home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава I

Биография-роман. — Два Тренка. — Старший Тренк как одна из свирепейших фигур прошедшего века. — Фридрих Тренк, его происхождение, воспитание, первые годы службы. — Его роман с принцессою Амалиею.

Вслед за авантюристом — прожигателем жизни перед нами прошли два авантюриста-шарлатана. Теперь мы займемся историею четвертого авантюриста, удивительного по разнообразию приключений, — барона Фридриха Тренка.

Не думаем, что в истории Европы прошедшего и нынешнего столетия нашелся кто-нибудь другой, чья жизнь была бы исполнена таких превратностей и треволнений, таких трагических несчастий, как этого знаменитого барона Тренка. Его жизнь — настоящий бульварный роман во французском вкусе, но только роман отнюдь не вымышленный, потому что до сих пор никто еще не заподозрил Тренка в искажении действительности; его записки считаются точным рассказом о его бурной жизни. Эти записки изданы по-немецки и по-французски; в последнем издании они образуют три довольно объемистых тома.

Прежде всего заметим, что это имя, Тренк, сделано знаменитыми двумя совершенно различными личностями, двумя двоюродными братьями, Францем и Фридрихом. Мы имеем здесь в виду собственно приключения второго из них, но и первый до такой степени замечателен, что и о нем считаем нелишним привести краткие биографические подробности, тем более, что судьбы обоих братьев часто приходили в весьма бурное соприкосновение.

Старший барон Тренк, Франц, прославил себя как одна из самых жестоких и свирепых личностей прошедшего века. Он был немец, но родился в Италии, в Калабрии, в 1711 году. Его отец был одним из богатейших помещиков в Славонии. Он привез своего сына из Италии в Вену и поместил его в тамошнюю гимназию. Лютый нрав Франца быстро обозначился даже в этом юном школьном возрасте: он был драчун, забияка, грубиян, мучил и тиранил всех, кто только ему был под силу; и товарищи и начальство одинаково ненавидели его от всей души. На семнадцатом году он вышел из гимназии и поступил в офицеры. Из него вышел детина громадного роста, необычайной силы; он свободно объяснялся на нескольких языках, был хорошим музыкантом. Едва поступив на службу, он тотчас рассорился с несколькими товарищами и затеял несколько дуэлей. Ему нужны были деньги на кутежи, и он требовал их без церемонии, чуть не от первого встречного; какой-то фермер отказал ему, не дал денег, и Франц немедленно разрубил ему голову саблей. После целого ряда подобных подвигов, свидетельствовавших о безгранично жестоком и необузданном нраве, Францу стало невозможно служить в Австрии, и он перебрался в Россию; он явился в наше отечество в 1738 году; его приняли на службу капитаном. Он участвовал в войне с турками и при своей гигантской силе и свирепости, конечно, не замедлил отличиться. На него обратил внимание знаменитый Миних, взявший молодого капитана под свое покровительство; но это могучее покровительство не спасло его от тюрьмы. Он повздорил со своим непосредственным начальником и, не будучи в силах сдержать своей свирепости, прибил своего командира, и хотя, благодаря Миниху, был избавлен от смерти, но все же попал в крепость. Отбыв наказание, он был признан неудобным в нашей армии и уехал снова к себе на родину. В то время в Австрии пограничное с Турциею население сильно терпело от разбойников. Жители пограничной деревни Пандур славились как великие мастера в преследовании и поимке этих грабителей. А имение Тренков как раз находилось в тех местах. Франц, вернувшись на родину, вздумал составить из пандурцев особые отряды для борьбы с разбойничеством. С этими отрядами он так энергически взялся за преследование разбойников, так неслыханно жестоко расправлялся с ними, что скоро от их подвигов осталось одно воспоминание. Эта кампания, без сомнения, может быть поставлена в большую заслугу Тренку, хотя население, избавленное от разбойников, все же не без трепета смотрело на своего избавителя, видя, с какою яростью он расправлялся с грабителями. В 1740 г. он набрал целый полк пандурцев и предложил его, под собственным предводительством, к услугам Марии-Терезии. В этот полк он мимоходом завербовал и до трех сотен бывших разбойников, с которыми воевал. Держать такую силу в строгой дисциплине обычными средствами не представлялось возможности; но люди Тренка очень хорошо знали своего главаря, изведали его безграничную жестокость и свирепость и вели себя хорошо. Его полк принял участие в войне начала 40-х годов прошлого столетия с Баварией и Франциею. Тренк постепенно осаждал и брал приступом один за другим вражеские города. В одном из них, Хаме (в Баварии), он так обошелся с населением, проявил такую необузданную жестокость, что привел в трепет даже свое собственное правительство, которое нашло нужным вызвать его в Вену для объяснений; ему удалось отделаться только тем, что наряду со зверствами пришлось поставить и его весьма существенные военные заслуги; а время стояло такое, что эти услуги приходилось ценить дорого. Впоследствии он учинил бесчисленные новые жестокости и вдобавок оскорбил Марию-Терезию; его снова судили, и тут кстати припомнили все его зверства, которые даже в те суровые времена решительно невозможно было оставить безнаказанными; они во многих отношениях превышали даже подвиги башибузуков. Тренк понял, что на этот раз ему несдобровать, подкупил своих стражей и бежал в Голландию. Но его там накрыли, арестовали, осудили и заточили в брюннскую крепость, где он, как полагают, отравился в 1749 году. Личность, как можно видеть из этого краткого очерка, в своем роде замечательная, настоящий царь башибузуков.

