Book: Команда: Мы одной крови



Команда: Мы одной крови

Владимир Колычев

Команда: Мы одной крови

Купить книгу "Команда: Мы одной крови" Колычев Владимир

В основу романа положены реальные события. Автор благодарит писателя Артема Рудакова за документальные материалы, изложенные в его книге «Чеченская мафия».

Часть I

1992 год

Глава первая

Если бы знаменитая Джоконда вдруг ожила и сошла с картины, она бы не произвела на Альберта такого впечатления, как эта девушка. Та же таинственная улыбка и магнетический взгляд.

Яркая, красивая девушка. Вообще-то исключительной ее не назовешь. Но это если подходить трезво... А это чудесное создание одним своим присутствием пьянило воображение. И сейчас Альберт мог поклясться, что красивее девушки он никогда не видел. Она распаляла сознание и закручивала в нем жаркий циклон непристойных мыслей...

От волнения пересохло в горле. Мысли разбегались в разные стороны, слова ускользали – не хотели складываться во фразы. Но нужно было говорить.

– Как вас зовут? – спросил Альберт.

– Альбина. – Девушка ослепительно улыбнулась.

До него не сразу дошло, насколько созвучны их имена. Альберт, Альбина. Редкие имена, удивительная гармония... В голове вспыхнуло: «Это судьба!..»

– Какое у вас образование? – выжал он из себя новый вопрос.

– Высшее. Я окончила институт иностранных языков. Владею английским языком... Неплохо знаю немецкий и французский, – добавила Альбина.

– Иностранные языки – это очень хорошо, – деловито и вслух рассудил он. – Но мне нужен не переводчик, а секретарь-референт. Желательно с экономическим образованием...

– Да, конечно...

Альбина достала из сумочки сразу три дипломные корочки. Институтский диплом и два свидетельства – об успешном окончании бухгалтерских и секретарских курсов.

– Я видела у вас в приемной компьютер, – слегка смущаясь, сказала она. – Вот с компьютером я работать не умею... Но я быстро учусь...

Курсы секретарей-делопроизводителей и бухгалтеров – это ерунда. Сейчас такие курсы – на каждом шагу, реальными знаниями там не отягощают. Но Альберту сейчас было все равно. Он хотел, чтобы Альбина работала у него. И она будет у него работать, как говорится, без вариантов...

Альберт Медяков с полным на то основанием мог считать себя счастливчиком. Отец – важная персона в Министерстве сельского хозяйства СССР. Золотое детство, золотая юность. Занудное, но престижное общество номенклатурных совков. Дорогие рестораны, шикарные девушки. В общем, жизнь била ключом.

Отца ушли на пенсию сразу после августовского путча. Но к этому времени Альберт уже сам стоял на ногах. Да он и раньше особо не висел на шее у отца. Еще будучи студентом Плешки, он организовал одну шашлычную, вторую. В начале девяностых у него уже была целая сеть дешевых пивных и закусочных заведений. Дешевых с виду. На самом же деле эти предприятия приносили ему весьма солидные прибыли. Затем он очень удачно сыграл на компьютерном буме. Получил сверхприбыль, основал собственный коммерческий банк. Роскошный офис, компьютеры, факсы. И секретарша... Впрочем, место в приемной занимала женщина самой обыкновенной внешности. Светлая голова, великолепные деловые качества. Все просто замечательно. Но Альбина другое дело. И другое тело. Она и есть та самая роскошная секретарша, о которой можно только мечтать. Альберт не знал, какова она в деле. Но уже пел ей в душе дифирамбы.

Евгения Александровна была цветущей женщиной средних лет. Работа ей нравилась. Про зарплату и говорить нечего – в пересчете на доллары выходило что-то около тысячи в месяц. Но тем не менее она уволилась по собственному желанию. Альберт пытался удержать ее, но бесполезно. Как будто вожжа ей под хвост попала. Ладно, это даже хорошо, что она ушла. Если бы не это, Альбина никогда бы не появилась в его банке.

Друзья и коллеги по праву считали Альберта финансовым гением. А нужно было обладать настоящим талантом, чтобы не без пользы для себя обходить драконовские российские законы, уклоняться от непомерных налогов и успешно расширять собственное дело. Что ни говори, а в кроваво-криминальном тумане безвременья Альберт чувствовал себя как рыба в воде. Он знал все тонкости банковского дела, легко разбирался во всех финансово-правовых хитросплетениях. Мог заткнуть за пояс любого своего подчиненного.

Альберт лично занялся обучением Альбины. Втолковывал прописные истины, объяснял тонкости и специфику дела. Альбина схватывала все на лету. Только не смогла понять одного. Не понимала, как сильно хочет ее Альберт. А он хотел. И нет-нет, как бы случайно прикасался к ней рукой, прижимался бедром, однажды даже зарылся носом в ее пьяняще ароматные волосы цвета спелой пшеницы. А она, казалось, этого и не замечает...

Альберта подмывало напрямую объясниться с ней, ввести в инструкцию еще один пунктик, касающийся особо нежного отношения к начальству. Мог бы и ввести. Но для этого у него не хватало духу... Что это с ним? Стеснительность? Раньше за ним такого не водилось. Он был видным и довольно симпатичным мужчиной. И с женщинами никаких проблем.

Правда, последние три года у него почти не было практики на фронте свободной любви. Красавица жена устраивала его во всех отношениях, и у него не было надобности искать приключений на стороне. Он бы и дальше продолжал хранить верность Лене. Но с появлением Альбины ему трудно было ручаться за себя. Его неудержимо тянуло к ней. И он уже готов был сорваться с цепи. Вот если бы только Альбина сделала ему шаг навстречу. Но, увы или к счастью, она не понимала, чего от нее хочет начальник. Не понимала или не хотела понимать.

Встретились они на следующий день. Брючный костюм Альбина оставила дома. И предстала перед Альбертом во всеоружии красоты и обаяния. Яркий макияж, распущенные волосы, тесная блузка и короткая до неприличия юбочка... Секс-бомба со взведенным взрывателем.

Весь день он ждал, когда эта бомба сама упадет на него. А он, так уж и быть, поможет ей взорваться. Но, увы, Альбина интересовалась исключительно работой. Альберт же изнывал от нетерпения... В конце концов он не выдержал. И когда девушка подавала ему кофе, обнял ее за бедра, прижал к себе. Альбина мило улыбнулась и мягко отстранилась.

– Не здесь, – нежным завораживающим голосом сказала она.

– А где?

– Если хотите, можно у меня дома...

– Когда?

Альбина не ответила. Только загадочно улыбнулась. И походкой профессиональной манекенщицы направилась к выходу.

Альберт был совсем не прочь продолжить этот разговор. Но ему позвонили из Центробанка, нужно было срочно решить один важный деловой вопрос. Это не должно было занять много времени. И он надеялся вернуться в офис до конца рабочего дня. Но не сложилось. Чиновник, от которого зависело снижение нормы ссудного процента, до самого вечера промариновал его в своей приемной. И ему пришлось общаться с его секретаршей. Та была с ним холодна, к тому же Альбине она не годилась и в подметки.

Сразу из Центробанка он отправился домой. Роскошная квартира на Большой Ордынке, чудесная жена, кроха сын. Любовь, семейное и материальное благополучие. Альберт обожал свой дом, дорожил женой. Но сегодня как бес в него вселился. На полпути к дому он сменил вдруг курс и поехал в Алтуфьево.

Он нашел дом Альбины, поднялся на шестой этаж, остановился возле ее квартиры. И смело нажал на кнопку звонка.

Дверь открыла Альбина.

Квартира у нее не очень. Обычная совдеповская двушка улучшенной планировки. Дешевые, не первой свежести обои, тусклая обстановка, запах бедности. Но Альбина благоухала чистотой и свежестью. Волосы еще мокрые после душа. Поясок на коротком халатике завязан на слабый узел, натянут слабо – полы расходятся. Не нужно было раздевать ее, чтобы увидеть наливные яблочки груди... Но Альберт все же дернул за поясок. Сам от себя такой выходки не ожидал.

Альбина повела плечами, и халатик шелковой волной упал ей под ноги.

– Так сразу? – шаловливо улыбнулась она.

Можно было бы что-нибудь сказать ей в ответ. Но у Альберта перехватило дыхание. Да и не нужны слова. И без них все ясно...

Девушка стояла перед ним совершенно голая. Чарующая свежесть обнаженного тела, грудь совершенной формы, плоский животик, волнующий пупок, ниже... Альбина не стеснялась своей наготы и ждала продолжения. Альберт же себя ждать не заставил...

Он подхватил ее на руки, понес в комнату, уложил на расправленный диван. Она сама нашла его губы, сама приникла к ним.

Альберт показал себя знатным жеребцом, Альбина же оказалась великолепной наездницей. Они шли рысью, скакали галопом, неслись во весь опор. Хотелось ржать от восторга.

– Тебе понравилось? – довольная, спросила Альбина.

– Не то слово...

Хорошо у нее. Но пора и честь знать. Домой надо ехать. К Лене под крылышко. Она не кобылица. Она – мягкая домашняя кошечка, белая и пушистая. С ней так тепло и уютно...

Да нет, не так уж и хорошо у Альбины. Комната в серых красках, холодно здесь. И в душу лезет сырость, в голове раздрай... И зачем ему все это было нужно? Нестись сломя голову черт знает куда и черт знает к кому. Альбина – красавица, но, если честно, не стоит она того, чтобы изменять с ней жене.

Альберт улыбнулся. Всегда так. Женщина – это запретный плод. Пока не испробуешь, слюной изойдешь. А как съешь одну половину, на вторую уже и смотреть не хочется... Альбина поднялась с дивана, встала на середину комнаты, потянулась. Фигура у нее великолепная. Альберт снова ощутил желание. Пожалуй, он готов съесть и вторую половинку... Но только не сегодня. Альбина – его секретарша. И завтра он полакомится ею на рабочем месте. Она принесет ему кофе, он обнимет ее за талию, усадит к себе на колени и... И так будет каждый день. Здорово!.. А сейчас пора домой.

Он рывком поднялся с дивана, стал одеваться.

– Может, кофе? – спросила Альбина.

– Может, завтра?

Надо бы ей сказать, чтобы трусики завтра под юбку не надевала. Или сама догадается...

– Можно и завтра, – заговорщицки улыбнулась она. – Но можно и сегодня. Через полчасика, ладно?

– Нет, мне уже домой пора.

Альбина потухла и обиженно надула губки.

– Все вы, мужчины, такие, сунули-плюнули, и сразу домой, – уныло вздохнула она.

«Сунули-плюнули» резало слух. И спровоцировало Альберта на грубый вопрос:

– И много у тебя таких мужчин?

– Кроме вас, Альберт Григорьевич, только один. Его Казбек зовут.

– Он что, не русский?

– Чеченец... Только не думайте, что он с гор спустился. Он уже давно в Москве. Говорит чисто, без акцента. А одевается как...

– Зачем ты мне это говоришь? – поморщился Альберт.

В душу закралась тревога. Он входил в эту телку без презерватива. Вдруг какую-то заразу подцепил...

– Ну, я думала, может, вы знаете Казбека?

– С чего ты взяла, что я должен знать какого-то Казбека? – недовольно посмотрел на нее Альберт.

Альбина была уже в своем коротком халатике, на ногах босоножки на высоких каблуках. В таком виде она выглядела очень соблазнительно. Только уже почему-то не радовала глаз.

– Вы же Плехановский институт заканчивали, правда?

– Заканчивал. А при чем здесь это?

– Вы в восемьдесят восьмом его окончили. А Казбек в восемьдесят шестом. Всего два года разницы...

– Откуда ты знаешь, когда я окончил институт?

Он смотрел на Альбину круглыми от удивления глазами. А ей хоть бы хны. Стоит, улыбается. Во взгляде спокойствие и уверенность.

– Казбек говорил, – просто, как о чем-то само собой разумеющемся, сказала она.

– Подожди, я что-то не пойму. Твой Казбек что, знает обо мне?

– Знает...

Это был мужской голос – мягкий и в то же время жесткий. Альберт обернулся на звук и оторопел. В дверях комнаты стоял молодой человек в строгом деловом костюме. Холеный, ухоженный. Только нос с едва заметной горбинкой и черный цвет волос выдавали в нем кавказца.

Где-то Альберт видел этого парня... Ну да, в институтских коридорах. Он учился вместе с ним в Плешке. Значит, это и есть тот самый Казбек... Но откуда он здесь взялся? Он что, все это время находился в соседней комнате?

– Альберт, ну чего ты к женщине пристал? – без акцента спросил Казбек.

На его губах играла дружелюбная улыбка.

– Сначала в постели замучил, а теперь вопросами достаешь. Неужели не видишь, что Вероника устала?.. – с едва уловимой небрежностью усмехнулся чеченец.

– Вероника? – потрясенно вытаращился на него Альберт. – Разве она Вероника?..

– Ну да, Вероника... Только не Маврикиевна. Просто Вероника. Очень хорошая девушка. Тебе понравилось, да?

– Погоди, я что-то ничего не пойму...

Может, Альберту все это снится? И эта Альбина-Вероника, и этот чеченец. Сознание отказывалось воспринимать реальность происходящего...

– Альберт, ну ты же умный человек, – усаживаясь в кресло, сказал Казбек. – Знаешь, в какое время мы живем. Опасное, скажу тебе, время...

– Ты – бандит? – выпалил Альберт.

– Ну что ты? – поморщился Казбек. – Какой же я бандит? Я честный бизнесмен.

– И чем же ты занимаешься, честный бизнесмен?

Казбек мог бы и не отвечать. Альберт и без того все уже понимал. Этот чеченец занимается рэкетом. Неизвестно, сколько банков он уже взял под свою «опеку», но «Эдем» – следующий объект в этом списке. А ведь до сих пор Альберту удавалось обходиться без «крыши». Но, похоже, до него все-таки дотянулись.

– Я занимаюсь банковским бизнесом, – спокойно ответил Казбек.

– И как, успешно?

– У меня целая сеть банков...

– Я так и понял, – хмыкнул Альберт.

– Ты думаешь, я беру банки под свою «крышу»? – усмехнулся чеченец. – Ты думаешь, я занимаюсь рэкетом?.. Ты, видно, не знаешь, как делаются эти дела. Если бы я хотел взять твой «Эдем» под свою «крышу», я бы не стал подкладывать под тебя Веронику. Я бы вывез тебя в лес, подвесил бы тебя к дереву вверх ногами. Помнишь, как кот Базилио с лисой Алисой трясли Буратино? Так вот так бы и я вытряс из тебя... Ну, думаю, пол-«лимона» долларов меня бы устроило...

– Откуда такие деньги? – ужаснулся Альберт.

По его меркам это огромная сумма. Тем более при острой нехватке наличности на кредитном рынке.

– Не прибедняйся, – усмехнулся Казбек. – Я прекрасно осведомлен о состоянии твоих дел... Ты очень хорошо стоишь, Альбертик. Очень хорошо. Потому ты мне и нужен... Только ты не думай, рэкет здесь ни при чем. Чисто взаимовыгодное сотрудничество...

– Да, а зачем тогда этот спектакль? Мог бы прийти ко мне в банк, поговорили бы, обсудили все вопросы. А ты Альбину мне подсунул. Чтобы в ловушку меня загнать... Я в ловушке, Казбек, да? Или хочешь сказать, что нет?

Альберт почему-то не сомневался, что, помимо Казбека, в квартире еще есть чеченцы. И стоит ему взбунтоваться, как на него тут же набросятся... А с чеченцами связываться страшно.

– Нет, дорогой, зачем ловушка? – хищно усмехнулся Казбек. – Вероника – это всего лишь подарок. Чтобы ты знал, как мы тебя ценим и любим...

– Кто это мы?

– Мы – это очень важные люди.

– Чеченцы?

– А что, чеченцы – не люди? – нехорошо сверкнул взглядом Казбек. И тут же снова на его губах появилась притворная улыбка.

– Зачем ты мне Альбину подсунул? – продолжал допытываться Альберт. – Ты снимал нас на видео?

Скорее всего, Казбек хочет сделать не очень выгодное для него предложение. И чтобы не было отказа, в ход пойдет самый примитивный шантаж. А ведь Альберт дорожит семейными узами... Да, ситуация.

– За кого ты меня принимаешь, Альбертик? Да и ты не порнозвезда, правда?.. Тебе уже, наверное, домой пора. А мы тут ветер по углам гоняем. Не пора ли о деле поговорить?

– Давно жду.

– Со страхом и нетерпением, да?.. Короче, для начала вопрос. Сколько тебе нужно денег для полного счастья?

– Не понял.

– Что ж тут непонятного? Ты, Альберт, честолюбивый человек. Наверняка одного банка тебе мало. Ты хочешь большего. Или нет?

Казбек попал в точку. Альберт действительно мечтал о большем. Он прекрасно был осведомлен о состоянии дел в коррумпированной стране. Государственная собственность распродавалась налево и направо. За копейки. Но вся беда в том, что с этими копейками была проблема. Альберту катастрофически не хватало наличности. А в планах у него был свой нефтяной концерн. Всего тридцать-сорок миллионов долларов сейчас, а лет через пять он будет миллиардером... Но как раздобыть эти тридцать-сорок миллионов?..

– Для полного счастья мне нужно всего пятьдесят миллионов долларов, – сказал Альберт. – Но при чем здесь ты?

– Как при чем? Ты можешь получить эти деньги.

– В кредит?

– Нет, в качестве комиссионных.

Казбек говорил серьезно. Взгляд строгий, сосредоточенный. Его поведение невольно настроило Альберта на деловой лад.

– Намечается какая-то сделка? – спросил он.

– Да. Это будет грандиозная сделка.

– И я рассматриваюсь в качестве посредника?

– Совершенно верно... Ты согласен участвовать в этой сделке?

– Да, – неосторожно согласился Альберт.

Сейчас он был похож на азартного игрока, готового на все ради того, чтобы сорвать банк.

– Только сначала один нюанс, – спохватился он. – Пятьдесят миллионов – это, конечно, здорово. Но я же не знаю, какой это процент от общей суммы сделки. Может, это всего лишь один процент...

– Нет, – покачал головой Казбек. – Не меньше десяти, я тебе обещаю...

– Ладно, – окончательно согласился Альберт. – Итак, я тебя слушаю.



– Речь идет о незаконной операции.

Альберту стало слегка не по себе. Но он тут же сладил со своими чувствами. В конце концов, сейчас абсолютно все, что происходит на российском рынке, имеет оттенок незаконности. Сейчас просто нельзя жить по закону, иначе прогоришь...

– Банк «Эдем» нужен как передаточное звено в денежном конвейере...

Альберт успокоился окончательно. Речь шла о какой-то самой обыденной банковской операции в обход государства. Прогон денег через подставные фирмы и офшоры – явление по нынешним временам привычное. Голь на выдумку хитра. Не будешь крутиться, останешься гол как сокол...

– Что вы собираетесь прогонять через ваш конвейер?

– Государственные деньги. Со счетов Центробанка на корсчет вашего «Эдема», а дальше на счета государственных и коммерческих фирм города-героя Грозного...

– А дальше на Кипр? – догадался Альберт.

– Сразу видно, что ты умный человек, – поощрительно улыбнулся Казбек.

– Как вы собираетесь провернуть эту махинацию? – в глубоком раздумье спросил он. – Так просто вам деньги не дадут. Для этого, как минимум, нужен заинтересованный человек в Центробанке.

– Само собой. Но ты не беспокойся, с этим уже давно улажено. Осталось уладить дело с тобой...

– Да, дела... Идея, может быть, и неплохая. Но... Но я сильно рискую. Ведь если что, я первым попаду под удар.

– Само собой. Мало того, ты должен взять всю ответственность на себя. Если ты нас сдашь, ты умрешь. Это я тебе обещаю...

На Альберта смотрели пустые глаза хладнокровного убийцы. Ему стало не по себе.

Что ж, придется брать все на себя. Пятьдесят миллионов долларов – реальная цена за реальный риск...

– Отказаться от вашего предложения я не могу, – на всякий случай уточнил он.

– Почему ты так думаешь?

– Ну, я же понял, зачем вы подложили под меня Альбину...

– Веронику, – бесцветным голосом поправил Казбек.

– Без разницы... Я подозреваю, что вы все снимали на видеокамеру.

– Зачем?

– Как – зачем? Чтобы держать меня на крючке!

– Дешевая наживка, – зловеще улыбнулся Казбек. – Видеозапись на самом деле есть. Но это так, на всякий случай... А крючок у нас более крепкий.

– Какой же, если не секрет?

– Если ты откажешься от нашего предложения, мы тебя убьем. Просто возьмем и убьем...

Казбек резко поднялся со своего места, подступил к Альберту и приставил к его голове два сомкнутых пальца – средний, указательный.

– Пиф-паф, и все дела.

От ужаса у Альберта затряслись поджилки. Выпад чеченца произвел на него потрясающее впечатление. Ведь он знал много случаев, когда банкиров его ранга находили с простреленной головой. Их убивали такие страшные люди, как Казбек.

Обратного хода у него нет. Или работать на чеченцев, или получить пулю в лоб.

Глава вторая

Что за день сегодня? Все раздражает. Даже собственное имя. Полина. Вроде бы ничего. Но Поля... Поля, да еще и Беспашная. Поля Беспашная. Колхоз какой-то... Хорошо, она в замужестве свою девичью фамилию оставила. Полина Яковлева. Вроде звучит...

А вот Беспашный раздражает. Сам по себе. Вторую неделю дома не ночует. Дела у него какие-то... Знает Полина, что у него за дела. Снова с кем-то на ножах. Поэтому по тайным квартирам мотается. Чтобы на киллерскую пулю не нарваться. И домой ее не притянуть... Да, покой бандитам только снится...

А может, и нет никакой войны. Может, у Тимура любовница? Может, он с ней куда-нибудь на Канары замылился?..

Все может быть. Хотя вряд ли Тимур прячется от нее с любовницей. Он, конечно, не святой. Может, и согрешит иногда. Но чтобы уйти в загул... Нет, он у нее не такой. Тимур хороший... Только раздражает. Раз-дра-жает!..

Сегодня все раздражает. Надо поскорее уходить из дома и ехать в офис. Работа – лучшее успокоительное...

У них с Тимуром два дома. Один – ее собственный, второй – шестикомнатная квартира в евростиле на Новом Арбате. Еще третий дом достраивается. В элитном коттеджном поселке. Рядом в таких же домах будут жить друзья Тимура – Валера, Олег и Гена. Парни они хорошие, Полина против них абсолютно ничего не имеет. Но ей больше нравится жить вдали от всех. Эта роскошная квартира в центре Москвы ее вполне устраивает. Во-первых, до работы рукой подать. А во-вторых, Москва есть Москва. Здесь настоящая жизнь. Здесь она чувствует себя как рыба в воде. А Подмосковье... Там хорошо бывать только по выходным.

Полина вспомнила, как ездила за город, чтобы встречаться с Тимуром. Внизу живота поднялась теплая щекочущая волна... Что ни говори, а Тимур настоящий мужчина. Пусть он бандит, но зверь, который сидит в нем, до сих пор волнует и воображение, и плоть. Когда же он вернется домой, черт возьми?..

Машину к дому подогнал Герман. Он же водитель, он же и телохранитель. Приличный парень во всех отношениях. Даже трудно поверить, что не так давно он вымогал деньги с мелких торговцев. Но ведь и Тимур, в сущности, начинал с того же. Но скажи, что он бандит... Он скорее бизнесмен. Важный, представительного вида мужчина. Строгий, деловой, солидный.

Свой стиль Тимур нашел сам. А хорошие манеры ему привила Полина. В приличном обществе он ведет себя вполне достойно. Во всяком случае ей не стыдно за него... Правда, в обществе себе подобных он ведет себя по-другому. И матом может загнуть, и куда подальше послать. Волчья суть. Но в том его и прелесть...

Да, сказали бы ей лет пять назад, что она станет женой бандита... Но что есть, то есть. И она ни о чем не жалеет. Хотя есть одно омрачающее жизнь обстоятельство. Она боится за Тимура. Вдруг его убьют?.. Да что это такое, где его черти носят?

Телефон зазвонил в машине. Полина достала из сумочки трубу – так называл Тимур мобильный телефон.

– Да...

– Привет, родная!

– Тимур!.. Ну, наконец-то!..

– Все нормально, дорогая. Сегодня буду дома. Жди!..

Полина облегченно вздохнула. На губах заискрилась радостная улыбка. И мир снова предстал в радужном свете. Ничто больше не раздражало...

Нет, что ни говори, а жизнь у нее замечательная. «Пятисотый» «Мерседес», личный водитель-телохранитель. Она может позволить себе сотовый телефон – невообразимая для простых смертных роскошь.

Любимый муж, любимый дом – свой и отчий, любимая работа. Все составные счастья...

Можно сказать, что с работой ей повезло. Но вернее – работе повезло с ней. Она полгода назад ушла из МИДа. На деньги мужа при помощи отца и посредничестве друзей открыла собственную туристическую фирму. Это не какая-то забегаловка из двух-трех комнатушек. Это солидная компания с реальными перспективами на будущее. Сейчас Полина вовсю работала с российскими клиентами, отправляла их в загранпутешествия. И в то же время активно искала выходы на заграничный рынок. Чтобы принимать в Москве иностранных туристов, создавать им все условия для полноценного отдыха. Дело не простое. Но для нее посильное. Не зря же она оканчивала Институт международных отношений и работала по специальности в МИДе. У нее солидная практика, а главное, хорошие отношения с бывшим начальством и коллегами по прежней работе. Связи с нужными людьми здорово ей помогают. И отец частенько выручает. Иногда бывает достаточно произнести вслух его имя, чтобы перед ней открылась чиновничья дверь.

В смутные времена интуиция не отказала отцу. Еще до августовского путча он прилюдно сжег свой партбилет, покаялся в коммунистических грехах и перешел на сторону президента России. После провала путчистов его дела стремительно пошли в гору. Сейчас он занимает довольно высокий пост в администрации президента. Молодец папашка. Выкрутился...

В нынешней неразберихе все только и делают, что выкручиваются. Выкрутился – человек. Зазевался, не попал в струю – ты уже никто. Полина знала людей, которые в короткий срок поднимались на политический олимп, а потом падали и разбивались о скальные камни. Были и такие, кто за каких-то полгода сколачивали многомиллионные состояния, а затем теряли все до копейки, становились нищими... Сейчас свой табель о рангах. Плевать, кто у тебя родители, в каких школах и институтах ты учился. Человека оценивают по его реальным делам и суммам, которыми он ворочает. Есть деньги – ты элита, нет – тебе и руки никто не подаст. Это не царская Россия капиталистической эпохи. Там бедный дворянин зачастую котировался выше богатого промышленника. Но дворянская аристократия создавалась веками. А советская элита – тьфу. Никто всерьез никогда ее не воспринимал. Да и сама Полина нет-нет да посмеивалась над своей принадлежностью к так называемой совковой аристократии...

Офис ее фирмы занимал весь нижний этаж «сталинки» на Садовом кольце. Место престижное, оживленное. Клиентов с каждым днем все больше. Даже приходится увеличивать штат агентов, чтобы не создавать очереди.

Рабочий день только начался, а на стоянке перед офисом уже нет места. Но есть место для служебного транспорта. Оно огорожено специальными стойками. Так что у Германа проблем с парковкой не будет. Впрочем, эти проблемы ее не волнуют. Да она к тому же уже выходит из машины.

Охранник на входе любезно распахивает перед ней дверь. Просторный холл, кожаные диваны, кресла, кондиционированный воздух. Служащие встречают Полину заискивающими улыбками, клиенты – уважительными взглядами. А одна молодая дама смотрит на нее даже удивленно... А лицо знакомое. Где-то Полина ее встречала...

Да, встречала. И хорошо помнит, при каких обстоятельствах.

Это Лена, жена Альберта Медякова. Тогда она была невестой Альберта. Полина по глупости своей посчитала ее плебейкой и спустила на нее собак. Оторвалась, что называется. Обидела девчонку до глубины души. Альберт обозвал ее дурой и ушел вместе с невестой. Больше Полина его не видела, и Лену тоже...

Сейчас Лена производила выгодное впечатление. Одета дорого и со вкусом, стильная прическа. Держится непринужденно и независимо, как истинная леди. На Полину смотрит удивленно, но без осуждения. В глазах какая-то тоска. И даже обреченность...

Полина могла бы пройти мимо. Но она не удержалась. Набросила на лицо дружелюбную улыбку и направилась к ней. Лена поднялась ей навстречу. Принужденно улыбнулась.

– Здравствуйте, – мило приветствовала ее Полина. – Если не ошибаюсь, вас зовут Лена?..

– Вы не ошибаетесь, – с достоинством ответила та. – Вы меня помните. И я вас помню. Вы – Полина, правильно?

– Совершенно верно... Вы не будете возражать, если я приглашу вас на чашечку кофе?

Лена не возражала. Хотя и без особого удовольствия прошла к ней в кабинет. Они уютно устроились на кожаном диване за стеклянным столиком. Секретарша принесла кофе.

– А может, по пятьдесят капель? – неожиданно для себя предложила Полина. – У меня есть превосходный ликер. «Гранд Марниер» – смесь диких апельсинов с коньяком. Эталон французского качества. Не пожалеешь...

Ей хотелось задобрить Лену. И даже не потому, что она собиралась стать ее клиенткой. Ей было стыдно за свое поведение многолетней давности.

– Я не против, – неуверенно улыбнулась Лена.

Полина достала из бара бутылку и две тонкие хрустальные рюмки.

– Выпьем за мир и согласие. Ты не возражаешь?

– За мир и согласие? Во всем мире?

– Нет, между нами... Лена, ты уж извини меня за ту выходку. Сама не знаю, что на меня тогда нашло. Альберт правильно назвал меня дурой... Ну что, забыли?

– Я уже давно забыла... Хотя... Хотя, если честно, я часто представляла, как мы встретимся снова. Даже речь готовила...

– Ты собиралась заклеймить меня позором? – весело спросила Полина.

– Это уже не имеет значения... Значит, за мир и согласие?

Первая рюмка примирила их. Вторая примирила окончательно. Третья сделала подругами.

Пятая рюмка сделала женщин подругами не разлей вода. После шестой у них вдруг возникла необходимость излить друг дружке душу. Заплетающиеся языки не помеха.

– Все нормально у нас было, – тоскливо вздохнула Лена. – Никогда не жаловалась. А сейчас...

– Что, изменяет, кобель? – Полина грозно нахмурила брови.

Если так, то Альберт в своем репертуаре. Раньше он ни одной юбки не пропускал. Правда, с Полиной у него ничего не было. Хотя, помнится, она была даже не против. Но Альберт держался на расстоянии от девушек из так называемого золотого общества.

– Нет, дело не в этом. Тут совсем другое... Мне кажется, у Альберта большие неприятности... Вот, хотела взять две путевки в круиз по Европе. Только не знаю, согласится он или нет.

– Не согласится, с любовником поедешь.

– Нет у меня любовника.

– Да. Значит, ты такая же ущербная. Как я... Знаешь, нам пора организовать клуб одиноких сердец, тебе не кажется?

– Не кажется...

Лена мотнула головой и покачнулась сама. Полина поддержала ее за локоток. Сама-то она никогда не пьянеет. Разве что в голове легкий туман.

– Если не кажется, значит, давай еще по чуть-чуть, – предложила она.

– По чуть-чуть можно, – снова покачнулась Лена.

– Так, и что за неприятности у твоего Альберта? Если не любовница, то что?

– Да если бы любовница. Я бы с ней быстро... А с чеченцами мне не сладить...

– Чеченцы?! – Полина озабоченно свела брови к переносице. – Чеченцы – это плохо...

К настоящему времени в Москве открылось не менее полутысячи коммерческих банков. Само собой, эти лакомые куски долго на дороге не валяются. Их тут же подбирают сильные и не очень заботливые руки мафии. Тимур не обсуждал с Полиной свои бандитские дела. Но она догадывалась, что и под его эгидой находится не один такой банк. Знала, что и чеченцы не зевают. Их мафия тоже имеет свое место под зеленым банковским солнцем.

Чеченцы сейчас ведут себя тише воды ниже травы. С Тимуром они не воюют, с другими крупными криминальными авторитетами тоже. Но это не мешает им драть по семь шкур с подопечных коммерсантов. С ними они не церемонятся. Чуть что не так – пуля... Вот время. Бандиты, смерть, кровь, насилие – как составная отечественной экономики. Что же будет дальше?

– Плохо, если твой Альберт попал к чеченцам под «крышу». Очень плохо, – авторитетно объяснила Полина.

– Под «крышу»?! Это как? – непонимающе посмотрела на нее Лена.

– Ты разве не знаешь? Альберт разве тебе не говорил?

– Он со мной о таких делах не говорит. Он вообще не посвящает меня в свой бизнес. Мое дело, говорит, за домом смотреть и красоту наводить...

– Красота – это, конечно, здорово... Я что-то не пойму. Он с тобой про бизнес не говорит. А про чеченов ты знаешь?

– Он со мной про бизнес только во сне разговаривает, – невесело усмехнулась Лена. – В последнее время он часто во сне разговаривает. С каким-то Казбеком...

– Номера счетов не называет? – в шутку поинтересовалась Полина.

– Нет.

– Тогда ладно, пусть говорит...

– Пусть говорит, я не против. А если его убьют?

Казалось, Лена сейчас расплачется.

– Да успокойся ты. Никто его не убьет...

– Почему он тогда просит Казбека, чтобы тот его не убивал? Говорит, что он все сделает. Даже пятьдесят миллионов ему не нужны... Ой! Я, кажется, сболтнула лишнее! – спохватилась Лена.

Даже слезы на глазах от волнения высохли.

– Считай, что ты ничего не говорила, а я ничего не слышала, – успокоила ее Полина. – И вообще, дела твоего мужа меня не интересуют... Хотя нет, интересуют... Странно как-то все получается. Чечены должны ему пятьдесят миллионов. Может, наоборот?

– Нет, ему должны... Мне кажется, Альберт влез в какую-то аферу. Я так думаю, он хочет выйти из игры, а Казбек его не пускает. И, судя по всему, угрожает расправой...

– Жизнь нынче такая, – уныло повела плечами Полина. – Сейчас везде кто-то кому-то угрожает. Плохо, что Альберт с чеченами связался. Добром это не кончится...

– Что же делать? – разнервничалась Лена.

– Если в самом деле так худо, как ты думаешь, вам нужно уезжать из страны. Может быть, даже насовсем... Только ты не думай, это не совет. Как я могу что-то советовать, если толком ничего не знаю. Да и ты, возможно, преувеличиваешь... Знаешь что, а давай-ка еще по одной!.. Или нет, не надо. Сегодня же Тимур меня будет дома ждать. А я к нему подшофе, нехорошо как-то...

– Тимур – это твой муж?

– Муж. И, по совместительству, мой персональный бандит.

Ясным краешком затуманенного ума Полина понимала, что говорит не то. Но ее несло, не остановиться...

– Только ты не думай, что он какой-то там половой гангстер. Хотя и это тоже... Он самый настоящий бандит...

– Ты это серьезно? – вылупилась на нее Лена.

– Ты думаешь, я должна этого стесняться?.. Да я бы и стеснялась, если бы Тимур был каким-нибудь ублюдком с гнойными зубами, в одном кармане нож, в другом – пачка «Примы»... Нет, мой Тимур не такой. Он у меня очень серьезный человек. И очень-очень авторитетный, в своих кругах, разумеется... Мы с ним как на разных планетах живем. Но никто ни на кого не жалуется... Я тебя с ним как-нибудь познакомлю... Да ты не бойся. Он тебя не съест. Между прочим, он очень порядочный. И на бандита совсем-совсем не похож...

Лена задумалась. В глазах озабоченность и напряжение... Сейчас как выдаст! Мол, развелось бандитов как собак нерезаных. Отстреливать их некому. И Полине тоже достанется... Зря она ей про Тимура рассказала. Во всем виноват этот дурацкий ликер.

– Ты говоришь, он у тебя очень-очень авторитетный? – спокойно спросила Лена.



Она и не думала осуждать Полину. Скорее наоборот.

– Очень. И авторитетный. И сильный...

– А чеченцев он боится?

– Нет, это они его боятся. У них знаешь какая война была!.. Чечены теперь его десятой дорогой обходят...

– А может... Я понимаю, это глупо с моей стороны – просить об этом... Может... Может, твой Тимур поможет моему Альберту?

– Поможет? – наморщила лоб Полина. – Знаешь что, я с ним поговорю, – пообещала она. – Может, и в самом деле поможет...

– А мы в долгу не останемся! – с подобострастием посмотрела на нее Лена.

– Ну, про долг, я думаю, говорить еще рано. Хотя могу сразу сказать, благотворительной деятельностью Тимур не занимается...

Глава третья

Беспокойна бандитская жизнь. Бывает, целый месяц-два можно валяться на диване кверху пузом – ни одного серьезного рамса, никаких напрягов. А бывает, как угорелый по делам носишься, ни сна, ни покоя. Проблема на проблеме...

В этот раз проблемы нагрянули из сибирских краев. Лихие мальчики с резкими замашками круто наехали на подконтрольную Тимуру гостиницу. А он там как раз собирался открывать казино... Да дело и не в казино. Дело в собственном авторитете. Он не имеет права отдать чужакам даже самый завалящий ларек. Братва его не поймет. А конкуренты, те тут же запишут его в слабаки и попытаются подвинуть.

Тимур больше тяготел к бизнесу, чем к откровенному криминалу. Ему больше нравилось вращаться в сферах, которые раздувал на базе общака Валера. Нефтяной концерн, банк, торговые фирмы. В общем, солидный кусок столичного пирога с экономической начинкой. И все это собственность белокаменской общины. Но есть и другая сторона медали. Бойцовские бригады, «крыши», подконтрольные точки, черный нал. И бесконечные разборки. Всем этим занимается Гена Скопец. Но Тимур не торопится сбрасывать весь груз на его плечи. Он вожак волчьей стаи и не словом, а делом должен крепить свой авторитет. Для этого он с головой должен быть в гуще событий. Его тянет в нормальный человеческий мир, но его стихия – каменные джунгли, и от этого никуда не денешься...

Сибиряки показали себя сильным противником. В разборке грохнули двух пацанов из бригады Мытаря. На следующий день пытались подстрелить самого бригадира. Пришлось объявлять военное положение и устраивать облаву на оборзевших отморозков. Опасность грозила и Тимуру. За ним могли следить. Поэтому он решил дома пока не появляться. Не хотелось наводить беспредельщиков на Полину.

С отморозками пришлось повозиться. Мытарь потерял еще двух бойцов. Зато на пару с Бычком вычислил сибиряков и отправил их души в родные края. Пусть их там поминают...

А Тимур поминать их не будет. Сегодня у него дома накрыт чисто праздничный стол. Он будет пить с Полиной, и только за здравие... Только Полина, похоже, и без того уже под мухой. Щеки красные, в глазах шальной огонь. И руки уже расстегивают его рубаху... Между прочим, неплохое начало...

Тимур не стал останавливать ее. Тем более после недельного воздержания...

Потом был душ. И снова слияние двух обнаженных тел под теплыми упругими струями. Затем был стол. И... допрос. Полина очень хотела знать, где носили его черти. Пришлось рассказывать. Можно было просто подсластить горькую пилюлю. Но Тимур подсунул жене сладкий леденец...

– Все ты врешь! – вывела его на чистую воду Полина. – Врешь и не краснеешь... Тимур, давай уедем куда-нибудь. Хотя бы на месяц...

– Куда?

– Если ты не можешь без своих «быков», давай отправимся в Испанию, на корриду...

– Или в Австралию. На родео...

– Можно и в Австралию, – кивнула Полина.

– Родео можно и здесь устроить...

Да что это с ним! Снова твердо и горячо. И Полина такая желанная...

– Ты – зверь! – польстила ему жена, нежно обнимая его за шею.

Тимур уложил ее на спину, затем мягко перевернул на живот. Он шептал ей на ухо волнующие слова, ласкал губами шею. И пошел в решительную атаку...

Как будто седло под ним, а Полина необъезженная кобылица.

– Марина! – нежно прошептал он ей на ушко.

– Что?!!! – взвыла жена.

Она попыталась встать на дыбы, но Тимур крепко держался в седле. Она пыталась лягнуть его ногой, но он был начеку... Одна секунда, вторая... пятая... десятая... Есть! Он победил!

Тимур соскочил с Полины, выбежал из комнаты, закрыл за собой дверь.

– Ах ты, кобель паршивый! – орала она, пытаясь открыть дверь. – Что там за Марина у тебя? Что за Марина, я спрашиваю!!!

– Я тебе сейчас все объясню. Только успокойся!.. Я же говорил тебе, что родео можно и здесь устроить, – весело улыбнулся Тимур. – Ну вот, устроил... Между прочим, я ровно десять секунд продержался в седле! Победителю – приз!..

На этот раз обошлось без всяких Марин. Тимур снова «оседлал» Полину, и она «везла» его без всяких экстремальных вывертов. А вот и конечная точка маршрута... Теперь бы отдышаться и набраться сил.

– Теперь я устрою тебе родео, – усаживаясь на него, заявила Полина.

– Называй имя. – Тимур нехотя принял игру.

– Альберт.

– С какого потолка ты его взяла?

– Не с потолка. Я его давно знаю... Только ты не подумай, у нас с ним ничего не было. И вообще, интим здесь ни при чем. Все упирается в бизнес...

– Чисто деловые проблемы?

– Чисто, как после бани... Ко мне сегодня его жена приходила. Мы с ней немного выпили...

– За жизнь поговорили, да?

– Можно сказать, что да... Лена жаловалась мне.

– На мужа?

– Нет, на чеченов...

Тимур нахмурился. Мягко выбрался из-под Полины, сел на кровать, надел халат, сунул ноги в тапочки.

Чечены – это всегда серьезная тема. Стоит ее затронуть, как настроение резко меняется. И рука начинает тянуться к сигарете.

– Я что-то не то сказала? – всполошилась жена.

– Продолжай, – великодушно разрешил Тимур.

– Я так и знала, что тебе не понравится этот разговор.

– Я же сказал, продолжай...

Полина поведала ему ну очень трогательную историю про банкира, на которого наехали «чехи»... Таких историй Тимур знал с избытком.

– И что ты от меня хочешь? – в его голосе звучали жесткие нотки.

– Я... Я хочу, чтобы ты помог Альберту.

– С какой стати я должен ему помогать?

– Я так и знала, что будет родео. Я так и знала, что ты попытаешься выбить меня из седла... Но я буду держаться крепко, так и знай!

Спорить с Полиной бесполезно. Если ей в голову что-то втемяшилось – туши свет, сливай воду. В прошлом году Тимур серьезно загремел на нары. А Полина тут же насела на своего отца. И давай ему вдалбливать, что Тимуру нужно помочь. И ведь достала-таки Эдуарда Андреевича. Помог он Тимуру. Правда, через КГБ. А это не очень приятная история...

Раньше Эдуард Андреевич терпеть Тимура не мог. Затем свыкся. Полюбить его как зятя, может, и не смог. Но Тимур с ним вась-вась. Они оба – не последние люди в этом мире. За Тимуром мощная криминальная сила, за Яковлевым – государственная власть. И они нужны друг другу...

– Ладно, миссис ковбой! Твоя взяла... – сдался Тимур.

– Значит, ты согласен?

– Погоди. Давай сначала разберемся, зачем нам нужен этот Медяков?

Там, где чечены, не стоит гнать коней. Тимур сделал попытку обойти Полину мягкой рысью.

– Он муж моей подруги.

– И все?.. Ты пойми, я не занимаюсь благотворительностью. А потом, лезть в чужие дебри сломя голову. Да еще к чеченам... Это чревато, должна же ты это понимать...

– Да я понимаю...

Похоже, до Полины стало доходить, насколько абсурдна ее просьба. Кто такой Медяков, чтобы Тимур рисковал из-за него своей головой?..

– Извини, это все моя упертость... – уныло протянула она. – Как-то не подумала, что ты можешь попасть в серьезную переделку...

Тимуру вовсе не хотелось слушать ее покаянные речи.

– Ты что-то говорила про пятьдесят миллионов, которые Медяков должен чеченам. Это в долларах? – не без интереса спросил он.

– Не знаю... Не он должен, а ему... Но вместо денег он может получить пулю... Тимур, все это так страшно...

Полина стремительно трезвела. Вместо хмельной бравады сознание заполнял страх перед жуткой действительностью...

Своих коммерсантов Тимур не убивал. Есть другие методы усмирения, достаточно эффективные. Но все равно, и на его совести есть черное пятно. Что ни говори, но ведь он тоже внес свою лепту в то, чтобы нынешняя действительность стала мрачной и жуткой... Впрочем, у него есть оправдание. Вместо него над белокаменской братвой мог стоять какой-нибудь беспредельщик. Тогда бы кровь точно лилась рекой... Ладно, проехали. Сейчас не время для исповеди...

– Странно все это, – в раздумье сказал он. – Чечены должны ему деньги...

– Я тоже так подумала... Мне кажется, Медяков впутался в какую-то аферу...

– Его туда впутали или он сам впутался?

– Не знаю.

– Меньше знаешь, крепче спишь... Кстати, спать уже пора...

Тимур думал, что заснет быстро. Но перед глазами долгое время стояла цифра с семью нулями... Что это за афера такая, если на кону стоит пятьдесят миллионов? Что, если долларов?..

* * *

Валера развернулся во всю ширь своего торгашеского таланта. Платные туалеты и небольшие торговые точки были отданы на откуп бригадирам, нелегальным производством водки он больше не занимался – мелко для него. Он держал крупнооптовую торговлю – всем и вся. А еще нефтяная компания, которую он основал. Вот где крутились реальные деньги... Само собой, Тимур был в курсе всех его дел. У него даже был свой кабинет в офисе нефтяной фирмы. За «черным золотом» огромное будущее. И большое настоящее. Тимур просто обязан был держать руку на пульсе нефтяной трубы...

Валера большей частью пропадал в своем банке. Так вышло, что «Золотой сплав» стал сердцем экономической империи, которую он создал. Банком заправлял председатель правления. Валера числился всего лишь заместителем главбуха. На самом же деле он был здесь царем. Хотя до бога недотягивал. При всех раскладах банк держала белокаменская братва, и богом был общак. Ни Тимуру, ни Валере здесь ничего не принадлежало. Правда, это не мешало им ощущать себя хозяевами...

Тимур мог бы вызвать Валеру к себе. Но сегодня у него не было никакого желания торчать в своем кабинете. Да и по плану у него сегодня – типа, объезд территории. Можно начать с Валеры, затем заехать к Гене Скопцу, тему одну перетереть...

Валеру он застал в его кабинете. Весь в делах. Телефон уже с утра раскален. Натуральный босс, на сраной козе хрен подъедешь. Трудно поверить, что когда-то этот делец толкал дачникам золу – по рублю за мешок. Веселые были времена. Нищие и веселые. Штаны в заплатах, дешевая бормотуха, драки на песчаных карьерах... Тимур ощутил легкий приступ ностальгии.

– Братуха! – с распростертыми объятиями поднялся ему навстречу Валера. – Чай? Кофе?.. Может, коньячку?

– А может, портвешка? – усаживаясь в кресло, спросил Тимур. – Чтоб подешевле да поядреней!..

– Молодость вспомним, да? – расцвел Валера.

Он полез в бар, достал оттуда бутылку портвейна «777».

– Как знал, что когда-нибудь пригодится!

Темная мутная жидкость аппетитно разлилась по хрустальным стаканам. Запах боевой молодости.

Тимур смело поднес губы к стакану, сделал глоток... Брезгливо поморщился.

– Ну и дрянь! – И у Валеры вид, будто недозрелый лимон зубами раздавил.

Не зря говорят мудрые, в одну воду два раза не войдешь. И с портвейном та же история – два раза с одним и тем же удовольствием не выпьешь. Годы проходят, запросы растут, и «777» кайфа уже не приносят...

– Давай-ка коньячку!

Валера сменил и тему, и напиток... После вкусного и дорогого «Гранд Шампань» на воспоминания о молодости уже не тянуло.

– Вчера в Большом с Викой были, – зевая, сказал Валера. – Балет «Жизель»...

– И что? – поморщился Тимур.

Полина тоже пыталась приобщить его к высокому искусству. Первое время он таскался с ней по театрам. Потом не выдержал. Взмолился... Полина оставила его в покое. Но строго предупредила, что без театра он много теряет... Так он ей и поверил.

– Блин, ты не поверишь, мне так понравилось!

Тимур недоуменно посмотрел на Валеру. В самом деле понравилось или просто понты колотит?..

– Прикалываешься?

– Да какой прикалываешься? Наши вчера классно сыграли. Два—ноль шведов натянули...

– При чем здесь шведы?

– Да при том... Ты думаешь, я на эту «Жизель» напрягался? Ага, жди!.. Я в буфете телик смотрел. Наши со шведами вчера рубились. Ох и матч был, я тебе скажу...

Оказывается, и Валера не смог приобщиться к высокому искусству. Но по его цветущей физиономии никак не скажешь, что он много от этого потерял...

– Мне бы про другой матч узнать. Как чечены с Альбертом Медяковым сыграли...

– Медяков?! – задумался Валера. – Что-то знакомое...

– Банк «Эдем», – подсказал Тимур.

– Нет, про такой банк не слышал. А Медяков... А он что, этим банком заправляет?

– Да, это его банк.

– Нет, про Медякова что-то слышал. А про банк нет... Медяков, Медяков. Альберт, говоришь... Он, кажется, компьютеры толкал. Мог подняться. И банк поставить... Пересекался я с этим Медяковым. Толковый пацан, я тебе скажу... Только он это или не он... Слушай, а об чем вообще базар? Ты что-то там про чеченов говорил. Они что, на Медякова наехали? А мы здесь при чем?

– В том-то и дело, что ни при чем... Только если бы речь чисто о наезде шла. А тут, похоже, другой размаз. Медяков с чеченами какое-то дело замутил. Может, кидалово какое...

– Да сейчас кидалово на каждом шагу. Не нагребешь – не проживешь...

– Похоже, на кону не слабые бабки. Пятьдесят «лимонов».

– В гринах? – оживился Валера.

– А хрен его знает, может, и в гринах...

– Не кисло... А что ты от меня хочешь? Чтобы я ситуацию пробил?

– Ну да. Если можно, узнай, что к чему. Может, нам какая-то фишка выгорит...

Это, конечно, хорошо, что Полина решила помочь мужу своей подруги. Хорошо, когда у жены благородная душа. Но Тимур в самом деле не бюро добрых услуг. Если будет возможность, он, так уж и быть, поможет банкиру. А если не будет, он не виноват... Тимур – пират по жизни. И прежде всего он думает о собственном сундуке с золотыми пиастрами.

Глава четвертая

– Здравствуйте, Альберт Григорьевич!

Улыбка Альбины-Вероники слепила как огонь электросварки. Хотелось закрыть глаза и бежать от нее, бежать... Она по-прежнему числилась его секретаршей, заседала в его приемной. И самое обидное, он не мог ее уволить. Не имел права. Казбек оставил ее при нем в качестве соглядатая. И даже велел поднять ей оклад в три раза...

– Вам чай, кофе? – прощебетала Альбина-Вероника.

Голосок у нее птичий, а взгляд змеиный.

– Лучше виски. Двойной бурбон...

– Виски нельзя, – покачала головой секретарша.

Это наглость с ее стороны – указывать ему, что можно делать, а чего нельзя. Но, увы, она имела на это право. Казбек уполномочил ее... Через час Альберт должен был ехать в Центробанк за очередной порцией денег. Операция простая, но опасная. Он должен находиться в трезвом уме...

– А тебя можно? – достаточно грубо спросил он.

– А это всегда пожалуйста!

Вероника не строила из себя целку. И в любое время дня и ночи готова была нырнуть под него... Правда, у него на нее не поднималось. Зато сейчас колом стоит. И не похоть тому виной. А злость. На эту чеченскую подстилку, на Казбека, на всех, кто стоял за ним...

Альберт понимал, что угодил в эту денежную трясину с головой. И выхода обратно на поверхность жизни у него нет. Только один у него выход – опуститься на дно денежного болота вместе с чеченами или умереть... Да он спать не может нормально. Ночные кошмары как проклятие...

Вероника закрыла дверь на ключ, с игривой улыбкой подошла к нему, легла животом на стол. Под короткой юбочкой у нее нет ничего... Когда-то Альберт с вожделением представлял себе эту сцену. А сейчас никакого восторга. Только злость. Он отомстит этой чеченской шлюхе...

Грубый секс не доставлял ему особого удовольствия. Зато Вероника шалела от кайфа. Какая дрянь... В конце концов и он завелся. Вот-вот должен был наступить момент развязки. Но...

– Хорошего понемногу! – отстраняясь от него, нагло заявила секретарша.

И обломала ему весь кайф... Сука!

– Вам уже пора, Альберт Григорьевич! – без тени смущения на лице показала на часы Вероника.

Она еще указывает, что ему делать... И как это ни обидно, а сейчас она хозяйка положения. И еще неизвестно, кто кого сейчас трахнул...

Через полчаса появился человек от Казбека. Он передал Альберту две отпечатанные на компьютере бумажки. Фальшивые авизовки с требованием о кредитовании неких фирм, зарегистрированных в Чечне. Все необходимые реквизиты: номер, дата, юридический адрес, прочее... И с этих бумажек чеченцы собирались сорвать почти полмиллиарда рублей или тридцать миллионов долларов. И все эти деньги будут проведены через «Эдем»... Альберт с этого будет иметь свою долю. Только неизвестно, что он получит – деньги или пулю... На душе не кошки скребли, там буйствовали мамонты, вовсю орудовали своими острыми бивнями...

В Центробанке у чеченцев все было схвачено. В этом можно было не сомневаться. Пропуск для Альберта уже был заказан, он беспрепятственно прошел в расчетно-кассовый центр. Фальшивые платежные поручения безо всяких помех на одном скаку перескочили все административные барьеры. Всего полчаса понадобилось Медякову, чтобы получить на руки астрономическую сумму, да еще наличными. Ему даже выделили солдат из охраны, чтобы они помогли загрузить мешки с деньгами в багажник «Волги»-пикапа...

Центробанк – святая святых. Раньше Альберт часами дожидался визита к напыщенным чиновникам, чтобы вымолить какое-нибудь ничтожное послабление. А тут на тебе, один наскок – и тридцать миллионов долларов в кармане... А ведь в эту аферу наверняка втянуты и другие банки. Возможно, не один десяток. Если так, то чечены могут нагреть государство на миллиарды долларов.

Деньги невообразимо большие. Рядом с ними цена человеческой жизни – ломаный грош... В который раз Альберт Медяков с ужасом осознал всю зыбкость своего существования. Он уже не принадлежал себе. Он с потрохами принадлежал чеченцам. А для них человеческая кровь что водица...

Домой он вернулся ни живой, ни мертвый. Хотелось одного – принять снотворное и на боковую... Но Лена его разочаровала.

– Дорогой, у нас гости! – весело сообщила она.

В другое время Альберт был бы ошарашен. Полина Яковлева никогда не числилась в списке желанных гостей. Когда-то она так унизила Лену... Но, видно, все в этом мире встало с ног на голову. Полина и Лена, оказывается, подруги... Впрочем, Альберту сейчас было все равно, что да как. Усталость и угнетающие переживания валили с ног... Но, увы, покой ему сегодня только снится. Он слишком уважал себя, чтобы показать гостям спину. Гостям... Полина была не одна. Она привела с собой мужа.

Этот крепко сбитый молодой человек производил гнетущее впечатление. Он улыбался Альберту, крепко пожал ему руку. Но, казалось, он насмехается над ним, пытается раздавить его взглядом... А взгляд у него тяжелый и давит как пресс на маслобойне. Он молодой, но кажется очень опытным. Похоже, этот парень немало повидал на своем веку...

Сегодня будний день. Не время для гостей... Но Полина со своим мужем у них дома. И Лена им очень рада.

– Альберт, ты не уделишь Тимуру несколько минуток? – увещевающим голосом спросила она. – У него к тебе серьезный разговор...

Ах вот оно что! Полине и ее мужу нужны деньги, и они не придумали ничего лучше, как заявиться к нему домой. Неужели нельзя было решить вопрос с кредитом у него в офисе?.. Некрасиво это с их стороны – портить ему и без того невеселый вечер. Но деваться некуда...

– Ну, разве что несколько минуток, – кисло улыбнулся Альберт.

И повел гостя в свой домашний кабинет. Хотя больше всего хотелось принять душ и завалиться спать.

– Я вас слушаю, Тимур, – выдавил из себя Альберт.

– Мне бы не хотелось задерживать вас. Но боюсь, наш разговор может затянуться... Дело в том, что разговор пойдет о вашем здоровье...

– А вы, простите, кто?

– Я? Я – врач. Врач-психотерапевт... Дело в том, что ваша жена жалуется на ваше душевное состояние. Вы постоянно напряжены, вас угнетают мрачные мысли, у вас неспокойный сон. Вас мучают кошмары?..

– Ну, Лена!.. – разочарованно протянул Альберт. – Ну кто ее просил лезть не в свое дело?

– Ну почему же, это дело касается ее напрямую. Ваш душевный покой напрямую связан с семейным благополучием. А она как-никак хранитель семейного очага...

– Моему семейному благополучию ничего не угрожает! – отрезал Альберт.

Теперь он понимал, почему у этого Тимура тяжелый взгляд. Он психотерапевт, они почти все владеют гипнозом. Только этому типу его не загипнотизировать. Пусть и не пытается...

– Напрасно вы так думаете... Скажите, вас в самом деле могут убить? – спокойный тон Тимура подействовал на Альберта как ушат ледяной воды.

– Убить?! Меня могут убить?! – взбеленился он. – С чего вы взяли?

– Это не я взял. Это ваша супруга так думает. Во сне вы разговаривали с каким-то Казбеком, просили его, чтобы он вас не убивал...

– Это просто ночной кошмар. И ничего общего с действительностью он не имеет...

– А пятьдесят миллионов, которые он вам обещал?

– Послушайте, какого черта вы лезете не в свое дело! – вскипел Альберт. – Если Лене что-то мерещится, то это не значит, что я нуждаюсь в ваших услугах...

– Это верно, – мрачно усмехнулся Тимур. – В вашем случае медицина бессильна. Хотя... Хотя есть один психотерапевт, который в состоянии вам помочь...

– И это, разумеется, вы? – саркастически улыбнулся Альберт.

– Разумеется, я, – ничуть не смутился Тимур. – Вы, наверное, знаете, что означает такое выражение – поехала крыша. Это когда ум за разум заходит. Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша... Так вот, я могу поставить вам крышу на место...

– А вот этого не надо! С крышей у меня все в порядке!

– Я бы этого не сказал. «Крыша» должна защищать, а не угрожать. А вы свою «крышу» боитесь. Потому что вас в любой момент могут убить. И вы это прекрасно знаете...

– Про какую крышу вы говорите?

Этот чертов психотерапевт запутал его. Начал за здравие, теперь вот за упокой...

– Я говорю про худую «крышу». Про ту, которую вам делает чеченец Казбек...

– При чем здесь это?

– А при том, что Казбек обещал вам пятьдесят миллионов долларов, – надавил на него взглядом Тимур. – Это правда?

– Вам-то какое до этого дело?

– Я же врач. И мое дело поправить ваше здоровье. Вернее, спасти вашу жизнь... Казбек обещал вам пятьдесят миллионов долларов, это так? – скорее утверждал, чем спрашивал Тимур.

– Допустим, – устало кивнул Альберт.

У него уже не было сил сопротивляться этому тяжелому гнетущему взгляду. А еще ему казалось, будто он слышит легкий шорох над головой. «Тихо шифером шурша»... Похоже, у него в самом деле поехала крыша...

– А сколько вы взяли денег в Центробанке на позапрошлой неделе? А если точней, в среду, пятого марта одна тысяча девятьсот девяносто второго года...

– Откуда вам это известно?

– Не забывайте, я врач и по долгу службы должен знать все о своем пациенте... – таинственно улыбнулся Тимур. – Итак, сколько?

– Триста миллионов рублей.

– Или около двадцати миллионов долларов... Сумасшедшие деньги, не правда ли? Неудивительно, что вы сходите с ума... Сколько вы взяли денег сегодня?

Альберту казалось, что он теряет последние остатки рассудка. Он тонул в глазах Тимура и плыл по течению мутного потока его воли...

– Тридцать миллионов. Долларов...

– Итого, всего за два захода вы взяли полста миллионов долларов. Это гигантская сумма, вы не находите?.. Ничего удивительного в том, что вы опасаетесь за свою жизнь. У вас нет никакой мании. Все серьезно на самом деле. Это я говорю вам, как профессиональный кровельщик...

– Я что-то не пойму, – вяло возмутился Альберт. – То вы врач, то вы кровельщик...

– К сожалению, на врача я выучиться не смог. Зато стал кровельщиком... Я занимаюсь установкой и переустановкой «крыш». Могу взять под свою «крышу» и ваш банк...

– Вы... Вы что, бандит? – выпалил Альберт.

Теперь все встало на свои места. Теперь ясно, откуда этот Тимур знает про Казбека Ачхоева, про два удачных захода в закрома Центробанка. Его люди шпионили за Альбертом... Вот что называется попасть из огня да в полымя. Теперь он меж двух огней. С одной стороны чечены, с другой – Тимур со своими бандитами... Да, он бандит, никаких в том сомнений. Хотелось бы знать, какая под ним команда – серьезная или так себе.

– Ну какой же я бандит? – усмехнулся Тимур. – Я просто бизнесмен...

– Сейчас все бизнесмены, – в тон ему заметил Альберт.

– Правильно, сейчас все серьезные люди – бизнесмены. Только одни – овцы, а другие – пастыри... Ты, Альберт, извини. Но ты – овца...

– А ты... – Альберт тоже хотел перейти на «ты», но подкорка не одобрила этот переход. – А вы, значит, пастырь?

– Пастырь, – без ложной скромности согласился Тимур. – И таких овец, как ты, у меня целое стадо... Ты про Белокаменск слышал?

– Белокаменск?! Ну как же...

Белокаменская братва в столице котировалась весьма высоко. Наравне с самыми серьезными бригадами вроде солнцевской... Это если верить слухам. А достоверную информацию по криминальным раскладам в газетах не дают. Все на уровне слухов и домыслов... Но вот она, достоверная информация, перед Альбертом. Сильный и подавляющий человекопободный монстр по имени Тимур. Натуральный вожак волчьей стаи...

– А Полина... Полина в самом деле ваша жена? – дрожащим голосом спросил Альберт.

– Так вышло, – располагающе улыбнулся Тимур. – Чему я очень рад... В общем, дело такое. Твоя жена поняла, что ты в западне. Обратилась ко мне за помощью. Я, конечно, не доктор, но крышу на место поставить могу. И твою шкуру заодно сберечь... А я чеченов хорошо знаю. Когда они бабок насосутся, они тебя на нож поставят, так и знай... А ты, я вижу, жить хочешь, – усмехнулся Тимур.

– Хочу.

– Тогда у тебя нет другого выбора, как работать вместе со мной...

Альберт снова кивнул. У него действительно не было иного выхода, как довериться этому человеку. Во всяком случае, сейчас ему так казалось...

– Ну так что, будем сотрудничать?

– Да...

– Тогда расскажи мне про чеченский фокус. Я хочу знать, как они облегчают Центробанк...

Альберт ничего не стал скрывать. И рассказал все, что знал.

Глава пятая

Разнузданный секс, комфортная обстановка и, конечно же, кокаин – вот три кита, на которых строилось счастье Вероники.

У нее доходная работа, уютная съемная квартирка со всем набором бытовых прелестей, собственная «девятка». С этим все в полном порядке. И c сексом нет особых проблем. На лоха Альберта иногда находит. А нет ничего лучше, когда он шалеет от злости. Иногда Казбек у нее ночует. С ним тоже неплохо. Правда, в последнее время он у нее не появляется. И не появится. Потому как конспирируется.

Но это даже хорошо, что его нет и не будет. Можно пользоваться залетными мужиками. Сегодня как раз такой вариант. Кареглазый красавец с атлетической фигурой. Сначала был нежный и ласковый, а затем разошелся. Ну натуральный самец из племени диких обезьян. Кайф!..

Но есть еще больший кайф. Кайф в квадрате. Это когда над тобой самец с мощным поршнем, а по крови гуляет наркотик... С этим дело тоже неплохо обстоит. Казбек не жадный. Он сам Веронику на героин посадил, затем на «кокос» перетащил – чтобы она вены себе не дырявила. Сейчас она в деле, поэтому он «порохом» ее бесперебойно снабжает. И при этом забесплатно, хотя с бабульками у нее ноу проблем. Спасибо Альберту...

Этот лох сейчас с женой баиньки делает. А Вероника вовсю развлекается. «Кокос», секс, красавец мужчина – три тополя на Плющихе. Хорошо-то как!..

«Кокосовый» приход и сексуальный разряд смешались в одну взрывную смесь. Умопомрачительный взрыв! Дьявольское наслаждение!.. Вероника долго приходила в себя...

– Уле-ет, – разморенно протянула она. – Полный улет... Миша, и где таких пилотов готовят...

– Нигде, – усмехнулся красавчик. – Я один такой... Твой Альберт и рядом не стоит, правда?

Веронику как током ударило.

– Откуда ты про Альберта знаешь? – встрепенулась она.

С Мишей она познакомилась сегодня в ночном клубе, куда заглянула в поисках острых ощущений. Он не мог знать про Альберта. Но он знает... Что это, ловушка?

– А ты думаешь, я тебя случайно снял? – криво усмехнулся Миша. – Нет, киска, я за тобой спецом шел...

И куда только делся приятный во всех отношениях молодой человек? Сейчас Вероника видела перед собой матерого хищника с бандитскими замашками.

– Базара нет, кувыркаться с тобой в кайф. Но надо и за дело перетереть, да?

– Какое дело?

У Вероники и в мыслях не было убегать от него. Все равно догонит, да еще по крышке чайника настучит. Кулаки у него здоровые... Так что лучше лежать и не рыпаться. И дуру из себя изображать.

– Это, мы на твоего босса наехать хотим, – грозно изрек Миша. – На бабки его поставить...

– А я здесь при чем?

– Ты че, гонишь, да? Ты ж его секретарша. А нам его адресок нужен. Это, его семейный расклад, да. Может, мы его жену зацепим. Это, типа, на выкуп... Как думаешь, его на «лимон» баксов расколоть можно?

«Можно и на больше», – подумала Вероника. Но вслух сказала другое:

– Ну что вы! Я не думаю, что у него есть такие деньги. У Альберта Медякова сейчас большие проблемы с наличностью...

– Ничего, скоро у него добавится проблем, – недобро улыбнулся бандит. – Ну так че, адресок дашь?

– Я... Я у него недавно работаю. Я не знаю...

– Так узнай, какие проблемы... И вообще, приготовь полный расклад, на какие бабки мы его можем сделать... Ну че вылупилась!.. Все нормально. Мы тебя в долю берем. Десять процентов твои!..

Деньги от этих бандитов ей не нужны. И лоха Альберта сдавать она не собиралась. Но для убедительности нужно поторговаться.

– Двадцать пять! – подняла она цену.

– Хорошо, – кивнул Миша. – Пусть будет пятнадцать, и по рукам... Ну так че, завтра адресок будет?

– Да.

– Ну тогда до завтра. Адресок завтра подтянешь. И сама подтянешься. Мы с тобой завтра еще побалуемся, да?

– Ну, зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня...

Вероника знала, как поступала Клеопатра со своими подданными. Сегодня ночью она спала с мужчиной, а утром он уносил тайну ее позора в могилу... Позора за собой она не чувствовала. А вот Клеопатрой себя ощутила. Ведь сегодня она будет спать с Мишей, а завтра его, возможно, не станет. Завтра с этим придурком будут разговаривать люди Казбека. Они объяснят ему, что нельзя наезжать на банкиров, которые находятся под чеченской «крышей». Объяснят, и на нож, вместе с его дебильными дружками...

Вероника и сама бы могла объяснить ему, под кем стоит банк «Эдем». Ну а вдруг Миша тогда не захочет больше наезжать на Медякова. Что, если он завтра не появится... А ей так хотелось быть Клеопатрой и знать, что ее ночной герой приговорен. От одной только этой мысли она испытала сильнейшее сексуальное возбуждение. Теперь она знала, какой кайф в постели ловила египетская царица. Даже кокаин с его «приходом» рядом не стоит...

Бандит Миша ушел от нее рано утром. Уставший и измочаленный. Едва за ним закрылась дверь, Вероника набрала знакомый номер телефона. В трубке послышался голос Казбека...

* * *

Казбек Ачхоев был важным техническим узлом в огромной махине, которая словно помпа выкачивала из скважин Центробанка тяжелую рублевую массу. Он держал под своим контролем несколько коммерческих банков, через которые деньги поступали на счет липовых фирм, зарегистрированных в Чечне.

Гигантский механизм работал без сбоев. Воду на него лили подкупленные чиновники Центробанка и по-советски бестолковая система обналичивания денег посредством платежных поручений. Миллиарды рублей беспрепятственно уходили в Ичкерию, а оттуда на Запад, в виде долларовых накоплений ложились на секретные банковские счета.

Казбек держал подшефных банкиров под колпаком. И при этом сам предпочитал не светиться. Даже с Вероникой общался исключительно по телефону. Хотя иногда так хотелось поставить ей палочку...

Вероника баба проверенная. Знал, что она выкрутится из любого положения. И ни при каких условиях не сдаст номер его телефона...

Он жил на съемной квартире на восточной окраине Москвы. Никаких проблем. Все тихо, мирно. В квартире на два этажа ниже охрана – пять бойцов его личной бригады. Никто из них пока что еще ни разу не был задействован в серьезном деле... Правда, сегодня у джигитов появилась возможность отличиться. Благодаря Веронике.

Какие-то дебилы решили использовать ее в своих целях. Но, к несчастью для себя, не на ту нарвались. Вместо адреса Медякова они получат нож в горло. Если, конечно, не захотят уладить проблему миром... Казбек понимал, что сейчас не время обострять отношения с братьями-славянами. Это как в горах, любой выстрел мог спровоцировать снежную лавину. А это крах для общего дела... Но и Медякова на съедение славянским акулам он отдавать не собирался. Не потому, что добрый. А потому, что он обязан создавать банкирам все условия для нормальной работы. Это уже потом можно пустить их под нож. Там, где крутятся большие деньги, не бывает такого, чтобы и волки сыты, и овцы целы...

Зазвонил телефон. Казбек взял трубку.

– Это я, – услышал он голос Мусы. Тот задыхался непонятно от чего, то ли от волнения, то ли от усталости.

– Все нормально? – настороженно спросил Казбек.

Чутье подсказывало, что не все ладно у его орлов.

– Нормально... Не нормально! Они!..

Договорить Муса не смог. Послышалась ругань, шум обрушившихся на него ударов. Кто-то взял трубку. Грубый голос резанул слух.

– Ты Казбек, да?.. Че молчишь, хрен между зубов застрял, да?.. Ты, мурло, слушай сюда!..

Казбек слушать ничего не стал. В сердцах швырнул трубку на рычаги телефона... Шайтан! Не надо было самому решать эту проблему с залетными братками. Может, они вообще не залетные. Может, это очень серьезная бригада... Надо было брата Алихана к этому делу подключать. Он бы своих бойцов поднял. Он по таким ситуациям большой спец... А Казбек больше в банковских делах разбирается. Дебиты-кредиты, активы, пассивы, балансы... А кровь и насилие не по его части... Ну почему он не обратился за помощью к Алихану?

Но, может, не все еще потеряно. Может, еще не поздно выправить ситуацию. Если так, то нужно срочно звонить Алихану...

Казбек потянулся к сотовому телефону. И отдернул руку. Не доверял он этим беспроводным аппаратам. КГБ сейчас не дремлет, да и менты стойку на ушах уже делают. Мобильников по Москве не так уж и много, каждый на прослушку поставить можно. А вдруг выловят какую рыбку в мутной водице эфира. Вероятность такого случая ничтожно мала, но ведь всяко бывает...

В ход пошел обычный телефон. Уж он-то точно не на прослушке. И с Алиханом наверняка тоже все в порядке. Он всегда очень осторожен. Как и сам Казбек...

Алихан внимательно выслушал его. Смачно выругался. Узнал адрес Вероники. Обещал разобраться. И велел Казбеку срочно собирать манатки и ехать к нему.

Казбек не заставил себя долго ждать. И через полчаса вместе с Шарипом вышел из дома, чтобы никогда сюда не возвращаться. У Алихана много свободных конспиративных квартир, он обязательно подыщет Казбеку достойное жилье. И новых бойцов ему выделит. Все будет нормально...

* * *

Казбек высоко держал подбородок, голос твердый, уверенный. Короче, блефовать он умел. И это при тухлой-то игре... Четырех его бойцов повязали какие-то отморозки. Он не должен был допустить этого. Но допустил. И теперь Алихан должен исправлять его ошибки...

Они сидели в небольшом уютном ресторанчике на Тверской, кушали кебаб. И ждали звонка от Мамеда, он должен был доложить о том, что с подлыми гяурами покончено...

– Видишь, Казбек, мне тоже приходится посылать людей на дело без разведки, – недовольно сказал Алихан. – Разве это хорошо? Плохо... Но нужно спешить. Время дорого.... А что, если с моими воинами что-то случится...

Казбек не выдержал его взгляда, опустил глаза.

– В следующий раз будешь умней...

В разговор ворвалась трель телефонного звонка. Алихан взял со стола трубу сотового телефона. Казбек не доверял этому новшеству. А он, напротив, считал, что за мобильниками большое будущее.

– Брат, все нормально. Эти шакалы ушли, поджав хвост, – сообщил Мамед.

– Как это ушли, сами?

– Да, сами... Муса им объяснил, какие проблемы их ждут. Они сначала упирались, понты кидали, да. А потом поджали хвост и убрались к своей ослиной маме...

Алихан нехорошо усмехнулся. Борзые русские братки не стали мочить бойцов Казбека. Потому как не захотели связываться с чеченцами. Страшно стало... А скоро русаков инфаркт будет хватать при одном упоминании чеченцев. Алихан и его братья вернут себе былое могущество. Снова им будет принадлежать вся Москва.

Раньше Алихан мог надеяться только на собственные силы. Сейчас же за ним целая республика – свободная и независимая Ичкерия. Сам Джохар Дудаев благословил его на борьбу с неверными. И первым на прицел попала государственная казна. Центробанк уже под ударом. И скоро в его закромах останутся только голодные мыши.

У кого деньги, за тем сила и власть. Алихан уже прибрал к рукам миллионы долларов. Но это лишь начало. Скоро он станет миллиардером. Он будет покупать высокопоставленных чиновников из русского правительства. Этих в розницу. Депутатов Госдумы можно будет брать оптом. Возможно, получится подкупить самого президента. И ментов в генеральских погонах можно прикормить. А еще Алихан собирался подчинить себе госбезопасность с его управлением по оргпреступности. У него уже есть задумки на этот счет... Скоро чеченам будет принадлежать вся Россия. Да здравствует великая Ичкерия!

Алихан наполнил бокалы, чтобы вместе с Казбеком выпить за процветание родной республики. И в это время в ресторан влетели омоновцы... И этих он прикормит. Не сейчас, так потом...

