home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 32

Чтобы вернуться в команду, мне нужно новое тело…

обугленный череп Пловца

По правилам заведения, вне зависимости от причин, отсутствие игрока расценивается, как нежелание продолжать игру. Что, в свою очередь, приводит к аннулированию ставки.  В качестве доверенного лица усопшего вы можете забрать его фишки,  уведомил крупье последнего клиента.

И не позволив опомниться, убрал со стола все лишнее, оставив карты Паука.

Десятка, которую я до сих пор держал в руке, уверенно легла на туза, после чего с легкой душой крупье сообщил:

«Блэк Джек». Поздравляю, вам  повезло.

Повезло?! – несмотря на обрушившееся несчастье, он все же нашел в себе  силы криво усмехнуться.

Вне всякого сомнения, жизнерадостно подтвердил я.

После неожиданной кончины Вампира  ужасные чары развеялись. 

Будем продолжать  или мирно разойдемся?

Надо отдать ему должное, Паук достойно перенёс  смерть партнеров.

Давайте доиграем до конца, устало предложил он. – Каждый из нас в некотором роде заложник чести или обстоятельств. А может того и другого…

После чего нацепил солнцезащитные очки, глубоко затянулся очередной сигарой (он курил их, словно сигареты, – много, в затяг) и бесшабашно веселым тоном азартного игрока, решившегося пустить на ветер  капиталы и жизнь, воскликнул:

Играем до конца!

Резкий переход от печали к наигранному веселью не мог никого обмануть. Бывают моменты, когда человека неумолимо влечет к пропасти. Он должен достигнуть бездны, заглянув за край, чтобы не возвратиться назад. В противном случае  дальнейшая жизнь потеряет всякий смысл.

До конца так до конца, меньше всего мне хотелось тратить время на бессмысленный спор.

Казино абсолютный наркотик. Однажды «подсевший» на игру останется в ней навсегда.

Паук играл осторожно, ставя немного.  Тем не менее, раз за разом выигрывал. У крупье следовал один  перебор за другим.  И как следствие, моя стопка фишек таяла на глазах.

Игрок сделал очередную ставку и вновь выиграл. После этого поражения  у меня на руках остались  две последние фишки.

Паук поставил на кон одну.

Чегото боишься или растягиваешь удовольствие?

Я  столько раз за последние полчаса находился на грани проигрыша, что перестал волноваться по пустякам.

Вопрос был продиктован  обычным любопытством.

Да как сказать... – он закурил очередную сигару. Если честно, то не хочется повторять ошибки  напарников. Их сгубил азарт и ненужная спешка.

А если «НЕ ЧЕСТНО»?

Выигрывает тот, кто последним остался в живых.

Согласен, это нечестно.

В очередной раз осторожный Паку остановился на тринадцати, а я перебрал.

Последняя раздача?

Выходит что так, не задумываясь, согласился он.

Уверен в победе?

Разумеется – да. В противном случае не сел бы за стол.

Твои приятели думали так же.

Им не хватило выдержки.

Это судьба, философски заметил я, начав с шестерки себе и туза игроку.

Судьба говоришь, усмехнулся он. Ну, может и так, вот только…

Оборвав его на полуслове, вновь зазвонил телефон.

Хахаха! – радоостно, с поистине детской непосредственностью, рассмеялся Паук. Как мило  использовать один и тот же трюк дважды! Оригинально до невозможности!

А вдруг чтото новое? без понятия, что на этот раз придумал искусственный интеллект, знаю одно у него в арсенале достаточно грязных приемов, чтобы свести в могилу не одну сотню людей.

Хочешь проверить? – ободряюще улыбнулся игрок. Бери не стесняйся.

А почему бы и нет? – я  протянул руку, сняв трубку.

По счету «ТРИ» отвернись  и закрой глаза, откудато издалека, с самого края вселенной, донесся едва различимый шепот  Милой.

РАЗ…

Что говорят? –  спросил он, ничуть не стесняясь своего любопытства.

ДВА…

Все как обычно, – устало ответил я, отворачиваясь и закрывая глаза. Предрекают чьюто скорую смерть.

ТРИ…

Наша елочка – гори!!!

Телефон взорвался ослепительной вспышкой света. Одновременно раздался душераздирающий крик.  Рождение сверхновой не расплавило  мозг Паука. Оно всего лишь   сожгло сетчатку глаз.  Но и  этого оказалось достаточно, чтобы свести от боли с ума.

В грязной игре побеждает тот, кто последним остался в живых. И сейчас этим кемто был я. Даже несмотря на то, что у противника игрока была лучшая карта…

Мир стремительно менялся, сжимаясь, словно смятая обертка шоколадной конфеты.  Бескрайняя ледяная пустыня трансформировалась  в безликую массу, стекавшую сладкой патокой из опрокинутой вазы. Разорванное на куски небо, опадало грязными хлопьями на почерневший от копоти снег. Сам «Пик мироздания» накренился, словно детская пирамидка, готовая рухнуть в любую секунду.

Стол, в отличие от стульев и всего остального, был намертво вкручен в грунт, поэтому остался на месте. Вцепившись в край, я навалился всей грудью, застыв  в наклонном положении.

Ааааааааааааааааааааааа!!!   не переставая дико кричать, нелепо размахивая конечностями, Паук  заскользил к пропасти.

