home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 8

Цезарь стоял в темноте у самого разветвления подземного хода, и его взгляд был прикован к женщине, беспокойно мерившей шагами каменистое дно тоннеля.

Прошло меньше десяти минут, и они поняли: за ней идет охота. Но даже за это короткое время Стикс успел собрать своих слуг и отправить их осматривать окрестности в поисках Адара. Дарси же принесла вещи Анны, которые та должна была взять с собой, а Леве занялся наведением чар, чтобы полностью уничтожить все следы пребывания Анны в жилище Стикса — даже ее запах.

Цезарь предпочел бы оказаться подальше от этих мест, когда начнут действовать заклинания Леве — горгулья прославился тем, что каждое его обращение к магии приводило к крупномасштабным бедствиям.

Сразу же за тоннелем начиналась узкая тропинка, тянувшаяся позади особняка. Стикс пообещал, что пришлет вампира, который заберет их, но пока ничего не было слышно, тишину нарушало только отдаленное кваканье лягушек да осторожные шаги Анны.

Граф старался не тревожить Анну, пока та пыталась вернуть себе утраченное душевное равновесие. За то короткое время, которое они провели вместе, он хорошо усвоил одно: ей крайне неприятно, что он видит ее такой уязвимой.

Наконец он вынужден был прислушаться к своим громко взывающим инстинктам. Цезарь вполне осязаемо чувствовал ее смятение и страх. Они окружали Анну плотным кольцом, пробуждая в нем желание сделать… что-то. То есть сделать что-то такое, чтобы пригодились его клыки и способность убивать.

К сожалению, поблизости не было ничего, что можно было уничтожить, и никого, кого можно было убить, если, конечно, не считать этого несносного хвостато-крылатого ведьмака.

Граф издал тихий рык и оказался прямо перед Анной. Она остановилась, и Цезарь положил руки ей на плечи. Почувствовав, что она дрожит, вампир нахмурился.

— Ты вся дрожишь, — сказал он с несвойственной его голосу мягкостью. — Тебе холодно?

Она замерла от его прикосновения, — возможно, опасалась, что если хоть немного даст слабину, то окончательно расклеится.

— Все в порядке, Цезарь.

— Здесь очень сыро. У тебя в сумке есть свитер?

Она отстранила его руки и сделала шаг назад.

— Цезарь, если мне станет холодно, я просто согрею воздух вокруг себя. И еще знаешь что… Я все еще не забыла наше первое свидание. Ясно? — Анна вскинула подбородок и посмотрела прямо ему в глаза.

Графа бросило в жар; он с поразительной яркостью вспомнил, как прижимал эту женщину к стене и входил в нее долгими восхитительными толчками.

— Думаешь, я забыл? — прохрипел он.

— Причем забыл в ту же секунду, как вышел из комнаты, — заявила Анна с упреком. — Я была для тебя всего лишь очередной легкой добычей. Впрочем, нет, подожди… Это, кажется, не совсем так. Ведь я к тому же стала твоим ужином, верно? — Она с дрожью в голосе добавила: — Господи, у меня было ощущение, что меня использовали, как…

Цезарь уже собрался оправдываться, но неожиданно его поразила одна мысль.

Ничего нового не было в том, что женщина затаила на него обиду. Черт возьми, в былые годы ревнивые возлюбленные хлестали его по щекам, кололи кинжалами и даже пытались поджечь. Но чтобы женщина в течение двух веков так остро, так страстно переживала ощущение предательства — это уже чересчур…

Но, возможно…

Возможно, он ей небезразличен.

Он снова к ней приблизился и тихо сказал:

— Я не покидал тебя, Анна. По крайней мере не по своей воле.

— Не считай меня дурочкой. И не говори, что ты сделал это ради моего блага или что собирался написать мне позже…

— Я не хочу утомлять тебя банальными оправданиями, — перебил граф. Он взял ее лицо в ладони и заглянул ей в глаза. Его грехи были, без сомнения, велики, но он никогда не хотел причинить боль этой женщине, во всяком случае намеренно. — Пока ты спала в моих объятиях, меня навестили представители Комиссии.

