home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


 ЭПИЛОГ

   - Элеонора Игоревна, Элеонора Игоревна! Немцы приехали!

  От воплей моей неизменной секретарши Дины я поморщилась. Она чудо исполнительности, всегда все знает, никогда ничего не забывает, но голос! Бензопила в сравнении с ней ничто.

   - Кто приехал, Дина?

   - Да эти, на переговоры... Борман и Мюллер.

   - Борман и Мюллер?

  Бред какой-то… Так, стоп. Какие немцы, какие переговоры, что вообще происходит? Откуда тут Дина? Или?... Все это был сон?! Тарг, Ремирена, наша жизнь и наша любовь?... Сон? Не хочу! Если так, лучше бы мне умереть!

  Я застонала от горя и проснулась.

  Ой, какой счастье!

  Надо мной расписные балки королевской спальни, между плотными шторами робко пробивается лучик только что вставшего солнца... Я там, где хочу и должна быть, а моя прошлая жизнь мне приснилась.

  Я приподнялась на локте, чтобы посмотреть на спящего рядом короля. Часто мужчины во сне выглядят смешно и нелепо, но Тарг прекрасен. В комнате тепло, поэтому одеяло он отбросил, оно едва прикрыло его чресла и одну ногу, позволяя любоваться стройным торсом, раскинутыми мускулистыми руками и длинными ногами. Во сне он повернул голову набок, и сейчас глаз нельзя отвести от разворота сильной шеи и прилипших к ней прядей черных волос, От ресниц на щеку падает легкая тень, черты лица смягчились, чуть приоткрытые губы так и хочется поцеловать.

  Кто сказал, что мой муж некрасив? Я его не променяю на толпу красавцев вроде Олера Берзенга. Он мой, и этим все сказано! В нем вся моя жизнь!

  Тарг почувствовал, что я на него смотрю, и открыл один глаз.

   - Лиена? Ты проснулась?

   - Как видишь.

   - Отчего так рано?

   - Сон страшный приснился.

  Он сел на кровати и привлек меня к своей груди. Погладил по волосам, заглянул в глаза.

   - Какой? Расскажи, и он не сбудется.

   - Он точно не сбудется. Мне приснилось, что ничего не было, что я опять Элеонора Игоревна, директор фармацевтической фирмы, старая, никому не нужная рабочая лошадь. Я так испугалась!

   - Чего, моя хорошая?

   - Я на миг поверила, что это правда. Что тебя не было и нет.

  Он снова рухнул навзничь, увлекая меня за собой.

   - Правда то, что ты моя жена и я тебя люблю. Все остальное — наглая ложь!

  Когда он такой, у меня мозг напрочь отключается. Остаются желания, дикие, необузданные, каких не было и быть не могло у той, прошлой Элеоноры. Я застонала от возбуждения, а затем в мире не осталось ничего, кроме нас двоих.

  Когда по прошествии времени мы лежали рядышком, обессиленные, муж мой вдруг спросил:

   - Лиена, а как ты выглядела в той, прошлой жизни?

  Ну он и спросил! Да уж не так, как сейчас. Никогда не была красоткой. Длинная, тощая, носатая...

   - Ты правда хочешь знать? А не расстроишься?

  Шаловливые пальцы пробежались по моей груди, погладили сосок, спустились ниже...

   - Знаешь, мне кажется, я любил бы тебя даже если бы ты не была так божественно красива. Ведь я видел Алиенор раньше, и она мне совершенно не нравилась. Кукла. Только твоя сущность одухотворила и сделала это тело прекрасным.

   - Ну держись. Чтобы узнать, какая я была, тебе достаточно посмотреть на себя в зеркало и представить, что там — твоя сестра-близнец. Только волосы не такие темные и глаза не черные, а светло-карие.

  В первую минуту Тарг опешил. Широко раскрыл свои черные глаза, разинул рот, помолчал... затем откинулся на спину и захохотал.

   - Я представил себе... Лиена, я был прав! Как ты думаешь, у меня был бы шанс не увлечься девушкой, похожей на меня, да еще такой умницей? Конечно, с первого взгляда я бы не влюбился... Но со второго или с третьего...

   - А он был бы? Но все равно, мне приятно слушать.