Фридрих Тренк, герой нашего рассказа, как уже сказано, приходился двоюродным братом этому башибузуку, но по своему нраву резко отличался от него. Он был храбр не менее Франца, но его нельзя упрекнуть в жестокости и зверстве; если его жизнь и вышла трагедиею, то в этом виновата судьба.

Фридрих Тренк родился в Кенигсберге в 1726 году. Мы не будем здесь описывать его жизнь шаг за шагом; хотя вся она полна драматического интереса, но его приключения поражают только своим скоплением в судьбе одной и той же личности, сами же по себе в отдельности не представляют ничего необычайного. Но что особенно отличает Тренка, выдвигает его из ряда других героев бурной жизни, это его приключения в тюрьмах, попытки бегства из них; а так как Тренк провел в тюремном заключении весьма значительную долю своей жизни, то эти эпизоды его житейского романа и сосредоточивают в себе главный интерес. Поэтому промежутки между тюремными сидениями мы сократим, самые же сидения изложим прямо по его запискам, со всеми их главными интересными подробностями.

Барон Фридрих Тренк родился в Кенигсберге в 1726 году. Еще будучи ребенком, он проявил большие умственные способности и склонность к занятиям. На тринадцатом году он уже изучил несколько языков, усердно читал, много знал. На семнадцатом году он поступил студентом в Кенигсбергский университет и тотчас обратил на себя внимание своими выдающимися способностями, так что его даже представили королю Фридриху II как лучшего ученика университета. Король был к нему очень внимателен и милостив, беседовал с ним и предложил ему оставить науки и поступить в военную службу. Молодой человек соблазнился предложением короля; он вышел из университета, поступил в военную службу и не имел причин в этом раскаиваться. Его служба пошла чрезвычайно успешно; он быстро прошел всю лестницу первых офицерских чинов; он был отличен самим королем как один из образованнейших и деятельных офицеров. В это время был в Пруссии издан новый устав кавалерийской службы, и на Тренка было возложено поручение ввести этот устав в Силезии. Король был лично расположен к молодому офицеру и удостоил его, восемнадцатилетнего юношу, небывалой чести, которая не снилась ни одному тогдашнему прусскому поручику: он ввел его в свой интимный круг, где он имел случай беседовать с Вольтером, Мопертюи [16], Иорданом [17] и другими знаменитостями, которыми окружал себя король. Правда, молодой офицер был не таков, чтобы ударить лицом в грязь в этом избранном кружке светил. Он был богато одарен от природы и превосходно образован и воспитан; вдобавок он был силен, как Геркулес, и красавец. Но, увы, эти же блестящие качества, дав ему необычайно пышную удачу на первых шагах его бурной жизни, впоследствии послужили источником всех его бед и напастей.

В 1743 году при дворе происходил ряд блестящих праздников и балов по случаю выдачи замуж принцессы Ульрики за шведского короля. Само собою разумеется, что наш юный красавец был одним из самых видных кавалеров на всех этих празднествах; тут-то он и был впервые отличен сестрою короля, принцессою Амалией. Молодой офицер, смелый и самонадеянный, заметил внимание, которое выказывала ему принцесса, и скоро убедился, что это внимание быстро расширяется и принимает размеры серьезного увлечения. Его нисколько не испугала сложная, опасная и беспокойная завязка любовной интриги с сестрою короля, и он смело бросился навстречу выпавшему на его долю счастью. Интрига быстро развилась и дошла до пределов, до которых немногие на месте Тренка решились бы довести ее. Скоро он стал «счастливейшим во всем Берлине смертным», как выражается он сам в своих записках. Надо отдать справедливость влюбленным: оба они оказались, как говорится, на высоте своей хитрой и трудной задачи; об их настоящих отношениях долго никто и не догадывался. Об этом надо было прежде всего заключить по поведению короля; он продолжал осыпать Тренка знаками своего милостивейшего отменного внимания. Король не только высоко ценил Тренка как образцового офицера, талантливого и верного своего слугу, но и любил его, обращаясь с ним скорее как с сыном, чем как с хорошим служакою.