Она нахмурилась.

— Комиссии?..

— Да, и они являются… — Он помолчал, пытаясь подобрать слова, которые могли бы объяснить, кто такие оракулы. — Можно сказать, что они являются верховным судом мира демонов. Теми, кто определяет меру справедливого возмездия.

Анна снова нахмурилась.

— Чего же они хотели от тебя?

Лицо Цезаря превратилось в непроницаемую маску. Если не проявить осторожность, они оба могли погибнуть. Комиссия не отличалась терпением и не прощала тех, кто нарушал ее правила.

— Я не имею права говорить об оракулах и о том, чего они хотели от меня. Разве что у меня вдруг неожиданно возникнет желание умереть.

Анна возмущенно фыркнула.

— Что ж, довольно ловкая отговорка.

— Это не отговорка. К несчастью, это правда.

Вероятно, почувствовав, что в этом вопросе он непоколебим, Анна перешла к следующей своей обиде.

— Почему ты не разбудил меня, перед тем как уйти?

— Оракулы привели тебя в бессознательное состояние, и я не имел права вмешаться.

— Бессознательное? — переспросила Анна. — Ха! Я так и знала! Господи, я ведь не верила, что могла заснуть в этой комнате. — В ее ореховых глазах вспыхнул гнев. — Черт возьми, какое право они имели?!

— Очень скоро ты обнаружишь, что Комиссия считает, будто имеет право абсолютно на все. Послушай Анна, может, стоит посмотреть на этот факт под другим углом: а ведь если бы члены Комиссии не вмешались, то в ту ночь, когда твой дом сгорел дотла, ты бы спала в своей постели. — Губы Цезаря тронула улыбка. — Так что если немного поразмыслить, то получится, что именно благодаря мне ты осталась в живых.

Глаза Анны округлились.

— Ох, прошу тебя!..

Цезарь снова стал серьезным.

— Анна, я не бросал тебя той ночью. И велика вероятность того, что если бы нам не помешали, то мы бы все еще находились в той постели.

Она приоткрыла губы, собираясь возразить, но Цезарь нашел им более приятное применение. Когда же поцелуй прервался, он с улыбкой пробормотал:

— Dios, мне никогда не надоест твой вкус. Ты такая сладостная…

Руки девушки дрогнули, затем легли на его грудь, и жар ее ладоней тотчас проник через рубашку графа.

— Подожди!.. — выдохнула она. И чарующая хрипотца ее голоса свидетельствовала о том, что его ласки не оставили Анну равнодушной.

Он хотел снова ее поцеловать, но она тут же решительно отстранилась от него.

— Цезарь, подожди!

Вампир зарычал от жесточайшего разочарования. Он ведь чувствовал охватившее Анну желание. Почему же тогда она так упорствует?

Тяжко вздохнув, граф проговорил:

— Я уже сказал тебе, что вынужден был уйти. По собственной воле я никогда бы тебя не оставил.

— Но ты не объяснил, почему ты сейчас вернулся.

Цезарь снова вздохнул. И на смену нестерпимому желанию пришла настороженность. Как бы сильно он ни желал эту женщину, не стоило рисковать и рассказывать ей больше, чем позволили оракулы, которые были намного опаснее, чем Моргана ле Фей в самом ужасном своем проявлении.

— Что ты имеешь в виду? — Он постарался произнести эти слова совершенно спокойным тоном.

Анна прищурилась.

— Ты намеренно заманил меня в Чикаго. Я хочу знать почему.

И именно в этот момент — словно спасение было ниспослано свыше — Цезарь уловил отдаленный рокот двигателя. Отвернувшись от Анны, он пробормотал:

— Наша машина прибыла.

— Откуда ты знаешь, что это наша машина? — спросила Анна, пристально вглядываясь в темноту, окружавшую лесистую местность.

