. Она было подумала, что вампир собирается драться с Джеком на кулаках прямо здесь, за обеденным столом. Но он лишь прокусил свое запястье и протянул руку Джеку.

– Вампирская клятва, – сказал Дэв. – Попробуй мою кровь и поймешь – я не знал о каком-либо дополнительном эффекте чая Эмбер, кроме подавления ее силы.

Дэв продолжал стоять с протянутой рукой. Из двух дырочек на запястье вытекло несколько капель крови. Джек не мигая смотрел в лицо вампира, совершенно игнорируя такое предложение.

– Если ты не хочешь проверять его слова, это сделаю я, – сказала Эмбер.

Она взяла Дэва за запястье и слизнула каплю крови. Финни побледнел, а Джек выглядел еще более разъяренным, чем прежде. Как и в прошлый раз, кровь в венах Эмбер зашумела. Она получила свое подтверждение.

– Он не врет, – сказала девушка. – Он ничего не знал.

Дэв прижал к запястью салфетку и дотронулся до запонки. Та со щелчком закрылась на манжете его рукава.

– Позволь напомнить, я – фонарь, – сказал Джек. – Я и так знал, что он говорит правду.

– Тогда почему ты выглядел как ангел отмщения, готовый обрушиться на этот грешный мир смертью и разрушениями? – спросила Эмбер.

На скулах Джека заходили желваки. Но мужчина ничего не ответил.

Финни прочистил горло и неуверенно потянул фонаря за рукав.

Джек нахмурился, но все-таки разорвал зрительный контакт с Дэвом и повернулся к парню.

– В чем дело? – спросил фонарь.

– Джек, – сказал Финни, пытаясь понизить градус возникшего напряжения. – Ты не мог бы еще раз проверить мою рану на голове? Я неважно себя чувствую. Вдруг она загноилась? Мне бы не хотелось подхватить какую-нибудь инфекцию.

– Если бы у меня были подходящие ингредиенты, я бы могла сделать для тебя мазь, – сказала Эмбер. – Лекарство помогло бы унять твою боль и ускорить заживление.

– Это было бы замечательно, – ответил Финни.

– В этом нет необходимости, – заключил Джек, осмотрев голову юноши. – Это скорее шишка, чем порез. Она заживет сама собой.

– Прошу меня простить, но я должен переговорить с капитаном, – сказал Дэв, отодвинув стул.

– Я пойду с тобой, – заявила Эмбер. – У меня есть к ней пара вопросов насчет нашего пункта назначения.

Дэв заметно напрягся, но кивнул.

Финни с Джеком вскочили из-за стола, убеждая девушку в необходимости держаться вместе. И якобы у юношей тоже есть вопросы к капитану.

– Глупости, – ответила Эмбер. – Лучше доешьте свой завтрак. Кроме того, уверяю вас: я сама могу о себе позаботиться.

Ведьма повернулась, чтобы последовать за Дэвом. Но вдруг остановилась и добавила:

– Финни, будь другом, поищи в камбузе какие-нибудь ингредиенты. Я хочу пополнить свой запас зелий. У меня есть немного сушеных трав, но могут понадобиться свежие.

Финни поймал на себе недовольный взгляд Джека и ответил:

– Я посмотрю, что тут есть. Принесу в твою комнату все, что найду.

– Спасибо, Финни, – сказала Эмбер. Она улыбнулась другу, показательно игнорируя Джека. Затем вышла из комнаты вслед за Дэвом. Тяжелая дверь в камбуз с грохотом захлопнулась.

– Если тебя это так злит, – сказал Финни, увидев, как Джек прожигает спину вампира взглядом, – почему ты позволил ей пойти одной?

Джек вздохнул:

– Я наблюдал за Эмбер с самого детства. И знаю, как никто другой: слово «нет» только ее раззадорит. Она все равно сделает все по-своему, наплевав на опасность и мое раздражение.

Финни рассмеялся:

– А Эмбер умеет действовать тебе на нервы, да, Джек?

– Да уж. У нее это здорово выходит. – Фонарь встал из-за стола. – Я помогу тебе собрать ингредиенты. Что именно ей нужно?

– Мы займемся этим позже. А пока – не мог бы ты попросить повара положить мне добавки? Кажется, я не ел целую вечность.

* * *

Пока они молча шли по коридору, Дэв пытался угадать мысли Эмбер. Как она могла допустить предположение о том, что вампир злонамеренно пытался опоить ведьму – особенно после всего пережитого вместе?

Все дело было в этом чертовом фонаре. С момента его появления отношения между Дэвереллом и Эмбер стали напряженными. Но Дэва не так-то просто одурачить. Он знал: при первой же возможности фонарь попытается сбежать, прихватив с собой Эмбер. Настало время быть более откровенным и выложить все карты на стол. Конечно, игра еще не подошла к концу. Но если ему повезет, Эмбер сможет взглянуть на ситуацию его глазами. Только сперва мужчине следовало восстановить свою репутацию.

– Вот сюда, – сказал Дэверелл, открывая дверь и приглашая Эмбер зайти внутрь.

– Где мы? – спросила Эмбер. – Это каюта, а не капитанский мостик.

– Я знаю.

Он вздохнул и закрыл за собой дверь.

– Я хотел поговорить с тобой наедине, прежде чем идти к моей сестре – если ты позволишь, – вежливо сказал вампир.

На самом деле Дэв привел Эмбер в свою комнату. Эта каюта выглядела совсем маленькой по сравнению с ее – точнее будет сказать, его бывшей – комнатой. На койке с трудом поместился бы один человек.

Эмбер взглянула на него с подозрением, но все же присела на край стула. Она старалась даже не смотреть в сторону кровати.

– О чем ты хотел со мной поговорить?

Дэв снял шляпу и положил ее на койку. Ему страшно повезло, что каюта капитана на «Аэробусе Фантоме» располагалась достаточно близко ко входу в подводную лодку – вампир успел захватить свой скудный багаж. Ему бы не хотелось потерять свою шляпу.

– Я… я бы хотел излить тебе душу. Ты не должна думать, словно я и в самом деле такой мерзавец, каким меня выставляет фонарь.

Лицо Эмбер смягчилось:

– Я никогда не считала тебя мерзавцем, Дэверелл. Конечно, ты немного эгоистичный и скрытный – но точно не мерзавец.

Дэв пересек маленькую комнату и сел на кровать напротив Эмбер. Мужчина взял свою трость, которая все время была прислонена к тумбочке, и покрутил в руках: это позволило немного расслабиться.

– Я хочу знать, что ты действительно веришь в мою неосведомленность насчет «дыхания дьявола» в чае. Если бы я знал, то не позволил тебе его пить. Для меня невыносимо думать, будто ты считаешь меня злодеем, способным использовать юную девушку таким образом.

– Скажи, «дыхание дьявола» используют для смягчения чьего-то самоконтроля? Чтобы сделать человека более… сговорчивым?

– Да, но в то же время это что-то вроде релаксанта. Его используют при допросах. «Дыхание дьявола» действует на большинство существ Иного мира. Но чаще всего в истории им накачивали ведьм.

– Ведьм.

– Да. Когда мою ведьму… убили, у нее в крови была передозировка этого вещества.

Эмбер нахмурилась:

– Как ты узнал?

– Я унюхал это в запахе костра, на котором ее сожгли.

Эмбер вскрикнула и зажала ладонями рот.

– Это ужасно! Но значит, кто-то намеренно опоил ее. Люди не знают о «дыхании дьявола».

– Некоторые знают. Я уже не говорю о беженцах из Иного мира. Это могла быть даже другая ведьма, которая не одобряла связь между ведьмой и вампиром.

– Ты, наверное, очень тяжело это переживал.

– Так и есть. Я пытаюсь сказать, что никогда не стал бы опаивать того, кого люблю.

– Л-любишь? – сказала Эмбер.

– Ну… да. – Дэверелл опустился перед девушкой на одно колено. Бросив трость на кровать, вампир взял ее руки в свои. – Моя дражайшая Эмбер. Я знаю, мы знакомы не так давно. Но я сильно к тебе привязался. Мое сердце начинает биться чаще при мысли о том, чтобы положить его к твоим ногам. Я был одинок долгое время. И могу распознать сокровище, когда оно находится прямо под носом. Ты заслуживаешь беззаветной преданности и верности. Я могу предложить тебе и то, и другое.

– О чем… о чем ты говоришь? – пораженно спросила Эмбер.

– Я надеялся очаровать тебя постепенно, показать, как должен ухаживать истинный джентльмен. Но, боюсь, я должен открыть свое сердце немедленно. Моя голубка, я собираюсь всецело, безраздельно и абсолютно завоевать твое сердце.

Ты знаешь, что сейчас мы направляемся на встречу с изобретателем. Он – мой старый друг. Он давно переправляет жителей Иного мира в безопасные места: туда, где нашему правителю их не достать. Если ты мне доверишься, я смогу нас спасти. Признаюсь: мне заплатили солидную сумму за то, что доставлю тебя в столицу и организую встречу с верховной ведьмой. Но когда визит отложили, я передумал. Видишь ли, я узнал тебя лучше и понял, что не смогу этого сделать. Поездка в столицу могла обернуться для тебя ужасными последствиями. В конце концов, она – жена Владыки Иного мира. По правде говоря, мне не хотелось браться за это задание еще до нашей встречи. Видишь ли, я питаю некоторую симпатию к ведьмам.

Дэв грустно улыбнулся девушке. Эмбер сжала его руку в ответ.

– Ты должна понимать: этот мир для тебя опасен – об этом я тебе никогда не врал. С таким фактом согласится даже твой фонарь. Наша жизнь за пределами этой вселенной будет простой. Она лишится той мишуры, что ты видела в Ином мире, но ведь всех этих излишеств не было и в мире смертных. Мы найдем себе пристанище в каком-нибудь маленьком городке вдали от всех перекрестков. Ты проживешь жизнь счастливо и спокойно, зная: я всегда смогу тебя защитить.

Когда ведьма не ответила, Дэв решил перейти к более решительным действиям. Он встал и рывком поднял Эмбер со стула, обхватив руками. Прижав подбородок к ее макушке, мужчина продолжил:

– Ты знаешь, что я самый верный спутник. Об этом тебе поведал кристалл на моей трости. И я всегда буду стремиться стать тем мужчиной, которого ты заслуживаешь.

Даже если ты не испытываешь ко мне столь сильных чувств – со временем обмен кровью усилит твою привязанность. Ты полюбишь меня так сильно, что расставание будет казаться самой страшной мукой на свете.

Вампир отстранился и положил руки ей на плечи.

– Ты была послана мне судьбой. Я стал бы последним дураком, если бы позволил тебе уйти. Скажи, что у нас есть шанс. Ответь, что ты хотя бы подумаешь об избрании меня в спутники жизни – среди всех поклонников, которых ты собрала вокруг себя.

– Я… я… я не знаю, что сказать, – ответила Эмбер.

– Тогда позволь запечатлеть мое признание на твоих губах.

Дэв коснулся рукой ее щеки и прикоснулся своими губами к губам девушки.

Объятие не было таким страстным, вопреки ожиданиям Дэва, особенно учитывая яркие воспоминания после того, как вампир пил ее кровь. И все же оно было приятным и теплым. Тело девушки было мягким и податливым. Он отстранился от Эмбер с улыбкой и приготовился выложить свою последнюю карту; козырь, который раз и навсегда завоюет ее расположение. В этот момент Дэв почувствовал острую, жгучую боль на своей щеке.

Уязвленный, он повернулся к своей инженю – девушке, которая только что дала вампиру такую сильную пощечину, что его клыки разрезали внутреннюю сторону губы, заставив ее кровоточить.

– Как ты смеешь! – сказала Эмбер с пылающим от ярости лицом.

Надежды Дэверелла на легкую победу испарились в один миг.

Но Дэверелл Кристофер Блэкборн никогда быстро не сдавался.

Глава 26

Как на иголках

Проклятие Джека-фонаря

Дредноут кружил над океаном в попытках найти выживших среди дрейфующих обломков. Рун стоял на носу корабля, пока сережка-светлячок носилась туда и обратно, выискивая капитана, кого-нибудь из ее команды или вообще любое существо, в котором еще теплился уголек жизни.

Им удалось выловить из воды дюжину безжизненных тел и несколько оторванных конечностей. Но принадлежали они в основном матросам с дредноута. Недосчитались лишь трех человек. Рука одного из них запуталась в вантах. И даже если бы порванного рукава черной рубашки не хватило для опознания, татуировка на запястье не оставляла поводов для сомнений. От второго остался только сапог. Кровавое месиво внутри ботинка указывало на то, что его владелец, без сомнения, расстался с жизнью.

Никаких признаков третьего мужчины не обнаружили. От него не осталось ни пальца, ни ноги. Самым подозрительным было то, что мужчина вообще не должен был высаживаться на борт «Аэробуса Фантома», а значит, не мог пропасть без вести. Об этом определенно стоило известить начальство.

Демон был потрясен – Владыка Иного мира настоял на том, чтобы Рун взял на себя командование дредноутом и всей операцией по поимке ведьмы в целом. Он никогда прежде не управлял кораблем, а миссия представлялась довольно опасной: даже опытный капитан не полетел бы сквозь призрачный шторм. Но Владыка Иного мира приказал обыскать именно эту локацию. Он велел Руну сбивать все корабли, которые встретятся им на пути. Повелитель дал подробные инструкции по обращению с командой и пассажирами. Ему следовало избавиться ото всех, кто попадется на борту, кроме особей женского пола.

Несмотря на опасность для дредноута и его команды, они направились в сторону шторма: матросы шептали слова молитвы, опасаясь, что могут умереть и оказаться в ловушке призрачного шторма вместе с привидениями. Даже Рун не мог унять волнение.

Они достигли местности, над которой должен был бушевать шторм. Но не нашли ничего – кроме пустого неба и плотного воздуха. Тот был настолько заряжен светочем, что его хватило бы на обеспечение целого города в течение года. Демон-пират немедленно послал Владыке Иного мира сообщение о том, что судно уже близко к цели.

Небо вокруг было мрачным и даже пугающим. На этом месте должна была появиться воздушная воронка. Она бы выплюнула сотни призраков, томящихся в Ином мире уже сотни лет. Призрачные штормы являлись загадкой и величайшей опасностью. Они изучались на протяжении долгого времени. Последняя теория твердила, что виной всему служил недостаток светоча: чем меньше энергии оставалось в Ином мире, тем больше становились скопления привидений. Но теперь только взгляните. Самый большой шторм исчез, словно его и не было.

Не было ни кружащих над головой призраков, ни завывающего ветра, ни зловонного запаха и даже ни одного облака. Только тихое, спокойное, безжизненное пространство. В каком-то смысле это ощущалось даже хуже самого шторма. Команда дредноута была изрядно напугана. Ничто не могло унять шторм такого размера. Такого никогда прежде не происходило. По крайней мере, в истории Иного мира.

В этот момент они заметили другой воздушный корабль. Дредноуту пришлось постараться, чтобы догнать судно. В конце концов, упрямая девка, возомнившая себя капитаном, решила: она лучше потопит собственное судно, чем сдастся. Складывалось впечатление, что весь экипаж пропал в море. Неужели на таком большом корабле насчитывалось всего несколько членов команды? Нет, на нем должно было находиться несколько десятков людей. Числа просто не сходились. Он явно упускал что-то важное.

Теперь задание было провалено. Рун приказал вернуться к патрулированию территории и ждать дальнейших указаний. У него было предчувствие: их цели все еще живы. Также по обломкам корабля демон смог определить, что на борту находился фонарь.

Рун не понимал, что происходит. Если фонарь был на потопленном корабле и сражался с матросами дредноута, то начальник бы уже это почувствовал. В конце концов, он являлся главой всех фонарей в обоих мирах. Он контролировал угольки их душ. Что-то скрывало фонаря от его глаз, не давало Руну определить его личность. Ни разу за всю свою долгую жизнь демона еще не предавал фонарь. Он был не просто уверен в их лояльности: пират знал, они просто не могут пренебречь своими обязанностями.

Но у Руна возникло предчувствие.

Демон задумчиво покрутил серьгу в ухе, а затем перегнулся через борт корабля и всмотрелся в темную воду. Если его догадки были верны, то баланс пошатнулся. Единственным способом узнать наверняка была проверка перекрестков. Произошедшее в Пеннипорте – не случайность. Только один перекресток вел в этот город. Так уж вышло, что на другой его стороне как раз находилось небольшое человеческое поселение, где недавно дул ведьмовской ветер. Это не могло быть совпадением.

Он надеялся, что ошибается.

Настало время узнать, как дела у Джека.

* * *

Дэв потер свою щеку.

– За что ты меня ударила?

– За то, что поцеловал меня без разрешения. Как ты посмел подумать, будто я хочу отдать первый поцелуй именно тебе? Ты не знал, что каждая девушка имеет право самостоятельно сделать свой выбор?

– Да, полагаю, что имеет.

– Уверяю тебя, так и есть. Я, конечно, ценю твое признание и все то внимание, что ты мне уделяешь. Но знай: я не готова остепениться. Мне нужно разобраться в себе и понять, где и как я хочу жить в будущем. Помяни мои слова, Дэв: никто и никогда не сможет принудить меня к чему-либо – особенно к романтическим отношениям. Я буду признательна, если мы больше не будем возвращаться к этому разговору.

Эмбер поправила свою маленькую шляпку, заново прицепив ее к волосам, и убрала за уши непослушные кудри. Они выпали из прически из-за проворных пальцев Дэва. По правде говоря, поцелуй не был таким уж отвратительным. Вообще-то он был даже приятным. Но девушка не хотела, чтобы Дэв об этом узнал. Вампир и так вел себя достаточно нагло. Следовало дать ему понять, что она чувствует по этому поводу. Или не чувствует. Или должна была бы почувствовать.

Больше всего Эмбер смущало другое: во время поцелуя перед ее глазами стоял совершенно другой человек. Ведьма представила себе юношу с пронзительным взглядом и платиновыми волосами. Если бы он вдруг попытался поцеловать девушку, Эмбер, скорее всего, не смогла и не стала бы сопротивляться. От одной мысли, чтобы дать фонарю пощечину, у Эмбер сперло дыхание. Или, может, это корсет слишком плотно стянул талию. Да. Определенно, дело в корсете.

– Эмбер, не раздувай из мухи слона. Я очень терпеливый, – сказал Дэв. – Я подожду, пока ты не примешь окончательное решение. Как я уже говорил – я просто предоставил тебе информацию для размышления. Но, прошу тебя, моя голубка. Не отказывай мне прямо сейчас. Подари надежду на то, что ты хотя бы рассмотришь меня в качестве возможного спутника жизни.

Эмбер поджала губы и пристально посмотрела на Дэва. Наконец она ответила:

– Хорошо. Я подумаю над твоим, эмм, предложением. Но учти: я ничего не обещаю. Это все, что могу тебе предложить.

– Этого достаточно. – Дэв встал, взял свою шляпу и, смахнув с нее пыль, надел на голову. – Итак, насколько я понимаю, у тебя есть вопросы касательно нашего места назначения. Обсудим это по пути на капитанский мостик.

Эмбер кивнула и последовала за ним. В этот раз мужчина не предложил ей руки, а просто шел рядом и постукивал тростью по металлическому полу.

– Можешь сказать, куда мы направляемся? – спросила Эмбер.

– Да. На особый остров. Он много лет был скрыт от посторонних глаз огромным призрачным штормом. Тем самым, с которым ты так ловко разобралась.

– Ох.

– Это странный и малоизученный феномен. Судя по всему, здесь существует некий дисбаланс. Он притягивает привидений как магнит. Я уверен – через некоторое время на этом месте возникнет новая спектральная воронка. Но хотелось бы надеяться, что во время нашего пребывания небо останется таким же чистым.

Эмбер не знала, как к этому относиться. Девушке показалось, что привидения не хотели причинить ей вреда, а лишь молили о помощи. Ведьма была счастлива принести им облегчение. Но теперь мысль о том, что здесь вновь соберутся новые призраки, тяжелым грузом легла ей на плечи.

Тем временем Дэв продолжал свое объяснение:

– На острове живет величайший гений своего времени и по совместительству мой друг. Когда-то он был главным изобретателем и металлургом Иного мира. Его технологии до сих пор используются практически во всех сферах деятельности. Но он отказался от своей прошлой жизни. Моему другу не нравилось, что его изобретения используют в качестве оружия. Это он придумал механизм, заставляющий взрывных лягушек нападать только на противников. Конечно, это не было первоначальной задумкой: мой приятель изобрел их в качестве охранной системы. Они должны были цепляться на нарушителей границ и определять их личность.

– Кажется, это полезное изобретение, – сказала Эмбер.

– Так и есть. Многие приспособления, которые жители Иного мира используют в повседневной жизни, – тоже его рук дело. Он много лет тесно работал с ведьмами и изобрел способ, при котором ведьма может собирать и хранить свою энергию за пределами тела. Еще он экспериментировал с различными металлами, наполняя их магией и заставляя принимать различные формы.

– Но он забросил все свои эксперименты?

– Да. Конечно, у моего приятеля на острове есть большая лаборатория. Работа не прекратилась, просто изменила направление. Делия работает на него время от времени, продавая изобретения на черном рынке и поставляя запасы материалов для исследований. Когда я был у него в последний раз, мой друг работал над чем-то, что сам называл «фотоаппаратом». Это устройство может создать точный портрет любого, на кого направляется.

– Это больно?

Дэв усмехнулся.

– В нем нет пуль, но есть курок. Я не знаю принцип работы, но видел результаты – они потрясающие. Самое интересное происходит, когда вместо светоча используется свет фонарей. Ты уже знакома с одним фонарем – поэтому, наверное, уже догадалась, о чем я говорю.

Эмбер покачала головой:

– Это как-то связано с их способностью видеть людей насквозь?

– Да. Конечно, дагерротип – это не живое существо. Однако на нем видно цвет ауры того, кто изображен.

– Потрясающе. – Эмбер сразу же подумала о Джеке. Как он отнесется к такому изобретению? Единственное, чего девушке не удавалось понять, – откуда изобретатель берет свет фонарей. При одной мысли о том, что кто-то отнимет у Джека его тыкву, по спине Эмбер пробежали мурашки.

Дэв открыл водонепроницаемую перегородку и прошел в следующий отсек, продолжая рассказывать об изобретателе:

– В свободное время он помогает жителям Иного мира тайно перебраться в города смертных. А иногда, наоборот, – приводит смертных сюда. Я много раз пользовался его услугами: это отличный способ путешествовать, не сталкиваясь с вездесущими фонарями.

Дэв открыл тяжелую дверь. Они с Эмбер попали в командный центр лодки. Вампир сразу понял: с его сестрой что-то не так. Эмбер подошла к Делии прежде, чем мужчина успел что-либо промолвить.

– Выглядишь так, словно тебя пожевал и выплюнул подводный монстр, – честно сказала Эмбер.

– Примерно так я себя и чувствую.

– Это из-за вашего капитана?

– Можно и так сказать. Прошлой ночью у нас состоялся короткий разговор. Ничего не изменилось. Он – шпион. Шпион, который каким-то образом пробрался на мой корабль.

– Кстати говоря, как у него это вышло? – спросил Дэв. – Я думал, все входы на подводную лодку защищены надежным паролем. Его знаем только ты, я и Фрэнк.

Делия подняла на брата изможденный взгляд.

– Я не меняла пароль с тех самых пор. Я считала его мертвым и не думала, что это важно.

Груз прошлого давил на Делию, не давая женщине свободно вздохнуть. Она не знала, чего хотела добиться, отправившись к Грейдону прошлым вечером. Чего Дэл ожидала? Что оборотень выложит ей все как на духу? Наверное, какая-то ее часть надеялась, что мужчина опровергнет все обвинения, уверит в глупом недопонимании. Будто возлюбленный не бросал ее.

И это кольцо. Ей так хотелось сорвать цепочку с его шеи. Причинить ему боль. Оставить на горле Грейдона багровую борозду – такую же, как мужчина оставил на ее сердце. Но в конце концов, стоя рядом с ним, ощущая его дыхание и биение сердца, женщина сломалась. Вампирша отвернулась. Она оставила кольцо со своим зубом на его шее.

Делия не спала всю ночь. Она крутилась и вертелась на своей койке, бросаясь то в жар, то в холод. Капитану было тесно и некомфортно в собственной коже.

После нескольких бессонных часов она вернулась к работе. Делия спросила об измерениях нынешней глубины. Получив ответ, капитан крикнула:

– Подняться на десять саженей, держать курс… – Она наклонилась над гирокомпасом. – Пятнадцать градусов правого борта.

– Так точно, капитан, пятнадцать градусов правого борта.

– Должно быть, мы уже близко, Де… в смысле, капитан. Можно нам посмотреть? – спросил Дэв.

Делия вздохнула:

– Так и быть. Каспар, открой смотровое окно.

Один из членов пиратской команды поднялся с места и дернул за рычаг, подняв несколько металлических пластин напротив командного пункта. За ними находился свод из плотного стекла. Он напомнил Эмбер вращающийся купол в башне Пэйна. Девушка затаила дыхание и подошла ближе.

Дэв последовал за ней, сложив руки за спиной и наблюдая за Эмбер довольным взглядом. Он посмотрел на Делию: та покачала головой, но все же улыбнулась. Капитан жестом приказала одному из своих людей поднять еще один рычаг.

Глава 27

То, что пугает в ночи

Проклятие Джека-фонаря

Эмбер смотрела в иллюминатор с разинутым ртом. Перед глазами открывался потрясающий вид.

Лампы на борту подводной лодки погасли – вместо них на всю мощность заработали прожекторы на обшивке. Они освещали морское дно. С такой подсветкой Эмбер могла видеть все происходящее за пределами лодки в мельчайших подробностях. Справа и слева возвышались подводные скалы. Но Делия с легкостью маневрировала между ними, даже не глядя в иллюминатор.

Когда Эмбер спросила, как у женщины это получается, Делия объяснила: они используют локаторы и специальные системы обнаружения. Приборы посылают импульсы светоча в разные стороны. Если импульс ударялся о какую-либо преграду, раздавался почти не различимый ухом звук. Один из членов команды сидел у конусообразного приспособления, прижатого к внутренней стене лодки. Из острого конца конуса торчали толстые медные провода. Они соединялись с чем-то вроде слухового аппарата. У молодого человека, ответственного за обнаружение препятствий, таких аппаратов было два – по одному на каждом ухе. Он мог улавливать импульсы с обеих сторон.

Когда этот человек подавал Делии жестовые сигналы, она объявляла о смене курса.

– Но что произойдет, если импульс светоча врежется в рыбу? – шепотом спросила Эмбер у Дэва.

– Любая рыба при ощущении удара импульса просто уплывет куда подальше, – сказал он. – На самом деле мощность светоча можно увеличить – тогда он сможет отпугнуть даже больших глубоководных существ. Однажды я слышал историю о том, как корабль атаковал кракен. Все знают: если это чудище уже обвилось вокруг судна своими щупальцами – отбиться от него становится практически невозможно. Однако сильный разряд светоча все же сделал свое дело. Кракена больше не видели ни в одном из наших океанов. Может быть, он прошел через барьер и поселился в вашем мире? Кто знает.