Между тем в следующем, 1744 году началась война с Австрией. Тренк, конечно, попал в действующую армию. Его громадная сила, молодость, отвага, самонадеянность живо выдвинули его на первый план. Он оказался одним из самых лучших боевых офицеров. Фридрих, уже испытавший его в мирное время и высоко ценивший его служебный успех, был окончательно очарован молодым воином, показавшим себя с новой блестящей стороны. Перед ним открывалась самая блестящая будущность. Он был еще почти юноша, а уже успел занять прочное служебное положение; его любил государь, ему на долю досталось совершенно исключительное внимание принцессы, сестры государя. Нет ничего мудреного, что такой головокружительный успех сбил с толку счастливого юношу и побудил его сделать немало неосторожностей, роковые последствия которых тотчас же и обнаружились. Целая толпа завистников, несомненно, давно уж подкарауливала Тренка, следила за его неслыханными успехами и терпеливо изучала его слабые стороны. Достаточно было малейшей оплошности, чтобы тайна его сердечных уз с принцессою Амалией разоблачилась; о ней немедленно же поспешили довести до сведения короля, который, разумеется, не мог оставаться равнодушным к такому важному известию. Это была, несомненно, первая и главная причина немилости короля к своему любимцу. Для того чтобы эта немилость вспыхнула ярким огнем, надо было только дождаться искры; она и не заставила себя долго ждать.

Военные действия были в полном разгаре. Юный Тренк ничего не подозревал, ему и в голову не приходило, что королю уже стало известно об его амурах с принцессою; да, быть может, если бы он и знал об этом, то по своей юной беззаботности, по безграничной вере в свою счастливую звезду, не очень этим и обеспокоился: он тогда рассчитывал на расположение к нему короля, как на каменную стену. Между тем разыгралась одна история, которою его враги и воспользовались, чтобы сразу окончательно погубить его. Дело в том, что в рядах австрийского войска в это время ратоборствовал его интересный двоюродный брат, свирепый вербовщик и предводитель пандуров, с краткой биографии которого мы начали этот очерк. В это время оба Тренка еще были в хороших родственных отношениях между собою. Но они служили в разных государствах — один в Австрии, другой в Пруссии — и теперь волей-неволей сошлись на полях битв как враги. Случилось однажды, что кучка пандуров сделала набег на пруссаков и между прочими захватила в плен двух боевых коней Тренка и его денщика. Король Фридрих в это время еще был, вероятно, в недостаточной мере вооружен против своего любимца; ему, несомненно, путем искусных намеков, дали понятие об отношениях Тренка к принцессе Амалии, но для посвящения его во всю суть этой неприятной новости выжидали случая. Узнав о приключении своего любимца, король тотчас распорядился, чтобы ему доставили пару верховых коней с королевской конюшни. Но едва было сделано это распоряжение, как уведенные пандурами кони и денщик неожиданно появились в прусском лагере. Их сопровождал солдат из неприятельского лагеря, который, передавая Тренку коней, вручил ему записку. Она была от его двоюродного брата Франца, предводителя пандуров. «Тренк-австриец, — писал свирепый полковник, — не воюет со своим двоюродным братом, Тренком-пруссаком; он очень рад, что ему удалось спасти из рук своих гусаров двух коней, которых они увели у его брата, и возвращает их ему».

Тренк, получив это послание, немедленно пошел к Фридриху и ему отдал подробный отчет об этом любопытном происшествии. Король выслушал его рассказ довольно мрачно и ограничился тем, что сказал ему, все с тою же мрачностью:

— Коли вам ваш брат возвратил коней, значит, мои вам не нужны.

И только. Тренк, очевидно, понял всю эту историю лишь в том смысле, что королю не понравились такие дружеские сношения его любимца с неприятелем, что он только временно рассердился. Эта догадка отчасти и оправдалась дальнейшим поведением короля. Он, видимо, начал смягчаться и вновь стал внимателен к Тренку. Молодой офицер не знал и не подозревал, что против него давно уже весьма искусною рукою ведется хитрая и осторожная интрига. Еще раньше, чуть ли не до войны, один из его начальников разговорился с ним как-то о его домашних делах и отношениях к Францу Тренку и убедил его написать тому письмо. Тренк послушался и написал. Это письмо не заключало в себе ничего предосудительного, касалось семейных дел. На него должен был прийти ответ, но ответа почему-то все не получалось. Этот ответ вдруг и совершенно неожиданно пришел уже во время войны, и притом после происшествия с конями. Таким образом, дело приняло такой вид, что Тренк поддерживает постоянную переписку с одним из офицеров неприятеля. Король был этим раздражен и распорядился немедленно арестовать Тренка и заключить его в крепость Глац, близ границы Богемии.


Граф Сен-Жермен | Знаменитые авантюристы XVIII века | Глава II







Loading...