home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Репутация на один фунт

…Спустя два дня после появления скандального материала в The Sun Футбольная Ассоциация начала расследование вместе с полицией Хэмпшира и Мерсисайда. Брюс Гроббелаар был арестован 14 марта 1995 года в доме в Лимингтоне, в которой он проживал во время выступлений за «Сотон», и доставлен в Сауттемптон. В этот же день арестовали и Джона Фашану в Тамворте, Стаффордшир. В кабинете следователя в Бирмингеме Фашану на все вопросы отвечал одинаково: «Без комментариев». Новую супругу Джона, Мелиссу Касса-Мапси, а также Хенга Суана «Ричарда» Лима взяли в Лондоне. Ханс Зегерс был арестован в Флите, Хэмпшир.

Это не помешало Гроббелаару сняться в рекламе сети супермаркетов Sainsbury's, которая весело обыгрывала скандал с договорными матчами. Сюжет заключался в том, что Брюс намеренно ронял банку сока, за что получал от супермаркета 100 тысяч фунтов. Представитель Sainsbury's заявил, что общественность считает всю эту историю искусственной, а потому с юмором восприняла появление Гроббелаара в рекламе.

Брюс на вопросы следствия ответил, что упоминание Коротышки в разговоре с Винсентом было вымыслом, игрой его воображения. И, конечно же, 25 ноября 1993 года он не встречался с Джоном Фашану, а 5 февраля 1994 года он не ездил из Норвича в Лондон. Ну а по трем матчам никто не может его в чем-то упрекнуть: голы были из разряда неберущихся, кроме того, он несколько раз спасал свою команду в безнадежных ситуациях.

Тем не менее 24 июля 1995 года, в понедельник, всей пятерке в составе Гроббелаар, Фашану, Касса-Мапси, Лим и Зегерс было выдвинуто обвинение в соответствии с пунктом первым Криминального Акта 1977 года. Они обвинялись в том, что «в Лондоне и других местах в период между 1 февраля 1991 года и 15 марта 1995 года вступили в преступный сговор вместе с другими известными и неизвестными лицами, чтобы с помощью денежных сумм повлиять на результат футбольных матчей». Гроббелаару было инкриминировано четыре правонарушения, Фашану и Лиму — по два, Зегерсу и Касса-Мапси — по одному (супруга Фашану позже была выведена из числа обвиняемых).

«Чувствую себе превосходно», — только и бросил Гроббелаар набросившимся на него акулам пера. Его адвокат Дэйв Хьюитт был более словоохотлив: «С самого начала Брюс отрицал любое свое участие в чем-либо преступном и остается на тех же позициях сегодня». Юрист Фашану Генри Брандмэн сообщил, что «Джон самым решительным образом продолжает заявлять о своей невиновности. Он уверен, что в скором времени очистит свое имя от грязных обвинений». Зегерс честно признался, что «раздавлен новостью», что событие стало для него «неприятным сюрпризом», о котором он «не имел ни малейшего понятия, пока не появился в полицейском участке».

Вскоре Фашану объявил о завершении карьеры, вместившей в себя более 400 матчей на высшем уровне, более 150 забитых мячей, два поединка в составе национальной сборной и Кубок Англии 1988 года. Он продолжал, однако, сниматься в игровом шоу Gladiators как в Англии, так и в Австралии. Зегерс и Гроббелаар оставались в своих клубах — «Уимблдоне» и «Саутгемптоне», которые продолжали выражать им всецелую поддержку, но по ходу сезона 1995/96 оба в составах своих команд практически не появлялись.

Крис Винсент 1 октября 1996 года оказался за решеткой. Полиция записала две его встречи с Ианом Уилсоном, агентом Джона Фашану, во время которых Винсент требовал сначала 500 тысяч, затем 300 тысяч фунтов, чтобы не свидетельствовать против Фашану. На эти деньги он собирался уехать так далеко, что «даже Иисус не сможет найти». Так что для дачи свидетельских показаний Винсента первое время доставляли из камеры предварительного заключения.

Судебное заседание началось 14 января 1997 года в Королевском Суде Винчестера. Конечно же, основным обвиняемым был Гроббелаар. Фашану проходил по делу как посредник. Брюс заявил, что начал тесно общаться с Джоном по поводу участия в компании Blue Orchid, которая занималась устройством в Европе африканских футболистов. Во время одной из встреч в ноябре 1992 года Гроббелаар познакомился с Лимом. Втроем они обсуждали идею вложения в компанию сафари Mondoro. Спустя некоторое время Фашану позвонил Брюсу и предупредил, что Лим может связаться с ним, чтобы проконсультироваться для норвежской газеты Dagbladet. Якобы Лим пишет для них прогнозы туров чемпионата Англии и хочет иметь авторитетного эксперта в качестве советника. За верно предсказанный исход поединка Гроббелаар должен был получить 250 фунтов премии. Брюс заявил, что не видел в этом ничего предосудительно, кроме того, он никогда не обсуждал матчи «Ливерпуля». «В этом не было никакой необходимости, потому что я всегда думаю только о победе».