Как это ни странно, спецназовцы не стали тыкать его носом в пол. Даже к стенке не поставили. Хотя в ресторанном зале на полу с заломленными руками уже лежали его телохранители. И Казбека никто не тронул. Но автоматные стволы и пальцы на спусковых крючках ничего хорошего не предвещали – в случае сопротивления, само собой. Но Алихан уже давно понял, что состязаться с омоновцами в силе – дело бесполезное. И довольно опасное. Проверено шкурой...

Спецназовцы расступились, пропустили невзрачного мужичка в неказистом костюме. Он достал красные корочки, раскрыл их перед носом Алихана.

– Майор госбезопасности Латыпин...

Алихану стало не по себе. Он хорошо знал, что такое КГБ. И не хотел попасть в Лефортово или в Бутырку... Но не тюрьма страшила его. Что, если гэбисты пронюхали об афере с фальшивыми авизовками? Что, если они из-за них подняли этот сыр-бор?..

– Гражданин Алиханов, вы арестованы, – тусклым усталым голосом сообщил майор.

– А где постановление? – грубо спросил Алихан.

И тут же мысленно об этом пожалел. Там, где омоновцы, там постановление на арест выписывается прямо на месте. И печать ставится – автоматным прикладом по зубам, и все дела... Но омоновцы даже не шелохнулись. А майор достал из кармана и развернул перед ним лист с постановлением на задержание Алихана. Все четко: гербовый бланк, текст, прокурорская роспись и печать...

– Прошу следовать за мной, – с шакальей любезностью пригласил майор.

Казбека не тронули. И телохранителей тоже оставили в ресторане. В черную «Волгу» посадили только Алихана. Интересно, куда его повезут, на Лубянку или на Петровку? В прошлый раз его повязали по заявке КГБ, но дело передали ментам. Его прессовали сначала в Петрах, а затем в Бутырке. Сейчас, похоже, им будут заниматься чисто чекисты. А это Лубянка и Лефортово... И крах всему. Если, конечно, комитетчики в самом деле вышли на фальшивые авизо...

Похоже, его в самом деле везут на Лубянку. За окнами машины тянется улица Кирова. Значит, площадь Дзержинского совсем рядом. А там... Алихану не хотелось думать, что будет с ним в мрачных гэбистских застенках...

Машина свернула в какой-то переулок. Межквартальная застройка, мрачные ветхие домишки, склады с прохудившимися крышами, ржавые гаражи. Центр города, а какой бардак...

«Волга» остановилась возле какого-то серого невзрачного здания. С угнетающим лязгом разошлись в стороны железные ворота. Машина въехала в небольшой дворик... Что это, тайный филиал КГБ? А может, расстрельное место? Что, если гэбисты решили бороться с преступностью сталинскими методами? Смертный приговор без суда и следствия, и все дела... Алихан крепился. Но все равно страх шевелил волосы на голове... Он не то чтобы боялся смерти. Просто не хотелось умирать сейчас, когда все так хорошо...

– Что это? – озираясь по сторонам, недовольно спросил Алихан. – Куда меня привезли?

– Это наш новый изолятор временного содержания, – невозмутимо пояснил майор. – Скажу вам по секрету. Мы хотим спрятать вас от адвокатов...

Алихан облегченно перевел дух... Не все, оказывается, так страшно. Это здание явно не приспособлено под ИВС. Зато о его местонахождении не знают адвокаты. Но все не так уж и плохо, если гэбисты боятся адвокатов. Значит, его дело шито белыми нитками... Будет плохо без поддержки со стороны братьев и нанятых ими адвокатов. Но Алихан выкрутится. Главное, что его не собираются расстреливать...

В здании пахло плесенью, стены мокрые от сырости. Небольшой коридор, ряд дверей. Все двери закрыты, не видно комнат за ними. Но Алихану почему-то казалось, что в комнатах беспорядок – как после эвакуации... Нет, что-то здесь не то. Притухшая тревога снова стала усиливаться...

Его завели в темную комнату, посадили на стул. И тут же вспыхнула настольная лампа. Свет бил Алихану прямо в глаза. Чисто чекистский прием. Для морального подавления... И все равно здесь что-то не так.

– Какая встреча, гражданин Алиханов! – грубый с хрипотцой голос неприятно давил на слух.

Казалось, он уже слышал этот голос. Но где?.. Алихан хотел видеть человека, сидящего за столом. Но свет лампы по-прежнему резал глаза. Разгонял мысли и мешал сосредоточиться.

– Выключи свет! – потребовал он. – И посмотри мне в глаза! Как мужчина мужчине!

– Сначала один вопрос, – в голосе говорившего веселилась насмешка. – На сколько миллиардов вы облегчили Центробанк?

Алихан зажмурил глаза. Ему стало по-настоящему страшно. Теперь он не сомневался, что гэбисты знают про его подвиги с фальшивыми авизо. А украл он немало. Почти полмиллиарда... Долларов!.. За это могут поставить к стенке. Прямо сейчас...

– Что, Алиханов, хреново стало?.. – продолжал насмехаться голос. – Я жду ответа!..

Чекист не ответа ждал. Он ждал, когда Алихан упадет перед ним на колени... Но не бывать этому!

Алихан сорвался с места, рукой дотянулся до лампы и сбил ее на пол. Лампа погасла, но в то же время в комнате вспыхнул свет.

– Браво, Алихан! Браво!

Следователь не злился. Напротив, одобрял его выходку. И даже готов был зааплодировать... Но это не следователь. Перед Алиханом сидел его заклятый враг. Тимур Беспашный... Вот, значит, кто затащил его в эти сырые казематы...

Алихана охватило бешенство. Он готов был броситься на Тимура, зубами вцепиться ему в горло. И как это ни странно, ничто не мешало ему это сделать. Кроме них, в комнате не было никого. И руки у Алихана свободные... Но на Тимура он бросаться не стал. Потому как знал его силу. Тимуру не нужна охрана. Он боец. И очень сильный боец... Алихан ненавидел его. И... уважал...

Он уже давно с Тимуром на ножах. У них давняя война. Трупы с обеих сторон. А еще встреча в Бутырке. Они дрались насмерть. Алихан держался стойко, но Тимур взял верх... И сейчас он взял над ним верх. Хитростью его взял... Внутри Алихана все закипало от ярости.

– Все-таки достал ты меня! – прошипел он.

– Достал, – довольный, кивнул Тимур. – Ты, Алихан, нюх потерял. Потому и достал...

– Это твои шакалы на Веронику наехали?

– Ну, во-первых, мы – не шакалы. Мы – волки... А во-вторых... Ну разве ж это наезд был? Просто напугали девочку. Чтобы она Казбеку позвонила... А через Казбека мы на тебя вышли. Все просто...

Алихан скрипел зубами. Его душили ненависть и ощущение собственного бессилия.

Да, этот Тимур настоящий волк. Сильный и хитрый хищник. Не всякий смог бы провернуть такую сложную многоходовую операцию. А он смог. Вероника, прослушка телефонов, наружное наблюдение за Казбеком, ряженые омоновцы, это гиблое здание, наконец... Ни к чему не придерешься. Мастерски развел он Алихана.

Алихан полностью у него в руках. И Тимур запросто может его убить.

– Тебя мои пацаны не сильно помяли? – уже без всякого куража в голосе спросил Тимур.

Он взял со стола пачку сигарет, закурил. Алихан тоже был бы не прочь сделать хотя бы пару затяжек. Но у него нет сигарет. А унижать себя просьбой он не будет.

– Тебе какое дело? – зло сверкнул он взглядом.

– Значит, есть дело, если спрашиваю...

Взгляд у Тимура – тяжелый, слова – как арктический ветер. Алихан чувствовал себя неуютно. Хотя и хорохорился. Тимур крутой, даже не вопрос. Но Алихан круче. И он должен держать марку.

– И какое у тебя ко мне дело?

– А ты не догадываешься? Я ж тебя не просто так о Центробанке спросил...

– Какой Центробанк, о чем ты? – изобразил недоумение Алихан.

– Только не надо цирка, ладно? – поморщился Тимур. – Ты же джигит, а не клоун. Зачем комедию ломать?

Он смотрел на него неприязненно. Но с уважением... Алихану это понравилось. Его все должны уважать. Бояться и уважать... Правда, Тимур не боится...

– Я в курсе твоих дел, Алихан. Знаю, сколько бабок ты из казны увел, на какие счета переправил... Даже знаю, кто за тобой стоит.

– И кто за мной стоит?

Тимур взял со стола какой-то лист, протянул его Алихану. На бумаге был изображен герб с чеченским волком.

– Вот этот волк за тобой стоит... И ты сам волк. Чеченский волк. Зубастый и клыкастый... Но я тебя не боюсь. Потому что мы тоже волки... Короче, все это пустые базары. В общем, ситуация такая. Я знаю, чем ты занимаешься. Знаю, какие карты ты держишь в руках... Прими мои поздравления. Дело ты провернул не хилое... Но ведь и мне нужны бабки, как ты думаешь? И твоя затея мне о-очень нравится. Так что я тоже подписываюсь под это дело...

– Зачем ты мне это говоришь? Ты хочешь быть со мной в доле?

– Можно и так, – кивнул Тимур. – Хотя мне все равно, с тобой я буду или нет. У меня есть серьезные завязки с солнцевскими, с измайловскими, с другими серьезными командами. Мы можем вместе замутить воду... Но тогда вам придется серьезно подвинуться...

Алихан закусил губу. Центробанк – не бездонная бочка. Если его начнут дербанить еще и славянские команды, то интересы чеченцев серьезно пострадают...

– Не надо смотреть на меня как на врага, – одними губами улыбнулся Тимур. – Смотри на меня как на своего компаньона. Если будем вместе дела делать, про твои авизо не узнает никто. Если тебе со мной не по пути... Только не надо делать страшные глаза. Я тебя не боюсь... И ты меня не бойся. Зачем нам воевать, если можно вместе дела делать... Ты, Алихан, не колотись. И хорошо подумай. Я ведь не болт с бугра. Подо мной серьезная команда. Я могу подпрячь под наше общее дело ровно восемь банков... Видишь, у меня уже все просчитано. И банкиры подготовлены. Можно хоть сейчас пускать их в оборот...

Алихан вспомнил предъявленное ему удостоверение «майора КГБ Латыпина». И поддельное постановление на его задержание тоже было изготовлено мастерски. Значит, Тимур тоже может гнать липу. И разведка у него работает отменно. Финт с ряжеными омоновцами тоже заслуживает внимания... Да, этот парень – не промах. Все у него на мази. Да и команда достаточно сильная... Война с ним обойдется очень дорого. И вряд ли закончится победой. Зато какие будут потери... Да, уж лучше быть с ним союзником, чем врагом.

– Ты хорошо подумай, Алихан. Хорошо подумай... – без особого энтузиазма убеждал его Тимур.

Всем своим видом он как бы давал понять, что и сам сможет потянуть воз с фальшивыми авизо. А ведь у него получится. Далеко он этот воз, может, и не увезет. Но все равно, нагреется не слабо. И при этом, возможно, сломает игру Алихану и тем, кто за ним стоит.

Похоже, придется соглашаться. Алихан просто не видел иного выхода... Да, он даст согласие. А что будет потом? Поживем – увидим...

Глава шестая

Читайте, завидуйте... Теперь Костя не Мразин, а Мазин. Новенькое служебное удостоверение. Старший оперуполномоченный Московского уголовного розыска майор милиции Мазин Константин Павлович. Новые времена, новая фамилия... Жаль, что под новыми корочками не спрятаться от гэбистов.

Впрочем, бояться их и не стоит. Им сейчас не до Кости Мразина с его «без вести пропавшей» женой. Много воды утекло с тех пор, как его заставили вытащить Тимура Беспашного из-за решетки. Дело было еще до августовских событий. А после путча гэбистам досталось по самое «не хочу». Такая травля началась, такие головы полетели. И неизвестно, остались ли при погонах те люди, которые помогали Тимуру. Во всяком случае, Костю никто не трогает. И скорее всего, трогать не будут. Ведь он свое дело сделал. А искать труп его жены – дело безнадежное, это факт...

Может, зря он тогда помог Беспашному выкрутиться. Мотал бы сейчас этот гаденыш срок где-нибудь на Колыме. И никаких проблем... Так нет, Тимур сейчас в Москве крутится, свои бандитские дела делает. Не ровен час, пересекутся их дорожки. И неизвестно, чем их встреча закончится. Тимур – вроде бы не беспредельщик. Но ментов терпеть не может. И Косте может старое припомнить. Сколько страдал из-за него...

Да нет, бояться Беспашного не стоит. Все-таки Костя не абы кто, а майор из МУРа, величина, можно сказать. И все равно зря он Тимура отпустил. Надо было с него бабок скачать. Тысяч пятьдесят долларов, а то и сто. Для него это тьфу. А для Кости – большие деньги...

Деньги у него были. Можно было свой бизнес открыть. Но Костя евроремонт в квартире сделал, дачу приобрел, гараж, новенькую «девятку». И на черный день кое-что отложил.

Сейчас он нуждался в новых поступлениях. Поэтому на паях с двумя своими коллегами «делал крышу» нескольким коммерческим магазинам. Правда, коллеги не наглели, процент брали маленький. В итоге в расчете на нос выходил мизер. А Косте нужно было много денег. А для этого ему необходима своя боевая команда. Чтобы за ним стояли целиком преданные ему и готовые на все люди. Но где их взять, таких людей?..

– Мразин, у нас труп, – с кислым видом сообщил Витя Галкин.

Опер он отменный, но на серьезное дело с ним не пойдешь. Во-первых, не согласится. Во-вторых, сам же начальству и сдаст. У него, видите ли, принципы... Да если б не этот слюнтяй, с подшефных барыг можно было бы брать втрое больше. Так нет, ему, видите ли, много не надо – только на поддержание штанов. А что делать, если у Кости штаны очень тяжелые? Что делать, если нужно много денег, чтобы поддерживать их?

– Я не Мразин, – насупился Костя. – Я – Мазин, запомни это!

– Да? А трупу все равно, кто будет искать убийцу – Мразин или Мазин, – ухмыльнулся Витя. – Ладно, не обижайся. Поехали...

Труп был обнаружен в подъезде жилого дома на улице Константина Симонова. Молодой человек был застрелен из пистолета. Два выстрела в голову. Обе раны – смертельные. Похоже на заказуху. Соседи слышали выстрелы. Значит, убийца не пользовался глушителем. Может, какой-то доморощенный киллер.

С самого начала было ясно, что этим делом будет заниматься Костя. Поэтому он с ходу взял быка за рога. Сначала опросил соседей. Кто что видел, кто что слышал и так далее и тому подобное.

В чем-то ему повезло. Он смог найти женщину, которая слышала выстрелы и догадалась выглянуть в окно. В утренних сумерках она смогла увидеть высокого мужчину довольно плотного телосложения. Норковая шапка, серая куртка, быстрая спортивная походка. Он шел через двор в сторону Ленинградского шоссе. К сожалению, лица предполагаемого убийцы она не рассмотрела. Покойный работал в ночном клубе «Одиссей» охранником. Он как раз возвращался домой после работы. И напоролся на убийцу. Вопрос: кому понадобилось убивать рядового охранника? Тут же напрашивалась версия. Сергей Михайлюк мог перейти дорогу сильным мира сего. Может, нахамил какому-то клиенту-мафиози, а тот взял да и ответил ему киллерским выстрелом. Или Сергей сам с головой в криминале, а там всякие межклановые разборки... В общем, нужно было ехать на место и все выяснять.

Ночной клуб «Одиссей» оказался довольно солидным заведением. Простор, комфорт, вышколенный персонал. Ресторан, стриптиз-бар, дискотека, игровой зал с «однорукими бандитами».

В клуб он заявился под вечер. Весь персонал был на месте и готовился к приему клиентов. Все уже знали о гибели охранника Сергея. И все охотно рассказывали о нем. Правда, ничего путного Костя не выяснил. Не было у потерпевшего никаких недоразумений с бандитами. С коллегами по работе и хозяином клуба он состоял в нормальных деловых отношениях. Ни с кем не конфликтовал. Правда, летом прошлого года был один случай. Его напарник воспользовался моментом и спер у подвыпившего клиента бумажник. Сергей узнал об этом и сообщил хозяину. Все закончилось миром, без привлечения милиции. Клиенту вернули деньги, а нечистого на руку охранника уволили...

История давняя. И вряд ли она имела отношение к убийству. Но Костя должен был отработать все версии. Он выяснил паспортные данные уволенного охранника, навел о нем справки.

Личность довольно примечательная. Игорь Денисов, выпускник Политехнического университета, мастер спорта по самбо, серебряный призер чемпионата России. Служил в армии, после института два года работал по специальности, затем устроился охранником в ночной клуб, был уволен якобы по собственному желанию. В настоящее время... Вот тут-то и начиналось самое интересное. Оказывается, Денисов устроился в органы внутренних дел, получил специальное звание «лейтенант» и сейчас служит участковым инспектором при районном отделении милиции. Некуда было податься несостоявшемуся вору, как в милицию. И смех и грех...

В армии Денисов служил в морской пехоте. Значит, с оружием обращаться умеет. Да и за несколько месяцев службы в милиции мог научиться стрелять. И пистолет у него был. А что, если это он убил Михайлюка? Из чувства мести. Костя не стал докладывать о своей догадке начальству. И наведался в отделение милиции, где служил Денисов.

Его он нашел в стрелковом тире. Невероятное везение. Ведь ему-то как раз необходимо было обследовать табельное оружие Денисова. А тут выпала возможность сделать это тайно. Не мудрствуя лукаво, Костя незаметно подобрал с полу стреляную гильзу. И ушел, так ни о чем с Денисовым и не поговорив...

На месте преступления были найдены две стреляные гильзы. Было с чем сравнивать добычу. Костя отдал гильзу на экспертизу. И на следующий день получил заключение. Все три гильзы были отстреляны одним и тем же пистолетом системы «макаров».

Это заключение могло поставить точку в раскрытии убийства. Но Костя не торопился приобщать его к делу. Для начала он должен был пообщаться с подозреваемым, который в любой момент мог стать обвиняемым.

Денисова он нашел в опорном пункте милиции. Тот сидел в своем кабинетике за кипой служебных бумаг и смотрел в окно. Работать ему явно не хотелось...

– Скучаем? – с порога спросил Костя.

– А тебе какое дело? – сердито зыркнул на него взглядом лейтенант.

– Ш-ш!.. – Мразин выразительно приложил палец к губам. – Во-первых, не «тебе», а «вам». А во-вторых, не надо так кидаться на людей. Иначе они не будут к вам тянуться. А вам сейчас очень нужно, чтобы люди к вам тянулись...

– Что за бред?

– Это не бред, товарищ лейтенант. Это философия жизни...

Костя достал свои корочки, развернул их.

– А-а, так бы сразу и сказали, что вы из МУРа, – сразу подобрался Денисов. Где-то в глубине его глаз зажегся сигнальный огонек тревоги. Видно, есть чего бояться.

– Я расследую убийство Сергея Михайлюка. Знаете такого?

– Сергея?! Михайлюка?! Его что, убили?

– Ага, убили. А мы ищем убийцу...

– Я-то здесь при чем?

Денисов нервничал. Но тщательно скрывал это. Неискушенный глаз мог бы не заметить фальшь в его поведении. Но Костя собаку съел на этих делах. Он-то видел лейтенанта насквозь.

– Говорят, у вас конфликт был.

– Да какой там конфликт, – уныло протянул Игорь. – Сам не знаю, как все получилось. Рука сама в карман полезла... А Серега правильно все сделал. Таким, как я, не место в охране клуба...

– А в милиции, значит, место?

– Конечно, нет... Но я раскаялся. Сделал соответствующие выводы. Это больше никогда не повторится... А потом никто ничего не докажет...

– А что нужно доказывать? Что это вы убили Михайлюка?

Лейтенант нахмурился, на брови легла туча праведного гнева.

– Не надо со мной так, товарищ майор! – довольно грозно сказал он. – Не надо меня пугать, я вам не мальчишка...

Костя легко выдержал его сердитый взгляд. Презрительно усмехнулся.

– Да нет, дорогой мой, ты еще мальчишка. Я бы сказал, пацан-мальчишка с грязной по... То есть с грязным стволом...

– Я не понял, про какой ствол вы говорите?

– Да вот про этот!

Костя достал из кармана копию заключения экспертизы. Денисов прочитал все от начала до конца.

– Ты понял, про какую гильзу идет речь? – спросил Мразин.

Лейтенант ответил ему непонимающим взглядом.

– Вот я и говорю, что ты еще мальчишка. Ничего не соображаешь... Эта гильза из твоего табельного пистолета. Грязный у тебя ствол. Паленый, засвеченный... Только идиот может пойти на дело с табельным оружием. А ты пошел. Получается, ты идиот... И убийца!

Денисова хватил нервный тик. Трясущейся рукой он достал из пачки сигарету, щелкнул зажигалкой.

– А... а где вы взяли эту гильзу? – выдавил он из себя.

– Не важно... Важно то, что у меня на руках имеется постановление на выемку вашего табельного оружия. А это, Игорек, все, тюрьма! Лет пятнадцать строгого режима...

Мразин думал, что лейтенанта заколотит еще сильней. Но того как подменили. Страх в глазах куда-то пропал, губы скривила демоническая улыбка.

– А если я тебя сейчас грохну, майор? Вместе с твоим постановлением!..

– Как? – удивился Костя.

– Да вот так!

Лейтенант рывком открыл ящик стола, но только руку успел туда сунуть, как майор Мразин выхватил свой пистолет.

– Ты со мной, парень, так не шути, – хищно сощурил он взгляд. – Я ведь и выстрелить могу. И на сопротивление при задержании спишу... Руки! Руки на стол, живо!!! За что ты Михайлюка убил? Отомстить хотел?

– Отомстить, – обреченно кивнул Денисов.

– За то, что он тебя на краже поймал?

– За это...

– И все?

– А разве этого мало?

– Нравишься ты мне, сынок.

Косте было тридцать четыре. Денисову – двадцать семь. Не такая уж большая разница. Но Мразин ощущал себя на голову выше.

– Ты что, в папаши мне набиваешься?

– Угадал...

Мразин долго и нудно сверлил его испытующим взглядом. Затем спросил:

– В тюрьму хочешь?

– Нет... А разве у меня есть выбор? – с надеждой посмотрел на него Игорь.

– Есть... Если ты со мной, то есть... Мне нужен такой помощник, как ты. И ты мне подходишь...

– А что, что нужно делать?

– Одна квартирка на примете есть. Деньги, золотишко. Одному как-то несподручно. А если с тобой, то можно... Навар хороший будет, не пожалеешь...

Обычно люди испытывают стыд, когда их гнилая суть лезет наружу. Но Мразин ничто такого не испытывал. Да, он шел на преступление. Да, он собирался ограбить людей. Для этого он покрывает убийцу. Ну и что? Ведь об этом никто не узнает. А что нераскрытое дело... Одним глухарем больше, одним меньше.

Мразин знал, что Денисов согласится, и с радостью. Так оно и вышло. Этого парня давно тянуло на разбойные подвиги. Просто у него не было подельника, и он не мог развернуться. Такая же проблема была и у Мразина. Но теперь все позади. Костя нашел Игоря, а Игорь нашел Костю...

Скоро состоялось их первое совместное боевое крещение. Они вдвоем ворвались в жилище преуспевающего коммерсанта, избили его жену и дочь. И унесли с собой шесть тысяч долларов и шкатулку с драгоценностями. Золото должно было быть обезличено, поэтому Костя тут же пустил его на переплавку.

Он был опытным опером. И был уверен, что ни за что на свете не попадется. В этом же он смог уверить и своего подельника...

Глава седьмая

Полковник Енисеев возглавлял особую группу по борьбе с чеченской оргпреступностью. И он лучше, чем кто-либо, знал, какую страшную силу представляют собой «сыны вайнахского народа». Эти до зубов вооруженные головорезы наводили и продолжают наводить ужас на жителей столицы. И внутри самой Чечни началась резня, чему способствовала антироссийская политика генерала Дудаева. Чеченец на русского, брат на брата, тейп на тейп... Такая заварушка началась. Сколько уже крови пролилось, сколько еще прольется...

Средства массовой информации раздули чеченскую проблему до размеров Эльбруса. И теперь сознанием мирных обывателей любой чеченец воспринимался как лютый злодей. Такое ощущение, будто кому-то выгодно облить грязью целый народ. Кто-то в высших кулуарах власти собирался разыграть на этом политическую карту...

На самом деле среди чеченцев хватало достойных людей.

Трое из них сидели сейчас в кабинете полковника. Все трое – офицеры чеченской милиции. Они прибыли из насквозь коррумпированной республики, чтобы открыть глаза российскому МВД на безобразия, которые творят их земляки. Речь шла о многомиллиардных хищениях из государственной казны.

Чеченские офицеры серьезно рисковали головой, жизнями своих родных и близких. Они хорошо понимали это и тем не менее поступили так, как им подсказывала совесть. Эти парни настоящие герои...

Первым делом по прибытии в Москву чеченские милиционеры добились встречи с начальником Главного управления по борьбе с экономическими преступлениями МВД России. Информация, которую они предоставили, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Сразу стало ясно, что сотрудникам МВД без «старших братьев» не обойтись. Вот здесь началось самое смешное.

Комитет государственной безопасности находился в состоянии хаоса, то есть реформирования. Начальников всех мастей и рангов волновало только одно – как удержаться в своем кресле. Работа – побоку... Неудивительно, что делегация чеченских и российских милиционеров долго плутала по бюрократическим лабиринтам Лубянки. Пришлось изрядно понервничать, прежде чем попасть на прием к руководству Управления по борьбе с оргпреступностью.

Генерал внимательно выслушал ходоков и послал их... к своему заместителю. Тот в свою очередь отфутболил делегацию в Московское управление, мотивируя это тем, что хищения совершались на территории Москвы.

В управлении по Москве и Московской области дело взять отказались. Мол, в деле участвуют коммерческие структуры, значит, без общероссийского управления не обойтись... И снова кабинет временного начальника Главного управления. И снова генерал хватается за голову. Некогда ему заниматься такими пустяками, как ограбление одного отдельно взятого государства. Все это ерунда по сравнению с мировой революцией...

Генерал готов был отправить сотрудников ГУЭП МВД по второму кругу. Но вовремя вспомнил про полковника Енисеева с его группой. И с легким сердцем сплавил к нему делегацию с их «пустяковыми» проблемами...

Алексей Сергеевич пришел в ужас, когда узнал, какие беззакония творятся у него под носом. Да, он знал, что вокруг столичных банков идет какая-то возня. Его подчиненные фиксировали контакты чеченских авторитетов с банкирами. Но, увы, не придавали этому особого значения. Потому как думали, что чеченцы всего лишь хотят отмыть через банки так называемый черный нал.

Можно было поработать с банкирами, уличить их в отмывании грязных денег. Но, во-первых, нет в законе такой статьи, чтобы их привлечь за это. А во-вторых, этих бедолаг можно понять. Государство со своими драконовскими налоговыми ставками норовит ободрать их как липку. Чтобы выжить, нужно выкручиваться. Поэтому сейчас любой вид экономической деятельности носит теневой характер. Если за это дело сажать, то скоро на свободе не останется ни одного бизнесмена...

Да и муторное это дело, брать банкиров за жабры. Скользкие они и квакать умеют. Законы знают, с адвокатами дружбу водят, у многих связи во властных структурах... И все-таки нужно было брать «засвеченных» банкиров в оборот. Тогда бы не пришлось слушать с открытым ртом чеченских милиционеров. И не глотал бы сейчас Алексей Сергеевич горькую пилюлю собственной некомпетентности. И не завидовал бы сейчас сотрудникам чеченского МВД, которые утерли ему нос.

Это они заметили, что в декабре девяносто первого года важный человек из окружения генерала Дудаева начал создавать разветвленную сеть коммерческих структур. Все структуры – чистой воды липа, так как никакой деятельностью не занимались. А в начале этого года на счета липовых фирм хлынули деньги – миллионы, сотни миллионов, миллиарды. Офицеры чеченской милиции доложили об этом своему начальству. Но им посоветовали не лезть не в свое дело. Оказывается, начальство было с аферистами заодно. Пришлось храбрецам ехать в Москву. А ведь они бы могли и не высовываться.

Нужно было действовать. И действовать немедленно. Первым делом Енисеев составил письмо в Центробанк с требованием срочно проверить все кредитовые авизо с реквизитами коммерческих структур Чечни. Ставилась под сомнение реальность обеспеченности взаиморасчетов с банками Чеченской Республики.

Как и ожидалось, в Центробанке поднялась паника. В срочном порядке началась проверка бухгалтерской документации за первый квартал тысяча девятьсот девяносто второго года. Всплыли названия банков-посредников: «Эдем», «Профбанк», «Хлебобанк», «Прагма-банк», «Эрабанк», «Элексбанк»... За этими денежными паровозами тянулись вагоны фирм-поплавков, которые увозили деньги и растворяли их на просторах огромной страны. Огромной и бестолковой... Со счетов Центробанка ушли десятки миллиардов рублей. И нужно было вернуть обратно хотя бы часть...

Центробанк перестроил свою работу. Вето накладывалось на платежные поручения с реквизитами фирм и банков Чеченской Республики. Таким образом был предотвращен ряд хищений. Чеченцы понесли потери. Но полковник Енисеев нутром чувствовал, что и они скоро изменят тактику. Пока не будет в корне изменен механизм выплат через расчетно-кассовый центр Центробанка, деньги будут уходить на сторону...

Чеченцы на время ушли в тень. Зато активизировались российские преступные группировки. Славянские авторитеты узнали про фальшивые авизо. И теперь также торопились погреть руки на прибыльном деле. Среди этих авторитетов видное место занимала фигура Тимура Беспашного.

Енисеев вызвал к себе майора Пальцева. Этот офицер когда-то принимал непосредственное участие в освобождении Беспашного из-под стражи. Можно сказать, ради этого бандитского выродка он шел на должностное преступление.

– Юра, организуй мне, пожалуйста, встречу с Беспашным, – попросил Енисеев.

Пальцев мало говорил, но много делал. Уже через два дня после этого разговора Алексей Сергеевич встретился с Беспашным в Черкизовском парке.

Это была их вторая встреча. Впервые Енисеев разговаривал с Беспашным в стенах СИЗО № 2. Перед лидером белокаменского сообщества ставились серьезные условия. В довесок к свободе... Не так уж много времени прошло с тех пор.

Тимур был один. Высокий, мощный. Сильный взгляд, волевой подбородок, плотно стиснутые губы. Одного только взгляда было достаточно, чтобы понять, какую ступень в криминальном мире занимает этот человек.

От Беспашного исходила скрытая угроза. Но Енисеев его нисколько не боялся. Он также знал себе цену. И за ним тоже сила – карательная мощь целого государства. При желании он мог стереть Беспашного в порошок. А желание было. Не было только смысла. Слишком много таких Беспашных на Руси, всех не перестреляешь. Российская мафия – это огромная гидра. На место одной головы вырастут две, а то и три. Так что не головы надо рубить, а ломать хребет огромному монстру под названием организованная преступность. Жаль, что нет пока такого топора, чтобы сделать это. Поэтому приходится идти на сговор с головами, чтобы не кусались...

– Видишь, Тимур, мы с тобой на скамейке в парке сидим, – издалека начал Енисеев. – А ведь могли бы и на другой скамье сидеть. На скамье подсудимых...

– Это вы к чему? – угрюмо посмотрел на него Тимур.

– А к тому, что я фактически переступил закон, когда помогал тебе выйти из тюрьмы...

– Зачем об этом говорить? Я про свои долги помню...

– А зачем ты тогда государство обкрадываешь?

– Какое государство?! – Тимур сделал непонимающий вид.

Играл он убедительно. Талантливый актер.

– Наше, российское... Сколько ты уже денег из Центробанка украл?

– Вы что-то не то говорите, Алексей Сергеевич. Я никаких денег не крал...

В глазах Беспашного таилась насмешка.

– По имеющимся у нас сведениям, в период с марта по июнь одна тысяча девятьсот девяносто второго года вы сняли со счетов Центробанка около пяти миллиардов рублей...

– Я?! Лично?!

– Конечно, нет. Это сделали подконтрольные вам банкиры.

– И куда ушли деньги?

– На счета банков, находящихся на территории Чеченской Республики.

– Это точно?

– Точнее не бывает.

– А вы думаете, у меня есть подконтрольные банкиры?

– Мы оба об этом знаем.

– Ну, есть кое-кто... А то, что эти деляги деньги в Чечню гонят, этого я не знал. Значит, они на чеченов, паразиты, работают. Не знал, не знал...

– Тимур, я бы на твоем месте не ломал комедию. Ты не на допросе, я не следователь. Поэтому давай начистоту. Ты принимаешь непосредственное участие в афере с фальшивыми авизо. Это факт!

Тимур молча пожал плечами. «И да, и нет...» – так можно было растолковать его ответ.

– Ты состоишь в сговоре с чеченской мафией.

На этот раз Тимур молчать не стал.

– Почему в сговоре? У нас просто доверительные отношения. Я бы не стал называть их теплыми. Но войны между нами нет, это точно... По-моему, это хорошо. Тем более что вы сами к этому стремились.

Тимур Беспашный и чеченский авторитет Алихан долгое время находились в состоянии войны. В любой момент могла начаться кровавая резня. Генерал Караулов решил предупредить события, поэтому пошел на сговор с Беспашным. И противостояние двух преступных группировок не вылилось в кровавую бойню. Но кто знал, что русский и чеченский авторитеты не просто помирятся, но и будут грабить государство рука об руку.

– Мы к этому не стремились! – жестко отсек Енисеев.

– А я думал...

– Мне все равно, что ты думал!.. В общем, установка такая. Вы, господин Беспашный, должны прекратить преступную деятельность в отношении Центробанка. Чтобы никаких больше афер с вашей стороны!..

Енисеев испытывал жуткий стыд. И за себя, и за весь Комитет в целом... Когда такое было, чтобы сотрудник госбезопасности разговаривал с преступником в просительном тоне! Невероятно, но факт – целый полковник просит бандитского авторитета больше не баловаться. Может, еще пригрозить оставить его без сладкого?.. Не должен он ни о чем просить. За хобот этого мерзавца и на Колыму. Но, увы, в эпоху перемен дуют гнилые ветра, которые выдувают из государства всю силу. И нет возможности всерьез противостоять криминальным монстрам. Тем более таким, как Беспашный. Ведь не секрет, что за ним стоит очень влиятельная персона из администрации президента. Мафия ведь не только в низах, но и на верхах. Такая мафия непобедима... Ничего, когда-нибудь все встанет на круги своя. На всех найдется управа. А пока надо договариваться...

– Я должен выйти из игры, да? – несколько удивленно посмотрел на полковника Тимур. – Это и все?

Похоже, он ожидал приказа вернуть награбленное. Но Енисеев знал, что просить его об этом бесполезно. Не та ситуация.

– А вам этого мало? – Енисееву пришлось приложить усилие, чтобы сохранить на лице печать властной невозмутимости.

– Да нет, не мало. Я бы сказал много... Но с вами ссориться я не хочу. Так что считайте, что мы договорились...

Тимур замолчал. Крепко задумался. Затем пытливо посмотрел на собеседника.

– Алексей Сергеевич, я с вами начистоту. Может, и вы мне поможете... Скажите, как далеко все зашло? Насколько опасно заниматься этим делом?..

Беспашный не дурак. Хочет получить услугу за услугу... Действительно, в недрах спецслужб и МВД разрабатывалась крупномасштабная операция, которая должна была положить конец всем финансовым аферам... Но Беспашному об этом не нужно знать. Рылом не вышел...

– Какая разница, опасно это или нет? – поморщился полковник. – Дело не в том... Дело в том, что с вашей стороны безобразия должны прекратиться. Должны, и точка!

– Вы предлагаете мне безоговорочную капитуляцию, – снисходительно улыбнулся Тимур. – Хорошо, я ее принимаю...

На этом разговор был окончен. Полковник Енисеев сделал движение, чтобы подняться со скамейки.

– Алексей Сергеевич, – остановил его Беспашный. – Один вопрос можно?

– Я слушаю.

– Вы не хотели бы сыграть в лотерею?

– В какую лотерею?

– В самую обычную. Хотя бы «Спортлото»... Главное, чтобы вы обязательно выиграли... Вы бы хотели выиграть, ну, например, сто тысяч долларов?

Перед глазами полковника заманчивыми огоньками вспыхнули пять ноликов. Сто тысяч долларов... Эти деньги помогли бы ему решить все материальные проблемы. А их хватает. У него растут две дочери. А на всю семью – двухкомнатная распашонка в «хрущобе». Неплохо было бы купить добротную квартиру, обстановку. «Волгу» новую взять. Дачу приобрести... Не так-то просто было перебороть искушение.

– Нет, я в азартные игры не играю, – покачал он головой.

У этого бандита полно денег. Миллионы долларов. И ему ничего не стоит выделить сто тысяч на подкуп полковника КГБ. Он может купить и генерала, и крупного чиновника из правительства.

Сила мафии в деньгах. Поэтому она непобедима. Пока непобедима... Продажных офицеров и чиновников много. Но есть неподкупные. Полковник Енисеев из их числа.

– Значит, не хотите?

– Нет.

– Браво! Вы заслуживаете искреннего восхищения!.. И еще один момент. У вас в конторе аврал. Головы летят, погоны... Если вдруг вас погонят со службы, обращайтесь сразу ко мне. Я найду вам достойную работу. С очень приличным окладом. Не пожалеете!..

Вот в чем ужас современной действительности. Раньше воры и бандиты околачивались на задворках жизни. Сейчас же они в этой жизни хозяева. У них свои банки, крупные совместные предприятия. Не им, а они диктуют условия... И все же есть люди, перед которыми они бессильны.

– Ты за меня не переживай, – усмехнулся Енисеев. – Ты за себя переживай... И если вдруг окажешься в Бутырке, обращайся сразу ко мне. Я найду тебе достойную работу. На лесоповале!..

Тимур принял шутку. Он хотел улыбнуться в ответ, но получилась какая-то унылая гримаса.

– Нет, лесоповал меня не устраивает.

– Тогда будь умницей. И не груби взрослым!

Этот раунд Енисеев оставил за собой. Только вот не было ощущения победы. В этой коррумпированной стране с ее идиотскими законами он остро осознавал свою беспомощность перед гидрой криминального мира... Но он все равно будет бодаться...

Глава восьмая

Альберт давно ждал этого визита. И все же надеялся, что лихо обойдет его стороной. Но нет, все-таки обэхаэсэсовцы нагрянули в его банк с проверкой. Как такового, ОБХСС больше не было. Вместо него образовалось другое ведомство – Главное управление по борьбе с экономическими преступлениями. Аббревиатура изменилась, но карательная суть сохранилась.

Обэповцы ворвались в офис под прикрытием ОМОНа. Люди в черных масках в считаные секунды обезоружили банковскую охрану. Было видно, что они знают свое дело. Потому как первым делом менты взяли под контроль бухгалтерию и операционное отделение. Следователи ОБЭПа озверело набросились на финансовую документацию.

Естественно, обэповцы не обошли стороной и самого Альберта. Они заявились к нему с постановлением на обыск.

– Может, вы объясните, что здесь происходит? – стараясь унять дрожь в коленках, спросил банкир.

– Господин Медяков, вы подозреваетесь в финансовых хищениях в особо крупных размерах. Статья восемьдесят первая часть третья Уголовного кодекса Российской Федерации, – устало глядя на него, сообщил следователь.

– У вас есть доказательства?

– Будут...

Доказательства появились через час. Их принес младший следователь. Это были отчетные документы, в которых был отражен перевод полученных из Центробанка денег на корсчета чеченских подставных фирм.

– Что вы на это скажете?

– А что я могу сказать? – пожал плечами Альберт. – Ко мне поступали платежки с требованием о кредитовании зарегистрированных в Чечне фирм. Я зачислял их на счета своего банка. Затем обналичивал их через расчетно-кассовый центр Центробанка. И переводил на счета этих фирм... Я знаю, знаю, о чем вы хотите меня спросить. Знал ли я, что это мошеннические фирмы. Тогда не знал. А сейчас знаю... Поэтому, как видите, я прекратил всякую деятельность с кредитованием коммерческих структур Чеченской Республики... Я был введен в заблуждение. Я был беспечен и полностью осознаю свою вину...

Альберт нисколько не сомневался в том, что выкрутится. Никто не сможет доказать, что он переводил деньги в Чечню по злому умыслу. Во всем виновата беспечность. А за это не сажают. Мало того, он вправе требовать от родной милиции оградить его от дальнейших поползновений со стороны чеченских преступников.

От этих поползновений он уже огражден. Благодаря Тимуру Беспашному. Все-таки этот мафиози выручил его из беды. Несколько месяцев Альберт работал с Казбеком, вытаскивал для него каштаны из огня. И получал за каждую сделку десять процентов комиссионных. Как только он отработал свои пятьдесят миллионов, чечены от него отстали. Потому что они не хотели связываться с Тимуром, который взял Альберта под свою защиту. Правда, теперь придется отстегивать ему «золотую четвертину» от прибыли. Но это куда лучше, чем пуля в лоб.

Альберт смог выбраться из болота смертельно опасной аферы. Теперь он обеими ногами стоял на твердой земле. Он перестал бояться за свою жизнь. К нему вернулся здоровый сон. Пробудился интерес к сексу. Мало того, теперь он смотрел на Лену другими глазами. Ведь если бы не она, он мог бы и не выбраться из чеченской трясины.

На Веронику его больше не тянуло. Да ее и не было. Он ее попросту уволил. За профнепригодность... Чеченец Казбек не возражал. Тем более что он потерял всякий интерес к «Эдему». Хвала Тимуру!..

Тимур для Альберта не только защитник и покровитель. Он еще и друг семьи. На прошлой неделе они семьями выезжали на природу. Было весело. Плюс была достигнута важная договоренность. Альберт создает нефтяной концерн, Тимур помогает ему в этом, ставит предприятие под свою «крышу». Но при этом не входит в долю. Если честно, Альберт очень боялся, чтобы он стал его компаньоном. Тимур производил хорошее впечатление. Но, как ни крути, он – бандит. А от бандитов одни неприятности...

Обэповцы недолго трясли перед его носом статьей Уголовного кодекса. Если бы они нашли готовые к применению фальшивые авизо, тогда бы разговор был другой. А так все изъятые документы подтверждали стремление Альберта вырваться из порочного круга. Что он и сделал... Следователь пытался брать его на пушку. Нахрапом попытался выяснить, сколько денег Альберт положил себе в карман. Пришлось ставить его на место. Альберт не какой-то уголовник, он уважаемый человек, и в его защиту выступят депутаты Верховного Совета... К угрозе следователь отнесся скептически. Но все же от Альберта отстал. Понял, что связываться с ним бесполезно. Правда, перед уходом строго предупредил, что в следующий раз господин Медяков так легко не отделается. Альберт заверил его, что следующего раза не будет. Он и сам был уверен в этом. Хватит с него приключений на собственную задницу...

Обэповцы убрались, вслед за ними исчез спецназ. Альберт облегченно вздохнул. Все самое худшее позади – впереди светлое будущее. У него есть деньги, он станет крупным нефтяным магнатом. Года через три, а то и раньше он заработает свой первый миллиард долларов. Он станет миллиардером! Он станет одним из самых богатых людей в мире!..

Альберт ошалел от удивления, когда через неделю после милицейского наезда к нему вдруг заявился Казбек. Он был не один. За его спиной возвышались два крепких джигита. Был еще и третий, который тщательно обследовал кабинет с помощью какого-то электронного прибора.

– Это сканер, – пояснил Казбек. – Вдруг тебе менты «жучков» натыкали?

Джигит закончил проверку.

– Чисто, – коротко доложил он и вышел из кабинета.

– Теперь мы можем быть уверены, что нас никто не подслушивает...

– А это важно? – опасливо спросил Альберт.

Он больше не хотел иметь с Казбеком никаких дел. Но злой рок неумолимо приближался.

– Важно.

– Откуда вы знаете про ментов?

– Мы все знаем, – важно кивнул Казбек.

– Вы меня в чем-то подозреваете?

– Нет. Ты хорошо держался. Надеюсь, так будет и впредь.

– Что это значит, впредь?

– А то, что у тебя, брат, есть возможность хорошо заработать... Как ты смотришь на двадцать процентов от сделки?

– Какая сделка?! – Альберт был близок к истерике.

– Самая обыкновенная. Нужно будет вывезти из Центробанка большую сумму. Пятьсот миллионов рублей. Прикинь, сколько это будет на доллары. И отсчитай себе пятую часть...

Альберт автоматически просчитал прибыль. Выходило что-то около двадцати миллионов долларов. И с них он мог взять пять «лимонов»... Трудно удержаться от такого искушения. Но Альберт не хотел больше рисковать. Тем более он может заработать такие деньги честным путем.

– Мне это не надо, – замотал он головой.

– А если мы хорошо попросим? – надавил на него взглядом чеченец.

– Да поймите вы! Это очень опасно! В Центробанке уже знают про аферу. Если я туда сунусь, вместо денег получу наручники!..

– А ты не бойся. Все будет в порядке. Центробанк мы берем на себя. Там все улажено. Абсолютно все. А ментов тебе бояться не надо. Платежки ведь не из Чечни. Из Казани. Мало ли в стране казанских бизнесменов, которым нужны кредиты. Некоторые из них к тебе и обратились. Ты же не знал, что они мошенники. Железная отмазка, да?

Казбек протянул Альберту несколько платежных поручений. Все та же фальшивка. Только вместо чеченских стоят реквизиты казанских коммерческих структур.

– Нормально придумано, да? – покровительственно усмехнулся Казбек. – На Неглинной не сразу въедут, что мы через Казань паровоз пускаем. А пока не въехали, нам нужно спешить. Поэтому мы и твой банк задействовали. Поверь, для тебя это будет последний хапок...

– Но я не хочу... А потом, нужно не со мной договариваться.

– А с кем? С твоей «крышей»? – презрительно усмехнулся Казбек.

– Да, с моей «крышей»... А я не думаю, что она даст согласие.

– Если ты про Беспашного, то «крыша» дает добро.

– Вы в этом уверены?

– Мы серьезные люди. И наобум дела не делаем. Если у нас была договоренность с белокаменской братвой, мы нарушать ее не собираемся. Но ты не переживай, с Тимуром мы договорились. Можешь позвонить ему, убедись.

– Хорошо, я позвоню, – холодея от ужасного предчувствия, пробормотал Альберт.

Он связался с Тимуром. И услышал в ответ на свой вопрос:

– Все нормально, братан. Надо помочь вайнахским орлам. Ты только не колотись. Сделаешь дело и отваливаешь в сторону. Никаких больше напрягов, гарантирую!..

Делать нечего, пришлось соглашаться с Казбеком.

– Слушай, я не понимаю, чего ты боишься? – спросил чеченец. – Мы тебя хоть раз подводили?

– Нет.

– И сейчас все нормально будет. Обещаю...

– Ладно, – обреченно махнул рукой Альберт. – Только учти, это последний раз.

– Конэчно, даже не разговор! – осклабился Казбек.

– Когда нужно ехать?

– Послезавтра. Времени на раскачку нет. Сам понимаешь, нужно спешить...

– А как же Вероника? – натянуто улыбнулся Альберт.

– А что Вероника? – удивился Казбек.

– Ну, я, наверное, снова должен принять ее на работу...

– А, это... Нет, с этим все нормально. Без Вероники обойдемся. Ты человек проверенный – мы тебе доверяем...

– Какой же я проверенный? – от растрепанных нервов Альберта потянуло на дурацкие шутки. – Я у венеролога уже год как не проверялся...

– А зря! У Вероники сифилис обнаружили... – с самым серьезным видом сказал Казбек. И тут же расплылся в улыбке. – Шутка, дорогой! Веселый кавказский шутка, да!.. А может, и не шутка... Короче, я Веронику на три буквы послал. Дура она...

– Чего?

– Чего-чего. Не твое дело, вот чего!.. Короче, давай готовься. Водителя с машиной мы тебе подгоним, охрану дадим. А все остальное – сам...

Не хотелось Альберту ввязываться в очередную аферу. Но делать нечего. Обстоятельства требовали послушания...

* * *

К полудню назначенного дня к банку «Эдем» подъехали две машины. Черный «БМВ» и «пирожок». В иномарке находились два чеченских боевика, за рулем «Москвича» тоже чеченец, тоже при оружии. Итого три человека охраны. Не так уж и много для двадцати миллионов долларов.

Но Альберт не переживал. Он уже не раз доставлял в банк крупные суммы. И никаких эксцессов. Да и какой придурок решится ограбить чеченскую мафию? Даже думать об этом глупо...

Сам он отправился на Неглинную на своей машине. Без охраны. С ним только Владислав, он же зам главного бухгалтера. Головастый парнишка, только в экстренных условиях толку от него не будет никакого. Боец из него никакой. У Альберта красный пояс по карате. Но и это фигня. В случае нападения только пистолет поможет... Бояться вроде бы нечего. И все равно на душе неспокойно. Надо было охранников из банка прихватить. Но у них только газовое оружие...

Как всегда, экспроприация «излишков» рублевой массы прошла без сучка и задоринки. Казбек не обманул. У него в самом деле все было схвачено. Мешки с деньгами легли в «пирожок». Владислав опечатал фургон. И машины одна за другой отправились обратно в «Эдем».

Первым шел «Москвич», за ним важно катился «БМВ». Процессию замыкал «Мерседес». Альберт нарочно старался держаться в отдалении.

«Пирожок» остановился на светофоре. Слева от него встал «БМВ» с вооруженными боевиками. Никто не ожидал нападения... Но предчувствие Альберта не обмануло...

Спецназовцы появились неожиданно. Они выскочили из микроавтобуса, вытащили из «БМВ» чеченцев, заломили им руки, защелкнули на них наручники. То же самое они проделали и с водителем «пирожка». Всех троих они сунули в свой «рафик». Один из омоновцев сел за руль «БМВ», второй забрался в «Москвич». Все три машины стартовали разом. Альберту оставалось только помахать денежкам рукой...

– Что это такое? – очумело захлопал глазами Владислав.

Альберт не мог ему ответить – от волнения он лишился дара речи.

Предчувствие наводило его на мысль о бандитах. Но машину с деньгами увели менты. Все произошло быстро и четко, как по расписанию... Удивительно, что самого Альберта не тронули. А ведь его тоже могли растоптать и отправить в Бутырку или Лефортово...

Все-таки не все предусмотрел Казбек. Он должен был предугадать ментовский наезд. Но, увы... Сейчас деньги увезут на Петровку. Захваченных чеченцев допросят, а затем настанет очередь Альберта. Придется опять выкручиваться.

Глава девятая

Тимуру нравилось, когда все его друзья собирались вместе. Он, Валера, Гена, Олег.

Сегодня они собрались у него в кафе. Гена сразу схватился за пиво. Валера потянулся к телефону. Только Олегу ничего не надо. Сегодня у него был трудный бой. До сих пор отдышаться не может.

– Ты это, братан, извини, – отставляя в сторону пустую бутылку, сказал Гена. – Не смог я сегодня на тебя посмотреть. Напряг был...

– Да у тебя вечно напряг, – махнул на него рукой Валера. – А я лично смотрел, как Олег махался. Сила!.. Правда, зашугался он. Соперник его конкретно зашугал...

– Чего? – возмущенно протянул Олег.

– Да я что, не видел, как ты испугался, когда он с копыт свалился! Признайся, думал, что убил, да?

Что-что, а прикалываться Валера умел.

– Ты, Олежа, хорошо машешься, – продолжал он. – Только толку в том. На боксе зарабатывать надо...

– Да я уже думаю, может, в профессионалы податься? – пожал могучими плечами Олег.

– Во! Профессиональный бокс – это сила. В Штатах на этом деле хорошую «капусту» рубят. Да и у нас можно навариться... Есть два способа зарабатывать на боксе. Первое – открыть стоматологическую клинику для боксеров. Шутка. А второе – надо, Олежа, надо нам свой бойцовский клуб открыть. Чтобы никакого беспредела, все четко по правилам профессионального бокса. Но чтобы люди на поединки ходили, чтобы деньги шли...

– Да надо бы подумать.

Валера может схохмить. Но если дело касается какого-нибудь серьезного проекта, языком понапрасну он чесать не будет. И сейчас он неспроста предложил Олегу открыть бойцовский клуб. Значит, видит в этом деле какую-то выгоду.

А Олегу клуб нужен. Он сейчас как неприкаянный. От дел он отошел, сейчас занимается исключительно боксом. Это хоть и героическое дело, но по большому счету – баловство. Наверное, прав Валера. Надо его к какому-нибудь делу пристроить.

Можно выкупить или даже построить спортивный клуб, оборудовать по последнему слову боксерской техники, устраивать там поединки профессионалов, делать на этом деньги. Тем более что деньги под это дело есть. Много денег...

Тимур не очень жалел, что нагрел государство на большие бабки. Да, он вор. Но ведь и государство тоже ворует. Вернее, грабит людей. Павловский обмен денег, январская либерализация цен. Все это превратило денежные вклады людей в труху. Да и братва на этом немало потеряла... Но Тимур вернул свое. И конкретно наварился сверху.

Шутка ли, двести шестьдесят миллионов долларов чистого навара. А можно было бы навариться еще. Жаль, чертовы гэбисты уболтали его выйти из игры. Тимур мог бы их послать. Но не стал этого делать. Сегодня контора в потерях, а завтра снова будет в силах. И если она навалится на белокаменских всей своей массой, в два счета сотрет их в порошок. Нет, с чекистами шутки лучше не шутить. И надо радоваться, что Тимура не попросили вернуть экспроприированные суммы. А это могло бы случиться. Пришлось бы тогда становиться в стойку. Даже один миллионов долларов – слишком огромная сумма, чтобы с ней так просто расставаться. А тут двести шестьдесят...

Все бабки конвертированы в доллары и переведены в заграничные банки. Все шито-крыто. Никто до них теперь не доберется. И хвосты все зачищены. Тимура теперь можно взять за жабры только через участвовавших в афере банкиров. Но те будут молчать, потому как у самих рыло в пуху. Да и все стрелки, в случае чего, будут переведены на них. А Тимур умоет руки. А в случае непредвиденных обстоятельств скроется за границей...

Двести шестьдесят миллионов хорошо спрятаны. Дело сделано. Самое время обмыть успех. Не зря же Гена разминался пивком. Знал, что впереди его ждет сытое и пьяное застолье. А Валера куда только что звонил? Конечно же, в кабак. Там уже должно быть все готово.

Сегодня будет вечер без жен. Чисто мальчишник. Для желающих – девочки. Лично Тимур сегодня будет хранить верность Полине. А остальные как хотят.

Они уже собирались уходить, когда зазвонил телефон.

– Тимур? – послышался в трубке голос Алихана.

С недавних пор они – деловые партнеры. Вместо доброй войны – плохой мир и совместное дело. Все вроде бы в порядке... Правда, голос Алихана не предвещал ничего хорошего. Тимур нутром улавливал приближение беды.

– Да, я. Что-то случилось?

– Случилось. Разговор есть. Надо встретиться.

– Давай завтра.

– Нет. Сейчас. Давай к Егерским прудам подтягивайся. Через два часа, нормально?

– Договорились, – согласился Тимур.

Он отключил трубку и угрюмым взглядом обвел друзей.

– Кабак отменяется... Алихан звонил. Перетереть со мной хочет... Чем-то он недоволен. Что-то здесь не то...

– Да ладно, поедем посмотрим, – беспечно пожал плечами Гена. – Стволы брать?

– Да надо бы...

У Тимура было ощущение, что миром эта стрелка не закончится.

На Егерские пруды они приехали вчетвером. Неподалеку в двух машинах ждали отмашки до зубов вооруженные бойцы.

Чечены подтянулись на двух «мерсах». Навстречу Тимуру вышел Алихан, за ним шел его телохранитель. Остальные бойцы остались в машинах.

Тимур и Алихан сошлись, остановились, вяло пожали друг другу руки.

– Какие проблемы? – спросил Тимур.

– Да есть проблемы, – глядя куда-то вдаль, зловещим голосом сказал Алихан. – Твой Медяков полмиллиарда рваных потерял...

Тимур кивнул. Он знал про этот досадный случай. Чечены собирались сорвать большой куш махом. Потому им нужно было задействовать одним сразу как можно больше банков. Медяков был проверенным в деле человеком, они решили подпрячь и его. Но Тимур еще раньше договорился с чеченами, что Альберт отходит под его «крышу». Поэтому Алихану насчет банкира пришлось договариваться с ним. Тимур пошел навстречу. И Альберт тоже согласился сделать последний ход. Сделал. На свою беду...

– Он-то в чем виноват? – спросил Тимур. – То ж менты были. Куда ему против ментов?

– Меня тоже один раз менты повязали, – криво усмехнулся Алихан. – А потом оказалось, что это вовсе не менты. Это твои пацаны были. И ты за ними...

– Я не понял, ты куда гнешь?

– Да чего тут понимать... Это не менты бабки увели. Я узнавал. Не было у ментов никаких напрягов. Все спокойно у них было... А бабки ушли...

Тимуру не нравился тон, которым разговаривал с ним чечен. Да и сам разговор ой как не нравился...

– Ты хочешь сказать, что это я бабки увел? – взгляд его заледенел.

– Почему ты так думаешь?

– Ты же сам только что на моих пацанов показал.

– Правильно. Кто еще под ментов рядится? Только твои пацаны...

Тимур не крысятничал. Но по всем раскладам стрелки показывают на него. Он был в курсе, что Альберт повезет бабки, это раз. Неизвестные отморозки закосили под ментов, а этот маскарад однажды применил Тимур. Два... И еще одно обстоятельство. Не было у них дружбы с Алиханом. И под занавес совместного дела он мог сделать ему западло... К ограблению Тимур не имел никакого отношения. Но логика была против него...

– Ты мне вилы делаешь, Алихан. Я твое бабло не брал. Но железных отмазов у меня нет...

Тимур дал слабину – опустился до оправданий. Может, поэтому Алихан делал вид, будто не слышит его.

– Бабки нужно вернуть, – думая о своем, сказал он.

– Это ты мне говоришь?

– А кому ж еще?

– Ты пургу метешь, Алихан. Не брал я твоих бабок. Но... Раз такой размаз, я к этому делу подключаюсь. Будем искать козлов...

– Или крыс, – презрительно усмехнулся чеченец.

– Ты за базаром следи! – вскипел Тимур.

Но Алихан в ответ не сказал ничего. Он повернулся к нему спиной и направился к своей машине.

До перестрелки дело не дошло. Но у Тимура было такое ощущение, будто под ногами взорвалась бомба.

* * *

– Что будем делать, братва? – спросил Тимур.

Он напряженно искал выход из создавшегося положения.

– Что-что, козлов искать будем, – угрюмо буркнул Валера.

«Или крыс...» – вспыхнула в голове реплика Алихана... А может, в самом деле в его команде завелась крыса?

– Кто про эти бабки знал? – уныло спросил Гена.

– Я знал, – сказал Тимур.

– И я в курсе был, – кивнул Валера. – Ну и этот, Медяков, само собой...

– Тебя, Тимур, и тебя, Валера, мы сбрасываем со счетов. Остается Медяков... Может, он крыса?

– Может, и он, – задумчиво повел бровью Олег. – А может, это чечены бабки смыли? Что, среди них крыс нет? Есть...

С этим не поспоришь. Кто-то из чеченов запросто мог провернуть гоп-стоп и увести бабки прямо из-под носа своих боссов... Но Тимуру почему-то казалось, что чечены здесь ни при чем. Хотя исключать этот вариант он не стал.

И Медякова под удар он ставить не торопился. Мужик-то он ничего. Башковитый, основательный. Такие на рожон не лезут. Да и с бабками у него без проблем. Шутка ли, пятьдесят «лимонов» урвал. Ему этих бабок с лихвой на его проект хватит... Но если Альберт здесь ни при чем, кто ж тогда умыкнул полмиллиарда «дерева»?

– Надо Краба подключать, – решил Тимур. – Пусть «Эдем» под колпак берет. Чтобы все гнилье высветил...

У него серьезная организация. Можно сказать, боевое подразделение. И без разведки ему нельзя. Этим делом занимался Краб. Парню всего двадцать пять лет. А уже пограничное училище закончить успел, два с половиной года в Таджикистане прослужил. Прирожденный вояка. Пацанов своих в кулаке держит. И дело у него грамотно поставлено.

С недавних пор в его обойме появился спец по радиоэлектронным делам. Андрей Демин не заканчивал никаких институтов, не служил ни в каких спецвойсках. Мастер-самоучка. Современный Левша. Блоху подковать он, может, и не мог, но подцепить к ней «жучка» – запросто.

«Жучок» он мог смастерить сам. Сам, по собственной схеме, смог сконструировать сканер для выявления чужих «клопов»... Правда, сейчас ему эти самоделки не нужны. У Краба появился выход на человека, через которого можно было доставать самую современную шпионскую технику. Это стоило больших денег. Но с баблом у Тимура без проблем. А на разведку он не скупится.

Дема «заразит» банк Медякова «клопами», поставит на прослушку все телефоны. Краб же возьмет на прицел всех банковских спецов, кто знал и мог знать о перевозке денег. Неблагонадежных будут просвечивать со всех сторон, пока не выяснится, кто из них мог навести грабителей на бабки... Только будет ли овчинка стоить выделки? Может, и не из банка уши растут... Тогда откуда?..

– Я не знаю, вычислим мы крысу или нет, – озадаченно посмотрел на Тимура Гена. – Но то, что нам нужно держать ухи на макухе, – это однозначно... Что, если чечены спецом нам эту лажу подбросили. Типа, мы крысы. А крыс вроде как отстреливать надо, да? Может, это повод, чтобы нам войну объявить...

– А легко! – согласился с ним Олег. – Чечены бабок нахапали. Теперь им надо дело сворачивать. Вместе с нами... Мы-то им больше не нужны. Нас можно в расход...

Чечены – народ коварный. Могут устроить провокацию... Но какой им смысл ввязываться в войну с Тимуром? Слишком хлопотное это дело...

– Да не, нас так просто не свернешь, – покачал головой Валера. – Зубастые мы и клыкастые... Но, это, поберечься надо. Хрен его знает, что у Алихана на уме. Может и киллера по нашему адресу оформить...

Тимур не мог с ним не согласиться. Если Алихан уверен, что деньги хапнули белокаменские, он может и отомстить. Кровь у него горячая. Как бы головорезов к делу не подключил...

Глава десятая

Трупов было три. Они лежали рядком под ворохом прошлогодней листвы. Их нашел собачник, гулявший в глубине Измайловского парка.

Капитан Галкин прибыл на место в составе следственно-оперативной группы. Рядом с ним стоял и чесал затылок майор Мразин... Вообще-то он уже Мазин. Но все равно Мразин... Вроде ничего мужик. Но есть в нем какая-то гнильца.

– Ну, что скажешь, Константин? – спросил капитан.

Кто его знает, может, Мразин вычесал какую-нибудь умную мысль из своего затылка.

– А скажу... Эти трое – кавказцы, без вопросов. Может, из Дагестана, может, из Кабарды... А если из Чечни?

– Ну и что, если из Чечни?.. Хочешь сказать, что измайловская братва конфликтует с чеченцами?

А ведь логика здесь есть. Трупы найдены в Измайловском парке. Это территория измайловской братвы. Значит, убитые чечены – их рук дело. Все просто. И очень сложно. Можно подозревать всех измайловцев. Но ведь убивали конкретные личности. И попробуй их вычисли. Измайловская братва – это мафия. А в каждой мафии действует «омерто» – закон молчания. Да и не так просто подобраться к измайловцам. Можно и без скальпа остаться...

– Может, и это, – не стал отрицать Мразин. – Но я про другое... Я про случай на Цветном бульваре.

Позавчера это было. Неизвестные преступники, переодетые в форму спецназовцев, захватили фургон с деньгами. Полмиллиарда рублей!!! Даже представить себе невозможно, что в природе существуют такие суммы... Пятьсот миллионов. И какие-то умники одним разом смогли присвоить ее себе...

Хотел бы Виктор расследовать этот случай. Но, увы, за это дело взялись гэбисты и убэповцы. Потому как оно напрямую касалось аферы с фальшивыми авизо.

Говорят, и чеченская мафия к расследованию подключилась. Потому как преступники не только деньги увели, но и трех чеченцев захватили. Трех! И здесь как раз три трупа...

– Ты думаешь, это они?

– Не знаю, не знаю... Не хотелось бы...

– Почему?

– Ты что, хочешь, чтобы нас к похищенным деньгам пристегнули? Лично я в этом деле участвовать не хочу.

– Чего-то боишься?

– Боюсь. Увязнуть боюсь. Там же большая политика. Сам подумай, пятьсот миллионов рублей. Кто за ними стоит? Чечены. И белокаменская братва. За чеченами Верховный Совет стоит, за белокаменскими – администрация президента. Можно так влипнуть...

С Костей трудно было не согласиться. Времена сейчас гиблые. Криминал и политика сплелись в гигантский гадючий клубок. И бандиты могут ужалить, и большие шишки из властных структур. Не знаешь, от кого уворачиваться.

Чеченская мафия нагрела государство на два или даже три миллиарда – миллиарда!!! – долларов. Естественно, за чеченами стояли большие люди. Очень большие. И белокаменские неплохо наварились. За ними тоже политика... Нет, в эти дела лучше не соваться...

Над трупами возились судмедэксперты. Но и без них было ясно, что убитые лежат здесь не первый день. И о причине смерти нетрудно догадаться – у всех покойников на шеях трансгуляционные борозды.

– Удавкой их, что ли? – глядя на Мразина, спросил Виктор.

– Не знаю, – пожал плечами майор. – Может, показательная казнь была. Сначала на дереве вздернули, а затем на землю рядком уложили... Хотя вряд ли. Если б их вешали, шейные позвонки были бы сломаны. А значит, и головы в неестественном положении... Скорее всего, удавкой их сделали. Да и вероятнее всего... Я так думаю, грабители чеченов захватили, затем вывезли в лес и... Не нравится мне все это, Витя. Как бы нас в самом деле на ограбление не завязали... Ну да ладно. Что будет, то будет...

Чеченов отвезли в морг, провели опознание. Они оказались теми самыми охранниками, которых захватили вместе с деньгами. Дело об их убийстве забрала Генеральная прокуратура. Его тут же приобщили к делу об ограблении. Была создана межведомственная следственная группа, куда, помимо прокурорских, гэбистов и экономистов, вошли сотрудники МУРа, а в частности, капитан Мразин и капитан Галкин.

А на следующий день Витя нарвался на кавказцев. По всей видимости, это были чеченцы. Числом два. Они перегородили ему дорогу, когда он подходил к своему дому.

Скрытый пиджаком, под мышкой у него болтался табельный «макар». Рука невольно потянулась к оружию. Но на рукоять пистолета так и не легла. Виктор вовремя понял, что этих горцев опасаться не стоит.

– Здравствуйте, Виктор Геннадьевич, – вежливо поздоровался один.

Второй приветливо улыбнулся.

Они производили впечатление крутых парней. Но при этом в них не наблюдалось никакой агрессии.

– Ну, и что дальше? – с нарочитой грубостью спросил капитан.

Он остановился в двух-трех шагах от чеченцев. Но это расстояние показалось им большим. Они попытались его сократить. Но Галкин был начеку.

– На месте стоять! – нахмурился он.

Но чеченцев это лишь позабавило. Он видел скрытую насмешку в их глазах. Но приближаться они все же не стали.

– Разговор у нас к вам, капитан, – серьезным тоном сказал кавказец.

– А если я не хочу с вами разговаривать?

– Дело ваше, капитан. Но я бы на вашем месте не спешил отказываться.

– Я пока что на своем месте... Ладно, говорите, что там у вас. Только побыстрей, некогда мне...

– Что, жена Марина ждет? – спросил один.

– С дочкой не терпится поиграть? – добавил второй.

Виктор похолодел... Он допускал, что чеченцы могли узнать его имя-отчество. Но они еще выяснили его семейное положение. И о жене с дочкой говорят не просто так, с намеком...

– Не ваше дело! – нахохлился Виктор.

– Вы правы, кэп! Нам до вашей семьи нет никакого дела! – поспешил сыграть на попятную чеченец.

– Тогда говорите, что вам от меня нужно. И уходите!

– Сказать мало. Нужно еще и договориться.

– О чем?

– О сотрудничестве, кэп... Нас интересует вся информация по делу об ограблении на Цветном бульваре.

– А больше вас ничего не интересует? Могу одолжить вам Жоржа Сименона. Занятные, скажу вам, детективы...

– Нас комиссар Мегрэ не интересует, – блеснул литературными познаниями чеченец. – Нас интересуют реальные дела. Которые касаются нас... Мы хотим знать, кто забрал наши деньги и убил наших братьев.

– Мы и сами это хотим знать... А потом, разве то ваши деньги были? – наигранно удивился Виктор. – Насколько я знаю, официально вы открещиваетесь от них.

– Мы же с тобой неофициально говорим, да... Короче, капитан. Давай договоримся. Ты держишь нас в курсе всех дел, а мы... Мы в долгу не останемся... Ты вот пешком ходишь. А мог бы на машине ездить. Новенькую «девятку» хочешь?

Само собой, как всякий нормальный мужчина, он мечтал о собственной машине. Новенькая «девятка»... Запах пластика в салоне, мягкий ход, быстрый разгон, скорость – аж дух захватывает... Только от бандитов ему ничего не надо. И не потому, что он такой честный. Скорее осторожный. Потому как знает, как люди попадаются на бандитский крючок. Сегодня они просят всего лишь поделиться информацией о ходе дела. А завтра заставят поставлять им секретные сведения. И не откажешься. Так как машину уже взял... Но Виктор ничего не брал. И на бандитов работать не будет.

– Вот что я вам скажу, ребята, катитесь-ка вы отсюда на все четыре стороны... А если с моей женой и ребенком что-нибудь случится, я вас из-под земли достану. И на части порву!

Чеченцам его гнев показался убедительным. И они убрались несолоно хлебавши.

Утром Виктор рассказал Мразину о разговоре с чеченцами.

– Машину предлагали. Да я отказался...

– И от сотрудничества отказался? – начальственно важно спросил Костя.

– Само собой...

– Поспешил ты, брат, поспешил... То, что на хрен их послал, в принципе, правильно. Но не умно... Надо было сперва с начальством посоветоваться. Можно было бы игру им какую-нибудь навязать... Они не предлагали тебе подумать? Может, они позже подойдут?

– Нет, я их начисто отшил... А к тебе не подходили?

– Ну что ты, – как-то неестественно улыбнулся Мразин. – Я бы тебе первому сказал...

Неубедительно вышло. Не поверил ему Виктор. Мразин – еще тот жук. Он может играть на две руки – и нашим, и вашим. Не зря же у него и «девятка» есть. А квартирка у него какая. И девочек туда каких водит. Как правило, после ужина в ресторане... На одну зарплату так не развернешься.

Может быть, чечены и к нему подкатывались. Может, он и не отказался им помочь. Но ведь ничего не докажешь. Да и страшного тут ничего нет. Сейчас чеченцы скорее союзники, чем враги. Им же тоже грабителей и убийц найти нужно...

Объединенная следственная группа занималась и ограблением, и убийством. Но в тонкости денежных махинаций муровцев не посвящали. Под банк «Эдем» и под чеченских аферистов по-прежнему копали чекисты и экономисты. А Галкин с Мразиным занимались чисто внешней стороной этого дела. Пытались выяснить, как преступники завладели формой спецназовцев, как раздобыли транспорт, каким маршрутом уходили от возможной погони, как избавились от чеченских охранников. И самое главное, куда они дели фургон с деньгами... Но, увы, разыскные мероприятия успеха не имели.

Налетчики тщательно спланировали акцию. Работали в масках. Микроавтобус «РАФ» и захваченный «БМВ» бесследно исчезли. Про «Москвич» с фургоном и говорить нечего. Как сквозь землю провалился. Преступники избавились от чеченских охранников и тем самым окончательно обрубили концы.

Виктор с Костей крутились как шарики в барабане «Спортлото». Но выигрышная комбинация никак не складывалась. А начальник оперативно-следственной группы требовал результат.

– А не будет результата! – заявил на совещании Мразин. – Преступники действовали грамотно. Никаких следов, никаких зацепок, глухо! В общем, тут профессионалы работали. А их голыми руками не возьмешь...

– И что вы предлагаете, товарищ майор? – недовольно посмотрел на него подполковник Зайцев.

– Изнутри нужно копать. Наводчика нужно искать. А где наводчик мог быть? В банке? Вопрос, в каком? Или в «Эдеме», или в Центробанке...

– Майор Чесноков работает в этом направлении. Пока никаких результатов...

– Значит, плохо работает. Глубже нужно копать, глубже... Если нет наводчика среди банковских, значит, нужно трясти чеченцев. Или белокаменских... Кто-то из бандитов мог дать наводку...

В ответ начальник следственной группы только уныло вздохнул. Ну не аплодировать же Мразину, который толкал прописные истины. Работа велась по всем направлениям. И банкиры были взяты под колпак, и бандиты. Вопрос только в том, насколько плотно их опутали оперативно-следственной паутиной. Насколько знал Виктор, у их группы не было сил и средств для эффективного нападения. Зато у банкиров и бандитов блестящая защита – адвокаты, пресса, связи на высоких уровнях. И в беседах со следователями ведут себя безукоризненно – с их точки зрения. Отвечают только на удобные вопросы и только в присутствии своих адвокатов. В такой обстановке о допросах с пристрастием и речи быть не может. И на прослушку этих деятелей не возьмешь. В момент вычислят, с их-то техникой... И все же Зайцев не отчаивался. Да и Виктор почему-то верил, что рано или поздно они выйдут на след преступников.

И он не ошибся. Через два дня после этого разговора по линии ГАИ поступило сообщение о найденном микроавтобусе «РАФ». Его обнаружили в реке Белоречка, в нескольких километрах от Белокаменска.

Все указывало на то, что это был тот самый микроавтобус, из которого бандиты атаковали фургон с деньгами. Прежде чем сбросить в воду, грабители облили его бензином и подожгли. Он бы до сих пор покоился на дне, но в связи с летней жарой вода в реке спала и обнажила крышу сожженной машины.

Виктор не особо надеялся найти что-нибудь интересное. Он уже знал, насколько грамотно преступники заметают за собой следы. Но, видно, и на старуху бывает проруха. У него радостно екнуло сердце, когда он обнаружил обожженную пулю с дырочкой для нитки. Это был чей-то талисман, и притом не обезличенный. С одного бока была надпись «Павлу», с другого «Валент.».

Мразин долго рассматривал пулю.

– Павел и Валентина, что ли? – озадаченно спросил он.

– А может, «Павлу Валентиновичу»? – Виктор тоже ломал голову. – Видишь, «Валентинович» сокращено...

– Может, «Павлу Валентинову»? – внес свою лепту начальник группы.

– А что? – восхищенно протянул Мразин. – Очень даже может быть!.. Только непонятно, почему падеж дательный?

