home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Чрезмерная вербализация

Давайте возьмём термин «прихожанин», который обозначает Смита1, Смита2, Смита3…, которые достаточно регулярно посещают церковные службы. Обратите внимание, что обозначение не говорит ничего о характере «прихожанина»: о его доброте к детям или отсутствие таковой, счастье или несчастье в его жизни в браке, честность или нечестность его деловых практик. Термин – применим к большому числу людей, хороших и плохих, бедных и богатых, и так далее. Интенсиональные значения или коннотации этого термина – это уже совсем другой вопрос. Под «прихожанином» предполагается «добропорядочный христианин»; под «добропорядочным христианином» предполагается верность жене и дому, доброту к детям, честность в ведении дел, рассудительность в жизни, и множество других качеств достойных восхищения. Эти предположения предполагают далее, по двустороннему ориентированию, что не-прихожане – вероятно не обладают такими качествами.

Если наши интенсиональные ориентирования – серьёзны, мы можем вербально составить целую систему ценностей – систему классификации человечества на овец и баранов – из информативных и аффективных коннотаций термина «прихожанин». То есть, когда термин дан, мы можем, переходя от коннотации к коннотации, продолжать до бесконечности. Карта – независима от территории, поэтому мы можем продолжать добавлять горы и реки после того, как мы уже нарисовали все горы и реки, которые действительно существуют в территории. Стоит нам начать, мы можем разродиться целыми эссе, проповедями, книгами и даже философскими системами, основываясь на слове «прихожанин», совсем не обращая внимание на Смита1, Смита2, Смита3….

Подобным образом, если дать оратору на день независимости слово «американизм», он может играться с ним часами, превознося «американизм» и издавая страшные звуки об «иностранизмах», за что слушатели будут ему аплодировать. Этот процесс, в котором за счёт свободных ассоциаций одно слово «подразумевает» другое, невозможно остановить. И, конечно, поэтому в мире так много людей, которых называют «пустозвонами». Поэтому многие ораторы, газетные корреспонденты, политики и школьные преподаватели риторики могут говорить на совершенно любую тему, о которой их попросили поговорить. Более того, множество школьных курсов по «английскому языку» и «культуре речи» представляют собой обучение тому, как продолжать говорить с претензией на важность, даже когда человеку вовсе нечего сказать – или, другими словами, обучение тому, как скрыть собственное интеллектуальное банкротство, не только от окружающих, но и от самих себя.

Такое «мышление», которое является продуктом интенсионального ориентирования, называется круговым, потому что выводы изначально содержаться в коннотациях слова, и в итоге мы обречены, независимо от того как упорно и как долго мы «мыслим», вернуться к тому, с чего мы начали. Более того, едва ли можно сказать, что мы вообще покидаем начальную точку. Количество энергии, которое тратиться на такое «круговое мышление» только США – неизмеримо, но, видимо, её достаточно, чтобы раскручивать все карусели в мире на протяжении века. Безусловно, когда перед нами предстают факты, они убеждают нас прикрыть рот, или же начать заново с чего-то другого. Именно поэтому на всяких встречах и в беседах считается «грубым» приводить факты. Они мешают всем хорошо проводить время.

Теперь, давайте вернёмся к «прихожанину». К определённому Мистеру Уильяму Макдинзмору – имя, конечно же, выдуманное – стали применять этот термин из-за его обыкновения ходить в церковь. При более детальном рассмотрении Мистер Макдинзмор оказывается, например, безразличным к своим социальным обязанностям, жестоким к своим детям, неверным своей жене и нечестным в финансовых отношениях с людьми. Если мы по привычке ориентировались на Мистера Макдинзмора по интенсиональным значениям слова «прихожанин», для нас это окажется шоком. «Как человек может ходить в церковь и при этом быть таким бесчестным?» Для некоторых людей эта проблема совсем неразрешима. Будучи неспособными отделить интенсионального от экстенсионального «прихожанина», эти люди вынуждены прийти к одному из трёх выводов, каждый из которых абсурден:

1. «Это исключительный случай» – что означает: «Я не пересмотрю свои взгляды на прихожан, которые всегда – хорошие люди, и не важно, сколько исключений можно найти.

2. «Он – не так плох на самом деле! Он не может быть плохим!» – то есть, отрицание факта, чтобы избежать необходимости принимать его.

3. «Все мои идеалы разрушены! Нельзя больше ничему доверять! Моя вера в человеческую природу – уничтожена!» – что означает полное разочарование, которое приводит к цинизму.[19]

Безосновательная удовлетворённость, которая с большой вероятностью может перейти в «разочарование» – это, пожалуй, самое серьёзное из последствий интенсионального ориентирования. И, как мы видели, все мы ориентируемся интенсионально в отношении некоторых вещей. Некоторые из нас ежедневно проходят мимо работников УОР (Управление Административных Работ), которые в поте лица трудятся над строительством дорог и мостов, и всё равно весьма искренне заявляют: «Я никогда в жизни не видел, чтобы работники УОР делали что-нибудь полезное!» По определениям, которых придерживаются некоторые из нас, УОР – это «специально придуманная работа»; «специально придуманная работа» – это не «настоящая работа»; поэтому, даже если работники УОР построили школы, парки и муниципальные зрительные залы, на самом деле, они вовсе не работали. В другом примере, многие из нас видят сотни женщин в автомобилях, которые отлично справляются с их управлением; и, тем не менее, мы опять же вполне искренне заявляем: «Я никогда не видел женщину, способную действительно управлять автомобилем». По определению, женщины «робеют», «волнуются» и легко «пугаются»; следовательно, они «не умеют водить машину». Если мы знаем женщин, которые успешно водят машину на протяжении нескольких лет, мы отстаиваем своё убеждение, говоря, что «им просто всё это время везло».

Факт, который важно отметить, касательно отношений к «прихожанам», «работников УОР» и «женщин водителей» состоит в том, что нам изначально не стоило допускать такие ошибки и ослеплять себя, если мы ничего о них не слышали. Такие отношения не формируются от невежества; подлинное невежество не имеет отношений. Они формируются из ложных знаний – знаний, которые отнимают у нас любое врождённое благоразумие. Частично мы компенсируем эти ложные знания примитивными привычками разума. Однако бсоздаётся беспечной привычкой слишком много говорить.

Множество людей пребывает в нескончаемом порочном кругу. Из-за интенсионального ориентирования, они чрезмерно вербализованы, а за счёт чрезмерной вербализации они укрепляют своё интенсиональное ориентирование. Такие люди разражаются речами автоматически, как музыкальные автоматы, стоит только закинуть в них монетку. С такими привычками мы можем договориться до не-здравых отношений не только к «женщинам водителям», «евреям», «капиталистам», «банкирам» и «профсоюзам», но и к своим личным проблемам: «родителям», «родственникам», «деньгам», «популярности», «успеху», «неудачам» – и, больше всего, к «любви» и «сексу».


Интенсиональное ориентирование | Язык в действии | Внешние источники интенсионального ориентирования: (1) образование







Loading...