  Еще бы! Просто маслом по сердцу. Мой любимый муж утверждает, что любит меня не за внешность красавицы Алиенор, а за что-то другое, чего в зеркало не увидишь.

  А он вдруг поднялся, завернулся в халат (всю красоту спрятал), и с громадным сожалением в голосе произнес:

   - Пора вставать, Лиена. У нас куча работы.

  Да уж. Больше полугода прошло с тех пор, как мы вернулись из Лерина, столько удалось за это время сделать, но работы меньше не становится.

  Я укрылась одеялом и дернула за витой шнур, призывая камеристку с завтраком. Весь двор уже привык, что королева спит со своим супругом. С тех пор, как мы вернулись, я ни разу не осталась ночевать в своей законной спальне. Там у меня что-то вроде склада ненужных, но памятных вещиц. Я даже днем ложусь подремать поближе к мужу, например, на диване у него в кабинете, пока он донесения читает.

  Поэтому, чтобы не смущать королеву, по утрам завтрак нам приносит не его камердинер, а моя горничная.

  Утро до прихода прислуги — самая лучшая часть дня, наполненная любовью и беззаботностью. А потом начинается труд на благо государства. У каждого свой. Вместе мы проведем пару часов после обеда, когда Тарг будет зачитывать донесения шпионов, а я, лежа на диване, слушать и комментировать. Если я при этом засыпаю, значит, в державе все хорошо. Жалко, что такое случается нечасто.

  Тогда в Лерине события налетели и завертели нас, как снежная лавина, и до сих пор до конца не отпустили.

  Сразу после того, как герцог был убит, возникла свара между его сыновьями.

  Пока мы с Таргом обнимались, братцы чуть не подрались. Старший был уверен в своем праве на герцогство как на суверенное государство, а младший надеялся, что король назначит его наместником. Они орали, топали ногами и толкались, пока между ними не влез председатель суда.

  Судья пояснил, что по условиям боя между королем Таргеленом и герцогом Истаром эти земли объединились, чему свидетели все присутствующие.

  Труп Истара еще не успели убрать, а Меран уже бросил вызов Карилану.

  Я была в шоке: еще одного Поединка Равных моя психика бы не пережила. Тарг пошептался с судьей и тот объявил-таки, что бой между братьями состоится. Но боги не поощряют убийства родичей, поэтому драться они будут без оружия. Кто положит другого на лопатки, тот и победил.

  Парней развели по разным комнатам и приставили к ним охрану. Ну и правильно, а то поубивают друг друга раньше времени.

  Бой состоялся на следующий день на рассвете. Оба брата в одних набедренных повязках вышли на то же место, где погиб их папенька. Теперь эту огороженную площадку я с полным правом могла назвать рингом. Меран был помощнее, Карилан полегче и более шустрый. Самое забавное выяснилось, когда оба были уже на ринге. Разница в их стиле борьбы поражала. Представьте себе драку боксера со специалистом в области восточных единоборств. Бой продолжался полторы минуты. Ни один удар Мерана не достиг цели, зато когда Карилан заехал ему ногой в ухо, все было закончено.

  Я шепотом спросила Тарга:

   - Ты так умеешь?

  Он затряс головой:

   - Нет, но с удовольствием бы научился. Это стиль борьбы наших друзей с островов, им на континенте владеют немногие. А у Карилана оттуда наставник.

   - Ты знал?...

   - Конечно. Поэтому и предложил судье бой без оружия, но и без ограничений. Результаты такого поединка никто никогда не оспаривает, считается, что это воля богов.

  Вот так. Век живи, век учись, дураком помрешь. Администратор я хороший, но сколько же еще мне предстоит узнать, прежде чем я полностью овладею королевской профессией...

  Ничего страшного, учиться я всегда любила и рада, что не только Таргелену есть что у меня перенять, но и мне есть чему у него поучиться. Будем расти над собой вместе.

  Отправленного в нокаут Мерана унесли. Ему предстояло лечиться у магов от сотрясения мозга, а затем принести вассальную клятву Таргу и собственному брату и получить от них хоть какой-нибудь вшивый домен в управление. Забегая вперед, скажу: младший отправил старшего братца управлять крепостью на границе с южными соседями, чтобы от него был поменьше вреда.

