home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Почему не все чистое называется опрятным

В исторической жизни языка иногда бывает так: значения отдельных слов со временем сближаются, совпадают, становятся тождественными. Слова, различающиеся по звучанию, но тождественные или близкие по значению, образуют синонимические ряды (от греч. synonymos «одноименный»), например: глаза, очи; отважный, смелый, храбрый; вернуть, возвратить, воротить; и т. д. В современном русском языке в синонимических отношениях находятся и прилагательные опрятный и чистый. Опрятный объясняется так: «чистый, аккуратный; тщательно прибранный» (Слов. Акад., VIII, 1959). Семантическая общность этих образований все же не беспредельна. Если чистую комнату называют и опрятной, то чистую воду — нет. Воротничок — и чистый и опрятный, а глаза — только чистые. На первый взгляд подобные факты — «капризы» языка. Однако история слова опрятный раскрывает их правомерность. Воссоздать ее помогают нам памятники письменности и материалы народных говоров.

Оказывается, прежде в русском языке был употребителен глагол опрятывать, семантически более или менее близкий к убирать и хоронить. пожать и съ поль опрятать и обмолотить»[21]. [22]. И в русских народных говорах с опрятывать связывалось значение «у(при)бирать, класть и ставить все и на свое место» (Даль, Слов.) Опрятывали — убирали, хоронили хлеб, опрятывали и умерших. Напомним несколько строк из Никоновской летописи. Получив известие о смерти матери, князь Константин Всеволодович, «возрыдавъ и возплакавъ, рече: „увы м[23].

С погребением было связано обмывание и одевание покойника, а поэтому опрятывать стало означать не только «погребать», но и «обмывать» и «одевать». Еще в минувшем столетии в народной речи опрятывать (сов. вид опрятать) употреблялось в смысле «хоронить покойника, обмыть, одеть его и погребсти» (Даль, Слов.). А обмытый, одетый, естественно, получал название опрятного. Разумеется, кроме похорон, могли быть и другие случаи, когда опрятывание чего-либо сопровождалось приведением его в чистое, прибранное состояние. Краткая форма опрятно в необычном как будто значении — «скромно» внесена в Лексикон славеноросский, составленный П. Берындой в XVII в. Но, в сущности, такое значение являлось вполне оправданным: опрятывание чего-либо, скажем, непрочного, хрупкого, и особенно опрятывание тайное, например каких-либо ценностей, производилось осторожно, осмотрительно. А от понятий «осторожно», «осмотрительно» до «скромно» — один шаг. Отголоском этого последнего значения явилось толкование слова опрятно в Лекс. 1704 г.: «уборно, чинно или стройно». В XVII в. бытовало и опрятство в смысле «осторожность», «скромность». Протопоп Аввакум рассказывал: «И виде меня печал(ь)на, протопопица моя приступи ко мне со опрятъством, и рече ми: „что, господине, опечалился еси“»[24]. Впоследствии, утратив эти значения, опрятство некоторое время прозябало в литературном языке, но исключительно в виде синонима к образованию опрятность (Слов. 1847). Видимо, о таком опрятстве и поется в песне, относимой к 1780 г.:

Выростала тут красоточка девочка,

Прославлялась красотою и опрятством,

Еще ростом и дородством и пригожством…[25]

В дополнение к сказанному заметим: опрятанное было опряткой.

Отметим и несколько особое употребление глагола опрятывать — опрятатъ: «Опрятатъ битое животное, обеловать, освежевать; снять шкуру, выпотрошить, обмыть» (Даль, Слов.). О том, что оно не новое, узнаем из повести о Ерше — сатирического произведения XVII в.

Почели ерша опрятовать, вся маладешь хотят ужинать.

Пришол Силиван, почел в кател вады наливать,

пришол Мещеря, паставил кател в пешеру,

пришол Абросим да ерша в кател бросил:

пусть ди попреить да к ужину поспеет.[26]

Ерша опрятывали — «разделывали» для варки.