– О боже, я надеюсь, что нет, – сказала Эмбер. Рассказ о чудовище с щупальцами напугал девушку. Дело было не в том, что она не любила животных; напротив – ведьма ценила все разнообразие существ, что когда-либо встречались ей на пути. Но вряд ли смертные смогли бы справиться с подводным монстром из описания Дэва. Может быть, кракен нашел себе уютную пещеру где-нибудь на дне океана. В далеком от людей месте – и там его никто не потревожит.


Эмбер с удовольствием разглядывала всевозможных рыб: у некоторых были изящные плавники, напоминающие оборки на платье. Другие походили на огромных летучих мышей, способных посоревноваться в размахе крыльев с любой птицей. Она заметила у последних большие острые зубы. Они плыли очень быстро, рассекая водную толщу. Другие же рыбы следовали за ними или даже цеплялись на их спины и животы.

Эмбер чувствовала, что может простоять перед иллюминатором целую вечность. Здесь она ощущала спокойствие и безмятежность. Так продолжалось до того момента, пока девушка не увидела рыбу громадных размеров. Проглотить их лодку такому существу не составило бы особого труда. Эмбер затаила дыхание и в панике повернулась к Дэву. Вампир покачал головой и сказал:

– Не волнуйся насчет этого. Она абсолютно безвредна. Видишь ли, ее зубы настолько крошечные, что могут прожевать только самых маленьких подводных обитателей. Мы пугаем ее гораздо больше – поверь мне.

Дэв был прав. Как только гигантская рыба заметила их, она махнула огромным хвостом и исчезла в темных морских глубинах.

Вскоре к ним присоединились Джек и Финни. Свет тыквы отражался в стекле – из-за этого Эмбер видела их отражения гораздо отчетливее морского дна.

– Мы нашли некоторые ингредиенты. Они могут тебе пригодиться, – сказал Финни. – Припасы ждут тебя в твоей комнате.

– Большое спасибо, – ответила Эмбер. – Как только ты будешь готов, я начну варить новые зелья и заполнять сосуды. Вместо огня нам придется использовать светоч. Но я думаю, что справлюсь.

Она повернулась к вампиру:

– Дэв, ты обещал дать мне несколько уроков по использованию и контролю моей силы.

– Я прекрасно помню об этом, – сказал он, смело поцеловав обтянутую в перчатку руку девушки. – Но уроками мы займемся в следующий раз.

Вампир прочистил горло и посмотрел на Джека с Финни.

– Теперь у тебя есть компания, – добавил он, обращаясь к Эмбер. – Я могу отлучиться и поговорить со своей сестрой.

– Да, конечно, – сказала Эмбер.

Дэв и Делия исчезли из виду, оставив Фрэнка управлять лодкой. Эмбер нахмурилась, глядя им вслед.

– Интересно, о чем они говорят? – сказала она, глядя в глубоко посаженные глаза Джека. В них Эмбер увидела стальной блеск: точно такой же, как в тот раз, когда великан пытался заглянуть в ее душу. Девушка знала, что это было особенностью всех фонарей. Скорее всего, оно ничего не значило – но в этот раз ведьме показалось, будто во взгляде таилось какое-то сокровенное значение.

Джек стоял очень близко к ней. Тепло его тела было одновременно успокаивающим и электризующим. Не успела Эмбер осознать свои действия, как уже в открытую рассматривала Джека. Девушка изучала каждую мелкую деталь. Лицо фонаря казалось Эмбер очень красивым – хоть в тот момент и выглядело хмурым. Ей очень хотелось, чтобы его черты смягчились, а на губах появилась улыбка.

От желания взять Джека за руку и почувствовать тепло его ладони у Эмбер дрожали пальцы. Сама мысль заставляла ее сердце биться быстрее. Раскрасневшись, девушка торопливо отвернулась от него. У Эмбер перехватило дыхание. В этот раз у нее уже не получилось свалить всю вину на корсет.

– Что, черт возьми, это такое? – спросил Финни, указывая в иллюминатор и абсолютно не замечая напряжения между двумя его спутниками.

Джек наклонился вперед. Перед его глазами мелькнула серебряная вспышка. Прямо на них плыл целый косяк светящихся рыб. Заинтригованный, Джек что-то прошептал своей тыкве. Та осветила морское дно лучом. Ранее Эмбер показалось, что наружные прожекторы лодки горели очень ярко. Однако они не шли ни в какое сравнение со светом тыквы.

Несколько рыб подплыли ближе. Растерявшись, косяк рассыпался в разные стороны. Они бились в стеклянный свод. Каждый удар сопровождался отчетливым резким звуком.

– Они… они металлические? – спросила Эмбер.

Финни надел цветные стекла поверх обычных очков.

– Удивительно, – сказал юноша. – Похоже, часть их тел и правда покрыта металлом. Вон та, кажется, в оболочке из бронзы. А эти две – из серебра.

Вскоре они заметили и других подводных существ: многих Эмбер уже видела раньше. Теперь же все они были покрыты металлом, словно броней. К иллюминатору подплыла очень большая рыба с открытым ртом, который будто растянулся в усмешке. Ее хвост полностью сделан из серебра. Покрутившись вокруг лодки, рыба ударила по стеклу иллюминатора хвостом и последовала за ними. К ней присоединились и другие рыбы: со стороны эта картина напоминала торжественную процессию.

Глаза Джека мерцали в полутьме командного центра. Наконец он тихо произнес:

– Это живые существа, но в них вживлены… механические детали, сделанные из… из…

– Зачарованного металла. Заряженного ведьмовской магией, – закончила Эмбер. – Дэв сказал, что человек, с которым мы собираемся встретиться, когда-то был главным металлургом Иного мира.

Джек посмотрел на девушку. Затем медленно перевел взгляд на Фрэнка. Тот сидел за главной панелью управления.

– Мы направляемся к человеку, который способен сотворить такое с животным?

Фрэнк встал со своего места и неуклюже повернулся к Джеку, волоча более длинную ногу за собой. Он посмотрел в иллюминатор, пытаясь понять, о чем идет речь.

– Если вы говорите об усовершенствованных экземплярах, то да.

– И ты… думаешь, ему можно доверять?

– А как же иначе? Доктор Фаррагут не раз собирал меня заново. Он дал мне новое сердце и обещал, что в следующий раз немного усовершенствует механизм. Я в последнее время неважно себя чувствую, да и биение замедлилось.

На скулах Джека заходили желваки.

– Понятно, – сказал он.

В этот момент лодку сильно тряхнуло. Фрэнк повернулся к члену команды со слуховыми аппаратами в ушах.

– Что ты слышишь? Мы врезались в скалу?

– Я не уверен. Что бы это ни было, оно двигается.

– Поддай светоча. Нам нужно ускориться.

Другой пират прокрутил до упора рукоятку на приборной доске. Красная полоска на панели поднялась до последнего деления.

– Готово, сэр!

Лодку начало трясти. Она накренилась на один бок перед тем, как снова выровняться и вернуться на курс. Джек поймал Эмбер до того, как та ударилась головой об угол панели управления. Мужчина крепко прижал ее к себе.

Где-то под ногами зашипели струи пара. Стекло треснуло: мимо них проплыло что-то настолько огромное, что они даже не смогли увидеть его целиком. Эмбер закричала. Глаза Фрэнка расширились от изумления. В этот момент раздался крик одного из членов команды:

– Светоч не работает!

Индикатор мощности достиг своего предела. Подводная лодка снова вздрогнула от удара. Кто-то из пиратов крикнул:

– Оно пытается нас потопить!

Эмбер сразу же вспомнила о гигантском кракене из рассказа Дэва. Она вцепилась в пальто Джека и спрятала лицо у него на груди.

– Приготовиться к аварийному всплытию! – скомандовал Фрэнк.

Глава 28

Остров доктора Фаррагута

Проклятие Джека-фонаря

Джек схватился за ближайшую рукоятку. Лодка начала резко подниматься вверх. Эмбер все еще цеплялась за него. Руки девушки дрожали. Фонарь еще крепче прижал ее свободной рукой и посоветовал Финни тоже за что-нибудь схватиться. Мальчишка обнял тыкву обеими руками. Джек как раз собирался сказать ему, что хвататься следовало за что-то прикрепленное к лодке – но в итоге решил: с тыквой Финни будет в большей безопасности, чем сам по себе.

Широко раскрытая пасть приближалась к ним из глубины слишком быстро. Джек не мог определить происхождение этого существа. Огромные челюсти захлопнулись на смотровом куполе. Лодка потянула неизвестного монстра за собой. Джек видел только металлические блики и огромный, прижатый к стеклу язык. Он пульсировал и двигался на прозрачной поверхности, как всасывающая труба.

На большой скорости лодка вырвалась из-под воды. Всего на несколько секунд экипаж оказался в воздухе. Когда они достигли самой высокой точки своего прыжка, прицепившееся к лодке существо упало обратно в море. Солнце пробилось сквозь плотное стекло иллюминатора, окутав членов команды своим теплым светом. В это мгновение они приземлились на поверхность воды.

Теперь экипаж мог как следует рассмотреть преследовавшее их чудовище. В широкой пасти помещалось несколько рядов острых зубов. Из-за длинной шеи оно напоминало змею. Кожа монстра – насколько возможно различить – была пестро-зеленая и серая. Эмбер с интересом разглядывала странное существо. Особенно учитывая, что теперь она могла видеть и верхнюю часть, качающуюся над водной гладью, и нижнюю, ушедшую в глубину.

Сначала Эмбер подумала, будто перед ней огромный морской змей. Но теперь стало заметно: его тело не было узким и продолговатым, как шея. Оно было плотным и широким; с четырьмя плавниками, позволявшими быстро двигаться под водой. По сравнению с шеей хвост был совсем коротким и исполнял роль румпеля.

То, что девушка сперва приняла за щупальца, на самом деле оказалось длинной шеей существа. Эта шея вытягивалась на расстояние, превышающее длину его собственного туловища вместе с хвостом. Существо очень ловко маневрировало под водой – это было удивительно, учитывая внушительный размер.

Монстр то и дело задевал обшивку лодки телом и хвостом. Когда он в очередной раз закрыл иллюминатор огромным плавником, Эмбер услышала низкий стон и шипение.

– Кажется, оно не злится на нас, а просто пытается привлечь внимание, – сказала Эмбер.

Чудовище в очередной раз проплыло мимо них. Джек внимательно всмотрелся в иллюминатор. Существо приблизило голову к стеклу. На них уставился черный глаз. Но уже через секунду оно снова отплыло от лодки, задев судно плавником. Путники поднялись на поверхность. Теперь животное казалось абсолютно спокойным и просто кружило возле лодки.

– Пожалуй, ты права, – сказал Джек. Фонарь неохотно выпустил Эмбер из своих объятий: по правде говоря, ему нравилась близость ведьмы.

– Смотри, – сказала девушка, шагнув к иллюминатору.

Существо перевернулось на бок, демонстрируя свой живот. В нижней части сквозь кожу просвечивали светящиеся голубые вены.

– Я думаю… оно за нами ухаживает.

За предположением последовала еще одна серия ударов плавниками по обшивке лодки. Стены командного пункта начали вибрировать.

Финни, который с бешеной скоростью записывал что-то в своем блокноте, на секунду остановился и поднял глаза.

– Я согласен, – сказал юноша. – Я думаю, это… эмм, какой термин подходит рыбам? Ах да. Брачные игры. Хотя теперь, когда оно так близко, я бы предположил – это скорее рептилия, так как не наблюдается никаких признаков жабр. Чтобы сделать более точное заключение, мне нужно изучить еще одну особь.

Финни почесал голову, послюнявил кончик карандаша и вернулся к своим записям. Когда Эмбер заглянула в его блокнот, то увидела сделанный на скорую руку рисунок существа. Оно снова проплыло мимо. Спутники смогли как следует рассмотреть спину и обрубок хвоста. Вдоль позвоночника были заметны такие же металлические пластины, как и на других подводных обитателях.

В этот момент в командный центр влетели Делия и Дэв.

– Доложить обстановку! – рявкнула Делия.

– Нам пришлось совершить аварийное всплытие, – сказал Фрэнк. – Кажется, этот малыш в восторге от нашей лодки.

Делия посмотрела в иллюминатор. Когда она увидела огромного зверя, лицо капитана озарилось облегчением.

– О, это всего лишь Нестор. И да, – она постучала по трещине на стекле, – кажется, он слишком много времени проводит в одиночестве. Дэв? Думаешь, нам стоит беспокоиться?

Вампир задумчиво потер подбородок и бросил взгляд на Эмбер. К его недовольству, девушка стояла очень близко к Джеку.

– Нет. Обычно Нестор очень дружелюбен и мил. Я думаю, демонстрацией живота он хочет извиниться за свое излишне агрессивное поведение. А если он желает обратить наше внимание на его ухаживания – что ж, ему придется это заслужить. Я считаю, нам надо приглушить свет и медленно погрузиться под воду. Скорее всего, он последует за нами – как лемминг-переросток.

– Согласна, – сказала Дел. – Хелм, уходим под воду. Медленно.

Вокруг смотрового окна забурлили крошечные пузырьки. Скоро лодку вновь поглотили темные морские воды. Нервничая, Эмбер подошла ближе к Джеку: их пальцы соприкоснулись. Джек взял девушку за руку. Эмбер подняла взгляд, однако Джек все так же смотрел в иллюминатор своими мерцающими глазами. Если бы в тот момент фонарь взглянул на нее в ответ, то увидел бы: сердце ведьмы сияет и переливается разными цветами.

Дэв стоял неподалеку. Вампира снедала ревность. Рядом с Джеком Эмбер всегда выглядела умиротворенной и спокойной. Со стороны можно не заметить, что они держатся за руки – но Дэв отлично видел это в отражении иллюминатора.

Снаружи Дэв напоминал спокойное, безмятежное море. Однако внутри бушевал монстр, желающий заявить о своих правах на ведьму. Не находящая себе применения сила в крови и острая боль в сердце требовали, чтобы Дэв нашел кого-нибудь, с кем мог бы разделить жизнь. Эмбер. Последние несколько дней его преследовала навязчивая фантазия о том, как они с его очаровательной ведьмой гуляют по парку, держатся за руки и приветствуют прохожих. Долгими осенними ночами они грелись бы у камина, пока ведьма испытывает новые заклинания или варит зелье. Эмбер бы до безумия любила вампира. Мужчина обязательно сделал бы ее своей невестой, чтобы показать всем: девушка принадлежит исключительно ему. Дэв хотел баловать возлюбленную. У нее было бы все, чего только можно пожелать.

Вампира, который был слишком грешен для рая и чересчур добродетелен для ада. Мужчина, обреченный целую вечность скитаться по свету в одиночестве. Для него жизнь с ведьмой, которую можно любить, казалась благословением. Такая же редкая находка, как и блуждающий огонек. И Дэв не собирался позволять какому-то фонарю Джеку, несчастному и обреченному существу без будущего, привязанному к двум мирам одновременно, украсть его мечту.

Но Джек не являлся главной проблемой Дэва. Настоящими врагами мужчины были те, кто пытался отнять его маленькую ведьму силой. Вампир знал, что приглушение ее энергии не было долгосрочным решением проблемы – именно поэтому необходимо встретиться с доктором Фаррагутом. Если кто в Ином мире и был способен помочь Дэву спрятать ведьму или помешать ее преследователям определять местонахождение источника энергии – то только старый добрый доктор.

Сбоку от подводной лодки плыл Нестор. Он цеплялся своим огромным туловищем за подводные скалы. Те оставляли на его серо-зеленом окрасе белые известковые полосы. Подводный монстр двигался неспешно и расслабленно, время от времени поворачивая длинную шею и проверяя, на месте ли его спутники. Кажется, он думал, будто провожает лодку до своего гнезда.

«Ах если бы женщины были так просты, Нестор», – подумал Дэв, слегка улыбнувшись. Затем он погрузился в размышления: почему ситуация с безнадежной любовью Нестора к лодке заставляет мужчину вспоминать о собственных отношениях с Эмбер? Неужели вампир тоже был обречен?

Наконец они достигли земли, соответствующей тем координатам, которые Делия дала своему рулевому.

– Вот здесь! – крикнула капитан, указывая на темное пятно. Оно скрывалось за кораллами, водорослями и морскими звездами. – Входи осторожно.

Один из членов команды включил внешние прожекторы: они осветили темный подводный тоннель, ведущий куда-то в глубь острова.

– Ты уверена, Дел? Что, если мы застрянем?

– «Капитан», Дэв. А кто, по твоему мнению, дал Фрэнку чертежи для подводной лодки? Мы пройдем.

Когда нос лодки уже исчез в тоннеле, Нестор ударил по выступающей задней части. Они все услышали его разочарованный рык, за которым послышались странные щелкающие звуки. Сдавшись, подводный монстр поплыл прочь. Сильный толчок от его разворота подтолкнул лодку вперед.

– Наверное, он будет ждать нас наверху. Не уверена, что доктор ожидал такой реакции на подводную лодку своего любимого питомца, – сказала Дел.

Под звуки голоса Делии – капитан раздавала команды направо и налево – экипаж продолжил свой путь. Наконец тоннель закончился. В иллюминатор снова начали пробиваться лучи солнца, проникавшие сквозь толщу воды.

– Хочешь посмотреть? – спросила Делия, когда они достигли поверхности воды.

– А можно? – ответила Эмбер.

Делия кивнула и направилась к откидному люку на крыше лодки. Она забралась по лестнице, схватилась за вентиль и крутила его до тех пор, пока не щелкнул затвор и люк не открылся.

Эмбер, Джек, Финни и Дэв выбрались на поверхность. Они находились в лагуне в самом центре горы.

Дэв позволил себе положить руку на плечо Эмбер и указал наверх.

– Раньше это был вулкан, – сказал он. – Доктор обнаружил этот остров и присвоил себе. Вообще-то, такой участок даже можно назвать архипелагом. Большинство жителей Иного мира считают это место непригодным для жилья. Однако доктор довольно неплохо здесь устроился.

Когда он уже установил на острове свою лабораторию, выяснилось: здесь присутствует некая эфирная энергия. Она не только увеличивает ведьмовские силы, но и приманивает призраков. Надо признать, что призраки сослужили доктору отличную службу, так как оказались живым щитом на пути к острову. Даже смельчаки не решаются соваться сюда.

Они приблизились к маленькому пляжу с пристанью. Там было пришвартовано судно.

– Это пароход? – спросила Эмбер. – Я слышала о таких в мире смертных, но никогда не видела своими глазами.

– Почти, – сказал Дэв. – Вместо пара и светоча доктор использует эфирные испарения. Он надеется, что когда-нибудь Иной мир сможет полностью перейти со светоча на эфир. Тогда проблема с нехваткой энергии будет решена.

Делия спустилась вниз и стала командовать процессом швартовки подводной лодки. Дэв воспользовался возможностью, чтобы невзначай отпихнуть Джека и спросить у Эмбер, не желает ли девушка пойти собирать свои вещи.

– Да, конечно, – сказала Эмбер. – Джек, пойдешь с нами?

Фонарь долго смотрел на нее в ответ. Затем слегка улыбнулся.

– Идите без меня, – сказал он. – Я бы хотел осмотреться.

Услышав эти слова, тыква Джека поднялась в воздух и начала медленно кружить по лагуне, разгоняя все тени своим светом. Глаза Джека вспыхнули. Эмбер знала: сейчас он видит мир совсем иначе, чем ведьма.

Эмбер спустилась вниз вместе с Финни и Дэвом. Когда девушка вернулась в свою каюту, то обнаружила: смотровое окно подсвечено стайкой необычных рыб. Они двигались абсолютно синхронно. Рыбы были не только покрыты металлом, но и светились, подобно брюху подводного монстра – пуская на стекло жутковатые блики.

Эмбер начала отходить от окна. И тут она заметила: подвижные тени и созданные рыбами блики образовывали на ковре каюты зловещее изображение. Оно было похоже на череп с пустыми глазами. Возможно, это все игра ее воображения – но девушке показалось, что его темные глаза следили за ней.

Дэв взял ее сумку. Юная ведьма последовала за ним и Финни на верхний уровень лодки. Теперь, когда они пришвартовались, Эмбер смогла разглядеть большой дом. Он был вырезан в горе. Жилище чем-то напоминало песочный замок с башенками, блестящими окнами и балконами. Длинная лестница – тоже вырезанная из горного камня – вела от причала до самых ворот.

Первым на пристань спрыгнул Джек. Хотя, пожалуй, «спрыгнул» было неправильным словом. Фонарь превратился в туман и проплыл над водной поверхностью, приняв человеческую форму, только когда достиг твердой земли. Его тыква, должно быть, находилась где-то очень высоко. Эмбер не могла различить ее, даже прикрыв глаза ладонью от солнца.

Дэв поднял Эмбер на руки. Вместе они спустились на пристань. Когда ее ноги коснулись земли, девушка покачнулась, чуть не упав в обморок.

– Что с тобой, моя дорогая? – обеспокоенно спросил Дэв.

– Я… я не знаю.

Она и правда не знала. Теперь они были на острове, и тот зов, что постоянно манил Эмбер вперед, утих. Он как будто свернулся в клубок где-то внутри и довольно заурчал. Эмбер не была уверена, хорошо это или плохо. Однако кто-то или что-то желало присутствия здесь юной ведьмы с того самого момента, как она пустилась в путешествие.

Все собрались на пристани. Делия отправила одного из пиратов доложить об их прибытии, пока все ждали доктора Фаррагута. Тот ожидал, что экипаж прибудет на воздушном корабле и пришвартуется на вершине горы. Доктор понятия не имел об обстоятельствах, которые вынудили их всех добираться до острова на подводной лодке.

Доктор Фаррагут прослыл затворником. Он строго запрещал гостям появляться у своего порога без его разрешения и предпочитал разбираться со всеми делами прямо около воздушного корабля, на пристани. Однажды Фрэнку посчастливилось побывать в лаборатории и хирургическом крыле. Хотя Делия и Дэв считались приятелями доктора, они никогда не прибывали на остров без приглашения и не выходили за пределы пристани.

Когда из лодки вывели Грейдона, Делия демонстративно отвернулась. Он все еще был закован в цепи и выглядел таким же изможденным, как и сама вампирша. За все это время мужчине не давали ничего, кроме воды. Капитан сомневалась, что ему удалось поспать – учитывая, что он был прикован к реактору.

По правде говоря, Делия ощущала себя такой же опустошенной, как тыква Джека. Она не знала, как справиться с неожиданным возвращением Грейдона. Женщина понимала: она не сможет прийти в норму, пока бывшая любовь рядом. Дэл собиралась отдать капитана доктору Фаррагуту и навсегда избавиться от него. Уйти, не оглядываясь. Оставить мужчину далеко позади.

Ее человек вернулся вместе с одним из слуг доктора. Несмотря на жару, на незнакомце были плотные перчатки, сапоги и черная накидка с капюшоном. Она скрывала его лицо. Удалось разглядеть лишь широкую челюсть, покрытую белой пудрой, и пару клыков. Зубы доставали практически до подбородка. Делия нахмурилась: она никогда не видела вампира или оборотня с такими длинными клыками.

Слуга заговорил неожиданно: его голос звучал мягко и подчеркнуто ритмично, что показалось всем довольно странным.

– Подводная лодка оставалась герметичной на протяжении всего плавания?

– Да, – ответила Делия.

– Замечательно. Хозяин будет очень доволен.

Слуга приветственно поднял руку, обращаясь ко всем прибывшим.

– Приветствую вас на острове. Хозяин просил передать, что будет счастлив принять у себя таких почетных гостей. Он с нетерпением жаждет услышать истории о ваших невероятных приключениях.

– Кстати о приключениях, – сказала Делия. – Полагаю, Нестор покорен нашей лодкой. Он был весьма, эмм, настойчив, с тех пор как заметил судно.

– Ох!

Эмбер заметила: под темным капюшоном слуга задвигал челюстью и затем лизнул свою выпуклую верхнюю губу длинным пятнистым языком.

– В последнее время Нестор действительно начал вести себя нахально, но не волнуйтесь, мы произведем необходимые корректировки.

Слово «корректировки» показалось Эмбер достаточно странным.

– Как приятно видеть, что вы функционируете без сбоев, – сказал слуга, обращаясь к Фрэнку.

– Да, у меня все в порядке, – ответил зеленокожий мужчина. – Но мне не помешает немного наладить работу сердца.

– В самом деле? Я уверен, доктор будет рад поработать над вами.

Слуга похлопал Фрэнка по руке, не сгибая обтянутых в перчатку пальцев. Затем повернулся к остальным:

– Меня зовут Егор. Если вы захотите поговорить с хозяином – обращайтесь ко мне. Сейчас мы отправимся на небольшую экскурсию по дому. А позднее я помогу вам устроиться в самых комфортабельных комнатах.

– Спасибо, Егор, – сказала Делия. – Мы ценим вашу заботу. Я боюсь, бо́льшая часть наших запасов светоча истощилась во время боя.

Она кивнула в сторону Грейдона, стараясь не смотреть мужчине в глаза.

– Кроме того, у нас есть пленник. Я должна…

Егор прервал капитана на полуслове:

– Да. Мы знаем о вашем пленнике. Уверяю вас, мы разместим его в соответствии с тяжестью преступлений.

Кажется, никто не испытывал к слуге такого же недоверия, как Эмбер. Ей хотелось чувствовать под рукой свои пистолеты. Девушку не пугало зловещее поведение слуги: на интуитивном уровне она ощущала, что на этом острове явно что-то не так.

Наконец вернулась тыква Джека. Теперь все горные вершины были исследованы, и ее заинтересовал странный слуга. Егор напрягся и приподнял голову. Он взглянул на парящий в воздухе оранжевый шар.

Эмбер увидела блестящие янтарные глаза. Они были круглые, близко посаженные и совсем не походили на человеческие. Как только тыква отлетела подальше, странные глаза слуги снова оказались скрыты тенью капюшона. Эмбер гадала над происхождением Егора. Он не был похож на гоблина или вампира. Ведьма не почувствовала в нем ни капли магии, так что слуга не мог оказаться колдуном. У девушки нарастало мрачное предчувствие на его счет. Она сделала шаг назад и встала позади Джека. Дэв тоже подошел ближе. Теперь они с Джеком стояли с обеих сторон от Эмбер – как рыцари, защищающие свою даму.

Слуга снова склонил свою голову и окончательно скрыл лицо. Он повернулся спиной и сказал:

– Следуйте за мной. Хозяин сейчас отдыхает. Так что, прошу вас, будьте терпеливы.

Они последовали за проводником по каменным ступеням и подошли к широким воротам. Во внутреннем дворе росли десятки разных деревьев. В самом центре журчал большой фонтан. Все растения выглядели ухоженно, но располагались в самых неожиданных местах – будто их сажали где придется: фруктовые деревья росли рядом с хвойными, а каштаны соседствовали с буком. Цветы и кусты тоже были перемешаны между собой.