– Кажется, я понял... – осенило Галкина. – Это же не просто пуля. Это талисман... Есть же такая поговорка, пуля, мол, для меня еще не отлита. А для этого Павла Валентинова пуля отлита. Вот она, тут даже написано «Павлу Валентинову», то есть она для него предназначена. Но этот Павел при себе свою пулю носит. Значит, она никогда его не убьет...

– Хм, а ты соображаешь, – со скрытой завистью посмотрел на него Мразин.

Видно, он собирался первым решить головоломку. Но Виктор его опередил. А блеснуть перед начальством хочется... И все же Мразин блеснул. Логикой.

– Нет, не угадал Паша. Эта самая пуля его и погубит. Не сберег он свою пулю, поэтому пусть на себя пеняет...

– Ладно, давайте без лирики. Надо искать этого Павла Валентинова. Или Валентиновича... Ваши предложения, майор?

– Я думаю, надо сначала спецкартотеку прошерстить. Судя по всему, ребята бывалые. Может, этот Павел через зону прошел...

– Или через войну, – добавил Виктор. – Может, в Афгане воевал. Или в Карабахе... Или просто в армии служил...

– Если просто в армии служил, забодаемся искать. Сколько их, Павлов Валентиновых по всей России...

– Ничего, прорвемся...

– Давайте, прорывайтесь. И чем скорее, тем лучше, – заключил подполковник Зайцев.

В спецкартотеке нашлось сразу несколько Павлов Валентиновых. А Павлов Валентиновичей не пересчитать. А если этот Павел не судим и не привлекался? Это ж утонуть в списках можно. Попробуй отработай каждого...

– Будем сужать круг, – решил Мразин. – Давай подумаем, кто мог угнать деньги? Чеченцы могли? Могли. Но среди них вряд ли есть Павлы Валентиновы. Хотя всякое может быть. Поэтому будем работать... Идем дальше. В Москве полно славянских группировок. Те же измайловские, например...

– Почему именно измайловские?

– А трупы чеченов мы где нашли? В Измайловском парке, так?

– А микроавтобус мы нашли под Белокаменском...

– Витя, ты – гений! Кажется, мы на правильном пути! – разволновался Мразин. – Кто банку «Эдем» «крышу» делает? Белокаменские? Белокаменские... Они могли деньги увести? Могли. Эти ж деньги чеченам должны были уйти. А белокаменские на себя их перевели. Витя, ты только представь, какая это сумма. Полмиллиарда рублей!.. Да есть скоты, которые за сотню мать родную зарежут... В общем, надо с белокаменскими работать. Среди них бы стоило этого Пашу поискать...

Скоро выяснилось, что, согласно оперативной информации, на «службе» у белокаменской братвы в самом деле состоял Павел Валентинов. Узнать его адрес не составило большого труда. Подполковник Зайцев принял решение задержать подозреваемого. Дело осталось за малым – взять бандита.

Но сделать это оказалось не так-то просто. Во-первых, нужно было спланировать операцию так, чтобы она прошла без шума и пыли. Лидерам белокаменской ни к чему было знать, как и куда делся их человек. А во-вторых... Во-вторых, Валентинов в самом деле куда-то исчез. Без участия милиции. Был да сплыл.

Зато в его квартире был обнаружен шелковый шнур, который вполне мог использоваться в качестве удавки. Шнур отдали на экспертизу, осталось дождаться результатов.

Виктору не нравилось исчезновение Валентинова. Уж не подался ли он в бега? Если так, то кто-то его предупредил. Кто? Может, Мразин? Вдруг он сплавляет информацию о ходе дела белокаменским?

Был у него когда-то серьезный конфликт с белокаменскими. В прошлом году он пытался отправить на зону их вожака. Не получилось. Не выгорело дело. Сдался Мразин. Или, скорее всего, белокаменские подкупили. Может, он до сих пор с ними работает?.. А может, он с чеченами вась-вась. Может, он им про Валентинова шепнул. Если так, то Пашу сейчас чечены на признание крутят...

Скоро стали известны результаты экспертизы. На шнуре были обнаружены микрочастицы кожи и волос удушенных чеченцев. Теперь не оставалось никаких сомнений в том, что белокаменский браток Павел Валентинов причастен к ограблению на Цветном бульваре и к тройному убийству.

Глава одиннадцатая

Взгляд у Алихана злой, свирепый. И пронзает насквозь. Не хотел бы Тимур увидеть этот взгляд во сне. Напугаться можно... Но это был не ночной кошмар. Алихан испепелял его взглядом наяву.

Они стояли на берегу Комаринских прудов. Как в старые и совсем не добрые времена. Тогда они были с Алиханом на ножах. И сейчас от войны их отделяет одно-два неосторожных слова. Или один взмах руки. Стоит Алихану подать знак, и его джигиты обрушат на Тимура всю огневую мощь своего оружия. Правда, безответной их выходка не останется. Белокаменская братва тоже на стреме. И в любой момент может громыхнуть.

– Где пятьсот «лимонов»? – на гнетуще тяжелой ноте спросил Алихан.

– Не трогал я твое «дерево». Сколько раз тебе повторять? – недовольно повел бровью Тимур.

– А ты не повторяй. Ты же не попугай, чтобы повторять... И я тоже не попугай. Больше я тебя ни о чем спрашивать не стану. Это наш последний разговор...

Чечены искали пропавшие бабки. Тимур тоже не сидел сложа руки. По своим каналам пытался найти отморозков. Но все глухо...

– Как знаешь, – пожал он плечами.

– Ты зря рога в землю вклинил, – скривился Алихан. – Я точно знаю, что это ты бабки смыл. Есть доказательства...

– Да ну.

– Короче, менты на беспредельщиков вышли. И одного наточняк выпасли. Твой пацан...

– Быть такого не может.

– Может... Паша Валентинов твой пацан?

– Мой, – не стал отрицать Тимур.

Был у него такой «бык» из бригады Святича. Пехота, пешка. И этот Паша на днях куда-то исчез. Был – и нету. Как корова языком слизнула. Само собой, Святич его ищет. Но пока без толку...

– Он бабки угонял. Менты его вычислили... Ты где его прячешь?

– Я разберусь.

– Да при чем здесь твои разборы, а? Я спрашиваю, где он?

– Я разберусь! – упрямо повторил Тимур. – И скажу тебе, он это или не он.

– Ты сам с собой разберись... Даю тебе последний шанс. Вернешь все бабки. Рубль падает, понял. Поэтому подгонишь бабло в баксах. Двадцать «лимонов» плюс три «лимона» за моих братьев, которых твои шакалы завалили...

– Базар фильтруй! – полыхнул волчьим взглядом Тимур.

– Я тебе все сказал. Бабки подвезешь завтра... Все, точка.

Алихан повернулся к Тимуру спиной. И походкой уверенного в себе человека направился к машине.

Тимур хмуро смотрел ему вслед.

Сейчас в стране вовсю громыхала прихватизация. Золотое время для развития бизнеса. И бабки есть, чтобы за бесценок скупать государственную собственность. И связи... В общем, война Тимуру сейчас не нужна. Война для него сейчас – катастрофа... Да и чеченцы заправились деньгами под завязку. Им тоже сейчас нужно это добро переварить. Большая война может поставить жирный крест на их планах. И все же они обязаны спросить с Тимура за двадцать «лимонов».

Все стрелки показывают на Тимура. И он не может доказать свою невиновность. Чтобы избежать войны, можно было бы вернуть чеченам чисто свои бабки. Но, во-первых, двадцать «лимонов» – это слишком, слишком, слишком большие деньги, чтобы ими разбрасываться. Во-вторых, если бы разговор шел всего об одном долларе, он все равно бы не отдал их чеченам. Братва бы его не поняла. А он очень дорожил своим авторитетом. Лучше под пули, чем показать свою слабость. А в-третьих, он не собирался признавать свою вину.

В машине Тимур связался по мобильнику с Крабом.

– Ты где? – жестко спросил он.

– В Москве. На Петровке. Тебе как раз собирался звонить. Тимур, у меня для тебя очень важная информация.

– Паша Валентинов?

– Да... Ты уже знаешь?

– Да уж просветили, – недобро усмехнулся Тимур.

Он собирался вздрючить Краба за его промашку. Он должен был работать с ментами. И должен был узнать про Валентинова раньше, чем чечены. Но он узнал об этом только сейчас.

– Долго ты чесался, Краб... Ладно, лучше поздно, чем никогда... Эта информация насчет Валентинова – верняк?

– Похоже на то... Тимур, с тобой один человек хочет встретиться.

– Кто?

– Мент. Он у меня в машине. Я его к тебе везти собирался.

– Если собирался, то вези.

Тимур назвал время и место встречи. И через час был на Балаклавском проспекте, в шашлычной у самого Битцевского лесопарка.

Он очень удивился, когда увидел майора Мразина. Он знал, что эта гнида в числе прочих расследует дело о пропавших миллионах. Но даже не думал делать на него ставку. Пачкаться не хотелось.

Тимуру пришлось сделать над собой усилие, чтобы глаза не наполнились презрением.

– Вы хотели мне что-то сказать? – не здороваясь, спросил он.

– Да, есть разговор, – кивнул Мразин и нервно оглянулся по сторонам.

Они сели за столик. Тимур велел принести сок, а для майора заказал порцию шашлыка. Сам он есть не собирался, западло.

– Ну, и что там у вас? – небрежно спросил он.

– Очень важный разговор, и прежде всего для вас... Я понимаю, вы, Тимур, злитесь на меня. Из-за меня вы могли получить реальный срок. Но я – мент. И должен был исполнять свой долг... Вы, наверное, думаете, что вас подставили с тем пистолетом...

– Не думаю, а знаю.

В прошлом году Тимур серьезно схлестнулся с воровским авторитетом с погонялом Слепень. Этот гад застрелил бизнесмена, а орудие убийства подбросил Тимуру. Было сфабриковано дело, Тимура взяли под стражу. Он пытался выкрутиться, но Мразин крепко зажал его в тиски. И все же Тимур на свободе. А Мразин... Мразин вот он, перед ним. Сам теперь выкручивается.

– Вы думаете, что я нарочно хотел отправить вас на этап?

– А разве нет? – усмехнулся Тимур.

– Нет, конечно же, нет. Просто так сложились обстоятельства... В общем, я боюсь, что сейчас возникли новые обстоятельства, которые складываются отнюдь не в вашу пользу. И я не хотел бы, чтобы вы снова грешили на меня. Поверьте, я здесь ни при чем...

– Что за обстоятельства? Паша Валентинов?

– Да, да, именно это... Следствием установлено, что Павел Валентинов действовал в составе преступной группы...

– А руководил ею Тимур Беспашный, да? Вы к этому клоните?

– Нет, что вы... Хотя, врать не буду, вы тоже попадаете в число подозреваемых. Никто не говорит, что вы действовали в составе группы. Но вы могли организовать дело, направлять его...

– Не было этого, – покачал головой Тимур. – Не было и не могло быть. Я – не крыса.

– Все это понятно. Но это не более чем просто эмоции. К сожалению, оправданием ваши слова служить не могут. А вот факты свидетельствуют против вас...

– Так, давайте насчет фактов. С чего вы вообще взяли, что Паша Валентинов причастен к этому делу?

– В брошенном автобусе мы нашли пулю-талисман, которая принадлежала Павлу Валентинову. Павлов Валентиновых много, но мы сузили круг поиска. И вышли на Павла Валентинова, который, по агентурным данным, числился за вашей группировкой. При обыске у него в квартире обнаружена удавка, которой были задушены три чеченца-охранника. Это доказано экспертизой...

– Вы проводили обыск на его квартире? – удивленно посмотрел на Мразина Тимур.

– Да. А вы об этом не знали. Потому что не должны были знать... Поверьте, в милиции не дураки работают. И если вы смогли выкрутиться в прошлый раз, то это не значит, что вы можете выкрутиться сейчас...

– А я не собираюсь выкручиваться. Я вообще не знаю, кто такой Паша Валентинов. И про какую группировку вы говорите, тоже не понимаю. Я вообще ничего не знаю...

– Вот! Это идеальная тактика вашего поведения. На допросе у следователя или в суде!.. Но дело в том, что перед чеченцами вам не оправдаться.

Мент затронул воспаленный нерв. Тимур недовольно поморщился.

– А с чего вы взяли, что я должен перед ними оправдываться?

– Но ведь они ищут свои деньги. И теперь они будут думать на вас... Или вы считаете, что они простят вам полмиллиарда рублей? Я не хочу сгущать краски. Но мне кажется, что вам могут жестоко отомстить...

– Это мои личные проблемы. И мне самому с ними разбираться...

– Но вы же не брали эти деньги?

– Почему вы так думаете? – с вызовом посмотрел на Мразина Тимур.

– Не знаю. Во всяком случае, так кажется... В общем, у меня такое впечатление, что вас подставляют.

– Кто?

– Я думаю, что грабители... Лично я не уверен, что Павел Валентинов имел в качестве талисмана пулю со своим именем и фамилией... Кстати, может быть, вы знаете, был у него такой талисман или нет?

– Я обязательно выясню... А если не носил?

– Если не носил, значит, и не терял... Это могли сделать за него. Те же грабители. Специально оставили пулю в машине. А когда ее нашли, похитили Валентинова и подбросили ему на квартиру удавку... Преступники могли подставить вас, чтобы выгородить себя...

– Почему выбор пал именно на меня?

– А на кого ж еще? Вы же знали, когда банкир Медяков будет везти из Центробанка деньги...

– Чечены об этом тоже знали.

– А вы уверены, что это не они умыкнули деньги?.. У них было два варианта забрать деньги из Центробанка. Через банк Медякова. Или похитить их по дороге в этот банк. В последнем случае они могут свалить вину на вас и потребовать обратно свои деньги. Скажите, они еще не требовали деньги обратно?

Требовали. А чечены такие, им русского лоха обуть – за счастье. Только Тимур не лох. И свое кровное отдавать не собирается...

– Вы меня утешили, – усмехнулся Тимур.

– Да где ж я вас утешил, – усмехнулся Мразин. – Скорее огорчил. Дело в том, что ваше положение очень и очень серьезное. Если честно, я и сам не особо верю в то, что вас пытались подставить. Видите ли, преступники избавлялись от своей машины наверняка. Они никак не думали, что ее найдут. И если б не случай, мы бы ее никогда не нашли... Кстати, а нашли ее в Белоречке, под Белокаменском. Это информация к размышлению...

– А чего тут размышлять? – в упор пронизывающим взглядом посмотрел на мента Тимур. – Меня собираются брать в плотную оперативную разработку?

– М-м, – замялся Мразин. Глазки его хитро забегали. – Видите ли, есть вещи, о которых я не могу вам говорить.

– Сколько?

– Что сколько?

– Сколько стоит эта информация?

– А-а, вы об этом... Видите ли, есть вещи, которые не продаются...

– Тысяча долларов.

– Я не понимаю, о чем вы...

– Две тысячи долларов.

– Вы пытаетесь меня купить? – фальшиво возмутился Мразин.

– Пять тысяч. Это последнее слово.

– Ладно, уговорили, – поспешил согласиться мент.

Теперь Тимур точно знал, зачем этот жук искал с ним встречи. Он хотел продать ему важную оперативную информацию. А все предыдущие разговоры – задабривание и прелюдия к главному.

А прелюдия, надо сказать, хороша. Теперь у Тимура есть серьезные основания подозревать чеченцев. Скорее всего, это они подставили Тимура. Чтобы скачать с него деньги.

Мразин сообщил, что в отношении Тимура и его группировки разрабатывается специальная операция. Короче говоря, менты собираются брать его под плотный колпак. К этому делу подключится и КГБ. Будет весело... Только почему-то Тимуру не было страшно. Разборок с чеченцами он боялся больше, чем ментовской разработки...

– Мы можем заключить договор о дальнейшем сотрудничестве. – Тимур смотрел на Мразина как на дешевого продажного мента. Ни капли уважения во взгляде.

И ненависти тоже нет ни на грамм. Даже смешно думать, что из-за этого чмошника Тимур столько претерпел в прошлом. Нет, всему виной было стечение обстоятельств. А Мразин просто путался под ногами и брызгался мразью...

– Я должен подумать...

Мент наморщил лоб. Но это для видимости. На самом деле он уже принял решение. Он будет продавать Тимуру оперативную информацию. Ему нужны деньги... А кому они не нужны?

– Думай, – надменно усмехнулся Тимур.

Он подал знак, и официант метнулся к Мразину с подносом, на котором под покрывалом лука и зелени дымился ароматный шашлык. Тимур и сам был не прочь перекусить. Но ему в падлу есть за одним столом с продажным ментом...

Он поднялся со своего места и, не прощаясь, направился к машине. С Мразиным ему не о чем больше разговаривать. Все контакты с ним – забота Краба. А у Тимура куда более важные дела. Нужно настраивать братву на войну с чеченами. А она, похоже, не за горами...

Глава двенадцатая

Лето в Москве не в радость. Жарко, душно, раскаленный асфальт, автомобильный смог. В Грозном тоже не сахар. Но там чуть полегче. Рядом горы – свежий воздух, прохлада. А еще лучше в самих горах. Майор Муслим Мамаев хотел бы оказаться в родном селении, попить холодной родниковой воды, посидеть под сенью плодовых деревьев.

Но, увы, он на службе. И у него в Москве много дел.

Он вышел из ведомственной гостиницы, направился к метро. Ему нужно было ехать в Оперативный штаб ГУВД Москвы.

– Гражданин, – услышал он на подходе к метро. – Ваши документы!

К Муслиму небрежной походкой приближались два сержанта патрульно-постовой службы. Он понимал, чем вызван интерес к нему. Он – лицо кавказской национальности. А это как клеймо.

Только не надо злиться на русских ментов. Они здесь ни при чем. На воинственных земляков сетовать надо. Это они поставили на уши всю Москву, это из-за них на чеченцев смотрят как на прокаженных. Да и в самом Грозном далеко не все спокойно. Русские оттуда пачками бегут. А здешние русские думают о чеченцах как о фашистах...

Муслим достал удостоверение, показал постовикам.

– Извините, товарищ майор, – козырнул один.

По губам второго скользнула снисходительная насмешка. МВД Чеченской Республики в его глазах котировалось слабо. Как будто это какая-то продажная контора.

Почему как будто?.. Муслим хорошо помнил, как орал на него начальник, когда он доложил ему о фальшивых авизо. Все руководство республиканского УВД куплено дудаевскими бандитами. Только Муслим как та белая ворона. И два его товарища, которые не побоялись отправиться вместе с ним в Москву.

Пусть знают русские, что среди чеченцев немало достойных людей. Пусть знают, что далеко не все чеченцы бандиты...

Муслим собирался спуститься в подземный переход, когда его снова остановили.

– Салям, земляк! – услышал он.

На этот раз к нему подошли два чеченца.

– Чего пешком ходишь, земляк? – насмешливо спросил один из них. – Как говорят русские, в ногах правды нет...

– А ты слушаешь русских, да? Слушаешь. Потому что ты работаешь на них, – с упреком добавил второй.

– А это не ваше дело! – жестко отсек Муслим.

– Да нет, брат, это наше дело... Ты за Ичкерию горой стоять должен. А ты ее предаешь...

– Не тебе об этом судить, бандитская твоя рожа! – вспылил майор.

– Как ты меня назвал? – разозлился чеченец.

– Как слышал, так и назвал! И еще раз назову!..

– Смотри не пожалей! – хищно прошипел второй бандит. – Короче, если завтра ты и твои дружки не свалят из Москвы, вам не жить. И вам, и вашим семьям!..

Муслим сжал кулаки. Еще немного, и он бросился бы в драку. Но бандиты не стали пытать судьбу. И вернулись в поджидавшую их машину.

Майор Мамаев презрительно смотрел им вслед.

Хорошо живут в Москве его бандитствующие земляки. На «шестисотых» «Мерседесах» катаются, с золота кушают, на десерт – сладкие девочки. Но сколько крови на их руках...

И все же надо отдать им должное. Чеченские бандиты все больше отворачиваются от оголтелого разбоя и рэкета. Теперь их больше волнуют крупномасштабные финансовые махинации. Не зря же при поддержке генерала Дудаева они организовали и устроили аферу века. Из государственной казны похищено три миллиарда долларов. Три миллиарда!!!

А могло быть похищено и гораздо больше, если бы не Муслим со своими друзьями. Без них русские до сих пор хлопали бы ушами. А так они узнали об афере. И спохватились.

По всей Москве прокатилась волна арестов и обысков.

Центробанк наконец-то прекратил все выплаты по кредитовым авизо. Миллиарды рублей перестали поступать на счета аферистов... И в этом они винят Муслима. Точат на него ножи. Только он не боится бандитов. Потому что он настоящий чеченец – гордый и сильный мужчина. А если с ним вдруг что-то случится, его тейп будет разговаривать с убийцами на языке кровной мести...

Муслим со своими друзьями продолжал помогать русским товарищам. Они принимали участие в спецоперации, маховик которой работал на полных оборотах.

Но чеченские мафиози тоже не сидели сложа руки. Они перешли к активной обороне. На их стороне действовала целая армия профессиональных адвокатов. После них в защиту «честных» чеченцев выступали депутаты Верховного Совета и пресса. За пострадавших банкиров заступился вице-премьер правительства России.

В конце концов все чеченские бандиты и их пособники оказались на свободе. Спецоперация захлебнулась. Зато удалось сбить вал финансовых махинаций.

Муслим и его друг капитан Кабиров вернулись в Грозный. Их встретили там как героев – сразу понизили в должности, из республиканского МВД перевели в райотделы милиции. Бандиты терроризировали опальных офицеров по телефону – сыпали на них проклятиями и угрозами.

Муслим чувствовал, что рано или поздно бандиты перейдут от слов к делу. Житья ему в Чечне не будет. Поэтому нужно было перебираться в Москву насовсем.

Он и его друг очень надеялись на свои заслуги перед Россией. Как-никак они спасли для нее миллиарды долларов... И каково же было их разочарование, когда чиновник из МВД России беззастенчиво отказал им в переводе на другое место службы. Майор и капитан не сдавались. И в конце концов добились своего. Им предложили перевод на... Сахалин. Вот так Родина оценила их заслуги.

Мамаев и Кабиров остались в Чечне.

В погожий сентябрьский день Муслим вышел из дома, чтобы ехать на службу. Он сел в свою потрепанную «шестерку», вставил ключ в замок зажигания... Мощный взрыв разнес машину в клочья.

Капитан Кабиров ненадолго пережил своего друга. Его убили прямо на улице, тремя выстрелами в упор. Убийцу никто даже не искал...

* * *

Дела у Альберта шли лучше не бывает. Он осуществил свою мечту. Основал свой собственный концерн, специализирующийся на нефтепродуктах. Он закупал качественный и не очень бензин, гнал его на экспорт и продавал на внутреннем рынке. Деньги делают деньги – эта формула работала на него с наивысшим коэффициентом полезного действия. А впереди столько задумок. И все они осуществимы...

Только настоящий и грядущий успех не очень радовал Альберта. Уже два месяца прошло с тех пор, как неизвестные преступники угнали у него из-под носа машину с деньгами. А он по-прежнему чувствовал над своей головой дамоклов меч. И такое ощущение, будто чья-то рука подтачивает веревку, на которой он висел.

Чечены доставали его только первое время. Требовали ответа, почему пропали деньги. Затем они отстали. Может быть, Тимур их припугнул... Но сам Тимур теперь косо посматривал на него. Как будто он увел эти деньги. А ведь он ни сном ни духом...

Альберт снова потерял покой и сон, ему было невыносимо оставаться в семье. Зато все больше нравились шумные компании. Его тянуло туда, где весело и рекой льется вино... И ничего страшного, если рядом вдруг окажется прелестная незнакомка.

Сегодня веселье зажигал его старый, еще институтский друг. Миша тоже неплохо поднялся. У него целая сеть собственных магазинов. И, разумеется, это только начало... Миша умело развивал свой бизнес. Они с Альбертом просто собирались поиграть в бильярд в бизнес-клубе. Затем решили пропустить по рюмочке. Затем встретили приятелей. На ходу составили культурную программу и отправились играть в бильярд, но уже в сауну. Ничего, казалось бы, особенного – легкий кий, затем легкий пар, легкий веничек, легкое сухое винцо... А потом появились девочки, также облегченного поведения. Длинноногая брюнетка и пышногрудая блондинка. Правда, Альберта на грех не потянуло. Во-первых, эти шлюшки ему не особо нравились. А во-вторых, брюнетку сгреб Миша, а блондинку Саша. Они же с Игорем остались на бобах.

Но, видно, Игорь не хотел мириться с этим. Он вызвал еще двух девочек. А появились целых три. И какие! Первые две – настоящие красавицы. Только Альберт даже не смотрел на них. Потому как их обеих затмила Вероника... Да, это была она. Его бывшая секретарша.

– Какая лялька! – потянул к ней руки пьяный Миша.

Он только что вернулся из парной после продуктивного общения с брюнеткой. Теперь же ему Веронику подавай... Стоп! А она что, проститутка?

– Хороша Маша, да не ваша! – Альберт сам сгреб Веронику в охапку и потащил в бильярдную.

– Альберт, ты пьян! – хихикнула она, когда он усадил ее на стол.

Юбка задралась до самых ягодиц. Но еще непонятно, есть под ней трусики или нет... Альберту очень хотелось убедиться, что их там нет. Как будто похотливый бес его обуял. И так хотелось обуять Веронику. И обуять и выбуять...

Альберт разрядился, отстранился от Вероники.

– И это все? – оправляя юбку, игриво спросила она.

– Если мало, можно повторить...

– А мне тебя всегда было мало... Знал бы ты, как я обрадовалась, когда увидела тебя. Давно я не работала в свое удовольствие....

– Ну да, ты ж работаешь... Ты проститутка, да?

– А это плохо? – она смело смотрела ему в глаза.

И в то же время в ее взгляде улавливалась тоска.

– А чего здесь хорошего?

– Ничего, – кивнула Вероника. – Зато у меня всегда есть деньги.

– А раньше их не было?

– Были... Пока ты не отвернулся от меня. А потом Казбек меня послал... Я, между прочим, тебя защитить хотела. А получилось, что Казбека подставила. И вы меня оба – пинком под зад... Пришлось дальше свой зад подставлять. На панели моя задница пользуется спросом...

– Ты защитить меня хотела? – удивился Альберт.

– Ты, конечно, не знал, что бандиты хотели жену твою похитить. А я знала. И хотела помочь тебе, поэтому Казбека позвала. А он своих орлов послал с бандитами разбираться. А те им перья да повыщипали. Ну, естественно, я крайней оказалась...

– Почему я ничего не знал?

– Казбек сказал, чтобы я никому об этом не говорила. И сам он понятно почему молчал. Он же лоханулся, теперь ему стыдно. Но теперь-то мне Казбек до фонаря. И я могу говорить все, что хочу... Теперь я свободная женщина...

– Свободная женщина свободной профессии, да?

– А тебе не все равно?.. Как могу, так и живу... Кстати, с тебя пятьдесят баксов за сеанс. Запиши на общий счет. Или на этом все?

– Нет, не все... Я бы хотел, чтобы ты спинку мне потерла...

– С удовольствием.

С Вероникой Альберт веселился до самого утра. И не захотел с ней расставаться. Так сильно на нее запал.

– Знаешь, идиот я, – покаялся он. – Такую девушку и отпустить... Да я двумя руками за тебя держаться должен...

– У меня послезавтра выходной. Приезжай ко мне. Я тебя в полцены обслужу...

– А сегодня?

– Что сегодня? До вечера спать буду. А потом снова на панель...

– Нет! Никакой панели! – решил Альберт.

– Может, ты меня в секретарши к себе возьмешь? – усмехнулась Вероника. – С прежним окладом...

– Зачем секретарша? Я тебе квартиру приличную сниму. Содержать тебя буду... Сколько ты за ночь зарабатываешь? Пятьсот долларов, тысячу... Я буду платить тебе тысячу. Каждый день. Идет?

– Ты пока пьяный, так говоришь. А потом пройдет любовь. И помидоры твои завянут...

– Не завянут!

– Ну что ж, тогда поехали ко мне. Или слабо?

Альберт отправился к ней домой. Трезвым краешком сознания он понимал, что не должен этого делать. У него есть жена, работа. Но не было сил вынырнуть из этого водоворота страстей... Да и не очень-то хотелось возвращаться в привычный мир, где ему постоянно угрожает смертельная опасность...

Но ведь Вероника тоже источник опасности. Альберт не забывал, как однажды уже нарвался из-за нее на неприятности... Но Вероника уже похерила Казбека. Она свободная женщина. Свободной профессии... И все-таки она опасна. От нее можно заразиться триппером или даже сифилисом. Но ведь его кий уже побывал в ее лузе. А время вспять не повернешь. Да и не так уж все это страшно. Сейчас вся эта беда лечится тремя уколами...

На следующий день Альберт сдал анализы, в том числе и на СПИД. На всякий случай.

Два дня прошли в тревоге. И в половом бездействии. Жена заметила и то и другое. Но у Альберта на все была одна отговорка – работа. В конце концов, Лена видит, как много и энергично он работает. И на себе ощущает плоды его деятельности – как сыр в масле катается.

И Вероника тоже будет ощущать. Тысяча долларов в день – это огромные деньги. Она будет отрабатывать их. Пока ему не надоест. А надоест она не скоро... Вероника. Какая женщина! Его все сильней тянуло к ней. Как приворожили....

Все пробы дали отрицательный результат. Альберт абсолютно здоров. И снова готов к бою... К Веронике он летел как угорелый. И прямо с порога потащил ее в постель. Это была волшебная ночь. Альберт почувствовал себя заново родившимся.

Следующую ночь он провел дома. Лена пыталась расшевелить его. И, надо сказать, ей это удалось. Что ни говори, а женщина она очень красивая. Но все же это было не то. Слишком сладко. А его тянуло на остренькое...

Похоже, Лена поняла, что с ним что-то не так. Но Альберт не придал этому особого значения. В конце концов, он дает ей гораздо больше, чем берет. Поэтому имеет право на маленькие шалости.

Вечером после работы он снова отправился к Веронике. Он поступил разумно. Телохранителя оставил в машине. Алексей мог только догадываться, что у босса есть женщина. Но ему совсем необязательно знать, на каком этаже и в какой квартире она живет...

Альберт зашел в подъезд. Подошел к лифту, нажал на кнопку. И тут же рядом появился какой-то парень. Дешевая куртка из кожзаменителя, вязаная шапочка. Спокойный, как удав. Ни единой эмоции во взгляде.

Опустился лифт, раздвинулись створки. Не обращая внимания на своего спутника, парень зашел в кабину. И тут послышался знакомый голос.

– Альберт! – позвала его Лена.

Откуда она взялась? Неужели следила за ним?.. Альберт не должен был убегать от нее. Нужно было изобразить невозмутимо спокойный вид, объяснить, что он здесь оказался совершенно случайно... Но как будто сам бес толкнул его в спину. Он влетел в лифт и при этом сильно толкнул парня.

Все бы ничего, но у того из-под куртки вывалился и стал падать на пол пистолет. Самый настоящий пистолет, да еще с цилиндрическим набалдашником глушителя.

Пистолет со стуком упал на пол. Этот звук подействовал на Альберта как щелчок бича. Он встрепенулся, с силой вжал парня в стену. Но тут же до него дошло, что у того, кроме пистолета, может быть и нож. И если он пустит его в ход... Тут никакой красный пояс не поможет. Тем более если у этого парня черный. А киллеры должны уметь драться...

Киллер!.. Эта мысль словно кипяток обожгла Альберта. Он оттолкнулся от парня и сумел протиснуть тело в сужающееся пространство между сдвигающимися створками. Он сумел вырваться из лифта. И нос к носу столкнулся с женой.

– Уходи отсюда! – заорал он.

Сгреб ее в охапку и вместе с ней бросился вон из подъезда. Во дворе машина, а там Алексей. У него пистолет...

Пистолет был и у самого Альберта. Но он попросту забыл о нем. Да и не было времени, чтобы его достать...

Вместе с женой он выскочил из подъезда. Успел увидеть, как выбирается из машины встревоженный телохранитель. Он смотрит не на Альберта, а куда-то за его спину. Неужели он видит киллера?.. Похоже на то. Ведь его рука тянется под куртку за пистолетом...

Альберт не слышал выстрелов. Но почувствовал, как кто-то толкнул его в спину. Под левой лопаткой вспыхнул пожар, тупая боль скрутила сознание, тело занемело. Голова закружилась, свет перед глазами померк... Падая, Альберт накрыл своим телом Лену. Лишь бы с ней ничего не случилось. Это была его последняя мысль, перед тем как он провалился в бездну небытия...

Глава тринадцатая

Валера сдержал свое слово. И с разрешения Тимура выделил из общака солидную сумму под бойцовский клуб.

Это был целый Дворец спорта в престижном районе Москвы. Не так-то просто было вырвать этот объект из реестра государственной собственности. Но у Валеры большие связи среди господ приватизаторов всех уровней и рангов. Приватизация сейчас идет полным ходом. И можно за бесценок скупать все, что можно и что нельзя. Главное, чтобы в карман чиновников капала приличная копейка. А Валера не скупится. У него в этом деле все схвачено.

Дворец спорта дышал на ладан. Стекла грязные, пыльные, местами выбиты. Пол в залах гнилой – латаный-перелатаный. Батареи центрального отопления еле теплятся. В общем, нищета и разруха. И что плохого, если в этом здании будет сделан капитальный ремонт, закуплен спортивный инвентарь. Это будет царство спорта. И не только...

– Арену сделаем, в центре ринг, а вокруг стояки – вверх, по восходящей, как в амфитеатре, – вслух рассуждал Валера. – В копеечку влетит, это да. Но надо, чтобы оригинально было. А то народ не пойдет... Это, стриптиз-бар можно поставить. Устал смотреть, как мужики дерутся, пойди посмотри, как бабы раздеваются. А хочешь, сам пойди потанцуй. Или рулетку покрути... Короче, места здесь полно. Можно и ночной клуб образовать. И платный спортклуб. Для мужиков тренажеры, для баб – аэробика... А для мелких пацанов можно секции бокса открыть. Чисто бесплатно. Кадры для твоего клуба растить...

– Бесплатная секция будет, – кивнул Олег. – Не знаю, как насчет кадров. Но пацанам спорт нужен. А деньги-то не у всех есть...

– Олежа, а это ты сам решай, сколько ты можешь на благотворительность бросить. Хоть половину залов пацанам на халяву отдай, мы не против. Но чтобы доход был, понял?

– Буду стараться.

– Тогда запрягайся, – сказал Тимур. – Валера тебе на первых порах поможет. А дальше ты уж сам, братан...

Валера правильно говорит. Олег хоть на ушах может стоять. Главное, чтобы была прибыль. Ни одно предприятие, числящееся за белокаменской общиной, не должно работать себе в убыток. Разве что на первых порах...

Афера с фальшивыми авизо подняла белокаменскую братву на новый качественный уровень. «Крыши» и рэкет оставались. Но на них основная ставка уже не делалась. Сейчас главное легализовать весь теневой капитал, вложить его в самые выгодные проекты и получать прибыль. В выгодных проектах недостатка не было. И с наличностью пока никаких проблем...

Насколько знал Тимур, на недавнем своем сходе чеченцы также приняли решение отойти от махровой уголовщины. Их также привлекают крупные экономические проекты. Банки, нефть, металл, индустрия развлечений.

Получалось, Тимур шел с ними параллельными путями. И возможно, когда-нибудь эти пути пересекутся. Возможно, появятся совместные коммерческие проекты.

Но пока что у него с чеченами отношения более чем натянутые. И все из-за пятисот пропавших миллионов. Алихан обещал кровавую разборку. Но, видно, передумал. А может, он выжидает удобный момент для удара? Все может быть. Поэтому расслабляться нельзя.

Тимур не любил, когда вокруг него роились телохранители. Но делать нечего, приходилось таскать за собой свиту отбойщиков.

Сейчас с ним один Мартын. Остальные телохранители на улице. Обошли весь Дворец спорта, осмотрели все спортзалы и ушли к машинам. Ни к чему путаться у Тимура под ногами. И Гена с Валерой оставили своих отбойщиков на улице. Олег от охраны отказался вообще. Он прав. Зачем ему телохранители? Ведь он сам по себе. Как говорится, не при делах. Никто не точит на него ножи...

Дворец спорта Тимуру нравился. Здесь действительно можно организовать и ночной, и спортивный клуб в одном флаконе. Место пиковое. Доходы будут немалые... И хорошо, что этим комплексом будет заведовать Олег. А то как не пришей рукав...

– Твою мать! – заорал Олег.

И тут же прыгнул на Тимура, сбил его с ног. Они еще только падали на пол, а воздух уже сотряс грохот автоматной очереди. Рядом ударилась в штангу и с визгом отрикошетила пуля.

Мартын в мгновение ока выхватил ствол, успел сделать несколько выстрелов. И упал, обливаясь кровью. Зато автоматные выстрелы прекратились. Киллер позорно бежал.

В зал ворвались бойцы, бросились в погоню за беглецом.

Мартын был убит наповал. Пуля попала в горло и не оставила ему ни единого шанса на спасение. Тимур не пострадал. Олег и Гена тоже. А вот Валере досталось.

Пуля угодила в грудь, пробила легкое и вышла ниже правой лопатки. Ранение тяжелое. Но Валера был в сознании. И даже улыбался. Ерунда, мол, могло быть и хуже... Тимур так не считал. И полагал, что хуже быть не может.

Он сорвал с себя рубашку, разорвал ее на две части, с двух сторон закрыл рану. Вместе с Олегом бережно поднял его и понес к машине. Гена вызывал по мобильнику «Скорую помощь». Зря старается. Быстрее самим доставить Валеру в больницу...

«Скорая помощь» может мчать по улицам без остановки. Включай мигалку, и вперед... Тимур поступил точно так же. Установил на крышу «Мерседеса» проблесковый маячок, врубил сирену и на всех парах помчался к ближайшей больнице. Постовые гаишники принимали его за какого-то министра. Мало того, что не тормозили его, но еще и честь ему отдавали. А ведь он ехал один, без сопровождения. Потому как все телохранители остались в спорткомплексе. Они все еще искали киллера. Правда, пока не находили. И вряд ли уже найдут. Оказывается, там были лазейки для отступления...

И в больнице его приняли как министра. Без всяких проволочек отправили Валеру на операционный стол, собрали консилиум.

– Вот! Это на развитие больницы! – Тимур выложил перед главврачом увесистую пачку в двадцать пять тысяч долларов. – А это! – на стол с грохотом опустился пистолет. – Это на разрушение больницы!.. Если Валера не выживет, я вас всех порву!

– Я... я уже позвонил профессору... Будут самые лучшие специалисты... – Беднягу доктора трясло как в лихорадке.

– Ладно, тогда план разрушения отменяется, – сжалился над ним Тимур.

Он немного подумал и добавил, глазами показывая на деньги:

– Если все будет нормально, получите еще столько же... Делайте все возможное и невозможное, но Валера должен жить!

После первичного осмотра врачи сообщили, что опасности для жизни нет. Но Тимура это мало утешило. Слишком дорог был для него Валера, чтобы успокаиваться...

Он уже знал, что киллера задержать не удалось: ушел через запасной выход. Видно, заранее спланировал отступление...

Дворец спорта был тщательно обследован еще до того, как там появился Тимур. А киллера не обнаружили. Или он хорошо спрятался, или появился после того, как телохранители вышли на улицу. А ведь Тимур сам лично отослал их туда. Зачем, спрашивается, он это сделал?.. Можно бичевать себя сколько угодно. Но ничего не изменится. Мартына уже не вернешь. Да и Валеру с койки так быстро не поднимешь...

Тимур прохаживался по больничному коридору. Гена и Олег удрученно сидели на кушетке. Хорошо, что с ними ничего не случилось... А ведь и сам Тимур мог пострадать. Ведь покушались-то на него.

Кто покушался? Неужели чечены?.. Похоже на то. У них великолепная разведка. Они могли узнать, что белокаменская община приобрела в собственность здание Дворца спорта. Могли предположить, что рано или поздно Тимур появится там. И загодя спланировали засаду... Только киллер не ахти какой. У него была удобная позиция, он мог положить всех. Не получилось бы из автомата, гранатами бы забросал. Но убийца достал только Валеру и Мартына... А у чеченов киллеры высокого класса. Во всяком случае, на Тимура они абы кого не послали бы.

Мысли оборвала привычная для этого заведения процессия. Два санитара везли тележку с лежащим на нем человеком. За ними шли люди. Среди них Тимур узнал Лену, жену Медякова.

И самого Альберта он узнал. Это он лежал на носилках. Вроде бы живой. Но выглядит как покойник. На бледном лице выражение невыносимого страдания.

Лена увидела Тимура, остановилась. Схватилась за его плечо, как утопающий за спасательный круг.

– Тимур, как хорошо, что ты здесь...

Она смотрела на него как на волшебника. Можно подумать, он мог воскресить Альберта.

– Что ж тут хорошего? – мрачно усмехнулся он.

Лена – красивая женщина. Соблазнительная. В другое время Тимуру было бы приятно ощутить на себе ее прикосновение. Но сейчас обстановка не располагала к таким вещам.

– Что с Альбертом?

– В него стреляли...

– Кто?

– Я не знаю. Бандит какой-то...

Тимур хотел знать подробности. Но сначала он помог Лене. Врачи должны были отнестись к Альберту с таким же вниманием, как и к Валере. А убеждать Тимур умел...

Альберт нуждался в срочной операции. Им занялись врачи. А Тимур с Леной остались наедине.

– Давай с самого начала. Как все было?

– С самого начала? Ты думаешь, я знаю, где это начало? – грустно усмехнулась Лена. – В общем, мне кажется, Альберт начал мне изменять...

– Это имеет отношение к делу?

– Думаю, что да... Ты не поверишь, но я за ним следила. Я хотела знать, куда он ездит после работы. Мне казалось, что у него есть любовница. Ты не думай, я не хотела устраивать скандал. Мне эти сцены ревности ни к чему. Просто...

– А если короче? – как можно мягче оборвал ее Тимур.

Лена его поняла, не обиделась.

– Я не знаю, куда ехал Альберт, к любовнице или нет. Но я поехала за ним. Смотрю, он к какому-то дому подъехал, зашел в подъезд. Я за ним... Я его у лифта остановить хотела. Позвала... Вижу, Альберт из лифта выбегает. Хватает меня и к выходу тащит. А за ним парень какой-то. В руках пистолет... Пока Алексей свой пистолет достал, он выстрелил. И Альберту в спину попал...

– Кто такой Алексей?

– Телохранитель Альберта... Он за этим парнем погнался.

– Догнал?

– Нет, не догнал. Парень или через крышу ушел, или через подвал...

– Ты сама так думаешь?

– Нет, Алексей говорил. Он же раньше в милиции служил. Он знает...

– А про любовницу он знает?

– Про какую любовницу?.. Ах, это... Я спрашивала у него. А он молчит. Как партизан...

Телохранитель Альберта находился в больничном коридоре, стоял неподалеку от Гены и Олега. Тимур подозвал его к себе и отошел с ним подальше от Лены. Вопрос, который он собирался ему задать, не для ее ушей.

– Давай, брат, начистоту. К любовнице Альберт ездил или как?

– К любовнице, – кивнул Алексей.

Крепкий паренек. Видно, что со спортом дружит. Лицо волевое, взгляд сосредоточенный.

– Понятно... Кто в Альберта стрелял?

– Откуда я знаю? Парень какой-то... Лена говорит, что он за Альбертом из лифта выскочил...

– Ты его видел?

– Ну, конечно. Я же стрелял в него. Жаль, промахнулся...

– Почему догнать не смог?

– Не смог... Он наверх побежал, а я назад вернулся. Не хотел Альберта без прикрытия оставлять... Может, киллер не один был...

– Ты думаешь, это киллер?

– Само собой. У него и ствол с глушителем...

– Ты его хорошо разглядел? Сможешь определить, чеченец он или нет?

– Да вроде не похож... А может, и чеченец. Точно не скажу. Все так быстро произошло...

– Ты, говорят, в милиции служил.

– Да какой там. Полгода водителем в патрульно-постовой службе. Никаких заслуг...

– Как думаешь, кто мог в Альберта стрелять?

– Не знаю... Но мне кажется, это чеченцы.

– Объясни.

– Альберт Григорьевич очень боялся чеченцев. Из-за потерянных денег... И еще один момент. У Альберта секретарша была. Вероника ее звали. Он мне говорил, что она на чеченцев работала. Он ее потом прогнал. Сказал, что без нее спокойней. А на прошлой неделе снова встретил. Сказал, что Альбина на чеченцев больше не работает... А откуда он знает, работает она или нет?.. В общем, он к ней сегодня ехал. А его уже ждали...

Про Веронику Тимур кое-что знал. Эта баба в самом деле работала на чеченца Казбека – смотрела за Альбертом. Но потом Тимур взял над ним опеку, и Альберт избавился от чеченской опеки. Веронику подвинули...

– Где он ее встретил?

– Да в сауне. Они с друзьями культурно отдыхали. А какая нынче культура без девочек? – усмехнулся Алексей. – В общем, пригласили девчонок по вызову. А среди них Вероника оказалась. Якобы случайно...

– Почему якобы?

– Да я вот все думаю. Неспроста она в сауне оказалась. Следили за Альбертом. И в самый удобный момент Веронику подсунули...

И за Тимуром следили. И киллера ему в самый удобный момент подсунули... На такие хитроумные закидоны только чеченцы способны. С их разведкой...

– В общем, неспроста Альберт к Веронике прирос, – сделал вывод Алексей. – Кому-то это было нужно...

Нетрудно было догадаться кому.

– Где эта Вероника живет, знаешь?

– Знаю, – хмыкнул Алексей. – Альберт Григорьевич думал, что я не знаю. А я вычислил...

Он назвал адрес Вероники. И Тимур послал к ней пятерку бойцов. Но, как и следовало ожидать, квартирантки и след простыл. Возможно, она ушла вместе с киллером-неудачником.

Теперь Тимур нисколько не сомневался в том, что против него и Медякова действовали чеченцы. Они нанесли одновременный удар по двум целям. Организаторы не подвели, а вот киллеры оказались не на высоте. Иначе бы Тимур сейчас находился в этой больнице, но в другом месте – или в реанимации, или в морге...

Чеченцы нанесли удар. И могли повторить его. Тимур поднял на ноги всю свою пехоту. К больнице подтянулась дюжина самых отборных бойцов. Им предстояло охранять не только Валеру, но и Медякова...

Пятерку пацанов он послал прикрывать Полину. Положение очень серьезное, и она не должна оставаться без серьезной охраны. Не остались без прикрытия и жены его друзей. Вике личная охрана не требовалась. Она приехала в больницу, чтобы остаться с Валерой.

Белокаменская братва перешла на военное положение. А Тимур лично встретился с предводителем крутой хохлятской бригады, специализировавшейся на заказных убийствах. Зачем подставлять под удар своих пацанов, если в Москве полным-полно залетных команд, ради денег готовых на все.

Хохол согласился наказать Казбека и Алихана. Но запросил немалую сумму. Аргумент у него был непробиваемый. Чеченцы сейчас в большой силе, и связываться с ними крайне опасно. После исполнения заказа хохлы не хотели больше оставаться в Москве. Собирались податься в Германию. А для этого им нужны были бабки. Очень много бабок. Тимур отстегнул только аванс – пятьдесят тысяч долларов. Остальное по завершении работы.

Еще до этой встречи Краб получил задачу взять хохлов под пристальную опеку. Тимур не хотел, чтобы киллеры кинули его и переметнулись на сторону чеченцев. Такой кидок мог дорого ему обойтись...

Война с чеченцами началась. И остановить ее могло только чудо. А в чудеса Тимур верил не очень...

Глава четырнадцатая

Сколько помнил себя Алихан, столько он и был в криминале. С младых лет вместе с братьями угонял коров из русских и дагестанских селений. Затем переключился на машины. Первый срок. Затем Москва. Банда братьев по крови. Снова угоны автомобилей, разбой. Затем рэкет, который вывел Алихана в люди. Он сколотил свою бригаду, которая росла как на дрожжах. В одной связке с лазанскими, южнопортовскими и останкинскими братьями он смог покорить всю Москву.

Правда, потом настали трудные времена. Славяне серьезно потеснили чеченцев. Но все вернулось на круги своя. Алихан круто поднялся на чеченских авизо. Его команда срубила без малого полмиллиарда долларов. Правда, львиная доля лавья ушла в казну генерала Дудаева. Но Алихан внакладе не остался. Бабла у него – куры не клюют. Теперь ему не нужно наезжать на коммерсантов, рисковать головой из-за каких-то копеек. Он последовал примеру брата Мовлади Атлангериева – стал банкиром. Теперь его джигиты дербанили бизнесменов без его прямого участия. Он – чисто банкир. Чисто цивильный человек. Строгий деловой костюм за три штуки гринов, надраенные до блеска туфли из крокодиловой кожи, галстук-бабочка от Славика Зайцева – в натуре, прямо с него и сняли.

Хватит с него кровавых наездов, паяльников, кожаных курток, шумных забегаловок. Теперь у него стиль чисто делового человека, роскошный кабинет в банке, охранники в строгих костюмах и с человеческими улыбками. Такое ощущение, будто Алихан всю жизнь мечтал о такой жизни. И наконец мечта сбылась.

Он много приобрел. Но, оказалось, немало и потерял. Ему вовсе не хотелось воевать. Хотя были предъявы к славянским авторитетам, к тому же Тимуру, например. И Алихан откровенно радовался временному табу на всяческие разборки. Из самого Грозного пришло распоряжение – до поры до времени никаких конфликтов. И правильно, сейчас вовсю работают «стиральные машины», бабки отмываются по-крупному. Вот когда «большая стирка» закончится, тогда можно вытаскивать из шкафа ружье и кинжал...

А пока что Алихан чисто бизнесмен. И у него полно дел. Сейчас он в новом казино. Время – полдень. Но клиентов не будет и вечером. Потому что казино открывается на следующей неделе. И нужно лично смотреть, как идет подготовка к презентации.

С казино все в порядке. Рулетка крутится, директор вертится, длинноногие девочки попками виляют. Все пучком. Теперь надо съездить на стройку, глянуть, как движутся дела с гостиничным комплексом. А потом можно и в банк. Секретарша Анечка заждалась его. Классная девочка, большой спец по массажу и минету. А может, к Ирине на огонек заглянуть. Или к Марине. Или к Ольге... Алихан – мусульманин. А их вера позволяет иметь много жен. И много любовниц – тоже не грех... Э-эх, вот она, настоящая жизнь. Почет, уважение, деньги, красивые женщины...

Алихан вышел из казино. Телохранитель Якуб распахнул перед ним дверцу «шестисотого» «Мерседеса». Можно садиться. Но зазвонил телефон. Алихан сунул руку в карман кожаного пальто, достал мобильник. Сейчас он узнает, кто звонит, и только после этого пригнется, чтобы забраться в кожаное нутро машины. А водитель уже провернул ключ в замке зажигания...

Алихан любил американские боевики, особенно ему нравилось, когда взлетают на воздух заминированные машины. И сам он не раз давал команду на подрыв. Но с ним самим это произошло впервые... Мощная взрывная волна жаром ударила в голову, в грудь, пах, подняла в воздух, на несколько метров отшвырнула от машины. Падая, Алихан больно ударился затылком о мраморную ступеньку. Но боль заглушила неимоверная радость. Да, его здорово помяло, но он жив. А машина лежит на боку, в салоне зверствует огненный джинн. Не хотел бы Алихан попасть в его объятия...

Его в самом деле здорово помяло. Лицо в кровавых ссадинах, несколько ребер сломано, в животе какой-то форшмак из ливера. И, как минимум, сотрясение мозга... Но он жив!

Эта радостная мысль затмила все ощущения. Может быть, поэтому Алихан помнил, как его везли в больницу. А может быть, потому, что он по пути часто терял сознание...

Его привезли в Центральную клиническую больницу. Операционная, реанимация. Затем комфортная палата. Но не отдельная. У окна еще одна койка. На ней какой-то человек... Да нет, не какой-то. Это Казбек Ачхоев. Его верный компаньон...

На Казбека, оказывается, тоже покушались. Его машину расстреляли мотоциклисты. Водителя и телохранителей наповал. Казбеку тоже досталось. Одна пуля задела голову, вторая попала в плечо. Но надо сказать, он легко отделался. Ранение в голову пустяковое. И пулю из плеча выдернули на раз.

Казбек мог разговаривать.

– Салям алейкум, брат! – поприветствовал он Алихана. – Как здоровье?

– Шутишь, да? – усмехнулся Алихан. – Нашел, где про здоровье спрашивать? Ты бы еще в морге спросил...

– Нет, в морг нам еще рано. Путевку нам туда выписали. А загранпаспорт не выдали. Таможня нас на тот свет не пустила...

Казбек шутил. Хотя настроение у него пасмурное. И у Алихана все горы в душе затянуты тяжелыми дождевыми тучами.

– И кто ж нам путевку мог выписать? – спросил он.

– Известно кто. Тимур, больше некому...

Алихан кивнул. Потому как ответ Казбека прозвучал в унисон с его мыслями.

На Тимура Беспашного недавно покушались. Сам-то Тимур выкрутился. А вот его друг Валера схлопотал пулю. И банкир Медяков тоже на киллера нарвался. Валера и Альберт сейчас лежат в одной больнице. Так же как и Алихан с Казбеком. По два калеки с обеих сторон. И смех и грех, как говорят русаки. Только Алихану сейчас не до смеха.

Тимур ответил ударом на удар. В принципе он имел на это право. Вернее, имел бы, если б не одно обстоятельство. К покушению на его жизнь Алихан не имел никакого отношения. И на Медякова отмашку он не давал. Хотя, если честно, собирался свести с ними счеты, но чуть погодя. Эти гяуры должны были ответить за пропавшие двадцать «лимонов»...

– Тимур думает, что это мы пытались его убить, – сказал Казбек.

– Я знаю, – кивнул Алихан. – Но мы его не трогали...

– Но все на нас показывает... Шайтан тут какой-то все путает. Тимура под нас подставляет. А его под нас... Лично я не очень верю, чтобы Тимур бабки увел.

– А Медяков?

– Уровень не тот. Кишка тонка...

– Тогда кто?

– Получается, Тимур. Этот Паша Валентинов – его человек.

– Вот!

– А Вероника – наш человек. Вернее, мой...

– Какая Вероника?.. А-а, Вероника!

Алихан хорошо помнил эту телку. Огонь-баба. В постели так зажигает, хоть пожарную команду вызывай. Казбек ее где-то откопал, на иглу посадил, ручной сделал. И работать на себя заставил. На себя и на Алихана...

– Разве Вероника – наш человек?

– Уже нет. Но была же...

Этой весной Тимур грамотно разыграл свою карту. Сначала Веронике мозги запудрил, затем Казбеку. Через них вышел на самого Алихана, круто взял его в оборот. Пришлось брать русака в долю. И терять из-за него целый банк во главе с козлом Медяковым. А затем и двадцать миллионов долларов... Казбек сорвал свою злость на Веронике. А та возьми да сделай от него ноги. Как в воду канула.

– Я не понял, а к чему ты Веронику приплел? – спросил Алихан. – Она-то здесь при чем...

– Получается, при чем. Медяков к ней ехал, когда на киллера нарвался. Сулейман точно узнал, что так и было. Белокаменские думают, что это она Медякова подставила. А в тот же день и Тимура грохнуть пытались. И сразу все срослось. Вероника – наш человек, а значит, мы на Медякова покушались. И на Тимура тоже...

– И откуда ж Вероника взялась?

– А этого я не знаю... Говорю же, шайтан какой-то объявился. Тимура путает, нас путает, всех запутал...

– Зачем ему все это?

– Этот шайтан наши бабки увел. А на Тимура все свалил. А потом нас под него подставил. Мы друг другу глотки перегрызем. А он в стороне останется и при деньгах...

Казбек говорил красиво. Но как-то трудно было поверить в существование человека, который мог так грамотно стравить Тимура с Алиханом. Может, в самом деле шайтан какой-то объявился.

– Искать нам нужно этого шайтана, – сказал Казбек. – И как можно скорей... Ты же видишь, Тимур не хрен с бугра. Он – человек дела. Сразу – кровь за кровь. Нам с ним не резон воевать. Надо мир запрашивать.

Алихан отрицательно покачал головой. Тимур в самом деле очень серьезный противник. И он сегодня на деле доказал это. Только чудом Алихан и Казбек не отправились к праотцам. А в следующий раз киллеры вряд ли промахнутся...

– Будем искать шайтана, – сказал Алихан. – А пока давай с Тимуром что-то решать. Гасить его надо, гасить без базаров. Кровь за кровь...

Он ясно осознавал, что ответный удар еще больше осложнит отношения с белокаменскими. Начнется тотальная война, когда боевики с обеих сторон будут рыскать по Москве и остервенело мочить друг друга. Рано или поздно в это дело вмешаются менты. Начнутся аресты. Серьезно пострадает бизнес... Все это Алихан понимал. Но он понимал и то, что не может оставить выпад Тимура без ответа. Он обязан ответить ударом на удар. И он ударит...

Если Шайтан в самом деле существует, если он действительно хотел стравить Алихана с Тимуром, то ему это удалось...

Глава пятнадцатая

Хохлы показали себя отменными спецами. Правда, не смогли довести дело до конца. Алихан жив, Казбек тоже. Сейчас они в больнице, под усиленной охраной. Подобраться к ним практически невозможно. Но есть более мелкие авторитеты из их группировки. Хохлы за них уже взялись. Война продолжается...

Водитель резко ударил по тормозам. Тимур ткнулся грудью в спинку переднего сиденья.

– Шухер! – заорал Помпон.

Его трубный голос встряхнул Тимура сильней, чем экстренное торможение. Рука автоматически открыла дверь. Второй телохранитель вытолкнул Тимура из машины. И продолжал толкать его дальше, пока не громыхнул взрыв. «Мерседес» превратился в груду пылающего металла.

Водитель и Помпон тоже успели выскочить из машины. Они-то уже знали причину взрыва. Помпон устранил ее двумя точными выстрелами.

В машину стреляли из «РПГ». Правда, гранатометчик замешкался. Он не смог выстрелить быстро и тем самым подарил телохранителям Тимура несколько драгоценных секунд. Граната угодила в пустую машину. А гранатометчик лежал на тротуаре с дырявой головой.

Вокруг Тимура в момент образовалось плотное кольцо из его бойцов. Они увели его с открытого места, усадили в другую машину. Можно ехать дальше...

Вот она, романтика бандитских будней. Тимур вроде бы бизнесмен, а жизнь обращается с ним как с бандитом – покушение за покушением. И неизвестно, повезет ли в следующий раз.

Зазвонил телефон. Трубка заговорила голосом Краба.

– Тимур, у меня новость! – сдерживая радость, сообщил он.

– У меня тоже. В меня стреляли. Из гранатомета...

– О-е! Ты жив?

– А ты думаешь, на тот свет можно дозвониться? Все нормально. Все живы-здоровы. Только машина в хлам. Чеченам в счет включить бы надо... Что там у тебя?

– Веронику вычислили.

– Ну и что? И без того ясно, что она на чеченов пахала.

– Да кто его знает... Знаешь, у кого она живет? У Владислава Шлягина.

– Это что еще за черт?

– Был заместителем, а сейчас главный бухгалтер банка «Эдем».

– И что?

– Как – что? Он был с Медяковым, когда тот бабки из Центробанка вез. И он заранее знал, когда их повезут. В общем, это он дал отморозкам наводку.

– Интересно.

– Если тебе в самом деле интересно, можешь к «Эдему» подъехать. Мы сейчас там...

До «Эдема» недалеко. Минут десять езды, может, чуть больше. Тимур дал водителю отмашку.

Чеченцы перед этим каким-то образом сумели вычислить маршрут его передвижения. Возможно, стукач в его окружении завелся. Ну а банк «Эдем» в его планы сегодня не входил. Поэтому там его киллер ждать точно не будет. Можно и с главбухом пообщаться. И заодно душу отвести.

Краб встретил его у входа в банк, провел в директорский кабинет. На диване сидел и трясся от страха растрепанный очкарик. Это и был Владислав Шлягин.

– За яйца этого козла подвесить мало, – презрительно скривился Краб.

Бедняга сжался в комок.

– Как ты его вычислил? – спросил Тимур.

– Ты ж сам велел банк в разработку взять. Мы этого живчика в первую очередь под колпак взяли. Правда, вначале все тишь да гладь. А позавчера у него на хате Вероника объявилась. Мы этот момент просекли... Он мне тут лабуду пытался вешать, мол, они старые знакомые...

– Не просто знакомые, – всхлипнул главбух.

– Заткни пасть! – рявкнул на него Краб.

– Да ладно, пусть говорит, – урезонил его Тимур.

– Мы... Мы с Вероникой... Любовь у нас... Она у Медякова работала. А я как увидел ее... Я в нее влюбился... А она... Она меня сначала не замечала. А потом сама ко мне подошла. Сказала, что жить без меня не может...

– И он ей поверил, – хмыкнул Краб. – Да ты, Тимур, посмотри на него. Разве может баба в такого влюбиться?

– А кто его знает. Любовь бывает зла... Давай, козел, продолжай.

Шлягин еще глубже вжал голову в плечи, всхлипнул.

– Она у меня дома целую неделю жила. Это были самые лучшие дни... Вы бы только знали, как Альберт Григорьевич с Вероникой обращался. Он насиловал ее в своем кабинете, заставлял пить собственную мочу...

– Чего? – поморщился Тимур.

– Да, да! Он издевался над ней. Бил ее. Она сама мне это рассказывала!..

– Короче, загрузила ему уши лапшой по полной, – заключил Краб.

– Это не лапша! Это правда!.. – зло посмотрел на него главбух.

– Сейчас дам по ушам, будет тебе правда!.. Ты, Тимур, его не слушай. Этот придурок и не то расскажет... В общем, Вероника с панталыку его сбила. Типа, отомстить Медякову надо. А для этого нужно узнать, когда он бабки из Центробанка будет везти. Ну, он ей весь расклад и выдал...

– Это правда? – посмотрел на Шлягина Тимур.

– Правда, – обреченно кивнул тот. – Я, конечно, каюсь...

– Кайся, кайся, – презрительно фыркнул Краб.

– Где сейчас Вероника? – спросил Тимур.

Он понял, что искать выходы на отморозков через этого придурка – дохлое дело. Его использовали втемную. И он знает только Веронику.

– Она сейчас дома у этого недоноска. Я так понял, ей сейчас некуда податься. Поэтому она у него схоронилась...

– Ты ее еще не взял? – спросил Тимур.

– Будем брать. Все готово, пацаны уже на стреме. Меня ждут... Кстати, ехать уже пора.

– Вместе поедем...

Тимур хотел лично пообщаться с Вероникой. От нее самой услышать про чеченов... Стоп! Если она работала на чеченов, ей не было смысла подбивать клинья к Шлягину. Чечены и без него знали, когда повезут деньги... Что-то здесь не так...

Шлягин жил в Тушине, в многоэтажке недалеко от стадиона «Красный Октябрь». У Краба был ключ от его квартиры, поэтому он мог без проблем заглянуть к Веронике в гости. С ним было три бойца. Тимур не думал, что четыре крепких парня не смогут справиться с одной девчонкой.

Сам он остался во дворе. Вместе со своими телохранителями. Ему не терпелось пообщаться с Вероникой. И он готов был отправиться к ней. Надо было только дождаться звонка от Краба.

Но Тимур дождался другого.

Во двор одна за другой въехали две черные «бэхи». Машины резко остановились, из них высыпались чернявые хлопцы явно не славянской внешности. Чеченцы!

Тимур матюгнулся и тоже вывалился из машины. Он не собирался ждать, когда его нашпигуют свинцом. А он нисколько не сомневался в том, что чечены прибыли сюда по его душу.

Его телохранители оказались на высоте. Они первыми открыли огонь по чеченам. Те не остались в долгу. Грохот пистолетных выстрелов разорвал тишину на мелкие пульсирующие части.

У Тимура тоже был ствол. И он не собирался прятаться за спинами других. Правда, бой был недолгим. Чечены поняли, что они проигрывают по всем статьям. Мигом рассосались по машинам и дали деру.

Странное дело, чечены ехали по следу Тимура. Вышли на него, но оказались не готовыми к бою. Почему?..

Чечены понесли потери. Тимур лично видел, как они впихнули в машину одного своего тяжелораненого джигита. А второго не успели. Он так остался лежать на поле боя. Тимур распорядился оказать ему помощь и забрать с собой.

Оставаться во дворе было опасно. В любой момент могли появиться менты. Но Краб быстро сориентировался в ситуации. Он сумел взять Веронику, но в квартире с ней оставаться не стал. Вытащил ее на улицу и загрузил в свой «БМВ», направил его вслед за «Мерседесами» Тимура.

Двор опустел. Остались только выбитые стекла, стреляные гильзы и пятна пролитой крови. И своей, и чужой. Один телохранитель Тимура был легко ранен в руку.

Пленников повезли в Белокаменск. Там было немало мест, где с ними можно было поговорить по душам без риска оказаться под ментами.

Захваченного чечена везли в машине Тимура. Ему было хреново, но с ним не церемонились. Ствол к виску – и к ответу.

– Как на меня вышли? – спросил Тимур.

– А ты кто такой? – непонимающе смотрел на него чеченец.

– Шлангом прикидываться не надо. Я – Тимур. И ты это знаешь...

– Тимур?! – в голосе чеченца прозвучали уважительные нотки.

– Слышь, будешь и дальше тупить, без глаза останешься, – пригрозил ему Помпон.

– Да я в самом деле не знал, что это Тимур, – мотнул головой чеченец. – Слышать слышал, а вижу впервые, да... Мы не за Тимуром ехали. За Вероникой...

Помпон озадаченно крякнул. Судя по всему, пленник говорил правду.

– Зачем тебе Вероника? – угрожающе нахмурился Тимур.

Каким-то макаром чеченцы узнали, что Веронике угрожает опасность. И выслали бригаду ей на подмогу... Но тогда они готовы были бы к нападению.

– Сулейман сказал найти ее. Она на Шайтана работает...

– Какой такой Шайтан?

– Сами не знаем... Он Тимура с Алиханом стравливает. Бабки взял, а Тимура подставляет. В Тимура стрелял, а виноват Алихан. Путает нас Шайтан. Потому и грызня. Так Сулейман сказал...

– Ты хочешь сказать, что Алихан не собирался меня мочить? – вопросительно посмотрел на чеченца Тимур.

– Не собирался. Нельзя было... Это все Шайтан. На него через Веронику выйти можно...

Похоже, чеченец не лукавил. Тимур и сам уже верил в существование некой третьей силы, которая действует тайно, исподтишка.

– Значит, это Шайтан двадцать «лимонов» забрал, так?

– Получается, так, – кивнул пленник. – А все стрелки на Тимура перевел...

– Это Сулейман так считает?

– И Алихан тоже... Мы Шайтана ищем. Как найдем, за все с него спросим.

– На Веронику как вышли?

– Казбек ее хорошо знает. Мы ее подруг нашли, у всех спросили, да. Они все про нее забыли. Только Таня знала. Сказала, что у нее роман с каким-то банкиром был.

– С Медяковым?

– Нет, не с ним. С его бухгалтером. Таня сказала, что щуплый он какой-то... А у нас по «Эдему» полный расклад. Мы на Шлыгина вышли... Я так понял, мы угадали, да?

– Да. Только мы вас чуточку опередили. У нас Вероника...

– Это хорошо. Вы поговорите с ней. Она вам про Шайтана расскажет... А потом надо Алихану звонить. Не надо нам с вами воевать. Плохо это. И вам и нам...

– А это не тебе решать, что плохо, а что нет...

Вероника пыталась строить из себя Зою Космодемьянскую. Но хватило ее ненадолго. Ее не били, не пытали. Просто затащили в холодный подвал, привязали к стулу. А потом появился пацан в белом халате. В одной руке у него был скальпель, в другой живая мышь.

– Что это? – в ужасе взвизгнула Вероника.

– В слона будем играть, – охотно пояснил Краб. – Знаешь, что со слонами бывает, когда к ним под кожу мышь попадает?.. Если не знаешь, сейчас узнаешь...

Веронику чуть удар не хватил, когда она представила, как «хирург» будет делать разрез и впихивать под кожу живую мышь.

– Не надо! – взвыла она от страха.

– Тогда отвечай, на кого работаешь, гнида? – зло спросил Краб.

Вероника была настоящей красавицей. Но Краб не воспринимал ее как женщину. Срабатывал инстинкт разведчика. Сейчас он видел перед собой «языка». Да и Тимура она нисколько не волновала как женщина. Хотя в другой обстановке с ней можно было бы и развлечься...

– На Казбека! – недолго думая, ответила она.

– Макаш!

Парень в белом кивнул, подступил к Веронике.

– Нет! Не надо! – в истерике забилась она.

– На кого работала, я спрашиваю?

– Дэн его зовут.

– Чеченец?

– Нет, русский...

– С чеченцами связан?

– Не знаю. Скорее всего, нет...

– А ты?

– Нет... Достали они меня. Я сама по себе была. Пока с Дэном не связалась...

– Где ты его нашла?

– Он со мной на улице познакомился. Красивый парень, обходительный. И как мужик ничего... Я только потом поняла, что мы не случайно познакомились. Я ему нужна была, потому что в банке «Эдем» работала... А я тогда еще работала...

– Зачем ты ему нужна была?

– Он сказал, что Медяков большие деньги из Центробанка возит. В обычном «пирожке». Да я и без него это знала... Только Альберт этим уже не занимался. Но Дэн сказал, что за ним все равно смотреть надо. А как я могла за ним смотреть, если Альберт меня уволил? Пришлось Владика подключать. С влюбленным дурачком это просто...

– «Пирожок» с бабками куда дели?

– Я не знаю, мне Дэн ничего не говорил. Он только сказал, что на дно ложится...

– Ты в доле?

– Ну а как же! Десять процентов мои...

– Это сколько ж выходит? Почти два «лимона» долларов...

– Уже не два, – поправил Краба Тимур. – Рубль конкретно опустился. А они вряд ли бабки в доллары перевели... Или перевели?

– Не знаю, – покачала головой Вероника. – Дэн мне ничего насчет денег не говорил. Сказал только, что ждать надо...

– Жди. Он твои бабки в дело пустит, а тебе летающих вафель за пазуху насует, – криво усмехнулся Краб.

– Нет, он мне мою долю вернет. Когда все уляжется...

– А не уляжется. Сейчас только тебя уложить можно. На два метра под землю. Или ты думаешь, мы тебя на круг пустим? Слишком много счастья для тебя... Как нам Дэна найти?

– Я не знаю, – пискнула Вероника.

– А вот грузить нас не надо... Ты на Медякова как вышла? Как в сауне оказалась?

– Это все Дэн. Он сказал, что Альберта нужно захомутать. И к сауне меня подвез. С девчонками договорился...

– С какими девчонками?

– Ну, с путанами. Их в сауну на обслуживание вызвали. И я к ним затесалась...

– Постой, откуда твой Дэн знал, что Медяков в сауне? И что девочек вызвали, откуда знал?

– Так он же не один был. С ним два мужика были. А они кого угодно выследят. У них рации, «жучки», ну, через которые разговоры подслушивают. Знаете, как они работают...

– Да уж знаем, – недобро усмехнулся Тимур.

Если этот Дэн самого Тимура выследить смог, то взять на кукан Медякова – раз плюнуть. А ведь это его же люди подстрелили Валеру. Не чеченцы это были, точно... Тимур уже не сомневался, что Дэн – это и есть тот самый неуловимый шайтан.

– Знаем, как эти спецы работают, – повторил Тимур. – И знаем, что ты с Дэном на связи. Ты можешь связаться с ним. И ты скажешь нам номер его телефона...

– Да не знаю я, – жалко всхлипнула Вероника. – Дэн сказал мне на дно залечь. Я почему, думаете, у придурка Владика осталась? Думала, что это надежно...

– Хорош лапшу вешать! – надвинулся на нее Краб. – Знаешь ты, как на Дэна выйти. Знаешь!.. И ты нам поможешь. А нет, пеняй на себя... Макаш!

«Хирург» со скальпелем и мышью сделал страшные глаза. Сейчас, казалось, он точно перейдет от угроз к делу. А на операцию Вероника ложиться не хотела. Да никто, собственно, оперировать ее не собирался. Мышь под кожу – это не более чем психологическая мулька.

– Хорошо! Хорошо! Я скажу!

Через минуту Краб знал номер телефона, по которому можно было связаться с Дэном.

Глава шестнадцатая

Виктора вызывали к начальнику. Обычно он шел к полковнику вместе с Мразиным. Но Костя сейчас в отпуске. И Галкин будет отдуваться за него.

Но ничего страшного не произошло. Полковник передал ему пистолет «макаров» в целлофановом пакете. И велел проверить его по пулегильзотеке.

– Сантехники в канализационном люке нашли, – позевывая, пояснил начальник. – В дерьме откопали. Надо было в райотдел нести, а они к нам притащили... Ладно, что есть, то есть. Разберись со стволом. Вдруг засвеченный?

Пистолет производил ужасающее впечатление. Грязный, ржавый, в руки брать противно. Но Виктор – мент. Ему не привыкать в дерьме возиться.

Сперва он привел «ПМ» в божеский вид. Затем определил его номер. И выяснил очень любопытную вещь. Оказывается, этот пистолет числился за лейтенантом милиции Денисовым.

А ведь он помнил этого Денисова. Весной этого года вместе с Мразиным он расследовал убийство гражданина Михайлюка. Возникла версия, что к его гибели причастен некий Денисов. В прошлом охранник ночного клуба, а в настоящем лейтенант милиции. Эту версию отрабатывал Мразин. Он собирался взять пистолет Денисова на экспертизу. Но выяснилось, что у лейтенанта украли табельное оружие.

По этому факту было проведено служебное расследование. Лейтенанта обвинили в разгильдяйстве и с позором уволили со службы. Ему даже срок светил за утерю оружия. Но обошлось... И вот прошло полгода. Пистолет нашелся. Только не так-то просто будет провести баллистическую экспертизу.

Но эксперт сумел привести ствол в боевое состояние. Целую неделю мучился, в конце концов смог сделать сравнительный выстрел. И выдал заключение. В гражданина Михайлюка стреляли из этого пистолета.

Виктор мысленно поставил галочку напротив, считай, раскрытого уголовного дела. Денисов подал рапорт об утрате оружия после убийства Михайлюка. Значит, он сам избавился от пистолета после того, как застрелил из него человека.

– Радуешься? – спросил эксперт Николай.

– Еще бы. Ты ж глухаря нам помог убить. Мы это дело уже в архив сдали...

– Погоди. А разве ты только сейчас узнал, что из этого пистолета в Михайлюка стреляли? – в глубоком раздумье спросил Николай.

– А когда ж?

– Слушай, а ведь я уже давал такое заключение... Сейчас, сейчас... Да, да, Мазин подходил. Гильзу приносил. А она была отстреляна из этого пистолета. У меня ж две образцовые гильзы были. А он третью принес...

– Откуда она у него появилась?

– А кто его знает? Он мне не докладывал... Ты у него спроси, ладно?

– Спрошу.