Да, он сказал Винсенту об этом предложении, но никогда не обсуждал с ним размер вознаграждений.

Гроббелаар не отрицал, что встречался с Лимом в гостинице Hilton возле аэропорта Манчестера. Но эта встреча не имела ничего общего с футболом, они договорились обсудить бизнес-план компании сафари. Впрочем, Винсент бизнес-план не подготовил и потому Гроббелаар, которому неловко было за оплошавшего друга, пошел на встречу один, чтобы принести свои извинения. Брюс утверждал, что бизнес-план вообще не существовал, но журналист Дэвид Томас, встречавшийся с Винсентом, когда заварилась вся эта история, видел этот документ. К сожалению, летом 1996 года Крис передал бумаги одному из бизнесменов, которого пытался убедить вложить деньги в эту идею, и они бесследно исчезли.

Кроме того, Гроббелаар отрицал факт получения 40 тысяч фунтов от Фашану. По его словам, эти деньги он копил долгое время на будущее, подрабатывая уроками футбола в Норвегии и Швеции, а также участвуя в качестве званого гостя на банкетах в Южной Африке. Гонорар он получал наличными и хранил дома. Что до записей, сделанных с помощью The Sun, то это «пьяные разговоры и не более того».

В качестве экспертов в зал суда были приглашены звезды футбола — Боб Уилсон, Алан Хансен, Алан Болл и Гордон Бэнкс. Все они в один голос характеризовали Гроббелаара как истинного спортсмена, не способного обмануть товарищей по команде. Уилсон, вратарь «Арсенала», с которым сделал «дубль» в сезоне 1970/71, и тогдашний наставник Дэвида Симэна, дотошно разобрал действия Гроббелаара в подозрительных матчах: каждый сэйв, каждый пропущенный мяч, каждое движение — убедительно и аргументировано. Вердикт Уилсона: ни в чем предосудительном этот вратарь не может быть заподозрен.

Что до Зегерса, то обвинитель Дэвид Калверт-Смит обратил внимание, что в швейцарском банке на счету обвиняемого, зарабатывающего 80 тысяч фунтов в год, лежит вдвое большая сумма. На допросе голландец утверждал, что эти деньги появились у него еще в юности, когда он вместе с приятелем воровал шикарные автомобили. Приятель, по показаниям Зегерса, конечно же, умер, а техника кражи автомобилей — разбить боковое стекло — слишком неумелая, чтобы, как заметил следователь, используя ее можно было наворовать на такую сумму.

Зато Калверт-Смит отметил, что в 1993-94 годах Зегерс пополнил депозит на 104 тысячи фунтов, а пятую часть этой суммы внес спустя шесть дней после матча с «Эвертоном». Распечатка телефонных звонков и сообщений подтвердила, что перед матчем и после него Зегерс, Лим и Фашану регулярно связывались друг с другом. Самое интересное случилось 13 мая, когда, как установило следствие, Зегерс днем сделал звонок Фашану из окрестностей его офиса, вскоре из того же района Лим звонил в Индонезию, а спустя почти час Ханс внес на депозит 19 тысяч фунтов.

«Странное стечение обстоятельств, не так ли?» — удивился обвинитель, но защита вполне резонно парировала: «Добился бы «Уимблдон» наивысшего результата в своей истории, если бы основной вратарь команды и ее главный бомбардир сдавали матчи? Без Зегерса «Уимблдон» провел 14 поединков и не выиграл ни единого. Но как только основной вратарь вернулся в игру, команда одержала победу».

Приговор суд присяжных должен был вынести 1 марта 1997 года, однако в этот день прийти к единому мнению так и не удалось, и судья назначил новое заседание.

Оно началось 4 июня того же года и до боли напоминало фильм «День сурка»: та же обвинительная речь, те же распечатки телефонных звонков и движений денежных средств по счетам, те же свидетельские показания и аргументы зашиты. Те же, да не совсем. Например, во время первого заседания Гроббелаар утверждал, что предложение от Лима прогнозировать матчи чемпионата он получил уже после знакомства — через Фашану. На втором заседании Лим рассказал, что идея прогнозов обсуждалась сразу во время знакомства. Однако никто из обвинителей тогда на несовпадение в показаниях внимания не обратил. Впрочем, это были мелочи, у обвинения не было самого главного — четких ответов на ключевые вопросы…

Заключительное слово судья Маккаллаф начал следующим образом: «Никто не убит, никто не получил увечий, никто не изнасилован и не унижен действием. Детей не растлевали и никого не грабили. И тем не менее обвинения очень серьезные как для обвиняемых, так и для чести и репутации всего английского футбола».