Приблизившись, Эмбер заметила: все растения помечены гравированными табличками. Надписи либо располагались на земле, либо прикручены прямо к стволам деревьев. С чего бы металлургу увлекаться ботаникой?

Один из участков земли отличался от остальных. Растения на нем увяли и пожухли.

– Что с ними случилось? – спросила Эмбер. – Недостаток воды? Почва чем-то отравлена?

Слуга повернулся, чтобы понять суть вопроса ведьмы.

– Ах, это. К сожалению, породы признали неудачными, так что их пришлось уничтожить. Когда хозяин разочарован, он становится склонным к разрушению.

Эмбер нахмурилась и рассматривала разворошенную почву. Этот вид напоминал ей кладбище. Девушка бы не удивилась, если бы из-под земли вдруг вырвалась костяная скрюченная рука. Джек взял ее за руку и обнадеживающе улыбнулся. Теперь, когда фонарь был рядом, все страхи Эмбер показались ей сущей ерундой. Она обхватила его локоть и двинулась дальше.

Егор привел процессию к дому и открыл тяжелую дверь. Эмбер не ожидала увидеть десятки кошек, лежащих на всех столах, стульях, коврах и каминных полках.

– Ничего себе! – воскликнула юная ведьма.

Эмбер всегда обожала кошек. Те отвечали ей взаимностью.

Прочистив горло, слуга сказал:

– Мой хозяин – айлурофоб[11], но находит представителей семейства кошачьих весьма полезными. Они отгоняют вредоносных духов, а на этих островах таких предостаточно.

Красивая синевато-серая кошка с темными глазами потерлась о ногу Эмбер. Девушка наклонилась и почесала животное за ухом. Остальные кошки замяукали и поднялись со своих мест. Очень быстро животные окружили Эмбер, урча и требуя внимания. В какой-то момент их стало так много, что девушка чуть не потеряла равновесие. Ведьма потянулась к Джеку.

Егор зашипел. Кошки с визгом вылетели из комнаты одна за другой.

– Достаточно, – сказал он, когда в помещении не осталось ни одного животного.

Они прошли мимо нескольких комнат: столовой, помещения с солнечными батареями, большого зала и нескольких лестниц. Эти ступени вели в обсерваторию и на пристань для воздушных кораблей. Следующие двери указывали в лабораторию и операционную. Однако Егор строго-настрого запретил заходить в эти помещения без личного присутствия доктора.

– Вот мы и на месте, – сказал он. – Это сераль[12], где разместятся дамы. Мужчинам не дозволяется заходить в эту часть дома, так что можете чувствовать себя комфортно и безопасно.

Он сказал девушкам отдыхать и восстанавливать силы. Затем сообщил: за ними придут, когда наступит время ужина. Это должно было произойти ровно в восемь часов вечера по классическим часам с циферблатом или через четыре поворота песочных часов. Доктор установил такие специально для тех дам, которым были не по душе современные технологии.

Как только дверь закрылась, Егор запер замок ключом со своей шеи. Увидев это, Дэв и Джек нахмурились.

– Зачем необходимо их запирать? – спросил Дэв.

– Уверяю вас, это для их же защиты. Следуйте за мной, джентльмены, я покажу ваши комнаты.

Джек, Финни и Дэв многозначительно переглянулись, но не стали ничего говорить в присутствии своего проводника. Они молча проследовали за Егором и поднялись по лестничному пролету к покоям для мужчин. Их точно так же заперли внутри, оставив инструкции по поводу ужина.

– Что же нам делать? – спросил Финни.

– Ждать, – ответил Дэв. – И наблюдать. Доктор проявляет невиданную щедрость, позволяя нам остаться здесь: такого никогда не случалось прежде. Он эксцентричный человек. Думаю, в резкой смене его настроения нет ничего необычного. Кроме того, Фрэнк провел много дней под наблюдением доктора и вернулся целым и невредимым.

Джек поднял бровь, заметив, что все окна в их комнатах зарешечены. Для фонаря это не было проблемой: он и его тыква могли спокойно протиснуться сквозь решетку – но Джек переживал за смертного мальчишку.

Женские покои предстали настолько роскошными, что Эмбер и Делия даже не заметили своего заточения. Они были приятно удивлены, когда вместе с приглашением на ужин им принесли большие коробки с нарядами. Эмбер достала карточку из позолоченного конверта и прочла:

Добро пожаловать, достопочтенные гости!

Пожалуйста, присоединяйтесь ко мне за ужином на палубе «Нептуна».

К приглашению прилагаю посылки с одеждой, так как Ваша наверняка была утеряна при крушении корабля.

Прощу сообщать мне обо всех нуждах, которые могут появиться у Вас во время Вашего пребывания.

Искренне Ваш,

Доктор Монро Фаррагут.

Глава 29

В пух и прах

Проклятие Джека-фонаря

Нахмурившись, Джек смотрел на разложенный на его кровати наряд. На самом деле фонарю не требовалась одежда, чтобы оставаться в тепле. Даже не обязательно было носить ботинки. Поэтому обычно он не уделял особого внимания своему внешнему виду. Новая одежда просто появлялась на его перекрестке, стоило Джеку этого захотеть. Обычно ткань была очень простая, а по стилю наряд всегда напоминал моду местных в той области, где находился перекресток. Правда, когда в почете оказались парики, Джек наотрез отказался их носить. Когда фонарю что-то не нравилось, он просто оставлял это у барьера на перекрестке. Со временем вещь исчезала сама собой.

Единственными вещами самого Джека были карманные часы, пальто и сапоги. Фонарю нравилась его обувь. Любые другие сапоги, которые мужчина когда-либо примерял, не казались подходящими.

Пальто – единственный предмет одежды, сделанный на заказ. Все пуговицы и застежки были уникальными в своем роде. Фонарю было необычайно приятно, когда Эмбер обратила на них внимание. В отличие от вампира Джек не следовал моде. Однако пальто в каком-то смысле делало фонаря тем, кто он есть. К тому же мужчина очень ценил воспоминание о том, как одолжил атрибут одежды Эмбер. Джека утешал один факт: даже когда ткань будет изъедена молью, а все нитки распустятся – пуговицы все еще останутся целы. Они станут единственным свидетельством его существования и напоминанием о том, что произошло с обычным смертным мальчиком по имени Джек, который был обречен на долгое скитание по миру со своей светящейся тыквой.

Джек выбрал самую простую одежду из предоставленной хозяином дома. Фонарь понадеялся, что его вещи просто почистят, а не выкинут. Дэверелл остановил свой выбор на самом кричащем наряде. Это оставило для Финни единственный вариант, находившийся где-то между модными пристрастиями фонаря и вампира.

Пока Дэв и Финни принимали ванну и одевались, Джек решил осмотреть их вещи.

Блокнот Финни его просто заворожил. Юноша быстро пролистал страницы и нашел несколько записей про себя. Первая сделана еще давно: видимо, после рассказа Эмбер про своего неуловимого хранителя. Он посмеялся над некоторыми наблюдениями парня. Джек был так заинтересован чертежами для новых приспособлений, что не заметил возвращения владельца блокнота.

– Интересное чтиво? – спросил Финни, вытирая свои лохматые рыжие волосы полотенцем.

– Ты довольно изобретателен. Я осмотрел вещи Дэва, но не нашел ничего интересного. А вот твои мысли по поводу вант на воздушном корабле заслуживают внимания.

– Да уж, лучшие идеи приходят в тот момент, когда призраки пытаются съесть твое лицо.

– Интересно, будет ли это работать.

В своих записях Финни выдвигал предположение: разумно было бы использовать подвижные ванты со светочем. Тогда призраки попадались бы в них, как рыба в сети.

– Мне интересно, – сказал Джек. – Что бы ты делал с пойманными призраками?

Финни пожал плечами:

– Отдал бы их Эмбер, я полагаю. Она сможет помочь им покинуть этот мир, если у нее хватит энергии. Наверное, Эмбер будет легче работать с маленькими группами.

– Это довольно спорная идея, – сказал Дэв, выходя из ванной и завязывая свой шейный платок. – Видимо, Джек не объяснил тебе: способность Эмбер абсолютно уникальна. И даже несмотря на это, ведьма ее уровня никогда не согласится тратить свое время и силы на помощь тем, кто уже обречен.

– Эмбер согласилась бы.

– Возможно, – неохотно уступил Дэв. – Но скажи мне, юноша – почему она должна это делать? Ты не думаешь, что в мире еще полно вещей или даже людей, которым Эмбер может посвятить свою жизнь?

Нахмурившись, Джек посмотрел в льдисто-голубые глаза Дэверелла и сказал:

– Эмбер имеет право самостоятельно решать вопросы, касающиеся собственной жизни.

Дэв одарил фонаря широкой улыбкой, обнажившей кончики клыков.

– Да, – согласился он. – Имеет.

Вампир пригладил волосы, осторожно перевязал хвост лентой и надел свою шляпу. Его наряд выглядел безупречно. Каждая деталь – от жилета и плаща до цепочки карманных часов и запонок – говорила об элегантности, утонченности и привилегированности своего владельца. Он был высок, хорош собой и мог заговорить кого угодно.

Джек не впечатлился внешним видом и горделивой осанкой Дэва. Он читал сердце вампира, словно открытую книгу. Видел насквозь наполненные кровью кости. Сердце Дэверелла переполняло отчаяние. Вампир надеялся, что Эмбер сможет все исправить. По мнению Джека, они не подходили друг другу. Девушка заслуживала большего, чем быть всю жизнь привязанной к мужчине, которому она требовалась лишь в качестве утешения и лекарства для душевных ран. Даже если Дэв считал, что способен сделать девушку счастливой – Джек прочел это в его ауре, – фонарь не верил в долгосрочность таких отношений.

В дверь постучались. Значит, настало время ужина.

Егор проводил их в гостиную и отправился за дамами.

Услышав хлопок двери, все трое обернулись и увидели Делию и Эмбер. Делия всегда была красивой женщиной, но в тот момент она выглядела особенно прекрасно. Черные волосы собраны в высокую прическу с завитками, едва достающими до обнаженных плеч. На ней было красное платье с черными вставками и длинной плиссированной юбкой, а также черный наружный корсет.

Дэв никогда прежде не видел, чтобы его сестра носила платье с турнюром. Ее голубые глаза – всего на один оттенок теплее глаз Дэва – сверкнули так, словно вампирша прочла мысли брата. Делия ненавидела турнюры. Но взгляд Дэва не задержался на сестре: все его внимание обратилось на миниатюрную девушку с пышными формами, вошедшую в комнату.

Платье Эмбер было немного проще наряда Делии. Однако от этого не становилось менее привлекательным. На ней была блуза цвета морской волны с воротником под горло, которая подчеркивала все достоинства фигуры, но при этом полностью закрывала декольте. Талия ведьмы плотно затянута корсетом того же цвета, украшенным морскими звездами, ракушками и другими подводными существами. Юбка оказалась простой и прямой: видимо, специально для того, чтобы всеобщее внимание было сосредоточено на корсете. Наряд дополняли длинные золотые перчатки и зеленая шляпка с павлиньими перьями.

Когда Эмбер поприветствовала всех присутствующих, кадык на шее Финни заходил ходуном: он пробормотал что-то неразборчивое и облизнул пересохшие губы. Эмбер только засмеялась в ответ. Дэв смотрел на нее так, словно девушка была вишенкой на торте. Вампир не мог дождаться, когда наконец-то сможет ее съесть. От его взгляда Эмбер залилась краской.

Темно-серые глаза Джека, напротив, излучали спокойствие и теплоту. Фонарь протянул ей руку, Когда Эмбер вложила в нее свою ладонь, фонарь осторожно поцеловал ее пальцы. Девушка мысленно проклинала тот момент, когда надела перчатки: юная ведьма предпочла бы почувствовать поцелуй на своей коже.

– Ты прелестно выглядишь, – сказал он.

– «Прелестно» – неподходящее слово, – вмешался Дэв. – Она просто неотразима.

Оба мужчины одновременно предложили девушке свои руки. Эмбер растерянно смотрела то на одного, то на другого – пока наконец не приняла решение.

– Финни? Ты не против? Я бы хотела поговорить с тобой кое о чем.

Рыжеволосый юноша тут же выпрямил спину и, ухмыляясь не хуже тыквы Джека у своего плеча, протянул Эмбер руку. От одного взгляда на хмурое выражение лица Дэверелла Делию начал распирать смех. Женщина все еще смеялась, когда Джек предложил стать ее спутником на время ужина. Вампирша с радостью приняла приглашение фонаря. Один за другим, все гости вышли на улицу.

Егор повел их вниз – к кораблю с широкой палубой и прозрачным стеклянным полом. Судно стояло в лагуне. Высокие колонны блестели от светоча, подогревая стеклянный пол и освещая пространство. Над их головами развернулось обсидиановое ночное небо, полное звезд. Когда Эмбер подняла взгляд наверх, у девушки перехватило дыхание: фиолетовый, синий и розовый разлились по небесному своду. Они то приближались, то отдалялись, словно морской прибой. Затем ведьма заметила то же самое в лагуне.

Сквозь стеклянный пол она могла видеть металлических рыбок. Морские обитатели светились достаточно ярко, их было видно даже в темной воде. Кошки доктора Фаррагута притаились в темных углах. Животные ждали, пока какая-нибудь рыба проплывет достаточно близко к поверхности, чтобы можно было схватить добычу лапой. Гости сели за стол в ожидании появления загадочного доктора.

Глава 30

Голодный, как оборотень

Проклятие Джека-фонаря

Они заняли свои места. Через несколько минут появился хозяин острова. Аспидно-синий камзол был застегнут на все пуговицы, обтягивая дородный живот доктора. Когда мужчина снял с себя шляпу и перчатки, оказалось: у него густые угольно-серые волосы, бакенбарды и длинные тонкие пальцы. Доктор приветственно улыбнулся всем присутствующим и подошел к столу.

– Мне очень приятно всех вас видеть, – сказал он веселым голосом. – Вы не представляете, как я счастлив, что сегодня за моим столом собралось столько гостей.

Доктор начал подходить ко всем по очереди, пожимать гостям руки и заглядывать в глаза.

– Дэверелл Блэкборн, – сказал он, шагнув к вампиру. – А я-то думал, что ты счастливо живешь далеко отсюда – в мире смертных.

– Да. Полагаю, во время нашей последней встречи вы помогали мне сбежать вместе с моей ведьмой. Благодаря вашей своевременной поддержке у нас все получилось.

– И где же твоя прекрасная половина?

– Она… мертва, – нехотя ответил Дэверелл. – Сгорела на костре.

Доктор печально щелкнул языком.

– О нет. Нет, нет, нет, нет, нет. Какое несчастье! – Он похлопал Дэва по спине чересчур энергично для человека, только что услышавшего столь прискорбные новости. После этого доктор направился к Делии.

Он щелкнул каблуками, взял вампиршу за руку и осторожно коснулся губами ее кожи.

– Мой дорогой капитан. Вы выглядите крайне привлекательно. Я рад был узнать, что идея с тайной подводной лодкой обернулась успехом.

– Да, так и есть. Если бы вы не дали Фрэнку чертежи, нас бы сейчас здесь не было.

Доктор начал театрально осматривать сидящих за столом.

– А где же наш старый друг? – спросил он. – Я просто обязан его увидеть.

– Он занят ремонтом. Полагаю, вы сможете встретиться утром.

Мужчина нахмурился, но недовольство быстро сменилось улыбкой.

– Да, почему бы и нет. Да, да. Я буду рад подключить его к аппаратам и проверить работу устройства.

Он повернулся к Финни:

– Приветствую вас, молодой человек. У вас просто невероятный цвет волос. Я не видел таких волос с тех пор, как…

Скривив губы, доктор достал из кармана очки и надел их себе на нос. Затем пристально оглядел Финни с ног до головы:

– Скажи мне, мальчик, ты смертный?

– Я – человек, если вы это имеете в виду, – ответил Финни и снял обычные очки, чтобы заменить их цветными линзами. Он покрутил разноцветные стекла, изучая доктора в ответ.

– Невероятно, – сказали собеседники в один голос.

Доктор усмехнулся и жестом указал на изобретение Финни.

– Можно?

Финни протянул ему очки с цветными линзами. Убрав свои обычные очки обратно в карман, доктор водрузил цветные линзы Финни на нос и начал увлеченно поднимать и опускать разные стекла.

– Как интересно! – сказал он. – Если я не ошибаюсь, ты пытался увидеть мою ауру.

– Так и есть, – ответил Финни.

– И как, получилось?

Финни нахмурился:

– Нет. Не совсем. Она немного… нечеткая.

– Какое удивительное изобретение, – сказал доктор и вернул очки парню. – Выдающееся достижение для смертного человека. Особенно такого юного. Скажи, тебе интересна металлургия?

– Меня многое интересует. Я знаю, что мой мир сильно отстал от вашего в сфере технологического развития. Но я уже давно работаю над машиной, которая сможет самостоятельно собирать урожай.

– Неужели? – ответил доктор с довольной улыбкой.

– По сравнению с машинами Иного мира это просто хлам.

– Безусловно. И все же построить такую машину в одиночку довольно сложно. Я думаю, у вас светлое будущее, молодой человек. – Доктор бросил на Эмбер проницательный взгляд, прежде чем снова посмотреть на Финни. – Очень светлое.

– Мне бы очень хотелось увидеть вашу лабораторию, – сказал Финни.

– Непременно. Егор все организует. Егор, – окликнул слугу доктор Фаррагут так громко, словно разговаривал с глухим. – Ты должен показать юноше лабораторию.

– Да, хозяин, – ответил Егор.

Доктор остановился и повернулся к своему слуге:

– Егор, сколько раз я должен повторять? Зови меня «доктор», а не «хозяин».

– Конечно, доктор-хозяин.

Вздохнув, доктор подошел к Джеку:

– Ах, вот и герой дня. Боже правый, за моим столом не было фонаря уже… очень много лет. Рад приветствовать вас на моем острове, уважаемый.

Доктор протянул фонарю руку и несколько секунд неподвижно стоял в неловкой тишине – пока Джек все-таки не соизволил пожать ее.

– Не хочу показаться грубым, но где вы храните ваш уголек?

– Мой свет заключен в тыкве, – ответил Джек и устремил взгляд на свою тыкву, парящую в воздухе за спиной доктора.

– В тыкве, говорите? – Доктор повернулся и чуть не вскрикнул от страха. Однако быстро взял себя в руки и снова достал из кармана очки. – Ах, как любопытно.

Он попытался осмотреть тыкву с разных сторон, но овощ упрямо продолжал поворачиваться к нему ухмыляющимся лицом. Доктор придвинулся к тыкве слишком близко. Огонек внутри быстро замигал, словно она собиралась чихнуть.

– Эмм, да. Я полагаю, у меня еще будет время на изучение вашего света. Итак, я уверен: вы все страшно голодны.

– Вы забыли про меня, – сказала Эмбер, поднявшись со своего места и сделав реверанс.

– В самом деле, забыл, – признал доктор, поцеловав ее руку.

Эмбер заметила у доктора кривой зуб. Но в остальном его лицо и кожа выглядели безупречно. Слишком безупречно для человека его возраста. Снизу раздалось мяуканье: доктор опустил взгляд, наклонился и взял на руки большую полосатую кошку.

– Почему тебе вечно нужно быть в центре внимания, Брунгильда? – спросил доктор. – Разве ты не видишь, что я разговариваю с милой маленькой ведьмой?

Брунгильда заурчала. Вскоре остальные кошки собрались вокруг доктора и Эмбер.

– Приношу свои извинения, дорогая. Кошки испытывают к ведьмам естественную симпатию. Боюсь, ты для них как кошачья мята. Животным нравится легкое покалывание разрядов светоча, которое они получают при трении о тебя.

– Я не против, – сказала Эмбер и нагнулась почесать черного кота с белой полоской на мордочке. – Как его зовут?

– Никодемиус, – рассеянно ответил доктор, наблюдая за котом. Тот с громким мяуканьем вцепился в юбку Эмбер.

Другая кошка прыгнула к ведьме прямо в руки. Эмбер еле успела ее поймать. Доктор торопливо поставил Брунгильду на пол и вырвал кошку у девушки из рук.

– Хэйзел, ну что ты за хулиганка, – сказал он, щелкнув животное по носу.

Доктор опустил кошку вниз и отогнал прочь. Однако на ее место тут же пришли другие.

– Ну что же, – сказал доктор в окружении десятков кошек. – Это начинает доставлять неудобство. Егор, я хочу, чтобы поблизости не осталось ни одной кошки.

– Как пожелаете, хоз… доктор.

Он хлопнул в ладоши. Кошки зашипели и повернули головы в сторону слуги. Егор опустил одну руку в карман. Все наводнявшие палубу животные исчезли из виду довольно быстро. Эмбер даже не успела понять, куда они убежали.

– Как… как вы это сделали? – спросила она.

– Что именно, моя дорогая?

– Заставили кошек следовать вашим командам?

– О, это довольно просто. В каждую из них вживлен маленький чип размером с ноготь на твоем мизинце. Он бьет животных слабым шоковым разрядом: недостаточным для ощущения какой-либо боли, но все же довольно раздражающим. Это и заставило их уйти.

Эмбер бросила взгляд на Финни. Его глаза расширились от удивления. Юноша начал что-то быстро записывать в свой блокнот.

– Итак, – сказал доктор. – На чем мы остановились? Ах, да. Вы собирались представиться.

Эмбер уже не была так очарована доктором – он ведь прогнал кошек.

– Я полагаю, будет более уместно, если вы представитесь первым.

– Я? – Доктор обвел глазами всех присутствующих за столом. – Разве еще этого не сделал?

Эмбер покачала головой.

– Хорошо, – сказал доктор. – Боюсь, докторам и философам свойственно забывать правила поведения в светском обществе. Вы простите меня, моя дорогая?

Эмбер кивнула. Он поклонился и продолжил:

– Тогда позвольте мне представиться должным образом. Меня зовут доктор Монро Фаррагут. Я живу здесь, на Острове Мертвеца.

Эмбер нервно сглотнула.

– Какое… какое очаровательное название. Вы сами его придумали? – спросила ведьма.

– Название острову дали пираты. – Из темноты раздался низкий мужской голос.

– Ох, я забыл представить вам еще одного моего гостя. Так и знал, что кого-то не хватает. Проходите, прошу вас, – радостно воскликнул доктор. – Не стесняйтесь. Мы все здесь друзья.

Сперва Эмбер не узнала появившегося из темноты красивого мужчину. Все встало на свои места, когда Делия вскочила из-за стола.

– Что он здесь делает? – настойчиво спросила капитан. – Вы должны были запереть его в подземелье, а ключ выбросить в лагуну.

– Я попрошу вас с уважением относиться к моим гостям, – резко сказал доктор. – Капитан Грейдон, вы будете сидеть между юной ведьмой и мной.

Вышедший к ним мужчина был одет так же безукоризненно, как Дэв. Но как только капитан сел за стол, он сорвал с себя шейный платок и расстегнул верхние пуговицы рубашки, обнажив загорелую шею.

Наконец начали подавать ужин. В первую очередь им принесли теплый рыбный суп и тосты с тыквенным маслом. Когда Финни откусил кусочек от своего тоста, тыква Джека начала возмущенно мигать. Джек посмотрел на тыкву, затем перевел взгляд на хлеб. В конце концов, пробормотав извинения себе под нос, фонарь отодвинул тарелку с тостами подальше.

Затем принесли запеченного фазана, соленый зеленый солерос и мясо, по вкусу напоминавшее свинину. Позднее на столе появилось блюдо со странным животным. У этого существа было множество щупалец и огромная голова. Кусочек пурпурно-розового мяса положили на тарелку Эмбер. Однако девушка не торопилась пробовать деликатес.

– Это рыба?

– Осьминог, – ухмыляясь, сказал Дэв. – Младший брат кракена.

Эмбер и Джек ели с осторожностью – особенно когда доктор стал хвастливо рассказывать о сырах. Эти сыры очень понравились Дэву. Они были произведены из молока морских млекопитающих. Капитан-оборотень поглощал все, что попадалось под руку, даже не удосуживаясь сначала распробовать блюдо.

В те редкие моменты, когда капитан не ел и не пил из своей кружки огромными глотками, он прожигал взглядом Делию. Женщина не обращала на бывшего возлюбленного никакого внимания.

Эмбер попыталась разрядить обстановку.

– Доктор, пожалуйста, расскажите о своей работе.

– О, так вы тоже желаете стать изобретателем, как ваш друг? – добродушно поинтересовался доктор. – Может, вы тоже захотите посетить лабораторию?

– Это было бы просто замечательно.

– Великолепно! – Он одарил Эмбер блаженной улыбкой. – Что касается моей работы: вы наверняка видели мои изобретения по пути сюда.

– Да, – ответила Эмбер. – Все эти рыбы – ваших рук дело?

– Конечно. Я пытался объединить живое и механическое.

– Вы хотели их защитить? Поэтому они словно в металлической броне?

– Вовсе нет. Это просто удачный побочный эффект. – Доктор поднес вилку ко рту и некоторое время задумчиво жевал, прежде чем отложить прибор и продолжить. – О боже. Пытаться вложить всю информацию о долгих годах исследований и экспериментов в простое и короткое объяснение – самое неблагодарное занятие.

Он почесал кончик носа и продолжил:

– У всех разумных существ есть общий враг. Злодей, чье тихое бормотание сначала сложно разобрать. Но с течением времени голос становится все громче. В конце концов, он превращается в оглушительный крик. Этот корень зла я и пытаюсь уничтожить.

– Я не совсем вас понимаю, – сказала Эмбер, поставив на стол кубок.

– Враг, о котором я говорю, – сама смерть. Скажите: если бы существовал способ извлечь саму сущность жизни, взять ее в руки и наделить бессмертием, вы бы это сделали?

– Я… я не знаю, – запинаясь, сказала Эмбер. – Полагаю, для ответа на ваш вопрос у меня не хватает опыта.

– В самом деле? А что насчет вас, Джек? Из всех присутствующих вы получили больше всего выгоды от моих исследований.

– Каким образом?

– Именно мои исследования сделали существование фонарей возможным.

Нож Джека со звоном упал на стол.

– Должно быть, вы ошибаетесь, – сказал Джек. – Мы с моим наставником Руном заключили контракт много лет назад. Вас тогда еще и на свете не было.

– Ах, это вы ошибаетесь, молодой человек. Мне четыре тысячи девятьсот девяносто девять лет – плюс-минус несколько дней.

– Вы, конечно, шутите, – сказала Эмбер.

– И в мыслях не было.

Девушка нахмурилась:

– Тогда вы, должно быть, не человек.

Доктор проигнорировал это замечание и продолжил:

– Давайте вернемся к первоначальному вопросу. Если бы вы держали в руках ключ к бесконечной жизни, стоя перед дверью, за которой кроются все секреты вечности, – вы бы нашли в себе смелость открыть ее?

