home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


ГЛАВА 54

В большем из двух сундуков обнаружились стопки журналов в потертых кожаных переплетах.

– Недостающие бухгалтерские книги? – заглянула Геро через плечо мужу, листавшему верхнюю из них.

Он кивнул.

– Красноречивый факт, правда? Бесценные полотна итальянских художников пятнадцатого века и великолепные греческие статуи пылятся по всему дому, зато гроссбухи припрятаны подальше.

Девлин перешел к меньшему сундуку. В нем содержался странный набор предметов, каждый из которых был тщательно замотан в лоскут белого или черного шелка и перевязан бечевкой. Виконт развернул табакерку, флакон с нюхательной солью и золотую цепочку с медальоном, из тех, какие мужчины преподносят своим избранницам в качестве свадебного подарка. Только в этом случае эмалевый узор на крышечке изображал золотую корону и три белых пера принца Уэльского.

Что приносит тьма

Себастьян поднял находку.

– Взгляни.

– Принни? – потянувшись к медальону, Геро открыла его. Внутри лежал золотисто- рыжий локон.

– Кажется, теперь мы знаем, что было нужно Эйслеру от принцессы Каролины.

– Медальон с прядью волос принца-регента? Но… зачем? Эта вещица не имеет большой ценности.

– Для того, кто увлекается магическими «действиями» с целью увеличить свое богатство и снискать королевское благоволение, еще как имеет.

Виконтесса заглянула в сундук:

– Так вот что здесь такое? Личные вещи могущественных людей, на которых Эйслер надеялся повлиять, наложив заклятия?

– Повлиять или погубить.

Геро присела на корточки возле корзины.

– А там что? – спросил Себастьян, наблюдая, как она берет одну из небольших склянок.

– Похоже на флаконы, наполненные… – жена открыла пробку и принюхалась, – землей. Очень любопытно, – повернула она пузырек к свету. – На каждом ярлык с именем. Вот на этом написано «Альфред Донсей».

– Я знавал Донсея. В прошлом году он вышиб себе мозги. Говорят, был в долгах как в шелках.

Виконтесса подняла еще один флакон.

– А здесь указано «Стенли Бенсон». Не тот ли сын баронета, который минувшей зимой перерезал себе горло?

Себастьян кивнул.

– Ходили слухи, будто Бенсон попал в лапы какого-то ростовщика.

– Бог мой, – уставилась Геро на горку склянок. – Полагаешь, все эти люди покончили с собой из-за Эйслера?

– Боюсь, да.

Геро потянулась за следующим пузырьком:

– А на этом написано…

– Что? – переспросил Девин, когда она вдруг умолкла.

Взгляды супругов встретились.

– На этом написано «Ребекка Риджуэй».

Себастьян всмотрелся в напряженное, внезапно побледневшее лицо жены:

– Это важно. Почему?

– Ребекка Риджуэй – сестра Абигайль Макбин. Она умерла минувшей весной.


Что приносит тьма

Мисс Макбин со склоненной головой сидела на потертом диванчике в своей уютной гостиной, держа наполненный землей флакон. На подушке рядом с ней лежал один из гроссбухов Даниэля Эйслера, открытый на странице, где третья запись снизу гласила: «Маркус Риджуэй, две тысячи фунтов». Рядом было нацарапано: «Выплачено полностью 2 апреля 1812 года».

Геро устроилась в кресле у огня, Себастьян стоял в дальнем конце комнаты.

Через какое-то время Абигайль, вымученно прокашлявшись, заговорила:

– Ребекка – моя младшая сестра. Она была совершенно на меня не похожа. Хорошенькая. Восхитительно жизнерадостная. Всегда больше интересовалась балами, чем книгами. Вышла замуж за Маркуса, едва ей исполнилось девятнадцать. К несчастью, мой красивый и обаятельный зять оказался человеком с прискорбными недостатками: слабовольным, безответственным и до крайности эгоистичным. Он то и дело влезал в долги, но умудрялся как-то выпутываться.

