home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


36

Допрос

Меня сопроводили в допросную. В комнате прямоугольный стол и четыре стула. Три стула – во главе стола и по бокам – заняты. Я становлюсь рядом со свободным.

Главный имгрим – женщина, сидит во главе стола. Худая, в элегантном лиловом костюме и пахнет так, как будто только что помылась. По бокам от нее двое мужчин в темно-синей форме. Все трое вооружены нанонетами, бумагами и пластиковыми стаканчиками с кофе. У меня от аромата кофе учащается пульс. На столе – мой глобальный паспорт. Раскрыт на девятой странице, и это плохая новость. Девятая страница – «Глобальный гражданин: кредит». Эту страницу я должна начать заполнять после того, как мне исполнится пятнадцать.

Женщина активирует свой нанонет и говорит:

– Я офицер иммиграционной службы Джин Шэнкс. Допрос проводится… – Тут она делает паузу. – Начат в одиннадцать часов пятьдесят одну минуту в соответствии с Иммиграционным законом Шотландии и Федеративных островов в присутствии офицеров национальной безопасности Пила и Макнэлли.

После этого она показывает мне раскрытые ладони и добавляет:

– Вашу руку, пожалуйста.

Она говорит это так, будто я могу отстегнуть руку и передать ей.

– Меня зовут Мари Энн Бейн, – говорю я.

– Я не спрашиваю, как вас зовут. Я сказала – вашу руку.

Я протягиваю офицеру Шэнкс руку. Она сканирует штрихкод невидимым лучом.

– Реп1787Ф, – считывает офицер нацбезопасности Макнэлли с монитора своего нанонета.

– Садитесь, – говорит Шэнкс.

Я стою. Я не собираюсь садиться.

– Мне четырнадцать, – говорю я. – Я – несовершеннолетняя. Я – шотландка. И я уже проходила проверку в Хитроу.

– Хитроу в Англии, – говорит имгрим Шэнкс. – На данный момент вы в Шотландии.

– Да, я знаю, но…

– Помолчите. Вас пока ни о чем не спрашивали, – перебивает меня Шэнкс. – Итак, вы родились на острове Арран. Все верно?

– Да.

– И когда вы покинули Шотландию?

– Когда мне было семь лет.

– Согласно имеющимся данным, вы покинули страну шесть лет девять месяцев и четыре дня назад, – глядя на свой монитор, говорит Макнэлли.

– Отсутствие на родине свыше пяти лет приравнивает вас к статусу «реп», – констатирует Шэнкс.

– Реп? – переспрашиваю я.

– Вы – репатриант, – говорит Шэнкс. – И я прошу вас сесть, Реп1787.

Я стою.

– Как пожелаете, – говорит Шэнкс после короткой паузы. – Офицер Пил?

Пил откашлялся и зачитал:

– «В соответствии с законом о территории Федеративных островов от двадцать второго ноября две тысячи сорок девятого года, право граждан на возвращение в случае их непрерывного отсутствия в стране в течение пяти лет и более приостанавливается до особого распоряжения».

– Вы все поняли? – спрашивает Шэнкс.

– Нет.

– Это просто, – говорит она. – Ваше право вернуться в Шотландию более не зависит от места вашего рождения.

Тут я сажусь. Стул крепкий и жесткий.

– А от чего оно теперь зависит? – спрашиваю я.

– Есть целый ряд необходимых условий, – объясняет имгрим Шэнкс. – Первое: место рождения родителей ваших родителей. Необходимо, чтобы все четверо были рождены на основной территории Шотландии либо на ее островных территориях.

Я не понимаю, что значит «островные территории». Но Арран – остров, и мама моего папы точно родилась на этом острове. И возможно, отец папы тоже. Но я понятия не имею, где родились родители мамы. Я вообще этого никогда не знала.

– В случае если место рождения родителей ваших родителей не может быть установлено и доказано, а мы в данный момент проводим проверку, – продолжает Шэнкс, – ваше право на проживание в нашей стране будет зависеть от вашей пригодности, которая, в свою очередь, будет зависеть от отметок на странице вашего Глобального кредита.

– Но у меня пока нет никаких отметок! – Я даже голос повышаю от возмущения. – У меня их и быть не должно. Мне четырнадцать! Я же вам говорила – я несовершеннолетняя!

– Это также сейчас проходит проверку, – говорит Шэнкс.

– Но почему? Я уехала из Шотландии, когда мне было семь лет. Вы сказали, что меня не было шесть лет, или около того. Просто посчитайте!

– Хочу предупредить: обструктивное поведение в вашем случае не поможет.

– Нет никакого моего случая. Это моя страна. Я здесь родилась.

Шэнкс постучала пальцем по моему паспорту:

– У вас глобальный паспорт. Если вы не пройдете проверку или ваш кредит будет слишком низким, вас отошлют по месту вашего последнего пребывания, а точнее…

– В Судан, – закончил за нее офицер Макнэлли.

– В Судан? – Я не верю своим ушам. – В Судане война!

– Судан, – говорит имгрим Шэнкс, – сторона, подписавшая Договор о Глобальных гражданах (Северный экватор). Соответственно, они примут вас обратно. Тем более что вы семь лет провели на территории этой страны. – Шэнкс делает паузу, чтобы отпить глоток кофе. – Если они откажутся принять вас обратно, вы официально станете лицом без гражданства. В этом случае действуют другие правила, и в данный момент мы его не разбираем. На данный момент нас беспокоит ваш Глобальный дебет. Офицер Пил, будьте добры, зачитайте обвинительное заключение.

– «Прямое нарушение закона Федеративных островов о пересечении границ и контрабанде, – зачитывает Пил. – Реп1787Ф задержана при незаконном пересечении границы Шотландии с неустановленным лицом».

Это они о мальчике. О мальчике с камешком-соской.

– Есть возражения? – спрашивает имгрим Шэнкс.

Я снова на ногах.

– Где он? Почему он ни разу не появился в столовой? Что вы с ним сделали?

– Это не должно вас беспокоить, – говорит Шэнкс.

– Он – ребенок! – ору я. – Маленький ребенок! Или вы думаете, что ему тоже пятнадцать?

– Охрану в допросную, – отрывисто командует в свой нанонет имгрим Шэнкс. – Реп1787Ф возвращается в камеру. – Потом обращается ко мне: – Но вот о чем вам стоит побеспокоиться: наказание за незаконное перемещение ребенка на территорию Шотландии – двадцать пять лет минимум. И я говорю не о тюремном сроке. Я говорю о годах жизни. Если вы будете признаны виновной, вы будете обязаны сделать инъекцию в сорок девять. Естественно, все ценные пункты, указанные на страницах вашего Глобального кредита, будут учтены как смягчающие обстоятельства.

Имгрим Шэнкс протягивает мне лист бумаги и огрызок карандаша:

– Полагаю, теперь вы всерьез задумаетесь о том, что написать на этих страницах?


35 Еда | Игра на выживание | 37 Инъекция







Loading...