— Эта дорога проходит по поместью Стикса. И чужих машин тут просто быть не может. — Граф усмехнулся, узнав звук мотора. — К тому же только Вайпер мог выбрать «роллс-ройс-фантом» для миссии спасения.

— Кто такой Вайпер?

— Брат.

— Ты хочешь сказать — вампир?

— Да. А ты видишь в этом какую-то проблему?

— Нет. Конечно, если только он понимает, что я не его обед.

Цезарь тотчас представил, как другой вампир обнимает эту женщину и как его клыки впиваются в ее плоть. Но он тут же отогнал это видение. Его самообладание было на исходе, и подобные мысли могли привести его в бешенство.

— Тебе не стоит беспокоиться. Вайпер и пальцем к тебе не притронется.

Что-то в его голосе заставило Анну посмотреть на него пристально.

— Ты так в этом уверен?

— Да, разумеется. Во-первых, у него уже есть супруга, а во-вторых… Я бы убил его, если бы он к тебе прикоснулся.

— Даже несмотря на то, что он — твой брат?

— Да, — ответил граф без малейшего колебания.

Возникла довольно долгая пауза, в течение которой Анна пыталась осмыслить слова Цезаря. Наконец, глубоко вздохнув, она спросила:

— Куда он нас повезет?

Цезарь следил за машиной, которая плавно подъехала к выходу из тоннеля и остановилась. Раздвинув ветви деревьев, он тщательно осмотрелся, чтобы убедиться, что в темноте никто не прячется.

— У Вайпера есть сеть заведений, разбросанных по всему Чикаго. Причем в большинстве из них охраны больше, чем в Пентагоне.

— Думаешь, эта охрана сможет защитить нас от Морганы ле Фей? — спросила Анна, поежившись.

Цезарь взял ее за руку и повел к машине, размышляя, какой ответ выбрать — утешение или правду. Наконец он решил, что правда все-таки лучше. Анне было свойственно стойкое отвращение ко лжи, даже если кто-то лгал ради ее же блага.

— Я не уверен, что сможет. — Он пожал плечами. — Но по крайней мере мы выиграем время, чтобы обдумать возможные варианты.

— Какие варианты?.. — Анна резко остановилась, и Цезарь подумал, что она заметила какую-то опасность.

Но оказалось, что ее взгляд был прикован к вампиру с серебристыми волосами — тот уже выходил из машины.

Граф в раздражении передернул плечами. Проклятие! Следовало подготовить Анну. Не было такой женщины, которая бы не потеряла дар речи при виде этого великолепного демона.

— Но он… он…

— Уже занят! — прорычал Цезарь. И не удержавшись, заключил Анну в объятия и поцеловал. Только почувствовав, что она растаяла от его поцелуя, он наконец поднял голову и взглянул на вампира, с которым они были дружны вот уже несколько веков. — Спасибо, что приехал, Вайпер.

Вайпер поклонился, и его длинные серебристые волосы сверкнули в лунном свете.

— Всегда к твоим услугам, — сказал он. И перевел взгляд на женщину, молча стоявшую рядом с Цезарем. — А это — Анна?

Цезарь кивнул.

— Анна Рэндал.

Вайпер снова посмотрел на спутницу графа.

— Она очень красива, — изрек он.

— Да, красива. — Голос Цезаря прозвучал холодно, и он обнял Анну за плечи. Даже зная, что его друг женат и вполне счастлив в браке, он не мог не показать Вайперу, что Анна принадлежит ему. — И думаю, нам лучше поторопиться, чтобы Адар не успел взять след.

На губах Вайпера появилась едва заметная улыбка.

— Да, разумеется.