  Карилан же сразу после боя принес присягу и получил Каврин в качестве домена, после чего мы до самого вечера с ним совещались. Он желал провести в Каврине такие же реформы, как те, которые мы начали в Ремирене.

  Мы Таргом на два голоса ему все объясняли, а он переспрашивал и записывал. Под конец сказал:

   - Не знаю, сестренка, какую такую сущность поселили маги в твоем теле, скажу только, что это пошло тебе на пользу. Ты стала умницей, и меня это радует. Я тебя и прежнюю любил, а уж эта новая Лиена — просто чудо какое-то.

  После чего мы искренне расцеловались. Оказывается, это так здорово — иметь брата!

  Вечером в замке графа Лерина давали бал. Не такой пышный, как в столице, но гораздо более радостный. Еще бы: не каждый день удается разрешить сразу столько неразрешимых проблем.

  На следующий день мы покинули Лерин и отправились обратно в столицу. Там нас ждали незаконченные дела и новые трудности. Карилан сопровождал нас до дороги на Каврин. Он вез с собой тело отца, чтобы похоронить его в семейной усыпальнице.

  Стазис покойнику обеспечил Дамон. Вообще создавлось впечатление, что теперь он — наш придворный маг, а вовсе не Ангер. Наш друг Ангер прилип к своей ненаглядной Сени и наотрез отказывался что-либо делать. Я к нему присмотрелась и поняла: парень прав. Постоянное пребывание в приподнятом настроении для мага просто опасно. На радостях намагичит что-нибудь, чего за сто лет не разгребешь, ну его.

  Отдельно стоит упомянуть, что жених Сенар, за которого ее хотела выдать матушка, оказался замазан в заговоре по самые уши, так что о свадьбе речь больше не шла. Тарг решил дело просто: отдал домен Ангеру. Раз дамочка хотела выдать дочь за графа такого-то, она и выдаст. А то, что граф теперь — другое лицо, на дело влияния не оказывает.

  Заодно решился и вопрос с Ромером. Мое нытье по этому поводу так королю надоело, что парню отдали аж целое герцогство. То самое, где он свои подвиги совершал. А что? По-моему, справедливо.

  Гредин, которая все это время ходила как в воду опущенная, услышав новость, вдруг расцвела и стала такая хорошенькая! Ну еще бы! Ромочка не успел получить от короля бумагу о владении доменом и присвоении ему титула, как все бросил и побежал объясняться со своей любезной. Естественно, она согласилась. Думаю, родители тоже против не будут.

  Я обещала, что девочка меньше чем через год выйдет замуж по любви? Я слово держу.

  Только вот фрейлин у меня почти не осталось. Замужние дамы на эту роль не годятся. Придется набрать новых и старшую статс-даму на место Ребозы подыскать. Ее мне больше всего жалко: ну где я еще такую отличную тетку найду?

  В столице нас ждала такая прорва дел, что поначалу казалось: мы в этом утонем, не справимся. Но не зря моя бабка всегда говорила: глаза страшат, а руки делают.

  Самым трудным оказалось найти правильных людей и поставить их на правильные места. У меня за месяц мозоль на языке образовался, столько пришлось разговаривать. Про то, что с мозгом творилось, я уж молчу. Набрать министров и аппарат короля, найти людей на все ключевые должности, дать им подыскать себе помощников и всех их проверить... От обилия лиц, биографий и характеров можно было сойти с ума. Это тебе не начальника отдела продаж на работу взять. От правительства зависит жизнь целой страны.

  У меня была смутная мысль ввести парламентаризм, но я пораскинула умишком и не стала торопиться. Пусть народ пока первые нововведения проглотит и переварит. Что их будет немало, сомневаться не приходилось. Идеи, которые я развивала перед королем еще в ту эпоху, когда от него бегала, упали на благодатную почву, и теперь он сам ими бурлил, как котел на огне.

  Не знаю, увижу ли я плоды, но ростки будущего Таргелен своей стране обеспечит.

  Два месяца прошло, пока удалось сформировать дееспособное правительство. Старые министры оставили тяжелое наследие. За это многие их них поплатились головами, но это мало меняло дело. Пришедшие на их место преданные короне люди зачастую концов не могли найти в доверенных им министерствах. Приходилось помогать советом и делом.