– Что произошло весной? – мягко спросила Геро.

– Как раз перед Пасхой Ребекка явилась ко мне в слезах. Сообщила, что Маркус увяз в когтях одного ростовщика из Сент-Ботольф-Олдгейт и находится на грани разорения. Я выручала зятя и прежде, но он никогда не возвращал занятых денег, а я… я живу на весьма скромный доход.

– Ты сказала сестре, что не сможешь помочь?

– Да, – кивнула Абигайль, не поднимая глаз. – А через неделю они оба умерли.

– Как?

Шотландка дрожащими пальцами провела по имени своей сестры на ярлычке флакона.

– Маркуса нашли в Темзе ниже причала Уоппинг.

– Полагаешь, он покончил с собой?

– Маркус? – Абигайль покачала головой. – Из моего опыта для самоубийства обычно требуется определенная степень либо вины, либо отчаяния. А мой зять обладал талантом убеждать самого себя, будто он ни в чем не виноват. И какой бы безвыходной ни казалась ситуация, всегда был уверен, что выкрутится.

– Очевидно, он и выкрутился, – кивнула на открытый журнал Геро. – Каким-то образом.

Брови Абигайль сдвинулись в хмурую складку.

– А ваша сестра? – негромко спросил Себастьян.

– Тело Ребекки вытащили из реки на следующий день.

В комнате залегла гнетущая тишина, нарушаемая только отдаленным детским пением: «Апельсинчики как мед, в колокол Сент-Клементс бьет…»[34].

– Как думаешь, что случилось с твоими родными? – спросила Геро.

– По правде? – вскинула голову Абигайль. Ее лицо пошло пятнами и опухло от невыплаканных слез. – Думаю, Ребекка убила мужа. А затем и себя. Хотя я могу и ошибаться. Коронерский суд вынес вердикт о смерти в результате несчастного случая.

– Почему Эйслер хранил флакон с землей с написанным на нем именем твоей сестры?

– Вряд ли он знал, что мы с ней родственницы, – тихо пробормотала подруга.

– А Олд-Бейли, ох, сердит. Возвращай должок! – гудит, – распевал детский голос в саду.

– Как долго Эйслер обращался к вам за консультациями по поводу гримуаров, прежде чем погиб? – спросил Девлин.

– Несколько лет.

– Так наверное, когда ваша сестра рассказала про некоего ростовщика из Сент-Ботольф-Олдгейт, вы заподозрили, о ком идет речь?

– Да.

Почувствовав на себе жесткий взгляд серых глаз Геро, Себастьян сказал только:

– У Эйслера была целая коллекция таких флаконов. Я узнал имена нескольких джентльменов, недавно покончивших с собой.

Шотландка сжала пузырек в ладони.

– Некоторые верят, что сведшие счеты с жизнью станут преследовать любого, кого считают виновным в доведении их до смертного греха. В различных гримуарах описываются многочисленные обряды для удержания душ самоубийц в подчинении. Большинство ритуалов действеннее всего проводить с землей с их могил.

– Вот возьму я острый меч – и твоя головка с плеч!

Взрыв детского смеха привлек внимание Себастьяна к выходившему в сад окну, где светловолосая девочка и ее братик покатывались от хохота. Виконт припомнил слова Джона Франсийона про страх Эйслера перед мертвецами. Теперь он понимал, что имел в виду ювелир.

– Там был флакон с именем Маркуса? – спросила Абигайль.

Девлин покачал головой. Они переписали все имена со склянок и унесли с собой учетные книги ростовщика, но все остальное оставили в том же виде, как и нашли, тщательно закрыв за собой панель.

– Нет.

Мисс Макбин со странным звуком выдохнула:

– Эйслер, видимо, понимал, что мой зять не их тех, кто кончает с собой. – Взгляд шотландки вернулся к имени Риджуэя в лежавшем рядом гроссбухе, и ее брови обеспокоенно сдвинулись. – Хотелось бы мне знать, как он ухитрился выплатить такую сумму.