Цезарь дождался, когда вампир сядет за руль, потом усадил Анну на заднее сиденье и сел рядом с ней, крепко обняв девушку. Через несколько минут машина выехала за пределы поместья и покатила к южной части города — причем со скоростью, от которой даже у знаменитого автогонщика Джеффа Гордона волосы встали бы дыбом. Когда они оставили позади престижный пригород, Вайпер, бросив взгляд через плечо, проговорил:

— Не хочу совать нос в чужие дела, Цезарь, но если я должен найти место, чтобы укрыть твою приятельницу… В общем, я должен знать, от кого ей надо прятаться.

— От феи Морганы.

Вайпер вновь сосредоточился на дороге. Через некоторое время, резко свернув в переулок, вампир повел «фантом» узкими боковыми улочками с менее оживленным движением.

— Значит, Анна — фея? — с удивлением спросил Вайпер.

Как и любой вампир, он привык к тому, что его органы чувств точно, в мельчайших подробностях определяли характеристики живых существ, которые появлялись на его пути. Большинство вампиров могли даже проникать в души других существ — в том случае, конечно, если существо обладало душой.

— Мы все еще пытаемся определить ее происхождение, хотя и подозреваем, что между ней и Морганой есть родственная связь, — тщательно подбирая слова, ответил граф, одновременно ставя блокировку на свое сознание, чтобы вампир не заподозрил его особый интерес к Анне — помимо того явного желания, которое невозможно было скрыть.

Через мгновение Вайпер вновь с любопытством взглянул через плечо.

— Ты подозреваешь, что в ней — кровь древних?

— Она обладает способностью повелевать стихиями.

— В самом деле? — Теперь в голосе вампира послышалось уважение. — Очень редкий дар, такой, который заставляет предположить, что она больше воин, чем фея.

— Эй! — Анна наконец-то обрела дар речи и ткнула Цезаря локтем в бок. — Вообще-то я здесь.

Вайпер негромко рассмеялся.

— Прости нас, Анна Рэндал. Мы с Цезарем дружим уже несколько веков и часто с удовольствием говорим о тех загадочных явлениях, которые предлагает нам жизнь.

Цезарь фыркнул.

— Скорее спорим.

Вайпер ловко уклонился от встречной машины.

— Наши диспуты порой бывают довольно горячими, — заметил он.

Цезарь бросил взгляд на Анну и с улыбкой сказал:

— Однажды он швырнул мне в голову бесценное яйцо Фаберже.

— Я знал, что оно не повредит твой прочный череп, — со смехом парировал Вайпер.

— Вы интересуетесь философией? — неожиданно спросила Анна.

Цезарь легонько дернул ее за прядку, выбившуюся из «конского хвоста».

— Хоть ты и считаешь меня легкомысленным существом и распутником, у меня есть некоторые интересы и за пределами спальни.

Вайпер снова рассмеялся.

— О да! Некогда у Цезаря были интересы, которые распространялись на все комнаты в доме.

— В самом деле? — Анна бросила на графа негодующий взгляд.

— Конечно, теперь он совершенно…

— Заткнись, Вайпер! — прорычал Цезарь.

— А она разве не знает? — удивился вампир.

— Что именно? — спросила Анна.

Пульсирующая энергия Цезаря заполнила машину — даже уличные фонари замигали.

— Неужели в слове «заткнись» есть что-то неясное? — проворчал граф.

Анна посмотрела на него с подозрением. А Цезарь подумал о том, что с удовольствием бы дал хорошего пинка другу.

— Я так и знала, что ты от меня что-то скрываешь, — прошипела Анна.

Граф еще крепче обнял ее и тихо ответил:

— Я клянусь, Анна, это не имеет к тебе никакого отношения.

Тут Вайпер резко свернул на стоянку, и они поехали по пандусу подземной парковки. Хотя Цезарь не ощущал колдовских заклятий, которые отпугивали бы смертных, он понял, что они почти на месте. Кроме того, он почувствовал вокруг запах крови и волшебства. И это могло означать лишь одно…

— Черт побери, что ты делаешь, Вайпер?! — воскликнул граф. — Ведь это место просто нашпиговано феями!

Ударив по тормозам и остановившись прямо перед шахтами лифтов, вампир выключил двигатель.