  Зато работа по приведению в порядок свода законов пошла лучше некуда. Легисты, судившие герцога, с радостью вошли в рабочую группу и привели с собой помощников. Я, как обещала, пригласила мэтра Рауля. Теперь не было нужды заниматься этим самой. Раз в десять дней мне приносили очередной обработанный кусок для ознакомления, и все. Заодно легисты делали заметки относительно того, какие законы требуются вместо устаревших.

  Фискальное ведомство тоже без дела не сидело, разработало новый налоговый кодекс. Ребята такое накрутили: непонятно, как это рассчитывать и взыскивать. Да и тех, с кого брать налоги не полагается, слишком много. Я посмотрела и для начала перечеркнула все. Велела им брать пример с гильдий: у тех все просто и понятно. Платят все, кроме тех, с кого нечего взять.

  Мэтр Роген носился со своей идеей общедоступной больницы, где будут заодно учить лекарей. Камари всюду следовала за ним, не отходя ни на минуту. Ее здорово напугали родные братья. Узнав о неравном браке, красавцы прибыли и потребовали его немедленного расторжения, попутно обещая посадить девушку на хлеб и воду и заточить в башне навечно, чтобы не позорила род. Орали так, что в королевских покоях слышно было.

  Таргелен меня отослал, а их вызвал к себе в кабинет и хорошенько пропесочил. Не знаю, что он им сказал, но уезжали братья эс Деол тихие и робкие, пыльным мешком из-за угла прибитые. Но сестру их это не успокоило. Она чувствовала себя в безопасности только рядом с мужем, как бы ни убеждали ее в обратном.

  Графа Эстерса привезли в столицу примерно через месяц после того, как туда вернулись мы с королем. Поместили в тюрьму во дворце. Никакого желания его видеть у меня не было. Тяжелое это зрелище: видеть предателя, которому доверял безгранично. Но пришлось.

  То ли приворотное зелье ему повредило, то ли сковородка моя, только болезнь его затянулась и до сих пор совсем не прошла. Вид у графа был жалостный. Статный, подтянутый, молодцеватый мужчина превратился в развалину. Раньше он на мои глаза выглядел как сорокалетний цветущий если не красавец, то симпатяга, а сейчас передо мной был шестидесятилетний неухоженный больной. Судить его и казнить не было ни малейшего желания.

  Мы с Таргом постояли около его камеры, заглядывая в глазок, затем, не сговариваясь, развернулись и ушли. Уже у себя обменялись впечатлениями.

  Пришли к выводу: нам его жалко. Рубить ему голову бессмысленно, но и возвращать на место глупо. Он больше ни на что не годен, по крайней мере пока.

  Выход подсказала Гредин, сама того не подозревая. Она готовилась к свадьбе, и голова у нее был занята Ромером, Ромером, еще раз Ромером и немножко платьями. Но тут к ней приехали родители и потребовали, чтобы она устроила им аудиенцию у королевы. Им, видите ли, надо срочно поблагодарить Ее Величество.

  Я ласково приняла герцога и его жену. Они-то не были замешаны в заговоре, просто образец лояльных подданных. После первых приветствий и расшаркиваний к нам присоединился король. Мы выпили чаю в моей малой гостиной, что считалось высшей милостью, допуском в ближний круг.

  За столом завязалась непринужденная беседа, по ходу которой герцог упомянул крепость Ринт на побережье Таргона. Она имела какое-то стратегическое значение для мореплавание у этих берегов, но долгое время стояла разрушенной. Теперь герцог Таргон восстановил ее на свои деньги и просил прислать туда гарнизон. Матушка Гредин подняла другую тему. Сейчас, когда большинство моих фрейлин выходит или уже вышло замуж, мне понадобятся новые. Он предлагает кандидатуры двух своих племянниц. Походя она вспомнила о Ласанель, посетовав, что дочь государственных преступников тоже не может быть фрейлиной, тем более что имя эс Ферран она потеряла вместе с отцом.

  Вроде вполне невинные замечания. Но, стоило герцогу и его жене уйти, как мы с Таргом повернулись друг к другу и открыли рты. Я свой захлопнула первая, дождалась, когда он сделает то же самое, и спросила:

   - Ты подумал о том же, о чем и я?