Виктор не стал докладывать начальнику про третью гильзу. Зато бодро отрапортовал обо всем остальном. По адресу бывшего лейтенанта милиции была выслана опергруппа.

Виктор лично выехал на задержание. Но, увы, Денисова дома не оказалось. Мать сказала, что его уже больше месяца как нет. Вроде как на заработки куда-то подался... А куда сейчас можно ехать на заработки? На Севере кормят плохо. И только в Москве можно найти приличную шабашку. Но Игорь Денисов и сам москвич.

Дальнейший розыск Денисова результатов не принес. Но это не помешало начальству с гордостью доложить наверх об успешно раскрытом убийстве. На Денисова навешали всех собак и подали в федеральный розыск. Рано или поздно его все равно найдут. Как нашли и его пропавший пистолет...

Начальство успокоилось. Чего нельзя было сказать о капитане Галкине. Ему не давала покоя мысль о третьей гильзе. Ответ на этот вопрос можно было узнать только у Мразина. Недолго думая, он отправился к нему...

Костя был дома. В домашнем халате, тапочки на босу ногу, глаза красные, волосы всклокочены. От него несло перегаром и табачным дымом.

– О! Витя! – обрадовался он. – Какими судьбами?.. Почему не предупредил, что придешь?

– Да вот, хотел тебя на месте преступления застать, – пошутил Галкин. – Давай показывай трупы!

– Да нет, брат, я не трупы прячу, – покачал головой Костя. – Я опасных преступников прячу. Настолько опасных, что я бы не рекомендовал тебе заходить ко мне в гости... Но раз уж пришел, заходи. Только учти, я тебя предупредил!

Трудно было понять, шутит Мразин или нет. От этого жука все, что угодно, можно ждать... Виктор поймал себя на предательском желании повернуть назад. Но он легко переборол в себе этот позорный порыв и смело шагнул за порог.

Костя закрыл за ним дверь и повел его в спальню. Остановился перед дверью.

– Учти, братишка, я тебя предупредил, – пристально глядя ему в глаза, зловеще проговорил он. – Если не отобьешься, я не виноват!

Он резко распахнул дверь, и Виктор увидел двух преступников. Вернее, преступниц. Абсолютно голые, они лежали в заманчивых позах и ласкали его блядскими взглядами.

– Это очень страшные половые разбойницы, – весело сказал Мразин. – Если не отобьешься, затрахают насмерть!

Он подал знак, и девчонки со смехом бросились на Виктора. А были они далеко не дурнушки. Смазливые мордашки, потрясающие формы... Виктор был совсем не прочь попасть в объятия этих очаровательных преступниц. Но он все же выскочил из комнаты и закрыл за собой дверь.

– Молодец, отбился! – похвалил его Костя. – Будешь жить... Долго и нудно...

– Почему нудно?

Девчонки вернулись на место. И утратили к Виктору всякий интерес. Можно было отпустить дверь.

– А что у тебя за жизнь? Служба, жена, служба, снова жена... Ты у меня учись. Не жизнь у меня, а малина... Пошли, я тебя настоящим армянским коньяком угощу.

– Ну, пошли, – не стал противиться Галкин.

Костя повел его в зал. Но там был бардак. Перевернутое кресло, стол с остатками вчерашнего пиршества.

– Неплохо мы вчера с девчонками погудели, – на бравурной ноте пояснил Мразин. – До сих пор гудит – и в голове и на метр ниже... Ладно, на кухню пошли. Там нормально...

В кухне в самом деле было уютно. Дорогая кафельная плитка, со вкусом подобранная стенка из орехового дерева, импортный двухкамерный холодильник, под потолком небольшой телевизор фирмы «Панасоник». И в комнатах у Кости все со знаком качества. Дорогая мебель, кожаный диван, персидские ковры, японская видео– и аудиотехника. На одну зарплату так не обставишься. И на «девятку» не скопишь.

Виктор еще больше укрепился в своих подозрениях, что Мразин не чист на руку. Наверняка еще тогда с чеченцами сошелся, когда убийство их собратьев расследовал. А возможно, и белокаменских братков информацией снабжал. Чтобы сразу с двух рук кормиться... Виктор на такое не способен. Поэтому и живет в скромной квартире на скромную зарплату. Есть, правда, небольшой побочный доход. Но это мелочь. Чисто на поддержание штанов...

Мразин достал из холодильника сыр, колбасу, лимон, шустро нарезал, разложил по тарелочкам. И коньяк на столе появился. И рюмочки.

– Ты сейчас на службе? – спросил Костя.

– Да нет, в отгуле...

– Отлично. У меня отгуливать будешь. А жене скажешь, что в засаде сидел... Я тебе Тоньку отдам. Знаешь, как с ней классно в засаде сидеть. Я их на сутки взял. Сегодня к вечеру отдавать надо... Они сейчас пусть поспят немного. А мы пока вмажем. А потом им экзамен устроим, на профпригодность... Как там на службе у нас? Все нормально?

– Нормально... Профилактикой заказных убийств занимаемся.

– Это как же?

– А никак. Вид делаем, что занимаемся. А что прикажешь делать, с громкоговорителем по городу носиться? Граждане, не убийте и не закажите ближнего своего...

– Можно и так, – кивнул Костя. – Только пусть генералы по городу носятся. А мы коньячок с тобой уговаривать будем... Да, ты, кстати, зачем пришел?

– Да вопросик один. Помнишь, ты Денисовым занимался?

– Денисовым?! – на мгновение застыл Мразин. – Кто это такой?

– Он по убийству Михайлюка проходил. Ты сам еще версию подбросил...

– А, все, вспомнил... Мы думали, что это он Михайлюка грохнул... Нет, не он это. Не он...

– Почему ты так думаешь? Ведь пистолет мы его так и не нашли.

– Да, потерялся пистолет... Но ты сам посуди, какой дурак будет убивать своего врага из табельного оружия. Это ж палево.

– А с чего ты взял, что Михайлюк и Денисов враги?

Взгляд Мразина на секунду остановился. Затем лицо растянулось в резиновой улыбке.

– Ну ты даешь! Нам же еще в клубе сказали, что у них были натянутые отношения. Михайлюк Денисова под статью Уголовного кодекса, считай, подвел. Ну, Денисов мог отомстить... Слушай, а чего ты эту тему поднял?

– Да пистолет Денисова нашли.

– Да ну! И что?

– Это Денисов в Михайлюка стрелял.

– Вот скотина! – натурально осерчал Мразин.

– Костя, ты же знал, что это Денисов стрелял.

– Витя, ты что, с пальмы упал? Откуда я мог это знать?

– А гильза? Гильза, которую ты Николаю на экспертизу приносил...

– Откуда ты это знаешь? – встрепенулся Костя.

Взгляд замерз, как вода на лютом холоде.

– Николай сказал.

– Он еще кому-то об этом говорил?

– Нет, только мне.

– А ты кому?

– Пока что только тебе... Но если ты не скажешь, откуда у тебя взялась третья гильза, мне придется ставить вопрос перед начальством...

– Не понял, ты что, пугаешь меня? Да пожалуйста, ставь этот вопрос хоть перед самим министром. Мне все равно... Ладно, давай выпьем. А то разговор не в ту канаву съехал...

– Вообще-то я к тебе не пить пришел.

– Ну а ты все равно выпей...

Виктор не стал воротить нос от коньяка. Качественный напиток легко и приятно всосался в кровь, негой разлился по всему телу. Захотелось выпить еще. После третьей рюмки на душе расцвели цветы. И Костя перестал казаться подлецом. И с его Тонькой хотелось бы познакомиться поближе.

– Знаешь, где я эту гильзу нашел? – спросил Мразин. – Она у Денисова после стрельб осталась. Я у него забрал. Хотел убедиться, что это не он Михайлюка убил...

Костя порядком захмелел. Видно, коньяк плотно лег на старые дрожжи.

– Но ведь это он убил Михайлюка!

– Получается, что он... Но мне-то он сказал, что у него украли пистолет. А из него нарочно застрелили Михайлюка, чтобы его подставить...

– Ерунда какая-то. Кому понадобилось его подставлять?

– Да я тоже думаю, что наврал он мне... Только ты пойми меня, я не мог его сдать... Он – мой родной брат!

– Что?!

– Да, Витя, да. Так вот судьба сложилась... Я был совсем маленький, когда мой отец ушел к другой женщине. От нее родился Игорь. Получается, он мой родной брат по отцу...

Костя горько вздохнул. И снова разлил коньяк по рюмкам.

– Нет, я пас! – мотнул головой Виктор.

– Как хочешь, я заставлять тебя не буду. А я выпью. Хочу потому что... И вообще, брат, я могу позволить себе жить, как я того хочу. Кони с яками, трахи с телками... Давай присоединяйся, вместе так жить будем. Не пожалеешь...

– Да нет, пожалею. Мне такая жизнь не нужна...

Кони с яками порождают белую горячку, телки могут подарить СПИД. Да дело даже не в последствиях. Как правило, путь к красивой жизни лежит через грязь. А Виктор не хотел пачкать свою совесть. К тому же его вполне устраивает та жизнь, которой он живет. Бедненько, зато чисто... И вообще, к чему Мразин этот разговор про коньяк и баб завел? Плавный переход с одной темы на другую? Так с Виктором этот номер не пройдет. Он все равно выведет этого слизняка на чистую воду.

– Что ты там про своего брата говорил? – напомнил он.

– Про Анатолия? – пьяно выпучился на него Костя.

– Нет, про Игоря.

– А, ну да, про Игоря... А что Игорь? Игорь ни в кого не стрелял. Его подставили...

– Погоди, ты говорил, что это враки?

– Может, и враки, а может, и нет... Слушай, а давай к нему сейчас съездим. Он тебе сам расскажет...

Костя сказал об этом так просто, как будто Денисов не находился в федеральном розыске, а Виктор его не искал. Что это, пьяная забывчивость? Или белая горячка прискакала?.. Так или иначе, капитан Галкин должен был воспользоваться моментом.

– Поехали, – стараясь не выдавать волнения, с видимой беспечностью сказал он.

– Так... – пьяно задумался Мразин. – У Игоря мы долго будем. А девчонки здесь останутся? А счетчик-то работает... Нет, так не пойдет...

Он выпроводил проституток, оделся. Взял ключи от машины.

– Ну что, едем?

– Ты же нетрезвый, – напомнил Виктор.

– Чешуя. Меня ж не шатает. А в машине тем более шатать не будет. И потом, я аккуратно...

– Может, я поведу?

Костя наотрез отказался пустить его за руль. А Виктор настаивать не стал. Еще передумает ехать к Денисову... Неужели они в самом деле родные братья? Или здесь что-то другое... На всякий случай Виктор тайком вытащил из кобуры табельный пистолет, дослал патрон в патронник. Лучше перебдеть, чем недобдеть...

Мразин вел машину аккуратно. Правда, это стоило ему умственных усилий. Поэтому всю дорогу он молчал, с самым серьезным видом сосредоточенно смотрел на дорогу. Виктор его не трогал. Он готовил себя к предстоящему разговору. Надо будет как-то объяснить Косте, что не ему определять, прав Денисов или нет. Все должен решить суд. Поэтому придется брать беглеца под стражу.

Машина пересекла Кольцевую автостраду, продолжила путь по Минскому шоссе. И только через полчаса свернула с трассы. Далековато Костя спрятал своего братца...

Это был добротный кирпичный дом на краю небольшого поселка. Асфальтированная дорога, все коммуникации. Огород, сад. Чистый аккуратный дворик. Свежий воздух без столичной копоти. Хотел бы Виктор попрятаться здесь пару месяцев в свое удовольствие. От начальства. Вместе с женой и ребенком.

Мразин едва вышел из машины, сразу превратился в боевого опера. Сосредоточенное лицо, строгий взор. И хмель как рукой сняло.

– Давай без шума. А то еще вспугнем парня... – И язык не заплетается.

Калитка была закрыта на замок. Но у Кости был ключ. А вот от входной двери ключа не было.

– Тут запасной есть, – вспомнил Мразин. – Вот, видишь, ниша над дверью. Там ключ. Попробуй, может, дотянешься...

Виктор был почти на голову выше Кости. Поэтому нисколько не удивился его просьбе. Потянулся за ключом.

Мразин этого только и ждал. Едва Виктор вытянул руки, он ловко вытащил у него из-под мышки пистолет. Его собственный ствол больно ткнулся под ребро.

– Ты извини, дорогой, так надо, – нехорошо усмехнулся майор. – Все нормально будет, ты только не дергайся...

Виктор почувствовал себя последним кретином. Эта продажная шкура обвела его вокруг пальца и теперь держит на прицеле. А рука у этой мрази не дрогнет... Ничего, еще будет возможность выкрутиться.

Мразин постучал в дверь. Появился Денисов.

– У нас гости? – осклабился он.

– Как видишь...

Мразин больно вдавил ствол пистолета под ребро. Виктор подался вперед, зашел в дом. И тут же за ним закрылась дверь. Все, он отрезан от мира. И рассчитывать можно только на себя...

– Прошу любить и жаловать, мой коллега капитан Галкин, – куражился Мразин. – Арестовать тебя хочет, Игорек.

– За что? – вмиг сошел с лица Денисов.

– Да за убийство гражданина Михайлюка... А ну, гражданин Денисов, расскажите, как и за что вы убили этого товарища?

Убийца принял игру. Вытянулся в струнку перед Мразиным.

– Терпеть ненавижу козлов, – жалким тоном объяснил он. – А Серега натуральный козел. Пришлось его кончить, чтобы дальше не козлил...

– А скажите, гражданин Денисов, куда вы дели орудие преступления?

Виктор вопросительно и с осуждением смотрел на своего коллегу. К чему весь этот фарс?

– Я от него избавился.

– Плохо вы избавлялись. Нашли ваш пистолет. И экспертизу провели... Я тебе куда сказал ствол выбросить? – зло прошипел Мразин.

Он показал свое истинное лицо. И Виктору стало по-настоящему страшно.

– Да я... – замялся Денисов.

– Что ты?.. Не смог ты от ствола избавиться. Придется от тебя избавляться...

Все произошло быстро и внезапно. Громыхнул выстрел, и Денисов безмолвно рухнул на пол. Пуля попала точно в сердце. На полу лежал стопроцентный труп...

– Зачем... Зачем ты это сделал? – очумело уставился на Мразина Виктор.

Вместо ответа он запросто мог получить пулю. Но страха почему-то не было. Как будто он растворился в грохоте выстрела. Осталась только растерянность.

– Странный вопрос, – холодно усмехнулся Мразин.

Казалось, перед Виктором стоит сам сатана в человеческом обличье. От него исходили волны потусторонней парализующей силы. Его взгляд ледяной рукой хватал за душу и выкручивал ее наизнанку.

Как это ни странно, Виктор не боялся его. Но при этом он не находил в себе силы и воли, чтобы сопротивляться. И Мразин, похоже, знал это. Не зря же держал пистолет вниз дулом.

– Денисов человека убил, – бесцветным голосом изрек он. – За это его судить надо. А наш суд самый гуманный в мире. Еще и оправдает... Все, теперь не оправдает. Убийца наказан...

– Не похож ты на борца за справедливость, – покачал головой Виктор.

– Ну почему же? Я горой за справедливость... Разве справедливо, что я, майор милиции, получаю за свой каторжный труд жалкие копейки?

– Все так получают.

– А я не все, понял! Я сам по себе! И я справедливо воздаю себе по заслугам!

– И какие ж у тебя заслуги?

– Большие у меня заслуги... Я, между прочим, раскрыл одно очень сложное уголовное дело. Я знаю, кто увел пятьсот миллионов рублей и убил трех чеченских охранников... Игорь Денисов это сделал...

– Один?

– Нет, не один. Он дружков своих на это дело подбил. Отчаянные, скажу тебе, ребята... А еще на него одна очень милая девушка работала...

– Тебе откуда это известно? – спросил Виктор.

Кажется, он знал ответ на свой вопрос.

– Игорь на меня работал. Да я и сам принимал участие в операции... Лихо мы увели пятьсот миллионов, да?

Демоническая улыбка Мразина холодила кровь, от нее рябило в глазах.

– Без шума и пыли, да? Ни единой фальшивой нотки. Хрен бы вы до чего докопались...

Виктор смотрел на Мразина опустошенным взглядом. Он верил, что этот ублюдок мог совершить ограбление века. Но его не распирало от гневных эмоций. Его сейчас волновал только один вопрос – убьет его бывший коллега или нет.

– Ловко мы белокаменских с чеченами развели, да? Они сейчас стреляют друг в друга. А я вот он. Живой и счастливый... И денег полная машина...

– И что ты будешь с ними делать? – вяло спросил Виктор.

– Жизнь свою на них строить буду. Еще более счастливую...

– Ничего не выйдет. Ты не сможешь потратить эти деньги...

Центробанк дал список номерных знаков украденных купюр. Милиция и мафия держат руку на пульсе событий. Стоит похищенным деньгам появиться в обороте, об этом сразу станет известно. Потянется ниточка, которая в конечном итоге выведет на похитителя. Это случится. Рано или поздно, но случится. Карта Мразина будет бита... Виктор вдруг с ужасом осознал, что не делает ставку на самого себя. Ведь он знает правду и мог бы раскрыть преступление. Но подсознательно списывает себя со счетов. Потому что подкорка уже прочла смертный приговор в глазах Мразина. Он же неспроста раскрывает карты, он знает, что капитан Галкин никому ничего не сможет рассказать...

– Ты не волнуйся, – усмехнулся оборотень. – С деньгами я как-нибудь разберусь. И с тобой разберусь... Извини, брат, но ты уже не жилец. Сам должен понять, я не могу тебя отпустить...

Да, он не оставляет Виктору ни единого шанса... Хотя нет, шанс есть. И Виктор ощутил уверенность, что в состоянии использовать его.

– Погоди. Зачем стреляться? Ты бы мог взять меня в свое дело. Мы бы работали вместе. Возьмешь меня в долю, и все дела. Мне много не надо. Хватит и пяти процентов...

– Пять процентов? – усмехнулся Мразин. – Это, по-твоему, немного?.. Да это двадцать пять миллионов рублей. Тебе в жизнь столько не заработать...

– Вот поэтому я хочу, чтобы ты взял меня в долю...

– А ведь и верно, – заинтересованно смотрел на него Мразин. – Ты опер опытный. Мы с тобой такие дела закрутить можем... Мы с Игорьком начинали с того, что квартиры чистили. И до каких денег дошли. Но это только начало. У меня большие планы на будущее...

Да, Мразин далеко пойдет. Может опутать своей мразью всю страну. Останавливать его пора. И если Виктор сделает это, он по праву сможет считать, что не зря прожил свою жизнь...

– У нас, – осторожно поправил он. – У нас большое будущее...

– Ну конечно, у нас, – задорно подмигнул ему Мразин.

Он уже не представлял собой воплощение демонических сил. Как бы свой в доску парень... В гробовую доску...

– Значит, вместе? – спросил он.

– Вместе, – подтвердил Виктор.

– Тогда держи!

Мразин протянул ему пистолет. Виктор взял оружие и немедленно направил его на бывшего коллегу.

– Витек, я не понял? – возмутился ублюдок.

– А чего тут понимать? Все, спета твоя песенка. Под трибунал, гнида, пойдешь...

– Какой трибунал, Витек? Мы же не на войне...

– Да нет, ошибаешься ты. Мы-то как раз на войне. Такие подонки, как ты, всю страну заполонили. Под пулеметы вас ставить некому...

– А ты попробуй, поставь! – коварно улыбнулся Мразин.

Его совершенно не пугало направленное на него оружие. И Виктор понял почему. В пистолете отсутствовала обойма... Когда же Мразин успел ее вытащить?.. Но ведь патрон в патроннике остался. Не мог он его незаметно выщелкнуть.

А Мразин плавным, но быстрым движением вытаскивает из-за пояса пистолет. Это не «макаров», какая-то другая система, похоже, иностранная. Сейчас он выстрелит...

Виктор нажал на спусковой крючок. Но послышался лишь холостой щелчок. Оказывается, оборотень каким-то образом все-таки умудрился незаметно выщелкнуть патрон. Оказывается, он снова смог обвести Виктора вокруг пальца. Вот мразь!..

– Нет, Витек, моя песенка еще не спета, – глядя на него через прорезь прицела, люто усмехнулся Мразин. – И твоя песенка только начинается. Как насчет концерта по заявкам трудящихся? Я бы хотел прослушать похоронный марш Шуберта в твоем исполнении. Давай, Витек, начинай. Обстановка располагает... Ну!

– Застрелись, гад. Тогда исполню...

– Застрелиться?! Нет, как-нибудь в другой раз... А тебе пора. Ты же за Игорьком охотился. А он уже на том свете. Давай догоняй, пока далеко не ушел!..

Виктор понимал, что обречен. Но не мог поверить, что какая-то мразь может взять его и убить. Взять и убить. Был Виктор Галкин, и нет его больше...

Грохот выстрела ударил по ушам и отозвался тупой скручивающей болью в животе. Тело содрогнулось от сильного толчка. Ноги подкосились. И нет никакой возможности удержать равновесие. Все пространство перед глазами попало в воронку гигантского водоворота.

Виктор упал на спину. В простреленном животе опрокинулся котел с горящей смолой. Но руки его онемели, он не сможет потушить огонь. Неужели он сгорит дотла?.. Он видел Мразина. Его демонический оскал остался перед мысленным взором, даже когда закрылись глаза. Но ненадолго. Меркнущее сознание поглотила могильная мгла...

Глава семнадцатая

Состояние Медякова внушало опасение за его жизнь. Врачи ничего не обещали. Даже ради того, чтобы утешить его жену. А в разговоре с Тимуром отводили в сторону глаза. Похоже, Альберт обречен.

Жаль мужика. Да и перед Леной неудобно. Ведь Тимур обещал, что с ним ничего не случится. Правда, стопроцентной гарантии он не давал. Не в его это власти.

А вот у Валеры все было хорошо. Пуля не задела жизненно важных органов. Рана быстро затягивалась. Самочувствие отличное. Правда, врачи не разрешали ему вставать с постели. Но все шло к скорой выписке.

Вика почти не отходила от Валеры. Первое время с ложечки его кормила, в «утиную охоту» с ним играла. Валера парень что надо. Такие, как он, мимо «утки» не мажут...

Война с чеченами не осталась без последствий. Часть коммерческих проектов попала под ментовский удар. Там, где все законно, обошлось. Но все равно убытки. А незаконные лавочки накрылись мохнатым зонтиком... А еще из-за «чехов» накрылось несколько крупных сделок с нефтью и цветными металлами. А это солидные потери в деньгах... Но Валере об этом всем знать ни к чему. Дурные мысли к добру не приведут.

Но шила в мешке не утаишь. Валера не особо верил, что в его владениях все ладно.

– Как с «чехами»? Все так же? – с озабоченным видом спросил он.

– Да нет, не так же... Алихан, считай, белый флаг выбросил.

– Да ну!

– Мы с Алиханом стрелу забили. Будем договариваться...

– А договоритесь?

– Не знаю. Но он этого хочет. Мы тоже...

Краб сумел вычислить адрес Дэна. Этот тип снимал квартиру где-то в Северном Бутове. Но дома его застать не удалось. Съехал со всеми своими вещами.

Оказывается, Дэн был ментом. Лейтенант милиции Игорь Денисов. Но менты его сами искали. По подозрению в убийстве. Искали и нашли. Правда, допросить его не смогли. Как это ни странно, но трупы не разговаривают. Особенно если они трехдневной выдержки. А именно столько провалялся труп Дэна, пока его не обнаружили... В одной с ним комнате нашли труп еще одного мента. Капитан Галкин из МУРа. По всем раскладам выходило, что это он завалил Денисова. А тот успел выстрелить в ответ.

С Галкиным все ясно. Он занимался делом Денисова. И каким-то макаром вышел на его след. Чтобы ни с кем не делиться славой, решил взять его в одиночку. Хотел, чтобы грудь в крестах, а получилось – голова в кустах...

При обыске менты не нашли ничего, что указывало бы на причастность Дэна к ограблению на Цветном бульваре. Можно было бы подбросить им информацию. Но Тимур делать этого не стал. Вряд ли «чехи» скажут ему спасибо, если менты найдут похищенные деньги. Сто пудов, эти бабки вернутся в казну. А чечены хотят забрать их себе. Пусть забирают. Если смогут...

Бабки пока не нашлись. Зато теперь было известно, кто их увел из-под носа у «чехов». Медяков здесь ни при чем. Тимур тоже. «Чехи» на белокаменских больше не грешат. А если это сделал кто-то из них, то пусть они сами разбираются друг с другом. Тимуру сейчас важно выйти из состояния войны.

* * *

Стрелка с Алиханом состоялась в нейтральном ресторане на нейтральной территории. Минимум обслуживающего персонала, ни одного посетителя. Зал чистый – ни тараканов, ни «жучков».

В зал ведет два входа. Один закупорен чеченами, второй – белокаменскими бойцами. Но Тимур надеялся, что разговор с Алиханом пройдет без их участия.

Алихан возвышался над столом как монолитное каменное изваяние. И в упор немигающим взглядом смотрел на собеседника. Тимур отвечал ему тем же. Казалось, они испытывают свои силы в телекинезе, взглядами пытаясь сдвинуть друг друга с места.

Первым заговорил Алихан.

– Мои люди разговаривали с телками Паши Валентинова... – без предисловия начал он.

– Зачем ты мне это говоришь? – голосом, начисто лишенным эмоций, спросил Тимур.

– Не было на Паше никакого амулета. Не было никакой пули... Вырисовывается, что подставили твоего Пашу.

– Я и без тебя это знаю.

– А я не знал... Теперь знаю... И про Дэна знаю... Хитрый, сука, все концы обрубил. Но мы все равно найдем бабки. Главное, чтобы менты их не нашли... Ты же им не станешь подсказывать?

– Мне в том резону нет. Твои бабки, ты их и ищи... Только у меня их искать не надо.

Алихан кивнул, соглашаясь. Невесело вздохнул.

– Да, нехороший рамс вышел.

– Не то слово, – усмехнулся Тимур. – Как твое здоровье?

– Да вроде ничего... Слушай, а ведь ты завалить меня мог.

– Не понял. А кто тебе сказал, что это мои пацаны твой «мерс» зарядили?

– Да ходят слухи.

– Ну, если слухи... Знаешь, я готов погасить эти слухи. Три «лимона» «зелеными», идет?

Тимуру было жаль расставаться с такими деньгами. Но сейчас весь криминальный мир живет по таким законам. Натворил бед – заплати, или бабками, или своей головой... Деньги у него были. И в самом ближайшем будущем их станет больше. Если, конечно, прекратится война с чехами. Ему нужен был мир.

Алихан ждал, что Тимур предложит откупной. Ему тоже не нужна была война. Только, оказывается, трех миллионов мало.

– Пять «лимонов» – и мы квиты, – решил он.

– Не многовато? – нахмурился Тимур.

– В самый раз... Тем более есть вариант, как отбить эти бабки.

– Я не понял, ты собираешься учить меня, как отбивать бабки? Или это предложение о сотрудничестве?

– Это предложение. И очень выгодное...

– Откуда оно идет? От тебя?

– Бери выше... – воздел глаза к небу Алихан.

– От Аллаха? – усмехнулся Тимур.

– Можно сказать, что да. На все воля Аллаха...

– И генерала Дудаева тоже, да?

– Правду говоришь. Джохар – большой человек. И умный... Ты в этом уже убедился. И мы убедились, что с тобой можно иметь дело... Если, конечно, забыть об одном недоразумении. Но это же не мы с тобой, это паршивый Дэн виноват. Или нет?

– Или да...

Похоже, чечены затеяли новую аферу. А мелочиться они не будут. Значит, у Тимура есть возможность навариться на конкретные бабки...

С Тимуром можно иметь дело. Во-первых, он не занимается кидаловом. Во-вторых, за ним большие люди из правительства. Чечены это понимают, поэтому не прочь приобщить его к своему делу.

Чехи убедились в его благонадежности. И он, в свою очередь, убедился в том, что с ними можно делать большие дела. Сотни миллионов долларов тому подтверждение.

– Давай забудем про Дэна, – предложил Тимур. – Как будто его и не было...

– Значит, ты принимаешь наше предложение? – испытующе посмотрел на него Алихан.

– Погоди, не гони коней. Во-первых, я должен знать, на какие бабки я поднимусь.

– Конкретно поднимешься. «Лимонов» пятьдесят как минимум. А может, и больше. Все от тебя зависит...

– Оружие, наркота?

– А это плохо?

– Да нежелательно.

– Не будет оружия. И наркоты не будет... А вот алюминий будет. Много алюминия. Большие бабки заработаешь...

– Считай, что ты меня заинтересовал.

– А я знал, что ты не откажешься... Ты же серьезный человек. А нам с серьезными людьми всегда по пути. Если, конечно, мы с ними не воюем...

Алихан вопросительно посмотрел на Тимура. Напомнил о запрошенной сумме.

– Лады, – нехотя кивнул Тимур. – С меня пять «лимонов».

– А с меня гарантия, что никаких движений в твою сторону. Живи спокойно, – хитро усмехнулся Алихан.

Ловко он завернул. Создал видимость, будто это Тимур ищет мира, а он всего лишь делает ему одолжение...

– И ты не кашляй, – не остался в долгу Тимур. – Ребра-то еще, поди, болят? Больно кашлять, да?

Он нарочно напомнил о сломанных ребрах. Пусть не забывает Алихан, как здорово помяла его война с белокаменской братвой. И пусть знает, что Тимур всегда готов ответить ударом на удар... А то, что он ищет мира, так это на самом деле есть. Чего скрывать...

– Считай, что забыл я о своих ребрах, – сказал Алихан.

– Значит, мир?

– Мир, – кивнул чеченец.

Тимур должен был закрепить достигнутую договоренность. Чем крепче будет вино, тем крепче будет мир. Да и трубку мира хорошо курить после вкусного ужина.

Алихан не стал посвящать его во все тонкости намечающегося дела. Но объяснил суть. Тимур почувствовал запах больших денег.

Российские алюминиевые заводы задыхались от нехватки сырья. Для его закупки катастрофически не хватало наличности. Зато у чеченцев бабок валом. Они основали за границей якобы иностранную фирму, на правительственном уровне заключили ряд вполне официальных договоров с российскими алюминиевыми заводами. Это была так называемая толлинговая схема. Чечены поставляют в Россию импортный глинозем, оплачивают его переработку, а взамен получают семьдесят пять процентов вырабатываемого металла. Можно закупать отечественное сырье, но, как это ни странно, оно в два-три раза дороже импортного.

И это было еще не все. Сырьевые потоки должны были идти через Чечню. И металл за границу тоже должен был уходить через нее. А Ичкерия – это «черная дыра», через которую фактически бесконтрольно можно было протащить сколько угодно глинозема и готового алюминия. И при этом никаких пошлин, сборов и лицензий... Не нужно было быть Эйнштейном, чтобы подсчитать хотя бы приблизительный доход от таких махинаций. Это будет не сверхприбыль. Это будет супермегасверхприбыль.

В следующем году российское правительство собиралось начать процесс акционирования предприятий нефтяной и алюминиевой промышленности. «Чехи» хотели скупить их на корню. Для этого нужны бабки. Этого добра у них валом. Но чтобы выкупать контрольные пакеты акций, нужны чистые деньги. А у Тимура немалые возможности по отмыванию теневых капиталов. У чеченцев было много своих «стиральных машин». Но финансовые потоки ожидались настолько мощные, что требовались дополнительные возможности. К тому же белокаменская братва обладала собственными капиталами. А чеченцам сейчас нужно было как можно больше наличности... В общем, они готовы были принять Тимура в долю. Правда, условия диктовали они. Но, по-любому, Тимур не оставался внакладе...

И все же прежде, чем дать согласие, он обратился за советом к Валере. И получил от него добро.

Маховик гигантской машины закрутился со страшной силой. В этом механизме Тимур был всего лишь шестеренкой. Но он на главные роли и не рвался. Он теневой бизнесмен. Поэтому должен оставаться в тени...

Глава восемнадцатая

Коля Голодай впервые на Новом Арбате. Ему на этой улице очень нравится. Яркие витрины дорогих супермаркетов, шустрые огоньки бегущих реклам, неоновые вывески казино и ресторанов. Престижные «Мерседесы», «БМВ», крутые амбалы в клубных пиджаках, расфуфыренные телки в мехах. Красивая жизнь.

Только, увы, праздник на этой улице не для него. Сам он не местный. Из далекого Хабаровска. Но он очень хотел стать москвичом. Не то чтобы это мечта его жизни. Но ему хватило всего одного дня в Москве, чтобы потерять интерес к другим городам, в том числе и к родному.

Коле вообще в этой жизни катастрофически не везло. Мать – дура, отец – идиот. Тяжелое детство, бетонные игрушки. Беспросветная серость и нищета. Он – крепкий пацан с тяжелыми кулаками. Будет и на его улице праздник...

А пока что ему оставалось только одно. Слоняться по Арбату, с завистью смотреть на чужой праздник и с нетерпением ждать своего часа.

– Эй, красавчик! – послышался за спиной насмешливый женский голос.

Коля остановился, обернулся. И увидел прыщавую блондинку с выжженными пергидролем волосами. Стройная фигурка. Особенно ножки. Короткая юбка и полусапожки на высоких каблуках выставляли их в самом выгодном свете.

– Тебе чего? – грубо спросил Коля.

– Развеяться не желаешь?

– Чего?

– Ты что, из деревни приехал?

– Не, из Хабаровска.

Блондинка пренебрежительно хмыкнула. Как будто деревня и Хабаровск – это одно и то же. Но Коля намека не понял. Весь его интеллект заключался в одной прямой извилине, которая сейчас была спрятана под ондатровой шапкой.

– Холодно? – спросила блондинка.

– Не, – покачал головой Коля.

На улице холодрыга, но на нем теплая дубленка. Снял с одного чувака по дороге в Москву. И штаны с ботинками у него позаимствовал. Так что с прикидом у него полный ажур. И тепло и не стремно... Вон, не зря же эта телка обратила на него внимание.

– А мне холодно... Может, согреешь?

Наконец до Коли дошло, чего от него хотят. Блондинке потрахаться захотелось... Вообще-то он слышал от пацанов, что бывают такие моменты. Идешь, идешь, а тут натебе, баба с бешенством матки. Сама на тебя бросается. Этой тоже неймется. Потому и положила на Колю глаз.

– А есть где?

– Ну конечно. У меня комнатка тут недалеко, – озорно подмигнула ему блондинка.

Коля был доволен – аж рот до ушей. И в штанах колом. Сил нет, как охота... Только блондинка его обломала.

– Пошли, – кивнула она. – Только учти, с тебя стольник...

– Тьфу ты! – разочаровался Голодай.

Это не шлюха. Это проститутка... Но как хочется ей засадить! И теплая комната здесь недалеко.

– Что-то не так? – презрительно скривилась блондинка.

Она не стала от этого привлекательной. Но в штанах стало еще жарче.

– Да нет, все нормально. Пошли.

Стольник – это не такие уж и большие деньги. И у Коли в кармане целых три стольника. Это все, что у него есть. Но сейчас он готов отдать все свои бабки.

Новый Арбат сверкал огнями и блистал жемчугами. Но стоило отойти чуть в сторону, и начинался мрачный мир серых домов и темных подворотен. Но Колю таким пейзажем не смутить. Он и не такое видал...

Это был оставленный жильцами дом старой постройки. Но квартирка, в которую привела его блондинка, казалась вполне приличной на вид. Холодновато здесь, правда. Но в одной комнатушке имелся калорифер и тахта для трахания. Проститутку звали Леля. И она оказалась настоящим мастером разогрева.

Коля всегда думал, что мужик может трахать бабу, но чтобы баба – мужика... Впрочем, ему даже нравилось отдаваться Лельке. Жаль, что все слишком быстро закончилось.

– Все, хватит. Если хочешь дальше, давай еще стольник...

– Хочу!

– Тогда гони монету!

Коля не заставил себя долго ждать, поднял с полу штаны и вытащил из кармана двести рублей.

– На, держи! – с достоинством короля протянул он ей деньги.

Только вместо того, чтобы обрадоваться, Лелька возмутилась.

– Что это? – взвизгнула она.

– Два стольника.

– Ты что, идиот?.. На хрена мне твои деревяшки? У меня такса – сто долларов в час.

– А зачем мне твоя такса? Я тебя ж трахал, а не таксу... Что-то я не вижу никакой таксы...

Леля долго смотрела на него. Пыталась понять, прикалывается он или нет... Но Коля не прикалывался. Он в самом деле шарил глазами по комнате в поисках собаки.

– С тебя сто долларов, понимаешь? – закипая от возмущения, спросила она. – Сто долларов... Ты, деревня, ты хоть знаешь, что такое доллары?

– Сама ты деревня... – обиделся Голодай. – Что я, по-твоему, долларов не видел. Видел, конечно... Еще раз деревней назовешь, я тебе в морду дам, поняла?

Леля все поняла. И с опаской посмотрела на его кулаки. На лице появилась заискивающая улыбка.

– Коленька, дружок! Ты меня не бей, ладно? Я буду хорошей... И ни копейки с тебя не возьму. Честное слово... Коленька, ты такой красавчик. Я давно о таком мужчине мечтала... Коленька, а ты кушать хочешь?

– Да можно, – важно кивнул он.

Ему нравилось, что Леля перед ним заискивает. На то она и баба, чтобы лебезить перед настоящим мужиком... Кажется, он неплохо устроился в этой новой жизни. И кров над головой есть, и баба под боком. Он будет ее трахать, а она его кормить...

– Знаешь, у меня в холодильнике ничего нет. Да и холодильника, как видишь, тоже... Но ты обожди, я сейчас в магазин схожу. Тут рядом. Ты какую колбасу больше любишь, варенку или копченку?

– И то и другое. И хлеба побольше. Учти, я белый люблю!

– Конечно, белый. Какой же еще!

Леля быстро оделась и выбежала из комнаты. Коля тоже оделся. Не будет же он ужинать голышом. Может, эта шлюха пивка принесет? Хорошо бы пивка...

Она появилась минут через пятнадцать. Коля слышал, как хлопнула входная дверь.

– За пивом не сходишь? – выкрикнул он в коридор.

Он уже чувствовал себя в этой квартире вольготно и комфортно. Типа, султан. А Лелька, типа, его наложница... Все-таки не зря люди табунами в Москву слетаются. Только здесь можно нормально устроить свою жизнь.

Лелька открыла дверь в комнату. Колю перекорежило, когда он увидел за ее спиной двух мордоворотов. Он считал себя крепким парнем. Но эти... Это были какие-то шкафы с несгораемыми сейфами вместо лиц.

– Это кому тут пива? – глядя на Колю, скривился один.

– Будет тебе пиво, – добавил второй. – Удар по почкам, считай, кружка пива. Бочку осилишь?

– Осилит, – усмехнулась Лелька. – А не осилит, его проблемы...

Мордовороты нехотя подошли к Коле и вдруг резко подхватили его под руки. И тотчас в живот врубился кулак – крепкий и быстрый, как пушечное ядро.

Жуткая боль скрутила Колю в три погибели, швырнула на пол. Он еще не упал, а в области почек рванули сразу две гранаты. И еще, и еще... Коле повезло. От боли отключилось сознание. Он не помнил, как его били дальше.

Очнулся он в той же комнате, на полу. На кушетке сидели мордовороты, в руках у одного был его паспорт.

– Че, набухался? – глядя на него как на пыль под ногами, спросил один.

– Может, еще, чисто на посошок?

– Не надо, – прохрипел Голодай.

Тупая скручивающая боль разделяла его тело на две половины. Ноги и верхняя часть, казалось, существуют независимо друг от друга. А посредине горячая каша.

– Ты еще радуйся, что пивка попросил, а не яичницы. Яичница – это еще больней... Короче, Колян Хренович, ксива твоя у нас остается. Пока бабки не принесешь.

– Сколько? – потрясенно выдавил из себя Коля.

Нехорошее предчувствие вырисовывало перед глазами астрономическую сумму.

– Триста баксов за Лельку и за поруганную любовь. И пятьсот баксов за пиво... Для особо одаренных объясняю, баксы – это доллары. Итого с тебя, хмырь помойный, восемьсот баксов. Срок – неделя. Не принесешь бабки, Лелька заяву в ментовку накатает. За изнасилование на тюрьму пойдешь. А там тебя быстро птичкой сделают и чирикать заставят...

Коля не понял, про каких птичек говорит этот бугай. Но про статью за изнасилование слышал. Его друган с телкой одной гулял. А та потом на него заявление написала. Мол, или женись, или в тюрьму. Гоша жениться не захотел. И получил пять лет. Хрена он на суде смог доказать, что он не верблюд.

– Ты меня понял? – спросил амбал.

– Понял, – обреченно кивнул Голодай. – Только у меня нет денег.

– А это не наши проблемы... Короче, срок неделя. Все, пошел бабки искать!

Его снова схватили под руки и пинками выгнали из квартиры. Коля перебрался в другой подъезд предназначенного под снос дома. И угодил в теплую, но вонючую компанию бомжей. Его угостили фирменной водкой «Денатурат» и изысканной колбасой «Прелесть помойки». Правда, в отбитый желудок ничего не лезло. Но Коля все равно был тронут гостеприимством.

Ночь была сплошным кошмарным сном. Боль выкручивала тело наизнанку. В комнату через окна с шумящих деревьев падали какие-то черные комки, которые превращались в крепко сбитых парней в кожаных куртках. Все они требовали от него денег...

К утру боль отступила. И Коля отправился в пешее путешествие по Москве. Нужно было искать работу. Пусть не восемьсот долларов, пусть хотя бы часть долга отдать... Бомжи предлагали ему собирать с ними бутылки. Но Коле не улыбалось шастать с ними по помойкам. Да и не заработаешь на этом...

Он нашел в мусорной тумбе кем-то брошенную свежую газету. Отыскал раздел объявлений о приеме на работу. Экономисты и переводчики – это не для него. Грузчиком он тоже не мог работать – отбитые почки покоя не дадут. Охранники... Вот это в самый раз.

Он обратился в несколько фирм. Но с ним даже разговаривать никто не стал. Кому он нужен без паспорта и прописки. Правда, в одной конторе до него снизошли. И даже устроили проверочку. До этого у него болело в области живота и поясницы. После проверки у него заныла отбитая челюсть и в красную лепешку превратилось правое ухо. Экзаменатор с жесткими кулаками и быстрыми ногами поставил ему двойку и выставил за дверь.

Но Коля не унывал. Он знал, что ему повезет... И точно. В газете он обнаружил объявление о том, что некая фирма «Ворошиловский стрелок» открывает курсы киллеров. Гарантировалось трехразовое питание, койка в общежитии и трудоустройство по полученной специальности. Даже стипендия полагалась – сто долларов в месяц. Срок обучения три месяца...

Коля понял, что это как раз то, что ему нужно. Он знал, кто такие киллеры. И был совсем не прочь стать им. Подумаешь, человека убить. Если есть пистолет, это проще пареной репы. А если тебе еще и деньги за это платить будут, то хоть по три раза на дню можно стрелять... Коля сел на лавочку, мечтательно закрыл глаза. Вот житуха у него начнется. Утром замочит какого-нибудь неудачника, вечером при полном параде и при бабках на роскошном «мерсе» подъедет к какому-нибудь казино на Новом Арбате. И какой-нибудь Вася Жопин из какого-нибудь Пердянска будет с завистью смотреть на него, на невообразимо крутого мэна. Коля выиграет кучу бабок, небрежно сунет их в карман, снимет отпадную телку с большими буферами, поведет ее в машину. А тут два вчерашних сутенера. Они, конечно, потребуют восемьсот баксов. Коля надменно усмехнется, отведет их в темный угол. Пистолет у него с глушителем, выстрелов никто не услышит. И никто никогда больше не будет требовать с него восемьсот баксов...

Наверняка этот «Ворошиловский стрелок» – крутая контора. Инструктора – опытные киллеры. Коля расскажет им о своей проблеме. И уже завтра отправится рассчитываться с мордоворотами. Вместо денег он будет держать в кармане пистолет. Он прикончит поганых козлов и получит свою первую пятерку. Когда-нибудь он станет самым лучшим киллером, передовиком производства.

С мечтами о светлом будущем Коля провел остаток дня. А утром направился по названному адресу.

Курсы располагались в подвальном этаже старого дома на Красной Пресне. Колю это нисколько не смутило. Наверняка курсантам предстоит много тренироваться в стрельбе из пистолета. А тир, как правило, всегда размещается в подвале. Во всяком случае, у них в школе было так.

Киллеры – это смелые люди. Поэтому Коля без страха и упрека открыл входную дверь. И оказался в каком-то полутемном предбаннике. Там на дощатых скамейках сидели какие-то парни. Все косили под крутых. Базар-вокзал, пальцы веером. Только Коля понимал, понты это все, чистой воды бравада. По-настоящему крутой среди этого отребья только один человек, и это, конечно же, он.

Кандидатов в киллеры было много, и все с нетерпением ждали своей очереди. С интервалом примерно в один час в предбаннике появлялась симпатичная девушка в короткой джинсовой юбке и приглашала зайти в офис. Ее яркая улыбка вдохновляла и окрыляла. Когда Коля станет настоящим киллером, он обязательно подкатит к этой крохе на новеньком «БМВ» и повезет ее в дорогой ресторан. А потом они три дня не будут вылезать из постели... Какая жизнь начинается! Коле хотелось выть от восторга...

Коля оказался в четвертой пятерке. Красотка провела рекрутов в просторную комнату, очень напоминавшую школьный класс. За учительским столом сидел какой-то мужик с волевым лицом и жестким пронизывающим взглядом. У Коли аж мурашки по коже поползли, когда они встретились глазами. Вот это настоящий киллер! Интересно, сколько сбитых людей на счету этого аса?..

Рекрутов посадили за стол. Мужик толкнул короткую речь насчет того, что они сделали правильный выбор. Им раздали какие-то анкеты. Фамилия, имя, отчество, год рождения, место жительства. Дальше шли всякие каверзные вопросы. Убивали ли вы людей? Когда это было? Зачем вы это сделали? Если не убивали, могли бы убить? И так далее и тому подобное... Коля заполнил половину вопросника, когда его оторвали от дела и подозвали к учительскому столу.

Какое-то время мужик молча смотрел на него. Будто хотел просветить взглядом его нутро, узнать, что творится у него на душе. А на душе у него праздничное волнение. Он очень хочет стать киллером.

Мужик взял его не до конца заполненную анкету, внимательно всмотрелся в текст.

– Что ж ты, Николай, никого не убивал в этой жизни? – не без осуждения в голосе спросил он.

– Никого, – повинно пожал плечами Коля.

– А хочешь убивать?

– Ну, не то чтобы хочу. Но за деньги – запросто...

– Ты в этом уверен?

– Ага, уверен.

– А ты знаешь, что киллер – это очень опасная профессия. Тебя могут посадить в тюрьму, приговорить к высшей мере наказания. Ты готов умереть?

– Не знаю... Нет, умирать я не хочу. Но если придется... Чему бывать, того не миновать...

– Ты веришь в судьбу?

– Ну да... Вот я знаю, что мне на роду написано быть киллером. И я им буду...

– Даже так?.. Ты тут пишешь, что ты из Хабаровска. Паспорт твой где?

Коля не стал ничего скрывать. И рассказал про случай с Лелькой.

– Да, не повезло тебе, парень... Ладно, не расстраивайся. Мы тебе новый паспорт сделаем. А насчет заявы в милицию – так это ерунда. Если будет заявление, то оно тут же исчезнет. У нас в милиции все схвачено, понял?

– Понял, – приободрился Голодай.

Сразу видно, что организация очень серьезная. Значит, за предстоящую работу будут платить серьезные деньги.

– Где живешь? – продолжал пытать его мужик.

– Да где придется... Вы тут койку в общежитии обещаете, это правда?

– Будет тебе койка. И трехразовое питание будет. Если ты, конечно, согласен стать киллером.

– Согласен! – восторженно закивал головой Коля.

Мужик внимательно смотрел на него, что-то мысленно прикидывал, взвешивал.

– В армии есть курс молодого бойца. И у нас практикуется что-то в этом роде... Ты готов к испытаниям? – спросил он.

– Да! – с твердой уверенностью выпалил новобранец.

Он даже знал, что ему предстоит сделать. Он прямо сейчас готов был отправиться на Новый Арбат и пристрелить презренных сутиков. Но вместо этого ему было предложено заполнить до конца анкету и пройти в актовый зал, где пребывали в радостном возбуждении новоявленные курсанты. Они ждали, когда появится руководитель курсов и зачитает им приказ о зачислении.

Ждать пришлось долго. До самого вечера. Но Коля не унывал. Ведь он понимал, что путь к светлому будущему лежит через тяготы и лишения. А ожидание не самое трудное испытание.

Все новобранцы прошли через сито отбора, все собрались в актовом зале. Наконец появился руководитель курсов. У Коли отвисла челюсть, когда он увидел, как в сопровождении омоновцев в зал входит человек в форме с погонами полковника милиции. Отбитые почки опустились еще ниже. И волосы на голове зашевелились. Нехорошее предчувствие ежовыми рукавицами сжало душу.

Он не ошибся в своих прогнозах. Это были самые настоящие менты. И прибыли они сюда вовсе не для того, чтобы поздравить его с успешным зачислением на курсы киллеров. Да и курсы эти оказались самой настоящей ловушкой для тупоголовых искателей приключений.

Никто не собирался готовить из них киллеров. Зато их подвергли обещанным испытаниям. Омоновцы набросились на толпу идиотов, ногами и дубинками загнали их в тесный автозак для перевозки заключенных. И повезли в изолятор временного содержания на Петровку, 38. Там их запихнули в холодную тюремную камеру. Это было обещанное «общежитие», а нары – обещанная койка. И питание трехразовое.

Первое время «курсанты» привыкали друг к другу. На следующий – начались разборки. Крики, ругань, драки. Коля сам пару раз попал под раздачу. Первый раз ему повезло – он смог зарядить противнику в дыню и победил. Зато в следующий раз его самого пустили в замес. Били долго. Ногами. И не только в живот.

Два дня он отлеживался. И ждал, когда обидчики снова скопом набросятся на него. Но их одного за другим стали выдергивать на допрос. В камеру обратно никто не возвращался.

Дошла очередь и до Коли. Его под конвоем доставили в комнату для допросов. За столом сидел мент с погонами подполковника.

– Ну что, Николай Батькович, понравилось киллером быть? – насмешливо спросил он.

– Не очень, – сердито буркнул Голодай.

– Может, еще на недельку в камеру оформить, пока совсем дурь из башки не выйдет?..

– Не надо.

– Не надо! – передразнил его мент. – А в киллеры – надо, да?..

– Да не хотел я киллером быть. Просто интересно стало...

– Ну и что, хорошо киллером быть?

– Нет.

– Это ты сейчас говоришь «нет». А будет случай, человека убьешь... Где твой паспорт?

– Забрали.

Коля думал, что подполковник будет расспрашивать, кто и как забрал у него паспорт. Но ментам все до фонаря.

– В общем, так, Коля Голодай, в Москве тебе делать больше нечего. Собирай свои манатки и уматывай в свой Хабаровск. И учти, ты состоишь у нас на особом учете. Если где-то кого-то убьют, ты окажешься первым в списке подозреваемых. Так что мой тебе совет: уматывайся из Москвы поздорову... Все, свободен!

Из изолятора Колю выпустили не сразу. Сначала менты откатали его отпечатки пальцев, сделали фото в профиль и анфас. И только потом, забитый и напуганный, он оказался на свободе. Но свобода ли это, когда вокруг враждебный мир? Ни жилья, ни денег на обратный билет. Менты взяли на спецучет, проститутка Леля в любой момент может обвинить его в изнасиловании. В общем, полная засада...

Он шел по улице, не замечая дороги. И думал, как раздобыть денег. Так бы и шел он, не зная куда, если бы рядом вдруг не остановилась машина. Из «девятки» вышел крепко сбитый мужик в кожаной куртке. Он перегородил Коле дорогу.

Этого хмыря он видел впервые. Но это мог быть сутенер из Лелькиного прикрытия. Как раз неделя прошла. Пора возвращать долг. Только как этот гад смог вычислить Колю в огромном городе?

– Здорово, братишка, – осклабился он.

– Здоровее видали, – мрачно исподлобья глянул на него Коля.

– Садись в машину, разговор есть.

– Нет у меня бабок, понял?

– Какие бабки, о чем ты?.. Ты что, бабок кому-то должен?

– А ты как будто про Лельку не знаешь?

– Какая Лелька? Не знаю я никакую Лельку. Слышь, парень, ты расслабься. Все нормально. Никто тебя пальцем не тронет... Тебе бабки нужны? Будут бабки. Давай в машину!

Коля был заинтригован. И утонул в уютном теплом чреве новенькой «девятки». Мужик сел за руль, вытащил из кармана куртки паспорт, протянул Коле.

– Твой? – насмешливо спросил он.

– Мой! – ошалел от удивления Голодай. Это в самом деле был его паспорт. – Откуда он у вас?

И тут до него дошло. Все-таки этот мужик от Лельки. И сейчас будет требовать деньги.

– Я же говорю тебе, парень, расслабься, – мужик, казалось, прочел его мысли. – Все нормально... Ты на курсах киллеров был?

Спросил – как серпом по яйцам.

– Да какие это курсы? – скривился он.

– Нормальные курсы... Это у ментов называется профилактика заказных убийств. Таких придурков, как ты, в кучу собирают, а потом прессуют...

– Я не придурок.

– Конечно, не придурок. Иначе бы я не стал к тебе подъезжать... Короче, ты про паспорт на курсах рассказывал?

– Было дело.

– А мы тех сутенеров нашли. Паспорт у них забрали...

– Зачем?

– А на хрена ты нам без паспорта. Шучу. Мы тебе новый паспорт сделаем... Короче, у ментов своя игра, у нас своя. Тот мужик, который тебя тестировал, наш человек. И ты ему приглянулся. Так что быть тебе киллером...

– Вы снова меня разыгрываете?

– И не думаю... Нам в самом деле нужны отчаянные парни вроде тебя. Конечно, фирма «Ворошиловский стрелок» – это засада. Но есть другая фирма, которую я представляю. И мы в самом деле готовим киллеров. На этот раз без всякого дурилова. Не веришь?

– Не верю, – честно признался Коля.

Он уже не такой простак, каким был. В сказки он больше не верит.

– Сейчас поверишь... Покажи мне пальцем на любого человека, которого ты видишь, – попросил мужик.

За окном машины по тротуару шли люди. И он смотрел в их сторону.

– Зачем?

– А я его пристрелю. Вот...

Мужик вытащил из-под сиденья настоящий пистолет, да еще и с глушителем.

– Тогда ты поверишь, что я настоящий киллер.

Судя по всему, он не шутил. И в самом деле мог запросто пристрелить человека. А Коля не прочь был посмотреть, как он это сделает. Но ему не хотелось выбираться из теплого салона на холод.

– Я вам и так верю, – сказал он.

– А напарником моим хочешь быть?

– Не знаю...

Мужик продемонстрировал фокус. Он всего лишь плавно взмахнул рукой, а в руке появилась пачка денег. Он протянул ее Коле.

– Здесь сто тысяч. Рублей, конечно. В баксах нам платят после исполнения заказа. Ты меня понимаешь?

– Понимаю, – Голодай с опаской взял деньги, спрятал в карман.

– Это подъемные... Жить будешь со мной на квартире. Буду учить тебя уму-разуму...

Мужик не обманул. Он в самом деле отвез Колю к себе домой. Пропустил через душ, выдал чистое белье, накормил. Пару дней позволил поваляться в постели. А потом началось. Утренние пробежки, спортзал, тир. Тренировки, тренировки. В конце концов Голодай перестал сомневаться, что из него готовят настоящего киллера...

Глава девятнадцатая

Дела у Тимура шли хорошо. Он плавно втянулся в очередную махинацию, намечалась первая по-настоящему серьезная сделка. Общаковый бизнес рос и вширь и в высоту. Отъявленных врагов не было, конкуренты не беспокоили, менты не доставали. В семье все нормально. В общем, чистое небо над головой и никаких грозовых туч на горизонте. И совсем непонятно, откуда взялось это предчувствие скорой беды.

Мягкая телефонная трель – как пилой по нервам. Трубка дрогнула в руке, когда он услышал голос Вики.

– Тимур... – только и смогла сказать она. Все остальные слова заглушил плач.

– Я сейчас! – крикнул он в трубку.

И пулей выскочил из кабинета. Машина стояла под парами. Верный Помпон рядом. В больницу!

Альберт Медяков был безнадежен. А Валера стремительно выздоравливал. Но в один прекрасный момент все изменилось. Банкир вышел из комы, начал поправляться. А Валера, наоборот, стал чахнуть на глазах. Врачи сначала недоумевали, затем их охватила настоящая паника. Правда, мрачных прогнозов они не строили. И обещали вытащить Валеру... Но этот звонок, этот плач Вики. Что-то случилось, что-то очень нехорошее случилось...

Вику он нашел в коридоре напротив палаты. Она стояла у окна и плакала навзрыд.

Она увидела Тимура. Хотела ему что-то сказать, но не смогла. Прильнула к нему, уронила голову на грудь и зарыдала еще сильней.

Из палаты вышел врач. Угрюмо посмотрел на Тимура и виновато опустил глаза. Все стало ясно без слов.

Тимур передал Вику на руки Помпону, а сам вошел в палату. Валера лежит на койке, с головой под простыней. Тимуру пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы удержать слезы.

На ватных негнущихся ногах он подошел к койке, одернул простыню. Валера был мертв. Восковое лицо, безжизненно закрытые глаза...

Перед Тимуром пронеслись воспоминания. Валера в коротких штанишках, Валера в кожаных перчатках с обрезанными пальцами, Валера в кожаной куртке, Валера в строгом костюме. Он всегда улыбался. Всегда был такой живой – живее не бывает. И тут на тебе. Нет больше Валеры. Был – и нету. И больше никогда не будет...

Тимур накрыл покойного друга простыней, повернулся к врачу. Тот стоял у дверей и молча ждал вопроса.

– Почему? – спросил Тимур.

– Не знаю, – развел руками доктор. – Рана зажила, внутренних повреждений нет, организм здоровый... Трудно сказать, почему организм не захотел бороться со смертью. Думаю, вскрытие покажет...

– Не надо никакого вскрытия!

– Почему? – удивился врач.

– Не знаю, – пожал плечами Тимур.

Валера просил не отдавать его тело на потрошение. Он тогда стремительно шел на поправку. Все было хорошо. А он уже тогда предчувствовал свою смерть...

– Не знаю, – повторил Тимур. – Валера не хотел. Не хотел, и все... В общем, доктор, никаких вскрытий. Вы меня понимаете?

– Но есть положение...

– Вы правы, есть положение. То, в котором сейчас находится Валера. Он мертв, и его не вернешь, правда?

– Не вернешь...

– Тогда зачем все эти движения?.. Доктор, я вас понимаю. Но и вы поймите меня. Я дал Валере обещание. И я его сдержу.

– Но мы обязаны провести вскрытие!

– А я обязан этого не допустить... В общем, я думаю, мы уладим это вопрос.

Деньги решают все. И Тимур в очередной раз убедился в этом. Скальпель патологоанатома обошел Валеру стороной. К сожалению, это было все, что мог сделать Тимур для своего друга...

* * *

Майор Мразин даже не думал отпираться, когда ему предложили провести оперативную съемку похорон бандитского авторитета Валеры Сазонова. Напротив, он даже обрадовался. Потому как видел в этом предложении некий судьбоносный знак для себя.

Хоронили Сазонова всем криминальным миром. Все пространство перед белокаменским кладбищем было забито дорогими иномарками. На похоронах присутствовали авторитеты первой величины. Знатные воры в законе, у которых с покойником было немало совместных дел. Само собой, не обошлось без авторитетов новой волны. Здесь были лидеры солнцевской, измайловской, люберецкой братвы. Таганские, ореховские, коптевские бригадиры. Тимур Беспашный хорошо поднялся на фальшивых авизо. Силовая мощь его бригад и громадные деньги в общаке делали его важной фигурой в криминальном мире. Он стоял на одном уровне с признанными законными ворами, дружил с бандитскими авторитетами под стать себе. Валера Сазонов был его лучшим другом. И тоже имел немалый вес среди себе подобных. Поэтому в последний путь его провожало столько народу...

Костя тоже не слабо поднялся на чеченских авизо. Шутка ли, на пятьсот миллионов нагрелся. Сделать это было нелегко. Нужно было получить доступ к секретной оперативной информации, сколотить бригаду единомышленников, окучить банкиров, которые работали на чеченов. Выбор пал на Медякова. И машина завертелась... Костя – опытный опер. И знал, как закрутить дело, чтобы стрелки показали на Тимура Беспашного. Он стравил две мафии, а сам остался в стороне. И машина с деньгами сейчас стоит в укромном месте в ожидании своего часа.

Недавно он придумал интересную фишку. Дал объявление в газету о наборе на курсы киллеров. Начальству преподнес эту акцию как профилактические меры по борьбе с заказными убийствами. Сам генерал поддержал его инициативу и даже выразил благодарность. Знал бы он, что Косте до фонаря эта профилактика. Он преследовал чисто свои цели. После гибели Денисова у него на подхвате оставалось всего два человека. В лицо они его не знали, потому как все замыкались на Дэна. Но это неважно. Костя сумел объяснить им, кто он есть и чего он от них ждет. На их базе он сколотил целую бригаду киллеров.

Как таковые, киллеры ему не нужны. Ему были нужны крепкие парни, тупые и безынициативные исполнители его воли. А только полные идиоты могут клюнуть на объявление о киллерских курсах. На то и был весь расчет... Сейчас у него с этим все в порядке. Под его началом ровно десять бойцов. Ребята уже провернули первую акцию. Сбыли на Украине первую партию похищенных денег – обменяли их на доллары. Теперь в активе у Кости первые полмиллиона долларов. Это черный нал, но на эти деньги можно жить. Номерные знаки на купюрах не проходят по черным спискам МВД и мафии. Чего не скажешь о деньгах, которые еще не прошли конвертацию. Купи на них машину, сразу окажешься на крючке у мафии. Чечены до сих пор ищут свои деньги.

Но ничего, рано или поздно Костя обратит все деньги в доллары, затем отмоет этот черный нал. Он уволится из органов и станет частным предпринимателем, преуспевающим бизнесменом – банкиром, например, или сырьевым магнатом. Под рукой у него будет своя боевая бригада. В сущности, он станет криминальным авторитетом. Богатым, но... Костя уныло смотрел на известных воров и авторитетных бандитов, которые шли за гробом. Он такой же крутой, как и они. Так же лихо умеет обставлять свои дела. И денег у него много... Но ему никогда не стать вровень с ними. Эти люди никогда не будут уважать его. Как они уважают Тимура Беспашного. Как они уважают Валеру Сазонова...

Мразин с ненавистью думал о Тимуре. И очень жалел, что Денисов не смог исполнить его тогда в спортклубе. Костя вложил в эту операцию все свои знания, продемонстрировал чудеса хитрости, изворотливости. Сумел вывести Денисова на цель. Но тот промахнулся. И сам чуть не схлопотал пулю... Все равно белокаменские объявили чеченцам войну, все равно закрутилась кровавая каша. Но все-таки очень жаль, что Тимур остался жив. Одно успокаивает – Валера Сазонов ложится в могилу. Туда ему и дорога...

* * *

Тимур не стал толкать прощальную речь. От волнения он просто не находил слов. Хоронили его лучшего друга. Хоронили частичку его собственной жизни...

Гена, простившись с лучшим своим другом, быстро сунул в гроб сотовый телефон. На него тут же устремились десятки вопросительных взглядов. Но Гена только махнул рукой. Мол, так надо...

Тимур его понимал. Потому что знал, какое место в жизни покойного занимал телефон. Валера был деловым и страшно занятым человеком. Без телефона он как без рук. Где бы он ни появился, первым делом он хватался за телефонную трубку.

С тех пор как у него появился мобильник, Валера не расставался с ним ни днем, ни ночью. Может быть, он хотел забрать его на тот свет. Может быть. А может, и нет. Но что сделано, то сделано. Телефон уже под крышкой гроба. И вместе с Валерой опускается в яму. Мобильник в могильник...

Под поминальную тризну Тимур арендовал сразу два ресторана. В одном собрались родные, близкие, друзья и знакомые покойного. А в другом собрались только друзья и коллеги по его неафишируемой профессии. Здесь было много криминальных авторитетов всех мастей и рангов, просто пацаны из белокаменской общины. Всего набралось не меньше двух сотен человек. Но тишина в зале стояла гробовая. И только после первой поминальной стопки начались едва слышные разговоры.

Валеру любили. Его поминали добрым словом.

– Не знаю, как мы без него будем, – смахнул слезу Гена. – Мы ж без него как калеки...

– Не позвонит нам больше Валера, – печально вздохнул Олег. – И мы ему не позвоним...

Уже было выпито три раза по сто. Но никто не расходился. Официанты не уставали подливать.

– Да почему, позвонить-то можно, – горько усмехнулся Тимур. – Телефон у него есть. Только кто нам ответит?..

– Не ответит Валера. Не ответит, – тоскливо подтвердил Гена.

Он выложил на стол свою трубу. Немного подумал и набрал номер Валеры. Братва смотрела на него как на идиота. Но ему по барабану.

В трубке послышались длинные гудки. И вдруг послышался голос. Толпа невольно вздрогнула от неожиданности. Но это был не Валерин голос...

– Абонент временно недоступен, пожалуйста, перезвоните позже...

– Если бы временно недоступен. А то ж навсегда... – отключая телефон, всхлипнул Гена.

– Я тут статью одну в газете читал, – начал было Барысь.

– Да какая, на хрен, статья? – перебил его Качан. – Нашел время про статью говорить...

В другое время Барысь мог бы воспринять этот выпад как оскорбление. Но сейчас он сделал вид, будто вообще не услышал Качана.

– Так вот, статья была. Про покойников... – продолжал он. – Это, ученые исследование проводили, да. Кладбище одно разрыли. Так это, каждый двадцатый покойник умер уже в могиле. Это они летаргическим сном засыпали, а потом просыпались. А вокруг темнота, воздуха нет.

– Да сейчас и не такое напишут, – пьяно махнул рукой Качан. – Я тут тоже читал. Деловар один учил, как людей воскрешать. Идешь в лес ночью, чтобы в полнолуние. Это, собираешь мухоморы. Ага, чтобы полная корзина. Делаешь, типа, настойку, сливаешь все в банку, закапываешь под осиной... Короче, там такая лабуда, хоть стой, хоть падай... А еще один вариант...

Качан, похоже, разошелся. Пора самого обрывать. Но вместо Тимура это сделал телефонный звонок. Гена нехотя взял трубу. Подумал, отвечать на звонок или нет. Решил, что лучше всего выйти из-за стола, поговорить где-нибудь в вестибюле.

Так он и поступил. Вышел из зала. Но секунд через пять вернулся. Не вошел, а влетел. Нужно было видеть его лицо. Глаза горят, ноздри раздуваются, рот распахнут как ловушка хоккейного вратаря. Он пытался что-то сказать, но выходило какое-то нечленораздельное мычание. И все же Тимур смог разобрать два слова. «Валера» и «жив»... Валера жив?!

Тимур соскочил с места, подошел к Гене, взял его за плечи, с силой тряхнул.

– Что ты про Валеру говоришь?

– Жив Валера! Это он звонил!..

Братва смотрела на него как на полоумного. Да и Тимур решил, что у него задымилась крыша.

– Да он это звонил. Он!.. Надо «Скорую» поднимать. И самим на кладбище...

А может, ничего не померещилось Гене. Может, в самом деле Валера звонил. У него телефон с определителем номера и с автодозвоном. Гена только что звонил на этот телефон. Валере-то и нужно было всего нажать два раза на одну кнопку... Тимур вдруг понял, что думает о Валере как о живом. Только одно непонятно. Какого хрена он еще здесь? На кладбище надо ехать!!!

Он сгреб Гену в охапку и толкнул к выходу. Толпа ринулась за ним. Одна за другой заводились машины и срывались с места. Зима, мороз, темень. Но это никого не колышет. Если Валера в самом деле жив, то ради него хоть в прорубь головой.

В каптерке у директора кладбища четыре копача глушили водку. Работяги из них никакие, зато у них лопаты. Братва разметала их вмиг.

Земля на могиле еще не успела промерзнуть. Копалось легко. Но нужно, чтобы дело двигалось еще и быстро. Если Валера в самом деле жив, то сейчас задыхается от нехватки воздуха. Гена постоянно звонит на его телефон. Но в ответ тишина... И все равно, Валера жив.

Тимур не верил в чудеса. Но сегодня он так хотел в них поверить... Братва раскопала могилу, сбила крышку гроба.

– Живой! – донеслось со дна ямы.

Валера был без сознания. Но живой. Ему сейчас нужен был кислород. Но ноздри носа не хотели открываться навстречу свежему воздуху.

Но если чудо случилось, то оно обязательно должно было иметь продолжение. Валеру собирались грузить в машину, когда у ворот кладбища остановился реанимобиль «Скорой помощи». Из машины выскочил врач. А за ним молодая, очень симпатичная сестренка.

Валера открыл глаза, когда его втащили в машину и накрыли лицо кислородной маской. Сначала он посмотрел на сестренку. Улыбнулся ей, даже помахал ей рукой. Затем глянул на Тимура. Взгляд его потускнел, и он отрубился. Врач выгнал всех из машины, закрыл дверь. Взвыла сирена, и «Скорая» во весь опор рванула в сторону больницы.

Тимур сел в свой «Мерседес», обогнал реанимобиль и тоже врубил сирену. Он лично должен открыть Валере дорогу в новую жизнь.

В больнице Валеру откачали, привели в чувство, после курса интенсивной терапии перевели в обычную палату. Состояние здоровья стремительно улучшалось. На этот раз без срывов и спадов. Через две недели он встал на ноги, а еще через неделю его выписали и отправили в Испанию на курорт. Тимур, Гена и Олег взяли своих жен и отправились в заграничный тур вслед за ним. В конце концов, они имели полное право на какое-то время забыть о делах и всей компанией насладиться красотой средиземноморского рая...

Часть II

1998 год

Глава первая

Валера как Валера, зимой и летом одним цветом. У него жена рожает. А у него свои роды. Новый экономический проект.

Они с Тимуром ехали в частную клинику, где сейчас находилась Вика. Валера молча смотрел в окно. Тимуру казалось, что он о жене думает, о ребенке. А оказывается, в голове у него совсем другое.

– Я тут долго думал, взвешивал все «за» и «против», – не отрываясь от окна, неторопливо проговорил он. – В общем, есть один проект. Он должен тебе понравиться...

– Твой проект сейчас в больнице, – усмехнулся Тимур.

– Да с этим все в порядке будет. Девочка родится...

УЗИ уже подтвердило, что так оно и будет. А Валера хотел мальчика. Одна девчонка у него уже есть. Теперь вторая будет. А ему пацана нужно, наследника.

Он по-прежнему контролировал бизнес белокаменской братвы. Но у него было и чисто свое дело. Очень мощная строительная компания с филиалами в крупных городах России. Он строил жилые комплексы, элитные коттеджные поселки, офисные здания. И делал на этом миллионы долларов. Это помимо той доли, которую он имел от общинного бизнеса. А это мощнейшая империя. Газ, нефть, нефтепродукты, алюминий, то бишь сырье, торговая и развлекательная индустрия. На этих трех китах крутилось общее дело. Крутилось на полных оборотах и приносило солидные дивиденды.

– Знаешь, я девчонкам своим хочу лемура подарить, – сказал Валера. – Настя сама как обезьянка. Пусть теперь с лемуром наперегонки прыгает...

– Так в чем же дело?

– Дорого. Две штуки баксов.

– Не понял, с каких это пор ты на бабки стал жаться? – удивился Тимур.

– Не, я не жмусь. Просто думаю... Знаешь, сколько мадагаскарские браконьеры за лемура берут? Пять баксов. Прикинь, всего пять баксов! А в Москве две штуки дерут. Учтем накладные расходы, транспортные расходы, взятки, лоббирование, наконец... Все это, конечно, дорого. Но куда безопасней, чем наркоту гонять. А рентабельность выше. Гораздо выше!.. Лемуры, попугаи, питоны, львы. Знаешь, какой сейчас на это спрос? И он растет. Пока не упадет... Надо ловить момент, Тимур. Надо ловить момент...

Валера никогда ничего не говорил просто так. Если он решил заняться экзотической живностью, он обязательно этим займется. И Тимур его не остановит... Да он и не собирается это делать. Потому как на обезьянах и попугаях можно сделать действительно неплохие деньги.

В свое время у Тимура была возможность всерьез заняться наркотой. Но благоразумие победило, и этот проект был отметен. Он плотно сотрудничал, да и сейчас сотрудничает с чеченами. В девяносто пятом они просили его о помощи. Хотели, чтобы он наладил канал сбыта оружия в Чечню. Автоматы, пулеметы, гранатометы, бронетехнику. На этом можно было срубить жирную монету. Но Тимур отказался. Во-первых, он не хотел, чтобы чеченские боевики валили из его стволов русских пацанов. А во-вторых, этот шаг не одобрили бы товарищи из бывшего КГБ. А ссориться с ними не хотелось. Чревато это. События девяносто четвертого года – яркое тому подтверждение. Сколько полегло тогда авторитетных людей, неугодных властям. Говорят, их «белая стрела» валила. А Тимур уцелел. Потому как правильно понимал политику новых властей. И знал, кому нужно подыгрывать, а кому просто отстегивать. Может быть, поэтому он до сих пор и жив.

Оружие и наркотики – это самый прибыльный бизнес. И оборот быстрый, и спрос огромный. Но Тимур этим дерьмом не занимается. А вот экзотические птички – это пожалуйста. Надо будет набрать под это дело сведущих людей, выделить деньги, обеспечить силовое прикрытие. И пусть бригада внедряется на черный рынок, пусть приносит прибыль в общак. Лишняя копейка никогда не повредит...

– О! А это что за обезьяна? – всполошился Валера и велел водителю остановить машину.

Новенький «Линкольн» остановился посреди дороги. Сзади застыли джипы сопровождения. Подтянулась головная машина с охраной. Тимур вышел из лимузина вслед за Валерой. Осмотрелся по сторонам. Ничего такого.

– Ты что, мухоморов объелся? – усмехнулся он. – Ты где обезьяну увидел? Мерещится уже, да?

– Да вот она, обезьяна. Смотри!

Валера показал на рекламный баннер у обочины дороги. Тимур не сразу понял, что за человек изображен на плакате. А когда понял, удивлению его не было предела.

На рекламном щите был изображен Костя Мразин. Собственной персоной. «Константин Мазин, – гласили верхние надписи. – Кандидат в депутаты Государственной думы». И еще одна надпись. Типа, нате вам от Кости. «Трудно стать лидером. Но я им стал! Теперь дело за вашей поддержкой! Мы вместе придем к светлому будущему!»

Выглядел он сильно. Вальяжный, холеный, и при этом добрая, располагающая улыбка. Само обаяние. Было видно, что над его имиджем серьезно поработали.

– Дребедень какая-то на постном масле... Когда это он успел стать лидером? – удивленно протянул Валера.