— Да, все верно, — кивнул он.

— Но ведь самое главное — держать Анну подальше от Морганы и ее подданных.

Вайпер сверкнул улыбкой, от которой у любого смельчака пробежал бы холодок по спине.

— Доверься мне, Цезарь.

— Отлично, — пробормотал граф, выходя из машины и подавая Анне руку.

Она оглядела стоянку и спросила:

— Что это за место?

— Гнездо Вайпера[5], — с самодовольной ухмылкой ответил Вайпер.

— То есть бар для вампиров, — пояснил Цезарь.

— Еще раз спрашиваю: что это за место? — проворчала Анна.

Вайпер пожал плечами.

— Феи, как и смертные, могут пристраститься к укусам вампиров. И мое скромное заведение предоставляет им необходимые услуги.

— Пристраститься?.. — Анна побледнела.

Цезарь мысленно выругался. Ну почему Вайпер не из числа молчаливых задумчивых вампиров? Почему он не из тех, кто предпочитает держать рот на замке?

Граф легонько сжал руку Анны.

— Ты слишком упр… слишком волевая. Так что не сможешь увлечься этим.

Вайпер громко расхохотался.

— А ты способный ученик, Цезарь.

Анна поморщилась, вдохнув насыщенный выхлопными газами воздух подземной парковки, и проводила взглядом высокого вампира с серебристыми волосами.

Тот же вытащил из кармана карточку-ключ и вставил ее в считывающее устройство шахты лифта.

Демон или нет, но он был поразительным созданием. Словно ангел с картины Рафаэля. Правда, у ангелов не бывает таких темных, таких порочных глаз, улыбки, наводящей женщин на мысли о черных атласных простынях и мерцающих свечах.

Но, как ни странно, он не потревожил ее чувств. В отличие от другого темноглазого вампира, легчайшее прикосновение которого заставляло ее сердце трепетать и замирать, а иногда даже останавливаться.

Анна перевела взгляд на Цезаря — и все ее мысли перепутались от смятения.

С одной стороны, он ужасно раздражал ее, потому что продолжал скрывать от нее некоторые детали (самой важной из которых был, пожалуй, тот факт, что она, оказывается, могла пристраститься к его укусам), а с другой стороны, Анна вынуждена была признать, что в данный момент полностью зависела от него.

Кроме того, ей не давало покоя поразительное открытие, которое ей еще предстояло переварить, — «он-не-оставил-ее-как-ненужную-вещь».

С запозданием осознав, что оба вампира пристально смотрят на нее, в то время как она, словно безмозглая идиотка, уставилась на Цезаря, Анна быстро перевела взгляд на открывающиеся двери лифта. И Цезарь тут же провел ее в отделанную темными панелями кабину.

С тихим шорохом двери закрылись, и лифт начал быстро подниматься наверх. Анна поежилась. Лифт по своим размерам превосходил иную квартиру, но от того, что она оказалась в замкнутом пространстве с двумя вампирами, по спине пробежали мурашки, а волосы на затылке начали шевелиться.

И еще страшнее было от того, что на зеркальной поверхности дверей она видела только собственное отражение. Словно в лифте кроме нее никого не было.

Господи, она приехала в Чикаго, чтобы найти ответы, а вместо этого…

Анна с трудом сдержала позыв истерического смеха.

Все события последних дней были такими странными, что ей казалось, будто она, как Алиса, падает в кроличью нору.

Двери лифта открылись, а за ними Анна увидела длинный холл со стеклянными стенами. За стеклом же находились элегантно обставленные комнаты, все совершенно разные. Одна напоминала комнату в Версале — вся в позолоте и с изысканной обстановкой, другая была словно уголок джунглей — с высокими растениями и полосатыми кушетками, а следующая — эффектно-броским номером отеля в Лас-Вегасе.

Все это выглядело очень красиво, но еще больше поражало то, что происходило в этих комнатах.