– Нет, – отрезал Джек, бросив на стол салфетку. – Есть вещи, которые не следует знать никому. Кроме того, на свете живет много злодеев и подлецов: мир станет только лучше после их смерти.

– Но если бы вы могли определять, кому подарить вечность, скажем, при взгляде им в душу?

Джек замер. Доктор как раз описал умения фонаря.

– Это не имеет значения, – сказал Джек. – Ваш так называемый «подарок» обрек меня на вечную жизнь в рабстве.

– Мне кажется удивительным ваше возмущение. Вы бы предпочли смерть от эпидемии, на виселице, на войне? Вас оградили от этих вещей и сделали стражем. Сейчас вы – гораздо большее, чем простой смертный, которым когда-то являлись.

– Может быть. Но, возможно, смысл жизни как раз в том, чтобы испытать все те вещи. Я никогда не узнаю, какой моя жизнь могла бы быть.

– Ну что ж, – доктор улыбнулся, – я понимаю ваши чувства. Когда я только начал свои исследования, меня одолевали сомнения. Я задавал себе те же самые вопросы, что и вы. Но человек моего положения должен относиться к своим творениям с некоторой долей безразличия – иначе есть риск сойти с ума.

Эмбер подумала: возможно, доктор уже сошел с ума.

– Я прошу только об одном, – сказал доктор. – Вы не должны забывать: за все исследования и изобретения приходится платить. Их могут использовать на благо или во вред. Но, согласно моей философии, я не должен размышлять о политике и спрашивать себя, имеет ли то или иное изобретение право на жизнь. Я должен выяснять, может ли оно быть создано. Нет смысла спорить о морали, когда я даже не знаю, сработает идея или нет.

Доктор откинулся на спинку стула, сложив руки на широком животе.

– Итак, достаточно серьезных разговоров, – весело сказал он. – Егор? Принеси-ка нам чай.

Как только слуги убрали тарелки, доктор наклонился вперед. Мужчина поставил локти на стол и облокотился на руки своим мягким подбородком. Он посмотрел на Делию. Затем перевел взгляд на Грейдона:

– Я думаю, настало время прояснить ситуацию. Все это время старый добрый капитан был двойным агентом.

– Двойным агентом? – Делия резко подняла глаза. – Для кого?

Доктор отрезал себе кусочек слоеного пирога, положил его в рот и начал медленно пережевывать, пока все за столом томились в ожидании ответа.

– Лимонный пирог просто восхитителен! – Он подвинул тарелку к Эмбер. – Обязательно попробуйте хотя бы кусочек. Секретный ингредиент – яйцо, отложенное подругой Нестора. Из ее молока получаются самый мягкий творог и самая воздушная меренга. Кстати, она недавно умерла в результате неудачной вивисекции[13]. Какая жалость.

Эмбер побледнела и покачала головой. Доктор тем временем положил себе еще кусочек пирога.

– О чем это я? Ах да. Капитан Грейдон. Наш бравый капитан играл роль шпиона при дворе Владыки Иного мира. На самом деле он все это время был моим агентом и скармливал нашему правителю ложную информацию.

– Н-но, – запинаясь, произнесла Делия. – Но зачем?

Капитан Грейдон вздохнул и сказал всего одно слово, которое доктор желал от него услышать. Он поднял на Делию усталые глаза с покрасневшими веками и пробормотал:

– Фрэнк.

Глава 31

Смерть ей к лицу

Проклятие Джека-фонаря

– Фрэнк? – повторила Делия. – Какое отношение он имеет к происходящему?

Бросив салфетку на стол, Грейдон отклонился на спинку стула: было очевидно, что новая тема разговора оборотню не по душе.

– Наш добрый доктор не раз спасал Фрэнку жизнь, – сказал он.

– Да, конечно. Но за это мы продавали его изобретения на черном рынке.

Грейдон покачал головой:

– Настоящая цена была гораздо выше. Одно только сердце Фрэнка стоило больше, чем весь «Аэробус Фантом». Я не видел способа вернуть долг – особенно после…

Он замолчал, прервав фразу.

Доктор тем временем перешел ко второму десерту. Он вовсю уминал вязкий пудинг, не забывая при этом следить за разговором вампирши и оборотня.

– Продолжай. Расскажи ей все.

– Доктор… вернул к жизни не только Фрэнка.

– Кого же еще?..

Доктор засмеялся.

Глаза оборотня вдруг засеребрились. Он зарычал на Фаррагута. Затем Грейдон снова повернулся к Делии. Взгляд мужчины потух.

Делия замерла на месте.

– Нет. Скажи мне, что это ложь.

– Это так. Помнишь наше столкновение с фрегатом, перевозившим батареи? Ты была ранена. – Грейдон запнулся. – Я так и не сказал тебе: тогда доктор спас твою жизнь.

– Да. И это была блестящая операция – не сочтите за хвастовство. Если вы осторожно проведете пальцами по шрамам у себя на затылке, то почувствуете под кожей маленькую металлическую пластину размером с монету.

Делия положила руку себе на затылок. Ее дыхание участилось, когда вампирша нащупала края упомянутой доктором пластины.

– Что… что вы со мной сделали? – растерялась она.

– Я боюсь, ответ на этот вопрос займет очень много времени. Если говорить коротко – я оживил ваш мертвый мозг.

– Я… умерла?

– О да, вполне. Мне удалось захватить искру жизни в ваших вампирских костях и заключить ее в уголек. Затем я использовал опыт, полученный при восстановлении Фрэнка и создании фонарей. Таким образом, вы, моя милая вампирша, – первое действительно бессмертное существо, которое я создал. Мои поздравления!

Фаррагут начал хлопать в ладоши. Стоящие вокруг слуги присоединились к овациям. Энтузиазм доктора сошел на нет, когда он понял: никто из гостей не разделяет столь радостного настроения.

– Я не понимаю, – сказал доктор. – Неужели это не повод для праздника?

– Я… я – чудовище! – воскликнула Делия.

От удивления доктор выронил из рук салфетку, в то время как Дэв утешающе сжал руку сестры.

– Нет, моя дорогая. Совсем нет, – возразил Фаррагут. – Вы – чудо. Сочетание живого и механического.

Он раздраженно ударил рукой по столу.

– Кроме того, я ненавижу слово «чудовище». Разве все мы не являемся чудовищами? Кто мы такие, чтобы судить других со всей строгостью? Вы, моя дорогая, – настоящая редкость. И очень мне дороги.

– Да. Делия вам так дорога, что вы поставили ее на предохранитель, – огрызнулся Грейдон.

Доктор скривил губы от возмущения.

– Это мелочь, уверяю вас. Просто маленький переключатель – на случай, если что-то пойдет не так.

– Что-то может пойти не так? – почти неслышно пробормотала Делия.

В этот момент Дэверелл не выдержал и закричал:

– Какой переключатель?

Вместо доктора ответил Грейдон. На несчастное лицо оборотня было больно смотреть:

– Если бы я отказался сотрудничать, с помощью этого переключателя доктор отключил бы ее мозг. Делия бы умерла на месте.

Дэв вскочил из-за стола, опрокинув стул.

– Вы – чудовище! Кто дал вам право играть с чужими жизнями?

– Ну, технически она уже не относилась к живым, не так ли? Ваша дорогая сестра была трупом. Возможно, вам стоит об этом подумать, прежде чем разбрасываться обвинениями.

Делия облокотилась на спинку стула. Вампирша посмотрела на Грейдона: в его глазах женщина увидела бесконечную ненависть к самому себе и все те жертвы, на которые оборотень пошел ради спасения ее жизни.

Доктор отодвинулся от стола.

– Я боюсь, что не готов выслушивать все эти обвинения. Мой аппетит безнадежно испорчен. Прошу меня извинить. Думаю, мне пора вернуться в свои покои. Советую вам сделать то же самое.

– А если мы покинем остров? – пригрозил Дэв.

– Ах, видите ли, добровольное сотрудничество со мной в ваших же интересах. Как уже объяснил капитан Грейдон: я буквально держу палец на пульсе нашей милой Делии. Итак, теперь все карты выложены на стол. Только вам решать, гости вы здесь или пленники.

Доктор очаровательно улыбнулся:

– За долгие годы своей жизни я осознал: счастье часто зависит от отношения к происходящему. У вас впереди целая ночь на эти размышления. Пожалуйста, допейте свой чай. Егор и остальные проводят вас в комнаты, когда закончите.

Он встал из-за стола и покинул ошарашенных гостей.

Ко всеобщему удивлению, первым заговорил Финни. Юноша почесал нос и заявил:

– Я считаю, мы должны сотрудничать. Нам нечего терять – но можно кое-что приобрести.

Эмбер сжимала в руках чашку с давно остывшим чаем.

– Джек, можно… можно мы вернемся домой?

Дэв не мог бросить сестру. Однако вампир способен помочь Джеку с Эмбер спастись. Ему было бы приятно знать, что ведьма выбралась из этой передряги живой. Он ждал ответа Джека в надежде, что у фонаря припасены хоть какие-нибудь идеи.

Джек покачал головой.

– Я не знаю, как нам выбраться с острова. Моя тыква может летать – но ты и сама видела, что она с трудом удерживает вес Финни. – Фонарь повернулся к Делии. – Может, удастся починить лодку?

Делия не нашла в себе сил говорить. За нее ответил Грейдон:

– Боюсь, даже на лодке мы не уплывем далеко. Доктор контролирует Нестора. Если Фаррагут не хочет нашего отъезда с острова – мы ничего не сможем с этим поделать.

– Ты… ты стал шпионом ради меня? – вдруг вымолвила Делия.

Оборотень поднялся со своего места и опустился на колени рядом со стулом Делии.

– Все началось с Фрэнка, – сказал он. – Уже тогда я стал должником доктора. Фаррагут попросил выполнять его мелкие поручения. Запросы доктора увеличились, когда он вернул тебя к жизни. Я понимал: мы будем его марионетками до конца жизни. Поэтому решил – ты сможешь избежать такой судьбы, если будешь считать меня мертвым. Я бы все рассказал тебе еще на подводной лодке, но он… он все время слушает.

– Ох, Грейдон, – сказала Делия со слезами на глазах.

– Мне жаль, что все так получилось, – продолжил оборотень. – Сначала он не сказал мне о предохранителе. Потом стало слишком поздно. Я понятия не имел, что доктор на такое способен. Если бы я знал…

Капитан растерянно провел рукой по длинным каштановым волосам.

– Если бы я знал, то все равно сделал бы то же самое. Я не мог потерять тебя тогда. И отказываюсь терять сейчас. Я сделаю для тебя все, что угодно, Дел.

Женщина протянула руку и провела большим пальцем по его широкому лбу, пытаясь сгладить собравшиеся морщинки. Как ни странно, в тот момент она думала только о том, что эти морщинки символизируют. Они означали: когда-нибудь Грейдон умрет, а вампирша – нет.

В это время Дэв раздумывал: как вытащить всех из ситуации, в которую сам же их и поставил. Неужели вампир упустил тот момент, когда доктор окончательно сошел с ума?

– Я согласен со смертным мальчишкой, – объявил Дэв, устало подняв голову. – Мы будем сотрудничать с доктором. Судя по всему, другого выхода нет.

Он поднялся из-за стола.

– Джентльмены, настало время проводить дам в их покои.

* * *

Когда все вернулись в свои комнаты, Грейдон поведал Джеку и Дэвереллу всю историю целиком. Оборотень рассказал им о странных предметах, которые доктор просил достать. Среди них были различные тоники и эликсиры, необычные образцы растений – как из мира смертных, так и из Иного мира – металлы всех видов и несколько коробок с котятами. Тогда капитан надеялся, что доктор больше ничего от него не потребует. Но тот потребовал.

– Он отправил нас на смертельное задание, – сказал Грейдон. – Владыка Иного мира украл у доктора какие-то технологии и использовал их ради создания машины Судного дня. «Аэробус Фантом» должен был отвлечь дредноут Владыки, на котором перевозили эту машину. Тогда корабль доктора смог выкрасть ценный груз.

– Делия рассказывала об этом, – сказал Дэв. – Она уверяла, что машина может отделить Иной мир от мира смертных. Такое действительно возможно?

– Так мне сказали. Но я не знаю, правда ли это. Когда корабль доктора уничтожил дредноут Владыки, Фаррагут заставил меня переодеться в одежду одного из офицеров и оставил плавать среди обломков. Потом спасательная команда выудила меня из воды и приняла за своего. В итоге я оказался шпионом на борту флагмана Владыки Иного мира. – Грейдон повернулся к Джеку. – Это довольно странно – но когда мы атаковали «Аэробус Фантом», нашим кораблем командовал фонарь.

– Как он выглядел? – спросил Джек, хотя уже заранее знал ответ капитана.

– Нам не сообщили имени, но его уголек находился внутри сережки.

– Рун, – сказал Джек, – я всегда знал, что он работает на Владыку Иного мира. Однако не думал, будто Рун занимается чем-то помимо вербовки новых фонарей или проверки перекрестков. Похоже, он скрывает куда больше, чем казалось на первый взгляд.

На секунду Джек задумался.

– Ты ведь тоже работаешь на Владыку, – неожиданно сказал он Дэву. – Разве ты не ловишь ведьм за вознаграждение?

– Я принял задание по поимке ведьмы на твоей территории. Но меня нанял не Владыка Иного мира.

– Тогда кто? – спросил Джек.

– Верховная ведьма.

– Разве это не одно и то же?

– Признаю, что не могу с уверенностью ответить на этот вопрос, – сказал Дэв. – Но все-таки мне так не кажется. Я думаю, у ведьмы есть свои причины искать встречи с Эмбер. Но это больше не имеет значения. Я передумал везти Эмбер в столицу вскоре после нашего знакомства. Я надеялся, что смогу убедить ее скрыться вместе со мной где-нибудь в мире смертных.

– Конечно, – Джек скрестил руки на груди, – чтобы всю оставшуюся жизнь она снабжала тебя своей кровью.

– Я не собираюсь причинять ей боль, – сказал Дэв. – Эмбер важна для меня. Я надеюсь, что когда-нибудь она сможет ответить мне взаимностью.

– Это чертовски маловероятно, – пробормотал Финни.

В этот момент где-то в доме раздались звуки скрипки. Сначала мелодия была тихой. Однако постепенно становилась все громче и тревожнее – пока не окрасилась в совершенно безумные тона. Капитан Грейдон побледнел.

– Он играет на скрипке, только когда с утра предстоит делать операцию.

Все четверо тяжело сглотнули.

– Доктор считает, будто это помогает ему сосредоточиться.

Финни достал свой блокнот.

– Не время расклеиваться, парни. Мы не будем вести себя как овцы, которых ведут на убой. Сможем сбежать или нет: я считаю, в первую очередь мы должны подготовиться к завтрашнему дню. Следует подыгрывать Фаррагуту. Очевидно, доктору нравится говорить о себе и своей работе. Мы можем узнать очень многое, если будем просто слушать. Чтобы спасти Делию, нам нужно выяснить принцип работы ее предохранителя.

– Согласен, – сказали Дэв и Грейдон в один голос.

– Джек? – Финни посмотрел на фонаря.

– Похоже, у нас нет другого выхода. Но есть еще кое-что, что вы должны знать о докторе.

– О чем ты говоришь? – спросил Грейдон.

– С его внутренним светом что-то не так. Финни тоже это заметил. Когда моя тыква осветила доктора, луч не выявил ничего: ни ауры, ни отражения души.

– Что это значит? – спросил Дэв.

– Это значит: либо он умеет блокировать свет фонарей, либо…

– Либо у доктора нет души, – закончил Финни.

Глава 32

Поцелуй смерти

Проклятие Джека-фонаря

Когда все уснули, Джек оставил свою тыкву охранять Финни и обернулся туманом. Он плыл по коридорам и лестницам, пока не оказался у комнаты девушек. Просочившись в щель под дверью, Джек принял человеческую форму и нашел спящую Эмбер.

– Эмбер, – мягко прошептал Джек. – Эмбер, ты в порядке?

– Ммм? – Девушка приоткрыла заспанные глаза и улыбнулась. – Джек.

Вдруг она резко села в кровати:

– Джек?

Ведьма вскочила на ноги и крепко его обняла.

– Я так рада, что ты здесь, – сказала она, прижавшись щекой к груди фонаря. – О, Джек, мне так жаль! Я должна была тебя послушать. Иной мир очень опасен! Мое любопытство оказалось сильнее всех разумных доводов…

Эмбер умолкла и отстранилась от него.

– Я думала, мне это по силам. Считала, что хорошо подготовилась. В итоге я лишь выставила себя глупой и взбалмошной девчонкой, которая не понимает своих действий. Я хотела бы объяснить тебе, почему мне так требовалось сюда попасть, но это невозможно. Чувство, что заставляло меня идти вперед, исчезло. Теперь остается только корить себя. Как подумаю о том, что я втянула в это еще и Финни…

Джек дотронулся пальцем до короткого завитка на ее виске.

– Вообще-то, это я втянул Финни во всё. И, честно говоря, мне кажется, что он не против.

Эмбер подняла на фонаря свои ясные глаза:

– Но тебе пришлось покинуть свой пост, чтобы отправиться за мной. Если бы не мое своеволие, ты бы сейчас находился дома: сидел бы у себя на мосту и дремал на солнце.

Джек мягко рассмеялся. От этого смеха у Эмбер потеплело на душе.

– Не знаю, поверишь ты или нет, но моя жизнь состоит не только из посиделок на мосту и сна.

– О, я знаю. Ты выполняешь очень важную работу.

– Я уже не так в этом уверен.

Его платиновые волосы сияли в темноте. Единственным источником света помимо шевелюры была маленькая газовая лампа. Эмбер очень захотелось прикоснуться к волосам Джека, почувствовать их мягкость на своей коже. Она облизнула губы и сказала:

– Часть твоей работы была действительно важной. По крайней мере, для меня.

– И какая же это часть?

– Ты приглядывал за мной всю мою жизнь. Даже когда я была еще маленькой. – Девушка отвернулась от него. – Когда я была совсем малышкой, то рисовала тебя с густыми бровями, крючковатым носом и угловатым лицом: мне казалось, ты должен быть достаточно устрашающим, чтобы отгонять мои ночные кошмары. Но постепенно рисунки изменились. Шли годы. Ты превращался во что-то совсем иное.

– В кого-то с тонкими бровями, круглым лицом и носом-картошкой? – поддразнил ее Джек. – Если так, то не могу даже представить, насколько ты была разочарована при виде настоящего меня.

Эмбер снова повернулась к юноше лицом.

– Когда я увидела тебя в зеркале в первый раз, я знала: это не просто игра моего воображения. Ты настоящий. И ты был гораздо красивее, чем я себе представляла даже в самых смелых мечтах. Все эти годы ты являлся моим другом – такой же важной частью моей жизни, как Финни. И все же с тобой дела обстояли иначе. Ты был секретом. И принадлежал только мне. Не можешь себе представить, насколько мне это было необходимо.

– Могу. Ты была одинока. Я видел эту боль в твоем сердце.

– А теперь? Видишь? – сказала Эмбер и подошла ближе. – Эта боль никуда не делась – хотя теперь и ощущается иначе. Я думала, что все изменится во время путешествия в Иной мир. Считала, что найду здесь себя. Но боль в сердце стала только острее. Чем больше я узнавала о значении ведьм, чем чаще обращалась к своим силам – тем отчетливее понимала: только одна вещь на свете сможет вдохнуть в меня новую жизнь.

– И что это, Эмбер? Что излечит твою тоску? – спросил Джек с полуулыбкой.

Девушка подняла голову и посмотрела в его серые глаза.

– Разве ты не видишь, Джек? Никто не знает меня так же хорошо, как ты. Моя душа открыта для тебя. Осталось только… заглянуть в нее.

Эмбер отступила назад, вытянула руки по швам, закрыла глаза и замерла на месте. Джек окинул взглядом фигуру с тонкой талией, сердцевидное лицо, алые губы и темно-каштановые кудри. Затем он всмотрелся глубже. Под белой ночной сорочкой, кожей, сквозь мышцы и кости горел внутренний свет девушки. Ее душа теплого золотистого цвета была хорошо ему известна. Фонарь отыскал ее сердце и впервые увидел вокруг него яркий контур.

Светящаяся полоска вокруг ее сердца практически замыкалась. Это было редким явлением и говорило о сильной привязанности к другому существу. Когда Джек смотрел в душу Грейдона, было очевидно: сердце капитана принадлежит Делии. Широкая красная полоса означала крепкую связь с вампиршей.

Но когда он смотрел в сердце Делии, контур был тонким, серым и обрывистым.

– Ты… ты в кого-то влюблена, – сказал Джек. Его собственное сердце забилось в груди, как пойманная в клетку птица.

– Да. Думаю, что влюблена, – тихо сказала она.

– Это не вампир.

– Нет, – признала Эмбер. – Не он.

У Джека начала кружиться голова. Он чувствовал себя опьяненным, никчемным и ни на что не годным.

– Финни будет счастлив узнать о твоих чувствах, – наконец сказал фонарь.

– Нет, Джек, это не Финни. Посмотри еще раз. Разве ты не видишь?

Эмбер взяла руку Джека и положила себе на грудь. Его пальцы коснулись ключицы ведьмы. Мужчина почувствовал тихое биение ее сердца. Глаза фонаря зажглись серебром. Он снова посмотрел на девушку. В этот раз Джек не отводил взгляд. Приоткрыв рот, он изучал золотое свечение души Эмбер и обрамлявший сердце контур. Он был… белым. Мужчина никогда прежде не видел полоску белого цвета. Контур был похож на… на свет фонаря.

Джек резко посмотрел ей в глаза: его зрачки больше не отливали серебром.

– Что это значит? – спросил фонарь.

– Это значит, – сказала Эмбер, – что я влюбилась в своего хранителя.

Джек сжал губы и напряг подбородок, отчего скулы стали еще острее обычного.

– Это невозможно, Эмбер, – отрицал мужчина. Он желал, чтобы все оказалось правдой.

– Почему нет? Потому что ты не видишь во мне женщину?

Джек отвернулся:

– Поверь мне, проблема не в этом.

– Тогда почему ты сказал Финни, что не можешь меня полюбить?

Мужчина застыл на месте:

– Ты слышала наш разговор?

– Только твои последние слова.

– Эмбер.

Когда Джек снова повернулся к ней, девушка старательно отводила глаза.

Тот разочарованный тон, с которым фонарь произнес ее имя, резал сердце Эмбер хуже ножа. Юная ведьма не могла сдержать слез.

– Тогда… тогда забудь, что я вообще об этом заговорила. Тем более сейчас у нас есть проблемы посерьезнее.

Джек взял Эмбер за руки и слегка встряхнул девушку, чтобы поймать ее взгляд. Когда он увидел слезы в глазах своей подопечной, сердце фонаря растаяло. Джек смахнул бегущую по ее лицу слезинку и нежно погладил девушку по щеке.

– Моя маленькая упрямая ведьма, – мягко сказал он. – Не стоит думать, будто тебя нельзя полюбить. Если бы я не был обречен скитаться по земле, как беспокойный дух; если бы являлся простым смертным, я стал бы первым ухажером в очереди. Хочу, чтобы ты это знала.

– Ты бы… ты бы ухаживал за мной?

Джек засмеялся:

– Я бы следовал за тобой по пятам, как Финни. Смотрел бы на тебя влюбленными глазами. Я бы отваживал от тебя всех потенциальных поклонников, читал стихи и проводил вечера под твоим окном – в надежде украсть хотя бы один поцелуй.

Эмбер сделала шаг навстречу Джеку и смело коснулась руками торса мужчины, сжав пальцами ткань его свободной рубашки. Он задержал дыхание.

– Правда? – спросила она.

Широко раскрытые глаза девушки были полны желания.

Те места на его коже, которых Эмбер касалась руками, горели словно от клейма. Джек чувствовал: живший внутри огонь постепенно оживает. Это означало, что теперь его скелет можно увидеть сквозь кожу. Фонарь опустил взгляд на свою маленькую ведьму, ожидая увидеть страх на прекрасном лице.

Увиденное было намного хуже. Эмбер подняла подбородок и посмотрела на него снизу вверх – взглядом, полным благоговения и трепета. Такой взор мог быть лишь у женщины, испытывающей муки первой любви. Он был пьянящим и притягательным. Не в силах противиться искушению, Джек запустил пальцы в блестящие волосы ведьмы.

– Правда, – наконец ответил он.

Джек наклонился и поцеловал ее тонкие мягкие веки. Ресницы Эмбер дрожали, щекоча его губы. Она вздохнула. В этом звуке мужчина услышал удовлетворение и глубокое наслаждение. Решив, что этого недостаточно, Джек мягко и медленно поцеловал ее в обе щеки.

Эмбер никогда не думала, что такой невинный поцелуй может быть таким чувственным. Все ее тело дрожало. Девушке казалось, будто она стоит на пороге чего-то восхитительного. Что за порогом ее ждет самый головокружительный момент жизни – надо лишь набраться смелости и сделать шаг вперед.

Светоч заполнил каждую клеточку тела юной ведьмы, воспламеняясь и обостряя все чувства. Покалывание его небритой щеки, прикосновения губ, мягкость шелковистых волос, тепло тела и ощущение его рук на ее коже – каждое движение отдавалось в сознании Эмбер яркой вспышкой.

Джек собирался отстраниться, когда почувствовал ее сбивчивое дыхание на своем лице. Девушка протянула руки, положила ладони ему на щеки и начала покрывать острые скулы беспорядочными поцелуями. Джек улыбнулся. Но не успел мужчина осознать происходящее, как ведьма накрыла его губы своими. Фонарь замер в нерешительности, не находя в себе силы ни отстраниться, ни ответить на поцелуй.

Что-то внутри Джека сломалось: он обвил ее руками и поцеловал в ответ с той же страстью. Пальцы девушки нетерпеливо впились в его руки, а губы начали двигаться слишком судорожно. Мужчина поймал ее ладони и прижал их к своей груди. Затем он обхватил лицо Эмбер руками и поцеловал ее медленно и томно – будто впереди их ждало полное приятных моментов будущее, которое влюбленные могли бы разделить вместе.

Пальцы фонаря касались мягкой кожи у нее за ухом, а его губы спускались вниз по изгибу шеи ведьмы. Когда рука хранителя обвилась вокруг ее талии, притягивая девушку ближе, Эмбер застонала и снова принялась искать его губы. Они плавились в объятиях друг друга, как масло и сахар в жаркой печи. Эмбер чувствовала: ее кровь начинает кипеть и обжигать кожу изнутри.

Щетина Джека щекотала пальцы Эмбер. Она наслаждалась контрастом между крошечными колючими волосками и нежной кожей его губ. Девушке хотелось целовать его вечно. Эмбер тянуло к Джеку. Чем дольше ведьма ласкала мужчину, тем большего ей хотелось. Внезапно Джек поймал руки Эмбер и остановил ее.