Судья Маккаллаф держал речь три дня. Он очень грамотно и доступно совместил доводы обвинения и аргументы защиты. Он вполне резонно сомневался в том, что Гроббелаара, Фашану и Лима связывала только компания сафари, а Зегерса и Фашану — покупка недвижимости. Он даже обратил внимание на то, что уважаемый эксперт Гордон Бэнкс трактовал эпизоды игры и комментарии Брюса Гроббелаара слишком буквально: «Мистер Бэнкс сказал, что если Гроббелаар действительно прыгал за мячом не туда, куда следовало, как он якобы признался, то тогда он, мистер Бэнкс, всю жизнь защищал ворота неправильно. Однако мистер Гроббелаар, определяя свои действия как ошибочные, мог иметь в виду совсем другое — ему нужно было пропустить мяч, а не отражать его».

Но! При этом судья Маккаллаф хладнокровно указал на все слабые места в обвинении: прямая связь между Гроббелааром и Зегерсом и игорным синдикатом Юго-Восточной Азии так и не была доказана. Очевидно, что Лим и Фашану были связаны с синдикатом, они получали оттуда деньги, которые тратили по своему усмотрению, то есть это не могли быть заем или вложения, это была плата за услуги. Обвинение не доказало, за какие именно. Очевидно, что Гроббелаар и Зегерс получали деньги от Лима и Фашану, однако нет неоспоримых доказательств, что это были именно те деньги, которые Лим и Фашану получали от игорного синдиката, и что они были платой за обеспечение результата футбольных матчей.

Суд присяжных 8 августа 1997 года вынес вердикт «не виновен» по всем пунктам обвинения Хенга Суана Лима, Джона Фашану и Ханса Зегерса. Джон Гроббелаар был признан невиновным по всем эпизодам, кроме одного, по которому суд присяжных еще не пришел к единому мнению. Присяжные, повторно изучив дело, обнаружили неточность в интерпретации видеосъемки последней встречи Гроббелаара с Винсентом в той ее части, где Брюс, покидая квартиру Криса, взял две тысячи фунтов.

Винсент (протягивая деньги): «Ты возьмешь это?»

Гроббелаар: «Нет, нет, нет… Это твое, расплатись с долгами по компании».

Винсент: «У меня нет карманов, возьми».

Этот эпизод демонстрировал нежелание Гроббелаара получить взятку, хотя Брюс свидетельствовал, что взял деньги от Винсента, чтобы использовать их в качестве вещественного доказательства против него. Как одно вяжется с другим? В конце концов и по этому эпизоду Брюса Гроббелаара признали невиновным.

Джон Фашану и Ханс Зегерс пытались потребовать возмещения судебных издержек, однако получили категорический отказ. «Совершенно очевидно, что своим поведением мистер Фашану и мистер Зегерс дали основания для подозрений», — ответил судья Маккаллаф.

Невзирая на громкий и долгий судебный процесс, Фашану с успехом ведет свой бизнес и занимается общественной деятельностью. В начале нового века Джона назвали самым влиятельным африканцем Британии.

Зегерс долгое время работал тренером вратарей «Тоттенхэма», а теперь вернулся на родину и занимает аналогичную должность в ПСВ из Эйндховена.

В июле 1999 года иск Брюса Гроббелаара к газете The Sun был удовлетворен, и суд обязал выплатить бывшему вратарю «Ливерпуля» 85 тысяч фунтов компенсации за урон, нанесенный репутации. Однако The Sun подала апелляцию, рассмотрение которой закончилось в январе 2001 года. Размер компенсации уменьшился до символического 1 (одного) фунта, и судья лорд Браун довольно резко заметил: «Ваша репутация, мистер Гроббелаар, не стоит больше». Вместе с тем Гроббелаара обязали выплатить газете 500 тысяч фунтов судебных издержек. Брюс не сумел этого сделать и был объявлен банкротом.

Ни один суд не признал Брюса Гроббелаара виновным в сдаче футбольных матчей. Что же еще нужно, чтобы сейчас, спустя полтора десятилетия, его перестали подозревать? Как метко заметил журналист Дэвид Томас, для этого нужно немного: «Просто не заниматься коррупцией».


Viva Las Vegas! | Бей-беги: Наше время. История английского футбола: публицистические очерки | Французская революция