– А фиг его знает?

– Слушай, откуда это дерьмо всплыло?

– Разберемся...

Взгляд Тимура хищно блеснул.

Мразина он не уважал. Но зла ему не желал. Ему было абсолютно все равно, как он живет, какие бабки зарабатывает. Но сейчас их интересы пересеклись. Дело в том, что на данный момент в Госдуму имелась всего лишь одна вакансия. И ее должен был занять подконтрольный Тимуру человек. Сам он в эту структуру не лез. Там и без него клоунов хватает. А вот своих людей проталкивал. Как серьезный человек, он должен был иметь сильное лобби.

Большой бизнес и большая политика – близнецы-братья. Был бы жив Маяковский, он бы стопудово маякнул в таком ракурсе. Нефть и цветные металлы – это стратегически важное сырье. И чтобы оно беспрепятственно уходило на Запад, да с высокой прибылью, нужно постоянно смазывать рельсы думскими законами, правительственными указами, постановлениями. С этим у Тимура было все в порядке. Потому как его прикрывали не только депутаты, но и тесть. Он по-прежнему достаточно высоко котировался в правительственных кругах. Эдуард Андреевич поддерживал Тимура, а он, в свою очередь, поддерживал его. Взаимовыгодное сотрудничество, так сказать...

А кто поддерживал Мразина? Ведь просто так с бугра кандидаты в депутаты не появляются. Надо все выяснить, пробить обстановку. И, конечно же, подставить подножку этому хмырю. Пусть не лезет, куда ему не надо. И без него в калашном ряду Госдумы нет-нет да вырисовываются свинячьи рыла.

– Никогда не забуду, как меня тогда в ментовке месили... – нырнул в прошлое Валера. – Но тебе от этой гниды больше всех досталось... Он, кажися, на хату к петухам забросить хотел... Ладно, будут ему петухи...

– Что-то задумал?

– Да есть идея... Так, сейчас мне звонить будут!

Едва он сел в машину, как запиликал его мобильник. У него было какое-то невероятное чутье на телефонные звонки.

Он ничего не говорил, только слушал-слушал. Затем отключил трубку, сунул ее в карман и напряженно посмотрел на Тимура.

– Слушай, я же десять штук отстегнул за эту частную клинику...

– Что-то с Викой?

– Ага. Родила... Десять штук отстегнул. А они пол ребенка определить не смогли... Братан! У меня пацан родился! Пацан!

Тимур понимал его радость. Помнится, он уклюкался в зюзю, когда у него у самого родился пацан. Сейчас Максиму три года. Настоящий богатырь. Сестренку ему сейчас надо, чтобы было о ком заботиться, кого защищать.

Валера смотрелся круто. Роскошный лимузин, охрана, стильное кожаное пальто, сам красавец-мужчина и царек по совместительству – важный, лощеный, на сраной козе не подъедешь.

– Ну и где ж вас носит? – был первый вопрос Полины.

Инга, разумеется, ее поддержала. И взглядом, и словом. Наехала на Валеру, дескать, Вика родила, а он где-то слоняется. Ольга ругать никого не собиралась. Она всего лишь сообщила, какой рост и вес у новорожденного.

Гена подал знак, и его телохранитель вынес на круг поднос. Коньяк «Хеннесси», маленькие серебряные стопки. Красиво, эффектно. Только Инга что-то не очень довольна его поведением. Да и сам Тимур слегка нахмурил брови.

Повод, чтобы выпить, есть, тут даже без вопросов. Но дело в том, что Гена выпивает частенько. Тимур не раз заставал его в дымину пьяным. Нехорошо это, очень нехорошо. Гена не абы кто – он центровой бригадир. Он представляет боевую силу общины. А в Белокаменске он вообще царь и бог. Если он вдруг слетит с катушек, быть беде...

* * *

Краб вошел в кабинет твердым уверенным шагом. Военная выправка, строгий взгляд. И при этом в нем было что-то от краба. Иногда казалось, что он не просто идет, а ползет. Быстро, но осторожно. Глаза как сканеры – резво и внимательно прощупывают пространство вокруг. С его бы талантом разведчика да в Генеральный штаб Вооруженных сил. Генерала можно сразу дать и орденом наградить.

У Тимура не Генеральный штаб. Но организация не менее серьезная. И разведка ему нужна как воздух. Краб со своей бригадой устраивает его на все сто. Генеральских погон у него нет, орденов тоже. Зато у него есть все для красивой жизни. Роскошная жена, роскошная квартира, роскошная машина. И свой собственный ресторан – это вместо ордена.

Краб положил на стол папку с золотым тиснением.

– Что это? – спросил Тимур.

– Досье на Мазина.

Тимур раскрыл папку. Попытался глазами зацепиться за текст. Не получилось. Видно, отталкивающее впечатление производил не только сам Мразин, но и сведения о его жизни.

– Давай своими словами, – откладывая папку в сторону, велел Тимур.

– Мазин Константин Павлович, – начал Краб. – Бывший майор милиции...

– Когда его со службы погнали?

– Не погнали. Сам написал рапорт. Весной девяносто третьего... Затем пропал куда-то на целый год. Куда – выяснить не смог. В девяносто четвертом объявился на Камчатке. При деньгах. Взял в аренду два сейнера, нанял людей и пустился во все тяжкие... У меня на него личная обида. Он крабов обижал. Это, камчатским крабом промышлял, япошек кормил. Само собой, бизнес левый. Браконьерство, в общем... Надо сказать, на этом деле он очень преуспел. В девяносто шестом у него уже была целая флотилия. А на Дальнем Востоке рыбы валом. И с рынком сбыта без проблем. До Японии рукой подать, а там на рыбу и крабов спрос огромный. Короче говоря, озолотился Мазин. И все золотишко в Москву перетащил, ну это образно говоря. На Дальнем Востоке сейчас опасно. Мазин сам – рыбная мафия. А ты же знаешь, на одну мафию сразу две найдутся...

– Что, схлестнулся с кем-то?

– Да было дело. Разборки начались, кровь. Что да как, точно сказать не могу. Но грызня была сильная. В Мазина два раза стреляли. Оба раза ему повезло. А третьего раза он решил не допустить. Продал свой бизнес и в родные края подался. От греха подальше...

– Страшно стало, да? – презрительно усмехнулся Тимур.

– Да я так тоже думаю... Но слабаком бы я его не назвал. Он своим конкурентам житья не давал. То одного завалят, то другого... Он боялся, его боялись... В общем, смотал он удочки. Теперь в Москве сети забрасывает.

– Что конкретно?

– Ты же знаешь, в депутаты рвется.

– Это понятно. Меня интересует, на чем он стоит.

– На своих собственных бабках он стоит. А бабок у него валом. Сколько, точно не знаю, но много...

– На крабах, говоришь, заработал... А с каких болтов он, интересно, поднялся? Это ж надо было дело открыть, сейнеры закупить. А этого без бабок не сделаешь...

– Где-то, значит, нарубил «капусты»...

– Где?

– Не знаю.

– А надо бы узнать.

– Зачем?

– Да мыслишка у меня одна тут в голове закрутилась. Сам не знаю, почему закрутилась. Не мог Мразин этого сделать, кишка у него тонка...

– Чего он не мог сделать?

– Машину с бабками увести... Когда пятьсот «лимонов» пропали? В девяносто втором. А в девяносто третьем Мразин увольняется. В девяносто четвертом открывает свое дело. Откуда, спрашивается, деньги?

Насколько Тимуру известно, чеченцы всерьез искали пропавшие бабки. Но так ничего и не нашли. Главбух Шлягин и шлюха Вероника замыкались на Дэна, и с его смертью цепочка оборвалась. Потянуть за ниточку так и не получилось. «Чехи» пытались отследить пропавшие деньги по номерным знакам. Но и с этим у них ничего не вышло. Не засветились эти бабки в России... Но ведь не в землю же их зарыли. Кто-то ж должен был пустить их в оборот?.. Может, Мразин это и сделал?

– Тимур, ты думаешь, это Мазина работа?.. Но ведь он сам искал эти деньги. По долгу службы...

– Искал. Но не нашел... Дэн, между прочим, тоже ментом был. Может, он с Мразиным в завязке был?.. А этот мент, который Дэна завалил, он же с Мразиным работал. И с Дэном тоже. Может, он с ним что-то не поделил, потому и грохнул. Да и сам сгинул... А Мразин остался. И все бабки к рукам прибрал. Может быть такое?

– Да в принципе может, – неуверенно пожал плечами Краб.

– Только верится с трудом, да?.. Мне тоже не верится. Но и Мразин мне не нравится. Скользкий жук... Может, в самом деле он?

– Может, и он. Но мы вряд ли что докажем.

– Это верно. Все доказательства мхом поросли... Да и ни к чему нам их искать. Пусть этим «чехи» занимаются... Может, им информацию к размышлению подбросить? Пусть копают...

– А оно нам нужно? Чеченцы могут решить, что мы спецом на Мазина стрелки переводим, чтобы на нас не думали. Как бы снова нам предъяву не бросили...

– А могут и бросить, – соглашаясь, кивнул Тимур.

Чечня – это как болото, через которое можно ходить только протоптанными тропами. Такие тропы у Тимура есть. Поэтому с чеченцами у него проблем нет. Но стоит сделать неосторожные шаги в сторону, и угодишь в трясину. С головой засосать может... Прав Краб. Лучше не ворошить прошлое, не делать ненужных шагов в сторону.

Но на парламентскую трибуну Мазина пускать нельзя. Не для него теплое местечко освободилось...

Глава вторая

Костя хорошо знал этого генерала. В свое время он не раз вставлял ему по самые гланды за низкую раскрываемость. Он же хвалил его за удачный трюк с курсами киллеров.

Мамочкин уже генерал-полковник. Заседает в главке. Но и Костя не простой майор, которому можно вставить дрозда. Он – миллионер и меценат. И по совместительству кандидат в депутаты.

Генерал долго жал ему руку.

– Спасибо вам, Константин Павлович, спасибо. Мы очень рады, что вы не забываете о родной милиции...

А как о ней, о родной, забудешь, когда столько грехов за спиной? Вот и приходится создавать Фонд защитников права. Это, конечно, фикция. Дополнительное очко в предвыборной кампании. Но в копеечку дело влетит.

– У меня к вам предложение, Константин Павлович...

Генерал отечески обнял его за плечи, усадил на диван, присел рядом.

– Вот вы понимаете, насколько важная роль милиции в современном обществе. А вот ваш электорат этого недопонимает. Узость мышления, понимаешь ли, ограниченный кругозор. Да и негативные штампы, укоренившиеся в сознании масс... В общем, мы бы хотели заказать качественный художественный фильм, который бы пропагандировал деятельность российской милиции. На Западе, кстати, на подобную пропаганду есть статья в бюджете. У нас же... Да что там говорить, сами понимаете...

– Понимаю, товарищ генерал, очень хорошо понимаю, – кивнул Мразин.

Нетрудно было догадаться, куда клонит этот жук. Придется идти ему навстречу.

– Я так понял, вы хотите, чтобы я проспонсировал этот фильм?

– Ну, что-то в этом роде... Кстати, в титрах будет указано, что фильм был снят по заказу Фонда защитников права...

Мразин с трудом сдержал ухмылку. Нашел генерал, чем интерес подогреть. Да чхать Костя хотел и на фонд, и на этот сраный фильм. Не для того он кровью – своей и чужой – зарабатывал миллионы, чтобы прославлять российскую милицию... Можно, конечно, снять хороший детектив в стиле «Знатоков» или сделать продолжение «Места встречи...». Но даже если фильм станет рейтинговым, денег на нем не сделаешь. Киноиндустрия в России – дело убыточное. И держится она исключительно на таких дураках, каким может оказаться Костя.

А он им будет, если даст согласие.

– Предложение очень интересное, – с умным видом сказал он. – Но сразу «да» я сказать не могу. Нужно посоветоваться со специалистами, прикинуть, в какую примерно сумму обойдется этот фильм. А потом буду делать выводы... Скорее всего я соглашусь. Потому что предложение на самом деле очень интересное...

Интересно, если послать генерала на хрен открытым текстом, он так же будет улыбаться?.. А может, ему бабок на лапу дать, чтобы он отвязался со своим фильмом?..

А может, и в самом деле снять фильм? Бабок у Кости куры не клюют. Он продал свой рыбный бизнес. И теперь у него на заграничных банковских счетах уйма миллионов. И в российских закромах жирные запасы.

Не зря он создавал свою боевую команду, не зря полгода как угорелый мотался по городам и весям бывших союзных республик. Украина, Молдавия, Казахстан, Узбекистан. Везде он сбывал меченые рубли, обращал их в безличную валюту. А потом была Камчатка. Он открыл свое дело и сразу попал в струю. Деньги в три ручья стекались на банковские счета. Правда, приходилось крутиться, чтобы отбиваться от пограничников и от рыбнадзора, давать взятки, подмазывать, подлизывать. Но дело того стоило. И можно было бы и дальше заниматься им. Но Костя устал. Устал бояться за свою жизнь. Команда у него крутая. Но были бригады и покруче. С каждым годом конкуренция становилась все жестче. Костя два раза чуть не схлопотал пулю. С обидчиками он разобрался, всех наказал. Но появились новые шакалы. И смертельная карусель вот-вот должна была закрутиться по-новому. Выжил ли бы тогда Костя, неизвестно.

А он хотел жить. И жить хорошо. Поэтому он вернулся в Москву. Приобрел роскошный особняк в европейском стиле. Элитный поселок в двух километрах устраивал его по всем статьям – озеро, зелень, свежий воздух, развитая инфраструктура, охрана. Словом, рай земной.

Было бы неплохо за границу насовсем перебраться. В Америку или в Европу. Там безопасно и спокойно. Но скучно. А потом, он там – никто. А здесь он человек.

Костя устал от рыбной суеты, от бесконечной кровавой грызни за место под дальневосточным солнцем. И в Москве собирался жить в свое удовольствие. Но это не значило бить баклуши. Поэтому он приобрел в свою собственность невзрачное двухэтажное здание в центре Москвы, сделал из него конфетку. Правда, первое время он толком не знал, чем будет заниматься. Банковское дело, сырье, торговля – в это лезть не хотелось. Здесь негде развернуться, так как все ниши заполнены. А там, где тесно, там острая конкуренция со всеми вытекающими последствиями. Костя хорошо знал, каково себя чувствуешь, когда на тебя охотятся киллеры. Один раз его подстрелили, второй – подняли на воздух вместе с машиной. Чудом остался жив. Где гарантия, что лимит везения не исчерпан. Да и не нужны ему напряги. Его тянуло к спокойной жизни делового респектабельного человека.

В этом ему повезло. Он встретил друга детства. Он-то и посоветовал ему открыть рекламную фирму. Работа не пыльная и спокойная. Конкуренция есть, но до взрывов и выстрелов дело не доходит. При грамотном подходе к делу можно получать неплохую прибыль. Ведь реклама входила в современную жизнь семимильными шагами. К тому же Сергей Плотников был отменным специалистом этого дела.

В общем, Костя решился. И начал... с себя. В Госдуме как раз освободилось место, и он дерзнул попробовать. Во-первых, он предвкушал, как будет круто смотреться с депутатским мандатом в зубах. А во-вторых, место в Госдуме в немалой степени могло бы способствовать продвижению его бизнеса. Взять то же придорожно-рекламное направление. Щит у дороги будет обходиться ну примерно в штуку баксов. А иметь с него можно три-четыре штуки баксов в год. Двести-триста процентов рентабельности, в зависимости от места. И никакой тебе суеты. Стоит себе щит, как тот столб, а денежки капают. Правда, чтобы он стоял, нужна поддержка в правительстве Москвы. Можно и без этого обойтись, но тогда отстегивать больше придется.

Сергей Плотников нанял сведущих в этом деле людей. И понеслось. До сих пор Костя несется навстречу своей цели. Вроде что-то получается. Имиджмейкеры создали ему образ честного в прошлом блюстителя правопорядка, а ныне такого же честного и притом преуспевающего предпринимателя. Эдакий поводырь в светлое будущее. Чтобы подтвердить звание честного мента, ему посоветовали создать Фонд защиты права и втереться в доверие к своим высокопоставленным коллегам. Втерся. И ему втерли – гони фильм-сказку про честного мента. Можно подумать, он для того зарабатывал деньги, чтобы заниматься какой-то дребеденью...

Из здания главка Костя выходил, как какой-то генерал в штатском. Царственная осанка, взгляд как у Дзержинского. И не телохранитель идет рядом с ним, а, типа, адъютант его превосходительства. В общем, не подступись. Правда, честь ему никто не отдавал. Может быть, одет слишком роскошно для генерала? Только один костюм стоит две штуки баксов, а солнцезащитные очки – сразу видно, что меньше чем тысячу долларов они не стоят. Стильная прическа, моложавое лицо, упругая спортивная походка. Холеный и лощеный. Казалось, он только сошел с рекламного плаката для встречи с избирателями.

Похоже, он не зря ввязался в предвыборный марафон. Он посвежел, похорошел. Он пребывает в отменной физической форме. И, главное, он в самом деле очень хочет быть депутатом Государственной думы. Как будто это цель всей его жизни... На улице весна, и в его жизни весна. Все вокруг цветет и распускается. И на душе вишневый сад – деревья все в белом, как невесты...

Кстати, о невестах. На хрен они ему нужны. Он за свободную любовь. А вокруг столько легкодоступных женщин... Кстати, у него уже два дня не было женщины. А это непорядок.

Да, надо бы найти красавицу-подружку для временного пользования. Но сначала перекусить. А неподалеку находится ресторан, в который он не раз заглядывал в свою ментовскую бытность.

Много прошло времени с тех пор. По современным меркам – почти целая вечность. Но ресторан почти не изменился. Ну, может, чуть-чуть. Едва уловимый намек на евроремонт, мебель получше, и тараканов, может быть, поменьше.

Морскую кухню Костя отметал сразу. После камчатской эпопеи он не мог смотреть на рыбу. Омары, икра, королевские устрицы – к этому он был просто равнодушен. Да и не было здесь рыбной кухни. Ему борща бы и пельмешек, да чтобы домашнего качества и под деревенской сметаной. И водочки. Да чтобы под хрустящий малосольный огурчик. В конце концов, он человек из народа. Ему нравится русская народная еда. И пусть кто попробует сказать, что ему чужды чаяния народа. Он готов стать народным избранником. И он им станет.

В ожидании заказа Костя налил себе минералки, закурил. Рассеянным взглядом скользнул по залу. Людей не так уж и много. И среди них есть выдающиеся личности. Женского пола.

Его внимание привлекла девушка. Она сидела у самого окна, и падающий на нее свет позволял увидеть все ее достоинства и недостатки. Но недостатков не было. Одни достоинства.

Костя не жаловал негритянок. Но при этом его любимой топ-моделью была мулатка Найоми Кэмпбэлл. И эта девчонка была очень похожа на нее. Такая же потрясающая фигура, такие же роскошные волосы. А на лицо она даже красивей. Кожа посветлей, губы потоньше, нос поуже, большие красивые глаза. Мразину сразу захотелось подсесть к ней поближе, чтобы узнать, какого они цвета.

Но девушка сама посмотрела на него. Вернее, скользнула по нему рассеянным взглядом. Как будто даже не заметила его. Но платье оправила, чтобы спрятать от его глаз колени своих потрясающе соблазнительных ног...

Слегка декольтированное платье открывало ее шею и плечи – идеальные линии, гладкая нежная кожа. И грудки у нее наверняка верх совершенства. Хотел бы Костя попробовать их на вкус. Но девчонка и не думала обращать на него внимание... Шея у нее красивая. Но ей не хватает бриллиантового колье или жемчужного ожерелья. Белый жемчуг великолепно гармонировал бы с ее смуглой кожей... Костя удивился, когда поймал себя на мысли, что готов сделать этой девчонке такой дорогой подарок. И рассмеялся в душе.

Знал он таких красоток. Сидят с деловым видом, пьют кофе и ждут, когда к ним подсядет какой-нибудь дядя. Разумеется, она не проститутка. Но совсем не прочь переспать за деньги. Как правило, это студентки, для которых сто баксов к стипендии – за счастье.

Мало того, Мразин под настроение практиковался на таких красотках. Он снимал их не только в ресторанах, но прямо на улице. Ему даже нравилось совращать порядочных девушек. Она к жениху на свидание спешит, никто ей больше не нужен. А тут Костя. Здрасьте, куда спешим, не хотим ли развеяться. Девчонки мотают головой. Но только до тех пор, пока в руке у нее не появляется сотенная купюра. Логика простая. Сегодня она перепихнется на стороне, а завтра в обновке перед своим пареньком нарисуется, чтобы крепче любил.

Правда, встречаются и очень порядочные девушки. Это те, которые меньше трехсот баксов за час не берут. Да Костя не всякой еще и даст. Этой бы дал. На такую и штуку не жалко... А вот жемчужное ожерелье – это, конечно, слишком жирно.

Есть девчонки порядочные по-настоящему. Ты ей двести долларов, а она тебе сдачу – когтями в глаза. Однажды Костя нарвался на такую. Хорошо, вовремя увернулся. И во Владивостоке был случай, о котором не хочется вспоминать... Правда, обломы случались только на улице. А в ресторане должно быть все нормально, тем более в таком дешевом.

Костя не стал ждать, когда принесут заказ. Он набросил на лицо улыбку – самую обаятельную, на какую был способен. Поднялся из-за стола и с достоинством истинного джентльмена направился к девушке.

– Позвольте?

В ответ девушка только вздохнула. «Как вы мне все надоели!» – выражал ее взгляд. Все они такие, пока не зашуршат заветные купюры.

– Извините, а можно автограф?

На этот вопрос она никак не отреагировала. Ее взгляд был устремлен на Костю, но смотрела она на него так, будто не видела его. Он для нее пустое место...

А может, она не понимает его? Может, она не знает русского языка?

– Ду ю спик инглиш?

– И «ду ю спик инглиш», и «парле ву франсе», – ответила она. И затем на чисто русском: – Простите, вы не могли бы пересесть на свое место?

– А как же автограф? – продолжал улыбаться Костя.

Его трудно было смутить. Да и слишком хорошо он знал бабскую породу. В их устах слово «нет» частенько означает «да»...

– Сейчас вы скажете, что приняли меня за Найоми Кэмпбэлл... – грустно усмехнулась она.

– А разве вы – это не она?

– Еще вы скажете, что сможете сделать меня звездой модельного бизнеса...

– Нет, не скажу... Но я могу сделать вас кинозвездой!

– Да? Стать кинозвездой мне еще не предлагали...

Похоже, она издевалась над ним. Но делала это так мягко и тактично... И в голосе у нее нет агрессии. Есть только сладкие звонкие нотки. Ее взгляд пьянил, голос завораживал. Может, она какая-то колдунья... Хотел бы он поколдовать с ней на пару.

– А я предлагаю.

– Вы режиссер? Или продюсер?

– Скорее продюсер... Видите ли, мне предложили спонсировать фильм о нашей доблестной милиции. А я человек творческий. Мне кажется, что я сам могу написать сценарий...

– Фильм про милицию? Детектив? И кем же вы меня хотите видеть?.. Только не говорите, что проституткой. Я очень обидчивая...

– Ну что вы, как можно!.. Из Америки в Россию приезжает группа американских полицейских. И среди них прекрасная девушка – детектив Найоми... Кстати, а как вас зовут?

– Памела.

– Так вот, в Россию приезжает сержант полиции Памела... Памела Андерсон? А вас что, в самом деле зовут Памела?

Девушка вдруг разволновалась, в глазах смятение. Затем все изменилось. Взгляд затвердел, подернулся холодным туманом, губы сложились в узкую прямую линию, подбородок поднялся на отметку «надменность».

Костя все понял, когда к ней подошел темноволосый красавчик с внешностью и взглядом заправского плейбоя. Эдакий мачо с разгульным взглядом светло-серых глаз. Мужественный профиль, римский нос, резкие движения. Бабы таких любят. А мужики... Врезать бы ему промеж глаз, да посильней.

Парень пригнулся к девушке, чмокнул ее в щечку.

– Тина, ты извини, я немного задержался...

Улыбка у него ослепительная. Потому как рот набит дорогущими зубами-имплантатами. Как у Кости. Он за это дело пятьдесят штук баксов садистам-стоматологам отдал. А у этого паренька откуда такие бабки? Может, с дочерью миллионера спит? Или у самого папаша зять Рокфеллера... А может, зубы натуральные?

Нет, не может этот пижон хорошо зарабатывать. Такие типы, как правило, не созидают, а прожигают жизнь. Хотя кто его знает...

– Двадцать пять минут – это, по-твоему, немного? – с достоинством негритянской принцессы возмутилась красотка. Оказывается, ее зовут Тина.

– В следующий раз я не опоздаю, честное слово!.. Только, прошу тебя, не говори, что следующего раза не будет!

Мачо на то он и мачо, чтобы уметь запудривать бабам мозги. И Тина, кажется, поплыла. Взгляд начал таять, уголки губ поползли вверх.

Парень присел рядом с ней и недоуменно уставился на Костю. Взгляд у него не то чтобы сильный. Но стержень есть.

– А это кто такой?

В глазах насмешка, в голосе неприязнь... Может, в самом деле вломить ему промеж глаз?

– А это кинопродюсер, – Тина не без иронии смотрела на Костю. – Севастьян, мне сделали предложение сняться в кино. Предлагают роль американского полицейского. А фильм будет про нашу доблестную милицию. Как ты думаешь, мне соглашаться?

– Соглашайся, – насмешливо хмыкнул парень. – Все равно кина не будет. Знаю я этих кинщиков... Мужик, может, свалишь, а?

Лучше всего срубить его с правой. Можно и с левой дотянуться. Но а если этот живчик увернется от удара, если ответит... Может, не стоит рисковать?.. Да и негоже кандидату в депутаты махать кулаками и чистить чьи-то козлиные рыла.

– Ты за базаром следи, – тихо, но с большой угрозой сказал Костя.

Он подкрепил вескость своих слов тяжелым пронизывающим взглядом. Красавчик слегка стушевался.

– Слушай, а я тебя где-то видел, – вспомнил он. – Твоя фамилия не Мазин?

Нетрудно было догадаться, где этот пижон мог его видеть. Серега Плотников развил бурную деятельность, установил по всей Москве около сотни рекламных щитов. И на каждом, в преддверии коммерческих заказов, красовался Костя Мазин, лучший из лучших.

– Мазин. Константин Павлович. Кандидат в депутаты Госдумы, – подтвердил он.

– Так ты у нас...

– Только давай без «ты».

– Да мне как-то все равно... Значит, вы у нас будущий депутат.

Севастьян заинтригованно смотрел на Костю.

– Может быть.

– А какое вы имеете отношение к кино?.. Или просто впечатление производите на молоденьких девочек?

– Нет, я в самом деле собираюсь снимать фильм. По заказу МВД России.

– И каким вы видите этот фильм?

Трудно было понять, чего хочет от него Сева. Или во лжи уличить, или ему сама тема интересна. Может, он киноман какой-нибудь.

– Я думаю, это будет художественный фильм.

– В каком формате?

– Извините, не понял.

– Ну, можно сделать чисто художественный фильм, а можно оформить как телесериал... У вас сценарий уже есть?

– Признаюсь, нет. Я только сегодня получил заказ.

– И какую сумму вы намереваетесь вложить в свой проект?

В поведении Севы исчез всякий кураж. Он уже не проверял Костю на вшивость. Казалось, он даже о существовании Тины забыл.

– А вам не все равно? – усмехнулся Костя.

– Ну, если бы я сказал, что мне все равно, это было бы враньем... Нет, мне не все равно. Дело в том, что я и актер, и сценарист в одном лице...

– Быть такого не может.

– А вот и может... Чтобы вы знали, я окончил театральное училище. И в настоящий момент снимаю фильм... Угадайте, про кого фильм?

– Неужели про милицию?

– Совершенно верно!.. Мне кажется, вы мне не верите. Я в самом деле снимаю фильм.... Правда, его даже малобюджетным не назовешь. Все крутится на голом энтузиазме... Только вы не думайте, что это любительское кино. У меня великолепный сценарий, у нас профессиональный коллектив актеров, замечательный видеооператор... Правда, с киноаппаратурой проблема. На старье приходится выезжать. Про киностудию я вообще не говорю... Но мы стараемся. И даже отсняли одну серию. Хотите посмотреть?

– Севастьян – актер, сценарист и режиссер в одном лице, – вмешалась в разговор Тина. – Это действительно так.

Она тянется к нему. Он ей нужен... И она ему нужна. Эта девчонка – очень ценный приз. И он не успокоится, пока не возьмет его... А пока что этим призом владел Сева. Сейчас Тина принадлежала ему. Но уже, наверное, догадывается, что ей будет лучше с Костей. Когда-нибудь она созреет. Тогда она ляжет под него, а он будет рвать ее смуглое тело и негритянскую плоть. Трахнуть темнокожую красотку на белоснежных простынях... Вот это будет кайф, вот это будет изыск. И чем тяжелей будет борьба за Тину, тем сильней будет восторг.

– Вы хотите, чтобы я спонсировал ваш фильм? – многозначительно глядя на Тину, спросил Костя.

– Почему наш? – смутилась она. – Этот фильм Севастьян снимает. Я здесь ни при чем...

– Ну, как это ни при чем? – замахал руками Сева. – Между прочим, у меня есть идея. Я как раз собирался снять серию, где из Америки в Россию приезжает делегация американских полицейских. Ты будешь одной из них, правильно, Константин Павлович?

Вряд ли этот парень принимал его за лоха. Но он явно был не прочь содрать с него энную сумму для своего фильма. Тем более что момент для этого дела не просто подходящий, а уникальный. Много ли на Москве меценатов, готовых швырять деньги на ветер? А какая выгода с кинофильмов? Москва – это вам не Голливуд...

Ну а если в самом деле Костя раскошелится на этот фильм? Во-первых, он угодит начальству из МВД и московскому правительству. Во-вторых, он сможет задействовать в этом фильме Тину. А это, считай, трамплин, с которого можно запрыгнуть к ней в постель. А если Сева будет борзеть, всегда есть способ вразумить его. У Кости под рукой боевая команда – пятерка проверенных в деле головорезов. Сева и понять ничего не успеет, как окажется на том свете.

Да и не будет он пырхаться. Он уже не хорохорится и смотрит на Костю как на своего хозяина и благодетеля. Он может выпендриваться перед другими, но с его руки будет кормиться трепетно и без брыканий. Еще и Тиной поделится. Не зря же он предложил ее на роль. Въезжает парень, что запал на нее Костя. Поэтому готов даже свечку им держать, лишь бы только бабок урвать.

– Мне кажется, Тина подойдет на эту роль, – покровительственно улыбнулся Костя.

– Правда, с ней придется немного поработать, – подхватил Сева. – Все-таки она не профессионал...

– Но я буду стараться! – Тина смотрела на него влюбленно.

Не на Костю смотрела, на своего Севу... Дура, не там свое счастье ищет. И старается не для того. Под Костей ей надо стараться... Ничего, рано или поздно она все равно будет под ним.

– На какую сумму вы рассчитываете? – деловито спросил Костя.

– А какой суммой вы располагаете?

Разговор пошел на встречных курсах. Что ж, пусть паренек пока полетает. Пока его не опустили.

– Миллион долларов вас устроит?

Костя задал этот вопрос Севе, но смотрел на Тину. Как бы давал понять: все эти деньги ради нее и все в ее руках. Пусть она будет умницей... Только почему-то сумма в миллион долларов не произвела на нее особого впечатления. И на Костю она не смотрит. Ее волнует этот придурок Сева. Похоже, тут любовь. Во всяком случае, с ее стороны... А Костя ей не нравится. Что ж, тем слаще будет победа.

– Да, конечно, устроит! – заерзал Сева.

– Хорошо. Тогда считайте, что первые десять тысяч вы уже получили... Завтра утром будьте у меня в офисе. Обговорим все детали... А пока, может быть, просто выпьем? За успех совместно предпринятого дела?

Сева был «за» двумя руками. В чем Костя и не сомневался. А вот Тина была против. И ее протест выразился в полном отказе от спиртного. Она просто сидела и слушала, как Сева расхваливает свой проект. И время от времени бросала на него влюбленные взгляды.

Глава третья

Мама Рита уже почти смирилась с выбором дочери. И все же не оставляла попыток вразумить ее. Правда, сама она с этим справиться не могла. И почему-то думала, что Олег в состоянии ей помочь.

– Ну, может, она хоть тебя послушает? – с хрупкой надеждой смотрела она на сына.

– Тина, ты меня послушаешь? – улыбнулся сестре Олег.

– Смотря в чем.

Зато она осталась серьезной. Всем своим видом она давала понять, что этот разговор ей неприятен.

У Риты была бурная молодость. Безотцовщина Олега и Тины тому подтверждение. Олег рос как бурьян – сам себе голова. А вот Тина получила воспитание. Сначала Олег нянчился с ней как с ребенком. Затем Рита осознала свою непотребную сущность, раскаялась. Взялась и за ум, и за Тину. Из обычной перевела ее в дорогую частную школу, тщательно следила за успеваемостью, загружала иностранными языками и музыкой. Даже давала нагоняй, если что не так. В общем, держала ее под контролем, не давала расслабиться.

Тина во всем и всегда слушалась мать. Казалось, так будет всегда. Но у Тины появился бзик. Ей вдруг приспичило поступать в театральное училище.

А ведь она собиралась учиться в Финансовой академии, как того хотела мать. У Риты своя сеть салонов красоты. И она хотела, чтобы Тина работала у нее. Но...

– Тина, ты хочешь быть актрисой? – спросил Олег.

– Хочу!

– Очень?

– Очень!

Тина не колебалась. Она росла послушной девушкой, но это не значило, что у нее не было характера. Характер у нее как у Олега – упрямый. Она добрая, покладистая. Но если упрется, с пути не собьешь.

– Тогда в чем проблема? Поступай в театральный, и все дела. Будешь актрисой...

– Олег! – всплеснула руками Рита.

– Что Олег? – покладисто улыбнулся он. – Ошибка всех матерей заключена в том, что они считают своих детей глупее себя. Не надо думать, что Тина не знает, что делает. Она все прекрасно знает. Правда, Тина?

– Знаю, – кивнула сестра и посмотрела на Олега с благодарностью.

Она – умная и серьезная девчонка. И очень красивая. Олег переживал за нее. Мало ли на Москве всяких уродов, готовых девчонку обидеть. Он даже хотел приставить к ней охранника. В ответ Тина лишь мило улыбнулась и так же мило покрутила пальцем у виска. Что ни говори, а обламывать она умела. Это успокаивало. И за себя постоять она тоже умела. Семь лет занималась айкидо. И могла поставить на место любого зарвавшегося мужика. А потом, у нее всегда при себе сотовый телефон. Стоит ей только попасть в какую-нибудь пиковую ситуацию, Олег тут же сорвется с места и на всех парусах примчит к ней.

Правда, ни в какие пиковые ситуации Тина не попадала. Может быть, потому, что была слишком серьезной и обстоятельной для своих семнадцати лет. Да и не так уж много времени проводила она вне дома. И по ночным клубам не шлялась, как некоторые...

– Мама Рита, может, вы мне объясните, в чем весь сыр-бор? – спросила Ольга.

Она сидела на диване, а по ней ползал трехлетний бутуз Тимурка. Олег страшно гордился своим сыном. Да и женой тоже. Его семья – его бастион. О матери с сестрой он тоже привык заботиться. И Ольгу к этому приучил.

– Лично я ничего страшного не вижу в том, что Тина станет актрисой. Даже если у нее не хватит таланта для большой сцены, ей привьют хороший эстетический вкус, приобщат к прекрасному. А искусство правильно одеваться, подавать себя? Не думаю, что это не пригодится ей, если она решит перенять ваше дело. У вас же не кирпичные заводы, у вас же салоны красоты...

– Ольга правду говорит, – поддержал жену Олег. – Может, Тина станет отличным стилистом и дизайнером... Только мне кажется, что она актрисой станет. И ее обязательно пригласят сниматься в каком-нибудь фильме...

– Уже пригласили, – несмело похвасталась Тина.

– Ты это серьезно? – встрепенулась Рита.

– Серьезно... Я когда на подготовительные курсы записывалась, ко мне режиссер подошел. Сказал, что фильм про милицию снимать будут. И я подхожу на роль сотрудницы американской полиции...

– Чушь какая-то, – нахмурился Олег. – Ты же по возрасту не подходишь?

– Почему не подхожу? Американке должно быть девятнадцать-двадцать лет. А мне семнадцать. Режиссер сказал, что эта разница легко преодолима... Он всерьез меня на эту роль берет. Уже даже съемки начались.

– Съемки?! И мы об этом только сейчас узнаем?

– Я не хотела говорить...

– Почему?

– Потому что знаю тебя. Ты обязательно приехал бы, стал разбираться... Тебе ж везде насильники мерещатся... А там все серьезно, уверяю тебя...

– Точно? Тебя никто не обижает?

– Нет. Честное слово.

– И все-таки я посмотрю, что там за режиссер... Кстати, как его фамилия?

– Неважно, ты все равно его не знаешь. Это его первый фильм... Между прочим, по заказу МВД РФ... Честное слово, ко мне никто не пристает, меня никто не обижает...

– И все-таки...

– Олег! Ну не надо! Мне уже семнадцать, я уже самостоятельная. У меня есть право на личную жизнь!..

– Ах, на личную жизнь! – ахнула мама Рита. – У тебя, значит, личная жизнь... Он хоть молодой, этот режиссер?

– Мама! – зарделась Тина.

– Да, я твоя мама. И я должна все знать. Кто он, этот режиссер? Какие у вас отношения...

– Нормальные у нас отношения. Сугубо деловые. Ты же знаешь, мне можно верить...

– Чего вы к девчонке привязались? – встала на сторону Тины Ольга. – Девушке уже семнадцать. И она в самом деле имеет право на личную жизнь. И не надо лезть к ней в душу...

Может быть, Ольга была права. Только Олег не собирался сидеть сложа руки. Надо будет организовать ребят, пусть пробьют этого режиссера. Да и за Тиной понаблюдают. Все ли с ней в порядке.

Олег имел в своей собственности элитный клуб. Это был целый спортивно-развлекательный комплекс в пределах Садового кольца. Гармоничное сочетание приятного с полезным привлекало сюда толстосумов всех мастей. Он держал еще несколько подобных спорткомплексов. Но это была собственность общины, а он всего лишь входил в долю. В общем, он получал приличный доход. Но дело не в этом. А в том, что у него была собственная служба безопасности. А если называть вещи своими именами, то под рукой у него была своя бригада – с полдюжины всецело преданных ему бойцов, способных решить любую проблему.

Хорошо, что особых проблем не возникало. Белокаменская братва жестко держала свои позиции на Москве, даже сумасшедшие не желали с ней связываться.

В тот же день Олег поднял по тревоге двух своих бойцов, озадачил их. А через два дня имел кое-какую информацию.

– Да вроде бы все нормально, – докладывал Ерема. – Тина занимается на курсах. И с парнем своим встречается...

– Так, значит, есть парень.

– Ну да. Севастьян его зовут. Театральное училище закончил, это, Щука которое, да.

– Это он, что ли, режиссер?

– Ага, режиссер. И актер, и режиссер. Еще сценарии пишет. Ну и в фильме снимается, да. Все как положено, «стоп-мотор», «пятнадцать дубль два». Все крутится, вертится. Короче, солидно все.

– На какие бабки фильм снимается, пробивали?

– Да все пробили, шеф. Этот Сева без бабок фильм снимал. Шлабудень, говорят, какая-то получалась. А пару месяцев назад мужик один появился. Он – бывший мент. А настоящие менты его на фильм поставили. Давай, типа, пропаганду двигай. Ну а этот черт, в натуре...

– Ерема, тормози! Давай без натурных зарисовок.

Времена оголтелого бандитизма, можно сказать, ушли в прошлое. В сущности, Олег продолжает состоять в криминале, и его пацаны не из Института благородных девиц. Но надо отучать их от всяких «чертей», «в натуре», «типа»... Как ты разговариваешь, так себя и ведешь. А Олег не хотел, чтобы под ними «ходила братва». Он хотел, чтобы при нем состояли сотрудники службы безопасности спортивного объединения «Олимп».

– Без натуры так без натуры, – легко согласился Ерема. – В общем, мужчина этот по заказу МВД фильм снимать должен. Как он с Севастьяном состыковался, я не знаю. Но они состыковались. И вместе фильм делают. Константин Павлович – продюсер, а Сева – исполнитель главной роли, режиссер и сценарист. Тут хохма одна вышла. Сева думал, что этот Константин Павлович – продюсер от сохи. А тот сразу въехал, какую Сева халтуру гонит. Ну и построил его. Конкретного продюсера нашел, да. А у того своя частная киностудия при «Мосфильме». Правда, с бабками туго. Но этот Константин Павлович его бабками зарядил. И дело на реальных оборотах закрутилось. Свой режиссер, сценарист, свои актеры. Правда, Севу на главной роли оставили. Не, в натуре, черт, в самом деле нормально играет, я лично заценил...

– Ерема!

– А, ну да... В общем, все нормально. Константин Павлович – спонсор, Сева – актер. Все крутится, вертится...

– А Тина?

– И Тина тоже при делах... Там в одной серии американские копы должны к нашим ментам нагрянуть. Ну, и Тина среди них. У них по сценарию с этим Севой небольшой амур должен закрутиться...

– Это по сценарию. А реально?

– Реально – тоже любовь... Только тут ситуация. Этот Сева – кобель приличный. Но к Тине вроде как серьезно относится. Это, в постель ее не тянет, мы узнавали. Тина на него конкретно запала, да, но это, вольностей не позволяет. Она ему по рукам дала. Говорят, так его крутанула, что он потом два дня хромал... В общем, она от него любви ждет. А он кобель...

– А говоришь, что все нормально.

– Нет, я говорю, что вроде бы все нормально. Тину ж никто не обижает...

– Ну как не обижают? Этот черт...

– Олег Михайлович! – осклабился Ерема.

– Извини, я хотел сказать, что этот нехороший человек Тине голову морочит. И ты считаешь, что это нормально?

– Может, поговорить с ним? Объяснить ему, что к чему?

– А что вы ему объясните?

– Ну, чтобы Тину не трогал...

– Так он ее и так не трогает... А его любовь ей ни к чему. Это я тебе как ее старший брат говорю... В принципе с ним можно поговорить. Чтобы Тину ни при каких раскладах не трогал. А то ведь сегодня Тина держится, а завтра расслабится... В общем, постанова такая. Объясните-ка этому пареньку, что к чему... А с Тиной я сам поговорю...

Олег отпустил Ерему, а сам отправился в спортзал. Он хоть и бизнесмен, но он еще и спортсмен. За свою не столь уж короткую спортивную жизнь он становился чемпионом Европы и финалистом чемпионата мира. Сейчас он с головой в профессиональном боксе. И не только как организатор, но и как участник.

Ему скоро тридцать. Как раз тот возраст, когда спортсмены чего-то добиваются, но уже ни к чему не стремятся. Время подбивать бабки. Олег тоже уже ни к чему особо не стремился. Хотя и не собирался сдавать свои позиции. На пояс чемпиона мира он не тянул, зато прочно укрепился во второй десятке. И в третью вылетать не собирался.

Последние полгода он не выступал – только тренировался, готовился к бою с американским боксером Томсоном. Это, конечно, не Тайсон, не Мухаммед Али. Но у этого парня мощный удар и бронированный лоб – за всю свою карьеру он еще ни разу не проигрывал нокаутом. Если, конечно, верить официальной статистике. Может, его вырубали, но Олег видел его в бою и мог подтвердить, что этот парень непробиваем на удар. Да и не парень он уже. Тридцать семь лет мужику. Заоблачных высот на профессиональном ринге он не достиг, но в мировом рейтинге котировался выше Олега.

Через неделю у них бой.

У Олега был свой бойцовский клуб. Бокс, кикбоксинг, панкратион – бои без правил. Можно было провести поединок на арене этого клуба. Но этот бой был хорошо разрекламирован, публика проявила к нему высокий интерес. Поэтому решено было провести поединок в УСК ЦСКА вместимостью в четыре с половиной тысячи мест. И надо сказать, Олег не ошибся. Все билеты на поединок были раскуплены по хорошей цене. Этот факт льстил его самолюбию. И помогал настроиться на победу. Хотя он понимал, что бой будет тяжелым. И шансов на победу у него почти никаких...

Глава четвертая

Тину раздражало, что брат носится с ней как с маленьким ребенком. Олег заменил ей отца. При этом ему приходилось нянчиться не только с ней, но и с мамой. Это сейчас мама Рита если и не образец для подражания, то что-то очень близко к тому. А раньше... Тина знала не все про ее былую жизнь. Но ей хватало одного факта своего рождения. Мама нагуляла ее от какого-то кубинского боксера. И Тина не то что не видела своего отца, она о нем совершенно ничего не знала.

Да и не нужен ей никакой отец. Ей хватает Олега. По самое горло сыта его заботами. А сегодня он вообще достал ее. Откуда-то узнал про Севастьяна, про их отношения. И теперь читает ей нотации.

– Узнавал я про твоего Севастьяна. Парень, может, и нормальный. Но без царя в голове. Гуляка и бабник...

– Кто тебе такое сказал? – возмутилась Тина.

– А люди сказали. Те, которые без розовых очков ходят. И ты бы сняла розовые очки... Этот герой-любовник тебя обрюхатит, и поминай как звали...

– Олег! Ты не можешь так говорить!

– Почему это не могу? Могу. Потому что я твой брат... Разговора нет, право на личную жизнь у тебя есть. Но у меня есть право вмешиваться в эту твою личную жизнь. Потому что я должен оберегать тебя от всяких проходимцев...

– Севастьян не проходимец.

– Ну да, конечно, он хороший.

– Да, хороший...

– А чего ж он, такой хороший, под юбку к тебе лез?

– Ты откуда знаешь? – спросила Тина.

Случай на самом деле имел место быть.

Что уж тут говорить, в Севастьяна она влюбилась по уши. И все ему прощала. Олег заблуждается, Севастьян не бабник. Он просто экспрессивный, динамичный человек. Ему не сидится на месте. Ему нужен кураж, он постоянно к чему-то стремится, что-то творит. А женщин у него нет. У него есть только Тина.

Правда, Севастьян не подарок. Он уже взрослый мужчина. И не понаслышке знает, что такое секс. И Тина не прочь была бы узнать, что это такое. Но у нее принципы. И Севастьян с самого начала их знакомства слышал от нее твердое «нет». И надо сказать, он терпел. И никаких попыток сломить ее не предпринимал. Потому что любил... Хотя один неприятный случай был. Севастьян заманил ее к себе домой, напоил вином, попытался затащить в постель. Пришлось продемонстрировать ему один прием... Олег сам помешан на своем боксе. И Тину с детства к спорту приобщил. И восточными единоборствами заставил заниматься. Бедный Севастьян...

Но откуда Олег знает про этот случай?

– А ты сама подумай, откуда я могу об этом знать? Если не догадываешься, могу подсказать. Твой Севастьян кое-кому рассказал про этот случай. Потому что он трепло ходячее...

– Нет, не трепло. Трепло – это если бы он сказал, что у нас с ним было. А он признался, что ничего не было. Неважно, кому он признался...

– Выгораживаешь его... Ладно, выгораживай, выгораживай... Посмотрим, что из этого получится. Но учти, я тебя в обиду не дам...

– Ты будешь следить за нами?

– Может, и буду.

Спорить с Олегом бесполезно. Если он сказал, что не оставит Тину без присмотра, значит, так оно и будет... Все, кончилась ее вольная жизнь. Снова к ней привяжут телохранителя. Как все это надоело...

Брат занимался бизнесом. И даже имел какое-то отношение к бандитам. Он был состоятельным и влиятельным человеком. За ним Тина как за каменной стеной. Но эта стена давила, не давала жизни. Она пыталась протестовать. Правда, протест выходил какой-то глупый. Она могла себе позволить новый спортивный «Мерседес» самой престижной модели. Но она нарочно пользовалась общественным транспортом. Она могла одеваться как королева. А она одевалась как все. Стильно и просто. Впрочем, ей было все равно, на чем ездить и что носить. Какое-то время после окончания школы она была свободна. Она наслаждалась свободой и обществом Севастьяна. Но всему хорошему когда-нибудь приходит конец... Ладно, она может обойтись без свободы. Но как ей жить без Севастьяна? Ведь она любит его!..

– Можешь следить за мной. Можешь приставить ко мне охрану! Но знай, если Севастьян откажется от меня, я... я... я не знаю, что с собой сделаю!

– Ты это серьезно? – удивился Олег.

– Серьезней не бывает! Я люблю Севастьяна! Он очень хороший!.. Балованный, взбалмошный. Но хороший!

После разговора с братом Тина отходила целых два дня. И Олег, похоже, не мог прийти в себя. Во всяком случае, в ее личной жизни ничего не изменилось.

Она по-прежнему могла ездить на студию, где снимался фильм. Это и были ее подготовительные курсы. Там над ней взяла шефство известная, но маловостребованная актриса. У нее была эпизодическая роль в этом фильме. Она злилась. Но зло свое на Тине не срывала. Правда, постоянно ворчала. Зато очень грамотно помогала овладевать основами актерского мастерства. Жаль, у нее не было своего мастер-класса ни в одном театральном вузе, иначе бы Тина обязательно постаралась попасть на обучение к ней. Она всерьез намеревалась стать профессиональной актрисой.

Константин Павлович занимался рекламным бизнесом, баллотировался в Госдуму. И по воле случая его интересы совпали с интересами Севастьяна. Он выделил деньги на кино. Но при этом напрочь забраковал первую серию его фильма. Оказывается, он вовсе не дилетант, как думал о нем Севастьян. И мог отличать хорошую игру от плохой. Он знал, как снимается кино.

Константин Павлович нашел небольшую частную киностудию, которых при концерне «Мосфильм» полным-полно. А там свой исполнительный продюсер, режиссер, вся технология – от сценария до монтажно-тонировочных работ. Под боком лаборатория, ассоциация каскадеров, пиротехническая группа. В общем, все-все-все. И Севастьян с Тиной в придачу.

От всех киношных достоинств Севастьяна осталось только одно. Он был утвержден на фильм в качестве актера. Всем остальным занимался исполнительный продюсер и режиссер. Мазин его торопил со съемками. Он поставил немыслимые сроки. Фильм должен был выйти до выборов в Госдуму. Это был элемент его избирательной кампании.

Видно, Евгений Федорович не был избалован хорошей жизнью. Похоже, он привык жить и работать в экстремальном режиме. Поэтому рванул с места в карьер.

Константин Павлович заказывал музыку. Он же ставил и условия. В фильме должна была сниматься Тина. А ведь она его ни о чем не просила... Но он здорово ошибается, если думает, что в благодарность за его участие она примет его ухаживания. А он явно к этому стремится... Ничего, у нее есть защита. Если Мазин будет доставать ее, она пожалуется брату... Но он не пристает к ней, не домогается. Может, потому, что бережет свой имидж высоконравственного и справедливого человека. А может, он на самом деле таким является...

Евгений Федорович не хотел брать Тину на роль. И даже готов был отказаться от самого фильма. Но неожиданно для него и для нее самой в ней был обнаружен актерский талант. Она на удивление хорошо владела мимикой, чувствовала кадр, умела держаться перед камерой. К тому же она была темнокожей и красивой девушкой, как того требовал сценарий... Хотя американкой могла быть и белая девушка. Но что есть, то есть. Она утверждена на роль. И будет играть.

Сначала Тина познакомилась с Севастьяном, затем с Константином Павловичем, затем с режиссером Евгением Федоровичем. Такая вот на самом деле была интрига. А домашним она наврала, что режиссер нашел ее на подготовительных курсах, сам предложил ей роль... Но ведь это маленькая невинная ложь. В остальном она не врала. Да, она любит Севастьяна, но секса у них не было...

Съемочный процесс шел уже вторую неделю. Но только сегодня Тина должна была быть задействована в качестве актрисы. Только сегодня она должна была «приехать в Россию» вместе с представителями американской полиции.

Все были в сборе. Не хватало только Севастьяна и Константина Павловича.

Ну, с Мазиным все ясно. Он редкий гость на съемочной площадке. А где Севастьян?

– Сегодня их не будет-с! – театрально закатил глаза Вадим, помощник режиссера.

– Почему?

– Звездная болезнь, знаете-с...

Оказывается, Севастьян вчера изволил кушать водку, а сегодня у него раскалывается голова. Поэтому сегодня придется обойтись без него.

Сегодня Севастьян был нужен не особо. Но Евгений Федорович страшно разозлился, когда Вадим сообщил ему о его отсутствии. Было много непечатных слов. А потом Вадим сказал, что у Севастьяна не просто загул. Сказал, что у него дома женщина... Тина не должна была это слышать. Но она услышала. И первым ее порывом было бросить все и ехать к Севастьяну. Она должна была застать его на месте преступления.

Но она сумела взять себя в руки. Во-первых, она дала себе зарок стать актрисой. И если у нее появился шанс показать себя на съемочной площадке, она ни за что не упустит его. А во-вторых, женщина в постели Севастьяна могла оказаться очередной грязной сплетней. Их и без того предостаточно...

Евгений Федорович неспроста ругал Севастьяна. Он ведь не просто актер, он – само Вдохновение. Без него съемочный процесс пошел наперекосяк. Нервозность, нестыковки, казусы. Режиссер дал правильную установку, актеры отыграли дубль на «отлично», зато оператор отработал на двойку. Сцена не удалась, зато оператор на высоте... Бедлам.

И в этом бедламе была задействована Тина. Костюмы, грим. Нервозность и мандраж. Было страшно выходить на съемочную площадку на растерзание режиссера и прицел кинокамер. Тина страшно переживала. Но, как это ни странно, на каждую сцену понадобилось всего по два-три дубля. Евгений Федорович был удивлен. И даже похвалил ее... Может, в самом деле у нее талант?

Евгений Федорович снимал фильм в авральном режиме. Это, конечно, сказывалось на качестве кино. Поэтому он и не скрывал, что гонит халтуру. И гнать он ее мог от рассвета до заката. Но сегодня съемки закончились в пятом часу дня.

Тина должна была ехать домой. Но ее потянуло совсем в другую сторону. Она не должна была этого делать. Но сделала. Приехала домой к Севастьяну.

Входной звонок не работал, но он и не был нужен. Дверь в квартиру была открыта. Тина легонько стукнула по ней, она и открылась. В нос ударил спертый запах вина и табачного дыма.

Севастьян лежал на расправленном диване. Абсолютно голый. Он был не один. Над ним трудилась роскошная блондинка. Она стояла на коленях. Тина видела ее обнаженную спину, голые раздвинутые ягодицы. Стыд и срам. Но это ерунда по сравнению с тем, чем она занималась. Она брала этов рот. Это!В рот! Какой ужас!.. Может быть, все леди делают это? Но эта сучка этоделать не должна. Или должна, но не у Севастьяна... А этот кобель подставляется. Кобель!!!

Похоже, Тина выкрикнула это вслух. Потому что блондинка вскочила, развернулась передом и тряхнула пышными грудями.

– Пошла отсюда! – неожиданно для себя взвизгнула Тина.

Она никогда не была истеричкой. А тут...

Как это ни странно, блондинка подчинилась. Схватила халат и молча выбежала в кухню. А ведь могла обругать Тину или наброситься на нее с кулаками. Бабы ведь тоже бывают вздорные... И Тина сейчас вздорная. Она готова была разорвать Севастьяна на части.

А тот лежит на диване как ни в чем не бывало. Хорошо, хоть поганые свои чресла прикрыл...

– Ну что смотришь? – зло спросила она. – Не ждал?

– Не, не ждал, – мотнул головой Севастьян.

Похоже, он был пьян. Движения скованные, речь заторможенная и взгляд блуждающий...

– Какого приперлась? – грубо спросил он.

– На тебя красивого посмотреть...

– Ну так смотри...

– Скотина ты!

В оскорбленных чувствах Тина повернулась к нему спиной. Она уходит, а он пусть остается. Пусть его белобрысая шлюха досасывает недососанное...

Тина вдруг поняла, что этот кобель вовсе ей неинтересен. Она не любит его... Скорее всего, это было не так. Может быть, Севастьян по-прежнему очень дорог ей. Но сегодня она не хотела его видеть. Хотелось забыть его навсегда.

Она никак не ожидала от Севастьяна такой прыти. Она еще не вышла из комнаты, а он уже в дверях, перегораживает ей путь. Одной рукой прижимает к телу простыню. Какая галантность... А вторую руку тянет к ней.

– Тина, ты извини, так получилось!

В его глазах было раскаяние и страх. С каких это пор он стал ее бояться?..

– Возвращайся к своей сучке!

– Олеся не сучка. Она нормальная девчонка... Мы вчера с ней в кафе познакомились.

– И сразу в постель?

– А что тут такого? Мы же не в каменном веке живем... Нет, я не говорю, что и ты должна прыгать ко мне в постель. Ты – это другое...

– Да что ты такое говоришь? Еще скажи, что я для души, а все остальные женщины – для тела. Скажи!

– И скажу!

– Ты отлично играешь, Севастьян. Жаль, тебя сегодня не было на съемочной площадке. А ведь это твой фильм.

– Да знаю я, – как от боли сморщился он. – Это мой фильм. А я на него, получается, с прибором положил... А почему я, спрашивается, это сделал?.. Сам не знаю, почему... А-а, я, кажется, знаю.... Ты как здесь оказалась?

– Какая разница, как я здесь оказалась? Главное, что я здесь. И я прошу тебя, уйди с дороги. Или...

– Что – или? Снова меня через себя швырнешь?.. Швыряй. Тебя я не боюсь... – Севастьян сердился. И это уже не было похоже на игру. – Вернее, боюсь. Но не тебя... Я братца твоего боюсь. Братца твоего!

– Откуда ты про моего брата знаешь?

– Ха! Откуда!.. Ты лучше скажи, почему я так долго ничего про тебя не знал... Прикидываешься простой негритянской девочкой, а твой брат... Твой брат крутой... крутой бизнесмен с криминальным уклоном...

– Какой криминальный уклон, о чем ты? Олег – обычный бизнесмен. У него сеть спортклубов.

– Ага, видел я его спортсменов. Тугие затылки, пальцы веером... Простые русские спортсмены на простой немецкой машине. Да мне на такой «Мерседес» за всю жизнь не скопить... Да и жизнь может оказаться короткой. Да, это они мне так сказали. Тронешь, говорят, Тину, завтра от водолазов в Москве-реке прятаться будешь...

– И ты им поверил?

– Поверил... Я не знаю, чем занимается твой брат. Но на подхвате у него настоящие гангстеры. У меня до сих пор мурашки по коже, когда я вспоминаю эту встречу...

– Все, я тебе больше не нужна?

– Тина!.. Тина, давай поговорим, как нормальные люди. Я же нормальный парень. Мне двадцать четыре года. Я мужчина, в конце концов. Мне нужна женщина... А ты, ты динамишь меня. Куда мне деваться? Вот и приходится... А потом... Потом, я не хочу проблем с твоим братцем.

– Да что ты знаешь про моего брата? Да ты и мизинца моего Олега не стоишь!..

– Вот! И он так, наверное, думает... Мне кажется, я знаю, как ты здесь оказалась. И кажется, я знаю, почему завис с Олесей...

Он понизил голос, оглянулся назад – не стоит ли за спиной блондинка.

– Все как во сне, Тина. Туман перед глазами, в башке вата, и время как чокнутое, все с ног на голову... Может, это подстава? Я с Олесей, а ты здесь... Ты должна была это увидеть. И ты это увидела...

Она не должна была услышать, о чем говорил режиссер со своим помощником. Но она услышала. И узнала, с кем проводит время Севастьян. Кстати, дверь в его квартиру была открыта. Как будто нарочно... Может, в самом деле его подставили? Но кто мог это сделать?

– Может, это твой братец постарался? Может, он не хочет, чтобы мы были вместе?

– Что?! Ты думаешь, это Олег?! Да пошел ты!..

Тина отодвинула Севастьяна в сторону и выскочила из квартиры. В расстроенных чувствах спустилась во двор. В расстроенных чувствах – это еще мягко сказано. Да ей выть от обиды хотелось!..

Все-таки Олег влез в ее личную жизнь. И не просто влез, а вломился как слон в посудную лавку. И очень даже может быть, что блондинка в постели Севастьяна – его рук дело. Олег в самом деле крутой бизнесмен. В смысле, что он может все. И ему ничего не стоило нанять Олесю, подговорить помощника режиссера, чтобы он «подсказал» Тине...

Неужели все-таки Олег?

Олег, Севастьян... Они оба предали ее. Они оба надругались над ее чувствами. И нет им прощения!..

Тина шла не разбирая дороги. Она ничего не видела перед собой. И налетела на какого-то мужчину.

– Извините! – автоматически бросила она и сделала шаг в сторону, чтобы обойти препятствие.

Но препятствие не хотело ее отпускать. Оно схватило ее за руку.

– Тина! – услышала она знакомый голос.

Она подняла глаза и увидела Константина Павловича. От Мазина пахло дорогим одеколоном. Тина любила такие терпкие мужские запахи. Может быть, поэтому сейчас он произвел на нее впечатление настоящего и очень интересного мужчины.

Он и в самом деле выглядел эффектно. Белая шелковая рубаха, отглаженные брюки, холеный, лощеный. Волевой склад лица, строгий взгляд. Ему хотелось подчиняться... Странное чувство. Может, на почве жгучих обид у Тины произошел сдвиг по фазе?..

– Тина, ты куда? – строго спросил он.

– Не знаю.

А в самом деле, куда она идет? Домой неохота. Олег часто заглядывает к ним с мамой. Может объявиться и сегодня. А она не хотела встречаться с ним... Она могла не пойти сегодня домой. В знак протеста. Что же делать? Куда пойти, куда податься, кого найти, кому... Нет, отдаваться она никому не собирается. А почему бы и нет... Хотя бы в знак протеста!

– От Севастьяна?

– От него...

– Тина, ты не в себе. Что-то с тобой стряслось, – Константин Павлович смотрел на нее внимательным озабоченным взглядом. – Что Севастьян с тобой сделал?

– Ничего!

– Нет, с тобой в самом деле что-то стряслось...

– А вы тоже к Севастьяну?

– К нему. Он сегодня не был на съемках. А я не для того вкладывал деньги в его фильм, чтобы он прогуливал...

– Он не один. С ним женщина...

– Ах, вот оно что! С вами все ясно... Ладно, не буду его беспокоить. А вот тебя побеспокою. Лица на тебе нет... Давай ко мне в машину. Тебе успокоиться надо...

В кожаном салоне его новенького «Лендкрузера» было прохладно и уютно. Тихо играла мягкая успокаивающая музыка. Мазин захлопнул за ней дверцу – как будто отрезал ее от внешнего мира со всеми его горестями и бедами. У Тины даже на душе полегчало.

– Куда едем? – спросил он.

– Не знаю, – пожала она плечами.

– А разве тебе не надо домой?

– Чего я там забыла?

– Зря ты так. Дом есть дом...

– Не хочу я домой! – отрезала Тина.

– А куда ты хочешь?

– В аэропорт. Хочу в самолет, который унесет меня на край света.

– На край света ездят с любимым. А ты оставляешь Севастьяна дома...

– Да какой он любимый? Скотина он!..

– Тина, не горячись!

– Константин Павлович, может, не надо? Сейчас морали читать мне начнете... Еще в отцы запишитесь.

– Ну нет, в отцы я к тебе записываться не собираюсь. Хотя, надо заметить, в отцы гожусь...

– Константин Павлович, ну не надо, я вас умоляю!

– Все, все, молчу... Домой ты не хочешь. А как насчет сходить в приличный ресторан? Я знаю одно местечко. Там отдельные кабинеты...

– Зачем отдельный кабинет? – инстинктивно насторожилась Тина.

– Это не обычные кабинеты. Это комнаты с камином. Представляешь, сплит-система обеспечивает прохладу, а рядом горит камин. Дрова тихо потрескивают, да и сам огонь успокаивает... Тебе там понравится. Посидим, поговорим... Кстати, Евгений Федорович говорит, что ты у нас королева съемочной площадки...

Мазин задел тщеславную струнку ее души и тем самым окончательно покорил Тину.

– Хорошо, поехали в ваш каминный ресторан...

Только кабинет на засов не закрывать, хотела добавить она. Но промолчала. Зачем обижать его? Ведь он воспитанный мужчина и хорошо разбирается, что можно делать, а чего нельзя... А если все-таки он будет приставать... Ну и что? В конце концов, он мужчина, а она – женщина, чтобы к ней приставать. Ничего здесь предосудительного... Правда, ничего у него не получится. Она даст ему по рукам, но... не будет в обиде...

В ресторане в самом деле было очень хорошо. Комфортная, почти по-домашнему уютная обстановка. И камин у самого столика. Треск горящих дров умиротворял разум и убаюкивал совесть...

Мазин был на высоте. Красавцем его не назовешь, по годам он в самом деле годится ей в отцы. Но с ним легко и интересно. Его приятно слушать, его взгляд не сковывает мысли и движения. С ним просто... Хотя человек он явно не простой. Кандидат в депутаты Госдумы, миллионер и меценат. Но все же ему далеко до Олега. Про Тимура Беспашного и Валеру Сазонова и говорить нечего. Вот это настоящие гранды. Хотя... Хотя Константин Павлович тоже не лыком шит...

Тина не отказалась от бокала сумасшедше дорогого вина «Шато Лятур». Алкоголь вскружил голову. Вторая рюмка не показалась лишней... Чем больше она пьянела, тем больше нравился ей Мазин. А он не сводил с нее взгляда. Она видела желание в его глазах. Ей было страшно. И интересно...

Вино все сильнее пьянило кровь. Воображение разыгралось не на шутку. Особенно когда Константин Павлович взял ее за руку и повел в общий зал к оркестру. Они танцевали медленный танец, он крепко прижимал ее к себе. Она чувствовала силу его желания. Ей стало еще страшней. И еще интересней...

Кровь штормила, в голове бушевал ураган. Хотелось чего-то необыкновенного... Почему бы не влезть на райское дерево и не сорвать запретный плод?.. Интуитивно Тина осознавала, что с ней происходит что-то не то. Но ничего не могла с собой поделать. Ее неудержимо тянуло на подвиги.

– Может, поедем ко мне домой? – пожирая ее плотоядным взглядом, спросил Константин Павлович.

– К вам... К тебе домой?

Они уже общались на «ты». Как любовник и любовница... А ведь он запросто может стать ее любовником. А она любовницей... Такое ощущение, будто кто-то подменил ей сознание. Она не должна так думать. Но она думает. И даже находит особую прелесть в этих бесстыжих мыслях.

– А почему нет?.. Кстати, в самое ближайшее время мы будем снимать несколько сцен в моем доме. Тебе обязательно нужно побывать у меня. Можно прямо сейчас.

– Можно? – с чужой улыбкой на чужих устах посмотрела на него Тина.

– Можно.

– Если можно, тогда поехали...

Чужие ноги подняли ее из-за стола, понесли к выходу из ресторана. Чужая задница двигалась навстречу приключениям...

Глава пятая

Олег настраивал себя на победу. Но и Томсон тоже не собирался проигрывать. Все восемь раундов он неудержимо рвался вперед. Олег держался как мог. Но слишком силен был натиск заокеанского бойца.

Олег проигрывал бой. Он мог успокоить себя тем, что этот бой сам по себе – победа. Он собрал полный зал, он заработал много денег... Но, во-первых, он даже не думал о меркантильной стороне дела, а во-вторых, ему нужна только одна победа – когда рефери вскинет его руку в победном жесте.

Но Томсон выигрывал. И не только по очкам. Олег уже два раза побывал в нокдауне. И в любое время мог отправиться в нокаут.

Последний раунд, последние минуты боя. Томсон выдохся. Но по-прежнему продолжает атаковать, вкладывать в удары всю свою силу. Олегу продержаться бы... Но его дурацкая натура продолжает настраивать сознание на победу. У него никакой возможности победить. А все равно рвется в контратаку. Жаль, это плохо удается. Томсон постоянно начеку. Его не пробьешь...

Томсон снова атакует. Вот это сила! Олег еле уклонился от мощного хука справа. И тут же нарвался на крюк снизу. Он успел подставить перчатку. Но разве можно остановить рукой тяжелый молот... Он всего лишь смягчил удар. И то незначительно... Челюсть налилась свинцом, в ушах зазвенело, перед глазами пошли круги. Но он все же на ногах. И может продолжать бой... Только Томсон почему-то решил, что Олег в нокауте. Он идет на добивание. Но слишком широко размахивается и руку оттянул назад недопустимо далеко. Это будет чисто деревенский удар – страшный и немыслимо сильный. Если будет...

Томсон идет вперед. Но рука не успевает за телом. И лицо открыто. А Олег готов к удару... Он видел этот удар у Тайсона. Атака на встречных курсах. Он на мгновение опережает противника и наносит сокрушительный прямой в голову. Полный нокаут... Но не только Тайсон может так бить. У Олега тоже должно получиться...

Это был козырной удар. Такое ощущение, будто Томсон нарвался на железобетонный столб. Голова дернулась, как танковая башня после прямого попадания. Глаза закатились, ноги подкосились... Никогда Олегу не забыть, как рушилась эта громада, как содрогнулся под ногами настил ринга. А как бушевал зал...

Он не завоевал пояс чемпиона мира. До этого титула ему далеко. Но какая разница, на какую вершину он поднялся. Главное, он сделал шаг вперед. Главное, он победил!

Боксеры не встречаются после боя, чтобы обсудить детали поединка. Не принято это. Побежденный не хочет видеть победителя. Победителю же достаточно встречи на ринге... Но Олег не просто боксер. Он организатор боев. И должен нанести Томсону визит вежливости, хочет он того или нет...

Олег привел себя в порядок. Пообщался с врачом, с массажистом, принял душ. И на гребне успеха отправился в свой офис. Сегодня вечером он наведается к Томсону в гостиницу. Уже есть договоренность с его менеджером. Если Томсон не откажется, они посидят у него в номере или спустятся в ресторан. Все за счет фирмы, разумеется...

Олег втайне мечтал, чтобы Томсон отказался. Но американец отказываться не стал. Мало того, она сам нагрянул к Олегу, заявился в его кабинет.

Перед боем Томсон был угрюмым, как дождевая туча. Это у него всегда. Так он настраивается на поединок. Зато после боя он – само великодушие. И даже неважно, выиграл он или проиграл... Сегодня он проиграл. Но все равно глаза блестят, рот до ушей.

– Отлишно, русски мастер! – вместо приветствия похвалил он своего бывшего соперника.

До Олега не сразу дошло, что Томсон говорит по-русски. Неважно, что с акцентом.

– Откуда вы знаете русский? – удивился он.

Это была первая их встреча. Потому что как организатор боев Олег избегал видеться с ним до боя. Но ему никто не говорил, что Томсон знает русский. Откуда?

– Откуда? От вирблюта! – ослепительно улыбнулся негр.

– Колоритно сказано, – усмехнулся Олег. – Присаживайтесь, мистер Томсон. Что будете пить? Чай, кофе? Может, ром, виски?

– Виски! – кивнул негр. – Русски виски!

– Это, простите, как?

– Первач!.. О! Первач! На сливах... Я пиль такой. О-о!.. Я уже биль в Москва. Дафно. Олимпиада... Да, Олимпиада!..

– Что-то я вас не понял. Америка не участвовала в нашей Олимпиаде.

– Я виступал за Кубу. Я сам с Кубы... Потом Америка. Профессионал бокс...

– И Фидель вас отпустил?

– Фидель меня ругал. Но мне все равно... Первач пить будем? Это твоя победа, Олег. И пить будем русский первач...

Он знал, кто умеет гнать отличный первач на сливах. Его матушка. Без всякого аппарата его делает, никаких змеевиков. Но качество – закачаешься. А забирает... Но мама Рита уже давно не занимается такой ерундой. Да и не пьет она. И не курит. Не хочет стареть рано... Ей уже за сорок, но выглядит как тридцатилетняя. Мужчины, кстати, тоже старят. Это еще одна причина, почему она не хочет замуж...

– Можно первачок организовать, – кивнул Олег. – Только нужно хороший первачок. А его в магазинах не продают. Время нужно... Может, просто водки? Хорошей русской водки?

– О! Водка, это тоже хорошо!.. Меня Рита водка угощала...

– Какая Рита?

– Женщин один была. Рита звали. М-м, какая женщин!.. Я ее любил...

– Рита, говоришь, – задумался Олег. – А как звали тебя тогда?

– Феликс меня звали...

Все встало на свои места.

Олег откинулся в кресле. Выдохнул из себя воздух. Исподлобья посмотрел на негра.

– Знаешь, почему я боксом начал заниматься? – угрюмо спросил он.

– Почему? – удивленно вытаращился на него Томсон.

Он уловил резкую перемену в его настроении. Но не понял причины.

– Потому что я всю жизнь мечтал набить тебе морду. Набить морду! Тебе!..

Как будто птица пролетела над негром. Как будто крылом своим смахнула с него улыбку. Он весь подобрался, набычился. Олег не стал пытать судьбу. Он поднялся с кресла, собрал всю свою силу в кулак. Вдруг этот слонопотам бросится в атаку. Хотелось бы повторить сегодняшний прямой в голову...

– Ты – козел! Понял, ты кто! – продолжал наезжать Олег.

Он не боялся американца. И готов был схлестнуться с ним в новом поединке. И неважно, кто победит. Главное, этот Феликс узнает, какое говно он собой представляет...

Вряд ли слово «козел» в Америке несло на себе ту же смысловую нагрузку, что и в России. А может, козел и в Африке козел... В общем, американец рассвирепел.

Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не сцена из бразильского сериала. Открывается дверь, в кабинет входит мама Рита. Такая же молодая и красивая, как восемнадцать лет назад, когда Тины еще и в проекте не было...

Томсон уставился на нее, как на привидение. Мама Рита удивленно смотрела на него. Прошло много лет, Феликс изменился – она не должна была его узнать. Но, похоже, она его узнала... Да, узнала. И он ее узнал.

– А это моя мама, – неприязненно глядя на Томсона-Феликса, усмехнулся Олег. – Но без сливового первача...

Мама Рита тоже не испытывала особой радости по поводу встречи со своим бывшим хахалем. Да и не до него было.

– Ты не знаешь, где Тина?

– Как – где, съемки у нее. Она же у нас актриса...

– Я звонила на студию. Съемки закончены. Все ушли... Уже давно как все разъехались. А Тины дома нет. И телефон ее не отвечает... Я думала, она у тебя...

– С каких это пор она бывает у меня?

Мама и Тина любили Олега. И как они уверяли, именно поэтому они никогда не ходили смотреть, как он дерется. Говорили, что им не нравится видеть, как его бьют. То, что он тоже бьет в ответ, им все равно. Чужая боль их не волновала...

– Олег, Тину искать надо. Что-то с ней случилось. На душе неспокойно...

Первым делом Тимур позвонил Ереме.

– Где Тина? – жестко спросил он.

– Дык, я откуда знаю? Ты ж сказал, отвязаться, мы и отвязались...

– Где она сейчас может быть?

– Не знаю... Может, у Севы? Но мы с ним поговорили. Зашугали пацана...