Подняв голову, Эмбер посмотрела на юношу. Юношу, которому доверяла больше всех на свете, с кем хотела провести всю жизнь и ради которого была готова на все. Они оба раскраснелись и тяжело дышали. Эмбер не терпелось услышать его дальнейшие слова. Может, Джек желал выразить свои чувства. Возможно, он намеревался спросить, не слишком ли быстро развиваются события. А может, хотел обсудить их совместное будущее.

Минуты ожидания казались юной ведьме вечностью – пока она смотрела в его глаза с надеждой и расцветающей любовью. Наконец фонарь заговорил.

– Эмбер, – сказал он охрипшим голосом.

Девушке понравилось, как Джек произнес ее имя.

– Да, Джек? – Слова прозвучали тихо. Их переполняло желание.

– Это было ошибкой.

Глава 33

Крик ведьмы

Проклятие Джека-фонаря

Эмбер не поверила своим ушам.

– Что… что это значит?

– Это значит, что мы не можем быть вместе. – Джек взял ее за руки и отступил на шаг. – Посмотри на меня, Эмбер. Что ты видишь?

– Я вижу юношу. Очень привлекательного. Юношу, которого я…

Он покачал головой:

– Нет, ты видишь далеко не всё. Взгляни еще раз.

В этот раз Джек обратился к живущему внутри странному свету. Все его тело наполнилось пульсирующей силой. Она подсветила кости настолько, что верхний слой кожи стал практически невидимым. Когда фонарь начал говорить, череп устрашающе заскрежетал зубами. Руки, сжимавшие ладони Эмбер, обратились белыми костями. Бледное сердце Джека билось в оголенной грудной клетке.

Отступив на шаг, Эмбер оглядела юношу с ног до головы. Джек не прятал от нее ничего: широко раскинув руки, он медленно повернулся вокруг своей оси. Девушка завороженно смотрела за движением костяных бедер и ног под кожей. Наконец он остановился, опустил руки и приготовился выслушать вердикт своей подопечной. Теперь она знала, кем Джек был на самом деле. И сейчас ведьма должна понять, почему они не могут быть вместе.

– Интересно, – сказала Эмбер.

Джека настолько потрясла ее спокойная и даже заинтересованная реакция, что его внутренний свет потух.

– Ты можешь это контролировать? – спросила ведьма и заходила вокруг него кругами. – Финни бы наверняка захотел изучить костную структуру человека, не… ну ты понимаешь. Не убивая его.

– Что? – изумленно пробормотал фонарь. – Нет, Эмбер, не в этом дело.

– Тогда в чем? Ты думаешь, что вот это, – девушка помахала рукой, указывая на его тело, – веская причина для нашей разлуки? Это просто подсвеченный скелет, Джек. У меня внутри тоже есть кости – ты что, забыл?

– Нет. Но я другой, Эмбер. У меня нет души. Ее забрали у меня и поместили в тыкву.

– Но ведь доктор сказал, что является создателем фонарей. Если твоя душа находится в тыкве, мы уговорим Фаррагута вернуть ее тебе.

– Я мертв, Эмбер, – прямо сказал Джек. – Ты хочешь провести жизнь с мертвецом?

– Технически Делия тоже мертва. Грейдона это ни капли не волнует. Ты же не думаешь, что мои чувства настолько несерьезные, что я так легко от тебя отступлюсь?

Джек вздохнул.

– Нет. Ты самая серьезная и упрямая девушка, которую я когда-либо встречал.

Фонарь снова посмотрел на ее губы. Рядом с Эмбер он напрочь забывал о реальности: Джеку хотелось заключить девушку в свои объятия и никогда не отпускать. Внутри юноши разрасталось крошечное семя надежды, распуская нежные, тонкие листья. Он взял руку ведьмы и поцеловал кончики пальцев.

– Мы поговорим об этом в другой раз. Согласна?

– Согласна, – ответила Эмбер с сияющей улыбкой. – Итак, ты же пришел сюда не только за тем, чтобы целовать меня, пока мои ноги не начнут подкашиваться – что, кстати, и произошло. Наверняка у тебя появился какой-то план.

* * *

Через несколько часов Джек вернулся в мужское крыло. Оставаясь в форме тумана, фонарь забился в дальний угол комнаты, чтобы немного поспать. Ему снились тайные встречи в Сонной Лощине и долгие, пьянящие поцелуи под мостом. Но приятные сновидения вскоре сменились кошмарами. Теперь мертвое тело Эмбер висело на стропилах моста: на ее фиолетовой от синяков шее была затянута веревка. Джек выл от отчаяния под белой луной.

Затем он увидел, как верхом на лошади преследует бегущую через луг Эмбер. Мужчина призвал свой внутренний свет. Его скелет проступил под кожей. Ухмыляющийся череп довольно оскалился, когда фонарь занес меч и отрубил девушке голову. После этого Джек снял с плеч собственный череп и заменил его тыквой. Внутренний свет фонаря больше не был белым: в безумных глазах тыквы плясало красное адское пламя.

Он услышал мерзкое хихиканье. Проследив источник звука, Джек нашел в долине ковен. Скрюченные горбатые ведьмы – ни живые, ни мертвые – с механическими глазами и железными ртами мешали свое варево из душ умерших. Они пели:

Крысы хвост, пыльцу фиалок,

Волчий клык, гадюки жало,

Шерсть козы и крик совы,

Рыбы глаз, пучок травы

И фальшивые сердца

Я достану из ларца.

Зверобой, урчанье кошки,

Ложных клятв совсем немножко,

Паучий яд, жужжанье пчел —

Отправляйтесь в мой котел.

Смотри, как зелье закипает,

Мои чары оживают.

Пусть на готовый эликсир

Свет лунный упадет,

Безумец, лезвием взмахнув,

Тумана кровь прольет.

Когда могильный поцелуй

Сон мертвый осветит,

Попавшись в дьявола силки,

Младая ведьма завопит.

Пора закончить ворожбу – отвар мой недурен,

Уже летит во все концы злой погребальный звон.

Осталось урожай собрать из света фонаря

И вот нас ждет Хеллоуин на пике Октября.

Всадник наблюдал за тем, как доктор Фаррагут спускается в долину. Он забрал у ведьм их зелье и приказал фонарю следовать за собой в лабораторию. Там стоял накрытый белой простыней длинный стол. Доктор отдернул ткань. Перед ним предстало обезглавленное тело Эмбер. Ее кожа была покрыта кусочками металла, как броней.

Доктор снял с девушки нагрудник, обнажив ее собранную кожу и внутренние органы. Он взял нож и аккуратно продолжил вскрытие.

– Подойдите ближе, молодой человек. Вам захочется на это посмотреть, – весело сказал Фаррагут.

Когда сквозь кровь и мышцы стало видно сердце ведьмы, фонарь заметил: его белый контур был в изломах. Остатки светящейся линии окончательно рассыпались, когда доктор извлек ее сердце и заменил на механическое. Новый орган был на месте. Доктор полил его ведьмовским зельем и вернул в грудную пластину.

– Превосходно! – сказал доктор, с улыбкой вытирая руки о фартук. – Она готова!

Фонарь указал на обрубок в конце шеи, где должна быть голова.

Улыбка доктора дрогнула и исчезла с лица:

– Ах да. Как я мог забыть?

Доктор придвинул к телу маленький столик и снял сверху ткань. Под ней оказалась голова Эмбер. Однако она была не такой, какой Джек ее помнил. Каштановые волосы стали черными за исключением одинокой белой пряди – как у Руна. Локоны были спутанными, жесткими и торчали вверх.

Доктор взял голову в руки и прикрепил ее к телу двумя тяжелыми винтами. Затем надел на шею металлический ободок.

– Вот так, – сказал доктор. – Полагаю, теперь мы закончили. Настало время для испытаний.

Доктор направился к стене и дернул за рычаг. Светоч заискрился и затрещал в лампах над столом, металлических колодках на руках и ногах Эмбер, в винтах на шее ведьмы и в панели управления доктора. Глаза девушки открылись. Электрические сполохи гудели и сверкали, растягиваясь между металлическими пластинами на ее теле.

Обнаженная кожа Эмбер приобрела бледно-зеленый оттенок. Нежная и милая ведьма исчезла навсегда. Вместо нее на свет появилась сборная фигурка: на полметра выше прежнего и с длинными ногами в тяжелых ботинках. Новая Эмбер села на столе и протянула механические руки к фонарю.

Наклонив голову и с трудом двигая круглым ртом с прямыми белыми зубами, она сказала:

– Для меня?

– Да, – ответил доктор с энтузиазмом. – Он твой.

Спотыкаясь, девушка подошла к Джеку, протянула к нему руки и неуклюже задела тыквенную голову. Тыква упала на пол и разлетелась по всей лаборатории оранжевыми ошметками и семенами.

– О боже, – сказал доктор, осматривая помещение. – Что за беспорядок.

Фаррагут повернулся к девушке. Та стыдливо понурила голову.

– Не волнуйся, лапочка. Я сделаю тебе еще одного. Егор! – позвал доктор.

Слуга тут же появился в дверях.

– Да, доктор? – спросил он.

– Принеси следующего подопытного.

Егор исчез из виду и через минуту вернулся, волоча за собой брыкающегося рыжего мальчишку. Юноша увидел разбитую тыкву и закричал.

Глава 34

Ослепленный наукой

Проклятие Джека-фонаря

Джек проснулся и с удивлением обнаружил: он снова принял человеческую форму. Кожа фонаря была покрыта каплями пота, а дыхание сбилось. Сны являлись для него редкостью, тем более – кошмары. Джек сам был кошмаром, пугающим всех остальных. Этот реалистичный и тревожный сон абсолютно лишил юношу присутствия духа.

В дверь постучал Егор. Слуга вошел в комнату, толкая перед собой грохочущую тележку с их завтраком. Дэв объяснил ему: они не хотят быть пленниками доктора Фаррагута, а потому выбирают положение гостей. Финни спросил, сможет ли посетить лабораторию.

Егор покинул комнату. Однако вскоре снова появился в дверях. Слуга объявил: доктор обещает быть крайне гостеприимным – при условии, что они не станут искать способы попасть в запертые комнаты или пытаться сбежать. Для Финни и Эмбер будет проведена краткая экскурсия по лаборатории как раз перед обедом.

Когда слуга ушел, Дэв повернулся к Джеку:

– Ты выглядишь хуже самого дьявола.

– Мне снился кошмар, – ответил Джек.

– Странно. Фонаря преследует призрак дурных снов. – Вампир внимательно посмотрел на Джека. – Что ж, следы твоих демонов все еще отчетливо видны на лице, поэтому я рекомендую мытье с жесткой щеткой.

Сам Дэверелл уже полностью оделся. На нем был жакет наездника, бриджи и сапоги. Насколько Джеку было известно, на острове не водилось лошадей. Дэв достал из кармана пальто свои карманные часы и проверил время.

– Тебе лучше поторопиться. Если хотим выбраться из этой передряги, нам понадобятся способности фонаря.

Джек нахмурился. Он не понимал, кто и когда назначил разодетого вампира главным. Когда фонарь зашел в ванную, его нос сморщился от отвращения. Комната была такой же вычурной, как и сам Дэв. Помещение предназначалось скорее для эстетического наслаждения, а не практического применения.

В голове Джека все еще раздавалось пение ведьм. Мелодия проникала все глубже в сознание. Она извивалась и корчилась, зарывалась и прогрызалась. Беда, балда, вражда, нужда – повторяли они, в то время как фонарь брился. Их голоса становились все громче – пока ему не начало казаться, будто стены ванной раскачиваются в такт песне.

Когда мелодия стала невыносимой, Джек призвал весь свой внутренний свет и выпустил его в одной ослепляющей вспышке.

– Хватит! – закричал он.

Жуткое пение ведьм резко затихло. Вместе с ним исчезла и боль. Джек подумал: возможной причиной этих странных помех в естественном порядке вещей послужил их поцелуй с Эмбер и его смелые надежды на будущее с ведьмой.

Когда Джек закончил и вышел из ванной, оказалось, что Финни уже забрали на экскурсию по лаборатории, а Грейдон покинул комнату еще раньше. Дэв сидел в гостиной и дожидался Джека. Вместе они вышли из комнаты и направились в библиотеку.

Дэв достал с полки книгу. Старательно делая вид, что изучает переплет, вампир чуть слышно прошептал:

– Используй свой невероятный талант и проверь запертые комнаты, пока есть такая возможность. Я тебя прикрою.

Джек фыркнул и огляделся. Он уже собирался превратиться в туман, когда Дэв добавил:

– И не думай, будто я не заметил твоего долгого отсутствия прошлой ночью.

Не удостоив вампира ответом, Джек растаял в густом тумане и поплыл по коридорам тихого дома в надежде найти путь для побега.

* * *

Финни и Эмбер сопровождали в лабораторию доктора Фаррагута. Они прошли уже множество лестничных пролетов. Чем ниже спутники спускались, тем более старыми и кривыми становились ступеньки.

Наконец они остановились у железной двери. Егор вставил в отверстие витиеватый ключ, зазубрины которого напоминали вырезанное в тыкве лицо. Тыква Джека осталась с Финни. Джек был даже этому рад. Фонарь знал, что там будет и Эмбер.

Лаборатория отличалась от изрытых каменных ступеней – как солнечный свет от затухающего факела. Рабочий кабинет доктора был самым чистым и аккуратным местом, которое Эмбер когда-либо видела. В первой комнате под разноцветными лампами стояли бесчисленные ряды растений. В свете одной из них Эмбер распознала холодное, голубое сияние светоча. В голову пришла догадка: белые лампы излучали свет фонарей. Кроме того, в комнате были фиолетовые, зеленые и красные светильники.

Она сморщила нос:

– Что это за запах, Финни?

Оторвавшись от записей в своем блокноте, юноша втянул носом воздух.

– Я не уверен, – сказал он. – Кажется, это петрикор[14]. Петрикор… и кофе.

– Если быть совсем точным – это мокко, – раздался голос за их спинами.

Из-за дальней занавески вышел доктор. На нем были плотные кожаные перчатки, отполированные до блеска. Фаррагут поднял очки на лоб и одернул белый халат.

– Приветствую, мои юные друзья, – сказал доктор. В этот момент из-за занавески появился еще один мужчина.

Лицо Эмбер посветлело.

– Фрэнк! – сказала она. – Как я рада тебя видеть.

Продолговатое лицо великана залила краска: его щеки окрасились в более темный оттенок зеленого. Фрэнк вежливо наклонил голову.

– Мисс, – сказал он и коснулся пальцами болтов на шее. Блестящие от смазочного масла, они с хлюпаньем исчезли под зеленой кожей. Фрэнк потер свои толстые пальцы друг о друга. Доктор протянул ему полотенце.

– Я только что проверял, все ли в порядке с Фрэнком. Рад сообщить: он находится в рабочем состоянии. И все-таки подумай над теми улучшениями, о которых я говорил.

Фаррагут повернулся к Финни и Эмбер.

– Я просто обожаю заводить эту шарманку, – сказал доктор, указывая на Фрэнка и улыбаясь собственной шутке.

– Доктор Фаррагут, – начала Эмбер.

– Прошу, зовите меня Монро.

Доктор снял блестящие перчатки.

– Вы не только доктор, но и ботаник? – спросила Эмбер и указала на растения. – У вас здесь так много трав, которые используются для изготовления заклинаний.

– Ах да, я балуюсь ботаникой. Но, если точнее, я скорее хоролог[15]. – Он подошел ближе, откопал корень растения – объект их внимания – и щелкнул языком. – О боже! Еще вчера эта чудесная пестролистная сныть вовсю цвела, а теперь ее абсолютно выжгло солнце.

– Солнце? – переспросил Финни. – Каким образом сюда попал солнечный свет? Мы же под землей.

– Вещи не всегда являются тем, чем кажутся. Вы не согласны, молодой человек? – Доктор хлопнул в ладоши, отвлекаясь от темы разговора. – Итак, с чего же нам начать? Что вас интересует? Хищники? Флора? Фауна? Заклинания? Машины и аппараты? Часовые механизмы?

– Не знаю насчет хищников, – сказал Финни. – Если вы, конечно, не подразумеваете оборотней. Я бы хотел узнать больше об этом виде… эмм, расе. Эмбер изучает заклинания и колдовство, а я уже долгое время в одиночку строю машину.

– Да, – вспомнил доктор. – Вы об этом упоминали. Я бы хотел взглянуть на ваши наброски – насколько бы примитивными они ни были.

Финни нашел в блокноте нужные чертежи. Доктор вернул свои очки на нос и долго вглядывался в рисунок. Затем послюнявил палец и перевернул страницу.

– Многообещающе, – сказал он.

– Еще я пробовал конструировать оружие, – похвастался Финни, плохо скрывая свой энтузиазм. – У меня есть идея для маленького пистолета, который можно прятать в пальто или пиджаке. Он замаскирован под цветок и выстреливает заклинанием при нажатии на кнопку.

– Стреляет заклинанием?

– О да, – быстро вставила Эмбер. – Финни сделал для меня чудесную пару пистолетов. К сожалению, все мои заклинания закончились во время призрачного шторма.

– Вы хотите сказать, что обезвредили привидений своим оружием?

– Нет. Это оказалось не так эффективно, как мы надеялись, – объяснил Финни. – У нас закончились боеприпасы. В итоге Эмбер справилась с привидениями при помощи своей силы.

– Со всеми? – спросил доктор, подняв брови.

– Почти, – ответила Эмбер.

– Дорогая, вы просто обязаны рассказать все в мельчайших подробностях. Я никогда не слышал, чтобы ведьма могла уничтожить такое количество привидений.

– Вообще-то, я их не уничтожала, – сказала Эмбер.

– Ох, да вы полны сюрпризов. Скажи мне… Финни, не так ли?

Юноша кивнул.

– Ты когда-нибудь слышал об астрономических пражских часах?

Финни покачал головой. Юноше на лицо упали рыжие пряди.

– Они находятся в вашем мире. Однажды я встретил гениального часового мастера. Мы провели много недель, обсуждая происхождение вселенной, постулаты времени и движение планет. Тогда он решил создать часы, которые объединят все эти темы.

На какое-то время я остался с мастером, чтобы помочь в работе. Это дело забрало много лет из его короткой человеческой жизни. Когда он закончил свою работу, я вернулся отметить радостное событие. Часы мастера оказались шедевром. Это устройство сильно опережало свое время. И все же на нем кое-чего не хватало. Иного мира. Я добавил на часы еще одно кольцо – отсчет времени, если угодно.

– Отсчет до чего? – спросил Финни.

– Ах, ты задал правильный вопрос. К сожалению, часовых дел мастер не был доволен, когда узнал предназначение этого кольца. Меня незаслуженно оклеветали. В мой следующий приезд они добавили к часам статуи апостолов, а меня изобразили дьяволом. Меня! Можете себе представить?

Эмбер тяжело сглотнула и украдкой посмотрела на Финни. Тот слушал доктора с открытым ртом.

– Мораль этой истории в том, мой мальчик, – сказал доктор, положив руку на плечо юноше, – что выдающиеся люди, которые хотят помочь другим и сделать мир лучше – причем не для себя, а для несчастных маленьких созданий, населяющих землю, – очень часто остаются незамеченными или получают дьявольское клеймо. Черта между величием и злодейством так же тонка, как леска для удушения. Подобных нам с тобой людей можно считать наковальнями. Все прочие приобретают свою форму и остроту на наших крепких спинах. Мы никогда не сломаемся под ударами молота и не сплавимся от жаркого дыхания кузнечного горна. Ты запомнишь это, Финни?

– Д-да, сэр, – ответил Финни.

– Очень хорошо, – улыбнулся доктор. – А теперь я покажу вам самое необычное растение. Можно сказать, мою гордость.

– Это папоротник, – сказала Эмбер.

– Именно, – подтвердил доктор. – Но представьте на минуту: под листьями прямо сейчас прорастает множество семян.

Эмбер была настроена скептически:

– Но у папоротников нет семян.

– У этого есть. – Энтузиазм доктора становится почти заразительным. – Кроме того, его семена могут сделать кого угодно невидимым. Разве это не чудесно?

– Вы уверены? – спросил Финни. – Вы уже проводили тестирования?

– О да. Моим первым триумфом был Егор. Конечно, перед этим произошло несколько ужасных провалов. Боюсь, когда дело касается экспериментов, я становлюсь чересчур импульсивным.

– Подождите. Вы хотите сказать, что Егор…

Доктор кивнул:

– Он – человек-невидимка! Именно поэтому он надвигает капюшон так низко.

– Но я видела часть его глаза и лица, – сказала Эмбер.

– Егор покрывает лицо специальной пудрой, если необходимо выйти на люди. Обычно он корчит рожу по такому поводу, уж простите за каламбур. Эта пудра ужасно осыпается. Его лицо постоянно воспалено. Боюсь, именно из-за нее Егор и ослеп. Пришлось заменить глаза на механические. Тем не менее он все еще сохраняет человеческий вид – это самое малое, что я могу сделать для Егора в благодарность за службу.

Эмбер нащупала руку Финни. Парень обхватил ее ладонь своей. Доктор был не только безумцем, но и лжецом. Им следовало вести себя очень, очень аккуратно.

– Доктор, – начала Эмбер. – Я хотела сказать, Монро?

– Да, моя дорогая?

– Можно нам с Финни собрать немного ваших растений, чтобы пополнить запасы зелий?

– Конечно, можно, – учтиво ответил он. – На самом деле…

Доктор ушел в угол комнаты и открыл шкаф. Оттуда выпало несколько метел и швабр. Фаррагут убрал их с пути, достал из шкафа ведьмовской котел и поставил на металлическую панель.

– Просто нажмите на этот переключатель. Светоч нагреет содержимое котла, – сказал он, оглядевшись. – Только будьте осторожны с растениями под красными лампами. Они не цветут так, как я надеялся.

– Мы будем осторожны, – сказала Эмбер.

– Хотите продолжить экскурсию?

– Конечно, – ответил Финни.

Доктор показал им место работы над Фрэнком. И хотя Финни сразу направился к незаконченным роботам-автоматам и завел оживленную беседу с доктором, Эмбер никак не могла взять себя в руки. Девушка содрогалась каждый раз, когда ее взгляд падал на плавающих в розовом растворе крыс, дергающиеся человеческие руки, соединенные проводами, или стол. На поверхности лежали отполированные хирургические инструменты.

Доктор Фаррагут подошел к Эмбер, когда та начала изучать предметы на столе и остановилась у высокой конусообразной шляпы.

– Вполне логично, что вас заинтересовал именно этот предмет, – сказал он.

– Что? Шляпа? Не могу сказать, что испытываю интерес. Мне просто любопытно. Как эта шляпа может пригодиться в ваших экспериментах?

– Разве вы не узнаёте ее?

Эмбер покачала головой.

– Что ж, вы и в самом деле новичок. Это шляпа ведьмы. Острый кончик нужен для того, чтобы направлять ведьмовскую силу. Он вытягивает энергию и выбрасывает наружу. Конечно, в наши дни эта шляпа считается устаревшим устройством. Мы заменили ее механическими технологиями. Устройство работает намного эффективнее, но я провел много лет в изучении этих шляп и попытках выяснить, как ведьмы использовали их для создания заклинаний и призвания своей силы. Вот можете попробовать.

Эмбер надела шляпу на голову.

– И что теперь? – спросила она.

Доктор задумчиво сжал губы:

– Хмм, почему бы вам не попробовать простейшую телепортацию?

– Боюсь, я не знаю, как это сделать.

– Не знаете? Боже мой. Тогда я вас научу. Сначала выберите какой-нибудь предмет, который хотели бы переместить. Размер здесь не важен. Однако должен предупредить: перемещать живой объект гораздо сложнее, потому что в процессе телепортации он может пострадать.

Эмбер выбрала растение, похожее не то на высохший гриб, не то на часть подводного рифа.

– Теперь подумайте об этом предмете. Окутайте его своей силой.

– Как мыльным пузырем?

– Почему бы и нет. Окутайте растение своей силой и попробуйте сдвинуть с места. Представьте, что он легкий, как воздух.

Объект начал двигаться. Он покачивался то вперед, то назад. Эмбер представила, будто держит растение невидимой рукой. Затем подняла предмет в воздух. Покалывание в ее животе сменилось тянущим ощущением – словно к растению была прикреплена леска удочки.

– Хорошо! Теперь перенесите его куда захотите.

Эмбер держала предмет силой своего разума. Она мысленно потянула за связывающую их нить и, наконец, поставила его на переплет толстой книги.

– Превосходно! – сказал доктор. – У вас врожденный талант.

Эмбер подошла к странному предмету и стала его разглядывать. Девушка не могла поверить, что передвинула объект силой собственного разума.

– Что это такое? – спросила она.

– Ах, это? Высушенные мозги.

Эмбер сглотнула.

– Ох!

Ведьма сняла шляпу и протянула доктору.

– Мне она больше не нужна. Можете забирать ее, если хотите, – сказал Фаррагут.

– Правда? – спросила Эмбер. – Вы уверены?

– Абсолютно. Считайте, что это сувенир. Испытайте ее самостоятельно. Я думаю, вы будете приятно удивлены своими возможностями.

Эмбер взяла шляпу в руки и провела пальцем по полям.

– Должно быть, уже настало время обеда, – вдруг вспомнил доктор.

Девушка повернулась слишком быстро и споткнулась о толстый провод, соединенный с приборной панелью доктора. В последний момент ее подхватила пара рук. Но когда Эмбер открыла глаза, рядом никого не было. Эмбер сглотнула. Ее держал человек-невидимка.

Глава 35

Портрет вампира

Проклятие Джека-фонаря

– Я не хотел вас напугать, – сказал Егор. – Пока я… эм… следил за происходящим в доме, кто-то украл мою одежду. Я не планировал каким-либо образом оповещать вас о своем присутствии, пока не буду полностью одет. Было бы лучше, если бы я позволил вам упасть? Возможно, падение показалось бы вам менее неловким.

– Да. То есть нет, – сказала Эмбер, уставившись в механические глаза – единственную часть Егора, которая оставалась видимой. – Благодарю вас за своевременную помощь.

Нахмурившись, доктор сказал:

– Эмбер не будет чувствовать себя неловко, если ты ее отпустишь и оденешься.

Он схватил висевший на крючке белый халат и бросил его в сторону Эмбер. Невидимая рука подхватила одеяние в воздухе. Халат быстро приобрел форму человека.

Финни ходил вокруг Егора с крайне заинтересованным выражением лица.

– Чудеса в вашем мире никогда не заканчиваются, да, доктор?

– Если бы они закончились – меня бы здесь уже не было, – сухо ответил доктор. – Итак, не пора ли нам идти, моя дорогая?

Он предложил Эмбер руку.

– Егор, подготовь рабочее место, чтобы молодые люди смогли приготовить свои зелья и заклинания в свободное время.