   - Ну, если ты решила отправить Эстерса в крепость Ринт комендантом и выдать за него свою бывшую фрейлину, чтобы зря не болталась, то да, у нас мысли сходятся.

  Я обняла его, прижалась, и из глаз сами собой потекли слезы. Я раньше никогда не плакала, а сейчас стала практиковать это дело. Но не от горя и не от боли. От радости и полноты чувств.

  Король поцелуями высушил мои слезы и пошутил:

   - Не знал, что твоя любовь может быть соленой на вкус.

  Излишне говорить, что мы так и поступили. Из крепости Эстерс прислал письмо, где благодарил за милость, клялся в вечной верности и просил за сына. Так как Лиотар ни в чем замешан не был, он получил домен отца и без этой просьбы. Толковый парень, он не стремился к морской или военной карьере, а интересовался хозяйством. Меня это только радовало. Адмиралов у нас достаточно, а вот толковых администраторов нехватка.

  Ласанель тоже прислала благодарность. Еще бы. Ей после казни родителей замужество не светило вообще, да и всего имущества она лишилась. Брак с опальным графом был для девушки просто спасением.

  Через три месяца после гибели Истара состоялась свадьба Гредин, которую отмечали со всей торжественностью. Мои опасения, что Ромеру припомнят недостаточно высокое происхождение, не подтвердились. Новоиспеченных графьев в королевстве было теперь пруд пруди, никто бы не стал сейчас мериться древностью рода, рискуя наскочить на поединок. Даже гордый герцог эс Таргон выразил удовлетворение, что его дочь выходит за равного.

  Следом за Гредин вышла замуж Сенар. Счастливый Ангер отбыл с нею в свой новый домен, но обещал, что наведет там порядок и вернется.

  Эти события стало неким водоразделом. Вот все кипело и бурлило, а вот — все вошло в русло, устаканилось и началась рутинная каждодневная работа по налаживанию государственной машины.

  Мы с Таргом уже не впахивали по восемнадцать часов в сутки без отдыха. У нас появился график, рабочий ритм, расписание, в котором было даже выделено время для отдыха. Король возобновил свои тренировки с мечом, а я стала регулярно выезжать на прогулки.

  Мне нашли новых фрейлин, милых девушек, с которыми меня не связывали совместные воспоминания. Статс-даму тоже подобрали: вдовствующую герцогиню Манкар, приятную и довольно молодую даму. Она не имела отношения к заговорщикам по очень простой причине: ее мужа не было в живых, а сыновья еще не вышли из нежного возраста.

  Я поговорила с ней и убедилась, что она не помешана не этикете, поэтому дала добро на это назначение. У королевы должен быть двор, вот пусть она им и занимается.

  Еще мы стали регулярно переписываться с Кариланом. Хороший парень оказался этот мой братец. Далеко не ангел, но главное — ума ему не занимать. А мозг к мозгу тянется.

  О ком я забыла сказать? Ах, об Ормере. Эта дамочка продолжила свою певческую карьеру. Я даже сделала вид, что не помню, где и как ее застала, и милостиво пришла на ее спектакль. Спецслужбы поработали и выяснили: девицу к королю подослали специально, но использовали втемную, обработали так, что она была уверена: мстит королеве за то, что та увела короля со спектакля, приревновав к ней, Ормере.

  О наших приключениях знаменитый драматург мэтр Зевкис написал пьесу и принес ее мне для одобрения (к королю сунуться не решился). Я прочитала и предложила переделать драму в комедию. Ну не люблю я драм. Народ надо веселить, у него и так жизнь нелегкая. А еще пригласила мэтра Зельса, композитора, который сочинил достопамятную оперу про сиротку, и попросила написать музыку. Пусть это будет не опера, а, по-нашему, мюзикл. Представление с пением и танцами. Мужики сначала не въезжали, но потом моя идея им пришлась по вкусу. Такого в Ремирене еще не видели. Теперь сидеть ждать, когда на премьеру пригласят.


  Сегодня, прежде чем мы с Таргом разошлись по нашим канцеляриям, к нам подошел его новый секретарь и, страшно смущаясь, сообщил: мэтр Роген просит аудиенции у двух Величеств сразу.

  Вообще-то мы регулярно с ним встречаемся. То ему нужны деньги на больницу, то люди в помощь, то он носится с идеей медицинского справочника для сельских лекарей...