– У тебя есть его координаты?

– А как же? И телефон есть, все как в лучших домах...

– Давай стыкуйся с этим щеглом. Узнавай, где может быть Тина. И давай подтягивайся ко мне в офис...

– Понял, шеф. Уже в пути!..

Олег сложил трубку, сунул ее в карман. Хмуро посмотрел на Томсона.

– Будет тебе первач. Все будет. Но сначала Тину найдем... А ты, – так же хмуро посмотрел он на мать, – объясни ему, кто такая Тина...

Лицо негра разгладилось от морщин, в глазах вспыхнула безумная радость. Оказывается, у него никогда не было детей. А тут... Олегу до фонаря были его отцовские чувства. И Тину ему он отдавать не собирался. Ему сейчас вообще не было никакого дела до этого негра.

Зато мама Рита расклеилась. Слезу не пустила, носом не захлюпала и на шее у Томсона не повисла. Но несколькими теплыми фразами с ним перекинулась... А фиг с ними. Сейчас, главное, Тину найти.

Ерема позвонил минут через двадцать.

– Олег, мы с Люксом уже в пути. Скоро у тебя будем... Это, я этого Севу пробил. Была у него Тина. Была, да сплыла... Прикинь, она к нему, а он с бабой. Представляю, какая была картина...

– А если короче?

– Если короче, ушла она. А если еще короче, то он видел ее в окно. Она к продюсеру в машину садилась...

– Какой, на фиг, продюсер?

– Ну это, Константин Павлович которого зовут... Видно, он к Севе ехал, а тут Тина. В общем, обратно они вместе уехали.

– Куда?

– Не знаю... Но я тут на всякий случай адресок фирмы пробил, которой этот чувак заправляет. Там сейчас черт сидит какой-то непробиваемый. Я ему нормально говорю, скажи, где босс живет. А он – не положено... Это не положено, пока его самого мордой в асфальт не положили. Я бы его лично положил. Да тут другой вариант наклюнулся. Я через Севу телефон режиссера пробил. А через него адресочек этого Константина Павловича узнал. В общем, провентилировали вопрос...

– Думаешь, Тина у этого козла может быть?

– М-м...

– Чо ты там мычишь?

– Это... Это, Сева сказал, что продюсер к Тине неровно дышит...

– Давно он тебе об этом сказал?

– Да только что с ним разговаривал... В общем, Тина может быть у него. Она ж еще девчонка, трудно ей, что ли, мозги заканифолить...

Продюсер жил в элитном поселке в нескольких километрах от МКАД по Новорижскому шоссе.

Олег не собирался терять время. Взял с собой Ерему, еще двух бойцов. Сел в машину, врубил мигалку и вперед... Томсон-Феликс увязался за ним. На дочь ему не терпелось посмотреть. Отговаривать его Олег не стал. Если хочет, пусть едет. А вот мать он оставил в офисе.

Поселок охранялся. И чтобы попасть на его территорию, нужно было проехать через КПП. Пропуска у Олега не было. Но его все равно пропустили. Сработали магические слова «белокаменская братва». А убойный вид Еремы подействовал как гербовая печать на этом невидимом мандате.

Неплохой особнячок отгрохал продюсер. Архитектурные изыски. Два этажа, общая площадь, как минимум, пятьсот квадратов. Высокий забор, несколько видеокамер наружного наблюдения. За забором собаки, а в доме, возможно, охрана. Да еще и тревожная кнопка вызова наряда вневедомственной охраны.

Олег врубил и выключил сирену головного джипа. Ерема поступил проще. Он нажал на клавишу звонка.

Хозяин дома не заставил себя ждать. Он сам лично вышел навстречу незваным гостям.

– А я вас уже жду! – ошарашил он Олега.

Что-то лицо его знакомое... Где-то он уже его видел...

– Мразин?

– Мазин, – поправил его мужик. – Мазин Константин Павлович...

Точно, это бывший белокаменский мент. Та самая гнида... Значит, это он пытался совратить Тину. Или совратил... Мазин не был депутатом, только баллотировался. Но Олегу уже сейчас хотелось нарушить его неприкосновенность. Желательно кулаком в лоб.

– Где Тина? – свирепо спросил Олег.

От него не укрылось, как вздрогнул Мазин.

– У меня Тина. Все нормально. Она устала и спит... Вы только не подумайте, ничего не было...

Олег нашел Тину в каминном зале. Она свернулась калачиком на кожаном диване и просто спала.

– Как она здесь оказалась?

– Мы... Мы были в ресторане. Выпили немного вина. Потом поехали ко мне... Тину разморило. И она сразу легла спать. Вот, спит...

– Ты кого лечишь, мразь? – вскипел Олег.

Он схватил Мразина за грудки, встряхнул.

– Ты кто такой, чтобы по ресторанам с ней ходить, а? А домой зачем повез?.. Ты что, думаешь, я не въезжаю, что ты с ней собирался сделать?..

– Ничего не было! – твердо стоял на своем Мразин.

Олег отшвырнул его от себя.

– Короче, я узнаю у Тины, как все было. Учти, если ты к ней грязно домогался, тебе не жить, понял? Я за сестру тебя на части порву, понял?

Томсон подошел к Тине, какое-то время любовался ею, затем бережно поднял на руки и понес к выходу. Олег останавливать его не стал... Все-таки он ей отец. А Мразин... Мразин – мразь ползучая. И если он действительно хоть пальцем тронул Тину, ему несдобровать.

Глава шестая

Костя очень нервничал и курил одну сигарету за одной. Он ехал в свой офис. За рулем Фима, рядом с ним на боевом посту – телохранитель Мика. Оба при оружии. Но все равно на душе неспокойно...

Машина шла по Большой Академической. Никаких остановок не запланировано. Но Фима вдруг резко ушел в правый ряд, остановился и дал задний ход. Машина застыла возле рекламного щита.

– Ну, и что ты сделал? – удивленно и недовольно спросил Костя.

– Может, мне показалось... – замялся Фима. – Да вы сами посмотрите!

А смотреть, оказывается, было на что. Костя стоял под рекламным баннером, на котором красовалась его персона. Предвыборная агитация. Этот плакат уже два месяца здесь красуется. Да и по всей Москве их полно... И неужели на всех щитах выписан этот гнусный слоган?

«ТРУДНО СТАТЬ ПИДЕРОМ. НО Я СТАЛ ИМ! ТЕПЕРЬ ВАША ОЧЕРЕДЬ!..»

Какая-то падла убрала нижний изгиб с буквы Л в третьем слове. Буква Л превратилась в П. Костя был «лидером», а стал «пидером». Мало того, он призывал стать пидерами своих избирателей и привести их к светлому пидерастическому будущему...

Костя стал красным как помидор, на негнущихся ногах вернулся в машину, велел гнать в офис.

Первым делом он призвал к себе Коха.

Уже нет в живых его сообщников, с которыми он начинал свою преступную карьеру. Одного он грохнул в Москве, одного в Молдавии, третьего в Казахстане. Теперь никто из его команды не знает о происхождении его начального капитала. Разве что догадываются. Но одно знать, другое догадываться...

Женя Коханов тоже в свое время был ментом. Но к ограблению на Цветном бульваре не имел никакого отношения. Поэтому он до сих пор жив. Он был самым толковым парнем из его новой команды. Костя сделал на него ставку и приблизил к себе. С ним он прошел камчатский огонь и тихоокеанскую воду. Кох был его правой рукой. И еще ни разу не подвел.

Костя объяснил ему ситуацию с рекламными плакатами.

– Надо узнать, как дела с другими баннерами, – поставил он первую задачу.

– Плохо, – повесил голову Кох.

Костя показалось, что на его губах выступила обидная насмешка. Но ему всего лишь показалось... А если нет? Что, если все его подчиненные смеются над ним!..

– Не знаю, везде или нет, но на трех баннерах такая же картина. Я уже озадачил человека. Будет тебе, шеф, статистика...

И статистика эта будет неутешительной. Костя в этом не сомневался.

– Как думаешь, чьих это рук дело?

– Не знаю, – пожал плечами Кох. – Будем разбираться... Но это не хулиганье. Тут чья-то очень серьезная рука...

– Мне кажется, я знаю чья...

Намедни он разыграл такую комбинацию. Подговорил помощника режиссера, купил проститутку Олесю, загнал ее вместе с Севой в одну клетку и отправил Тину в этот зоопарк. Все прошло как по маслу. Тина заглотила наживку. Рыбка была у него в руках, оставалось только насадить ее на кукан.

Он отвез Тину в ресторан, угостил ее вином. Очень дорогим вином – три штуки баксов за бутылку. К тому же он добавил стоимость. Ровно на столько, сколько стоит таблетка женского возбудителя. Эту таблетку он добавил Тине в бокал, а она не заметила... Зато он заметил, как она завелась. Заметил, как она его хочет.

Все было офигенно замечательно. Он повез Тину домой, угостил шампанским, предложил принять душ.

От душа она отказалась. Тина предложила трахнуться без всякого душа, по принципу «здесь и сейчас». Правда, она добавила, что брат ее будет против. Но ей все равно...

Да и ему было все равно. Пока он не узнал, кто у нее брат... Олег Мигунов, он же боксер мирового уровня, он же белокаменский бандит – причем очень и очень авторитетный. Друг самого Тимура Беспашного...

Костя узнал про ее брата, и все желание пропало. Штаны расстегивать не захотелось. Да и Тина уже ничего не хотела. Потому как заснула... Он мог бы поиметь ее во сне. Но делать этого не стал. Как знал, что Олег нагрянет с минуты на минуту. Так оно и вышло.

За последние несколько лет Костя высоко поднялся. Но Тимур Беспашный со товарищи поднялся еще выше. У него была целая промышленно-сырьевая империя. Бизнесмен с большой буквы и с большими связями на все уровнях – от низов до самых до верхов. Он уже не был бандитом в прямом смысле этого слова. Но бандитские замашки остались. Одного его слова хватило бы, чтобы стереть Костю в порошок. А он бы это слово сказал, если бы с Тиной что-нибудь случилось...

Костя узнал, кто такая Тина. Не то чтобы вовремя, но и не совсем поздно. А если бы не узнал... Олег бы взял его дом штурмом. И застал бы Костю верхом на его сестре. От Кости осталось бы мокрое место...

Но ему повезло. Олег забрал Тину и уехал. Правда, пообещал сделать Косте больно, если он пытался совратить его сестру...

Да, Тимур Беспашный крутой. И Олег Мигунов тоже из той же когорты криминальных монстров... Но и Костя не пальцем деланный. Да, он заискивал вчера перед Олегом. Но это не значит, что он его боится. Бояться и опасаться – это не совсем одно и то же. Он опасается. Поэтому должен принять кое-какие превентивные меры.

Костя ничего не скрывал от Коха. Рассказал ему про вчерашний вечер. Особый упор сделал на помощника режиссера и на проститутку Олесю.

– Как думаешь, что будет, если Мигунов до них доберется? – в упор глядя на своего помощника, спросил он.

– Ничего хорошего не будет. Мы для чего Севу подставили? Чтобы Тину из колеи выбить. Чтобы ты ее потом совратил...

– Вот! И Олег может сделать те же выводы... Если уже не сделал... Мне кажется, это он мне карту со своим «пидером» испортил...

– Вряд ли. Он про тебя с Тиной только вчера узнал. А чтобы плакаты изгадить, одной ночи мало. К ним можно только подобраться. Но это если с подготовкой. А подготовка долгая... Кто-то заранее все спланировал...

– Ты не знаешь белокаменских, – мрачно усмехнулся Костя.

Он вспомнил одну историю. Тимур оказался в тюрьме, а некий Слепень провозгласил себя центровым его команды. И рядовые бандиты за ним пошли. И только Олег с Валерой Сазоновым ни в какую... В общем, в одно прекрасное утро труп Слепня был выставлен на обозрение перед спортзалом, где собиралась белокаменская братва. Все как положено – дорогой гроб, костюм, белые тапочки. Братки были в шоке. Олегу и Валере потом ничего не стоило взять их за рога и вернуть в стойло... Гроб с трупом отправили в морг, но тот по дороге исчез. Снова проделки Олега и Валеры. И все это они провернули за одну ночь... А тут какие-то баннеры. Для белокаменских это как два пальца обмочить. Или кого-нибудь замочить...

Сегодня Олег в «пидеры» его записал. А завтра киллера организует... Это у белокаменских запросто. Иначе бы они просто не поднялись на такую высоту...

– Они это. Они! – сделал Костя решающий вывод. – И это только начало. Травля началась... А если не только травля? Если они грохнуть меня захотят? Тот же Мигунов... Знаешь что, Кох. Надо превентивные меры принимать. Надо решить вопрос с Вадимом и Олесей. Они в курсе, что мы Севу подставляли. И, между прочим, сами виноваты. Не надо было соглашаться...

– Ты конкретно скажи, шеф, что с ними делать? – нахмурился Кох.

– А ты не понял?.. Мочить их надо. Мочить! Пока до них белокаменские уроды не добрались...

– Мочить?! За что?

– Не за что, а почему!.. Они слишком много знают...

– Но ведь можно с ними просто поговорить. Объяснить, что язык нужно держать за зубами...

– Да, а после тебя белокаменские братки к ним подкатят, тоже поговорят. А говорить они умеют, ты уж мне поверь...

– Шеф, мы же решили нормально в Москве жить. Без мокрухи...

– Это мы решили. А белокаменские бочку на меня катнули...

– Ну так с ними и разбираться надо. При чем здесь Вадим и Олеся?..

– При том!..

Костя замолчал, нервно забарабанил пальцами по столу.

– Слушай, Кох, а ты прав! – выпалил он. – С белокаменскими разбираться надо, с ними!.. Эти козлы пидером меня выставили! Пидером!!! Они ноги об меня свои поганые вытерли. Они решают, что можно мне делать, а что нет. А кто они такие? Кто?.. Бандиты паршивые, шушера уголовная. А я... А мы с тобой, Кох, менты. Менты не бывают бывшими. Они всегда настоящие... И мы, менты, должны бояться какую-то уголовную шваль?..

Он рвал и метал. И всерьез бросал вызов белокаменским – пока что мысленно. Но у него есть все для того, чтобы наказать их реально.

Однажды он уже их наказал. Подставил под чеченцев. И ведь гениально дело провернул. Сам, всего с тремя помощниками, фактически без денег. А сейчас он большой человек. У него связи в высших эшелонах МВД, он кандидат в депутаты. Он миллионер, наконец. И главное, у него целый штат проверенных бойцов – натуральных головорезов. Все они числятся сотрудниками службы безопасности, но их сути это не меняет.

Белокаменские зажирели, мхом поросли. У них полно «быков», но у тех одна забота – травку щипать и телок драть. Гена Скопец, говорят, спивается. Тимур и Валера чисто бизнесмены. Олег... С Олегом особый разговор. Этот урод первым попадет под удар...

– Гасить этих козлов нужно! – решил Костя. – Всех гасить!..

– Когда начнем?

Костя задумался. Начать можно хоть завтра. Кох – большой спец по мокрым делам. С его подготовкой и его бойцами можно ликвидировать сразу всех белокаменских авторитетов...

– А как только, так сразу!.. Мы еще посмотрим, кто из нас пидор!

– Ну так что, начинаем?

Странный человек Кох. Лохов гасить не захотел – сопли пустил. А с крутыми бандитами связываться не боится. Сам рвется в бой...

– Начинаем... – кивнул Костя. – С киношника начинаем. И с путаны...

Его душила злоба и ненависть... И все же он не решился поднять руку на белокаменских авторитетов. Страшно... А киношника Вадима и шлюху Олесю чего бояться? Кто за них подпишется?..

Он утрясет рамс с Тиной, заключит мир с ее братом. А потом отомстит. Им обоим... Надо будет просто выгадать момент. Так, чтобы бить наверняка и без последствий... Он отомстит. Он обязательно отомстит... Если будет настроение.

А Вадима с Олесей можно грохнуть без настроения. Как букашек прихлопнуть. И для дела есть маленькая польза. И его ребята потренируются. А то уже засиделись без дела.

Глава седьмая

Ерема перебирал в памяти вчерашний случай. У него закончились сигареты, и по пути домой он заскочил в супермаркет. Взял сразу блок «Парламента» и на кассу. А там очередь. Но ему-то чего в очереди толкаться. Даст кассирше бабок под расчет, и все. Делов-то на три секунды...

Девчонка на кассе обслужила одного клиента и переключалась на другого, когда перед ней образовался Ерема. А девчонка симпатичная. И взгляд многообещающий. Только Ереме сейчас не до амуров. Подруга Юлька удовлетворяет его на все сто.

– Барышня, один момент. Только сигареты. Вот, под расчет...

Все нормально. Никаких проблем. Девчонка проводит сигареты через кассу, берет бабки. Можно уходить... Но на плечо Еремы ложится тяжелая длань.

Это был парень, которого он опередил.

– Слышь, мужик, а ты чего без очереди? – зло прошипел он на ухо.

Взгляд тоже злой и угрожающий.

Ерема стряхнул его руку со своего плеча и виновато развел руками.

– Извини, братуха! Спешу!..

Он думал, что все на этом закончится. Но парень прилип как банный лист.

Он снова догнал Ерему, схватил за плечо, развернул к себе.

– Слышь, ты че сваливаешь? Кто тебя отпускал?

А парень здоровый. Косая сажень в плечах, мощные руки. И репа с бронированной облицовкой. Одет – черные наглаженные брюки, белая рубаха. Ворот расстегнут – видна толстая золотая цепь в палец толщиной. Под крутого братка косит.

У Еремы тоже черные наглаженные брюки. Только ворот белой рубахи стягивает галстук. Поверх – пиджак. А под пиджаком кобура с волыной... Только у Еремы и в мыслях нет хвататься за пушку. Он же цивилизованный человек. Во всяком случае, так считает Олег. А Олега Ерема сильно уважает...

– Братан, я не понял, что за дела? – ухмыльнулся он.

– Ты че, крутой, да? Какого без очереди лезешь?

Самое обидное, что конфликт вышел из-за такой мелочи. Из-за каких-то вонючих сигарет...

– Я же сказал, извини! Больше не буду!..

Ерема решил, что инцидент исчерпан, и двинулся к выходу. Но, видно, парень оказался абсолютно невъезжающим. И снова попытался его остановить... Ерема снова развернулся к нему лицом. Но на этот раз он пустил в ход кулаки. Великолепная «двойка» – левой в солнечное сплетение, правой в челюсть – швырнула баклана на пол, загнала под тележку. Хотел перед кассиршей порисоваться, теперь пусть дальше рисуется, пока не оклемается...

Ерема поднял обе руки. Мол, не хотел он никого бить, но так вышло. Подмигнул кассирше и вышел из магазина.

Вроде бы ничего необычного. Ну врезал какому-то козлу по морде. Только такое ощущение, что эта встреча с козломордым не последняя... Ну и хрен с ним, если не последняя. У него КМС по боксу и черный пояс по карате-до. И волына всегда в кобуре... Пусть козел бежит от него как можно дальше...

Ерема вышел из супермаркета, нырнул в свой «Мерседес». По пути захватил Люкса. И вместе с ним предстал пред ясны очи своего босса.

Олег пребывал в хорошем расположении духа. Ерема понял почему, когда заглянул в протянутую ему газету. На фотографии в полстраницы был изображен рекламный щит с репой Кости Мазина. «Трудно стать пидером...»

– Так он что, пидером стал? – рассмеялся Ерема.

– Как видишь, – усмехнулся Олег.

– Чья работа?

– Скажем так, наши люди в Голливуде... Мы с тобой за Тиной ездили, а в это время умельцы старались. Все как по заказу... Неплохо, да?

– Да не то слово. Я лично рад, что эту гниду опустили!..

– Ему за пидера в радость быть... А если серьезно, это крах его предвыборной кампании. Спуску ему не дадут. В этом ты можешь быть уверен...

Видимо, Олег хорошо знал, кто стоит за этой проделкой.

– Это большая политика, Ерема... Но меня большая политика не волнует. Тимура волнует, Валеру волнует, а меня нет... Меня моя семья волнует. А этот Мразин мою семью своими грязными руками пачкает... Ты пойми, Ерема, он же Тину домогался. Сам знаешь, на хату к себе притащил. Ты представляешь, что он мог с ней сделать?

Олега распирали эмоции. И немудрено, он очень любил свою сестру и готов был кому угодно глотку перегрызть из-за нее.

– Да представляю, – кивнул Ерема. – Но ведь он не сделал.

Лично у него не было никакого желания связываться с Мазиным. Да и не видел он за ним особой вины. Ну, подумаешь, девчонку на хату привез. Тине всего семнадцать лет. Но она – негритянка. А у них раннее половое созревание... Так что ничего страшного, если Мазин собирался ее поиметь. Если, конечно, по взаимному согласию... А он вроде не собирался ее насиловать. Ну да ладно, Олегу видней.

– Не сделал, – кивнул босс. – Потому что Тина сказала ему, кто у нее брат. А если бы не сказала... Он же ее напоил, гад. Ты же знаешь, зачем он ее напоил... Короче, у Тины к Мразину амура не было. Она от него нос воротила, понял? Это Мразин к ней лапы тянул... Короче, ты знаешь, почему Сева с бабой оказался?

– Потому что он кобель хороший, – усмехнулся Ерема.

– А почему Тина его с поличным взяла?.. Да потому, что это подстава... И знаешь, на кого Тина все сваливает. На меня! Получается, это я так сделал, чтобы она в своем Севе разочаровалась... Я ей, конечно, объяснил, что это не моя работа. Она вроде бы поверила. Вроде бы... А я хочу, чтобы она мне по-настоящему верила... Короче, ситуация такая. Есть такой Вадим Звягинцев, помощник режиссера Липаева Евгения Федоровича. Тина говорила, что их разговор она подслушала. Вернее, Вадим этот нарочно при ней про Севу сказал. Мол, с бабой он... И бабу пробить надо. Найдешь Севу, узнаешь про ту шлюху, с которой он был. И давай к ней... В общем, и Вадима за жабры бери, и шлюху. Если они были при делах, то пусть говорят, кто им на Севу отмашку дал... Я-то знаю, чьих это рук дело. Мразин это все, сука... Но мне факты нужны. Чтобы я ему этими фактами да по одному месту...

Ерема не стал тянуть резину. И сразу же после этого разговора позвонил Севе, узнал, где тот в данный момент находится.

Съемки фильма проходили в отделении милиции. Сева в форме ментовского капитана. Весь в мыле, запыханный...

– Тебе честь отдавать или как? – насмешливо спросил Ерема.

– А-а... Нет, не надо, – замотал головой Сева.

– Ты что-то там Тине про подставу говорил? Вроде это ее братан тебя под шлюху положил...

– Я?! Такое говорил?! – ужаснулся Сева.

– Слышь, ты беса не гони, да. Никто тебя бить не будет... Нам надо знать, кто тебя подставил...

– Да не подставлял меня никто!..

– Цыц!.. Короче, где ты телку ту снял?

– Олесю, что ли?.. Да я в кафе зашел, это, перекусить. Мест свободных нет, а я один за столиком. Олеся ко мне подсела. Ну, слово за слово...

– Кочка за кочку, да? – осклабился Люкс.

– Ну да. Мы ко мне домой пошли, ну и... Мне показалось, что Олеся какую-то фигню мне в коньяк намешала. У меня крыша ехала, я ничего не соображал... Потому и на съемки не явился...

– Ты Вадиму звонил, говорил, почему явиться не можешь?

– Звонил. Сказал, что хреново мне... А он сразу про пьянку удумал, про бабу...

– А ведь угадал, да?.. Или кто-то ему подсказал... Как нам этого Вадима найти?

– Да нет его сегодня. Ангина у него. Позвонил утром, сказал, что заболел.

– Адресок нам его найдешь. Но это потом... Сначала подскажи, как нам твою Олесю найти?

– Да я не знаю. Она как ушла от меня тогда, так больше не появлялась...

– А телефончик не оставила?

– Нет, сказала, что сама позвонит... Сказала, но не позвонила.

– Какая нехорошая девочка... Нам эту Олесю найти надо.

– Зачем?

– А чтобы узнать, кто тебя подставил. Чтобы Тина на брата не думала... А ведь это ты ей эту идею подбросил. Ты!.. Да ты не дергайся, пацан. Все нормально. Поможешь нам Олесю найти, никаких предъяв к тебе не будет...

Сева жил в высотном доме на Карамышевской набережной. Нижние Мневники, Карамышевский мост, а там и его дом. Никаких проблем... Но проблема нарисовалась, когда Ерема зашел в подъезд. Из лифта выходил вчерашний козломордый хмырь. С ним был еще какой-то чертяка. Но ведь и Ерема не один.

Козья морда скользнул по нему узнающим взглядом. Но глаза остались спокойными, и на лице никаких эмоций. Видно, этот парень умел держать себя в руках – не выдал своего страха.

Ерема не злился на этого придурка. К тому же он с ним в полном расчете. Возможно, он бы уже и забыл об этой встрече. Но предчувствие... Он должен был встретиться с ним, и он встретился... К чему бы все это?

Вместе с Люксом они поднялись на шестой этаж. Нашли нужную квартиру, нажали клавишу звонка. Тишина... Никто не торопился открывать дверь. Одна минута, две, три... Никаких движений...

Дверь в квартиру была бронированная. И два замка. Не самой сложной конструкции.

Люкс многозначительно посмотрел на Ерему. Мало кто умел так ловко орудовать отмычкой, как этот парень. И эту дверь он вскроет...

– Давай, – кивнул Ерема.

Люкс в самом деле не облажался. Минут через десять напряженной работы дверь с жалобным скрипом открылась.

В квартире гробовая тишина. Только гроба нет. Зато покойник в наличии.

Вадим повесился. На столе лежала раскрытая записка. «Олеся, я тебя люблю!..» Ручка валялась на полу...

– Ни фига себе любовь, – тихо присвистнул Люкс.

– Олеся? Что за Олеся? – задумался Ерема. – Уж не та ли Олеся?

– Слушай, он что, из-за нее повесился?

– Да похоже на то.

– А если это та самая Олеся? Что, если у них вась-вась. Может, это Вадим хотел Севу подставить. Ну, мало ли что. Может, интрига какая. Ну, главной роли пацана лишить...

– Слушай, а это мысль... Только стал бы он свою бабу под Севу подкладывать. Ведь любит же он ее...

– Ну, а если и она его любит. И под Севу легла. А потом Вадиму предъяву выставила. Типа, чего он ее под мужика чужого подложил? Западло это. Типа, всеобщее презрение... Может, бросила его, а? А он сдуру взял да повесился...

– Ты сейчас базаришь, как тот мент, неохота глухаря на себя вешать. Менты это дело на самоубийство спишут, это даже не вопрос... Но мы с тобой не менты. Нам до сути по-любому нужно докопаться... Может, этот Вадим сам повесился. А может, помогли...

Ерема вспомнил козломордого. Уж не его ли это рук дело?.. Они с Люком шли к Вадиму, а те двое от него уходили...

– А записка?

– Я тебе сейчас волыну в рот суну. Так ты и Монике Левински в любви признаешься...

– Ты ей в рот свою волыну сунь, да. Ей это понравится. А мне не надо, понял?

– А ты понял, что записка – это фуфло?.. Да и Олесю сюда спецом впутали. Чтобы все стрелки на Вадима сходились... Если подумать, он мог Севу подставить. Был в этом смысл... Но не он это. Кто-то очень серьезный. Смотри, как следы заметает. Из-за какой-то мелочи человека валить. Беспредел... Ладно, Люкс. Давай отсюда сваливать. А то еще менты нагрянут...

Смылись они вовремя. Только сели в свой «Мерседес», как во двор въехала ментовская машина с включенными мигалками, но без сирены. Три автоматчика направились как раз в тот подъезд, откуда только что вышел Ерема.

Интересно, кто вызвал ментов? Соседи, которым поведение Еремы и Люкса могло показаться подозрительным? А может, тот козломордый в ментовку звякнул? Что, если он догадался, куда держит путь Ерема?.. Все может быть...

Глава восьмая

Эта коза его не узнавала. Не узнавала, и все... В принципе Коля за это время сильно изменился. Возмужал. Стал по-настоящему крутым мужиком. И одевается он хорошо, и бабки всегда на кармане. И голова уже совсем не та, что раньше. Поумнел. Сейчас бы он ни за что не сунулся в «школу киллеров». Только идиот может клюнуть на эту дешевую уловку. А Коля не идиот. К тому же ему не нужна никакая школа. Потому как он и без того киллер довольно высокого класса. Четыре исполнения на его счету. И все без сучка и задоринки.

И к проститутке без бабок он не сунется. Потому как знает, что забесплатно они не дают... А вот эту дрянь он трахнет бесплатно. Мало того, она сама заплатит ему...

Коля искал проститутку Олесю. Но нашел проститутку Лельку. И теперь не знает, с кого начать...

Начинать нужно с Олеси. Потому как по ее следу идут псы Олега Мигунова. С одним из них Коля уже встречался. Дважды. Один раз по репе от него схлопотал. Второй раз просто мимо прошел. Потому как после мокрухи уходил. Киношник Вадим уже висел под потолком, все следы уничтожены. Оставалось только отойти на исходные позиции. А тут белокаменские. Коля сразу въехал, что тот хмырь из супермаркета – от Мигунова. Потому как больше некому киношника искать... Хорошо, если бы они не успели уйти до приезда ментов. Коля не удержался от соблазна позвонить на 02, для этого не поленился остановить машину у ближайшего телефона-автомата. Хотя, конечно, лучше было бы расстрелять мигуновского ублюдка из настоящего автомата. Ну да ладно, как-нибудь в другой раз.

– Олесю мне нужно, – небрежно обронил Коля.

– А почему именно Олесю? – кокетливо повела бровью Лелька.

Она уже не такая страшная, какой была раньше. Прыщей уже нет, одевается куда лучше, ножки все такие же – отпадные. Только все равно, как была шлюхой, так шлюхой и осталась.

– Да был я уже с ней, – ощерился Коля. – Сосет она здорово...

– Ну так и я тоже не последняя в этом деле, – Лелька обласкала его распутным взглядом.

– А Олеся где?

– Ее сегодня не будет. Она с одним очень интересным мужчиной. Он ее до утра взял...

Лелька явно завидовала своей товарке. Она бы и сама не отказалась, если бы ее сняли до самого утра... Не знает, дура, что Коля может снять ее на целую вечность...

– А ты свободна?

– Ну, конечно, только тебя и жду, дорогой!

– Тогда считай, что дождалась, – ухмыльнулся Голодай. – У тебя с апартаментами как? А то у меня жена дома...

– Ну и пусть себе сидит дома. А мы ко мне поедем...

Коля ехал за Олесей. Поэтому взял на дело левую машину, от которой потом не жалко будет избавиться. Но и для Лельки нужна такая же машина, чтобы никаких потом следов...

Они поехали к ней на квартиру. Это был уже не тот заброшенный дом в старинных кварталах Нового Арбата. Сейчас она жила в приличной однокомнатной квартирке. Комфорт, уют, чистота.

Надо сказать, менуэт на кожаной флейте она исполняла отменно. Коля шалел от кайфа.

– А у меня бабок нет, – меланхолично сообщил он.

Как карданным валом от «КамАЗа» по горбу ее саданул. У нее обе челюсти вразнос пошли. Хорошо, что не сомкнулись...

– Как это нет! – взвизгнула она.

– Вернее, бабки-то у меня есть. Но я хочу, чтобы по любви. А что это за любовь за деньги?

– Ты меня не грузи, понял? – рассвирепела Лелька.

– А если не понял?

– Тогда поймешь... Извини, мне в туалет нужно...

Лелька вскочила с постели, метнулась в коридор. Коля видел, как смела с тумбочки свою сумочку. Вопрос, зачем она ей в туалете? Ответ напрашивался сам по себе. Если, конечно, знать, что в сумочке лежит сотовый телефон.

Коля не удивился, когда в квартиру вломились три крепких хлопца. Зато страшно удивился, когда увидел среди них двух старых знакомых. Это были те самые ребята... А он-то и не надеялся с ними свидеться. Да, он готовился к встрече с новыми Лелькиными сутиками. Чтобы рассчитаться с ними, как со старыми... А из новых только один. Остальные те самые козлы, которые угощали его пивом. Невероятно, шесть лет уже прошло, а они до сих пор у Лельки в пристяжи. Похоже, у Коли сегодня самый удачный день в его жизни. А ведь он знал, что этот счастливый миг когда-нибудь настанет.

– Вот! – показала на него Лелька.

– Бляха-муха-цокотуха! Да это же тот самый гондон! – с ходу опознал его старший сутенер.

Коля зловеще оскалился. Это даже хорошо, что его узнали. Объяснять не придется.

– Лелька, вспомни, он же однажды тебе не заплатил!

– Ой!.. Ну точно он. А я гляжу, на кого он похож...

– Ты что имеешь в виду, Лелька, член его или морду? – развеселился сутенер.

– А у него морду от члена не отличишь, – гоготнул его дружок. – Что член, что морда, все без разницы!

– Надо сделать, чтобы морда его еще и от задницы не отличалась, – образно закатывая рукава, решил третий.

Еще немного, и они набросятся на Колю. Но повторения пройденного уже не будет. Ствол уже наготове – глушитель накручен, патрон в патроннике.

Три выстрела прозвучали с интервалом в две секунды. Три сутенера превратились в груду барахтающихся тел. Еще три выстрела – контрольный вариант. Трупы поданы! Налетай, подешевело!..

– Ну чего уставилась? – глядя на потрясенную Лельку, спросил Голодай. – Думала, что как в прошлый раз будет? Не на того нарвались... Помнишь, как вы меня зачморили? Теперь я тебя буду чморить... Сначала ты назовешь адресок Олеси...

Шлюха тряслась от страха и даже не думала ничего утаивать. Она взяла клочок бумаги, карандашом для глаз нацарапала адрес.

– А теперь я тебя буду благодарить, – ощерился Коля.

Он выставил на обозрение свое окрепшее орудие мести.

– Чего молчишь?

– А-а... – выдавила из себя Лелька.

– Болт на!.. Я сказал, болт на!

Трупы абсолютно не смущали Колю. Ведь выстрелов никто не слышал. Паники нет. А Лелька... Лелька, она под рукой. Вернее, уже под прибором. Она никуда не убежит, никому ничего не скажет...

Мало того, вид трупов необычайно заводил Колю. Запах крови, мертвое очарование. Ужас. Ужас, как двигатель процесса... И Лелька тоже в ужасе. Но кайфа она не испытывает. Ей бы номер отработать да шкуру свою спасти... Она сама шкура! Сука!.. Какой кайф!!!

Такого Коля никогда не испытывал. Полное отключение сознания. Эйфория сумасшедшего блаженства окутала его темным туманом забытья...

Когда он пришел в себя, Лелька была мертва. Его руки по-прежнему мертвой хваткой сжимали ее шею...

Он убил человека. Но никаких чувств, кроме бешеного восторга, не испытал. И не потому, что путана должна была умереть. А потому что... Коля вдруг ясно осознал, что он самый настоящий сексуальный маньяк. Но никакого стыда и разочарования. Он даже знал, как использовать свое сумасшествие на пользу дела.

Он пришел в себя. И у него уже не было никакой потребности резать мертвое тело ножом. Но он это сделал. Взял нож, исполосовал Лельку. Вырезал у нее на спине звезду. А на стене кровью написал. «Смерть проституткам!»

Он спокойно собрался, тщательно протер все предметы, к которым мог прикасаться пальцами. Еще он должен был сбросить ствол. Но маньяки не киллеры, чтобы избавляться от оружия сразу после убийства. А Лельку и ее дружков убил именно маньяк.

Коля вышел из квартиры, захлопнул за собой дверь. И спустился к машине. Отправился в Печатники, где снимала квартиру Олеся.

Дома никого не было. Значит, не наврала Лелька. Олесю действительно снял клиент.

Лельку он грохнул ради собственного удовольствия. Олесю он будет мочить, потому что так хочет хозяин. А слово хозяина – закон...

Коля не жалел, что попал в услужение бывшему менту. Мазин заставлял много работать. Особенно когда по Средней Азии мотались и на Дальнем Востоке корни пускали. И убивать приходилось. Одного чинушу пришлось грохнуть, который лицензию на отлов рыбы зажимал. С конкурентами бесконечные разборки. Не всегда проблемы решались миром. Приходилось жать на курок. Не все друганы его вернулись в Москву. Кого-то на разборке грохнули, кто-то исчез при невыясненных обстоятельствах. Но кто вернулся, тот не жалеет. Не жизнь, а «Баунти», райское наслаждение. Никаких напрягов. Приличные квартиры, машины, с бабками никаких проблем.

Голодай ждал жертву всю ночь, провел в машине все утро. Олеся появилась ближе к полудню. Уставшая, помятая. А ну-ка всю ночь напролет передком махать.

Коля спокойно вышел из машины. Догнал шлюху у самой квартиры. Прикинулся чайником.

– Извините, вы не знаете, здесь где-то Олеся живет. Вы не подскажете, где? – с видом сексуально озабоченного идиота спросил он.

– Зачем вам? – удивленно посмотрела на него шлюха.

– Да мне друзья сказали, что она может мне помочь.

– У вас проблемы?

– Да... Женщину хочу. Я только что с Севера. А там только белые медведицы...

– И что, получается? – оживилась Олеся.

– У кого получилось, того уже нет. От белого медведя трудно убежать...

– А если у Олеси есть свой белый медведь? Вы не боитесь, что он вас задерет?

– Ну, это ж не Север. Здесь от белого медведя можно откупиться.

Коля достал бумажник, продемонстрировал стопку зеленых купюр.

– И долго вы рассчитываете откупаться?

– Ну, до утра можно... Видите ли, я сегодня утром только прилетел. Устал как черт. Хорошо бы с настоящей женщиной немного поспать... Ну и не только поспать. Выпить там и все такое. Ну, вы меня понимаете?.. Слушайте, а может, вы возьмете пятьсот долларов?

– Сколько?! Пятьсот?! Это до завтрашнего утра?

– Ну да!.. Ну так вы согласны?

– Нет, я не согласна. Я честная девушка. А за деньги дает Олеся... Кстати, давайте познакомимся, меня зовут Олеся...

– Так вы та самая и есть?

– И есть, и выпить, и все остальное... Деньги вперед!

Коля без сожаления расстался с деньгами. А какое может быть сожаление, если бабки все равно вернутся обратно...

Как у всякой образцовой проститутки, у Олеси имелся запас харчей. И с выпивкой без проблем. Олеся призналась, что вкалывала всю ночь как проклятая. Хотела разжалобить Колю. Думала поспать, пока он будет готовить обед... Хавать он хотел, но и терять время на всякую чешую не собирался. Выпить бы, правда, не мешало. Но он за рулем. А скоро уезжать...

– Давай так, мы с тобой сейчас перепихнемся, а потом можешь спать сколько тебе угодно. Но, учти, ночью я тебя разбужу!

– Ну, конечно, милый!

Олеся собралась с силами и взялась за дело. Оказывается, запас энергии у нее неистощим. Она вытворяла мыслимые и немыслимые вещи... Зато у него ничего не получалось. Или в Лельку вся энергия ушла. Или обыкновенное траханье, пусть даже с развратными изысками, его уже не заводит...

– Не получается, – признался он.

– Ничего, ничего, сейчас получится, – на секунду оторвавшись от него, пообещала Олеся. И снова включила свою помпу...

– Сейчас получится, – согласился он.

Он намотал ее волосы на руку, потянул их на себя.

– Что ты делаешь? – взвыла от боли Олеся.

– Пока ничего...

Он приблизил к себе ее лицо и наотмашь ударил по нему кулаком.

– Теперь делаю...

Он бил Олесю кулаками, ногами. Когда она потеряла сознание, отрезал ножом сосок на ее груди. От боли она очнулась, но кляп во рту сдерживал ее вопли. Глухие стоны и кровь не пугали Колю. Но и в штанах никакого движения. Не хотел он эту шлюху. Не хотел, и все...

Может, сначала нужно ее убить?.. Коля снова взялся за нож. Умоляющий взгляд Олеси не остановил его... Стальной клинок по самую рукоять вошел в ее мягкую плоть.

Он резал ее ножом, вырезал на спине звезды. Но никакого возбуждения. Ничего...

Оказывается, он вовсе не маньяк. Зато исполнил ритуал маньяка. Изуродованный труп и на стене кровью: «Смерть проституткам!..»

В городе завелся маньяк-убийца. Маньяк. Но никак не профессиональный киллер, специализирующийся по проституткам...

Из квартиры Коля выходил в отличном расположении духа. Дело сделано, следы уничтожены, соседи ни слухом ни духом...

Планка настроения поднялась еще выше, когда он увидел, как во двор въезжает знакомый «Мерседес». Из него вышел тот самый белокаменский цербер.

Коля с трудом удержался от того, чтобы позвонить в милицию. Не надо примазывать к этому делу белокаменских. Они не маньяки. А менты должны искать серийного убийцу...

Когда белокаменские братки скрылись в подъезде, он спокойно завел двигатель и без всякой нервозности выехал со двора. Только его и видели...

Он уничтожил машину, сжег одежду и надежно избавился от оружия. И на месте преступления не оставил никаких следов. Менты в самом деле схватились за версию о маньяке-убийце. И пошли по ложному следу.

Кох был доволен. И выплатил Коле премию – десять штук баксов... Только деньги его уже не радовали. После секса с обреченной Лелькой, после того сумасшедшего оргазма, он потерял всякий интерес к женщинам. Его некогда мощный стебель потерял всякую силу и стал сохнуть на глазах, пока не превратился в жалкий увядший отросток...

Колю наказал бог. И он это понимал. Но раскаиваться и замаливать свои грехи не собирался...

Глава девятая

– Олег, ты что-то, брат, не весел, – укорил его Тимур.

– Чего, брат, голову повесил? – вторил ему Валера. – Проблемы какие?

– Проблемы, – кивнул Олег. – Тина замуж собралась...

– Тю! Что тут такого? Ей же уже восемнадцать.

– Весной только будет...

– Так тут до весны сколько осталось... Да можно и в шестнадцать выходить... Слушай, ты что расстроен? У тебя что, на приданое бабок нет? Так ты только скажи!..

– Да при чем здесь приданое? – отмахнулся Олег. И тут же спохватился: – Хотя стоп, приданое тут как раз и при чем... А может, и ни при чем... Честное слово, пацаны, даже не знаю. Будет у нее все хорошо с этим Севой или нет...

– А давай гадалку позовем? Она тебе подскажет... Да и без гадалки можно. Слушай, Олег, ты мне скажи, этот Сева – парень нормальный? – серьезно спросил Валера.

– Да вроде бы...

Парень он, конечно, шебутной. И бабам нравится. Но не скажешь, что прямо-таки помешан на них. Но и не откажется, если что... Не пьет, не курит, херней особо не страдает. И с Тиной у них все нормально. Жениться на ней собирается. А почему? Не потому ли, что Тина – богатая невеста? Лично Олег мог выделить ей, как минимум, четверть миллиона долларов. Чисто подарок на свадьбу. Заокеанский папашка Томсон помешан на своей русской дочери. Также желает ей счастья. И скупиться не будет. Плюс бизнес, который со временем могла бы передать ей мама Рита, – а это очень солидный куш...

Тина учится в театральном. В кино пока не снимается. Ее героиня сержант Рейли Джонс вернулась в Америку, а капитан милиции Стогов уже и думать о ней забыл... Может, Сева и по жизни о ней забудет? Как только женится на ней, так и завянет вся любовь, будет сухофрукт...

– Нормальный парень, говоришь. А почему «вроде бы»? – спросил Гена. – Если ты собираешься выдавать за него Тину, ты должен был просветить его со всех сторон...

– В том-то и дело, что просвечивал... Но он же не авто, его на диагностику не поставишь. Может, в нем гнилья больше, чем в тухлой рыбе... С виду вроде ничего. А что внутри... Пока все нормально. Они с Тиной как воробушки...

– Ну и пусть себе дальше чирикают, – улыбнулся Тимур.

– Нет, правда, Олег, в чем проблема? Если у них все хорошо, пусть живут, – поддержал его Валера. – Я понимаю, какая беда тебя напрягает. Видел я твоего Севу. Чисто плейбой... Ну а ты на Гену посмотри. Он-то как по бабам раньше бегал. А сейчас. Как его Инга захомутала. Он же на сторону и не смотрит...

– Ой, кто бы говорил... – поморщился Гена. – Сам-то ты когда последний раз от Вики гулял? В прошлом году, да...

– Да это ж разве гульнул. Так, водички попить спустился, – весело улыбнулся ему Валера. И перевел взгляд на Олега. – И ничего, если твой воробей иногда каплю-две из чужого колодца сорвет... А обижать он Тину не станет. Он же знает, кто за ней стоит. И знает, на что идет...

– Это мы за Тиной сейчас стоим, – угрюмо покачал головой Олег. – А если с нами вдруг что случится?

– Не понял! – сурово посмотрел на него Гена. – Что с нами может случиться?.. Сколько лет ничего не случается. А тут случится... Ты, Олежа, не каркай, а то накаркаешь...

– Короче, Олежа, если у тебя сомнения, я с этим Севой лично поговорю. И сам посмотрю, сколько в нем трухи. И скажу тебе, что да как... Только учти, откат я ему давать не буду. Это пусть Тина решает, жить с ним или нет... – сказал Тимур.

Тимур был превосходным психологом. Иногда ему было достаточно просто взглянуть на человека, чтобы сказать, фуфло он или нет. И он редко когда ошибался.

По его мнению, Мразин был самым настоящим фуфлом. Поганый и к тому же продажный мент. И, возможно, гнилой отморозок. Кто его знает, может, это он увел у чехов пятьсот «лимонов». Может, это из-за него пролилось столько крови... Тимур пытался пробивать его на этот счет. Но глухо.

И все же он придерживался версии, что Мразин – та самая крыса, которую белокаменские искали с «чехами». Поэтому он чморил его без зазрения совести. А Валера поддавал жару. Это была его идея – сделать Мразина «пидером». Это он испортил ему малину с плакатами, натравил на него прессу.

И Олег тоже не оставался в стороне. Он тоже пытался вывести Мразина на чистую воду. Хотя нужно было просто взять его за жабры и свернуть ему шею. И только потому, что это гнида пыталась совратить Тину.

Мразин боялся Олега. Его и всех, кто стоял за ним. И чтобы замести следы, пошел на крайние меры. Это его мясники убили киношника Вадима и проститутку Олесю. Да еще подсунули ментам версию о маньяке-убийце. Неплохо, надо сказать, разыграли карту...

Олег был поражен. Ведь убийством Вадима и Олеси Мразин ничего не решил. Он только подтвердил, какая он мразь. А все подозрения на его счет остались. Олег – не прокурор. Ему стопроцентные доказательства не нужны. Хватит подозрений... Но Тимур не дал ему отмашку на Мразина. Не тронь, как говорится, дерьма.

В его доводах был резон. Мразин хоть и трус, но далеко не простой фрукт. На Дальнем Востоке он создал целый браконьерский флот. А для этого нужно иметь недюжинный организаторский дар. И денег у него навалом. И собственный штат наемных убийц достаточно высокого класса. Он продемонстрировал свою силу на слабых. Но у него есть порох для того, чтобы противостоять сильным.

А потом, Олегу было не до Мразина. В августе грянул дефолт. И хотя он к нему был готов, все равно проблем было выше крыши. Пришлось выкручиваться.

Тимур сдерживал Олега. Но сам-то он Мразину такого фитиля вставил. Несмотря на дефолт. На весь мир мужика ославил. «Пидеры лезут в политику, долой пидеризацию всей страны!» Это был просто стеб, хохма. Никаких серьезных обвинений Мразину никто не выдвигал. Но про него уже стали слагаться анекдоты. Желтая пресса зачислила его в лучшие друзья Моники Левински... Шутки шутками, но рейтинг Мразина стал медленно, но неукротимо падать. На один из московских телеканалов были выброшены три стартовые серии фильма «На щите или под щитом». Мразин сделал рекламу, рисанулся в качестве генерального продюсера этой картины. Но это мало ему помогло. Хотя бы потому, что фильм оказался не очень удачным. Натуральная киношная халтура на скорую руку. Неплохой сюжет, но вялая режиссура, и кинооператор сильно подкачал. Игра актеров тоже неубедительная. Не надо было Тину на роль американки привлекать. Олег гордился своей сестрой, но скидок ей не делал – не очень хорошо она играла. Да и Сева не блистал. Но они еще молодые, у них еще все впереди. Оба талантливы. Тина – природный алмаз, ей еще нужна огранка. Севе же достаточно просто шлифовки... Может быть, скоро они станут блестящей звездной парой... А может, уже стали. Фильм, может, и не очень. Но о нем все же говорят...

Пожалуй, Тимур прав. Пусть Тина решает, с кем ей жить и за кого выходить замуж. Если она любит Севу, не надо препятствовать ей... Рановато ей замуж выходить. Но такой красавице, как она, лучше быть при муже. Чтобы не нарваться на такого подонка, как Мразин. Ведь он мог и изнасиловать ее, и на иглу посадить. Этот ублюдок на все способен. Вадим и Олеся тому подтверждение. Ни за что людей порешил. Натуральная отморозь... Ничего, ему еще воздастся...

* * *

Информация с избирательных участков интриговала. Костя с замиранием сердца наблюдал за кривой роста. У него были самые высокие показатели. Но все же одному кандидату он уступал. Ставленнику белокаменской братвы. Незначительно, но уступал...

Возможно, он будет вторым в этой лиге кандидатов. Но это не футбол. В высшую лигу выходят не две, а всего лишь одна команда. И похоже, это будет команда Тимура Беспашного...

Как это ни прискорбно, но такой результат был спрогнозирован заранее. Костя знал, что не победит. Слишком сильно опустили его гнусные тимуровцы... И все же была в нем надежда на чудо. И это чудо ассоциировалось с кривой показателей. А кривая неожиданно поползла вверх. Но и ставленник Беспашного не стоит на месте. Их показатели сравнялись...

На столе перед Костей лежал пакет документов. Он должен был их подписать, и тогда он уже не будет иметь прав на свой бизнес, на свой офис, даже на свой дом. Взамен этого на его счет в швейцарском банке будут переведены деньги. И сам он уедет за границу. Сначала турне по Европе, а там он выберет подходящее местечко, где можно будет бросить якорь.

Не принимает его Россия. Не хотят бандиты, чтобы он, честный и порядочный человек, бывший милиционер, был у власти. Бандиты его ненавидят, жаждут расправиться с ним. Нельзя жить в такой обстановке. Нужно уезжать из России. И, конечно же, с музыкой...

Его планка поднялась на самую большую высоту. У него больше нет конкурентов. Он первый!.. Хрен с ним, с этим Тимуром Беспашным. Пусть он живет. И его ублюдочные друзья пусть живут. Они уже не будут ему мешать. Потому что он депутат Госдумы, личность неприкосновенная. Возможно, он возглавит комиссию по общественной безопасности, будет координировать и направлять действия органов правопорядка. Но Тимура Беспашного он трогать не будет. Он будет полностью его игнорировать. Полностью! Эта уголовная шваль просто перестанет для него существовать...

О-е! Его показатели застыли на месте. Зато кандидат от Беспашного набирает очки. А финиш уже близко... Есть, лошадка белокаменских братков первой достигает финиша...

В гневе Костя стукнул обоими кулаками по столу. Листы с договорами подскочили и сами постелились под его перо... Это знак!

Костя ставил свои подписи с таким ожесточением, будто подписывал приговор Тимуру Беспашному и его друзьям. А ведь, в сущности, так оно и было...

* * *

Не думал Тимур, что Мразин сумеет поднять такой высокий процент голосов. Или в России симпатизируют «пидерам», или бывшие менты в почете. Но все равно, его ставленник оказался сильнее. Так что его депутатского полку прибыло...

Но не только новому приобретению радовался Тимур. Он был рад, что смог опустить зазнавшегося мента. Да и за Тину он тоже наказан. Как все четко получилось, он украл Тину, а в ту же ночь спецы от Валеры испоганили все его плакаты. Это было символическое событие. И сегодняшняя победа на выборах тому доказательство...

– Это всего лишь репетиция, – сказал Валера. – Через год всеобщие выборы. Мразин снова заявится...

– Будем и дальше ломать ему игру, – недолго думая, решил Тимур.

– Да без вопросов, ломали и будем ломать... Я, вообще, к чему эту тему поднял. Надо нам к новым выборам готовиться. Типа, широким фронтом. Размах у нас большой, без думской поддержки нам нельзя. Да и вообще на политику давить надо... Короче, я тут прикинул и решил, что было бы неплохо партию свою создать...

– Какую партию? Партию любителей экзотических животных?

Тимур почему-то вспомнил про его недавнюю идею с обезьянами и попугаями. Идея сама по себе не смешная, потому как дело закрутилось и уже принесло первую прибыль. Хохма в другом. В том, что Валера назвал Мразина обезьяной. И они эту обезьяну не пропустили в парламент. Там и без него есть свой «живой уголок»...

– Ну почему экзотических? Можно наших, родных... «Волки песчаных карьеров», звучит?

– Ты шутишь.

– Конечно, шучу. Какие, на фиг, волки. И быки тоже отпадают. И обезьяны тоже... Тут все на серьез нужно ставить. Например, партия «Единая реформа». Звучит?

– Звучит. И неплохо, – кивнул Тимур.

Россия – страна бесконечных и разношерстных реформ. Давно пора привести этот бардак к единому знаменателю. При правильной постановке «Единая реформа» будет олицетворять этот единый знаменатель. Мощная пиар-кампания поднимет новоявленную партию на большую высоту. На выборах она перешагнет пятипроцентный барьер. А это значит, что у Тимура с Валерой в парламенте будет мощное лобби. Без этого их бизнес может зачахнуть на корню. Большой бизнес растет на земле большой политики. И эту землю нужно рыхлить, поливать и удобрять. И пугала ставить, чтобы всяких ворон и обезьян вроде Кости Мразина отгонять...

– Есть у меня несколько идей насчет этого проекта... – перешел на заговорщицкий тон Валера.

И взгляд его заблестел. Как у одержимого... А он и был одержим. Бизнесом.

Тимур приготовился слушать. Но неожиданно в их разговор втерся телефонный звонок. Звонили по единственному телефону, который не был отключен.

Тимур взял трубку. И услышал голос Инги.

– Тимур!!! Гену убили!!! – истошно завопила она.

– Что? – не поверил он своим ушам.

– Гену!!! И Олега!!! Олег еще жив... Он умирает!!!

– Где они!

– Они к нашему дому... Подъезжали... А их... Их из автоматов... Какие-то скоты!..

– Еду!

Тимур швырнул трубку на рычаги и остекленевшим взглядом посмотрел на Валеру.

– Этого не может быть... – выдавил он из себя. – Я в это не верю... Гену убили. И Олег умирает...

– Да врешь ты! – как ужаленный подорвался со своего места Валера.

– Вру. Конечно же, вру!..

Он должен лично убедиться в том, что Инга ввела его в заблуждение. Гена не может умереть. Олег тоже... Если они когда погибнут, то только все вместе, все вчетвером. Потому что судьба у них такая – быть всем вместе. И в горе, и в радости. И на этом свете, и на том... Конечно же, Инга все наврала. И Тимур скоро убедится в этом...

Он смутно помнил, как выходил из кабинета, спускался по лестнице в холл, выходил во двор офисного центра. И Валера тоже плохо соображал. Все их мысли были парализованы ужасом свершившегося.

Машина стояла во дворе, под парусами. Водитель выбегает вслед за Тимуром, распахивает перед ним дверь, сам садится за руль. И начальник охраны появляется.

– Машину проверить надо! – на ходу кричит он.

Какая, к черту, проверка! Гена убит. Олег умирает. Нужно ехать к ним. Не до проверок... Да и зачем проверять машину, если она стоит на охраняемом дворе. Да и какому смертнику придет в голову ее минировать.

– Поехали!

Водитель завел машину. Все нормально. Никаких мин. Можно ехать...

– Гони!

Охрана не успевала за Тимуром. Они с Валерой уже выехали со двора, а их телохранители только расфасовываются по джипам. Пусть догоняют...

– Без охраны идем, – робко подсказал Слава, водитель. – Может, подождем?

– Гони, я сказал! В Белокаменск гони! – подхлестнул коня Тимур.

Машина шла по Озерковской набережной вдоль Водоотводного канала. Охрана плелась где-то далеко в хвосте. Валера дозванивался кому-то по телефону.

– Козел, бля-я! – неожиданно заорал Слава.

Посреди дороги разворачивалась огромная фура. Она перегородила весь проезд.

Тимур почувствовал себя космонавтом во время взлета ракеты – настолько сильна была испытанная им перегрузка. Это Слава на скорости бросил машину в крутой вираж.

Тимур успел увидеть вспышку со стороны фуры, краем глаза уловил, как пронесся мимо машины яркий сгусток... И тут же удар. Это Слава влепил машину в столб.

Вмиг сработали все подушки безопасности. Тимура и Валеру поглотили пышные резиновые облака. Они спасли им жизнь. И в то же время мешали им уйти от смерти: слишком сильно прижали к сиденьям.

Из-за фуры выглядывал гранатометчик. Готовит к выстрелу вторую «трубу». Ничто не мешает ему накрыть неподвижный джип.

Машина нарвалась на кумулятивную гранату, взрыв утопил ее в клубах огня, оторвал от земли и швырнул набок. Этот сгусток пылающей энергии по инерции налетел на фуру. Еще один взрыв. От киллера осталось мокрое место...

В подбитом джипе не осталось ни одной живой души. Три трупа... И среди них начальник охраны.

Это он успел нагнать джип Тимура еще до того, как в него угодила вторая граната. Эту гранату он принял на себя. Погиб сам. Но отправил на тот свет и киллера.

Тимур остался жив. И у Валеры ни царапины. Только душа болит. Разрывается на части... Гены нет, Олег умирает. И они чуть не загнулись... Стоп! А кто сказал, что с Геной и Олегом беда? Инга? Но где гарантия, что это звонила она? Сейчас с помощью специальных компьютерных программ можно сфальсифицировать любой голос. И этот фальшголос заморочил Тимуру голову. Он выехал в Белокаменск без охраны. И вот итог... Если бы начальник охраны не проявил прыть, не было бы сейчас Тимура. Догорал бы сейчас вместе с Валерой под обломками своей машины.

– Валера! Гене звони!.. А я Олегу!

Они дозвонились до друзей одновременно. Тимуру ответил Олег. Валере – Гена... Все живы, все целы... Но еще ходит по земле ублюдок, вызвавший по их адресу костлявую с косой...

– Олег, ты сейчас где?

– В кабаке. У меня с Севой разговор...

– Понял. Охрана при тебе?

– Как положено. А что такое?

– А ты не слышишь шум? Это джип наш, братуха, догорает. Взорвать нас хотели... Короче, поднимай свою охрану. Пусть они в оба пасут, чтобы ни один урод к тебе не подобрался...

Ни с Олегом, ни с Геной в тот день ничего не случилось. И Тимур с Валерой на прицел киллеру больше не попадали. Они приняли все меры безопасности. Теперь убийца мог подкрасться к ним во сне. В своем собственном кошмарном сне...

* * *

Заказчика вычислили. Это был Костя Мразин. Теперь вся его жизнь будет состоять из кошмарных снов. Теперь Тимур не успокоится, пока не доберется до этого выродка. Плевать, он ли нагрел «чехов» на пятьсот миллионов или нет, не так уже важно, собирался ли он изнасиловать Тину. И никого не чешет, за что он хотел наказать Тимура. Он покушался на него и его друзей, и это факт. И по этому факту выдана лицензия на его отстрел. Пусть прячется, если может...

Тимур ждал, когда ему принесут голову его врага. Но дождался Краба.

– Глухо, – невесело сообщил он. И протянул Тимуру какую-то бумагу.

– Что это?

– Копия со списков пассажиров Аэрофлота. Мазин Константин Павлович вылетел из Москвы рейсом до Мадрида. Сейчас он в солнечной Испании...

– Ну и что? – сдвинул брови Тимур. – Мадрид – это не край света. Поднимай братву, пусть туда за ним едут...

– Уже сделано. Я послал в Мадрид своих людей. Но...

– Что – но? Что ты сопли пускаешь?

– Мазин значительно опережает во времени. Вряд ли он останется в Мадриде.

– А куда он поедет? В Женеву? Если так, то пусть пацаны твои едут туда за ним... И еще людей задействуй. Надо сотню пацанов, бери сотню. Нужен «лимон» баксов, три, дам сколько надо... А Мразина мне найди! Ты меня понял?

– Понял, – обескураженно кивнул Краб.

– Что у него здесь в России осталось?

– Ничего. Он все продал. Абсолютно все...

– А мы его проморгали... Проморгали. А сейчас ушами хлопаем... Хорошо хоть, по крышке гроба молотком не стучим, тьфу-тьфу...

Не думал Тимур, что Костя Мразин способен на такие отчаянные действия. А зря. Ведь была у него догадка, что этот выродок увел у «чехов» деньги и стравил их с белокаменской братвой. Если так, значит, это его человек или он сам стрелял в Тимура в спортклубе, это из-за него Валеру чуть не похоронили. И ведь на самом высоком уровне все было организовано. И в этот раз все как по нотам. Ложный звонок, фура, гранатометчик. Как и в прошлый раз, так и сейчас Косте не хватило лишь одного – везения. Пусть ему не везет и дальше...

Все продумал, гад. Даже бегство за кордон спланировал. Нелегко его будет достать... Тимур будет искать его, пока не найдет. А не найдет, с досады об стену головой биться не станет. Все живы, дела идут – контора пишет. И сам по себе Мразин уже не представляет никакой опасности...

Часть III

2000—2003 годы

Глава первая

Восьмое марта – неплохой праздник. Но только если он не испорчен дурацкими традициями.

У Тимура эта беда повелась с первого года, как их окольцевали. Он утром дарил Полине цветы, она собиралась, ехала в салон красоты, пропадала там, бывало, до самого вечера. А он примерял на себя женский хомут. Вымыть пол, собрать паутину, перестирать все белье, перемыть всю посуду, сходить в магазин, приготовить ужин. Тимур добросовестно все исполнял. И к ужину добросовестно валился с ног. А потом очень сильно возмущался, когда Полина начинала к нему приставать. Целый день как проклятый вкалывал, а его еще и поиметь собираются... В эти мартовские дни он очень хорошо понимал женщин...

Раньше у них была квартира. Сейчас огромный дом. Полина ничего не делает сама – для этого есть прислуга. У нее работа. А салоны красоты и фитнес-центры она посещает каждый день. И средства есть, и возможности... Но каждый раз Восьмого марта все повторяется.

Сегодня Тимур подарил ей огромную корзину цветов. Полина отдала сына своим родителям, попросила из дома всю прислугу. В общем, оставила Тимура дома одного, а сама отправилась по своим женским делам.

Посуду мыть ему не пришлось – для этого есть посудомоечная машина. Стирать – тоже, опять же автоматика. И с пылесосом по комнатам носиться не пришлось – нет у них ковров, немодно. А вот с полами немного повозился. Немного. Потому как вчера вечером в доме была генеральная уборка. Тимур знает, когда ее назначать.

Ужин он приготовил превосходный. Это очень просто. Набираешь телефон ресторана, и через полчаса на столе расстилается скатерть-самобранка. С этой задачей Тимур справился на «отлично». Он сегодня вообще молодец. Столько дел переделал и не устал. Вот что значит опыт и закалка.

Он переделал все дела. Все нормально. Только одна проблема. Полины все нет и нет...

Тимур собирался звонить ей на сотовый. Но вдруг раздался звонок. Он не сомневался, что это она звонит на его телефон.

Но в трубке послышался мужской голос, который показался Тимуру знакомым.

– Извините, а Полина уже дома?

– Не понял... Альберт, это ты?

Да, это голос Альберта Медякова. Правда, он неестественно приглушен, и хрипотца непривычная. И язык заплетается, как с перепоя. Но это его голос, его.

– Альберт?! Нет-нет, вы ошибаетесь...

В трубке пошли гудки.

Что за хренотень такая? Пьяный Альберт звонит ему домой, интересуется, дома ли жена. Так, как будто это он отправил ее домой. Он что, волнуется, нормально она доехала или нет?.. А откуда она должна была ехать. От него?

А если от него, почему он так испугался, когда Тимур узнал его?.. Ответ прост. Альберт в самом деле крепко вдатый. И по этой причине не понял, что звонит не абы кому, а Тимуру. А когда понял, в панике включил задний ход... Но уже поздно. Тимур его вычислил.

Тимур определил, откуда ему звонили. С сотового телефона. Правда, у Медякова другие номера. Но мобильников сейчас как грязи. У него запросто мог быть и неучтенный телефон... А зачем ему такой телефон? Какие у них могут быть тайны с Полиной?.. Странный вопрос. Какие могут быть тайны между мужчиной и женщиной?

Тимуру стало не по себе. Неужели его жена провела сегодняшний день с Альбертом? Неужели у них было... Да нет, ерунда какая-то. Альберт же не идиот, чтобы крутить шашни с женой Тимура Беспашного. Он же не хочет, чтобы ему отрезали яйца...

Полина приехала минут через двадцать после этого разговора. Яркая, красивая, молодая – хотя ей уже за тридцать, но выглядит она максимум на двадцать лет. Жизнь в удовольствие, фитнес и современные косметологические припарки делают свое дело.

– На улице так холодно, а у тебя так хорошо, – весело улыбнулась она.

Щечки после мороза румяные, глазки блестят.

– А у него тоже хорошо? – жестко спросил он.

– У кого «у него»? – непонимающе посмотрела на него Полина.

– Ты где была?

– Как – где? В «Королеве красоты» у мамы Риты... Мы все там были. Ольга была, Инга, Вика... И Лена приезжала...

– Лена? С мужем?

– Нет, без мужа... С нас же теперь все пример берут. Мужья дома, а жены кто куда...

– Кто куда? Ты хочешь сказать, что ты вразнос пошла?

– Тимур! Что с тобой? Ты не переутомился?

– Может быть...

Тимур резко ударил по тормозам. Ведь он еще ни в чем не разобрался, а уже готов ей предъявить обвинение. Неправильно это.

Завтра он все выяснит. Узнает, была ли Полина в «Королеве красоты», если была, чем занималась. Тогда и будет разговор.

А пока что он может по-другому узнать, была Полина с чужим мужчиной или нет. По соприкосновению биополей – ее и его. Они уже двенадцать лет вместе. И он сумеет определить, нарушена ее аура чужеродным вторжением или нет. Сумеет. Должен суметь...

Тимур постарался выбросить из головы все сумбурные мысли, связанные с подозрительным телефонным звонком. Перевел разговор на шутку. Они с Полиной сели за стол, выпили немного вина. А потом отправились в спальную комнату.

Двенадцать лет вместе прожить – это вам не поле перейти. Всяко бывало. И ссоры, и конфликты. Но всякий раз все возвращалось на круги своя. И они возвращались в одну постель.

Полина умела поддерживать интерес к себе. Она всегда была в форме и знала толк в сексе. Парики, изощренные интимные наряды, эротические игры, соответствующее видео, наконец... Ничего зазорного в этом не было. В конце концов, они муж и жена и могут позволить себе самый разнузданный секс.

Он иногда может себе позволить гульнуть на стороне. Иногда. А она никогда не сможет ему изменить. Никогда... Она же понимает, чем это может закончиться и для нее, и для любовника...

Полина и сегодня на высоте положения. Она появилась в интригующем наряде. Красивая, необычная и сексуально неотразимая. Парик – прямые белые волосы до плеч, яркая косметика, шапочка с красным крестом, халатик а-ля развратная медсестричка – попу едва прикрывает. Белые чулки на корсетном поясе, туфли на звонких шпильках. Но главная фишка у нее в руках. Самый настоящий шприц.

– Больной, вам укольчик!

Она подошла к нему с шаловливой улыбкой, остановилась у самой постели. И нарочно уронила ватку. Чтобы нагнуться за ней. Чтобы он видел, что скрывается под халатиком...

– Нет, сегодня ваша очередь, сестра, – мотнул головой Тимур.

– Больной, я вас не поняла!

– Сегодня я вам поставлю укольчик... У меня и шприц есть...

– Да неужели!

Было весело. И очень приятно, когда он поставил ей укол... Полина сладко стонала от удовольствия. И не догадывалась, что Тимур играет в больницу по-настоящему. Он проводил медицинское исследование. Прощупывал ее биополе. И внутренне. И мог поклясться, что сегодня он был у нее единственным. Чужой шприц к ней даже не прикасался...

* * *

Девятнадцатилетняя стильная девочка с глазами искушенной женщины. Лена Медякова. Великолепное сочетание, особенно если оно прилагается к такой красоте, которой обладала Лена. Красивая знойная женщина с потрясающей фигурой.

И эта женщина принадлежала Медякову. А Тимуру принадлежала Полина... Но если Полина принадлежит еще и Альберту?..

Это была обычная презентация самого обыкновенного досугово-развлекательного центра. Очередной проект неугомонного Валеры. Торжественная часть уже закончилась, журналистов и халявщиков вежливо послали куда подальше. Остались только свои люди. Чета Медяковых входила в эту категорию.

Альберт Медяков не стеснялся мацать своими зенками отпадную телку с мощными буферами, которая зажигала на сцене... А вот на Полину он почти не обращал внимания. Может, только вид делает...

Тимур уже пытался развеять свои подозрения. Он выяснил, что Полина провела весь в день в «Королеве красоты» вместе с товарищами по женской партии. Товарищей из партии мужиков не было и в помине.

И с Альбертом тоже поработали. Но тут тревожный звонок. Оказалось, что, скорее всего, Восьмого марта он встречался с женщиной.

Медяков владеет собственным концерном – торгует нефтью и нефтепродуктами. От Тимура он как бы и не зависит. Просто отстегивает в общак десять процентов за внешнюю безопасность. Но Тимур обеспечивает ему и внутреннюю безопасность. Правда, Медяков даже не подозревает, что его первый зам – агент Краба.

Этот господин знал, что Альберт воспользовался отсутствием жены и поздравил с Восьмым марта какую-то красотку. С какой женщиной, где и как долго длилась эта встреча, этого Краб выяснить не сумел... А вдруг это была Полина?

Тимур мог бы насесть на Краба, потребовать у него более конкретного результата. Тогда бы тот стал копать глубже. Ну а вдруг он бы раскопал любовную связь Полины с Альбертом? Тогда бы Тимур прослыл в его глазах рогоносцем. Само собой, Краб умеет хранить тайны. Но перед ним самим будет очень неудобно. Да и перед самим собой.

Любовные отношения – это очень тонкая сфера. Нельзя, чтобы их касались чужими руками. Поэтому Крабу не стоит устраивать слежку за Полиной. Зато Тимур поручил ему выяснить, есть ли у Альберта телефон с неучтенным номером.

Медяков считался примерным семьянином. Но имел грешки на стороне. Короче говоря, было что скрывать от жены. В том числе и мобильный телефон для особых случаев. Теперь пусть он скрывает его от Краба. Если сможет...

Полина тоже не уделяла Альберту особого внимания. Скользила по залу рассеянным взглядом. И нет-нет посматривала на сцену. Может, она там скрещивается взглядом со своим Медяковым? Интересно, а в какой позе она с ним спаривается?.. Тимур пытался унять свои чувства. Но ревность продолжала душить его. Иногда ему приходилось делать над собой усилие, чтобы не сорваться. Пока что он еще не опустился до того, чтобы выяснять с Полиной отношения. Пока что...

Тимур смотрел на Лену, а думал о своих с Полиной отношениях. И задумался. Не заметил, что Лена тоже смотрит на него. И улыбается. Да не просто улыбается, как старинному приятелю. Было что-то другое в ее взгляде...

Лена ему нравилась, чего скрывать. И, судя по всему, его симпатия взаимна. Каждая женщина мечтает о нежном, ласковом мужчине. Но, как говорится, все нежные и ласковые мужчины, как правило, уже заняты. Остаются просто настоящие мужчины, не всегда нежные, не всегда ласковые. Это Тимур про себя. Да, он гангстер, он не ведет праведный образ жизни, за ним немало грехов. Но он сильный мужик и этим берет женщин... Похоже, Лена в их числе...

Забавная ситуация. У Альберта шашни с Полиной, у него с Леной. Но ведь они не свингеры, то бишь свиньи. И прямого обмена нет... вообще нет никакого обмена, ни прямого, ни кривого. Нет ничего между ним и Леной. И Полина не питает к Альберту ничего, кроме дружеских чувств...

Да, Лена – желанная красавица. И надо бы за ней приударить. Но он не будет этого делать... Тогда почему он идет за ней?

Лена направилась к выходу из зала. Но перед этим поманила его за собой взглядом. Или ему показалось, или так оно было на самом деле, но он направился за ней. А Полина даже не заметила, что он уходит... Неужели ее занимает только Альберт?.. Вряд ли это так, но Тимуру уже хотелось насолить им обоим. И подсластить себе... Похоже, он уже знал, как это сделать...

Досугово-развлекательный центр – это целый шоу-городок под крышей. Ночная дискотека, рестораны, бары, стрип-шоу, кинотеатр, боулинговые дорожки, зал игровых автоматов, мини-казино, в котором заправляет шайка «одноруких бандитов»... В общем, всего хватает. В том числе и укромных уголков, где можно уединиться, даже когда в центре кипит жизнь.

Сейчас народу здесь немного, все в ресторане с эстрадным шоу. Но некоторые несознательные элементы заняты поиском укромных уголков. Если это не так, то почему Лена идет в этот VIP-кинозал. Как будто просто так туда идет, чтобы посмотреть, что там да как... А нет, не все так просто. Она заманивает Тимура...

А он как завороженный идет за ней. Он же не какой-то сухарь, ничто человеческое ему не чуждо. А тут высоковольтная интимная интрига, попробуй тут устоять... Неспроста Лена манит его за собой. Возможно, она тоже хочет отомстить своему мужу. И хочет это сделать именно с Тимуром. Не потому, что он такой крутой. А потому, что Альберт изменяет ей с его женой...

Тимуру вдруг показалось, будто он начинает сходить с ума. Эти идиотские мысли «кто с кем», «кто кого» заморочили ему голову. Нужно остановиться, еще раз реально взвесить все «за» и «против», а затем одним ударом разрубить весь этот гордиев узел. Альберту набить морду, Полину под замок, а самому... Самому можно удариться в загул. И опять же, начать с Лены. Получается, куда ни кинь, всюду она... С Альбертом и с Полиной он разберется после. А сейчас займется Леной...

Ну, а если все-таки Альберт с Полиной ни в чем не виноваты? С чего он вообще взял, что у них любовная связь? Подумаешь, какой-то телефонный звонок...

А телефон снова звонит. Может, это Альберт? Сейчас даст ему добро на Лену. Чтобы сгладить свою вину за Полину... Но это не Медяков, это Краб.

– Свежая информация...

– Нашел время, – недовольно поморщился Тимур.

Свежие булочки хороши к утреннему кофе. А сейчас уже ночь.

– Ты же сам сказал, как только, так сразу... Это насчет Медякова. Ну это, насчет его трубы...

Тимур оживился. Сейчас он получит подтверждение, что нет у Альберта никакого левого телефона.