– Но, доктор. – Голос Егора раздался откуда-то сзади. – Вы же не хотите, чтобы они здесь повсюду сновали? Вы и сами знаете, что крайне опасно позволять…

Закипая от ярости, доктор резко развернулся.

– Может, я сам буду принимать решения в своем собственном доме, Егор? У любого акта неповиновения есть определенные последствия. Они тебе не понравятся – можешь быть уверен.

В лаборатории повисла гробовая тишина. Наконец Егор тихо ответил:

– Да, хозяин.

Когда они стали подниматься по лестнице, доктор обратился к юным гостям:

– Приношу глубочайшие извинения за свое грубое поведение. Это из-за него я всегда держу в кабинете запасы коньяка. Я избавился от вредной привычки еще много лет назад. Однако меня успокаивает мысль о том, что он всегда под рукой в случае отсутствия другого выхода. Если и есть на свете человек, который самого дьявола доведет до бутылки, то это Егор.

Доктор проводил их в столовую и извинился за то, что вынужден ненадолго их оставить.

– Мне нужно ненадолго отлучиться. Уверяю вас, даже не успеете заметить моего отсутствия.

Эмбер сделала доктору реверанс. Вместе с Финни они зашли в столовую. Все остальные гости уже сидели на своих местах в душной комнате. В камине трещал огонь. Эмбер заметила, что оба прохода в столовую были закрыты. От этого в комнате становилось еще жарче. Все, кроме Джека, испытывали заметный дискомфорт от высокой температуры.

Заняв место между Дэвом и Джеком, Эмбер увидела: Делия и Грейдон держатся за руки. Хоть ее волосы на висках были мокрыми от пота, вампирша выглядела почти… счастливой.

Грейдон был напряжен. Его пальцы нервно потирали руку Делии. Эмбер уже собиралась спросить у капитана, все ли в порядке, когда на пороге комнаты показался доктор. За ним следовали слуги. Они несли большой предмет, завернутый в бумагу. По сигналу хозяина слуги сорвали бумагу и представили всем присутствующим прекрасную картину. На ней был изображен «Аэробус Фантом», рассекающий облака.

– Как красиво! – воскликнула Делия и поднялась со своего места, чтобы рассмотреть картину.

– Вам нравится? – спросил Доктор. – Я так рад. Я заказал для вас эту картину после вашего последнего визита. Для вас и капитана Грейдона. Она имеет некоторое отношение к моему новому эксперименту.

– Это очень щедро с вашей стороны, – сказала Делия.

– Да, – добавил Грейдон, едва заметно улыбнувшись. – В самом деле.

– Корабль выглядит так величественно, – грустно сказала Делия. – Я ужасно по нему скучаю.

– Тогда вы должны принять эту картину в качестве подарка, когда будете отплывать, – сказал доктор. – Она будет напоминать вам двоим о чувствах друг к другу. О том, чего вы смогли достигнуть вместе. Я надеюсь, эта картинка послужит для вас величайшим вдохновением.

Картину поместили на сервант, чтобы все могли ее рассмотреть. Затем доктор кивнул, и в столовую привезли тележки с блюдами. За столом в основном беседовали только Финни и доктор, продолжая начатый в лаборатории разговор. На обед подали картошку, запеченную в яблочном сидре, острые крылья летучих мышей, копченого угря, завернутого в листья кабачка, и маленькие канапе.

Затем вынесли чай с мягкими белыми сладостями. Доктор окрестил их «пастилой». Был там и десерт под названием «торт – кладбище из капкейков». Доктор объяснил: этот торт готовят из кожуры и сока апельсинов, а также темной пудры, которая называется «какао». Главным ингредиентом являлся шоколад. Эмбер было очень любопытно попробовать все новые сладости.

Финни обрадовался, что на столе не было ничего из тыквы. Он обожал сладкое. Юноше не хотелось бы пропустить какой-нибудь десерт только из-за того, что тыква Джека неодобрительно на него уставится. Эмбер, в свою очередь, съела шесть долек пастилы и четыре кусочка торта, часть из которых ей отдал Джек. Доктор пообещал, что даст ведьме с собой целый мешок шоколада вместе с рецептом по приготовлению.

– О боже, – сказала девушка, облокачиваясь на спинку стула и ослабляя плотную вязь корсета. – Мне так нравится шоколад. Это одна из моих самых любимых вещей в Ином мире.

Эмбер тяжело выдохнула.

– В вашем мире все довольно экстравагантное, не так ли, доктор?

Доктор улыбнулся. Однако в его глазах читалась грусть.

– Так и есть.

Когда все насытились, чай с десертами убрали со стола. В столовую вошел еще один слуга, толкающий перед собой накрытую тележку. Он снял крышку. Все увидели блюдо со множеством открыток. К каждой из них была прикреплена маленькая шестеренка. Когда Эмбер взяла одну из открыток в руки, шестеренка начала вращаться. Бумажные стороны раскрылись настолько, что можно было прочитать текст.

– Бал? – спросила Эмбер.

– Да, – ответил доктор. – Костюмированный бал, если быть точным. Я хочу, чтобы вы приятно провели оставшееся время на острове. Ваша компания принесла мне столько радости и удовольствия, что, на мой взгляд, это единственный способ выразить мою благодарность.

Дэв посмотрел на свои карманные часы и пригладил волосы.

– О, и кто же приглашен на это праздничное событие? – спросил он.

– Я полагаю, народу будет предостаточно. Многие из моих гостей ужасно хотят с вами познакомиться. Мы же не хотим их разочаровывать? Подготовка к балу уже в самом разгаре. Вам даже не надо ничего делать. Просто оденьтесь в соответствующие наряды, которые будут ждать вас в ваших комнатах, – доктор наклонился к Эмбер. – На балу будет целый стол с различными шоколадными десертами. Полагаю, вам понравятся все сладости из какао.

Сцепив пальцы на пухлом животе, он продолжил:

– Что ж, теперь все хорошие новости закончились. Боюсь, настало время для плохих.

– Неужели? – спросил Дэв и наклонился вперед.

– Да. К сожалению, некоторые из вас нарушили правила и все-таки искали способы сбежать с острова.

Все за столом замерли. Поднявшись с места, доктор подошел к серванту. Там стояла картина.

Глаза доктора сверкали слишком ярко. Его лицо выглядело слишком натянутым – словно он готов в любую минуту сорвать с себя маску, обнажая истинную сущность.

– Какая красота, – сказал доктор, глядя на картину. – Я знал, что однажды она мне пригодится. К сожалению, сегодня этот день наступил.

Присутствующие за столом неуверенно переглянулись.

– Как вы все знаете, на моем острове живет множество представителей породы кошачьих. Конечно, по ним не скажешь, что кошки обращают внимание на происходящее. Однако уверяю вас: они следят за каждым вашим движением. Я снабдил всех своих кошек специальным устройством. Оно записывает все, что видят животные, и передает в специальный драгоценный камень. В этом камне я вижу все ваши действия.

Кроме того, в моем распоряжении имеются механические пауки. Как и живые собратья, они плетут паутины в углах комнат – но не для того, чтобы ловить и есть мух. Главная цель – наблюдение. Они собирают изображения и запечатлевают их в маленьких шариках из светоча. Я зову их яйцами. Каждые несколько секунд пауки нанизывают эти шарики на свою металлическую паутину и отправляют их в мой наблюдательный пункт. Там они оседают на гранях драгоценного камня.

Джек вжался в свой стул. Дэв, напротив, резко выпрямил спину. Делия и Грейдон посмотрели друг на друга глазами, полными отчаяния.

– Итак, – продолжил доктор. – Я решил, что виновный должен понести наказание.

Доктор достал из-за рамы картины маленькую палочку и коснулся светящимся кончиком изображения корабля. Затем направил палочку на Делию. Из сияющего наконечника вырвалась струя энергии и окружила вампиршу ярким светом. Не прошло и секунды, как Делия растворилась в воздухе. Женщина оставила после себя лишь маленькое облачко дыма. Эмбер закричала, а Дэв и Грейдон вскочили на ноги.

Доктор угрожающе поднял палочку.

– Тише, тише. Позвольте мне объяснить. Ваша капитан Делия в полном порядке.

– В порядке? – зарычал Грейдон. – Ты убил ее!

– Ничего подобного, – высокомерно возразил доктор. – Если вы замолчите хотя бы на минуту, я вам это докажу. Присмотритесь к картине. Скажите мне, юная Эмбер, что вы видите?

Эмбер поднялась и начала всматриваться в картину, оставаясь при этом на значительном расстоянии от палочки доктора. «Аэробус Фантом» выглядел абсолютно как прежде, кроме одной маленькой детали. Крохотная женщина стояла у штурвала.

– Это… это же?..

– Именно, – гордо сказал доктор. – Капитан Делия ведет свой корабль через облака.

– Дайте посмотреть. – Грейдон тоже подошел к картине. Его взгляд смягчился, когда мужчина заметил вампиршу. – Дел? Ты меня слышишь? Я обязательно достану тебя оттуда.

– Она не слышит вас, – сказал доктор. – Делия заточена в зеркальной тюрьме. Это что-то вроде альтернативной реальности – пузыря, который проплывает над обрывом времени и вот-вот лопнет. Все, что мне надо сделать для ее освобождения, – изменить полярность своей палочки.

Фаррагут убрал палочку в карман жакета.

– Ей больно? – спросил Дэв.

– Нет. Я так не думаю.

– Вы так не думаете? – зашипел вампир.

– Честно говоря, я только заканчиваю тестировать это приспособление. Я посчитал, что для начала нужно испытать его на ком-то достаточно крепком, прежде чем переходить к более хрупким подопытным.

Воздух застрял в легких Грейдона, как расплавленный свинец. Он постепенно заполнил все свободное пространство, пока капитан не начал задыхаться от страха и злости.

– Выпусти ее! Сейчас же! – зарычал оборотень, обнажив зубы. Они вытягивались на глазах, превращаясь в клыки. На его руках начал расти мех, а ногти заострились и теперь напоминали острые когти.

– Тише, капитан Грейдон. Вы знаете, что я не могу этого сделать. И вы в курсе, кто виноват в ее заключении. Разве не вы обсуждали с Фрэнком план побега на подводной лодке? Вы, наверное, еще не догадались, но я вижу все, что видит Фрэнк.

Пораженный Грейдон сделал неуверенный шаг назад, постепенно возвращаясь в человеческое обличье.

– Вы сделали Фрэнка своим невольным шпионом? – спросил он.

Лицо доктора омрачилось:

– Это было прописано в контракте. Вы, кстати, подписали документ. Не надо винить меня в том, что вы не удосужились прочитать написанное мелким шрифтом.

– Потому что он умирал!

– Контракт есть контракт. Не очень умно оскорблять человека, от которого напрямую зависит жизнь вашей возлюбленной.

– Доктор Фаррагут, – сказал Дэв. – Я уверен: вы бы убедили приговоренного к казни самостоятельно надеть петлю себе на шею и затем поблагодарить вас за снабжение веревкой и табуреткой.

– Мне очень приятно это слышать, мой вампирский друг.

– Это был не комплимент, – с отвращением сказал Дэверелл.

Эмбер положила ладонь на руку капитана Грейдона. Сдерживая свой гнев, оборотень обратился к Фаррагуту:

– Мы останемся. Я обещаю. Просто… просто верните ее обратно.

– К сожалению, ваши обещания для меня теперь пустой звук. Но если вы и впрямь будете хорошо себя вести, я ее отпущу. Я даже предоставлю вам свой личный воздушный корабль в качестве компенсации за доставленные неудобства. Это превосходный корабль. Готов поспорить, он даже лучше «Аэробуса Фантома».

– Я не понимаю, доктор, – сказала Эмбер. – Чего вы хотите от него? От всех нас? Зачем держите нас здесь?

– Всему свое время, моя дорогая. А сейчас у меня есть одно важное дело. Лаборатория в вашем распоряжении. Можете варить свои зелья. Честно говоря, мне очень интересно посмотреть на ваши пистолеты и то, каким образом удалось превратить заклинания в патроны. Не то чтобы мне нравилось оружие, но я всегда рад инновациям.

– Мы с радостью все покажем, когда вам будет удобно, – учтиво сказал Финни. Без сомнения, из всех присутствующих юноша был лучшим актером.

– Замечательно. Только не забудьте переодеться к началу торжества. На балу будет предостаточно еды. Полагаю, формальный ужин можно отменить. Теперь можете отправляться по своим делам. Жду всех вас на балу – кроме капитана Делии, разумеется.

С этими словами доктор и его слуги вышли из комнаты. В столовой повисла гробовая тишина. Только капитан Грейдон что-то тихо бормотал себе под нос, стоя у картины с кораблем.

Эмбер повернулась к Джеку и открыла рот, намереваясь задать вопрос. Но фонарь вдруг приложил палец к ее губам.

– В углу сидит паук-шпион, – сказал Джек мягким голосом. – Вы с Финни должны пойти в лабораторию и сварить нужные вам зелья. Мы поговорим позже.

– Но, Джек…

– Ничего не изменилось. Просто… просто будь осторожна.

– Ты тоже.

Финни встал со своего места.

– Эмбер, увидимся в лаборатории. Мне нужно взять некоторые вещи из моей комнаты. Ты принесешь мушкетоны?

– Да.

– В таком случае я тебя провожу – если ты не против, – галантно сказал Дэв. – Лишняя осторожность не помешает.

– Это хорошая идея, – согласился Джек, чем сильно удивил вампира.

Фонарь прошептал что-то своей тыкве. Овощ последовал за Финни. Джек вышел из столовой следом за ними.

Эмбер и Дэв тоже собрались уходить. Девушка обернулась и посмотрела на Грейдона. Дэв похлопал ее по руке.

– Сейчас лучше его не тревожить, – предупредил вампир.

Оказавшись возле своей комнаты, Эмбер сказала:

– Мне так жаль, что доктор запер твою сестру в картине, Дэв. Ты, должно быть, ужасно переживаешь.

– Конечно. Но я уверен: мы вытащим ее оттуда. Мы должны. – Мужчина одарил ее благодарной улыбкой и сменил тему разговора. – Я смотрю, вы с Упрямым Джеком стали необычайно близки.

– Почему ты так его называешь? – спросила Эмбер. – Мне он не кажется таким уж упрямым.

– О, у Джека в Ином мире есть определенная репутация. Он известен за свою… непреклонность.

– Неужели?

– Да. Честно говоря, он даже слишком хорош. Думаю, ты знаешь: фонари не только охраняют перекрестки. Они еще возвращают беженцев из Иного мира обратно.

– Я знаю, – сказала Эмбер. – Но Джек никогда не бывает жесток.

– Я не говорил, что он жестокий. Я сказал – Джек непреклонный. Слушай дальше. Даже тех, кто рождается в мире смертных, с самого детства предупреждают избегать фонарей. А Джека – в особенности. Ходят слухи, что фонарь до последнего преследует тех, кого замечает на своей территории. Затем возвращает их в Иной мир. Джек никогда никого не слушает. Не пытается узнать их историю прежде, чем принять решение. Он не идет на компромиссы. Джек просто отправляет всех, кто не является человеком или животным, в Иной мир. Ему не жаль даже живших в мире смертных с самого рождения.

Эмбер нахмурилась:

– Это на Джека не похоже. Он мог бы доложить обо мне своему начальству, но не сделал этого. Джек наблюдал за мной много лет и никому ничего не говорил.

Дэв потер подбородок:

– Можно понять, почему он это сделал. Уверен, ты была очаровательной даже в детстве.

– Это плохо?

– Эмбер, ты не должна забывать: жизнь в фонарях поддерживается неестественным способом. Если даже самые могущественные существа Иного мира нервничают в их присутствии, на то есть причина. Я своими глазами видел судьбу рожденных в мире смертных вампиров-полукровок, когда фонари отправляют их в Иной мир. Чистокровные вампиры уничтожают полукровок, как паразитов.

– Наверняка Джек об этом не знает.

– Они все знают. Как они могут не знать? Ирония в том, что когда-то все фонари были смертными. Может, если бы они являлись выходцами из нашего мира, то относились бы к нам более милосердно. – Вампир поднял руку и коснулся ее кудряшек. – Просто пообещай мне, что будешь осторожна, Эмбер.

Эмбер не могла не вспомнить, что Джек только что покинул девушку с теми же самыми словами. Она устало улыбнулась вампиру.

– Обещаю, – сказала ведьма. – Можно позаимствовать твою трость? У меня есть одна идея.

Дэв удивленно поднял брови, но все-таки протянул ей свою трость железного серого цвета.

– Я буду с ней осторожна, – пообещала Эмбер.

– Надеюсь, ты не вернешь ее мне запачканной.

– Твоя трость снова будет с тобой еще до начала бала.

– Да, кстати говоря… Я надеюсь, ты удостоишь меня хотя бы одним танцем. Если ты все еще можешь смотреть на меня – после всего произошедшего.

– Я ни в чем тебя не виню, – сказала Эмбер. – Это не твоя вина, Дэв. Я не жалею, что попала в Иной мир. Правда. Я встретила столько интересных людей и увидела множество необычных вещей. Я с удовольствием потанцую с тобой на балу, Дэв. И, думаю, ты должен знать: я никогда не буду той, кем ты хочешь меня видеть. Не смогу жить с тобой так, как ты мечтаешь. Мне очень жаль.

Дэверелл печально вздохнул.

– Я сам во всем виноват, – сказал он. – Я давил на тебя, вел себя неуместно. Я не могу винить тебя за такое невысокое мнение обо мне.

– Это неправда. У меня сложилось очень хорошее впечатление.

Дэв натянуто улыбнулся:

– Я рассчитывал на большее, чем «хорошее впечатление», Эмбер.

– Надеюсь, мы сможем остаться друзьями.

Ведьма протянула ему руку. Мужчина взял ее и прижался губами к тыльной стороне ладони.

– Конечно, – сказал он. Но глаза Дэва все еще обещали нечто большее, чем просто дружбу.

Эмбер быстро убрала свою руку и оставила вампира в коридоре, захлопнув дверь у него перед носом. Глубоко вздохнув, девушка нашла свою сумку, проверила содержимое и надела ее на плечо. Им с Финни придется поторопиться, чтобы закончить все дела до начала бала.

Как только Эмбер и Финни вернулись в лабораторию, они проверили помещение на наличие пауков-шпионов. Не обнаружив ни одного, рыжеволосый юноша поставил котел на нагревающуюся пластину и открыл книгу с заклинаниями.

– Чем займемся в первую очередь? – спросил он.

– Тебе нужно приготовить четыре самых мощных заклинания. Это не должно занять больше двух часов.

– А что будешь делать ты?

Эмбер направилась к шкафу и распахнула дверцы. На пол снова упали мётлы и швабры. Глубоко вдохнув, она широко улыбнулась.

– Я собираюсь заставить эти мётлы летать.

Глава 36

Новая метла по-новому метет

Проклятие Джека-фонаря

– Летать? О! – Финни просветлел и перешел на взволнованный шепот. – Ты хочешь сказать, что заставишь их левитировать, чтобы мы могли покинуть это место вместе с Джеком и тыквой?

– Именно, – тихо сказала девушка.

– Но… почему мётлы?

– Ну, я полагаю, их никто не хватится. И мётлы достаточно большие, чтобы можно было сидеть. Они должны нам подойти, – прошептала она. – Ты справишься с заклинаниями?

– Да. Я буду следовать твоим рецептам. Тебе просто предстоит добавить в котел немного своих чар.

– Отлично, тогда приступим.

Она помогла Финни собрать все необходимые ингредиенты, заимствуя свежие травы из коллекции доктора только в случаях крайней необходимости.

Финни начал варить самые мощные эликсиры: кислотное заклинание, которое им пришлось усилить – Дэв очень быстро восстановился после выстрела Эмбер из мушкетона. Обездвиживающее заклинание, сонное заклинание и заклинание, временно лишающее зрения. Эмбер спросила, не сможет ли Финни приготовить какое-нибудь новое зелье. Она пролистала свою книгу и нашла заклинание, которое могло «выявить то, что спрятано во тьме».

Финни пообещал, что попробует его приготовить. Юноша склонился над котлом, по очереди бросая туда ингредиенты. Его очки запотели, а волосы еще больше завились от влажного пара. Работа продвигалась медленно, но верно. Уже через тридцать минут у Финни были готовы три дюжины закупоренных ампул с сонным заклинанием. Он перешел к следующему зелью, а Эмбер разочарованно вздохнула.

– Что именно ты пытаешься сделать? – спросил Финни. Парень наблюдал за тем, как ведьма изучает трость Дэва и быстро листает страницы книги с заклинаниями.

– Мне нужно выяснить, как ведьма Дэва смогла поместить свою энергию в кристалл. Я не знаю, должен ли это быть драгоценный камень или любая неодушевленная вещь. В книге нет ничего о хранении ведьмовской силы в предметах.

– Иногда единственный способ узнать что-то – это проверить свою теорию на практике, постепенно исключая все неподходящие варианты. Ты когда-нибудь встречала предмет, способный хранить или перенаправлять твою силу?

– У меня был амулет в виде маленького котла: он мог собирать и хранить предостаточно энергии.

– Из чего он был сделан?

– Из металла.

– Хм-м-м. Что еще?

– Лампы. Странная коробка, в которую Дэв собирал мою энергию ради обмена на деньги. Провода на воздушном корабле. Вывески в городе.

– Что между ними общего? – спросил Финни.

Эмбер щелкнула пальцами:

– Все эти вещи могут быть проводниками: в каждой есть какой-либо металл.

– Хорошо. Теперь надо проверить, подходит ли для этого любой металл или какой-то определенный.

Пройдясь по лаборатории доктора, она собрала различные виды металлов и попыталась наполнить их энергией. Эмбер быстро выяснила: медь является лучшим проводником для светоча.

– Теперь мне нужно найти способ прикрепить медь к метле.

Обнаружив тонкую медную проволоку, Эмбер обернула ее вокруг основания метлы – там, где солома была привязана к палке. Немного поразмыслив, ведьма добавила к проволоке медные провода – на всякий случай.

Когда приготовления завершились, она обхватила метлу руками и попыталась извлечь из себя энергию согласно урокам Дэва. Как только медь наполнилась светочем, Эмбер надела на себя шляпу ведьмы и мысленно приказала метле левитировать. Метла резко взлетела соломенной частью вверх и врезалась в потолок.

– Нет, так не пойдет, – пробормотала Эмбер, пока Финни заливался смехом.

Снова обыскав лабораторию, она нашла медную сетку – почти как на «Аэробусе Фантоме», только более тонкую. Эмбер осторожно обмотала ее по всей длине метлы, наполнила силой и дала точно такую же команду, как и раньше. В этот раз метла горизонтально поднялась в воздух и зависла на одном месте. Девушка попробовала надавить на черенок руками, но метла не шелохнулась. Лишь когда Эмбер использовала свой разум, помело опустилось чуть ниже.

– Что ж, теперь надо понять, выдержит ли она мой вес, – сказала Эмбер. Девушка попыталась найти удобную позицию и обнаружила: легче всего сидеть ближе к соломенной части. Еще один вариант – практически лечь на метлу, обхватив ее руками спереди.

Метла легко подняла ведьму в воздух. Однако она постоянно чувствовала риск падения. Эмбер приказала метле опуститься вниз, пока ноги не коснутся пола.

К тому времени Финни уже приступил к третьей партии зелий.

– Как насчет того, чтобы прикрепить к ней седло? – сказал он. – Ты уверена, что метла – это лучший вариант?

– Нет, но мы же не можем оседлать кошек, верно?

– Тссс! Не забывай говорить шепотом. Никогда не знаешь – вдруг эти кошки снуют где-то поблизости.

Эмбер закусила губу и осмотрелась, пытаясь разглядеть в темных углах блестящие кошачьи глаза.

– Ты прав.

Эмбер обошла метлу, изучая каждую ее деталь. Помело горело голубым светочем и тихо гудело, напоминая девушке «Аэробус Фантом». Если бы у нее только оказался шар, на котором удалось бы сидеть. Эмбер ходила из угла в угол, сцепив руки за спиной. И тут она заметила белый лабораторный халат доктора на крючке. Девушка вспомнила, как халат надулся на Егоре.

Проведя рукой по халату, она на секунду задумалась. Затем сняла его с крючка. Ведьма примотала одеяние к метле, удостоверившись, что все пуговицы застегнуты, а рукава крепко завязаны.

– Каким образом светоч наполнял шар на корабле? – спросила Эмбер у Финни.

– Здесь нет никакой магии – просто горячий воздух. Светоч подогревал воздух внутри шара.

– Ох!

Она схватила мехи, развязала один рукав и начала надувать халат, мысленно приказав медной сетке нагревать воздух.

– Кажется, работает! – воскликнула Эмбер.

Когда халат стал напоминать воздушную пастилу с прошлого обеда, девушка снова завязала рукав и забралась сверху.

– Так гораздо удобнее, – решила она, облетев лабораторию. – Единственная проблема в том, что у нас всего один халат.

– Я уверен, мы сможем найти еще, – сказал Финни.

Теперь Эмбер была удовлетворена результатом. Она начала подготавливать метлы и швабры для каждого из них. Лететь через океан на хлипких метлах было довольно рискованно – но все же лучше, чем оставаться на острове с безумным доктором. Никто не знал, как скоро Фаррагут решит заключить их всех в картины. Когда дело было сделано, ведьма собрала мётлы и швабры, связала их веревкой и убрала обратно в шкаф.

Доктор с Егором вошли в лабораторию как раз в тот момент, когда Финни заканчивал приготовление последнего зелья.

– Что это? – спросил доктор, наклонившись над котлом и вдыхая исходивший из него запах.

– На вашем месте я бы его не нюхал, – предупредил Финни. – Это сонное зелье.

– О, оно, наверное, очень действенное. Меня действительно клонит в сон.

– Оно еще не закончено.

– Значит, мне повезло. А ваше оружие? Позволите взглянуть? – спросил доктор.

Финни пожал плечами:

– Я должен перемешивать зелье, но если хотите посмотреть – мушкетоны лежат на столе.

Доктор поднял один из пистолетов и заглянул в широкое дуло. Затем вставил в рукоятку сосуд для зелья и вытащил его обратно.

– Гениально, – сказал Фаррагут с искренней улыбкой. – Очень изобретательно. Честно говоря, я крайне впечатлен вами, юноша. Будучи смертным, вы делаете потрясающие успехи.

– Спасибо.

– Может, вы захотите остаться и стать моим учеником, когда все закончится?

Финни моргнул: его глаза расширились за запотевшими стеклами очков.

– А как же… как же Егор?

– О, Егор иногда помогает мне в исследованиях. Однако он просто не создан для изобретательства. Егор скорее телохранитель, чем ученик. Но вам я мог бы передать мои знания, мое наследие.

– Я п-польщен, – вымолвил Финни.

Доктор улыбнулся:

– Тогда мы обсудим это позже. Сегодня вечером все встанет на свои места. У вас появится возможность определить собственное будущее. Я надеюсь, вы подумаете над моим предложением. Было бы жаль терять такой ясный ум.

Финни едва заметно кивнул.