  Это к тому, что я-таки осуществила свою угрозу и дала одному толковому мужичку из Гильдии механиков идею печатного станка. Он пришел в восторг и меньше чем через месяц представил работающий прототип. Сейчас на нем печатается еженедельная газета “Глас короля”, тираж аж три тысячи экземпляров. Так вот, Роген, прознав об этом, захотел облагодетельствовать всех сельских лекарей печатным пособием. Я идею поддержала и велела ему составить текст.

  Может, он его принес?

  Отказывать собственному лекарю в аудиенции было бы просто глупо, от него во многом зависит наше с Таргом здоровье. Поэтому король сообщил, что примет Рогена немедленно и велел пригласить его прямо в кабинет.

  Мэтр с порога сообщил, что пришел не в качестве просителя, а в качестве придворного лекаря и личного целителя королевы. Диспансеризацию решил провести, что ли? Но он обратился к королю и покаялся, что во время нашего бегства дал мне пилюлю, препятствующую зачатию в течение года.

  Тарг об этом давно знал, я практически сразу поставила его в известность. Тогда он сердился: женщины не должны себя травить, пить противозачаточные зелья — дело мужчин. Но, поразмыслив, пришел к выводу, что мы с Рогеном поступили правильно. Так было безопаснее, и счастье, что наша предусмотрительность не понадобилась.

  Поэтому сейчас король вежливо сообщил, что обо всем знает и полностью освобождает мэтра от ответственности. Его поступок был правильным. На что Роген радостно сообщил, что он изготовил антидот. Теперь, когда герцог мертв, можно спокойно рожать наследника.

  Мы с Таргом переглянулись. Сейчас еще столько работы... Просто непочатый край. Сейчас все это бросить я не могу, иначе еще не собранная до конца государственная машина расползется. Вот через пару-тройку лет, когда дела наладятся настолько, что будут идти сами собой... Мы еще молодые, время есть. Наследника надо рожать в благоустроенном государстве.

  Это я так подумала. А муж мой сказал:

   - Очень хорошо, мэтр. Ваш антидот — большое достижение. Но нам он без надобности. Скоро действие пилюли и так закончится, зачем подвергать организм королевы еще одному воздействию? А с наследником мы немножко погодим. Года два-три. Нам спешить некуда. Правда, дорогая?

  Когда же мэтр Роген, кланяясь, ушел, король вдруг стукнул себя по лбу:

   - Лиена, пока ты никуда не ушла и пока я помню... У меня для тебя подарок. Делай с ним что хочешь, но я бы положил в королевскую сокровищницу.

  Опять какое-то безумно дорогое украшение? Нет, судя по лукавым глазкам Таргелена, тут что-то другое.

  Он тем временем сунул руку в свой рабочий стол и вытащил коробку. Для драгоценностей великовата будет. На вес... Тяжелая.

  Я ободрала обертку и подняла крышку. На темно-вишневом бархате покоилась она! Моя сковородка! Ну точно она: вот тут у носика дефект отливки, из него всегда было трудно вымыть грязь. Боги! Где Тарг ее взял?

  Я посмотрела на мужа. Он хитро мне улыбался.

   - По твоим сияющим глазам я заключаю, что угодил?

   - Очень! - искренне призналась я, - Но откуда? Как?

   - Недалеко от столицы рыбаки поймали лодку без людей. Среди них был наш агент, который доставил ее в ближайший город и сдал властям. Она долгое время там стояла, ждала, не найдется ли хозяин. А когда твои приключения стали расходиться в народе в виде баек и сказок, до агента вдруг дошло, что именно на этой лодке ты бежала из замка Тер-Миан, и он сообщил в столицу. Все, что там было, вместе с лодкой мы распродадим на благотворительном базаре в пользу общедоступной больницы. А вот эта вещь явно относится к ценностям короны.

   - Да уж, эта штука поважнее, чем грязная простыня, которыми здесь принято набивать сокровищницы, - согласилась я с мужем.

  Рассмеявшись, мы обнялись и так и пошли на очередное заседание совета министров.


Профессия: королева (СИ)



Глава 43, последняя. Королю и королеве наконец улыбнулась удача | Профессия: королева (СИ) |







Loading...