– Есть у него такой телефон, – сообщил Краб. – Где он его держит, я не знаю. Но тот номер, который ты мне дал, зарегистрирован на имя Медякова Альберта Григорьевича...

– Все, Краб, отбой! – Тимур спрятал трубку.

Теперь все ясно. Это Альберт спрашивал тогда Полину. Интересовался, доехала ли она домой. После случки... Сука!..

Все, тормоза полетели. Ничто не мешает Тимуру юркнуть в кинозал вслед за Леной. Надо только будет закрыться, чтобы никто не помешал им «смотреть кино»...

Лена сидела в небольшом уютном зале. Евростиль, кожаная мебель, небольшой аккуратный экран. Перед диванчиком столик. Хорошо было бы заставить его выпивкой. Но у них нет времени ходить за спиртным. А официанты этот зал сейчас не обслуживают. Да и не нужна им выпивка, а халдеи тем более...

Для приличия Лена изобразила удивление.

– Тимур, ты как здесь оказался?

– Смотрю, идешь одна, без охраны...

– А зачем охрана? Она будет только мешать... Я хотела сказать, что мне бы она помешала... Мне с детства нравилось бродить в замкнутом пространстве. Чтобы вокруг никого. И чтобы тишина подавляющая. Тогда в голове рождаются особые мысли...

– Какие же, если не секрет?

Тимур сел на диван рядом с Леной. Время потеряло для него значение. Его не волновало, что происходит там, за пределами этого зала. И на Полину ему наплевать...

– Секрет, – загадочно улыбнулась Лена.

– И много у тебя таких секретов?

– Немного. Но есть... Тимур, а я с тобой поговорить хотела.

Вот с этого и надо было бы начинать. А то какие-то замкнутые пространства...

– Тимур, мне кажется, что Альберт мне изменяет.

Все это знают, а ей только кажется... Неужели кто-то знает и то, что Альберт изменяет ей с Полиной? А Тимуру только кажется... Нет, он все уже знает. Он точно все знает.

– С кем? – вырвалось у него.

– Не знаю, – неуверенно пожала плечами Лена.

– А мне кажется, что ты знаешь...

– Ну, я не знаю, но мне кажется... Тимур, если я тебе скажу, пообещай, что ты ничего не сделаешь с Альбертом...

Уже не было игривости в ее взгляде. И томления нет. Зато есть страх. За своего мужа.

Похоже, она знает что-то страшное про него. Потому и боится. Ведь рано или поздно Тимур может все узнать, и тогда Альберту не поздоровится. А Лена не хочет, чтобы с ним что-то случилось. Ведь он дорог ей и как муж, и как глава семейства. Куда ей без него... Она делает упреждающий ход. Но Тимур не может давать ей никаких обещаний. Морду Альберту он точно набьет. А вот убивать... Убивать его он, пожалуй, не станет... Только пусть Лена не просит за него. Он не хочет, чтобы она приносила себя в жертву...

– А что я могу с ним сделать? – снисходительно усмехнулся Тимур. – И за что?

– Он... Я не знаю, может, это не так... Но я нашла у него записку в кармане... Там был адрес. И подпись «Полина»... Может, это совсем не то, что я думаю...

– А что ты думаешь? Думаешь, что наши благоверные изменяют нам?

– Да, мне кажется...

Лена опустила глазки. И Тимуру показалось, что не без кокетливой улыбки.

– А мне кажется, что это мы изменяем им. Разговор тет-а-тет, интимная обстановка. И мы оба хотим...

Он нарочно затянул паузу.

– Чего мы хотим? – тихо, не заглядывая ему в глаза, спросила она.

– Мы хотим друг друга... Или нет?

– Не знаю.

Это «не знаю» прозвучало как «да»...

Он обнял Лену за плечи, мягко привлек к себе. Она не отстранилась. Даже положила руку на его колено...

Сейчас для Тимура существовала только Лена. И если бы она сейчас вдруг исчезла, он бы, наверное, взвыл от отчаяния... Но она не исчезала. Она отдала на растерзание свои губы, сама сняла с себя кофточку – упругие мячики ее грудей сами свалились в его руку...

Красивое лицо, роскошные волосы, молодое упругое тело, пьянящий аромат нежной кожи... И все это принадлежит сейчас Тимуру. Альберт сам во всем виноват. И Полина тоже...

Глава вторая

Недавно Тимур читал интервью одного известного олигарха. Так вот, он говорил, что современный российский бизнес – это особый мир. Здесь правит бал не только его величество доллар. Оказывается, большое влияние на ход событий оказывают женщины. И бизнесвумен здесь ни при чем. Все дело в женах и любовницах. Мол, были случаи, когда из-за женщин погибали лучшие представители отечественного бизнеса, из-за них рушились и, наоборот, поднимались из руин многомиллионные проекты...

Тимур еще тогда посмеялся над этим трепачом. Но сейчас ему не до смеха. Он вляпался в самую настоящую историю. Он подозревает жену в измене и спит с ее подругой. Он сам крупный бизнесмен, можно сказать, олигарх. И Альберт Медяков не болт с бугра. Он самый настоящий нефтяной магнат. Тимуру он не ровня, но только до тех пор, пока не выйдет из-под его контроля. А он может это сделать. У него своя служба безопасности, он запросто может нанять крутую киллерскую команду и... А еще он может объявить Тимуру войну, экономическую. И еще неизвестно, кто выйдет победителем из этой игры...

Все войны из-за баб. Так говорили в древности. Так говорят сейчас. Из-за женщин воевали короли прошлых эпох. Из-за них же ломают копья короли большого бизнеса. Возможно, Тимур и Альберт следующие в этой очереди...

Медякова Тимур не боялся. Это смешно, бояться какого-то барыгу. Он не понаслышке знает, что такое каменные джунгли большого города, он чувствует себя в них как лев в саванне. Мало того, он один из тех, кто устанавливает законы этих джунглей. А кто такой Альберт?.. Да он обделается от одной только мысли, что ему придется схлестнуться с Тимуром. А если не обделается?..

Вчерашний вечер был одним из самых лучших в его жизни. Лена – чудо-женщина. И он снова ее хотел... Они уже договорились о встрече. Все хорошо. Но Тимур испытывал неловкость. Иметь любовницу при живой жене – хорошего в этом не очень много. Чтобы избавиться от чувства вины, он должен был уличить Полину в измене. Он быстро наставит ее на путь истинный, если понадобится, наденет на нее пояс целомудрия, а сам... Сам он будет встречаться с Леной. Мстить за себя и за нее...

Он мог бы взять Полину под надзор. Но ему не хотелось, чтобы чужие люди копались в их семейном белье. Он не хотел выносить сор из избы. А потом, он и сам не пальцем деланный. У него нет врагов, которых стоило бы опасаться. И он может позволить себе легкий экскурс по Москве в гордом одиночестве.

Он сам лично выступает в роли частного детектива. И если понадобится, сам лично будет следить за Полиной. Он обязательно уличит ее во лжи.

Но у него есть возможность уличить ее в измене прямо сейчас, без всякой слежки. В кармане записка, которую передала ему Лена. В ней указан адрес, где Полина должна встретиться со своим Альбертом. Там он их, тепленьких, и возьмет...

Тимур обещал Лене не убивать ее мужа. Но это не значит, что он не имеет права поговорить с ним по-мужски. Пожалуй, городским аптекам пора принимать заказ на дорогостоящие лекарства для господина Медякова...

Этот дом находился недалеко от «Королевы красоты», куда частенько заезжала Полина. Отсюда она ехала или домой, или возвращалась на работу. Но по пути заезжала на квартирку, где ее ждал Альбертик. И Восьмого марта она здесь была. У той же Лены нет уверенности, что Полина никуда не отлучалась из салона красоты...

Высотный дом, захламленный подъезд, обычная деревянная дверь, замок – шпилькой открыть можно. Шпильки у Тимура не было, зато на связке ключей в качестве брелока болталась изящная мини-отмычка. Металл прочный, не сломается...

Замок был не таким простым, каким казался. Или Тимуру квалификации не хватало. Орудовать отмычкой он учился чисто для интереса, домушником же никогда не был.

И все же после минутной борьбы замок сдался. Тимур открыл дверь и вошел в квартиру. Тишина. И ни одной живой души. А ведь, судя по всему, любовнички уже должны были быть здесь. Жаль, не удалось их взять с поличным. Ничего, в следующий раз получится...

Тимур уже собирался уходить, когда его внимание привлекла золотая сережка с бриллиантом. Она лежала на полу. И всем своим видом просила, чтобы ее подняли... Он узнал эту сережку. Это его подарок Полине...

Теперь у него не было никаких сомнений в том, что Полина была здесь. И записка с адресом от нее. Она передала ее Альберту, значит, собиралась встретиться с ним... Все сходится. Тимур – рогоносец... Немного успокаивало, что и он, в свою очередь, навесил рога Альберту.

В коридоре зазвонил телефонный аппарат. Тимур не удержался от искушения, поднял трубку. И услышал голос Медякова:

– Тимур, зачем ты сюда пришел?

Вот это номер! Эта гнида вычислила его, еще и предъявы ему клеит.

– Слышь, ты, урод! Ты на кого буром прешь, козел!

– Ты пожалеешь...

Голос Альберта прозвучал угрожающе-зловеще. Тимур и не знал, что он может так говорить... А может, это не он звонил. Но нет, это его голос...

Тимур усмехнулся. Он уже пожалел. О том, что его жена оказалась шлюхой. Теперь жалеть будет Медяков. О том, что на свет народился...

Он положил трубку, зашел в комнату, еще раз глянул на ложе, где занималась любовью его жена. Он только представил, как она это делает, и сразу такое ощущение, будто душу прогнали через мясорубку... Тимур тяжело опустился в кресло, закурил, достал сотовый телефон. Набрал номер жены. Полина отозвалась почти мгновенно.

– Ты где? – спросил он.

– На работе, а что?

– А в «Королеве красоты» уже была?

– Да, а что?

– Говорят, ты сережку потеряла.

– Да. А откуда ты знаешь?

– Как ты ее потеряла?

– У меня застежка сломалась. Ну, я обе сережки в сумочку положила. А сумочку украли... Сегодня, в «Королеве красоты»... Тимур, я не хотела об этом говорить. Все-таки это салон мамы Риты. А я не хотела бы ей репутацию подрывать... Да и в сумочке ничего такого не было. Только сережки...

– Ничего такого, да? Тебе плевать, что это я их подарил?

– Тимур, мне не нравится твой голос. Тебе что, сережки жалко?

– Жалко, мне их очень жалко... Но ты не волнуйся, одну я уже нашел. Ту самую, со сломанной застежкой... Ты мне скажи, как она могла оборваться. Ты что, в уши балуешься?

Тимур ощутил неконтролируемое желание грубить жене и хамить. Это было сильнее его...

– Что, что, как ты сказал?

– Как слышала, так и сказал... Сука ты, Полина. Сука и блядь!..

– Тимур!!!

– Заткни хлебало, дрянь! И слушай сюда. Я вашу малину накрыл. И сережку там твою нашел. Хорошо ж тебя Альбертик драл, если даже застежка сковырнулась...

– Тимур! Ты с ума сошел! Что ты несешь? Ты что, пьян?

– Короче, можешь позвонить своему Альбертику и сказать, что я его, ублюдка, кастрирую. И тебе дырку зашью!!!

В трубке послышались короткие гудки. Испугалась, тварь. Пусть боится. Потому что ей на самом деле придется отгребать...

Тимур подбросил телефонную трубку на ладони, поймал. А затем со всей силы швырнул ее в стену. Мобильник разбился вдребезги. Правда, на душе не полегчало...

А вообще, что он делает в этом доме? Захотелось поговорить с Полиной, можно было позвонить ей из машины. Он же сегодня один. Даже без водителя... Все, пора уходить.

Он открыл дверь и тут же угодил в водоворот человеческих тел. Это были менты, в брониках и с автоматами. Тимур по личному опыту знал, что в этом случае лучше не сопротивляться. К тому же ему и не давали сопротивляться. Слишком крепкими оказались менты, слишком резво действовали. Да и эффект внезапности на их стороне...

Тимура свалили на пол, заломили руки за спину, обыскали.

– Начальник, я не понял, что здесь происходит? – Тимур уже сидел на стуле.

Руки за спиной, некому утереть кровь с разбитой губы.

– А ты не знаешь, да? – хмыкнул лейтенант.

– Вы же не из СОБРа, нет.

– А зачем нам СОБР? Мы и без СОБРа с такими, как ты, хорошо справляемся...

– С какими такими?

– С домушниками.

– Это я-то домушник?

До Тимура наконец дошло. Он же вскрывал дверь отмычкой. А кто-то из соседей это видел. Звонок в местное отделение милиции, и пожалуйста, группа захвата... Теперь вот отдувайся. А может, это Медяков позвонил? Да нет, вряд ли. Он-то хорошо знает, что Тимур легко отмажется от подобных обвинений...

– Погоди, командир. Не домушник я... Да ты внимательно посмотри на меня, похож я на домушника?

Лейтенант оглядел его придирчивым взглядом. Глянул на изъятый пистолет. Затем взялся за его бумажник. Выложил на стол несколько кредитных карточек, с десяток стодолларовых купюр, рублевую мелочь. Покрутил в руках водительское удостоверение.

– Беспашный Тимур Анатольевич, – прочитал он. – Тысяча девятьсот шестьдесят девятого года рождения, место рождения город Белокаменск... Белокаменск. Тимур. Беспашный... Погоди, а ты не тот самый...

– Тот самый, – покровительственно улыбнулся Тимур.

Он, конечно, не президент страны и даже не Герой Советского Союза. Но он тоже своего рода знаменитость. Правда, по большей части в определенных кругах, в том числе и милицейских...

– Ни фига себе!

Можно было понять радость мента. Такую рыбу задержал... Только, похоже, он не знал, что делать ему с этой радостью. Отправить Тимура за решетку? Потом хлопот не оберешься. Отпустить? Нельзя.

– Слушай, командир, мне бы с тобой с глазу на глаз на пару слов... Да ты не бойся, я же в наручниках...

– Да я-то не боюсь, – покачал головой лейтенант. – И с глазу на глаз не получится... Ты, Тимур Анатольевич, человек известный. Квартиры тебе бомбить резону нет. Да и не за этим ты сюда пришел.

– А зачем?

– Не знаю. А вот то, что ты человека своего на стреме оставил, это я точно знаю...

– Какого человека? – удивился Тимур.

Никого он на шухере не оставлял, это точно.

– Человека с ружьем. Вернее, с пистолетом... А пистолет, между прочим, с глушителем...

Тимура бросило в пот. Он понял, про какого человека говорил ему мент.

– Где этот человек?

– Уже в машине... Мы когда сюда поднимались, он у нас на пути стоял. Мы его на всякий случай зацепили. И правильно сделали. Пистолет у него нашли. С глушителем!

– С глушителем... Ты, командир, подумай, зачем я киллера за собой таскать буду?

– А с этим следствие разберется...

– Да не мой это человек, начальник. Не мой, я тебе это сразу говорю. Это киллер. Который меня дожидался... Ты, командир, можешь меня в кутузку везти. Вези, я не возражаю. И этого гада до отделения довези. Не дай, чтобы его отбили. Если живым довезешь, я тебе лично ключи от новенькой «десятки» подарю. Давай, летеха, не подведи!

Лейтенант побледнел, когда до него дошло, в какую историю он вляпался. Молодой он еще, неопытный, но книжки про бандитов читает. И, наверное, представляет, какое это серьезное дело – завалить крутого авторитета вроде Тимура Беспашного. Киллер мог быть один. Но где-то во дворе обязательно находится группа прикрытия. А заказчик пойдет на все, чтобы не сдать киллера ментам. Он лучше его застрелит, чем отдаст на растерзание...

Лейтенант слегка струхнул. Но быстро взял себя в руки. В его распоряжении было два автоматчика. И этими силами, если говорить ментовским языком, он сумел организовать доставку Тимура и предполагаемого наемного убийцу в отделение милиции.

Тимур видел этого парня. Парень лет двадцати пяти. Плотного сложения, отсутствующий взгляд, плотно стиснутые губы. Узкий лоб и неестественно выдвинутая вперед нижняя челюсть наводили на мысль о больших пробелах в умственном развитии.

В отделении их развели по разным камерам. Поднялся большой шум. Понаехало высокое начальство – генералы из ГУВД, важные чины из Генпрокуратуры. Каждый хотел быть причастным к сенсационному событию. Не так уж часто сотрудникам милиции удается предотвратить заказное убийство, да еще и взять киллера. И это при том, что покушались на человека, хорошо известного не только в криминальном мире...

Глава третья

Жаль, что жена у него не продвинутая женщина. И никак не согласна с тем, чтобы Альберт имел женщин на стороне. А то было бы здорово. Жене говоришь, что находишься у любовницы, любовнице – что у жены. А сам – работать, работать и работать... над второй любовницей.

А их у него в самом деле две. И каждой нужно уделить внимание. Вот и приходится разрываться. Лена пока что ничего не знает. Но может узнать... А не бросить ли к черту эту двойную жизнь? Лена у него самая красивая. Зачем ему другие женщины?

Альберт задавался этим вопросом всякий раз, когда уходил от любовницы. И всякий раз соглашался, что его греховные похождения добром не закончатся. Значит, нужно завязывать. И всякий раз он возвращался или к Наташе, или к Маше...

Да и как не возвратиться к той же Маше. Девчонка просто загляденье. Молодая, энергичная. В постель с ней ложишься, как в живую воду прыгаешь. На берег выходишь заново родившимся... А по дороге начинаешь раскаиваться. И посылать всех к черту.

Сегодня он возвращался от Наташи. Потрясающая женщина... Но Лена лучше. И больше он ей изменять не будет. Во всяком случае, хотелось в это верить...

Лена встретила его не очень приветливо.

– Дорогая, что случилось? – с порога спросил он. – Тебе не плохо?

Вид у нее какой-то нездоровый.

– Плохо. Мне очень плохо...

Она протянула ему конверт с фотографиями. Альберт вынул одну и обомлел. Наташа стояла в интересной позе, а он... Вчера ему было очень хорошо. И он не заметил, что его фотографируют. Да и как тут заметишь, если снимки делались скрытой камерой.

– Мне это сегодня принесли, – нехорошо усмехнулась Лена.

– Кто?

– Я еще на прошлой неделе частных детективов наняла. Я давно тебя подозревала...

– Лена, я тебе сейчас все объясню!

– Сейчас ты скажешь, что у этой девочки между ног нефтяная скважина, а ты качаешь из нее нефть... Насос еще не стерся, господин нефтяной магнат?

Альберт обреченно вздохнул и опустил голову. А что он мог сказать в свое оправдание? Не подтверждать же версию с нефтяной скважиной...

– Лена, ты меня извини, бес обуял... Но я тебе обещаю, это первый и последний раз...

– Ну, не в первый... В первый и в последний раз это у меня было.

– Это ты о чем?

– А о том... Ты думаешь, где я вчера потерялась? Я с Тимуром сексом занималась...

– Что?! – Альберту показалось, что от возмущения у него немеют мозги.

– А что, тебе можно, а мне нельзя?

– Лена! Ты... Ты не должна была это делать!

– Потому и не делала... Да успокойся, не было у нас ничего. Это я просто так сказала, чтобы ты прочувствовал на себе всю мою боль...

А ведь в самом деле больно. Очень больно...

– Лена, я тебе обещаю, больше этого не повторится, – клятвенно заверил он. – Никогда!

– И я тебе обещаю, что ни с кем и никогда...

– Так у тебя что-то было с Тимуром?

– Альберт, все равно я люблю только тебя... Ты даже не думай. Не было у меня с Тимуром ничего и никогда не будет...

Трудно понять, шутит она или нет... Скорее всего шутит. А если нет?.. Нет, нет, шутит. Лена не может ему изменить. И он больше не будет ей изменять. Никогда... С Наташей и Машей – никогда!!!

Лена приняла его клятвенные заверения, начала успокаиваться. Но, видно, сегодня был день неудачника... К ним домой пожаловала Полина собственной персоной. Все бы ничего, но она приехала без предупреждения. И была чем-то очень взволнована.

– Разговор сугубо личный, – сразу предупредила она. – Он касается меня и Альберта. Но ты, Лена, можешь присутствовать. Потому что я ни в чем перед тобой не виновата...

– А в чем ты можешь быть перед ней виноватой? – удивленно посмотрел на нее Альберт.

– В том, что ты изменял ей со мной! – еще больше ошарашила его Полина.

– А я знаю это, – ледяным взглядом охладила ее пыл Лена.

– Ты это знаешь?! – так и села Полина.

– Она у нас все знает, – озадаченно почесал затылок Альберт. – Только этого она знать не может... Лена, не можешь ты этого знать. Потому как не было у нас с Полиной ничего. Ничего!

– Ну как это не было? – натянуто улыбнулась Полина. – Еще давно, на заре нашей юности. Я хотела, чтобы ты за мной ухаживал. А ты смотрел в другую сторону...

– Ах, ах, что вы такое говорите? – наигранно всплеснула руками Лена. – А записка, которую я нашла у Альберта? Или это не от тебя записка?..

– Какая записка? – потрясенно уставилась на нее Полина. – Не знаю я ни про какую записку... Мне сегодня Тимур звонил. Сказал, что все про нас с Альбертом знает. Про какое-то любовное гнездышко говорил. Как будто я свою сережку там потеряла. Когда любовью с Альбертом занималась. Бред какой-то...

Лена назвала адрес этого любовного гнездышка. Но ни Альберту, ни Лене он ничего не говорил. И никто никакую записку, отпечатанную на компьютере, ему не передал. Даже невозможно представить, как она у него оказалась.

– Лена, какая записка, о чем ты? Что за детство? Кто сейчас через записки общается? Бред какой-то...

– Не знаю, бред это или нет, но записка была.

– Где она?

– У Тимура.

– У Тимура?! Ты что, передала ее Тимуру? – У Полины аж лицо вытянулось от потрясения.

Лена поняла, что не должна была этого говорить. Но деваться некуда.

– Мы разговаривали с Тимуром. Как старые друзья... Он сказал, что подозревает Полину, я сказала, что подозреваю Альберта...

– Ерунда какая-то!

– Ты Восьмого марта весь день в «Королеве красоты» была. Ты никуда не отлучалась? – спросила Лена.

Она не была похожа на следователя. Те наглые и самоуверенные. А ей робко и зябко.

– Да, отлучалась... Ты думаешь, что я была с Альбертом?

– Это не я так думаю. Это Тимур так думает...

Оказывается, Восьмого марта Тимуру звонил Альберт и спрашивал, не вернулась ли Полина. Бред какой-то. Не звонил он Тимуру. Точно, не звонил...

Чем больше говорили Лена и Полина, тем больше Альберт убеждался, что кто-то впутал его в чудовищную игру. Кто-то пытается его подставить.

Тимур сейчас в милиции. Как и почему он там оказался, Полина не знала. Оказывается, она с мужем в большой ссоре. Поэтому он ей ничего не сообщал... А может, в этой игре Альберт всего лишь козел отпущения. А вся интрига крутится вокруг Тимура и Полины. Все может быть...

Альберт ложился спать в расстроенных чувствах.

Всю ночь ему снились какие-то кошмары. А утром – того не легче. Он приехал в свой офис, и тут же в его кабинет ввалился начальник службы безопасности.

– Альберт Григорьевич, беда! – зачем-то закрывая дверь изнутри, объявил он.

– Что случилось?

– Сейчас...

В руках у Грибова появился какой-то предмет. Грешным делом Альберт решил, что это пистолет. И облегченно вздохнул, когда понял, что это за штука. Это был радиоэлектронный сканер. Грибов внимательно обследовал кабинет. Подслушивающих устройств не обнаружил.

– Что там у тебя? – не на шутку разволновался Альберт.

– На Тимура Беспашного вчера покушались.

– Покушались?! А я здесь при чем?

– Сейчас узнаете... Он один вчера был, без охраны. И чью-то квартиру отмычкой взломал. Зачем он это сделал, я не знаю. Он не признается...

– Так вот почему он в милицию попал! Квартиру вскрыл... Но ведь он же не вор. И зачем ему воровать?

– В том-то и дело. Что-то нечисто с этой квартирой... Но суть не в том. Его в подъезде киллер поджидал. Тимур же один был, без охраны... В общем, если бы милиция не появилась, лежать бы ему сейчас в морге с простреленной головой...

– Да, жаль, конечно, если бы это случилось... Но при чем здесь я?

– А при том! Киллера допросили. И знаешь, кто заказчик?

– Кто?

– Некий господин Медяков!

У Альберта появилось ощущение, будто у него из-под задницы вырвали стул. Удивительно, почему он не падает...

В кабинете была нормальная комнатная температура. Но Альберт чувствовал себя здесь как в Африке. На лбу выступили крупные капли пота, руки дрожали, как в малярийной лихорадке.

– Почему ты думаешь, что это я? – в панике спросил он.

– Это не я так думаю. Это следователь прокуратуры так думает... Этого киллера нанял какой-то человек. Посредник. И он якобы сказал, что господин Медяков дает ему возможность хорошо заработать...

– Андрей! Ты же сам в это не веришь! – вскричал Альберт. – Ну разве посредник станет называть имя заказчика?

– В том-то и дело, что нет... Это подстава, Альберт Григорьевич. Вас крупно подставили...

Альберт в ужасе зажмурил глаза... Его опасения оправдывались даже не на сто, а на все двести процентов. Какая-то гнида сделала его любовником Альбины. Теперь же он, оказывается, хочет убить Тимура...

– Что же теперь делать?

– Будем во всем разбираться. Доказывать, что вы здесь ни при чем...

– А это возможно?

– Вы-то сами как думаете?

– Андрей, если ты думаешь, что я на самом деле...

– Да ничего я не думаю. Я думаю, как нам отмыться от этой грязи. Я не удивлюсь, если этот киллер опознает меня в качестве посредника...

– Кошмар!.. Что же мне теперь делать?

– Брать машину и ехать в аэропорт. И чем быстрее, тем лучше... У вас действующая шенгенская виза, летите в Европу. Никому ничего не говорите, никому не звоните... Мне позвоните. Через месяц, но не раньше. Я вам скажу, можно вам возвращаться или нет...

– Неужели все так серьезно?

– Куда ж еще серьезней? Тимур Беспашный думает, что это вы пытались его убить. Как вы считаете, что он будет делать?

Тимур ничего не будет делать. Он просто сотрет Альберта с лица земли... Да, пожалуй, Грибов прав. Нужно брать ноги в руки и галопом в благословенную Европу. А там уже будет видно, что делать...

Андрей оставался, чтобы принять удар на себя. Благородный поступок. Но ведь Альберт для того и платит ему деньги, чтобы он его защищал...

Он заказал по телефону билет на ближайший рейс до Парижа, взял с собой немного наличности и выехал в аэропорт. По пути он не раз порывался позвонить жене, объяснить ей, в какой переплет попал. Но ему сейчас ничем нельзя было себя обнаруживать. А Лена все узнает от Андрея... Или, может быть, от Тимура. Неужели Лена все-таки была с ним? Она говорила, что переживала за Альберта, просила Тимура не трогать его. Но так просто ничего не делается. Баш на баш. Тимур обещает не убивать Альберта, а Лена... Наверное, она все-таки изменила ему.

Тимур трахнул Лену. И не убегает, а, наоборот, гонится за ее мужем. Чтобы убить его... И где, спрашивается, справедливость?..

Да какая в этом мире может быть справедливость? Куда ни плюнь, всюду бандиты. Такие, как Тимур. Раньше они потрошили коммерсантов, ходили в кожаных куртках и говорили на ужасном сленге. Сейчас они сами видные бизнесмены, белые воротнички, нормальная речь. Но бандитская сущность никуда не делась. Они по-прежнему страшны в своей силе. У них есть бригады наемных убийц, от них невозможно скрыться. Невозможно. Но Альберт скроется... И ну ее к черту, эту страну. Он уже досыта нахлебался дерьма, которое называется современной российской действительностью. Он осядет в Европе, выпишет к себе семью. И заживет...

Мысль о загранице зарядила Альберта оптимизмом. В это время рядом с его «Мерседесом» оказался грузовик «Фольксваген».

Грузовик резко взял вправо и ударил «Мерседес». Машина пошла юзом и врезалась в дорожное ограждение. «Фольксваген» как ни в чем не бывало продолжил путь, а вместо него появился «БМВ».

Из машины выскочили трое в масках. У одного из них был пистолет с глушителем. Альберт понял, что пришел его смертный час... Но пуля была предназначена для водителя. Киллер выстрелил в него, а его дружки вытащили из машины Альберта.

Страх и без того парализовал его. И при всем желании он не смог бы оказать сопротивления. Бандиты ударили его по голове. И в машину уже затаскивали бесчувственное тело...

Очнулся Альберт в каком-то сарае. Свет проникал сюда через щели в досках, можно было видеть клети, пыльную солому. Но Альберт не обратил на это никакого внимания. Он видел только двух парней, которые энергично рыли яму. Еще двое сидели напротив него. Ствол пистолета смотрел ему прямо в лоб.

– Очнулся, карась гнойный? – хрипло спросил один.

В его безжизненных холодных глазах читался смертный приговор. Альберт понимал, для кого роют яму.

– Сейчас Полину привезут, – голосом, лишенным всяких эмоций, сообщил второй бандит. – Рядком вас положим...

Полина изменяла Тимуру с Альбертом. И в сговоре с ним затеяла на него покушение. Так думает Тимур. Поэтому умереть должны двое – Альберт и Полина. Их похоронят в одной могиле... Альберт нисколько не сомневался в том, что его захватили киллеры Тимура. Смертный приговор уже подписан. Сейчас бандиты выроют яму, затем появится Полина, и прозвучат роковые выстрелы...

– А... а где Тимур? – заикаясь от страха, выдавил из себя Альберт.

– Где ж ему быть? В ментовке он... – ухмыльнулся один бандит.

– А если б не менты, в морге бы он сейчас был. Ты ж, падла, с киллером подсуетился... – добавил второй.

– Это не я... Честное слово, не я!.. Тут какая-то ошибка. Поверьте, это чудовищная ошибка!!!

Напрасно Альберт распинался перед бандитами. Напрасно доказывал свою невиновность. Никто ему не верил. А если кто и верил, то все равно уже ничего не изменишь. Альберт приговорен, и спасти его мог только Тимур, только одно его слово. Но Тимур в тюрьме, да и не станет он помогать Альберту. Ведь это он послал киллеров по его душу.

Яма становилась все глубже, жить Альберту оставалось все меньше. Вот-вот должны были подвезти Полину... Какой ужас! Неужели им суждено умереть в этом вонючем сарае? Но ведь не для того они рождались и жили. Им еще рано умирать...

У одного бандита залился веселой трелью телефон. Альберт решил, что этот звонок принесет ему спасение. Может, Тимур передумал его убивать. Может, он хочет встретиться с ним лично, поговорить, выслушать, понять...

Это и в самом деле звонил Тимур.

– Да, Тимур Анатольевич... Все будет сделано, Тимур Анатольевич... – подобострастно кивал бандит.

Его заискивающая улыбка исчезла вместе с телефоном, который он спрятал в карман. Лицо исказил хищный оскал, в глазах появилась зловещая насмешка. Он в упор смотрел на Альберта, как будто хотел парализовать его взглядом.

– Не будет Полины, – тихо сказал он.

И посмотрел на своего напарника.

– Будем одного хоронить...

– Нормально. Сейчас завалим гниду, зароем и домой, – кивнул второй бандит. – Меня сегодня Ритка ждет, палочку ей поставить надо... Ну так че, валим этого козла?

Альберт с ужасом осознал, что разговор идет не о ком-то, а о нем самом. Это в него будут стрелять – без суда и следствия. Это его будут хоронить в безымянной могиле... Но ведь этого не должно случиться. Не должно... Пока не поздно, нужно что-то предпринять. Вернее, уже поздно – бандит берет его за шкирку, ведет к яме. А она уже свободна. Сейчас его туда сбросят, и сверху раздадутся выстрелы... Нет, Альберт не может умереть... Но он уже летит в яму. Падает.

Сейчас будет выстрел. Пуля попадет в затылок... Но выстрела пока нет. Альберт все еще жив.

– Эй, а последнее слово? – послышалось сверху.

Точно, он же приговорен к смертной казни. И, как всякий осужденный, имеет право на последнее слово...

Альберт с огромным трудом развернулся лицом к своим палачам.

– Ре... ребята! Нельзя так!.. – Каждое слово давалось ему ценой больших усилий. – Вы не можете... Не можете меня убить...

– Это еще почему? – донесся до него насмешливый голос.

– Нельзя... Нельзя убивать людей...

Ответом ему был взрыв смеха. Но не выстрел...

– Не убивайте! – взмолился Альберт. – Я денег... Я вам дам денег...

– Он что, купить нас хочет?

– Нет!.. Я всего лишь хочу купить свою жизнь... Миллион! Миллион долларов!

Больше никто не смеялся. Бандиты задумались... У Альберта в душе затеплилась надежда... Миллион долларов – очень большие деньги. Но он с легкостью расстанется с ними. Жизнь куда дороже...

– Не, мужик, не пойдет! – покачал головой браток с пистолетом.

Сейчас грянет выстрел. Альберт в ужасе зажмурился.

– Не пойдет, говорю... – Но бандит все говорил и говорил. – Ты пойми, мужик, если мы тебя не грохнем, нам Тимур башку оторвет. А чтобы нам башку не оторвали, нам нужно за бугор ноги делать. А это какие расходы. Да и там устраиваться надо...

– А че, а давай, в натуре, ноги сделаем, – предложил другой голос. – Я лично на Гавайи хочу, там, говорят, такие телки...

– Да козырных телок везде хватает. Были бы бабки... – влез в разговор еще кто-то из бандитов. – Только «лимона» мало. Хорошо бы два. Или три...

– В натуре, пусть гонит три «лимона»...

Три миллиона – огромные деньги. Может, лучше в могилу?.. Альберт тряхнул головой, вытряхнул дурацкую мысль.

– Я согласен! Согласен!!! – завопил он.

– Да нет, мужик, – расхохотался бандит. – Это мы согласны... Короче. Три «лимона», и ты свободен...

– Но у меня нет таких денег!

– А ты, братан, не беспокойся. Мы что-нибудь придумаем...

Альберта вытащили из ямы, дали возможность привести себя в порядок. Два бандита отлучились куда-то на пару часов. Привезли с собой какой-то кожаный пояс с какими-то непонятными брикетами на нем.

– Что это? – спросил Альберт.

Им двигало не любопытство, а страх за свою жизнь. Он опасался подвоха. И не напрасно. Пояс доверия не внушал.

Ответили ему не сразу. Сначала обмотали его этим поясом, спрятали его под одеждой.

– Это пояс шахида, – с мрачной усмешкой пояснил бандит. – Слыхал о таком?

– Если не слыхал, то услышит, – осклабился его дружок.

В руке он держал пульт дистанционного управления.

– Вот нажму счас на кнопочку, и услышит...

– Сейчас не надо. Потом. Если кинуть нас вздумает... В общем, так, мужик. Снять пояс даже не пытайся. Рванет так, что костей не соберешь. Автоматика тут. А еще в поясе «клоп». Мы все внимательно будем тебя слушать. Неверное слово, и мы нажимаем на кнопку. Голову твою на Марсе будут искать, а задницу – на Венере...

Бандит говорил очень убедительно. Альберт был полностью деморализован. У него и в мыслях не было снимать с себя пояс и искать спасения на стороне.

Его сунули в машину и повезли в город. Высадили возле «Эдема». Это его банк. Ему ничего не стоит снять со счетов три миллиона долларов. И он это сделает. Потому что хочет жить...

Альберт беспрепятственно прошел через пост охраны, направился в расчетно-кассовый зал. Он мог бы поднять шум, привлечь к себе внимание, вызвать милицию, наконец. Но и бандиты могли поднять шум. Четыреста граммов тротила и мокрого пятна бы от него не оставили...

Он вел себя вполне естественно. И кассир ничего не заподозрил. Три миллиона – это не рубль двадцать. Такую сумму без ведома председателя правления банка не снять. Но Альберт – особый случай. Он хозяин этого банка, поэтому ему сразу дали зеленый свет. Зеленый свет и три «зеленых» «лимона»... Деньги были сложены в большой чемодан и переданы Альберту. А «пояс шахида» продолжал тяготить тело и разум.

Альберту выделили охрану, но только до машины, где его ждали бандиты. У него появилась мысль остановиться у самой машины, мертвой хваткой вцепиться в какого-нибудь братка. Тогда его не взорвут. В дело вмешаются охранники банка... Нет, его не взорвут. Его просто пристрелят. Он видел, как бандиты укладывали в машину автомат. Охранники его не защитят. Ведь у них даже оружия нет. Да и не успеют они...

Альберт тяжко вздохнул и сел в машину.

– Пояс снимите, – попросил он.

– Не сейчас...

Бандиты пересчитали деньги.

– Все нормально. Ровно три «лимона»... Вот житуха у нас будет, братва...

– А как же с Тимуром быть? Он же нас на части порвет...

– А чего ему нас на части рвать. Мы этого козла завалим, и все дела...

Альберт ощутил себя полным идиотом. Он отдал три миллиона, а как был заложником, так и остался. Ничто не мешает бандитам пустить его в расход. Его опять везут за город, в тот проклятый сарай, где его ждет проклятая могильная яма...

Так и оказалось. Его привезли в сарай, сбросили в яму. Бандиты решили его не расстреливать. Они решили его взорвать.

Страх окончательно парализовал Альберта. Он лежал на боку на дне своей могилы и ждал, когда страшный взрыв разметет его тело на молекулы.

Но шло время. А взрыва все не было. В конце концов Альберт обнаружил, что бандитов и след простыл. Никто не собирался его взрывать. И снял с себя проклятый пояс, оставил его в яме, а сам выбрался наверх... А ведь пояс не взорвался!

Сарай находился недалеко от трассы. Альберт не видел машин, но слышал шум двигателей. Он вышел на дорогу. И сразу же остановил машину. Вернее, она сама остановилась. Это была «семерка» патрульно-постовой службы... Никогда Альберт не был так рад родной милиции, как сейчас...

Глава четвертая

Тимур был всего лишь задержанным. Ему не предъявляли обвинения. Да и, пожалуй, не будут предъявлять. Правда, на волю пока не выпускают. Поэтому приходится париться в одиночной камере ИВС. Условий здесь никаких. Домашний кинотеатр по качеству изображения не соответствует самым высоким требованиям, евроремонт сделан, но отсутствуют подвесные потолки, и вместо джакузи – всего лишь душевая кабинка с тэном для подогрева воды. И женщин разрешают водить только с двенадцати ночи до четырех утра... Шутка, конечно. Нет здесь ни домашнего кинотеатра, ни душевых кабинок, и бабы не водятся. Но все равно жить можно...

Отворилась хорошо смазанная дверь. В камеру вошел адвокат. Тимур выключил телевизор, приготовился слушать гостя.

– Все нормально, Тимур Анатольевич! – Адвокат сиял как медный котелок. – Прокурор отказал в возбуждении уголовного дела. Так что нет оснований держать вас здесь дальше. Вы свободны!

Тимур лишь скупо улыбнулся в ответ. Он знал, что так все и будет.

Сейчас ему вернут документы, деньги, ключи от машины. Принесут извинения, и он свободен. Во дворе перед отделением милиции стоят три джипа – один для него, два с охраной. После несостоявшегося покушения нужно быть осторожным. Вдруг Медяков еще что-то задумал...

Тимур предвкушал, как выйдет из изолятора, сядет в машину и отправится на кутеж. В конце концов, он уже свободный человек. Полина его уже не держит. Чхать он на нее хотел... А вот с Леной он встретиться бы не отказался. Какая женщина...

Он был уже на проходной, когда перед ним выросли два крепких мужичка в потрепанных кожаных куртках.

– Гражданин Беспашный? – сухим официальным тоном спросил один.

– Вам придется задержаться! – добавил второй.

Это были руоповцы.

– Позвольте!.. – возмутился адвокат.

Но его даже не стали слушать. Тимура сопроводили обратно в камеру. А через полчаса выдернули на допрос. Руоповцы заняли кабинет следователя, куда привели Тимура.

– В чем я обвиняюсь?

– Ну, ясно, что не в незаконном проникновении в чужое жилище, – саркастически усмехнулся опер. – Да и не чужое это жилище. Хозяин признался, что любезно предоставил вам свою площадь. Правда, ключи вам вот забыл отдать...

Тимур и знать не знал хозяина квартиры. Но его ребята сами нашли его, объяснили, что говорить. Мужик упрямиться не стал и написал заявление, что никаких претензий к Тимуру не имеет. Поэтому прокурор и отказал в возбуждении дела за отсутствием состава преступления. Только вот свобода Тимуру, похоже, не светит. Что-то серьезное стряслось. Нутром он это чует...

– Тимур Анатольевич, – вежливо обратился к нему второй опер, – скажите, что вы делали в этой квартире?

– Это мое личное дело.

– Да это понятно. Я бы на вашем месте не стал афишировать, что на этой квартире ваша жена должна была встретиться с любовником...

Тимур стиснул зубы и бросил на мента испепеляющий взгляд.

– Не надо так на меня смотреть, – усмехнулся руоповец. – Во-первых, мне от ваших косяков ни холодно, ни жарко. Закалка, знаете ли. А во-вторых, ваша жена не собиралась вам изменять...

– А кто говорит, что собиралась?

– Никто не говорит. Но вы так думаете...

– Не ваше дело, как я думаю.

– А вот и ошибаетесь. Это как раз наше дело... Дело в том, что у вас были основания обвинять вашу жену в измене. Вы не находили странными эти основания? Все ж вилами по воде писано. Этот звонок от Альберта Медякова... В наш век компьютерного прогресса любой голос подделать не проблема...

Вообще-то Тимур тоже думал над этим. Однажды его уже обманули. Какая-то мразь голосом Инги сообщила о гибели Гены и Олега... Но ведь телефон, с которого его спрашивали про Полину, был зарегистрирован на имя Медякова. А не мог ли паспорт быть фальшивым?..

А золотая сережка в квартире для свиданий? Полина говорит, что сумочку с сережкой украли. А не будь там сережки, можно было подбросить что-нибудь другое, что могло бы обличить Полину... Но это слишком сложно. Да и кому это нужно – подставлять Полину и Медякова? Тем более что Тимур не тот зверь, с которым можно шутить...

– А записка, которую Елена Медякова нашла в кармане своего мужа. Это вам не показалось странным? – продолжал допытываться опер.

Тимур не понимал, к чему он клонит. Какое ему дело, как все было. Чего он лезет в корзину с чужим мусором?

– Зачем вашей жене передавать Альберту записку? Да еще отпечатанную на компьютере...

– Откуда вы все это знаете? – сухо спросил Тимур. – Про голос, про записку...

– От Альберта Медякова.

– А, понятно... Вы его уже арестовали?

– За что?

– Как за что? Он же меня заказал.

– С чего вы это взяли?

– Как – с чего? Киллер признался...

– А в чем он признался? В том, что его нанял человек якобы от Альберта Медякова? Так этот человек мог бы сказать, что он представляет президента США. Так что, нам Клинтона прикажете арестовывать?

– Я не понял, вы что, выгораживаете Медякова?

– Ну, не то чтобы выгораживаем. Мы пытаемся разобраться...

– В чем?

– Вы зря ерепенитесь, Тимур Анатольевич... Вы должны благодарить нас за то, что мы не делаем скоропалительных выводов. Иначе бы мы уже зачитали вам постановление на ваш арест...

– С какой это стати?

– А с такой. Дело в том, что вы подозреваетесь в организации убийства гражданина Белобородова...

– Кто это такой?

– Водитель гражданина Медякова. Он был убит вчера по пути в аэропорт Шереметьево-2. А сам гражданин Медяков был похищен... Его похитители утверждали, что это вы отдали им приказ похитить Альберта Медякова...

– Зачем?

– Чтобы убить его и закопать в яме...

– Зачем закапывать?

– Чтобы скрыть следы преступления. Медякову сказали, что его собираются закопать вместе с вашей женой. Чтобы отомстить за измену...

– Получается, что я по горло в дерьме... Где сейчас Медяков?

– У нас. Живой и невредимый...

Мент смотрел на Тимура через прицел своей хитромудрости. Наблюдал, как отреагирует он на известие, что Альберт жив.

– Вы же говорили, что его похитили? – усмехнулся Тимур. – Сказали, что закапывать его собирались, вместе с моей женой...

– Так ему говорили... Но в конечном итоге жертва и преступники пришли к компромиссу. Альберт Медяков заплатил им три миллиона долларов...

– Сколько?! Три миллиона?! Да, красиво его развели! Я бы сказал, классически!

– Да, мы тоже так думаем, что его просто-напросто развели. Дело в том, что преступники знали, что вы дали распоряжение убить Медякова...

– Эй, начальник! Слона на меня не гони! – встрепенулся Тимур. – Не собирался я убивать Медякова. И отмашку не давал...

– Ну, может быть... – досадливо поморщился мент.

Уловка не удалось, о чем он очень сожалел.

– Не собирался я убивать Медякова, – повторил Тимур. – И людей не посылал...

– Но Медяков-то вас испугался. Он в аэропорт ехал, за границу улетать собирался. А по дороге его перехватили, запугали, надели на него «пояс шахида» и отправили в банк за деньгами... В настоящий момент преступники скрылись с деньгами... Теперь вопрос, что будет дальше?

Мент испытующе смотрел на Тимура. Как будто он какой-то доктор...

– А что будет дальше?

– А вы подумайте, Тимур Анатольевич. Хорошо подумайте... Вас заставляют поверить в измену жены, вы в одиночку отправляетесь на незнакомую вам квартиру, там вас поджидает киллер... Неважно, Медяков его послал или кто-то другой, но вас могли убить...

Устами мента говорила сама истина. Тимура в самом деле собирались убить. И это собирался сделать Медяков. Пусть это был упреждающий удар с его стороны, но ведь он был...

– Вам повезло, вас задержала милиция, – продолжал развивать свою мысль опер. – Но ведь попытка покушения была. И киллер назвал заказчика. Теперь под удар попадает Медяков. Его жестоко разыгрывают и забирают у него три миллиона долларов...

– Это ему еще повезло. Могли бы и больше содрать...

– Не знаю, я, например, не представляю себе, что такое один миллион долларов. Не говоря уже про три... Но дело ведь не в деньгах. Дело в том, что преступники действовали от вашего имени. Получается, это вы – организатор убийства гражданина Белобородова.

– Ерунда все это. Даже если бы я был причастен, у вас все равно не было бы доказательств, – не очень уверенно сказал Тимур. – Ну, допустим, были у меня основания заказать Медякова. Но, во-первых, я бы никогда не сделал этого, потому что я законопослушный гражданин...

На лицах оперативников появились саркастические ухмылки. Но Тимур сделал вид, что не заметил этого.

– А во-вторых, – продолжал он, – преступников вы не задержали. А если вдруг задержите, сразу станет ясно, что это не мои люди...

– Теперь я скажу вам, что все ваши объяснения – ерунда. Нам достаточно косвенных подтверждений вашей вины, чтобы оставить вас в ИВС, а затем перевести в СИЗО. Может, мы и не найдем прямые доказательства вашей вины, но годик-два следствия вам обеспечим. И, уверяем вас, никакие связи вам не помогут...

И снова мент глаголет истину. Положение у Тимура – не позавидуешь. Все-таки Медяков не абы кто. Он владелец крупного нефтяного концерна, на его защиту могут подняться ему подобные магнаты. А это большие бабки, высокие связи. Дело Тимура может взять на контроль сам президент. И такая каша тогда заварится...

– На ваше счастье, в милиции работают не идиоты и сволочи, – продолжал оперативник. – И мы прекрасно все понимаем... Кто-то вас подставляет, Тимур Анатольевич. Жестко подставляет. Сначала вас пытались убить, теперь вот вы фактически обвиняетесь в организации убийства... Как вы все это можете объяснить? Кто может желать вам смерти? Кто вас может подставлять?.. Прошу вас отнестись к этому вопросу с максимальной серьезностью. Сами понимаете, возможны новые покушения...

– Я понимаю, – кивнул Тимур. – И если в милиции работают не только идиоты и сволочи, я был бы не против объединить наши усилия...

– Почему «не только»? Вы хотите сказать, что в милиции полно сволочей? – нахмурился руоповец.

– Не знаю, полно их или только на донышке, но я точно знаю одну мразь...

– И мы даже знаем, кого вы имеете в виду... Скажите, вы так и не нашли Константина Мазина? Насколько нам известно, он уже совершал на вас покушение...

– Нет, Мразина я не нашел. Его искали в Европе, в Америке, даже в Австралии... Но увы. Этот гад как сквозь землю провалился...

– А сейчас вот взял и объявился...

– Вы думаете, это он?

– Кто знает, кто знает... У нас есть основания предполагать, что в настоящее время Константин Мазин находится в России...

Тимура аж передернуло. У ментов есть информация на Мразина, а у него нет. Бардак. Не пора ли Крабу давать отставку?

– Что за основания?

– Звонок другу... Не буду говорить, кому именно он звонил и по какому поводу, – сами понимаете, у нас есть свои секреты. Но скажу, что звонок был из России. Ничего такого, но факт, что Мазин засветился... Правда, никаких больше сведений о нем нет. Только гипотезы...

– Какие именно?

– Ну, вам все вынь да положь. Не забывайте, что у нас абсолютно разные организации и совершенно разные цели...

– Но что-то вы можете мне сказать?

– Что-то можем... Дело в том, что мы знаем, кто такой Константин Мазин. Скажем так, он не очень хороший человек...

– Много грешков за ним, да? И при этом он – бывший сотрудник доблестной милиции...

– В семье не без урода, – кивнул руоповец. – И вы правы, грехи за ним есть... Вы думаете, почему он так навязывал свою дружбу генералам из ГУВД? Фонд свой создал, фильм о милиции спонсировал...

– Грехи свои замаливал?

– Что-то в этом роде. Ему нужна была индульгенция – прощение грехов, прошлых и будущих...

А грехов за ним предостаточно, мысленно добавил Тимур. Похищенные пятьсот миллионов, гибель капитана Галкина – очень даже может быть, что все это его рук дело. А дальневосточные подвиги? А покушение на Тимура и Валеру? Сколько тогда погибло людей... Костя Мразин – сильный и опасный человек. И менты это понимали... Но ведь и Тимур им вовсе не друг. Он и ГУБОП – две противостоящие организации. И вряд ли он может рассчитывать на поддержку ментов.

– Константин Мразин – это наш позор, – продолжал опер. – Скажу больше...

Он долго думал, говорить это Тимуру или нет.

– Скажу вам больше. Капитан Галкин был моим другом. А Мразин... Боюсь, что я и без того вам много сказал...

– Вы много сказали, – кивнул Тимур. – И я все понял... Вы хотите, чтобы мы вместе искали Мразина?

– Что-то в этом роде, – не стал отрицать руоповец. – Только...

Ему было неловко это говорить. Но он сказал.

– Боюсь, что мы не можем вас отпустить... Дело в том, что у нас постановление на ваш арест. В связи с убийством гражданина Белобородова и похищением Альберта Медякова...

– Но я то здесь ни при чем, – сдержанно возмутился Тимур.

– Очень даже может быть. Но мы должны взять вас под стражу...

– Хорошо. Но, учтите, я ни в чем не виноват...

– Ну, кто его знает. Может, вы в самом деле давали отмашку на убийство Медякова... – предельно серьезно посмотрел на него мент. И тут же криво усмехнулся: – Кстати, Альберт Медяков претензий к вам не имеет. И отказался подавать заявление... Но вы сами понимаете, от его заявления уже ничего не зависит. Мы должны раскрыть убийство гражданина Белобородова. И мы будем этим заниматься... Одно вам могу обещать, палки в колеса мы вам ставить не будем. Если у вас есть возможность отбиться от обвинения – отбивайтесь. Вытащат вас ваши адвокаты – мы особо возражать не будем. И еще – не делайте лишних движений. Я имею в виду, не создавайте вокруг этого дела никакой огласки. Поверьте, это не в ваших интересах. И мы, в свою очередь, не будем создавать общественный резонанс...

Мент сдержал свое слово. Факт похищения и покушения на убийство Альберта Медякова был скрыт от общественного мнения. Чему, конечно же, в немалой степени способствовал сам Альберт. Убийство его водителя прошло как рядовое уголовное дело. Никакой прессы, никаких громких заявлений со стороны важных политических персон.

Тимур тоже не стал поднимать шум. Его друзья подключили к делу высоколобых адвокатов, были задействованы все связи. Можно было не сомневаться, что в самом скором времени он выйдет на свободу. Пусть даже под подписку о невыезде...

Глава пятая

Розыск Кости Мразина шел полным ходом. Но, увы, никаких результатов.

Тимур только что вышел из тюрьмы и сейчас ехал домой. Рядом все его друзья и Краб.

Он уже отмел все планы насчет кутежа. Никаких попоек, никаких шлюх. Да и о Лене уже не хотелось думать... Он ехал домой, к жене и ребенку. Он должен был немедленно извиниться за свое поведение...

– Времени много потеряли, – уныло повторил Краб. – И наверстать его пока не получается...

Медяков сам связался с Тимуром. Они объяснились, развели, как говорится, рамсы. Никаких недоразумений вроде бы не осталось. Тимур поверил, что у него не было никакой любовной связи с Полиной. А Медяков заверил его, что не винит его в своих бедах. Все стрелки были переведены на Костю Мразина...

Альберт сам же и подсказал, в каком направлении его нужно искать. Начать надо было с его уже бывших любовниц, с Маши или Наташи. Кто-то из них мог подложить ему в карман записку якобы от Полины.

Машу нашли на квартире, которую снимал для нее Альберт. С ней вроде бы чисто. А вот Наташа куда-то исчезла. Вместе с вещами. Как ветром сдуло. Ни слуху о ней, ни духу. Может быть, это она подсунула записку Альберту. С подачи Мразина. Если так, то она работала на него... Ловля на длинноногую приманку – это испытанный прием Константина Павловича. Если это он спер пятьсот «лимонов», значит, небезызвестная Вероника – его человек. И ведь именно Альберт на ней тогда обжегся. Получается, он угодил в бабские сети второй раз... Теперь он сто раз хорошо подумает, прежде чем гульнуть на сторону.

Наташу сейчас ищут. Но вряд ли найдут. Наверняка Мазин ее завалил. Ведь с той же Олесей он расправился без всякого сожаления. И с Наташей будет то же самое...

Был известен номер телефона, по которому Тимуру звонил якобы Альберт. Но абонент на вызов не отвечал. Краб сам лично пытался пробить ситуацию через оператора сотовой связи. Но девчонка никак не могла вспомнить человека, который подавал ей паспорт на имя Медякова для регистрации телефона. И ниточка обрывалась...

Со съемной квартирой тоже никаких зацепок. Хозяину квартиры позвонили по телефону, пообещали солидную сумму, но попросили обождать недельку. А за эту неделю все и произошло. Хозяин ждал богатых квартирантов и даже не знал, что те уже наведывались в его квартиру без спроса. Оказывается, у Мразина был на подхвате куда более опытный взломщик дверных замков, чем Тимур. Он мог заходить в квартиру, не привлекая внимания соседей...

Полина в самом деле сломала сережку, у нее действительно украли сумочку. Кто, неизвестно... Похоже, Мразин собрал под себя разномастных спецов – и по квартирам, и по дамским сумочкам. И вообще, команда у него конкретная. Не зря же они так лихо развели Медякова на три «лимона». С такими будет непросто сладить. Но Тимур не отчаивается. Рано или поздно он доберется до этих козлов...

А сейчас его больше волновала другая проблема. Он жестоко обидел Полину и сейчас должен просить у нее прощения...

Сколько дней он звонил ей. Несколько раз она брала трубку, но всякий раз бросала, как только слышала его голос. А потом она и вовсе перестала реагировать на его звонки. И сама ему не звонила. Как из жизни вычеркнула...

Обиделась она на Тимура. Да и немудрено, после тех гадостей, которых он ей нагородил сгоряча. Может, не просто обиделась. Может, ушла от него. Хорошо, если не навсегда...

Во дворе дома не было ни единой живой души. И в самом доме никого. Тишина гробовая... Все ясно, Полина разогнала прислугу и ушла сама. Может, на другую квартиру подалась. А может, к папочке под крылышко убежала... С Эдуардом Андреевичем он всегда договорится. А вот с Полиной как быть? Что, если она его никогда не простит...

Тимур остановился посреди просторного холла. Друзья в машине. Никто не мешал думать... А подумать было о чем. О собственной глупости, например.

Полина могла предпочесть ему Альберта, но только как собеседника. Медяков – человек ее круга, воспитанный, образованный, с ним можно поговорить на высокие темы. В этом отношении Тимур ему не чета... Но во всем остальном Тимур превосходил всех. Полина не уставала ему это повторять. Ну, не могла Полина ему изменить. Не могла... А он, идиот, купился на какую-то дешевку. Узнаваемый голос, телефон, какая-то дурацкая записка. Если бы он не повелся, не оказался бы на той квартире, где нашел сломанную сережку... Кретин он. Самый настоящий кретин. Головой нужно было думать, а не задницей...

Он страшно оскорбил Полину. И не нужны ей эти цветы, которые он держал в руках. Не будет она радоваться этому подарку...

Тимур разжал руки, и розы одна за другой посыпались на пол. Легкий шум.

– Что там такое? – послышалось с кухни.

Это был голос Полины. Она здесь, дома!..

Он не стал подбирать цветы. Не до них... Поспешил на кухню. А там в самом деле Полина.

Она стояла у разделочного стола. Спиной к нему. Короткий шелковый халатик, распущенные волосы. Сейчас она очень напоминала ту девчонку, с которой он встречался еще до женитьбы. Он приезжал к ней домой, а она ждала его на кухне. В халатике, под которым ничего не было. Он должен был взять ее как бы неожиданно. И всегда у него это получалось. Как им тогда было здорово...

И сейчас Полина в том же сексуальном халатике, под которым ничего... Но в руках у нее разделочный нож. Как бы не наткнуться ненароком...

Тимур не испугался ножа. Тихонько подкрался к Полине. Она слышала его, знала, что он приближается. Но делала вид, что ничего не замечает... Он подошел к ней, нежно обнял за талию. Полина выгнула тело, нож выпал из рук и лег на стол...

Под халатом ничего не оказалось. И ее ноги раздвинулись навстречу его движению. Плоть жаркая, влажная. И сладкие стоны...

Она так и простояла все время в одной позе. Ни разу не повернулась к Тимуру, не посмотрела на него. А когда все было кончено, тихо поблагодарила:

– Спасибо, Альберт!

У Тимура все опустилось – и внутри, и снаружи. Он отпрянул от Полины. Жадно хватанул ртом воздух... Вот это шутка юмора. Она приняла его за Альберта...

– Дурачок ты, если так подумал! – не оборачиваясь к нему, засмеялась она. – С возвращением тебя, дорогой!

Она повернулась к нему, счастливо улыбнулась и прильнула к нему всем телом...

– Ты в самом деле меня простила? – спросил Тимур.

Они лежали в постели. Уставшие, умиротворенные.

– А как можно обижаться на дикаря? – мило, без всякого ехидства, улыбнулась она. – Ты же мой дикарь. И я тебя за это люблю... Ты же тогда меня не ругал. Это был просто рев разбушевавшегося самца. Знаешь, а мне даже понравилось. До сих пор вспоминаю и смакую каждое слово...

– Значит, тебе понравилось. Но повторять лучше не стоит, я прав?

– Ты совершенно прав. И это говорит о том, что из дикаря ты превратился в цивилизованного человека... Знаешь, ты мне и дикарем очень нравился. Но лучше оставайся таким, какой ты у меня сейчас есть... И не смей меня ни в чем подозревать, ты меня понял?.. Кстати, некоторые мужья изменяют своим женам. Я разговаривала с Леной...

Она взяла паузу. У Тимура захватило дух... Уж не призналась ли Лена, что у них с Тимуром кое-что было...

– Так вот, Альберт ей в самом деле изменял. Представляешь, она выследила его. И даже сняла все на пленку... Ну, не она сама. Частного детектива, говорит, нанимала...

– Так она тебе сама об этом говорила?

– Не через посредника же... Представляешь, она уже ту дурацкую записку в кармане обнаружила, а тут ей снимки принесли...

– Кто снимки принес?

– Ну как это кто? Из частного детективного агентства.

– А какое именно агентство?

– Тимур, ну ты как маленький. Откуда я знаю, что это за агентство?.. – Полина на мгновение задумалась. Ее лицо озарила плутовская улыбка. – Я не знаю, какое это агентство. Но знаю, что один агент где-то здесь рядом. И у него видеокамера. И сейчас он будет снимать фильм о том, как я изменяю своему мужу-бизнесмену с крутым бандито-гангстерито!..

Это на людях Полина сама неприступность. А в постели она развратный ангел. И на эротическую выдумку хитра. Она придумала новую игру, и ее рука льстит его мужскому самолюбию, поднимает его гордость на боевую высоту... Все правильно, в обществе жена должна быть образцом благочестия, а в постели изощренной шлюхой... Тимур снова поднялся в небо сексуального экстаза и спикировал на Полину... И пусть несуществующий агент подсматривает за ними. Он не возражает...

Про этого агента он вспомнил на следующее утро. И сразу связал его с Леной. Он понял, что у него есть повод для встречи с этой красавицей. Но что-то не очень ему хотелось видеться с ней. И дело не в разочаровании, а в раскаянии. Зря они тогда согрешили... А может, и не зря. Будет о чем вспомнить...

Как всегда, Лена была неотразима в своей красоте. Но Тимур знал, что уже не поддастся соблазну. И сейчас она нужна ему по другому поводу... А может, его все-таки тянет к ней? И этот повод всего лишь предлог, чтобы увидеться?..

Лена выходила из салона красоты. Направлялась к своей машине. Тимур перегородил ей путь. И тут же перед ним вырос крепкий парень с холодным проницательным взглядом.

С недавних пор ее сопровождает телохранитель. Альберт позаботился. Так и нужно, времена сейчас неспокойные. Есть вероятность, что мразинские ублюдки продолжают свою игру против него, и в следующий раз они могут подобраться к его банковским закромам через его жену...

А парень знает свою работу. Он закрыл собой Лену, но Тимур не в претензии. Зато Помпону это не понравилось. Словно бы нехотя, с ленцой, но очень быстро он приблизился к парню и оттолкнул его в сторону плечом.

– Братан, это же Тимур!

Парень совсем стушевался. У него уже и в мыслях не было переть на Помпона буром. А на Тимура он и смотреть боялся.

Зато Лена смотрела на него. И смущенно улыбалась. Правда, особой радости от встречи с ним не выказывала.

Тимур поздоровался с ней, с галантным холодком поинтересовался ее делами. А затем пригласил ее в кафе на чашечку кофе. Лена согласилась, но нельзя сказать, что с большой охотой.

Лена волновалась и нервничала. И как только оказалась за столиком, сразу оглянулась по сторонам, убедилась, что никто не подслушивает их разговор.

– Тимур, мне так понравилось наше кино... – Конечно же, он понял, что она имеет в виду. – Но ты пойми, это было всего лишь кино. Красивое, широкоэкранное, но всего одна серия... Я замужняя женщина, у меня семья...

И мужу ничего не угрожает, мысленно добавил Тимур. С Альбертом он разобрался, никаких рамсов. И Лена больше не будет за него просить... Да и не надо ему.

– Кино было очень интересное, – кивнул он. – Но я тоже предпочитаю семейные телесериалы... Да и не о том разговор. Говорят, ты следила за Альбертом?

– Да... – покраснела Лена. – Но это было глупо с моей стороны...

– Ну почему же глупо? Когда у мужика бес в ребре, ему без женского контроля не обойтись... Меня интересует частное детективное агентство, к услугам которого ты обращалась...

– Зачем тебе?

– Сам хочу частным детективом немного поработать. Может, они мне посоветуют, с чего начать... Я слышал, они работали как раз в то время, когда все происходило...

– Я все понимаю... – В глазах у Лены появился страх.

– Что-то не так?

– Ты как будто не догадываешься... А ведь все совпадает. Я сообщила тебе, что мой Альберт изменяет мне с Полиной. Получается, что весь этот сыр-бор из-за меня. Получается, что это я подставила Альберта. И мотив у меня как будто бы есть. Ведь после его смерти я наследую все его состояние... Но поверь, я не желала ему зла. И я честно думала, что он изменяет мне с Полиной. А на следующий день я узнала, что он изменяет мне с какой-то Наташей...

Тимур был озадачен. А ведь действительно по всем раскладам можно было перевести все стрелки на Лену. Что, если это она затеяла всю эту свару?.. Но вряд ли она способна на такую сложную многоходовую игру. Женщины, как правило, действуют примитивно. Если хотят избавиться от богатого мужа, они просто нанимают киллера... Да и вряд ли Лена хочет остаться вдовой. Она не из тех женщин, которые ищут независимости. Таким уютно за сильным мужским плечом... Хотя кто его знает, что да как. В тихом болоте киллеры водятся...

– От кого ты узнала?

– Есть такое частное детективное агентство. «Сириус» называется. У них специализация такая – обличать неверных жен и мужей...

– И, судя по всему, у них неплохо все получается... Лена, да не переживай ты, все нормально. Никто на тебя не грешит. Ты вне подозрений...

– Это ты сейчас так говоришь, – еще больше разволновалась она. – А если вдруг я крайней окажусь?

– Если окажешься, тогда и поговорим, – нахмурился Тимур.

Ему вовсе не хотелось разгоняться по этой скользкой теме. Он узнал адрес детективного агентства, попрощался с Леной и был таков.

А что, если всю кашу заварила Лена? Что, если Костя Мразин здесь ни при чем? Может, это хреновы детективы воду замутили... Но зачем им нужно было убивать Тимура? Может, для того, чтобы сбить всех с толку?..

Агентство «Сириус» арендовало офис в новом бизнес-центре на Кутузовском проспекте. Три комнаты и холл, квадратов сто, не меньше. И это при сумасшедше дорогой арендной стоимости... Видно, неплохие деньги здесь крутятся. Или кто-то очень серьезный стоит за этими деловарами.

Офисный дизайн, современная мебель, девочка-секретарша в приемной. Круто...

Девчонка была симпатичная, но Тимур не собирался тратить на нее время.

– Вы куда? – попыталась она его остановить.

Но Помпон вежливо вернул ее на место, а Игнат распахнул перед Тимуром дверь.

Тимур уже пробил ситуацию. «Сириус» – частная лавочка измайловской братвы. Это серьезно. Но снимать шляпу он не собирался...

В директорском кресле восседал крепко сбитый парень в дорогом костюме. Словно окаменевшее лицо, но живые глаза. В руках у него дымилась сигара. На Тимура он смотрел из-под тяжелых насупленных бровей. Как на враждебного марсианина...

– Извини, братан, если кайф обломал, – повинился Тимур.

Курение сигар – это особая церемония. И она не терпит суеты. Настоящие ценители обращаются с сигарой как с женщиной – внимательно и галантно. Парень только во вкус вошел, а тут Тимур.

– Чего надо? – набычился главдетектив.

Ему явно не понравилась манера, в которой с ним заговорили. Может, слово «братан» ему не понравилось? А зря. Братан – это чисто французское слово. Кто не верит, пусть вспомнит, что мама по-французски – это маман, папа – папан, а брат, ну само собой, братан...

– Дело есть...

– Выйди за дверь и подожди!

– Братан, ты чего? – возмутился Игнат. – Так важных гостей не встречают. Это же Тимур Белокаменский...

Парня как подменили. Недружелюбная хмурь развеялась, на лице засияла радушная улыбка. Он затушил сигару, сунул ее в пепельницу и поднялся навстречу гостю.

– Извини, что без предупреждения, – улыбнулся Тимур.

– Да ладно, чего там!.. Если дело важное, нужно сразу ко мне. Вы правильно поступили, Тимур Анатольевич... Извините, что не признал!

Оказывается, он хорошо знал Тимура, правда, заочно.

Тимур подал ему руку, он крепко пожал ее.

– А мы где-то виделись? – спросил Тимур.

– Да нет, не виделись. Но мы с вашими пацанами на стрелку с «чехами» забивались. В девяносто первом году, кажись. Ага, в девяносто первом... Это, Барысь тогда с вашей стороны был. А я Жора Окунь... Да вы не знаете. Я тогда это, чисто пехота был... Но «чехам» мы тогда дали прикурить. Да-а, были времена...

Да, времена действительно лихие были. Но с тех пор многое изменилось. Правда, с измайловской братвой у белокаменских по-прежнему теплые отношения. Окунь уже не «пехота», а директор крутого детективного агентства. А это наверняка одно из боевых подразделений измайловских. Неверные мужья-жены – это всего лишь прикрытие. Или, вернее, род занятий в мирное время...

– Сигарами увлекаешься? – спросил Тимур.

– О да!.. Не хотите?

– Не откажусь...

Окунь выложил на стол коробку с гаванскими сигарами «Коиба Лансерос». Одна такая штука стоит шестьсот пятьдесят баксов. Неплохо живет браток...

Сигары – это целое искусство. Сначала обрезается шапочка. У Окуня для этого случая имелась гильотинка. Пробойником оно, конечно, лучше. Но и гильотинкой Тимур умел пользоваться. Так же хорошо, как и настоящей гильотиной. Шутка... Зажигать сигару нужно спичкой с пониженным содержанием серы. У Окуня для этого дела имелись кедровые лучинки. Нормально...

Аромат сигары навевает философское настроение. Если курить ее правильно. Затягиваться нужно плавно, чтобы сигара не перегрелась и не дала резкий вкус. Сигарный дым должен медленно растечься во рту, тогда можно прочувствовать всю гамму ароматов.

Есть еще одна фишка. Для особого кайфа нужно макать кончик сигары в коньяк. Не зря же Окунь достает из бара бутылку одноименного коньяка «Коиба».

Сейчас предложит и по сто грамм. Точно, предлагает. А Тимур не отказывается. Хороший коньяк в умеренных дозах – отличное подспорье для делового разговора.

– Георгий, сигары у тебя классные, не вопрос, – сказал Тимур. – Но ты сам должен понять, не за тем я сюда пришел... Альберт Медяков, тебе это имя о чем-нибудь говорит?

– Ну, конечно. Жена его у нас была. Мои пацаны его в разработку брали... Ну гуляет мужик. С кем не бывает?.. Я слышал, у вас тут рамсы с Медяковым возникли? – озадаченно посмотрел на Тимура Окунь.

– Рамсы разведены. А проблемы остались... Альберт на большие бабки попал. Отморозки какие-то блатанулись. И есть подозрение, что с ними девчонка повязана, с которой Альберт гулял... Короче, твои пацаны за этой телкой смотрели. Может, что-то интересное видели? Ну, с кем она кентовалась, кто к ней приезжал. В общем, наколочка на этих отморозков нужна. Может, твои пацаны что-то интересное скажут...

Сигару Тимур докуривал в полном одиночестве. Окунь тем временем наводил справки. В кабинет он зашел с улыбкой до ушей.

– Есть наколочка, есть!.. Девчонка – Тульская Наталья Андреевна, тысяча девятьсот семьдесят девятого года рождения, из Ярославля, в Москве с девяносто девятого года. Работала в стриптиз-баре, угадайте кем?

– Георгий, не мути воду. Она и так мутная... Кто эта девчонка и кем она была, мы это и сами знаем. И по связям ее прошлись. Ничего такого... Но нас интересуют ее расклады в тот момент, когда вы ее пасли...

– Так я о том и хотел сказать... Короче, Медяков ей хату снимал. Но сам к ней не каждый день ездил. Чем она занималась в свободное время, мы точно не знаем. Может, каждый раз на этой машине уезжала или всего один раз...

– Какая машина?

– Серебристая «десятка».

– Кто в ней был?

– А вот этого мои пацаны не знают. Машина была с затемненными окнами. Кто внутри – не видать... А вот номера они запомнили. Может, по номерам что-то пробить получится...

– Не густо. Но и не пусто... Номера мы пробьем. Может, что выгорит...

Тимур тепло попрощался с Окунем и покинул его офис. Еще по пути к машине связался с начальником службы безопасности, поставил ему задачу выйти на ментовскую компьютерную базу и узнать, кому принадлежит «десятка» с известными номерами.

Ответ он ждал недолго. Ровно через час он уже знал адрес человека, который заезжал за Наташей. Волчье чутье подсказывало, что он идет по верному следу. Можно было кого-нибудь озадачить, но то же чутье подсказывало, что нельзя терять время.

При нем два телохранителя плюс машина с личной охраной. Он сам плюс шесть крутых бойцов. Ну разве это не сила?

Впрочем, воевать не пришлось. К нужной квартире Тимур подошел как раз в тот момент, когда из нее, ему навстречу, выруливал коренастый крепыш с широким носом и узкими щелочками для глаз. Было даже забавно наблюдать, как из этих щелочек выползают на лоб глаза. Появление Тимура ошеломило парня, он хотел дать задний ход, но не успел. Помпон поймал его за голову и хорошенько приложил о дверной косяк. Егору пришлось хомутать девчонку, которая выходила вслед за парнем. Уж не Наташа ли это?

Парня и девчонку затащили в квартиру, связали. У обоих забрали паспорта. Девчонку в самом деле звали Наташа и фамилия Тульская. Все сходилось. А вот про Диму Каурова Тимур слышал впервые.

– И куда ж вы, голубчики, собрались? – усмехнулся он.

– А вы кто такие? – огрызнулся парень.

– Мы-то? Мы – международная корпорация «Стриптиз интернейшнл». Наташа у нас в хорошем заведении танцевать будет. И тебя, Михаил Гнилович, разденем. Разденем и голым в Африку пустим. Голым и в клетке. На корм африканским людоедам. Есть такое племя мумба-юмба. Так там таких ублюдков в страусином дерьме запекают...

– Смотри, как бы самого не запекли!

– Ты как разговариваешь, гнида! – вскипел Помпон.

После его нравоучения Кауров надолго отключился. Поэтому было время пообщаться с Наташей.

– А ты-то поняла, зачем мы к тебе пожаловали? – чуть ли не по-отечески ласково спросил ее Тимур.

Только вот взгляд его не предвещал ничего хорошего. Девчонка с перепугу сжалась в комок. Как бы не описалась...

– Я... я знаю, – пролепетала. – Вы от Альберта...

– Почти угадала, – провел пальцами по ее щеке Тимур. – Что ж ты с дядей Альбертом сотворила? Записку зачем ему подложила?

– Это не я!..

– Что не ты? Записку не ты подложила?

– Нет, записку я... Но не я написала...

– Он? – показал на Каурова Тимур.

– Он... Это все он... Это он сказал мне, чтобы я с Альбертом познакомилась...

– Вот так просто сказал, и ты познакомилась?

– Ну нет, не просто... Мы сценку разыграли. Альберт в супермаркете был, а я рядом. Он повернулся, а я подставилась. Ну, и упала, в общем. Он извиняться стал... Но я его только в постели простила...

– Ну то, что вы мастера на всякие фишки, это мы знаем... Тебе Кауров денег дал?

– Нет, зачем? Для меня сам Альберт – это уже деньги. Он мне дорогие подарки делал... Знаете, мне он очень нравился. И я даже не хотела Диме подыгрывать. Но он сказал, что это всего лишь невинная шутка. Я ему поверила... А вышло...