– Вы уже закончили варить зелья? Не хотелось бы, чтобы вы пропустили бал, – сказал доктор.

– Почти, – ответила Эмбер, закупоривая сосуды, – Зелье должно остыть, прежде чем мы сможем разлить его по бутылкам. Это не займет больше получаса.

– Отлично. Что ж, тогда я вас оставлю. Костюмы найдете в своих комнатах.

Эмбер и Финни закончили разливать зелье по сосудам и аккуратно сложили все новые заклинания в сумку.

– Предлагаю тебе взять на бал пистолеты, Эмбер, – сказал Финни. – Даже если они не подойдут к костюму.

Она посмотрела на искреннее лицо друга и улыбнулась, умилившись его веснушчатым носом и щеками. Девушка подошла ближе и заключила его в крепкие объятия.

– Что бы ни случилось, хочу, чтобы ты знал: ты безмерно важен для меня. Твоя дружба – самое ценное, что у меня есть.

Финни обнял подругу в ответ и вдохнул, зарывшись носом в ее волосы. Он знал: Эмбер не может ответить на его чувства. Все замечали ее горящие глаза рядом с фонарем. Дэв постоянно смотрел на ведьму жадным, собственническим взглядом. Как простому человеческому парнишке состязаться с этими невероятными сверхъестественными существами? Даже Финни признавал, что сопоставлять себя с ними – все равно что сравнивать сырую морковку с шоколадными трюфелями.

– Твоя дружба тоже многое для меня значит, – сказал Финни, отстраняясь от девушки. – Нам пора подниматься наверх.

Они оставили одну сумку с мётлами и швабрами в шкафу. Другую, наполненную зельями, Финни взял с собой. Юноша прогибался под ее весом, но все-таки умудрился проводить Эмбер до ее комнаты. Перед тем как ступить в свои покои, Эмбер попросила Финни вернуть Дэву трость.

– Увидимся на балу, – сказала юная ведьма, слабо улыбнувшись. – Оставишь для меня один танец?

– Уверен, моя танцевальная карта будет совершенно пуста, – шутливо ответил Финни.

От Эмбер не ускользнуло: несмотря на веселый тон, он понурил голову.

– Спасибо, что отправился за мной, Финни – сказала она и поцеловала друга в щеку.

Финни раскраснелся. Его щеки стали похожи на спелые яблоки. Парень кивнул и отправился в свою комнату. В голове Финни кружились мысли: возможно, у его бедного сердца все же есть причина, чтобы биться быстрее.

Глава 37

Не забудьте надеть костюм

Проклятие Джека-фонаря

Финни пребывал в прекрасном расположении духа. В общей комнате он обнаружил Дэва. Тот был полностью одет в свой костюм – который, впрочем, мало отличался от его обычной одежды.

– И кем ты должен быть? – спросил Финни.

– Судя по всему, я – граф, – ответил Дэверелл, завязав свой атласный шейный платок и поправив бархатный воротник эффектного красного плаща. Он распустил гладкие блестящие волосы. Теперь они доставали Дэву до плеч. Шевелюра выгодно оттеняла его бледное лицо, делая и без того красивого вампира еще более привлекательным.

Финни вернул Дэву его трость и взял в руки свой костюм. Перед ним оказался наряд не то шута, не то клоуна. На шляпе красовалась красная лента и черные перья. Жилет покрывали причудливые вставки из красной, черной и белой ткани с разнообразными полосками и узорами. Отполированные ботинки были ярко-красными, а трость – дополнение костюма – венчала голова с маской на лице. Возле костюма лежали баночки с белой, черной и красной краской.

– И что я должен с ними делать? – спросил Финни у Дэва, взяв в руки одну из емкостей.

– Думаю, тебе следует раскрасить лицо, – сказал Дэв.

Финни состроил ему гримасу и уже собрался отправиться в ванную, когда оттуда вышел Грейдон. На оборотне был надет синий морской пиджак с золотыми эполетами и треуголка. Золотые пуговицы напоминали маленькие шестеренки, а тонкая металлическая отделка на груди была похожа на броню. Волосы мужчина собрал в хвост. Он обвел комнату стальными серыми глазами, прежде чем сесть на стул и начать надевать сапоги.

Грейдон не проронил ни слова с тех пор, как Дэв увел его из столовой. Мужчина согласился уйти, только когда вампир убедил его: если они не будут слушаться доктора, может случиться что-нибудь еще более ужасное, чем произошедшее с Делией. Тогда они ничем не смогут помочь женщине.

Смотреть на страдания Грейдона было невыносимо. От этого у Дэверелла сердце обливалось кровью. Он тоже не хотел думать о возможном уходе Эмбер.

Взглянув на Джека и даже не пытаясь скрыть свою неприязнь, вампир сказал:

– Тебе лучше начать одеваться. За нами скоро придут.

Джек провел рукой по платиновым волосам и достал свои карманные часы. Он был рад, что часы из мира смертных снова работают. Финни оказал фонарю большую услугу – даже несмотря на свои теплые чувства к Эмбер. Когда Джек захлопнул крышку, то поймал взгляд Финни. Юный изобретатель следил за ним через зеркало. Фонарь улыбнулся и кивнул юноше. Финни сделал то же самое.

Посмотрев на черную ткань с белыми полосками, Джек сказал:

– Доктор хочет, чтобы я оделся в костюм скелета. Но, на мой взгляд, это лишнее. Есть гораздо более простой способ.

Призвав свой свет, Джек сделал кожу прозрачной. Дэв вздрогнул, обнаружив на себе взгляд ухмыляющегося черепа. Фонарь с просвечивающими костями выглядел совершенно дико.

– Да, но все же – можешь сделать так, чтобы это не бросалось в глаза? Никто не захочет весь вечер смотреть на твою тазобедренную кость.

Джек опустил глаза и увидел свои кости сквозь брюки. Он приглушил свет, чтобы было видно только череп и кости рук. Это немного не соответствовало ожиданиям Фаррагута. Однако фонарю не хотелось надевать на себя обтягивающий костюм доктора. Джек водрузил на голову иссиня-черную шляпу с круглыми полями и надвинул ее на глаза.

– Финни, скажи, когда закончишь гримироваться. Все остальные уже готовы, – сказал Дэв.

– Готово. – Финни вышел из ванной комнаты. Он покрыл лицо белой краской, а вокруг губ и глаз нарисовал черные завитки и дополнил их крохотными красными сердцами.

Дэв поднял бровь и подумал: юноша, должно быть, тоже надеется выиграть расположение Эмбер.

Они спустились вниз. Там уже ждал Егор.

– Следуйте за мной, джентльмены. Доктор с нетерпением ждет вашего прибытия.

Они направились в бальный зал с зеркальными стенами и обнаружили там множество разодетых гостей. Присутствующие синхронно кружились под музыку, напоминая полумеханических рыб в лагуне. Грейдон сразу же нашел себе место в углу: оборотень прислонился к стене и принялся рассматривать гостей доктора блестящими в полутьме глазами. Финни направился к столу с угощениями, возле которого обнаружил тыкву Джека. При виде юноши овощ радостно засиял.

Дэв и Джек обошли бальный зал с противоположных сторон в надежде найти Эмбер. Фонарю не нравилась пугающая решительность в глазах вампира. Похоже, Эмбер наделила Дэверелла гораздо большим количеством положительных качеств, чем у того было на самом деле.

Джек хмуро рассматривал пестрые наряды танцующих. Он никак не мог найти Эмбер. В голову закрались дурные предчувствия. Прислушиваясь к болтовне гостей доктора и по очереди заглядывая в душу каждого из них, фонарь продолжал искать в толпе невысокую девушку с каштановыми кудрями и широкой улыбкой.

Со всеми гостями бала было что-то не так. Их внутренний свет казался фонарю фальшивым. Ауры гостей ритмично пульсировали и меняли цвет с каждым движением. Джек никогда не видел ничего подобного. Словно в каждом из них смешалось не два, не три, а целое множество разных существ. Одна аура зеленого цвета ярко светилась в разноцветном потоке. Джек хорошо знал ее. Это был Фрэнк. Фонарь последовал за старпомом, тот явно направлялся к оборотню в углу.

– Капитан? – сказал Фрэнк.

Грейдон повернулся к нему.

– Что такое, Фрэнк?

– Подводная лодка, сэр. Кто-то ее потопил.

– А команда?

– Не знаю, – сказал Фрэнк. – Либо их увели с лодки, прежде чем пустить судно ко дну, либо команда тоже на дне.

Плечи Грейдона опустились. Он пристально вглядывался в лицо своего давнего друга и бывшего старпома. Если Фрэнк и вел двойную игру, у капитана не было этому никаких доказательств. Грейдон решил: скорее всего, Фрэнк не догадывается о том, что служит инструментом в руках доктора. Он являлся такой же жертвой, как и Делия.

– Это не твоя вина, Фрэнк, – наконец произнес Грейдон.

– Это не важно, – ответил великан. – Я отвечал за эту лодку. Только меня можно винить в ее пропаже.

– С этим уже ничего не поделаешь.

– Где капитан Делия?

– Она… скажем так, под домашним арестом, – ответил Грейдон.

Джек услышал последнюю часть разговора. После этого он начал еще больше волноваться об Эмбер. Мужчина уже собирался продолжить поиски, как вдруг почувствовал ее присутствие. Фонарь сразу же отыскал ведьму глазами. Девушка стояла в дверях, ее лицо закрывала маска из перьев. Фиолетово-черная ткань юбки красиво ниспадала вниз причудливыми складками шелка и тафты. Корсет плотно обхватывал талию. Турнюр и шлейф платья были такими объемными, что практически полностью заполнили собой дверной проем.

Эмбер зашла в зал. Джек заметил у нее в руках черную шляпу конической формы с тонкой полоской меди, огибающей поля. Кроме того, у юной ведьмы было нечто похожее на посох. Трость переливалась на свету. Волосы Эмбер были собраны наверху и закреплены заколками из того же метала, что и на шляпе. Дэв добрался до нее первым.

Высокий вампир поклонился девушке с примирительной улыбкой и пригласил ее на танец. Эмбер надела остроконечную шляпу на голову и приподняла тяжелые юбки платья рукой с посохом. Только теперь Джек понял: это была метла. Фонарь изучил ведьму с помощью своего особого зрения и улыбнулся. Эмбер нашла способ сбежать.

Джек решил затеряться в толпе и понаблюдать за Эмбер с Дэвом издалека – а заодно дождаться появления доктора. Когда танец закончился, Дэв проводил Эмбер к столу с угощениями. Толпа расступалась перед ними, словно спутники были королевскими особами. Финни наполнил тарелку подруги самыми разнообразными яствами. Она принялась есть, то и дело отворачиваясь от своих спутников и выглядывая кого-то в толпе. Джек надеялся, что девушка искала его.

Когда тарелка Эмбер опустела, Финни протянул ей руку. Друзья отправились танцевать. Мальчишка двигался крайне неуклюже. Но Эмбер лишь смеялась каждый раз, когда парень наступал ей на ноги или сталкивался с ведьмой носами. Музыка стихла. Финни взял ее за руку и повел в сторону Джека. Увидев просвечивающий скелет Джека, юноша скорчил гримасу. Эмбер, казалось, ничего не замечала.

– Потанцуешь со мной, Джек? – спросила девушка, подняв изящный подбородок.

Джек огляделся и кивнул.

– Проследишь за обстановкой, Финни?

– Считай, я уже заступил на пост, – ответил парень и взял у Эмбер метлу.

Юноша не знал, когда она успела забрать свое творение. Ему не нравилась сама мысль о том, что юная ведьма спускалась в лабораторию доктора в одиночку. Мальчишка ощущал боль от зачарованного взгляда Эмбер на фонаря. И все же Финни предпочел бы видеть ее с Джеком, чем с этим подлым вампиром. Парень отыскал Дэверелла взглядом: вампир стоял около стола с угощениями с мрачным лицом, то и дело поднося ко рту золотой кубок.

Финни вытащил из кармана пупырчатый фиолетовый фрукт и откусил кусочек. Он наслаждался вкусом кислой мякоти угощения и старался не обращать внимания на руки Джека. Те обвились вокруг талии Эмбер. Финни смущало то, как близко друг к другу они стояли.

Дэв тоже наблюдал за каждым их движением. Вампир ощущал свой проигрыш. Он был готов понять смертного мальчишку. В конце концов, Финни не мог составить Дэвереллу серьезную конкуренцию. Когда Эмбер находилась рядом с фонарем, ее светоч становился таким тусклым, что ведьму нельзя было отличить от обычного человека. В этом случае фонарь играл роль живого щита.

Дэв пришел к мысли: возможно, Джек сможет лучше позаботиться об Эмбер. Чтобы скрыть ее силу, Дэв мог лишь пить кровь девушки или поить вредными отварами: ни один из этих способов не годился в долгосрочной перспективе. Он стиснул зубы. Должен же быть какой-то способ. Его кровь и сердце требовали от вампира испытать удачу еще один раз. Да, она говорила, что видит в Дэве только друга. Однако он был уверен – с ним ведьма будет счастлива.

Эмбер потянулась к Джеку и что-то ему прошептала. Ее алые губы коснулись уха фонаря, а щека прижалась к его щеке.

Между ними практически не осталось свободного пространства. Пальцы Дэва еще крепче сжали золотой кубок.

Вампир наблюдал за тем, как ухмыляющийся череп Джека наклоняется вниз и шепчет ей что-то в ответ. Ко всему прочему, костяная рука фонаря крепко держала ладонь девушки. Сердце вампира терзала ревность. Его желудок нервно сжимался при виде каждого прикосновения.

В конце концов, мужчине все надоело. Дэв понимал: ее ждет полный опасностей путь. Вампир был просто обязан спаси Эмбер от самой себя. Он решительно поставил кубок на стол, чуть не пролив содержимое. Дэв никогда не считал себя кровожадным или склонным к манипулированию. Но если спасти Эмбер можно только лишив ее воли – он был на это готов. Не сводя с девушки глаз, Дэв отошел от стола с угощениями. Вампир был вынужден дождаться, пока Джек уберет свои проклятые руки с его ведьмы. По своей природе Дэв был охотником, выискивающим кровь, чтобы поддерживать в себе силы. Он пытался оправдать свои действия благими намерениями. Однако мужчиной все же управляли инстинкты. Сила, наполняющая кровь вампира, убеждала: Дэв не просто хотел ее. Он нуждался в ведьме. И эта сила толкала вампира вперед.

Джек наслаждался танцем с Эмбер. Фонарю нравилось ощущать талию девушки под своими ладонями. Их близость казалась ему правильной и естественной. Запах ее волос, шелест юбок и теплый взгляд опьяняли юношу. Чем дольше они танцевали, тем больше фонарь не хотел отпускать ее. Джек жаждал снять с Эмбер маску и убрать с головы все заколки, чтобы локоны упали ей на спину. Он хотел провести рукой по густым и мягким волосам девушки.

Фонарь заметил направляющегося к ним вампира и вздохнул. Он понимал: избежать стычки не получится. В этот момент в комнату влетел жужжащий сгусток света. Джек сразу же его узнал. Юноша нахмурился и стал наблюдать за тем, как светлячок облетел вокруг него и вылетел в дверь. Джек отступил назад как раз в тот момент, когда к ним подошел вампир.

– Эмбер, нам надо поговорить, – сказал Дэв. – Это вопрос жизни и смерти.

– Ох, ну если Джек не против… – Она посмотрела на фонаря в надежде на его возражение.

– Да, – рассеянно ответил Джек. – Поговори с Дэвом. Я скоро вернусь.

С этими словами Джек в спешке покинул бальный зал.

Дэв мысленно поблагодарил небеса за свою удачу и положил руку Эмбер себе на локоть.

– Мы можем поговорить снаружи? – спросил он.

Она вздохнула, глядя на удаляющегося Джека, и кивнула. Дэв отвел юную ведьму на веранду. Подыскав тихое место вдали от любопытных глаз, вампир потянул ее за укромную нишу.

– Что такое? – спросила Эмбер. – Что-то случилось?

Сняв с себя шляпу и маску, девушка положила их на каменное ограждение.

– Нет-нет. Насколько я знаю, с картиной моей сестры все в порядке. Я хотел обсудить наш побег.

– Тссс! – сказала Эмбер, накрыв его рот ладонью. – На стене недалеко от нас сидит кошка.

– Точно.

Дэверелл заколебался, но все-таки сказал то, что собирался. Единственным способом оградить Эмбер от ошибочного выбора было напоминание о преимуществах жизни с вампиром. Воспользовавшись ее добрым сердцем, Дэв жалобно пробормотал:

– Я знаю, сейчас не самое подходящее время. Но мне хотелось бы попросить разрешения выпить еще немного твоей крови.

– Зачем? – спросила она. – Что-то не так?

Дэв покачал головой:

– Ты хочешь услышать объяснение, даже несмотря на прослушку?

– Да.

– Я думал о том, что вы с Финни приготовили патроны для вашего оружия. Если бы во мне текло чуть больше крови ведьмы, я был бы куда сильнее. Боюсь, сейчас я слишком слаб. Мне пришлось потратить бо́льшую часть сил во время сражения на воздушном корабле. Кроме тебя, никто не согласится стать добровольным донором. И к тому же только твоя кровь сможет придать мне достаточно энергии. Полагаю, я мог бы…

– Ни слова больше, – сказала Эмбер, прижав палец к его губам. – Конечно, ты можешь выпить моей крови. Ты мог бы даже не спрашивать.

Эмбер даже не представляла, что сулит ее обещание на самом деле. Говорить подобные вещи вампиру было опасно. Это значило: теперь ведьмовская сила Эмбер больше не защищала ее от Дэва. Мужчина замешкался, напоминая себе, что делает это для ее же блага. Все это только потому, что ведьма была чересчур упрямой и слишком легко поддавалась очарованию фонаря.

– Ох, Эмбер, – сказал он, взяв девушку за руку и поцеловав тыльную сторону ладони. – Эмбер, спасибо тебе.

– Не за что.

Дэв поцеловал ее запястье и медленно стянул длинную перчатку с руки ведьмы. Пока вампир подбирался к нежной коже на внутренней стороне локтя, его губы становились все мягче, а поцелуи более медленными и опьяняющими.

– Я не могу перестать думать о тебе, Эмбер, – прошептал мужчина, отделяя каждое слово поцелуем.

– Ох, Дэв. Мы ведь уже говорили об этом.

– Я знаю. Но это больно, Эмбер. Мое сердце… болит.

Кончики клыков Дэва задели ее кожу и оставили царапины. Он мысленно обругал себя за неосторожность. Царапины вампира оказывали приятный, опьяняющий эффект на донора. Но к этому методу прибегали только неопытные или отчаявшиеся вампиры. Дэв не относил себя ни к первым, ни ко вторым. И все таки, к его пущему удовольствию, тело Эмбер расслабилось и обмякло.

– Дэв? – позвала она.

– Да, любовь моя?

– Какое приятное ощущение.

Вампир улыбнулся, чувствуя себя виноватым. Однако он же хотел сделать девушку счастливой.

– Я сделаю все возможное, чтобы это ощущение не покидало тебя.

Теперь ведьма была у него в руках. Вампир ощущал пульсацию ее крови. Он понимал, что не сможет отпустить Эмбер. Дэв продвинулся еще выше – к ее плечу. Затем опустил ворот платья, открыв достаточно большой участок кожи.

Пока Дэверелл поднимался к ее шее, он еле-еле касался кожи девушки своими клыками. Эмбер застонала от нетерпения: эффект от поцелуев вампира начал действовать.

– Скажи, что желаешь меня так же, как я желаю тебя, – хрипло сказал он. Эмбер схватила Дэва за лацканы, наклонив голову набок и обнажив тонкую шею.

Она облизнула губы:

– Я хочу… я хочу…

Дэв глубоко вонзил зубы в ее шею. Одной рукой вампир крепко держал голову девушки, пока вторая гладила ее ладонь, прочерчивала изгиб талии и, наконец, сжала ее бедро. Тело юной ведьмы было аппетитным и притягательным, а ее вкус – изысканным. Дэв полностью растворился в удовольствии и даже не заметил, как рот прошелся по линии ее челюсти и нашел губы Эмбер.

Вампир приподнял ее за талию, усадил на каменное ограждение и продолжил поцелуй.

В этот момент его оторвали от Эмбер. Та чуть не упала с ограждения.

Финни подхватил девушку и потянул вниз: тело подруги обрушилось прямо на юношу. Они оба свалились на каменный пол.

К ним подлетела тыква. Выражение ее лица было устрашающим.

– Эмбер? Эмбер? – Финни выпутался из-под тяжелых юбок и начал бить ведьму по щекам.

Она не отвечала. Юноша бросил на Дэва враждебный взгляд.

– Ты, подлое чудовище! – закричал Финни. – Что ты с ней сделал?

Эмбер лежала у парня на груди без сознания. Финни торопливо развязал свой платок и приложил к ее окровавленной шее. Дэв был впечатлен тем, что смертному мальчишке хватило сил оторвать вампира от Эмбер. Мужчина вытер кровь с губ, вздохнул и приготовился ответить на вопрос юноши. В этот момент его голова вывернулась на бок. Дэву врезали. Сильно.

Он зашатался. Когда наконец удалось восстановить равновесие и поднять глаза, мужчина увидел разгневанное лицо фонаря.

Глава 38

Все тайное становится явным

Проклятие Джека-фонаря

Дэв коснулся своего подбородка и подвигал челюстью вперед и назад. Кровь отлила от его костей, мгновенно излечивая вампира. Сквозь длинные волосы, упавшие на лицо, вампир смерил фонаря презрительным взглядом.

– Зачем опускаться до простой драки? – спросил Дэв с ехидством в голосе. – Мог бы сразу испепелить меня своим светом.

– Все очень просто, – ответил Джек. – Пока Эмбер без сознания, я не могу спросить, добровольно ли она отвечала на твои ухаживания.

– А что, если добровольно?

– Если так, то я уйду и не буду вам мешать.

– А если нет?

– Для твоего же блага – будем надеяться, что да. Я еще никогда не использовал свой свет на полную мощность. Однако, насколько мне известно, он может заставить существ вроде тебя мучиться очень и очень долго.

Дэв пристально смотрел на фонаря. Глаза вампира вспыхнули диким блеском.

– Довожу до твоего сведения: Эмбер разрешила мне пить ее кровь, когда захочу.

– Как я уже говорил, мне понадобится ее подтверждение.

Джеку ужасно хотелось ударить вампира еще раз. Но он понимал, что не может принимать решения за Эмбер – даже если это означает, что ведьма предпочтет фонарю кого-то другого.

Дэв хрипло рассмеялся и указал на себя с видом победителя.

– Ты знаешь правила, фонарь. Если бы она не хотела этого, не хотела бы меня – я бы уже оказался мертв. А сейчас, если позволите, я проверю ее состояние.

Мужчина наклонился над Эмбер, но его опять схватили за воротник и потянули назад. Джек ударил вампира в живот, забыв о намерении сдерживать эмоции. Фонарь схватил Дэверелла за грудки, порвав при этом лацканы вампирского камзола.

– Предупреждаю в последний раз – не смей к ней прикасаться!

Дэв оскалил зубы и оттолкнул Джека. Затем вдруг побежал в его сторону на нечеловеческой скорости и впечатал фонаря в стену. Каменная кладка осыпалась от удара. На Джеке не осталось ни царапины.

– Значит, ты хочешь драться за женщину, подобно жалким смертным? – спросил Дэв. – Тогда я как раз тот, кто тебе нужен.

Он скинул камзол, расстегнул жилет, снял запонки, чтобы закатать рукава рубашки. Затем осторожно отложил в сторону свою трость и карманные часы.

Для Джека это означало: можно продолжать бить вампира с чистой совестью. Фонарь решил, что если Дэверелл хочет драки – он ее получит. Хранитель последовал примеру Дэва и закатал рукава своей рубашки.

– Вы думаете, сейчас подходящее время для турнира по боксу? – спросил Финни. – И спасибо, что назвал смертных «жалкими».

Дэв выглядел крупным и сильным даже без своих вампирских способностей. С другой стороны, Джек был крепким и стойким. Финни не знал, на кого бы он поставил в этой схватке. Мужчины начали наносить друг другу удары, толкаться и пинаться. Дэв даже бросил Джека через спину.

Финни с удовольствием понаблюдал бы за дракой – если бы она началась не из-за Эмбер. Девушка никак не приходила в себя, но следы укусов на ее шее и губах уже затянулись. Над головой Финни с жужжанием пролетел светлячок. Юноша отмахнулся от него рукой, но существо опустилось на нос Эмбер.

В этот момент до всех донесся громкий мужской голос:

– Прекратите немедленно!

Неведомая сила отбросила дерущихся мужчин в разные стороны. Дэв налетел на каменное ограждение, а Джек врезался в стену дома. Мужчины тяжело дышали. Их кожу покрывали темные синяки, а костяшки рук стерлись и покраснели.

Джек выпрямился и заговорил первым.

– Я ожидал твоего появления.

– Хороший фонарь только наблюдает и не вмешивается в происходящее без крайней необходимости. Видимо, для тебя закон не писан, Джек. А ведь я всему тебя обучил. Почему ты покинул свой пост?

Дэв с отвращением наблюдал за Джеком. Тот вытянул руки по швам и начал докладывать своему начальнику, как послушный маленький солдатик.

– Финни и Эмбер – жители города, который находится на моей территории. Этот вампир, – Джек практически выплюнул последнее слово, – пробрался в город и отвлек меня. Затем похитил Эмбер и доставил ее в Иной мир. Я последовал за ними вместе с Финни, который помогал мне отслеживать их путь. В конце концов, мы смогли их нагнать. Я собираюсь вернуть Эмбер обратно в мир смертных.

Рун поднял бровь и изучил Джека пристальным взглядом. Демон заглядывал в душу и читал в ней намного больше, чем фонарь только что произнес вслух. Светлячок подлетел к Руну. С щелчком пальцев своего хозяина он снова прицепился к сережке. Главный фонарь задумчиво погладил аккуратную бороду и обошел вокруг Финни и Эмбер, рассматривая их со всех сторон.

– Почему ты не рассказал мне о ведьме? – спросил он у Джека. – Ты же знал, что я ее ищу.

– Я не хотел, чтобы ты ее нашел, – смело ответил Джек. – В последний раз, когда ты наткнулся на ковен, на кострах сгорели и ведьмы, и простые люди.

Дэв зашипел из-под всклокоченных длинных волос, упавших на лицо. В этот момент мужчина больше походил на дикого зверя, чем на человека.

– Нравится сжигать ведьм? – Вампир плюнул на землю у ног Руна. Главный фонарь не обратил на оскорбление никакого внимания.

– Я разочарован твоим предательством. – Рун обратился к Джеку. – Но я могу тебя понять. Ты всегда был мягок с ведьмами и колдунами, предпочитая отпугивать их от перекрестков, а не докладывать. Я разберусь с тобой позже. Избавиться от смертного и ведьмы будет несложно. Итак, остаешься только ты.