Себастьян и Геро обменялись молчаливыми взглядами.

Если Абигайль Макбин до сих пор не ведала горькую правду, незачем было ее просвещать.


Что приносит тьма

– Признайся, – обратилась виконтесса к мужу позже, когда они отъехали от скромного домика на Камден-плейс, – ты считаешь, это Абигайль застрелила Эйслера.

– А ты нет? – взглянул на нее Себастьян.

Он ожидал, что жена бросится защищать подругу и настаивать, будто та неспособна на убийство. Вместо этого Геро спросила:

– Как по-твоему, Абигайль знала, что Маркус Риджуэй принуждал жену отдаваться Эйслеру, чтобы погасить свой долг?

– Подозреваю, знала – если это она убила ростовщика. В противном случае… надеюсь, что нет. Ни к чему ей на душе еще и эта тяжесть.

– У меня из головы не выходят все те стеклянные флаконы, – призналась Геро. – Столько людей было доведено до смерти этим омерзительным типом.

– И своими собственными слабостями.

Когда жена промолчала, Себастьян добавил:

– Подумай вот о чем: твоей подруге последние пять месяцев было известно, что Эйслер причастен к смерти ее сестры и зятя. Тем не менее она продолжала помогать ему с толкованием старинных гримуаров и магических обрядов. Почему?

– Понятия не имею, – покачала головой Геро. – В этом нет смысла.

– Есть, если учесть, что Эйслер панически боялся душ мертвецов.

– Считаешь, Абигайль умышленно подогревала в нем страх? Чтобы мучить ростовщика?

– Да.

– Тогда зачем было убивать его? Почему просто не продолжать изводить негодяя, если уж она избрала этот способ мести?

Девлин уставился в окно кареты на разлогие мглистые холмы Грин-парка, пустынные в такой холод и сырость.

– Может, она узнала об очередной жертве, о ком-то, хорошо ей знакомом и небезразличном. И потому решила, что Эйслера нужно остановить – навсегда.

– Какой жертве?

Но Себастьян только покачал головой, не сводя взгляда с окутанной туманом дубовой рощи.


Что приносит тьма

В то время как муж расположился в библиотеке с бухгалтерскими книгами Эйслера, Геро переоделась в более теплое платье из мягкой розовой шерсти и отправилась на поиски подметальщика по имени Драммер.

Паренек убирал на своем углу кучу свежего навоза и не хотел отрываться от работы. Однако обещание серебряной монеты заманило его на ступеньки церкви Святого Джайлза, где он и уселся, засунув голые руки под мышки и раскачиваясь взад-вперед, чтобы согреться. Геро заметила, что Драммер уже приобрел пару прочных кожаных ботинок, лишь слегка поношенных предыдущим владельцем.

– Хотите еще чего-то разузнать про подметальщиков? – поднял глаза мальчишка.

– Не сегодня. Я тут припомнила, как ты рассказывал, что вы с друзьями по вечерам частенько ходите на Хеймаркет.

– Д-да, – медленно подтвердил он, в явном замешательстве от нового направления расспросов.

– Вы когда-нибудь приводили девушек джентльмену, который затем отвозил их старику, жившему в ветхом доме возле Минориз, в Сент-Ботольф-Олдгейт?

Драммер замер. Худенькое тело напряглось, словно он готовился броситься наутек.

– Не бойся, – мягко успокоила его Геро. – Тебе не грозят никакие неприятности. Я пытаюсь отыскать девушку, которая была в том доме вечером в прошлое воскресенье. Знаешь, кто она?

Мальчишка быстро осмотрелся по сторонам, словно чтобы удостовериться, не подслушал ли кто прозвучавший вопрос.

А затем с круглыми от страха глазами серьезно кивнул.



ГЛАВА 53 | Что приносит тьма | ГЛАВА 55







Loading...