Там находились вампиры. Мужчины и женщины. И все они излучали невероятную сексуальную энергию и обладали необычайной красотой, прямо-таки неземной.

— Что там происходит? — спросила Анна, шагавшая по коридору следом за Вайпером. Она то и дело поглядывала на прозрачные стены.

Ее вдруг бросило в жар, когда она поняла, что некоторые комнаты занимали парочки. Их обнаженные тела сплетались в пылких объятиях, и за стенами то и дело раздавались страстные стоны.

Вампиры, оказывается, не только пили кровь.

Анна в смущении кашлянула и решила смотреть только на обтянутую бархатом спину Вайпера.

— Феи приходят сюда, чтобы их укусили? — спросила она, надеясь отвлечься от этих извивающихся тел. Господи, ее тревожило и возбуждало уже то, что она находилась рядом с Цезарем, и ей совершенно не хотелось видеть то, в чем она себе так долго отказывала.

Вайпер тихо рассмеялся своим низким хрипловатым смехом — словно точно знал, какие мысли проносились в ее воспаленном мозгу.

— Здесь предлагаются самые разнообразные развлечения.

А Цезарь не смеялся. Он обнял ее за плечи и прижал к себе. Сердце ее тотчас затрепетало, но в то же время она, как ни странно, успокоилась.

— Ты не рассказал мне, как намереваешься спрятать Анну среди ее врагов, — обратился Цезарь к другу.

Вайпер указал в сторону комнат со стеклянными стенами.

— Стекло — только передние стены, видите? А все остальные обшиты свинцом.

— Свинцом? — в замешательстве переспросила Анна.

— Да, он ослабляет магическую силу фей.

Как странно… Анна прислушалась к своим пока еще дремавшим силам. Казалось, они кружились в ней, словно пузырьки шампанского, ожидающие, когда же наконец выскочит пробка. Похоже, на ее способности свинец никоим образом не влиял.

Прочитав ее мысли, Цезарь пояснил:

— Свинец на тебя не подействует. — Граф перевел взгляд на Вайпера. — И Моргану он не остановит.

Они подошли к двойным дверям, перекрывающим вестибюль. Вайпер снова достал ключ-карточку и открыл замок.

— Не остановит, если она окажется здесь. Но я подумал, что главная задача — спрятать Анну. — Вампир отступил в сторону, пропуская их в просторные апартаменты. — А какое место подойдет для этого лучше всего? Конечно, то, где множество фей.

Цезарь нахмурился, потом пожал плечами:

— Что ж, пожалуй, ты прав. Вряд ли ей придет в голову искать Анну именно здесь.

Анна едва не раскрыла рот от изумления, увидев открывшееся ее глазам великолепие. Дом Стикса был, конечно, шикарен, но этим залом мог бы гордиться и сам Трамп. Пол из белого мрамора. Многочисленные стенные ниши с греческими статуями. И потолок, украшенный позолоченной лепниной. Мебель же была обтянута темно-красным атласом — в тон занавесям в дальнем конце комнаты.

Очевидно, кровь и секс приносили неплохой доход. Повернувшись к Цезарю, она спросила:

— А как насчет… этого Адара? Он не найдет меня здесь?

Граф тотчас нахмурился.

— Мы должны надеяться на то, что Стиксу удалось избавиться от демона, прежде чем тот учуял твой запах.

Анна тихонько вздохнула. Нет, она нисколько не сомневалась в возможностях Стикса. Даже не будучи вампиршей, она ощущала внушающую ужас силу, которой он обладал. И все же ей было бы намного спокойнее, если бы она знала наверняка, что демона-охотника удалось нейтрализовать.

Ощутив ее беспокойство, Цезарь провел пальцем по щеке девушки, буквально гипнотизируя ее пристальным взглядом. И Анна почти тотчас же успокоилась.

«Ничто и никто не причинит мне вреда, пока он рядом», — прошептал тоненький голосок у нее в голове.


Глава 7 | Страсть и тьма | Глава 9







Loading...