Он указал на Дэва.

– Кто послал тебя за ведьмой? Ты же не будешь притворяться, будто у тебя нет нанимателя? – Рун оглядел вампира с головы до ног. – С тебя станется.

Дэв оскалился и сжал кулаки.

– Молчание ничем тебе не поможет, вампир, – предупредил Рун. – Если ты не будешь сотрудничать, я запру тебя в гробнице. Кажется, у доктора есть замечательный кленовый гроб: он как раз придется тебе впору.

– Почему ты здесь? – спросил Джек. – Как ты нашел нас?

– Ну-ну, Джек. Давай не забывать, кто из нас двоих более могущественный. У тебя и так уже достаточно проблем, – Рун опустил глаза и посмотрел на Эмбер. – Она очень миловидная, признаю. Слишком пухленькая, на мой вкус. Однако от нее исходит такая сила, что этот недостаток можно простить. Я понимаю, почему вы двое за нее боретесь.

– Трое, – сказал Финни, поднимаясь на ноги и поправляя очки. – Чтобы добраться до Эмбер, тебе придется справиться со всеми нами.

Рун наклонился и щелкнул по стеклу очков Финни.

– Все это очень занимательно. Но кто сказал, что мне нужна девчонка?

– Разве ты пришел не за ней? – спросил Джек. – Ты не собираешься доставить Эмбер в столицу? Или убить ее?

– Скажем так, моя задача – выяснить замысел нашего старого доброго доктора. Присутствие всех вас здесь – просто удачное совпадение. Я воспринимаю это как компенсацию за необходимость бегать за вами по всему Иному миру. Итак, вампир, я спрошу тебя еще раз: кто тебя нанял?

Дэв не произнес ни слова. Рун повернулся к вампиру, угрожающе прищурившись.

– Ладно. Если ты не хочешь говорить, я заставлю тебя это делать.

Луч света из его сережки упал на Дэва и из желтого превратился в красный. Вампир истошно кричал, пока его кожа вздувалась и дымилась.

Джек с ужасом наблюдал за тем, как горит кожа Дэва. Огонь перешел на его рубашку. Ее обгорелые остатки прилипли к почерневшей коже. За всю свою службу на посту фонаря Джек ни разу не видел, на что способен их свет при полной мощи. От одной мысли о том, что он тоже способен стать источником таких страданий, Джеку стало дурно. Фонарь знал, что может причинять вампирам боль – и даже делал это в прошлом. Но ему никогда не приходилось прибегать к силе, которую использовал Рун.

Дэв рухнул на колени. Его блестящие волосы выпадали клоками, а на облысевшей голове пузырилась кожа. Джек видел: тело вампира пытается исцелиться, но свет Руна снова и снова сводил эти попытки на нет.

Через несколько мучительных минут Рун остановился. Со скучающим видом он осмотрел свои ногти и задал тот же вопрос:

– Скажи мне, на кого ты работаешь, вампир. Я могу без устали мучить тебя неделями. Но не уверен, что твоя кровь сможет так долго поддерживать в тебе жизнь. Просто скажи мне то, что я желаю знать. Потом можешь идти на все четыре стороны. Может, тебе станет легче, если я скажу: я имею все полномочия для снятия с тебя всех обвинений.

Дэв корчился в муках, но все же смог встать на колени и опереться на руки – хотя все тело мужчины дрожало от боли и изнеможения. Вся его одежда превратилась в обугленные куски ткани. Как бы Джек ни презирал и иногда даже ненавидел вампира, сейчас фонарь испытывал к Дэву только сочувствие.

Рун прикоснулся к сережке и собрался снова обрушить на Дэва свой красный свет. Джек встал между ними.

– Он почти не может двигаться, а говорить – тем более, – сказал Джек. – Позволь мне им заняться.

Рун ухмыльнулся:

– Что, еще раз его побьешь?

– Да. Если придется. Это мой шанс загладить свою вину. Знаю, я не должен был покидать пост. Я просто пытаюсь все исправить.

Рун вздохнул.

– И у тебя это ужасно выходит.

Эмбер застонала. Финни снова опустился на колени возле девушки.

– Что… что случилось? – спросила она, медленно открыв глаза.

Ведьма посмотрела на Джека и одарила его хмельной улыбкой. Затем погладила Финни по щеке. Вдруг она заметила Руна. Глаза Эмбер расширились.

– Помоги мне встать, Финни.

Поднявшись на ноги, она заметила Дэва и закричала, закрыв лицо руками. Его тело медленно исцелялось, но вампир все еще выглядел чудовищно – как существо, только что вылезшее из могилы.

– Дэв? – неуверенно позвала девушка, сделав шаг вперед. – Кто с ним это сделал?

– По-видимому, ты, моя дорогая, – ответил Рун.

– Я? – Эмбер тяжело сглотнула. – Я с ним это сделала?

– Нет, ты этого не делала, – успокаивающе сказал Джек и повернулся к Руну. – Позволь мне с этим разобраться.

Рун прищурился и затем вздохнул.

– Будь по-твоему. Но имей в виду: я доверяю тебе только из-за нашего давнего знакомства. Не заставляй меня снова в тебе разочаровываться.

Склонив голову, Джек наблюдал за Руном. Главный фонарь повернулся к ним спиной и приготовился покинуть веранду.

– Как и ты меня, – тихо сказал он.

– Что ж, на этом острове есть еще несколько дел, которые требуют моего внимания.

Насвистывая веселую мелодию, Рун сложил руки за спиной и превратился в туман. Облако исчезло в дверях бального зала.

* * *

В форме тумана Рун просочился через бальный зал и нашел доктора с его невидимым помощником. Он затаился около их ног и начал вслушиваться в разговор.

– Теперь, когда все готово, их нужно погрузить на корабль. Ты знаешь, что делать.

– Да, доктор.

Это прозвучало зловеще. Рун понимал: здесь происходило что-то более серьезное, чем сокрытие беглой ведьмы. После сражения с «Аэробусом» он отправил доклад Владыке Иного мира. Так и не получив ответа, демон начал изучать близлежащие воды. Призрачный шторм больше не был помехой. Его светлячок смог летать на довольно большие расстояния. К своему удивлению, когда Рун наткнулся на остров доктора, то обнаружил там не только свет хорошо знакомого ему фонаря, но и могущественную ведьму.

Но на этом сюрпризы не закончились: чего демон точно не ожидал, так это найти на острове металлурга, сбежавшего от Владыки Иного мира. Проскальзывая сквозь дверные щели и прячась в шкафах, Рун быстро собрал полезную для себя информацию. Джек, вампир и смертный – все они были влюблены в ведьму. Главного фонаря она нисколько не привлекала – по крайней мере, пока не отошла от Джека. Ее сила заискрилась и образовала яркую, широкую дугу. Рун еще ни разу не чувствовал подобного. Неудивительно, что Владыка Иного так жаждал найти ее.

Что ж, этому все равно не суждено случиться. Ведьма с такой мощью обеспечила бы Владыке долгие годы правления. Но если бы Рун смог держать ее при себе…

Проверив крышу дома на наличие кошек, способных выдать его присутствие, демон принял человеческую форму. Он задумчиво погладил бороду и стал перебирать в голове всевозможные варианты. Очаровывать юную ведьму представлялось бесполезным занятием. По белому сиянию, обвившему ее сердце, Рун понял: Эмбер влюблена в Джека.

Но Рун мог использовать это в своих целях.

Он терпеливо наблюдал и ждал подходящего момента. Главный фонарь отправил к Джеку своего светлячка, чтобы тот знал о его пребывании на острове. Рун не хотел удивлять Джека – но и посвящать в свои планы пока не собирался. Пока фонарь гонялся за светлячком, Рун обернулся туманом и последовал за Эмбер.

Когда вампир укусил Эмбер, Рун собирался вмешаться. Однако смертный мальчишка добрался до них первым. Главный фонарь надеялся, что вампир убьет смертного – чтобы этого не пришлось делать самому Руну. Но по какой-то причине вампир сдержался. Наконец настало время для его появления. Рун не только пришел на выручку Джеку и продемонстрировал свою силу, но и проявил милосердие.

Теперь главному фонарю осталось выяснить замыслы доктора и свергнуть Владыку Иного мира при помощи Джека и ведьмы, притворяясь их союзником. Рун вздохнул. У амбициозных людей дел всегда невпроворот.

* * *

– Это твой наставник? – спросил Финни, когда Рун исчез из вида. – Он тоже фонарь?

Джек кивнул и положил руку на плечо Эмбер.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– Обо мне не беспокойся, – заверила Эмбер. – Пожалуйста, помоги Дэву.

Джек накинул на плечи Дэва его камзол, после чего помог вампиру подняться на ноги. Финни подобрал трость и карманные часы, а заодно вернул Джеку пальто.

– Дайте мне трость, – прохрипел Дэв.

Они усадили вампира на каменную скамейку. Дэв с щелчком открыл набалдашник своей трости, вытянув кристалл на полную длину. Эмбер понятия не имела, что такое возможно. Дэв обхватил камень обеими руками: кристалл засиял голубым светом. Лицо вампира расслабилось. Они с удивлением наблюдали за тем, как кожа на его руках и лице приобретает нормальный вид. Дэв немного восстановился и застегнул жилет, а затем и камзол на голой груди. Поморщившись, мужчина провел рукой по лысой голове. Отращивание новых волос займет больше времени: на это всегда уходило как минимум несколько часов.

Дэв посмотрел на ладонь Эмбер. Та лежала на его руке. Затем вампир перевел взгляд на фонаря, покровительственно стоявшего рядом с девушкой. Он заслужил свое наказание. Дэв не мог найти в себе сил взглянуть Эмбер в глаза – после того что он совершил из-за ревности и собственной низости. Он был худшим из злодеев: тем, кто выбирает своими жертвами невинных и добросердечных.

– Я никогда не лгал Эмбер. Меня и вправду наняла верховная ведьма, – тихо сказал Дэв. – Она хотела, чтобы я нашел Эмбер и привел к ней. Понимайте это, как хотите.

Джек нахмурился:

– Если она сделала это не для того, чтобы отдать Эмбер своему мужу, то зачем?

Дэв сжал губы.

– Не думаю, что ведьма собиралась отдать Эмбер ему. У меня сложилось впечатление, будто между верховной ведьмой и ее мужем не осталось ни капли любви. Если бы это была его идея – Владыка нанял бы меня лично. Нет, со мной связалась именно верховная ведьма. Причем в условиях строжайшей секретности. Может, она решила мне довериться. А может, подумала, что я смогу найти нужный подход. Потому что я уже делал это раньше.

– Твоя ведьма, – сказала Эмбер. – Она тебя излечила. Как? Я думала, ты умираешь.

– Немного помогла моя кровь. Но в основном меня поддерживает ее сила. Она наполняет меня энергией на протяжении многих лет.

– Так тебе не требовалась моя кровь. Ты солгал, – сказала Эмбер.

– Да.

– Почему?

– Разве это не очевидно?

– Ты ревновал, – вмешался Финни.

– А ты нет? – парировал Дэв.

Нервным движением Финни оттянул воротник рубашки.

– Что, теперь мы вываливаем все наше грязное белье на всеобщее обозрение?

– Финни? – Эмбер с удивлением смотрела на друга.

– Ладно. Я любил Эмбер с тех пор, как мы были детьми. Вы довольны?

– О, Финни, – сказала Эмбер. – Ты никогда мне об этом не говорил.

– Я знал, как тебя раздражали все эти парни, следующие за тобой по пятам. Боялся, что ты отвергнешь меня так же, как их. Честно говоря, когда я отправился за тобой в Иной мир, во мне еще теплилась надежда на взаимность чувств. И все же я хочу тебе сказать: я всегда буду твоим другом, Эмбер. Что бы ни случилось. – Финни взял Эмбер за руки и крепко сжал ладони юной ведьмы в своих.

– Вот вы где! – За их спинами раздался голос доктора. Все присутствующие на веранде вздрогнули от неожиданности. – О боже! Как я вижу, вы решили не только надеть мои костюмы, но еще и по-настоящему вжиться в роли. Выглядите так, словно по вас проехался запряженный дикими лошадьми дилижанс.

Круглое лицо Фаррагута блестело от пота. Эмбер невольно задумалась: чем же он занимался все это время?

– Прошу вас, следуйте за мной, – сказал доктор. – Праздник вот-вот начнется.

Глава 39

Конфеты – это мило, зато ликер – действеннее

Проклятие Джека-фонаря

Последовав за доктором, они вернулись в бальный зал. Эмбер забрала свою шляпку. Перьевая маска осталась на каменном ограждении. Волосы девушки распустились и лежали на плечах. Подняв руку, юная ведьма сняла с головы медную заколку. Что произошло? Эмбер помнила, как Дэв просил разрешения выпить ее крови, а потом его губы на своем запястье. И вот девушка уже пытается прийти в себя, лежа на каменном полу, пока вокруг происходит что-то странное.

К ним сразу же подошел Грейдон.

– Что случилось? – спросил он.

– Длинная история, – ответил Джек, оглядывая зал в поисках Руна.

Мужчина не нашел ни главного фонаря, ни своей тыквы. Он прислушался к своим ощущениям, но так и не смог понять ее местонахождение. Это насторожило Джека. Зачем Рун явился сюда? Он хотел сдать их Владыке Иного мира? Джек планировал найти Руна и все объяснить начальнику.

Он собирался попросить Грейдона с Фрэнком отвести Дэва наверх. Но в этот момент доктор постучал ножом по хрустальному бокалу, привлекая всеобщее внимание. Музыка немедленно затихла. Танцующие, как по команде, остановились и разошлись, оставив главных гостей доктора одиноко стоять посреди бального зала.

Подняв бокал, доктор торжественно произнес:

– Я хотел бы провозгласить тост в честь моих особых гостей. Джентльмены, прошу вас, раздайте всем напитки.

Слуги тут же суетливо засновали по залу. Они проверяли, чтобы у каждого из присутствующих в руке был бокал.

– Ну же, господа, успокойтесь, – сказал доктор, подняв руку. – Долгое время я пытался завершить свое величайшее изобретение. На самом деле это заняло у меня больше одного столетия. Но теперь моя работа окончена. Прошу вас, поднимите бокалы вместе со мной. Давайте отпразднуем успех моего грандиозного проекта, который в корне изменит наше будущее!

Гости механически зааплодировали и подняли бокалы. Доктор пил, запрокинув голову. Кадык на толстой шее Фаррагута ходил ходуном. Часть жидкости из его бокала пролилась на белый жилет.

Грейдон долго смотрел на свой напиток, но все же выпил его и со звоном поставил бокал на тележку проходившего мимо слуги. Дэву, Финни и Джеку не терпелось покинуть бальный зал. Они осушили свои бокалы одним глотком. Джек взял Эмбер за локоть. Прежде чем последовать за ним, девушка обернулась к доктору. Тот улыбался ей с возвышения. Эмбер подняла бокал. Поднеся его к губам, она осторожно сделала глоток пенящегося напитка. Эмбер ощутила вкус персика и каких-то трав.

Вдруг ее мысли спутались, голова закружилась, а рот онемел. Ведьма только смутно ощущала, как ее тянут к выходу из бального зала. Пол закачался. Толпа в пестрых нарядах начала сгущаться вокруг девушки. Они хватали Эмбер своими длинными руками и тянули ее в разные стороны. Юной ведьме показалось, что она теряет сознание. Это был бы уже второй обморок за последний час.

Девушка попыталась вырваться из их цепкой хватки. Все голоса и звуки слились в один и стали неразличимы. Она не могла разобрать даже своих собственных слов. Неподалеку неподвижно лежал Финни. Эмбер подняла взгляд на доктора. Фаррагут наблюдал за происходящим с довольной улыбкой. Джек и Дэв тоже упали на пол. Даже Грейдон еле держался на ногах. Эмбер попыталась обратиться к своей внутренней силе. Она хотела очистить разум и тело от действия снадобья, которое доктор подмешал в их напиток. Однако это не сработало.

Только Френк твердо стоял на ногах. Его безжизненные глаза смотрели в одну точку – словно массивное тело вдруг потеряло возможность двигаться. Эмбер потянулась к великану, но ее рука стала такой тяжелой, что просто упала на грудь. Перед тем как окончательно потерять сознание, ведьма подумала: одежда Фрэнка выглядит очень потрепанной: штаны и сапоги стали коричневыми от плотного слоя грязи.

* * *

Эмбер разбудило странное колющее ощущение. Внутренней стороной локтя она почувствовала холодное металлическое прикосновение. Девушка услышала, как жидкость наполняет колбу, и со стоном попыталась открыть глаза.

– Добро пожаловать обратно в мир живых, – весело сказал доктор.

Одетый в свой белый лабораторный халат, Фаррагут наклонился над незнакомым ей устройством. Он наполнял десятки стеклянных резервуаров красным густым содержимым стеклянной колбы.

Эмбер попыталась рассмотреть свое тело. Девушка оказалась пристегнута к практически вертикальной кровати. Из ее руки торчала игла, соединенная с длинной трубкой. По этой трубке кровь медленно переливалась в колбу. Она огляделась и заметила Финни, Грейдона, Джека и Дэва. Те тоже были крепко пристегнуты ремнями. Все они, кроме Финни, начали постепенно приходить в сознание. Тыква парила в воздухе рядом с рыжеволосым юношей. На ее оранжевом лице застыло обеспокоенное выражение.

– Что вы с нами сделали? – спросила Эмбер.

– Скорее, что я делаю прямо сейчас, – весело поправил девушку доктор. – Пока что я еще ничего не сделал.

Эмбер смотрела, как синие от чернил пальцы бегло проводят по странице с формулами и тянутся за новой колбой.

– Зачем вам наша кровь? Для заклинания?

Доктор усмехнулся:

– Заклинания? Мое изобретение гораздо важнее ваших глупых заклинаний.

Еще одна игла поднялась в воздух. Невидимая рука воткнула острие в сгиб локтя спящего Финни.

– Егор? – спросила Эмбер.

– Да, он тоже здесь, – ответил доктор за своего помощника. – Не причини мальчишке вреда, Егор. Я все еще хочу взять его в ученики.

– Да, доктор, – ответил человек-невидимка.

– Джек? Дэв? – крикнула Эмбер.

Они вяло повернули головы в ее сторону. Волосы Дэва были почти такими же длинными, как и раньше. Тело вампира выглядело целым и здоровым.

– Они не смогут помочь тебе, дорогая, – сказал доктор. – Даже они не могут так быстро побороть действие моего транквилизатора – особенно учитывая, что я разработал его специально для них.

– Я не понимаю. Что вам от нас нужно?

– Егор, будь добр, дерни за рычаг.

Ручка рычага на ближайшей стене опустилась вниз. Из идущей по потолку трубы вырвался густой поток пара. Эмбер услышала громкий скрежет. Стена за спиной доктора отъехала назад, как панель. Перед взором предстали два огромных цилиндра.

– Что это такое? – спросила она.

Доктор надел свои очки и взял в руки инструмент. Из устройства вырывался голубой огонь. Фаррагут приварил поверх наполненного кровью резервуара металлический пласт.

– Владыка Иного мира называет их машинами Судного дня. Он собирался запустить машины в определенном месте и навсегда разделить Иной мир с миром смертных.

– Зачем ему это нужно? – спросила Эмбер.

Доктор отвлекся от своего занятия и посмотрел на ведьму.

– Понятия не имею. Это лишило бы его всех ресурсов, за счет которых функционирует Иной мир. Я не мог этого допустить. – Доктор прервался и перевел мечтательный взгляд на что-то, чего Эмбер не видела. – В мире смертных у меня есть замечательный маленький остров, не отмеченный ни на одной карте. Я очень привязан к этому месту. Поэтому я украл у Влыдыки машины Судного дня.

– Использовав для этого меня, – сказал Грейдон, прожигая доктора серыми глазами.

На его руках начала пробиваться шерсть, а ногти удлинились и заострились. Но все быстро вернулось в обычное состояние.

– Да. Тебя и Делию. Даже не пытайся принять форму зверя, – предупредил доктор. – Снадобье сдерживает твои силы.

Фаррагут подошел к большому оружию и нежно похлопал по нему рукой.

– Теперь оружие оказалось у меня в руках. Я переделал его под свои собственные нужды.

Лаборатория вздрогнула, пол наклонился. Доктор вцепился в стол, успев подхватить падающую колбу.

– Где мы? – спросил Дэв.

– На моем личном воздушном корабле. Призрачный шторм десятилетиями держал меня на этом острове, но теперь я снова свободен – благодаря Эмбер.

– Вы стали заложником шторма? Я думал, вы наоборот скрываетесь за ним от любопытных глаз.

– О, так и было, мой мальчик. Но эти надоедливые привидения обитали на острове не просто так. Видишь ли, они появились здесь из-за меня.

Эмбер тяжело сглотнула.

– Из-за вас? Вы хотите сказать, что убили их?

– О да. Я думал, это очевидно.

К доктору подлетела колба с кровью. Фаррагут взял ее в руки.

– Спасибо, Егор. Настала очередь волка.

– Что вы делаете с нашей кровью? – спросил Грейдон. – Я могу понять, почему вам нужна кровь ведьмы. Но в крови оборотня нет ничего особенного, а в крови смертного и того меньше.

Доктор вздохнул:

– Как же тяжело быть гением: постоянно приходится все разъяснять. Я перенастроил машины Судного дня так, что во время взрыва они не разделят два мира. Вместо этого машины отделят души смертных от их тел. Сосуды с кровью служат ориентировочной меткой, чтобы взрыв не затронул ваши виды. Вы продолжите жить, как жили до этого. Думаю, вы должны сказать мне спасибо.

– За ваше желание уничтожить целую расу?

– Технически они не будут уничтожены. Их души соберутся в огромный шторм здесь, в Ином мире, так, как они всегда материализуются над водой. Возможно, они знатно отравят жизнь местным морякам и пиратам. Признаю, это будет пиррова победа – по крайней мере для Иного мира.

Зато мир смертных будет полностью очищен. Я легко смогу управлять телами, оставшимися от смертных – особенно с моими технологиями. Там меня не будут преследовать беспокойные призраки, а под рукой всегда будет моя личная ведьма.

– Мир, полный роботов-автоматов, которые склоняются перед тобой, как перед королем, – с отвращением подытожил Джек.

– Вы считаете Фрэнка роботом? – спросил доктор, указывая на стоявшего в углу зеленокожего великана. – Вы же его видели. У него есть сердце и разум.

– Его разум подчиняется вам, – вмешался Грейдон. – Но вы не смогли провернуть этот трюк с Делией.

Доктор с раздражением отложил свой инструмент.

– Это никак не связанно с ее исключительностью или силой, поверьте мне. Делия не отделена от своей души, в отличие от фонарей. Я просто вернул душу в ее тело.

– Вы можете заново объединить душу и тело? Значит, процесс создания фонарей работает в обратную сторону? – спросила Эмбер.

– Да, конечно. Если душу можно забрать – значит, можно и вернуть.

– Это значит, вы могли бы вернуть душу в тело Джека, – сказала Эмбер.

Доктор посмотрел на тыкву, а затем перевел взгляд на Джека и пожал плечами.

– Это возможно. Душа фонаря привязана к его угольку. Он держит ее на месте, не давая ускользнуть. Но в случае Джека это не важно. Ведь я не собираюсь возвращать ему душу. Для успешного результата мне нужна кровь фонаря. Объединение души и тела снова сделает его человеком. – Фаррагут взглянул на Эмбер. – Кроме того, его судьба не должна тебя волновать, моя дорогая. По крайней мере, после взрыва устройства.

– Я не буду вашей ведьмой, – резко сказала Эмбер.

Услышав эти слова, доктор расхохотался так сильно, что из его глаз потекли слезы.

– Нет, – сказал он наконец. – Конечно же нет.

Он взял в руки следующую колбу и вылил кровь в подходящий резервуар.

– Годами я собирал все недостающие элементы, – объяснил доктор. – И ты была самым главным компонентом, Эмбер. Мне пришлось подождать, пока ты вырастешь, а твоя кровь созреет. Из всех скрывающихся в мире смертных ведьм только ты оказалась достаточно сильна, чтобы услышать мой зов, прийти сюда и помочь воплотить мою мечту. Я все думаю, отчего же так вышло?

– Так это были вы, – пробормотала Эмбер. – Вы заманили меня в Иной мир.

– Конечно. Если бы я не подкупил вашего хорошего знакомого Пэйна и не попросил бы добавить в чай «дыхание дьявола», чтобы сделать тебя более податливой, – ты могла бы никогда не добраться до моего острова. И если бы я не подсказал Фрэнку, что от дредноута надо спасаться в подводной лодке, тебя, скорее всего, схватили. Было бы очень неприятно, попади ты в плен к нашему подлому Владыке. Думаю, в таком случае даже Грейдон не смог бы тебе помочь. Конечно, в итоге все сложилось так, как должно было. Дэв успешно доставил тебя сюда.

– Вы меня не нанимали, – запротестовал Дэв.

– Разве? – Доктор опустил очки и театрально поднял брови.

Он приварил металлическую пластину поверх еще одной секции и проверил свои карманные часы.

– Вот еще! Отвлекаюсь на всякие мелочи. – Он указал на Дэва. – Вампир – следующий.

Человек-невидимка вонзил в руку Дэва острую иглу.

Когда доктор отвернулся, с потолка незаметно опустился светлячок. Из него вырвался тонкий луч света, который разрезал ремни на руках и талии Эмбер. Она торопливо огляделась. Доктор не видел девушку. Зато черная кошка, лениво помахивающая хвостом, не сводила с ведьмы глаз. Прошло несколько секунд, но кошка так и не сдвинулась с места. Поэтому Эмбер решительно выдернула иглу из своей руки и приподняла юбки, чтобы проверить пристегнутые к бедрам кобуры. Девушка с облегчением обнаружила: оружие все еще при ней. Вытащив оба пистолета, юная ведьма прицелилась в спину доктора и выстрелила.

Глава 40

Скелет в шкафу

Проклятие Джека-фонаря

Оба выстрела Эмбер – кислотное заклинание и сонное зелье – достигли своей цели. Затем силой мысли она подняла в воздух скальпель. Хирургический нож пронзил руку доктора, пришпилив его к стене.

В этот момент кислота начала разъедать лабораторный халат доктора. Тот взвыл от боли. Фаррагут вырвал скальпель из руки и повернулся, чтобы ухватиться за стол: сонное зелье начало действовать. Доктор закрыл глаза и зашатался. Прежде чем Эмбер смогла выстрелить во второй раз, из ее левой руки вырвали пистолет. Это был Егор.

Она направила второй пистолет на пустое пространство слева от себя и щелкнула переключателем. Девушка выбрала заклинание, которое показывало все, что скрыто. Ей пришлось выстрелить несколько раз, прежде чем патрон настиг Егора. В воздухе материализовались его руки, грудь и половина лица. Слуга был удивлен не меньше самой Эмбер, но заклинание быстро рассеялось. Он снова и