Он почти достиг края бездны, продолжая безостановочно кричать от боли, и вдруг произошла удивительная метаморфоза. Мир не просто вернулся к прежнему состоянию, а стал еще прекрасней, чем раньше.  От поразительной смены обстановки у меня перехватило дыхание.

Пронзительный крик резко оборвался. Там где мгновение назад стоял огромный паук, появился человек. О громадном членистоногом напоминали только неизменная сигара, лихо заломленная шляпа и солнцезащитные очки, скрывавшие глаза.

Выпустив струю дыма без всякого сожаления он откинул сигару прочь.

А знаешь, чем настоящий игрок отличается от всех остальных? – как ни в чем не бывало, спросил Паук.

Я попрежнему висел в неудобной позе, упершись грудью в жесткое ребро стола. Было непонятно, как  он стоит на краю накренившегося пика.

Нет, честно признался я. Не знаю.

Настоящий игрок  всегда соблюдает одно правило...

Прежде чем ответить ему хотелось услышать вопрос, и я подыграл:  «Какое»?

Постояв несколько секунд в задумчивости, словно решая, открыть секрет или нет, наконец, махнул рукой: «Мол, была, не была!».  Задорно помальчишески улыбнулся, снял очки, так что стало  видно на месте глаз у него ничего нет, и, продолжая широко улыбаться, ответил:

«Как бы тебе ни везло, и ни шла масть, всегда  нужно  помнить: главное –  вовремя спрыгнуть. Иначе проиграешь не только что было, но и вообще все на свете».

Сказав, что хотел, Паук развернулся, напоследок вздохнул полной грудью, спрятал провалы выжженных глаз за стеклами солнцезащитных очков, и широко раскинув рукикрылья,  бросился в бездну.

 *************

В создавшейся ситуации было невозможно подняться на поверхность, чтобы связаться с командованием, запросив помощь. Ментальное воздействие Паука имело ограниченный радиус действия. Стоило покинуть пределы досягаемости и освободившийся Чужой уйдет. После чего найти беглеца в запутанном переплетении канализационных коммуникаций будет невозможно. Значит, остается одно продолжать операцию. Главное не торопиться, действуя наверняка. Несмотря на потерю напарников преимущество до сих пор на  стороне охотника.  Добыча  неподвижна и опутана сетью. Ее разум под контролем.

Все так.  Тем не менее, смутное беспокойство и предчувствие надвигающейся  беды не оставляли.

Если бы Гончая не торопилась, а Темный послушал совета… с запоздалым сожалением подумал Паук. Мне не пришлось сейчас разгребать дерьмо в одиночку.

Он достиг поворота, за которым следовал последний участок прямой.  Но вместо того, чтобы сразу повернуть, присел на корточки, осторожно выглянув изза угла. Его движения и без того были заторможены изза необходимости постоянного контроля  двух реальностей – мнимой и настоящей. А последнее действие выглядело, словно кадры замедленной съемки.

Из трех тел распластанных  на земле двое  были мертвы: Паук без труда опознал Темного и Гончую прибор ночного видения обеспечивал достаточно четкое изображение даже на расстоянии. Третье,  запутанное в сети,  принадлежало хитроумному ублюдку.

Какоето время Паук просидел в прежней позе, напряженно всматриваясь в неподвижный силуэт. Затем решив, что дальнейшее промедление бессмысленно, встал, медленно двинувшись к телу.

Осторожное продвижение вперед проходило в полной тишине. Ему осталось преодолеть последние несколько метров, как вдруг, словно гром среди ясного неба, прозвучала звонкая трель сотового.

Диньдиньдон. Диндиньдон.

Ты со мною не знаком…

Паук вздрогнул от неожиданности.

Верх идиотизма,  раздраженно подумал он, непроизвольно поворачиваясь к источнику звука.

Использовать один и тот же прием дважды.

Взгляд выхватил из окружающей обстановки  трубку.  А в следующее мгновение, бушующий протуберанец оторвавшись от солнца устремился в глубины неизведанной вселенной. Туда, где в бездонных провалах черных дыр искривляется пространство и время. Умирают и рождаются звезды. Обращаются  в прах несбывшиеся желания. И что самое печальное не в силах противостоять напору безудержного хаоса плавится сетчатка глаз.

Мощность излучения была настолько сильной, что не спасли даже защитные фильтры очков. В голове ослепшего человека взорвался огненный шар боли. Ослабевшие ноги не удержали тело, завалившееся назад. При падении  он рассек голову, даже не почувствовав этого. Когда дикая боль сводит с ума, а безжалостные иглы буравят мозг, раз, за разом ослепляя и без того невидящие глаза, все остальные чувства растворяются в урагане адского пламени.  

«Это конец, – пришла откудато издалека  страшная  мысль, от которой как ни странно стало намного легче.   

Освободившийся из сети Чужой первым делом прикончит беспомощного врага.

Я все же… зацепившись за спасительный круг, утопающий на секунду вынырнул на поверхность, чтобы последний раз в жизни увидеть ночное небо, взорвавшееся всполохами ослепительного салюта.

Дрожащая рука вытащила из кобуры пистолет.

…спрыгнул…

Прежде чем палец с остервенением нажал на курок, он в последний раз выдохнул:

…сам…

Вырвавшаяся на свободу пуля вошла в сердце, и бездны обеих реальностей сплелись воедино, чтобы навсегда раствориться в абсолютном мраке небытия.


Глава 31 | Тридцать второй. Дилогия | Глава 34