home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


94

Девятая страница

Из распределительного центра Скитби прислали мой глобальный паспорт. Бабушка забрала его в Ламлаше и привезла домой.

– Тебе надо начать это заполнять, – говорит она, открыв паспорт на девятой странице.

Очевидно, закон позволяет четырнадцатилетним обвиняемым заранее вносить туда записи о себе. Предварительный кредит, по словам бабушки, будет использован как смягчающее обстоятельство в принятии решения о количестве моих лет жизни. То, что я там напишу, говорит бабушка, может существенно смягчить мой приговор. Это вдобавок к тому, что мне, как несовершеннолетней, по закону полагается сокращение приговора на семь лет.

Я сижу в своей комнате и смотрю на пустой лист бумаги. Смотрю на него уже довольно давно. За это время Питер успел вывести лодку в море, сделать все свои дела и вернуться обратно. Я наблюдаю за тем, как он убирает и крепит лодку, а потом идет к берегу, и пытаюсь представить, что написано на страницах его глобального кредита.

Наверное, что-то вроде этого:

Питер умеет управлять лодкой;

Питер умеет чинить мотор;

Питер умеет ловить рыбу;

Питер занимается доставкой на острове.

Все это может быть подтверждено, все это может приносить пользу бабушкиному сообществу на острове.

Вряд ли там написано:

у Питера широкие бронзовые плечи;

у Питера серые глаза с желтыми крапинками вокруг зрачков, от которых бывает зуминг;

Питер наблюдает за небом и ждет красно-золотой закат;

Питер понимает время;

Питер немного похож на папу – он добрый и доверчивый.

Я не имгрим и не судья из Ламлаша и никогда ими не стану. Но если бы такое вдруг случилось, я бы все сделала по-другому. Я бы раздала людям камни и спросила: могут ли они объяснить что-то с помощью кусочка угля? Я бы уложила их под звездный зонтик, а потом спросила: изменилось ли их отношение к жизни? А когда они соберутся вынести приговор, я попрошу их пройти десять тысяч километров, просто чтобы убедиться в том, что их решение окончательное. Я бы ценила то, что нельзя проштамповать или верифицировать. Честно говоря, я бы вообще исключила все, что можно без особого труда оценить или измерить в баллах. Я бы выбросила чернила и штампы, отказалась бы от правил и норм. И после этого я могла бы надеяться на то, что на планете больше таких людей, как папа и Питер, как… я.

Да, с этим будут проблемы. Это точно.

– Как успехи? – спрашивает бабушка, зайдя в комнату.

– Думаю.

Когда она уходит, я начинаю думать о мальчике. Что бы я написала на его кредитных страницах? Я могу заполнять их до бесконечности. Я бы писала не то, что предусмотрено правилами и нормами, а настоящее.

Я могла бы рассказать:

о том, какой он умный и целеустремленный. Как он шел за мной в тот день, когда я пыталась его оставить;

о его способности прощать и забывать. О том, что он ни разу меня не упрекнул за то, что я ушла. За то, что орала на него и ударила. Я ударила его по голове;

о его стойкости. О том, что он никогда не сдается. Несмотря ни на какие расстояния и не обращая внимания на израненные в кровь ноги;

о его надеждах и мечтах. О том, как он в сарае нарисовал на камнях цветы и звезды и подарил мне эти камни;

о его находчивости и храбрости. О том, как он в распределительном центре, чтобы мы могли снова быть вместе, стал голодать и нарисовал картинку со сколотым зубом;

о его внимательности и доброте. О том, как он вернул свое одеяло мисс Сперри, потому что оно могло понадобиться кому-то больше, чем ему;

о его умении искренне радоваться. О том, как он смеялся на реке. Как он смеялся даже с моей бабушкой. О его прекрасной улыбке со сколотым зубом.

Это лишь немногое из того, что я написала бы в глобальном паспорте мальчика. Я бы, наверное, исписала все страницы и вкладыш бы весь заполнила. А в конце оставила бы место и написала:

«Это те качества, которыми должны обладать граждане нашей страны. Вы согласны со мной?»

– Все еще ничего? – поинтересовалась бабушка с наступлением сумерек.

Ничего.


93 Обещание | Игра на выживание | 95 Сожжение







Loading...