– Что вышло?

– Дима сказал, что меня будут искать. И забрал с собой... Я поняла, что случилось что-то страшное...

– У тебя с Димой роман?

– Ну да, можно сказать, что роман... Он меня к Альберту ревновал. Может, из-за этого все?

– Что – все?

– Ну, эта записка... Дима сказал, что его жена на части порвет, когда найдет эту записку. Он так отомстить ему хотел. Ну, за то, что я с ним была...

– Ты хоть понимаешь, что за чушь ты несешь? Дима тебя под Альберта подложил. А потом отомстить ему за это хотел...

– Ну, я не знаю...

– Да все ты знаешь! И не надо тут ля-ля-тополя!.. Куда вы сейчас собирались?

– Просто погулять вышли...

– Слушай, ты, «просто погулять», мы сейчас твоего Диму колоть будем. Он нам во всем сознается. И если ты что-то скрываешь, тогда мы и тебя в Африку отправим... Я это тебе серьезно говорю!

Тимур сумел довести девчонку до нужной кондиции. В конце концов она поплыла.

Оказывается, Дима действовал не один. Он постоянно поддерживал с кем-то связь по сотовому телефону. С кем именно, Наташа не знала. Она вообще толком ничего не знала. Потому как ее использовали втемную. Да и Дима тоже был пешкой в чьей-то игре.

Помпон взял его телефон, порылся в памяти. Но там как после атомного взрыва. Ничего! Если по буквам, – Наталья, Иван, Харитон, Ульяна, Яков... Конспирируется парень, все номера телефонов стирает...

Диму привели в чувство. Тимур отдал его на растерзание Помпону и Игнату. Те с ним не миндальничали. И парень начал колоться.

– Я не знаю, как этого мужика зовут. Но я его еще с девяносто второго помню. Он ко мне после курсов подъехал...

– После каких курсов?

– Да я по молодости киллером хотел стать. А тут объявление... Я ж не знал, что это менты на дурку ловили. В общем, попал я на курсы молодого киллера. Конкретно попал. Тюрьма, баланда, все такое... Правда, нас потом всех выпустили. Пальчики сняли, фото анфас и в профиль. Предупредили, что, если где в городе мокруха будет, нас первых за гриву брать будут... Струхнул я, это. Из дома целый месяц нос не высовывал. А потом мужик появился. Я его в ментовке не видел. Но он про меня все знал. Спросил, хочу ли я киллером быть. Ну, я отказался. Страшно стало. Вдруг опять на живца ловят... В общем, отстал он от меня, да. Зато другой появился. Но уже этой зимой... Семь лет, да, прошло. А он нарисовался. Про курсы вспомнил. Сказал, что ему кадры нужны... Я это, бизнесом тут занимался. Ларек держал, да. Вроде нормально все шло. А тут дефолт, все наперекосяк. Я выкарабкивался, а долгов все больше. Завис я, короче. Машину продавать собирался. А тут этот, да... Он мне бабок предложил. Пять штук баксов. А мне эти бабки позарез нужны. В общем, завязался я на этого мужика...

– Как его зовут?

– Кок его кликуха. А как по имени-отчеству, не знаю... Я только с ним и общался. И только по телефону...

Помпон записал номер телефон. И продолжал ковать размякшее железо.

– Лично встречался?

– Да. Два раза... Мы сейчас к нему ехали. Он еще вчера звонил, говорил, что манатки собирать надо. Я не мог... А сегодня... В общем, Кок шухер поднял. А тут вы... Не успели мы...

– Где ты с ним встречаешься?

– Это, в Реутов нужно ехать. Там одно местечко есть... Он меня там будет ждать...

У Тимура появился шанс взять посредника Кока. Но, увы, тот так и не появился в указанном месте. Напрасно бойцы готовились к захвату.

Скоро он понял, почему за Кауровым и Тульской никто не приехал. В квартире у Димы был обнаружен «жучок». Оказывается, за ним наблюдали. Поэтому Кок вовремя получил сигнал об опасности. И он заблокировал свой телефон... Все это говорило, что мразинские выродки были профессионалами достаточно высокого уровня.

А скоро отпали все сомнения в том, что против Тимура действовал именно Мразин. Краб сумел выяснить, что подставные ментовские курсы киллеров были открыты в конце девяносто второго года с подачи тогда еще майора милиции Мразина.

Каурова и его подругу допрашивали еще несколько раз. Никаких наводок на Кока они дать не смогли. Потому как тот очень хорошо шифровался. Спрашивали их про жену Альберта. Но та оказалась ни при чем. Хотя в коварных планах Кока она занимала важное место. Лена подозревала мужа в измене, поэтому непременно должна почистить его карманы. Она подчинилась женской логике, но вместо ожидаемого чужого лифчика нашла записку. А Тимур, соответственно, заглотил очередную наживку.

Получалось, что Тимур оказался глупее Мразина, и эта мысль его злила. Но ведь его песенка еще не спета. И ему вполне по силам устроить этому ублюдку хор имени Пятницкого...

Глава шестая

Александр – само обаяние. Красив, сложен как Аполлон. Его голливудская улыбка слепит и завораживает. Трудно было поверить, что на свете существуют женщины, которые могли бы устоять перед этим красавчиком. Но Тина верит. Потому что она одна из них.

Да, Александр – красавец мужчина. Ей приятно находиться с ним рядом, но не более того. Его обаяние пьянит и кружит голову другим, но не ей. И все потому, что у Тины есть защита от его чар. Это Севастьян. Муж и любовник в одном-едином целом. С мужем она работает, а с любовником спит. Можно сказать, хорошо устроилась. И ничего в своей жизни она менять не собирается...

Женщины от Александра без ума. Все вешаются к нему на шею. Но ему нужна только Тина. Он сходит по ней с ума. Не дает ей проходу. Сейчас она с мужем у него дома. Он – молодой миллионер, баловень судьбы. Он сорит деньгами, меняет любовниц как перчатки. Но ничто ему не приносит радости. Вот если бы Тина принадлежала ему... Кроме них троих, в доме никого нет. Севастьян в доску пьян, храпит на диване в каминном зале. Это Александр его напоил. Чтобы остаться с Тиной наедине. Она тоже изрядно навеселе, рассудок растворен в вине. И нет сил сопротивляться Александру. Он все ближе. Она ощущает жар его дыхания, затем тепло его рук. Его губы приближаются. Она робко пытается отвести лицо в сторону. Но он все же настигает ее... А целоваться он умеет. Чистое дыхание, а язык такой нежный и жадный...

– Стоп! – кричит Севастьян.

Он вовсе не пьян. И вовсе не спит, а наблюдает за этой сценой с режиссерского помоста. Александр пытается совратить Тину не по-настоящему, а согласно сценарию. Но целуется он по-настоящему. И, как это ни странно, Тине не противно... Правда, и восторга она не испытывает. Ведь ей нужен только Севастьян. Севастьяну же нужна только она.

А Севастьяну не нравится, что Александр целует его жену. Злится он. Хотя виду не подает. Потому что он режиссер, и есть утвержденный сценарий – кстати, очень неплохой. И Севастьян должен ему следовать.

Он и без того урезал сценарий. Не позволил Александру раздеть и уложить Тину в постель. Да и она сама воспротивилась этому. Достаточно было просто поцелуя. Правда, она не думала, что он будет таким жарким и глубоким. И таким волнующим...

Сцена отснята. Может быть, она и не очень удалась. Но Севастьян, похоже, не станет ее переснимать. Да и ей неохота целоваться с Александром еще раз... Или охота? Нет... Скорее всего, нет...

Севастьян и продюсер этого фильма, и режиссер, и, конечно же, актер. Он сам взвалил на себя эту ношу. Из тщеславия. У большинства актеров больное самолюбие. И Севастьян тоже этим страдает. Иногда он просто не понимает, что сапоги должен тачать сапожник, а пироги печь пирожник. Он вообразил себя универсалом. Тина его предостерегала, но он и слушать ничего не хочет. Одно ей удалось – уговорить его взять себе в помощь опытного режиссера. И пока, тьфу-тьфу, все идет гладко. А ведь фильм уже наполовину снят.

Телесериал про милицию, который спонсировал незабвенный Константин Мразин, не произвел фурор. Да и было-то всего четыре серии. Пятую зарубили. Из-за отсутствия денег. Подлец Мразин ударился в бега и, естественно, про фильм сразу же забыл.

Зато Севастьян про него помнил. И Тина все время о нем думала. Они оба хотели продолжить начатое. И продолжили. Вернее, начали все с нуля. Тимур, Валера и Гена всегда относились к ней как к своей сестре. И на свадьбу подарили им целый миллион долларов. И Олег расщедрился. Мама Рита тоже не подвела. Папаша на свадьбе был, чек выписал. Всего набралось около двух миллионов. Все они были сразу пущены на дело.

Правда, для полноценного фильма двух миллионов было не очень много. Но выручили Олег, Тимур и Валера. Они выделили деньги и оформили это дело в качестве меценатской помощи. В общем, дело завертелось.

А с недавних пор на съемочной площадке появился красавец мужчина Александр. Он органично вписывался в сериал, его герой давал новый поворот сюжетной линии... До сих пор Тина была образцовой женой, любила своего мужа. А тут герой-любовник с деньгами. Он совращает Тину. И тут появляется ее муж. Он застает их на месте преступления...

Тина представила, что Александр становится ее настоящим, не сценическим, любовником. И об их постыдной связи узнает Севастьян... Нет, этого не будет. Не будет, и все!.. Во-первых, она любит Севастьяна. И он устраивает ее на все сто процентов. А во-вторых, фильм удается, играет она хорошо. Возможно, в скором времени она станет настоящей кинозвездой. И ей вовсе не хочется быть объектом грязных сплетен. Может, кто-то и делает себе рекламу на любовных скандалах, но она не такая. И Александр ей не нужен. Не нужен, и все!..

Севастьян был талантливым актером. Но сегодня он превзошел себя. Он блестяще сыграл роль разъяренного мужа. Досталось и Александру, и Тине... Он играл так, как будто Тина изменила ему по-настоящему. Может, предыдущая сцена задела его за живое. Может, он думает, что Тина в самом деле изменила ему... Да она уже и сама так думает. Ее должно было стошнить от поцелуя. Но она до сих пор с приятным волнением ощущает его на своих губах.

Всю дорогу домой Севастьян молчал. И недовольно посматривал на нее. И дома он не переставал дуться. Тина не выдержала.

– Может, хватит? – с упреком спросила она. – Ты, между прочим, сам заставил меня с ним целоваться.

– Ну я же не думал, что все так получится... – уныло вздохнул Севастьян.

– А как получилось?

– Ты так на него смотрела...

– Как нужно было смотреть на него, так я и смотрела...

– Или ты гениальная актриса, или...

– И в самом деле влюбилась в Александра, да?.. Ты чокнутый. Чо-кну-тый!..

– Извини, я не хотел тебя обидеть.

– Не знаю, хотел ты этого или нет, но ты меня обидел. Как женщину обидел и как актрису...

– Извини, так получилось... Я сам во всем виноват. Это же была всего лишь игра...

– Конечно, игра... Севастьян, ты меня обидел. Но я тебе все простила. Все, все, все... И знаешь почему? Потому что мне нравится, что ты меня ревнуешь. Если ревнуешь, значит, любишь...

У Александра в фильме небольшая роль. В следующих сериях его не будет. И это замечательно!..

Севастьян был великолепен в любовной игре. Казалось, он хочет доказать, что он гораздо лучше Александра... Можно подумать, у Тины было с кем его сравнивать... А интересно, каков Александр в постели? Тина в изнеможении закрыла глаза. И на мгновение ей показалось, будто она лежит под Александром... Но и сейчас она не испытала ни раскаяния, ни стыда. Не до того ей. Слишком хорошо ей с Але... Нет, с Севастьяном...

* * *

Александр сыграл свою роль, больше на студии его никто не видел. Тина уже стала его забывать, когда он объявился снова. Но не на Мосфильмовской улице. А в дорогом ночном клубе, где Тина и Севастьян частенько прожигали деньги и время. Они еще совсем молодые, им хочется праздного восторга и задорного веселья...

Было здорово. Музыка, танцы, атмосфера всеобщей безобидной разнузданности. Тина была немного пьяна. От вина и веселья. И Севастьян под веселой мухой. Хорошо им вместе. И сейчас, и всегда...

Они выкидывали коленца на танцполе. Неистовый ритм танца и волнующая близость родного мужчины распалили ее и без того горячую кровь. Тина вдруг поймала себя на мысли, что могла бы отдаться Севастьяну прямо сейчас. И отдалась бы, если бы зал вдруг взял и опустел... Но зал не пустел. Поэтому нужно было заканчивать эту пляску и ехать домой. Только вот вопрос, доедут ли они до дома. Дорога такая длинная, а желание такое бурное... Может, она отдастся мужу прямо в машине...

– Привет! – сквозь грохот музыки донесся чей-то голос.

Тина повернула голову и увидела Александра. Это был сам дьявол-искуситель во плоти. Модные брюки из тонкой кожи плотно облегали его бедра и выпячивали интимное место... Какой ужас! Куда она смотрит?..

Тина снова перебросила взгляд на его лицо. И стала тонуть в его черных, как бездна, глазах... Да что это такое творится на белом свете?

– Проваливай! – с видимой небрежностью махнула она рукой. Словно соблазн от себя отгоняла.

Но Александр только хитро улыбнулся. Ничего, сейчас Севастьян прогонит его. И они снова останутся вдвоем... Но Севастьян и не думал никого прогонять. И даже обрадовался Александру как старому другу...

Когда-то они были друзьями. Вместе учились на одном курсе. Потом Александр отбил у Севастьяна девушку. Они разругались, затем помирились, но прежняя дружба канула в Лету... Кстати, Тина благодарна Александру, ведь неизвестно, смогла бы она выйти замуж за Севастьяна, если бы у него не отбили его девушку...

Они танцевали втроем в одном кругу. Затем перебрались за их столик, посидели, немного выпили. Обмыли, так сказать, успешно отснятую серию с участием Александра.

– А у меня ведь есть такой же классный дом, как в кино, – как бы промежду прочим похвастался Александр.

– Да ну! – не поверил ему Севастьян. – Ты же говорил, что у тебя с бабками туго. Что тебе заработать надо...

– Ну, сколько уже времени прошло с тех пор. Два месяца, больше?.. Так вот, я с одной мадам познакомился. Ну, не скажу, что красавица. Да и в годах... Но мы с ней жили душа в душу. Целых две недели... А еще через неделю она того, ну, на тот свет... А дом свой мне отписала. Просто взяла и отписала. За красивые глаза и за красивую любовь...

– Так не бывает!

– Ха! Я и сам, брат, не могу в это поверить! До сих пор в себя прийти не могу... Она ж мне и денег оставила. Самую малость. Шестьдесят пять тысяч долларов. Старыми дореволюционными купюрами... Шучу, нормальные купюры. Только вот беда, ветерок у меня в кармане гуляет. Не могу его, чертяку, остановить. Да и не желаю!

Александр поманил официанта, сунул ему в руку клубную карточку и велел принести две бутылки «Мадам Клико». Не дешевое шампанское, надо сказать. Сто долларов за бутылку... Значит, не врет Александр. Значит, на самом деле у него гуляют деньги... Только какое Тине до этого дело? Ей вообще нет никакого дела до Александра. Ей домой охота или хотя бы в машине с мужем уединиться...

«Гарсон» принес шампанское. Хотел откупорить одну бутылку. Но Александр его остановил.

– Не здесь! Мы с друзьями едем ко мне домой!

Официант пожал плечами. А Севастьян недоуменно глянул на Александра. Сейчас он пошлет его куда подальше, заберет Тину, и они наконец отправятся к себе домой. Но Севастьян почему-то не торопился посылать Александра.

– Ну так что, едем? – широко улыбнулся Александр.

– Едем! – неожиданно согласился Себастьян.

Ехать пришлось на их машине. У них с Севастьяном водитель-телохранитель. У него ни в одном глазу. А все пассажиры хорошо подшофе... А может, у Александра и нет машины. Может, он не успел еще купить. А потом, шестьдесят пять тысяч долларов – это не такие уж и большие деньги. Разве что если не очень дорогую машину... Тина думала о чем-то не о том. Какая разница, есть у него машина или нет? Она должна возмущаться решением мужа. И Александра ругать в душе за то, что он потащил их черт знает куда... Но она не возмущалась и не ругалась. Ей даже нравилось лететь на крыльях «Мерседеса» навстречу неизвестному. И Александр – он сидел впереди – своим присутствием будоражил воображение и будил в ней крамольные мысли...

Она не знала, в каком направлении и как долго они ехали. Время летело незаметно. Одно она поняла, дом находился за городом. Когда она выходила из машины, она ощутила аромат цветущих садов и услышала лягушачий хор. Но прелести живой природы ее сейчас не вдохновляли. Она думала об Александре. Смотрела, как он подходит к двери, открывает ее ключом. Не хотела себе в этом признаваться, но она им любовалась.

Первым в дом вошел Павел. Даже не вошел, а ворвался. Оттеснил хозяина в сторону, и вперед.

– Чего это он? – удивился Александр.

– Разведка! – с важным видом пояснил Севастьян. – Он же телохранитель...

– Тела ваши хранит? – лукаво улыбнулся Александр.

И озорно посмотрел на Тину. Она поняла значение этого взгляда. Он сам хотел охранять ее тело и желательно на ложе любви... А она? А что она? Как будет, так и будет... В конце концов, она не хотела ехать сюда. Севастьян сам во всем виноват...

Павел обследовал дом и вернулся в машину.

– Все в порядке, – бросил он.

Ему явно не нравился этот незапланированный выезд. Но ему платили деньги за то, чтобы он слушался, а не командовал. Так что пусть помалкивает... А он будет помалкивать. Только сначала позвонит своему шефу, доложит ему, где находится Тина. А если вдруг что, шеф свяжется с Олегом... Олег по-прежнему не выпускал ее из-под своей опеки. Как будто она маленькая...

Дом у Александра был неплохой. Два этажа, намек на европейский изыск. И, главное, каминный зал с кожаным диваном. Примерно такая же декорация, как тогда, в фильме. Только сейчас все по-настоящему...

Александр взял бутылку «Мадам Клико».

– Сейчас мы будем срывать ей целку! – вульгарно засмеялся он.

Но Тину это не покоробило. Это была гусарская пошлость, молодецкая бравада... А она сейчас почему-то чувствовала себя девкой из гусарского притона. Ей хотелось смеяться и веселиться. И тянуло на приключения...

После первой бутылки она уже изнывала от невыносимого желания. В мыслях полная неразбериха. Она никак не могла понять, с кем ей хочется больше – с мужем или с его другом... Пожалуй, лучше с Севастьяном. Только она в этом не уверена...

Севастьян совсем расклеился. Его понесло. Вторую бутылку он предложил пить из горла.

– Ну что ты, так у нас пьют только дамы! – улыбнулся Александр.

За такие слова она должна была взять бутылку и шарахнуть его по голове... И она взяла бутылку. И... припала к горлышку губами. Сделала несколько глубоких глотков.

– Браво! – зааплодировал Александр.

Тина обрадовалась его похвале так, будто получила «Оскара»... Что-то не то с ней происходит. Что-то не то она делает... Но ветер безумных желаний все дальше относил ее от берега.

После второй бутылки Севастьян хрюкнул, положил голову на подлокотник дивана, закрыл глаза. Александр поднялся, освободил ему место. Пьяный муженек вытянулся во весь рост и захрапел. Вот те на! Как в кино!

– Не будем ему мешать, – решил Александр.

На его губах блуждала мефистофельская улыбка. Он взял Тину за руку, помог подняться с кресла и повел за собой. Она шла за ним как бестолковая овца. Как бы не заблеять от радости.

Он провел ее в спальную комнату, посадил на кровать.

– В прошлый раз нам помешали, – касаясь губами ее уха, прошептал Александр.

– Помешали, – кивнула она.

– Сейчас не помешают...

– Не помешают...

– Твой муж не пустил нас тогда в постель. Сейчас пустит...

– Пустит, – охотно подтвердила Тина.

Хоть и смутно, но она осознавала, о чем идет речь. Согласно сценарию их фильма, они должны были заниматься с Александром любовью. Но до постельной сцены дело не дошло. Сейчас дойдет... Потому что она сама хотела этого... Да чего он медлит?!

Тина нежно обвила его руками за шею и впилась ему в губы.

Александр довел ее до исступления, она не могла дождаться, когда он опустится ниже... Она не осознавала, что делает, не отдавала себе отчета, в каких позах принимает в себя Александра. Это был самый настоящий провал в сознании...

На какое-то время она вернулась в реальный мир. По-прежнему все естество распалено страстными желаниями, она все так же изнывает от восторга под мужским натиском. Хочется еще, еще, еще... Только что за мужчина над ней? Это не Александр. И не Севастьян... Может, сам дьявол?.. Какая разница, кто?

Но запал сгорел, и порох иссяк. Ей уже ничего не хотелось. Только спать... А перед глазами чужой мужчина. Он по-прежнему терзает ее изнуренное тело...

– Пошел вон! – потребовала она.

Она была измотана. Но злость на подлеца Александра помогла ей собрать все силы в кулак. Она извернулась, взяла самца на прием. Принцип айкидо – обернуть вектор силы противника против него самого. И Тине это удалось. Мужик слетел с кровати и растянулся на полу...

Она окончательно вернулась в реальность. И мужика смогла рассмотреть... В это трудно было поверить, но перед ней был Константин Мазин. Или, вернее, Мразин... Он уже поднялся с пола. Проклятый самец!

Тина метнулась к нему. Ей хотелось порвать этого скота на части... Но айкидо – оборонительный, а не атакующий стиль борьбы. А Мразин не собирался на нее нападать. Он просто подошел к стулу со своей одеждой и выхватил из-под нее пистолет. Быстро направил на Тину.

– Спрячь, кошечка, коготки! – осклабился он. – И лучше повернись ко мне задом! У тебя это лучше получается!..

– Тварь! – взбеленилась Тина.

Злость уже не придавала сил. Как раз наоборот... Да и что могла поделать Тина под дулом пистолета?

– Считаю до трех...

Но Тина даже не пошевелилась... Как оказалось, ее можно совратить обманом. Но не под страхом смерти... Она боялась этого ублюдка, но ложиться под него не собиралась. Пусть лучше стреляет...

На счет «три» Мразин опустил пистолет.

– А ты не такая шлюха, как я думал... Но ты все равно шлюха...

– Неправда, – покачала головой Тина.

Она спокойно села на постель, рукой нащупала простыню, закуталась в нее.

– Я всю свою жизнь мечтал трахнуть черную женщину на белоснежной простыне... – гадко усмехнулся Мразин.

– Каков человек, таковы и желания. Скот думает по-скотски... Где Севастьян?

– Я думал, ты спросишь про Саню... Ты думала, что он будет тебя трахать?

– Я ничего не думала. Я ничего не могла думать после той гадости, которой ты меня напоил...

Тина подозревала, что стала жертвой чудовищного обмана. Александр намешал в шампанское какой-то дряни. Или эта дрянь была в бокалах. У Тины одно, у Севастьяна другое. Во всем виноват Александр. Но за ним стоял Мразин. Вот уж гад ползучий. Его Тимур ищет, Олег, весь криминальный мир. А ему хоть бы хны. Выползет, ужалит и снова в нору... Сегодня он ужалил Тину. Кто следующий?..

– Не знаю, про какую гадость ты говоришь? – наигранно удивился Мразин.

– Про тебя я говорю!.. Александр с тобой заодно?

– Само собой. С ним все просто было, – усмехнулся подлец. – Я видел, как вы играете. Он целовал тебя, а тебе нравилось...

– Ты был на съемках? – удивилась Тина.

– А как же. Ты же знаешь, с некоторых пор я увлекаюсь кино... Только вот благодаря твоему братцу и его дружкам я вынужден скрываться. И фильм мой накрылся. И денежки плакали...

– Это твои проблемы.

– Мои проблемы, – кивнул Мразин. – У меня вообще много проблем. И одна из них – ты... Я давно хотел тебя трахнуть. И трахнул. У-у, как хорошо я тебя трахнул... Надо бы повторить...

– Повтори. Только тихо сам с собою, – съязвила Тина.

– А ты веселая девочка, – хохотнул подонок. – И Сашок твой очень веселый... Весело так проиграл в карты десять штук баксов...

И можно не сомневаться, что это его работа. Подловил Александра на картах, запутал его в долгах и втянул в свою дьявольскую игру... Александр за все ответит. Но разговор сейчас не о нем...

– Сашок твой, он вовсе не мой...

– А ведь ты права. Он не твой. И ты не в его вкусе... Ты думаешь, он тебя трахнуть хотел? Нет, он твоего муженька трахнуть хотел...

– Что?! – вытаращилась на ублюдка Тина.

– А что слышала! – куражился Мразин. – Ты думаешь, он тебя к Саше ревновал? Нет, он его ревновал к тебе. Потому и сцену до постели не довел... Твой Сева и Саша – лунатики. Про голубую луну слышала? То-то же... Да, да, девочка моя, да! У них в училище роман был. Потом они какого-то мальчика не поделили. Дружба врозь... Мне Сашок рассказывал. Между прочим, меня, баловник, совратить хотел... Но я настоящий мужчина. И я люблю только женщин. Особенно таких, как ты... Мы с Сашей по-братски поступили. Я трахнул тебя, а он твоего мужа...

– Заткнись!!! – закрывая ладонями уши и закрывая глаза, взвизгнула Тина.

Этот гад сумел завести ее, довести до белого каления... Это его цель. Он нарочно порочит мужа в ее глазах. Он врет, он все врет... Она не должна верить ему. Севастьян не может быть «голубым». Это исключено...

Она разжала уши. Тишина. Но Мразин где-то рядом. Если она откроет глаза, она обязательно увидит его. Но видеть его не хотелось.

– Я не удивлюсь, если обнаружу Севастьяна в одной постели с Сашком, – сказала она. – Я знаю твою подлую сущность. Однажды ты уже подставил его. И меня обманул. Я хорошо помню, как ты меня к себе домой затащил...

Тишина. Ни шороха, ни вздоха. Тина осторожно открыла глаза. Но Мразина перед собой не увидела... Может, и не было его здесь. Может, он ей всего лишь привиделся?

– Давно это было, – послышалось сзади.

Как обухом по голове шарахнули. Тина даже пошатнулась.

– Давно, – повторил Мразин. Он стоял у нее за спиной. – Тогда я испугался твоего братца. Потому что не хотел с ним ссориться... Но он сам поссорился со мной. И его дружки со мной поссорились. Они опустили меня. Понимаешь, опустили!

Тина не хотела его видеть. И не оборачивалась к нему. Но представляла, насколько злое у него сейчас лицо.

– Они меня опустили... А я опустил тебя. И мужа твоего могу опустить... Но мне твой муж на хрен не сдался. А вот твоего братца я бы опустил. И его дружков тоже...

– Кишка тонка! – ехидно усмехнулась Тина.

– Да нет, не тонка... Я твоего братца больше не боюсь. И Тимура не боюсь...

– Я знаю, ты пытался его убить.

– Может, пытался, а может, и нет... Но я все равно вам всем отомстил. Через тебя... Тебя же все любят. И Олег. И Тимур. И Валера... А тебя не будет. Никогда больше не будет...

Тина с ужасом ощутила на своей шее холодную тяжесть пистолетного ствола. Вот сейчас ей по-настоящему страшно. Неужели этот изверг собирается ее убить?

Но где же Севастьян? Где же телохранитель Павел?.. Неужели они не смогут помочь ей?..

– Не будет тебя. Ты, девочка моя, ангелом станешь. И полетишь на небеса. А я стану канарейкой. И отправлюсь на Канарские острова. И билет у меня уже есть, и паспорт. Все есть... Сейчас я покончу с тобой, и за границу. Но через пару годиков я вернусь. И с твоим братцем расправлюсь. И его дружков на небеса отправлю. Там с ними ты и встретишься...

Тина думала, что он убьет ее из пистолета. Но этот ублюдок выбрал куда более страшную кару.

В комнату зашли четыре крепких парня в кожанках. Они не прятали своих лиц. Значит, из этой комнаты она живой не уйдет...

– Тебя затрахают до смерти, крошка моя, – захохотал Мразин. – Или ты думаешь, что способна обслужить целый полк?..

Сильные руки схватили ее за шею, руки, ноги, повалили на кровать...

Глава седьмая

Олег проснулся сам. Но такое ощущение, будто кто-то его разбудил. Как будто в бок толкнули. Может, Ольга во сне локтем его задела. А может, знак свыше...

Часы показывали половину шестого утра. Сегодня воскресенье. Спать можно хоть до десяти часов. Но сон как рукой сняло. И тревожная струнка в душе ноет.

Олег взялся за телефон, позвонил Ереме.

– Все нормально?

– Да вроде... Это, Паша ночью звонил. Сказал, что в какой-то дом непонятный Тину привез. Они в «Клубке» были, а там это, актер знакомый. Ну, они к нему домой поехали...

– Ну и что тут такого?

– Так это, ничего. Паша просто доложил...

– А ну связывайся с Пашей!

Ерема позвонил минут через пятнадцать.

– Телефон у Паши не отвечает. И Тины дома нет...

Олег набрал ее номер. «Абонент не отвечает...» Та же песня и с мобильником Севы... Он снова связался с Еремой.

– Паша адрес оставил?

– Ну да...

– Давай поднимай пацанов. Через час чтобы у меня был...

Ровно через час Олег садился в джип. В эскорте еще две машины, и все с крепкими парнями при оружии.

Со стороны это могло показаться смешным. Подумаешь, Тина с мужем загуляла. Они, в конце концов, люди взрослые. И Пашу могли напоить, он же тоже человек... Но Паша – крепкий орешек. Его с толку ничем не собьешь. И если его телефон не отвечает, значит, случилось что-то серьезное.

Еще через пару часов машины были на месте. Дачный поселок на берегу Истры, двухэтажный дом. Ажурные железные ворота закрыты. Но в замочную скважину виден «Мерседес» Тины и Севы.

Два бойца лихо перепрыгнули через забор. Олег с Еремой тоже перемахнули через ограду. Еще два бойца прыгнули на ворота, перебросили через них свои дела, коснулись земли и... Взрыв был достаточно мощный. От грохота заложило уши, ударная волна причесала волосы. Но Олегу повезло. Осколками его не задело. А осколки были. Потому что сработала растяжка. Похоже на «лимонку»...

Один боец был убит наповал. Второй поймал спиной осколок. Он корчился на земле и тянул к Олегу руки. Но это только в фильмах герой в таких случаях первым делом бросается к раненому товарищу. В жизни все не совсем так. Сначала нужно задавить гада. Или гад завалит тебя...

Из окна второго этажа ударила автоматная очередь. Но Ерема не зря два года отпахал в десантуре. Да и в тире он всегда показывал отличный результат. Его «узи» огрызнулся короткой очередью. Из окна вывалился какой-то урод в кожанке. Красиво, эффектно вывалился. Ну точно как в кино...

Правда, кино еще только начиналось. Олег был уже в холле, когда сверху ему под ноги швырнули гранату. Это точно «лимонка». И после броска она взрывается через три-четыре секунды. А времени нет, чтобы отшвырнуть ее ногой. Пока дотянешься...

Олег упал на пол, закрыл голову руками. Взрыв, огонь, тротиловая гарь, дым... Кто-то из бойцов остался лежать на полу. Но Олегу хоть бы хны. Он снова несется вперед. Его опережает только Ерема с одним бойцом. Грохот автоматных очередей, стоны, шум падающих тел, снова выстрелы... Олег сам лично завалил одного ублюдка...

Тина лежала на кровати, без сознания, вся в крови. Она была жива, но Олегу сразу стало ясно, что с ней сделали...

– Вот падлы! – рыкнул Ерема. – Всю распахали!..

Грубо сказано. Но очень близко к истине... С «пахарями» покончено. Но Тине от этого не легче.

Олег подошел к кровати, нагнулся за лежащей на полу простыней, чтобы укрыть сестру. И тут же все тело пронзила острая боль, перед глазами все закружилось.

Очнулся он очень быстро. Только закрыл глаза и уже открыл... Только почему он лежит в больничной палате, зачем эта капельница? И почему в носу какая-то трубочка... Где он? В реанимации?! Но как же так, почему? Ведь он же даже не был ранен...

Оказывается, был. Осколок от гранаты зацепил позвоночник. Но в пылу боя Олег этого не заметил. А потом пришла боль... Олег просто не мог поверить доктору. Оказывается, без сознания он был целых девять дней. Это была самая настоящая кома...

Об этом рассказала ему Ольга. А потом появился врач.

– Признаться, ранение очень серьезное, – рассказывал он. – Я все никак не могу понять, как вам удалось столько времени простоять на ногах. Да еще и двигаться...

Олег с ужасом осознавал, что не может пошевелить ни правой, ни левой ногой. Он что, парализован?

– Доктор, а я что, ходить не буду? – с замиранием сердца спросил он.

– Будете, – твердо сказал врач. И неуверенно добавил: – Правда, первое время вам придется пользоваться креслом-каталкой...

Олегу хотелось выть от отчаяния. Он молод, у него столько планов на будущее. И вот на тебе... Неужели его в самом деле ждет инвалидная коляска? Он просто не мог в это поверить...

– Успокойтесь. Все не так страшно, – попытался утешить его врач. Только почему он так подозрительно отводит в сторону взгляд? – У вас задет нерв, но нет полного анатомического перерыва спинного мозга...

– Доктор, я ходить буду?

– Операция прошла успешно. Есть надежда, что все будет в порядке... Знаете, у меня деда на войне ранило. Вот точно так же, как и вас. В сорок первом году это было, а в сорок пятом он уже воевал в действующей армии. Потом домой вернулся, живой и невредимый. А через год мой отец родился. Улавливаете мысль?

– Доктор, вы эту историю всем рассказываете?

– Ну вот! Я смотрю, вы уже нос повесили... Не надо отчаиваться, мой друг. Сейчас не сорок первый год. Век прогресса на дворе. Ваши друзья собираются отправить вас в Швейцарию. Там вы пройдете курс лечения и уже через год танцевать будете... Вы, говорят, боксом занимались. Так вот, о боксе придется забыть. Это я вам сразу говорю...

– Да какой там бокс...

Без бокса можно прожить. А вот как без ног... Неужели все, отпрыгался?

– Что бы ни случилось, я всегда буду с тобой рядом. Всегда... – мягко улыбнулась Ольга.

Но нет сил смотреть даже на нее. Глаза закрываются, сознание улетучивается.

В следующий раз, когда Олег пришел в сознание, ему было лучше. Жены не было. Зато были Тимур, Валера, Гена. Все в сборе. Приветствия, пожелания скорого выздоровления... Никто не прятал глаза. Все искренне верили, что с Олегом все будет в порядке. И эта уверенность передалась и ему. Он воспрянул духом. Но снова потух, когда вспомнил про Тину. Спросил про нее.

– Нормально с ней все, – ответил Тимур. – Досталось ей, конечно. Но сейчас все путем. Оклемалась девчонка, сейчас курс психологической реабилитации проходит...

– А тех уродов твои пацаны всех положили, – сказал Валера. – Всех наглушняк. Так получилось... Одного только взяли. Но это шушера. Саша-актер. Он даже не врубался, в какую его игру втянули...

– Кто втянул?

– А угадай с одного раза!

– Мразин?

– Он, падла... Он сам с Тиной был. А потом своим ублюдкам ее отдал. Думаешь, зачем? Чтобы они до смерти ее... Ну это, ты понял...

На какое-то мгновение Олег почувствовал прежнюю силу в ногах. И даже хотел подняться с койки. Чтобы своими руками дотянуться до Мразина. Попытка закончилась неудачей. Ноги по-прежнему не слушались его.

– Его не застрелили? – с надеждой спросил он.

– Увы, – развел руками Валера. – Когда ты подтянулся, его уже не было. Слинял...

– Ага, как знал, что ты шухер наведешь, – сказал Гена. – А может, и в самом деле знал. Потому и ушел... А своих козлов оставил. Чтобы они тебя завалили. И чтобы их всех наглушняк...

– Да нет, Гена, не канает твой вариант, – покачал головой Валера. – Откуда он мог знать, что их наглушняк завалят? Кто-нибудь мог бы и остаться. И на него показать...

– А ему чего бояться? Он же со всех сторон замазан. И мы его ищем, и менты... Может, он нарочно засветился, чтобы нас разозлить... Вон Сашка почему он не завалил, когда уходил? А ведь Сашок на него показал... Не, мне кажется, он спецом пацанов своих подставил. Они же все засвеченные...

Олег знал, по каким направлениям шли поиски Мразина. Менты подняли весь материал по «школе киллеров», просветили всех «курсантов». Нескольких найти не смогли. Выяснилось, что они исчезли еще в конце девяносто второго года. Отсюда вывод – их всех забрал с собой Мразин. И до сих пор они работают на него. Их подали в федеральный розыск, каждый постовой получил ориентировку. Да и братва тоже без их фотографий не осталась. Розыск шел полным ходом. И тут на тебе, их всех разом и положили... Но при этом они успели тяжело ранить Олега. Получалось, Мразин убил сразу двух зайцев. И от бойцов своих избавился, и Олега с Тиной жестоко наказал...

– Я с Тиной разговаривал, – сказал Тимур. – Она говорила, что Мразин на Канары умотать собирался... Может, и умотал. По липовой ксиве это нетрудно...

– Да нет, не умотал он, – не согласился с ним Олег. – Здесь где-то, в Москве. Я своим перебитым позвоночником чую, здесь он, к нам подбирается... Он же не успокоится, пока нас всех... Вы, пацаны, руки не опускайте. Ищите этого гнойного лидера. Иначе он всех нас сделает...

– Не думай об этом. Отобьемся. А тебя мы скоро в Швейцарию отправим. Там тебя ждут. Обещают на ноги поставить...

– Не надо ля-ля, – невесело усмехнулся Олег. – Никто не может этого обещать... Только бог...

– Братан, так в чем же дело? Мы к тебе монаха из Сергиева Посада привезем. Он, говорят, чудеса творит...

– А привезите!.. – в момент оживился Олег. – Или нет. Я сам к нему приеду. Как только в коляску сяду, так и приеду...

– Во! А мы тебе мотоколяску подгоним. Фирмы «Порше». Чисто по заказу...

– Нет, – покачал головой Олег. – К святым людям на «Порше» не подъезжают... Пацаны, я серьезно. Организуйте мне встречу...

Или это было самовнушение, или кто-то свыше ему подсказал, но у Олега появилась уверенность, что небесные силы смогут вернуть его к нормальной жизни...

Глава восьмая

Есть девушки на выданье, а есть профессиональные невесты – это уже настоящие хищницы. Кто-то специализируется по русским богачам, а кто-то по иностранным.

Неизвестно, на ком специализировалась Роза. Но ей в любом случае повезло. Потому что Илья Смирнов – подданный Республики Боливия и русский старовер. Одним словом, богатый русский иностранец.

В годы коммунистических репрессий его семья перебралась в Китай, там жила до сороковых годов, пока не грянула революция и не началась аграрная реформа. Пришлось бедным русским беженцам садиться на пароходы и плыть в Бразилию. Кто-то остался там, кто-то подался в Уругвай, кто-то в Аргентину, а семья Смирновых осела в Боливии, в районе Санта-Крус. Правительство Боливии великодушно выделило беженцам землю.

Семья Смирновых занималась земледелием и животноводством. Дела пошли настолько хорошо, что скоро у них было уже несколько ферм, которые со временем объединились в крупный аграрно-промышленный комплекс. Илья продолжил дело отца. И сейчас его состояние оценивается в четыре с половиной миллиона долларов. Все у него хорошо. Одна проблема. Русских девушек в Боливии очень мало. А ему нужна русская девушка, и непременно красавица.

Роза соответствовала этим требованиям. Красивая, обаятельная, фигурка лучше не бывает. Аккуратные грудки, тонкая талия и плоский живот, длинные ноги. На ферме она, конечно, работать не сможет. Но ведь не на ферму же она собирается, а под венец. А это четыре с половиной миллиона долларов... Правда, лоховатый Илья не так чтобы уж очень ее зовет. Сомневается... Но Роза, похоже, знает, что делать с сомневающимися лохами. Их нужно добить своим очарованием. И лучше всего это делать в постели.

Но боливийский лох не понимает ее намеков. После ресторана он проводил ее, а сам собирается домой. Ах, ах, какой дурачок...

– Илья, ночь на дворе, – увещевала его Роза. – А вы в отель, через всю Москву...

– Я же не пешком, я на такси...

– Все равно опасно... Знаете что, вы у меня оставайтесь. А утром к себе поедете...

«Вместе со мной», – мысленно добавляет она. Илья не совсем лох и очень хорошо понимает, о чем думает эта хищница.

– Хорошо, вы меня уговорили, – соглашается он.

Он верующий человек. И хорошо знает, что нельзя спать с невестой до свадьбы... Но что делать, если Роза чуть ли не силком тащит его в постель...

Коптевские «хрущобы», однокомнатная квартира с совмещенным санузлом, древняя мебель, на кухне тараканы. Зато в комнатке чисто и аккуратно. Разложенный диван застилается чистой простыней. Это для Ильи. Разумеется, гостеприимная хозяйка будет спать на кухне, на раскладушке. Умная девочка, понимает, что староверы – люди высоких нравственных понятий.

Да, она это понимает. Но, видимо, она так сильно влюбилась в богатого иностранца, что не в силах разлучаться с ним. Илья пробыл в одиночестве всего полчаса. Ровно столько, сколько Роза провела в душе. Оттуда она вышла в прозрачном пеньюаре, в босоножках на высоких шпильках. Дверь в ванную приоткрыта, там не погашен свет. Пеньюар просвечивается, и видно, что под ним ничего нет.

Сейчас Роза перепутает кровати. Вместо того чтобы идти на кухню, она идет в комнату, ложится на диван. И к своему ужасу, вспоминает, что у нее гость... Только ужас какой-то неестественный. И он не сгоняет ее с ложа, а, наоборот, толкает в объятия Ильи. А он же не железный. Хотя по его «якорю» это не скажешь. Настоящее железо.

У истинных староверов пользоваться кондомом – большой грех. А еще верующий человек не играет в любовные игры. Сразу за дело.

Если бы Роза была инспектором дорожного движения, она бы его, пожалуй, оштрафовала. За превышение скорости.

Но Роза была довольна.

– Какой он у тебя большой, – прижимаясь к нему, счастливо прошептала она.

– Двадцать пять сантиметров.

– Четверть метра! В голове не укладывается.

– А ты рот пошире открывай и поглубже заглатывай, тогда уложится...

Само собой, истинно верующий человек таких советов давать не может. Но Илья, по правде говоря, никогда не верил в бога. И если просил у кого помощи, то только у самого себя... Да и не Илья он вовсе. И не Смирнов. А все тот же Костя Мразин, переименовавший себя в Смирнова.

Он сам себе режиссер. Поэтому он сумел кое-чего добиться в этой жизни. Был ментом, а стал миллионером. И скажи, что для этого он выбрал не благородный путь. Благородный! У кого он увел деньги? У чеченских бандитов! А это миллионы долларов. И миллионы пуль, не выпущенных в русских солдат... Правда, до этого дела он бомбанул несколько частных квартир. Ну так это была подготовка к великому делу... А рыбу он на Дальнем Востоке ловил. Япошек, правда, кормил, не русских. Но скольким людям он работу дал...

Он заработал кучу денег. Вернулся в Москву, решил создать фильм о родной милиции. И депутатом Госдумы хотел стать. Все шло нормально. Пока не появились эти ублюдочные бандиты. Они испортили всю игру, чуть не сломали ему жизнь... Он блестяще разыграл комбинацию мести. Но... Видимо, на те знаменитые курсы киллеров действительно приходили натуральные болваны. Все гениальные Костины замыслы они превращали в хлам. Такая была возможность Тимура с Валерой завалить, но... Пришлось спасаться бегством.

За границей Косте жилось хорошо. Но ведь он истинный патриот своей страны. Ему без России рай не в рай. Скучно за границей, честно сказать. Нет того размаха, как на русской земле. Да и ребятам его работы не было. А кормить их за просто так не хотелось... В общем, решились они с Кохом на вылазку. Как всегда, Костя разработал великолепный план. Это была ювелирная работа – навесить рога на Тимура Беспашного, заманить его на тайную квартиру. И ведь купился бандюган. Костя сумел зацепить его за самую тонкую струнку души. Захлопнулась за Тимуром ловушка. В подъезде его поджидал киллер. Совершенно левый мужик. Но из тех придурков, которые когда-то записывались на «киллерские курсы». Костя же не всех «рекрутов» забрал с собой, многие дома остались, резерв, так сказать. И этот резерв был задействован. Одноразовый киллер вышел на охоту. На этот раз Тимура спасли менты. Но Костя не сдавался. Он продолжил игру. И подставил под удар Медякова. Это был гениальный выверт. Не так-то просто оказалось выследить этого магната, взять его в оборот. Но Кох справился со своей задачей. Шутка ли, три «лимона» наличностью...

Менты и бандиты раскусили его, устроили облаву. Со всех сторон флажками обложили. Но это волки не могут выйти за линию флажков – боятся непонятно чего. А Костя вышел за эту линию. И провернул еще одну блестящую комбинацию. Заманил в ловушку красотку Тину, а затем туда и братец ее подтянулся.

Эта ошалевшая от возбудителя актриса такие вещи в постели вытворяла. Костя до сих пор вспоминает об этом с упоением. А потом ее на хор поставили. Было его ребятам раздолье перед смертью...

Костя больше не нуждался в своих бойцах. Менты их всех засветили, это раз. А во-вторых, ему больше не хотелось кормить за границей эту ораву. С собой он взял только двоих – Коха и Голодая. И тот и другой – настоящие профи. А остальные... Облажались они. Не смогли прикончить Олега Мигунова. А ведь Костя предупреждал их – держите ушки на макушке, этот хмырь обязательно появится... И ведь появился Олег. И его встретили как надо. Но не получилось довести дело до конца – в смысле до летального исхода. Выжил Олег. И его сестра выжила. И оба инвалидами стали. Один – физическим, другая – моральным...

Правда, их дела быстро пошли на поправку. Тина стала настоящей звездой телеэкрана. И на подиуме ее ждал успех. Она удачно дебютировала в качестве топ-модели, и сейчас, если верить Интернету, ее хотят заполучить ведущие модельные агентства мира. Красивая, грациозная, экзотическая... И сексуальная. Это Костя ее такой сделал. Это он научил ее по-настоящему любить мужчин.

Он бы с удовольствием преподал ей еще один урок. Но лучше с ней не связываться. Тимур Беспашный по-прежнему в большой силе. Про него и его друзей не пишут в газетах, его не показывают по телевизору. Но стоят они очень высоко. К ним сейчас не подступиться.

Можно попытаться подобраться и к Тимуру, и к Валере, и к Гене. Но если удача повернется к Косте хотя бы боком, его в момент сровняют с землей. Да, он уже не раз оставлял белокаменских с носом. Да, он – гениальный комбинатор. Но его всегда выручало дьявольское везение. Если бы не это, его бы уже давно сожрали без перца и соли... Что, если лимит везения уже исчерпан?

Самый уязвимый объект в белокаменском квартете – это Олег Мигунов. И про него Костя кое-что слышал. Олег раскаялся в своих грехах, долгое время путешествовал по святым местам, молился, просил у бога прощения. И ведь исцелился. Встал на ноги. Сейчас полностью здоров. Хоть на ринг выходи... Но со спортом он завязал. Про бандитские дела и говорить нечего. Он полностью отошел от дел и вместе с женой живет где-то под Сергиевым Посадом. Где именно, Костя не знает. Но было бы желание... Желание есть. И киллер есть. Но что-то неохота ввязываться в новую разборку с белокаменскими. Сейчас они уже, поди, и не думают о Константине Мазине. Но случись что с Олегом Мигуновым, поднимется шум...

Официально Константина Мазина в природе не существует. Он умер в Боливии от тропической лихорадки. Там же он родился заново. С новой внешностью, полученной в клинике пластической хирургии, с новым именем и с новым подданством. Он в самом деле гражданин Республики Боливия Илья Михайлович Смирнов. Документы подлинные, никакой подделки.

Он мог бы сейчас запросто поздороваться за руку с Тимуром Беспашным, и тот бы его не узнал.

Ладно, пусть белокаменские ублюдки существуют сами по себе. А Костя не будет их трогать. Он будет жить в свое удовольствие...

Костя – богатый. И ему эта жизнь – рай... С деньгами у него никаких проблем. В свое время он крутился как проклятый – перегонял деньги с одного счета на другой, как карты в колоде фирм-однодневок тасовал. Пока окончательно не запутал следы. Интерполовского преследования он не боялся. Его пугала длинная рука мафии. Но она так и не дотянулась ни до денег, ни до него самого. Тяжко ему тогда пришлось. Зато сейчас все путем. Миллионы спокойно лежат себе на счетах швейцарских банков. Секретные счета на имя Ильи Михайловича Смирнова. Все как и должно быть...

В Боливии его ничего не держало. Не было у него агропромышленного комплекса. Разве что только дом в Ла-Пасе. Но Розу он туда не повезет. Потому что ему нужна только Москва. Зато не нужна сама Роза...

Он не смог избавить Москву от Тимура Беспашного. Теперь у них на двоих одна среда обитания. Но бояться нечего. Его теперь и мать родная не узнает. Именно поэтому он спокойно, на правах иностранного инвестора, еще в прошлом году приобрел в собственность недостроенный бизнес-центр. Отделочные работы уже завершены. Сейчас идет подготовка к госкомиссии. Максимум через два-три месяца Костя уже начнет сдавать в аренду офисные помещения. И будет делать на этом неплохие деньги.

А пока он отдыхает. И развлекается. С такими дурочками, как Роза. Она принимает его за лоха. Ха-ха...

В Москве он уже полгода. И все «пытается» найти себе русскую невесту. И надо сказать, не испытывает недостатка в таких развратных красотках, как Роза. Послезавтра у Кости встреча с еще одной желающей... уехать за рубеж. Он снова прикинется скромнягой-лохом. Что ни говори, а есть в том прелесть, когда тебя раскручивает баба.

Роза оправдала все его ожидания. И окупила вечер в ресторане. Он получил с нее сполна. И больше она ему не нужна. Правда, она так не считала. Утром она цвела и благоухала как настоящая роза.

– Где мы будем сегодня ужинать, дорогой? – замурчала она в предвкушении дальнейших удовольствий.

– Извини, сегодня у меня много дел, – скучающе ответил Костя.

Ему не нравилось говорить с легким акцентом. А сейчас ему вообще не хотелось разговаривать. Тем более с какой-то шлюхой.

– Какие дела? – досадливо поморщилась она.

Бутон свернулся, зато шипы стали длинными и острыми. Вот тебе и роза...

– Ну... Видишь ли, я деловой человек.

– Какие у тебя могут быть дела в России?

– А мне Россия нравится. Здесь даже лучше, чем в Боливии. У меня есть деньги. И я подумываю, не открыть ли мне здесь какое-нибудь дело.

Он должен был как можно скорее покинуть этот дом, быстренько съездить в свой бизнес-центр, поставить задачи. А потом можно ехать к себе. У него небольшая четырехкомнатная квартирка в центре города. Все прибамбасы. А главное, удобная кровать с электроподогревом. Сначала он доберет бессонные ночные часы, затем всласть поиграет в компьютер. А можно вызвать девочку на дом. По Интернету можно выбрать любую крошку. А можно обойтись без секса. Просто лечь и хорошо выспаться. Ведь послезавтра у него снова бессонная ночь. С очередной красавицей-невестой... Да, жизнь у него – сахар в сиропе. Никаких проблем. Правда, на душе иногда бывает неспокойно. Стыдно за себя бывает. Почему он вынужден скрываться от каких-то бандитов? Грохнуть бы Тимура Беспашного для успокоения души. Тогда для Кости наступит настоящий земной рай. Но это несбыточная мечта. По крайней мере, на данный момент. А там, может быть, случай подвернется...

– ...Я даже знаю дело, которым ты бы мог заняться... – трещала Роза. – Но это потом. До этого тебе нужно российское гражданство. Это просто. Ты должен жениться на русской девушке...

– Нет, я, наверное, сначала открою дело... А какое дело ты хочешь мне предложить? Ты бы, наверное, хотела, чтобы я открыл русский бордель...

– Бордель? При чем здесь бордель?

– Ну как при чем? Ты бы и сама могла работать в этом борделе. Мадам Роза, мне кажется, это звучит гордо...

– Илья, ты что-то не то говоришь.

– А разве ты не хочешь стать мадам? Обычно проститутки мечтают стать содержательницами притонов... А ты же проститутка, я правду говорю?

Костя предугадал ее реакцию. Поэтому легко перехватил ее руку. Еще не хватало, чтобы какая-то шлюха била его по щекам.

– Я не знаю, может, я и ошибаюсь. Но сосешь ты как проститутка... А мне мама не разрешает жениться на проститутках... Аста лависта!

Пусть радуется, дура, что он по мусалам ей не настучал. А очень даже прилично попрощался с ней по-испански.

Испанский язык он неплохо знает. Пришлось выучить для поддержания имиджа, так сказать.

Глава девятая

На вечер встречи выпускников Сема подкатил на новеньком крутом «БМВ-520». Серебристый цвет, кожаный салон, коробка. Полный улет, короче... Бывшие одноклассники на жопу сели. Ни у кого такой тачки нет и не предвидится. Роза – та чуть не описалась от восторга... Роза, бывшая его любовь. Целых три месяца ее любил. Заочно, правда. До самого выпуска. Но ничего у них не было. Зато сегодня, похоже, у него появился шанс уехать домой вместе с ней.

Собрались в актовом зале, учителя толкнули пламенную речь, затем танцы-зажиманцы. Он танцевал только с Розой. А она жалась к нему, терлась о его твердый фал. Одноклассники собирались отправиться в кафе – забухать там, то да се. А у Семы уже нет мочи терпеть. Какое там кафе, когда красивая телка соком истекает. А в глазах мольба. Она умоляет, чтобы он трахнул ее...

Сема просто взял ее за руку, повел на выход. Роза не сопротивлялась. В гардеробе она взяла свою потрепанную лисью шубку, он – норковую куртку, последний писк мужской моды, между прочим.

Машина у него супер. В салоне чисто интимный уют. И Роза неровно дышит. А ее сочные губки так и тянутся к нему... В школе скромницей была. Ну так три года уже прошло. Много воды утекло, и скромность всю смыло... Сема не стерпел. Нежно взял ее за шею, притянул к себе. Пусть разминирует его фал, пока они едут. Но Роза ни в какую. Обиды в глазах нет, на губах понимающая улыбка. Но разминаться не хочет... Придется до дома потерпеть.

Он привел ее в роскошную трехкомнатную квартиру. Супер-пупер-расколбас. Чисто президентский вариант. Роза натурально офигела от такой красоты... Для приличия они выпили немного шампанского. А потом Сема снова взял ее за шею, нежно пригнул голову. На этот раз никаких «не буду» – аж по самые гланды... И это его школьная любовь, скромница Роза. Никогда не думал Сема, что когда-нибудь будет с ней так оттопыриваться. Без поцелуев сразу на разминирование... А сапер из нее классный!

Роза цвела и благоухала всю ночь. И Сема пахал. Давненько с ним такого не бывало... А потом начались базары за жизнь. Ему спать охота, а у нее глаза горят.

– Красивая у тебя квартира, – уже в который раз сказала она.

– Угу...

– А машина – это что-то... Знаешь, я всегда думала, что ты сможешь подняться.

– Да и я так думал, – ухмыльнулся Сема.

– А еще я думала, что ты сегодня придешь на вечер. Я тебя одного и ждала... Нет, честное слово... Но я не думала, что ты подъедешь на такой машине...

Вот далась ей эта машина.

– Ты как тот принц на белом коне. Ты забрал меня и повез в свой сказочный дворец!

О-е, похоже, у нее не все дома. Какая-то лабуда под конопляным маслом пошла... Не так нужно говорить. Он принц на белом коне, а она на кию галопом. Вот это нормальный вариант...

– Да это не мой дворец, – поморщился Сема. – И белый конь тоже не мой. Братан мой за границу в тур поехал. Меня попросил присмотреть...

– А у тебя разве брат есть? – ошалело выставилась на него Роза.

– Да не кровный брат, нет. Просто братан. Бригадир мой...

– Бригадир?! Ты что, бандит?!

– Роза, ты за базаром следи, да?.. Не бандит я, поняла? Просто деловой человек...

А если точнее, сутенер. Бригада у них небольшая, с десяток пацанов не наберется. Зато какие пацаны! Все спортом занимаются – качаются, машутся, все дела. Лично Сема – мастер спорта по дзюдо. Между прочим, дзюдо сейчас чисто козырная карта. Президентский вид спорта. Правда, с Путиным Сема еще пока не сходился. Но кто знает, может, повезет...

Он уже вообще-то достаточно высоко поднялся. Правая рука Ганса. А Ганс – это ваще сила. Их бригада несколько массажных салонов контролирует да еще кучу индивидуалок под «крышей» держит.

Одно обидно. Серьезные команды уже давно отказались от этих дел. У них сырье, отели, банки... А путаны для них мелочь. Центровых телок чисто для своих казино и ночных клубов они еще держат. А все остальное сбросили ментам и мелким самостийным бригадам. Потому и Гансу кость перепала. Он в нее всеми зубами вцепился. Мертвой хваткой держит. С путан купоны стрижет. Само собой, Сема с пацанами на подхвате. Если что не так, сразу разбор. В серьезные переплеты, правда, не попадали. Но по мелочи кулаками помахать пришлось...

На путанах можно делать неплохие деньги. «БМВ» и хата, в которой сейчас жил Сема, тому подтверждение. Но все это в самом деле принадлежит Гансу. А у Семы даже квартиры своей нет. Снимать приходится. Но Ганс уже давно в деле, а Сема только недавно начал. И все у него еще впереди...

Кстати, Ганс к наркоте коны подбивает. Дело опасное. И на ментов можно нарваться, и серьезная братва трендюлями отоварить может. Но Гансу нужны бабки. И Сема тоже не прочь конкретно навариться. Так что они, вероятно, возьмутся за это прибыльное дело...

– Так это все не твое? Машина, квартира...

Казалось, Роза сейчас расплачется от обиды.

– Я ж говорю, бригадир на Гавайи укатил. А хату и тачку мне оставил. Я ж сейчас чисто за него...

– А у тебя своя квартира есть?

– Да пока нету. Но скоро будет, я тебе говорю... Я уже и тачку себе присмотрел. Пока на «десятке» буду ездить. А там покруче лайбу возьму... Мы такие дела начинаем...

– Какие?

– Роза, я с тебя тащусь. Ты как репортер из газеты «Хочу все знать!»... Слушай, а ты вообще где работаешь?

– Нигде... Фотомоделью была. Не получилось. Петь пробовала. Тоже мимо... Замуж вот хочу. Снова ничего...

Сейчас Роза в самом деле расплачется... Теперь Семе стопудово понятно, чего она от него хотела. Богатого женишка себе присмотрела. А вышел облом...

– Слушай, а зачем тебе замуж? Что там хорошего... Ты это, путаной быть не пробовала? У тебя обалденно получается... Знаешь, на пятьдесят баксов за час ты бы потянула. Ночь – двести... Треть отдавать будешь. Остальное себе. Две-три штуки баксов в месяц я тебе гарантирую...

Похоже, это предложение не очень-то ее шокировало. Очень даже может быть, что она уже искала себе применение на панели. Может, до сих пор подрабатывает. И в рот она берет классно, и все остальное...

– Вы что, сговорились? – всхлипнула Роза. – Что вы все меня на панель толкаете... Не проститутка я. Просто я любви хочу. И чтобы муж был...

Сема не ошибся в своих прогнозах. Роза в самом деле расплакалась. Правда, надолго ее не хватило. Или слез мало, или горе фальшивое...

– Да будет тебе муж. Я двух девчонок знаю. Они тоже путанили, пока на чайников не нарвались. Одну в Париж увезли, а вторую в Турцию...

Первой телке действительно повезло. Она вышла замуж за какого-то богатого винодела. А вот вторая в засаду попала. Сейчас где-то в подпольном борделе похотливых турок задарма обслуживает... Но Розе про второй вариант знать необязательно.

– Во Францию... – завистливо вздохнула она. – А я бы и в Боливию уехать не отказалась...

– А что, предлагали?

– Ага... Был один мужчинка. Я с ним через службу знакомств познакомилась. Ему русская невеста нужна. Он, это, из Боливии, из русских эмигрантов. Миллионер, между прочим...

– Да ну!.. Может, врет?

– В том-то и дело, что не врет... Мы с ним, это, ну того, а утром он меня проституткой обозвал...

Сема незаметно усмехнулся. Он был солидарен с этим эмигрантом.

– Он думал, что от меня легко отделаться. Он от меня, а я за ним. И между прочим, выследила его... Он когда ночью в душ ходил, я его паспорт посмотрела. Он в самом деле гражданин Боливии. Но в России у него свое дело. Знаешь, какой он бизнес-центр на Симоновской набережной отгрохал! Я, конечно, не специалист в этих делах. Но миллионов на десять это здание потянет...

– Долларов?

– Не знаю, может, в евро. Но никак не в рублях!

– А это точно его дело? Может, он менеджер там или еще какие дела?..

– В том-то и дело, что это его бизнес-центр. Видела я, как его у парадного входа встречают. Охранник чуть в ножки ему не кланялся... Я у него спросила, кто это. Он сказал, что хозяин. Илья Михайлович Смирнов!.. Бизнес-центр еще пока не работает. Поэтому народу там сейчас мало. И все его знают. Я не могла ошибиться. Это его бизнес-центр...

– Роза, я все понимаю, мужик при бабках, все такое. Но тебе-то что до него?.. Может, ты замуж за него хочешь?

– Хочу! – не стала отнекиваться Роза.

– А за меня уже не хочешь?

– А ты не предлагаешь...

– Ты говорила, что этот жук боливийский так легко от тебя не отделается. Ты что-то задумала?

– А что я могу задумать? Я слабая женщина, что я могу с ним сделать?..

– Может, в милицию заяву подать? Скажешь, что изнасиловал. И жениться заставишь...

– Нашел что посоветовать. Он же иностранный подданный. И притом миллионер. Он откупится, а я на нары пойду, за клевету...

Похоже, у нее уже есть опыт по этой части... Прожженная охотница за женихами. И неудачница по совместительству.

– Да они иностранцы – все лохи. Если не женится, то бабок отстегнет...

– Да я бы не сказала, что он лох, – совсем невесело улыбнулась Роза. – Скромненьким таким прикидывался. Я его в постель тащу, а он упирается. А когда легли, он такие вещи вытворять начал. Похабник...

– Роза, я не понял, ты мне зачем про это говоришь? – скрывая насмешку, спросил Сема. – Я, может, тебя ревную...

– Шутишь ты все. Вам, мужикам, только одно нужно. Пока не трахнете, чего только не обещаете. А потом... Потом хоть трава не расти...

– Я тебе ничего не обещал. Да не обижайся, я ж с тобой почти по-братски. Работу вот тебе предлагаю...

– На панели?

– Ну да... Слушай, а у меня идея. Я на этого боливийского лоха наеду...

– Да не лох он.

– А я говорю, лох!.. Короче, ты не перебивай и слушай. Тебе ж лучше... Это, я на него наеду. Так, мол, и так, зачем подругу мою школьную испохабил? Давай, скажу, женись. Или кранты... В общем, мы его закошмарим. А ты за него замуж выйдешь...

– Ты это серьезно?

– А то... Но учти, за просто так у нас ничего не делают. Если дело выгорит, ты... Ты нам полста штук уевых отстегнешь...

– Сколько?

– Пятьдесят штук... Ну, если он в самом деле миллионер...

– А где я эти деньги возьму?

– Как – где? У него попросишь... Знаешь, я, может, еще и не хочу тебе помогать. Но если ты хорошо попросишь... Давай показывай, как ты просить умеешь. А я посмотрю, стоишь ты полста штук или нет.

Роза воодушевленно кивнула и взялась за дело. Да, в сексе она знала толк. И напрягалась от души. Но, увы, больше чем двести баксов за ночь она не стоила...

И все же Сема решился продать ее за куда большую сумму. В конце концов, бизнес на бабах – это его привычное дело. А пятьдесят штук баксов на дороге не валяются. Кстати, можно потом будет клевую иномарку прикупить. Жаль, с пацанами придется делиться. А то бы новую «бэху»-«пятерку» можно было бы взять. Ничего, на новую «троечку» хватить должно...

Через пару дней Сема подъехал к бизнес-центру на Симоновской. Здание в самом деле впечатляло. Суперсовременная архитектура, стекло, пластик, мрамор. Аккуратные автостоянки, въезд в подземный паркинг. Да, пожалуй, Роза права. Здесь пахнет большими бабками.

Он подъехал с пацанами на гансовском «БМВ». Круто. И видок у них не хилый. Стильные куртки из дубленой кожи, тяжелые боты «а-ля бундесвер». Никаких шапок, у всех дорогие непроницаемые очки. Все дружно жуют жвачку.

Правда, перед парадным входом пришлось сбавить норов. Все-таки охранник на пути. Не нужно на него буром. Сейчас не те времена, когда можно барыг нахрапом брать. Или, вернее, можно, но не всем. Бригада Ганса далеко не самая крутая на Москве. Так что лучше притормозить. А то на ментов нарваться можно или на серьезную братву.

– Нам Илья Михайлович нужен, – вполне дружелюбно обратился к охраннику Сема.

– Зачем? – настороженно посмотрел на него мужик.

– Офис хотим снять. А что, нельзя?

– Ну, конечно, можно. Но это не к Смирнову нужно. Есть исполнительный директор, это к нему...

– Да нам поровну, давайте исполнительного...

Семе нужно было пройти внутрь здания. А там он уже разберется.

Бизнес-центр уже был готов к эксплуатации. Видно, дело осталось за презентацией... Будет Смирнову и презентация, и свадьба – все вместе и в один день.

Бизнес-центры придумали умные люди, с этим не поспоришь. Все тебе в одной куче. И офис, где ты решаешь деловые вопросы, и ресторан, где решенные вопросы закрепляются. А когда вообще все на мази, можно в сауну заглянуть, а там и телка по желанию... Ресторан здесь был, салон красоты и фитнес-клуб тоже в наличии, и сауны есть в списке... А вот как насчет девочек? Для особых случаев, так сказать. Неплохо было бы попутно заключить с боливийским живчиком негласный договор на поставку живого товара. А что, это идея...

Сема вышел на самый центровой офис, единственный, который сейчас фунциклировал. Там он спросил исполнительного директора, а сам прямым ходом направился к Смирнову.

Едва он оказался в приемной, как сразу защебетала премилая пташка. Белокурая мамзель с ногами от ушей... Да, похоже, этот Смирнов не совсем лох. Знает, чем развлечь себя в рабочее время. Хотел бы Сема оказаться на его месте. Блин, даже Розу бы замуж взял – в нагрузку к этому бизнес-центру.

– Господа, вы к кому?

– Мы к вам, милая леди! – радостно улыбнулся Королек.

И взял ее под свою опеку. Чтобы не пырхалась. И с телефоном не баловалась.

Теперь Сема мог развернуться на всю широту своего крутого нрава. Он не вошел, а влетел в директорский кабинет. Смирнов его увидел и чуть со страху под стол с кресла не стек... Все-таки он лох, натуральный лох...

Сема не стал его запугивать. Наградил его чуть ли не дружеской улыбкой, без спросу опустился в кресло напротив директорского стола. Два его спутника замерли за его спиной.

– Вы уж извините, Илья Михайлович, что без разрешения, – снисходительно усмехнулся Сема.

– Да ладно, чего уж там...

Смирнов чувствовал себя не в своем корыте. Он явно нервничал. И от этого у него смешно дергалась правая щека. Контуженый он, что ли?

– Я так понял, у вас ко мне какое-то дело, – собираясь с духом, спросил он.

– Вы правильно все понимаете. У нас к вам дело... Вы, наверное, догадываетесь, какое? – Сема в упор смотрел на лоха жестким пронизывающим взглядом. Чтобы тот не расслаблялся...

– Вы хотите снять офис?

– Й-у-у-у! Ответ неправильный!.. Учтите, три неправильных ответа, и ваше очко может быть отдано залу, – сострил Сема.

Лоху это явно не понравилось. Он занервничал еще сильней.

– Мне трудно вас понимать. Дело в том, что я не так давно в России...

– Только давай без «ля-ля». Ты хорошо знаешь, что такое русский бизнес...

– А, понимаю! – закивал Смирнов. – Я слышал, что в России есть рэкет...

– Ну да, можно подумать, в твоей сраной Боливии его нет.

– О нет! Рэкет есть везде. Даже в США. О! США!.. Но в США есть полиция. А в России милиция... А я с милицией заключил договор. Вот, пожалуйста, договор...

Это был самый настоящий договор с УВД Центрального округа города Москвы на оказание охранных услуг. Если короче, то у Смирнова была ментовская «крыша». Явление, кстати, очень распространенное. А менты, те рэкетиров не любят. И расправляются с ними круче, чем бандитствующие конкуренты... Нет, с ментами Сема связываться не хотел. Ростом, так сказать, не вышел. Да и не для того он сюда пришел, чтобы брать Смирнова под свою «крышу»... Хотя, пожалуй, не отказался бы. Если бы, конечно, обломилась халява.

– А на поставку наркоты ты тоже с ментами договор заключил? – ощерился Сема.

– Наркоты? Вы имеете в виду наркотики?

– Ага, у вас в Боливии, говорят, классный кокаин делают...

– Ну нет, что вы! – замахал руками директор.

– Что, не делают?

– Делают, делают... Но я с наркотиками не связан.

– Откуда ж бабки у тебя?

– Бабки? У меня всего одна бабка. И та в Боливии осталась...

– Я про деньги спрашиваю.

– А-а, деньги... Деньги я честным путем заработал.

– Честным путем миллионы не заработаешь.

– Кто вам такое сказал? Можно заработать и один, и два, и даже три миллиона.

– Ты заработал?

– Заработал.

– Значит, ты миллионер...

– Миллионер. А вас что-то не устраивает?

– Меня все устраивает. А вот сестру моего лучшего другана не устраивает... Ты зачем, чайник боливийский, Розу кинул?

– Розу? Это цветок такой?

– Я те ща в глаз заряжу, будет тебе цветок! – вскипел Сема.

Он чувствовал себя грозным рэкетиром начала ревущих девяностых годов. И хотя он всего лишь сутенер, лоха Смирнова он мог закошмарить. Бедняга чуть не обдристался со страху...

– Роза – это девчонка, на которой ты жениться хотел.

– А-а, жениться... Я понял, о ком вы говорите. Но у вас неверная информация, я не собирался жениться на ней. Она всего лишь кандидатура...

– Слышь, ты, как бы тебе самому кандидатурой не стать. На вылет... Смотри, я шутить не люблю. Проснешься однажды, а голова твоя в мусорном ведре. И голова болит, и ты не совсем живой... Короче, ты, жених сраный, ты это, заканчивай наших баб портить. Ты меня понял?

– Понял, – легко согласился Смирнов.

Затрухал дядя. Размяк. Сейчас из него все, что угодно, лепить можно.

– Тебе жена, говоришь, нужна?

– Нужна.

– Ну и ничтяк. Считай, что я за сватов. Розу за тебя сватаю... На Розе женишься, понял?

– Но...

– Что – но?

– Она не совсем честная...

– Да ну ты че, гонишь? Честная она. Сам проверял... Не, в натуре, честная. И в натуре честная, и в одежде, да... Короче, мужик, ты уже, считай, обручен. Роза – твоя невеста. А через месяц свадьба. Ты меня понял?

– А если не понял? – робко спросил Смирнов.

– Тогда я тебе еще раз объясню. Но уже по-другому... Убивать я тебя не стану. А яйца отрежу. За то, что ты над Розой надругался. А еще лучше, я тебя в ментовку сдам. Скажу, что лично видел, как ты Розу насиловал. И еще свидетелей кучу найду. И загремишь ты, брат, на нары. А там, я тебе говорю, будешь вставать рано, типа, с первыми петухами. Или сам первым петухом будешь... Да ты меня не понимаешь, да? Хреново тебе будет, понял? Хреново!.. А хочешь, я твой бизнес-центр на хрен снесу? Бля буду, пять кэгэ тротила, и камня на камне не останется... Слышь, мужик, ты мошонку-то расслабь. Нормально все. Роза клевая девчонка. Она тебе наследника родит... Слушай, а ведь Роза говорила, что беременная. Ну ты и козел! Бабу обрюхатил, а жениться не хочешь!.. Или хочешь?

Сема загружал боливийца до тех пор, пока тот не сказал «да». Он согласен жениться на Розе. И он на ней женится. Потому что он стопроцентный лох... Надо будет с пацанами на обратном пути в кабак заскочить. Лох у них уже стопудово в кармане. Поэтому можно уже хоть сейчас обмывать пятьдесят штук навара. И Розу можно с собой в кабак взять, а после в баньку. А что, пусть Смирнов женится на ней, а они ему детей нарожать помогут...

Глава десятая

Тупой кончик карандаша превратился в мочалку. Хоть в краску макай и рисуй. С натуры. Которая до сих пор стоит перед глазами... Костя продолжал мочалить зубами карандаш. Нервы гудят как провода под высоким напряжением, злость распирает изнутри, давит на клапан снаружи.

Дожился, называется. Какой-то щегол-самокрутка врывается в его кабинет и борзо качает права. А Костя должен слушать его и соглашаться. И при этом изображать из себя полного идиота. Чтобы этот живчик с бритой головой ни в коем случае не заподозрил в нем человека, способного на жесткий ответ. Он – гроза чеченцев и белокаменских братков. И он должен так унижаться... А он будет унижаться. Потому что нельзя идти на обострение конфликта. Ему неприятности со стороны доморощенных бандюков не нужны. Хватит, навоевался...

– Зиночка!

А вот и его успокоительная таблетка. Секретарша Зиночка. Ноги от темечка, походка от бедра, груди от Доктора Силикона.... Шутка. Груди у нее натуральные. Но такой совершенной формы.

– Что, Илья Михайлович? – голос ее звенит как колокольчик.

– Зиночка, надо бы служебное письмо составить, – похотливо улыбнулся он.

– Под вашу диктовку?

– Ну, разумеется...

Зиночка знала толк в служебных письмах. И знала, с чего начинать. Первое – это закрыть дверь изнутри. Второе – сесть ему на колени... А там он уже сам будет диктовать. Сначала опишет ее шейку, затем раскроет сущность ее бюста, заострит внимание на ее ножках. Потом он даст ей слово. Вынесет свое резюме. Затем поставит свою роспись и печать – для этого ей придется снять трусики...

Только что-то нет сегодня вдохновения. Нет настроя на творческий процесс. И это при том, что Зиночка уже у него на коленях и юбка у нее задралась чуть ли не до пупка.

– Зиночка, а я жениться собираюсь, – уныло сказал он.

– На ком? – встрепенулась она.

Ее вишневые губки тронула ликующая улыбка... Неужел