Как видим, появление слова опрятный не было одиноким. Ему сопутствовало, по данным памятников, появление других образований, входивших в состав того же самого словопроизводного гнезда. К нашему времени в литературном языке остались только опрятный, — ая, -ое, опрятно и опрятность. Очевидно, эти слова обладают такими смысловыми оттенками, которые не свойственны их синонимам чистый, — ая, -ое, чисто и чистота. В противном случае они оказались бы излишними и вышли из употребления. В чем же их семантическое своеобразие в сравнении с перечисленными ближайшими синонимами? Вернемся к глаголу опрятывать. Выражаемое им действие по отношению к тому, что опрятывали, являлось только внешним, так сказать, поверхностным. Это сказалось и в прилагательном опрятный, и в производном от него образовании опрятность. Опрятный — не вообще чистый, и внутренне и внешне, а только по наружности, по внешности, на лицо. Опрятность означала состояние лишь поверхностное. Можно думать, что еще в XVIII столетии синонимические связи имен прилагательных чистый и опрятный были слабыми. Полагаем, их синонимическое сближение только намечалось. В «Путешествии из Петербурга в Москву» Радищев, например, писал: «Будьте опрятны в одежде вашей; тело содержите в чистоте, ибо чистота служит ко здравию, а неопрятность и смрадность тела нередко отверзает неприметную стезю к гнусным порокам». Представление об опрятности в этом случае связано только с одеждой, с наружным видом человека, точнее, с его «прибранностью», а представление о чистоте — с таким его состоянием, которое внешним образом могло быть и не выражено. В инструкции 1766 г. полковнику конного полка предписывалось: «…разодранной обуви и мундира конечно же не терпеть, и приучать рядовых, чтобы они сами опрятность за необходимую должность почитали»[27]. Любопытный пример из казенного наставления того же времени: «Кормилиц выбирать, сколько возможно, здоровых, добронравных, без притворства веселых, имеющих десны алые, зубы белые, чистоплотных, опрятных и проворных, а рыжеволосые исключаются»[28]. Как видим, отдельно говорится об опрятных и чистоплотных. Итак, в не столь отдаленное время обозначение, с одной стороны, внутренней, а с другой, поверхностной чистоты на почве русского языка заметно отличалось. Нечто подобное встречаем и в украинском языке.

В украинском языке прилагательное чистий обладает значениями «чистый» и «прозрачный», «подлинный» и «истинный», а в соответствии с русским прилагательным опрятный употребляются охайний, чепурний, и кукібний, способные, впрочем, выражать и значения «чистый», «чистоплотный». Выражая значение «опрятный», прилагательные охайний, чепурнйй и кукібний характеризуют и некоторые другие, исключительно внешние особенности человека, которые сводятся, собственно говоря, к его внешней прибранности: охайний — «порядливый (подтянутый), подобранный»; чепурний — «аккуратный, красивый, нарядный, щеголеватый, щегольской». Кухібний означает «бережливый» и «рачительный», а затем — «старательный» и «приятный на вид». Основанием и этих характеристик во многих случаях мог явиться наружный, внешний вид человека, например, в опрятной, аккуратно носимой одежде.

В белорусском значение «опрятный» выражают ахайны и чысты.

Особенности происхождения слов опрятный и опрятность надолго определили их судьбу, их семантические способности. Исходная связанность этих образований с обозначением именно прибранности, внешней чистоты ограничивает возможности их употребления в переносном значении. Приведем редкостный случай употребления в подобном значении наречия опрятно: «Исполнили музыку мою довольно опрятно, но пьеса не удалась и выдержала только три представления» (М. Глинка, Записки). В сравнении с опрятный и опрятность образования чистый и чистота обладают более широкими возможностями. Они привлекаются для обозначения, помимо наружной, внешней, и глубокой, внутренней чистоты, иными словами, чистоты по сути, по содержанию. Поэтому чистым можно назвать не только лицо или стекло, а и то, что внешним обликом вообще не обладает: совесть, помыслы, душу. Так, П. П. Вершигора назвал свое произведение о героях Великой Отечественной войны «Люди с чистой совестью».

Итак, употребление слов опрятный или чистый, опрятность или чистота подчинено известному правилу, или известной норме, которая никем не устанавливалась, а сложилась исторически. Становится ясным, почему далеко не все чистое именуется опрятным. Получивший свое начало три столетия назад процесс семантического сближения слов чистый и опрятный и производных образований и поныне не завершен, да и вряд ли будет завершен, так как язык всегда нуждается в сохранении и развитии смысловых и стилистических оттенков. В современной материальной и духовной культуре в связи с ее усложнением необходимость в детальном обозначении качественных различий, в том числе и характера чистоты, становится все более существенной.


Именно об именно | Сказки о русском слове | Приспешник приспешнику рознь







Loading...