home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


ГЛАВА 6

Предчувствует душа, что волей звёзд

Началом несказанных бедствий будет

Ночное это празднество.

В. Шекспир

Вика, с ужасом слыша за спиной приближающийся топот кромешного Серёги, рванула за угол. По глазам ей резанул яркий луч фар, и она с разбегу влетела в какую-то массивную фигуру. По щеке царапнул жёсткий погон.

— Помогите! — выдохнула она без голоса, обвисая на своём спасителе.

— Ну-ну, спокойно, разберёмся, — раздался в ответ уверенный голос. — Сержант, этого в машину.

Серёгу, застывшего, как заяц в световом кругу фар, взяли в замок под локти, и с него сползли незастёгнутые штаны. Следом за ним в собачник был загружен невменяемый подельник.

— Нападавших было двое? — осведомился у Вики спаситель, и она, всхлипывая, кивнула, быстрым женским взглядом успев оценить его фигуру. Здоровяк имел открытое круглое лицо, невольно вызывавшее доверие, и погоны с одной маленькой звёздочкой.

— Вам придётся проехать с нами, — произнёс симпатичный младший лейтенант, бросая на неё цепкий профессиональный взгляд. — Что-то мне ваше лицо знакомо.

— Надо думать, — самодовольно хмыкнула Вика, уже предчувствуя привычное восхищение окружающих, которого она сутки, как была лишена.

— Что, часто к нам попадаешь? — спросил по-свойски милиционер, подавая ей чистый платок, — на вот, утрись.

Вика фыркнула и принялась обиженно вытирать лицо, глядясь в зеркало заднего вида. Въехав на двор райотдела, «бобик» затормозил у крыльца.

— А, Красков! Кого привёз? — приветствовал младшего лейтенанта дежурный, — проходи, там нолито!

— Этих двух оформляй на сутки, а дамочку к Медведяеву. С неё шубу пытались снять.

— Понял. А чего это так воняет? — дежурный повёл носом, и, безошибочно определив источник амбре, ткнул в Серёгу толстым указательным пальцем.

— Этого в отдельный бокс. О, никак Жбанов? — он оглядел иронически Серёгиного напарника, у которого блаженная улыбка гуляла по запорошённому белым лицу. — Ты сегодня прямо как дядо Мраз! Чего лыбишься-то? Попал ведь ты, Жбанов!

Запорошённый Жбанов облизал молча вокруг рта и, закатив глаза, прохрипел:

— Кайф!

— Слышь, Красков, в чём это он у тебя? — насторожился дежурный и, послюнив палец, взял на язык немного порошка со щеки задержанного.

— Ого! — улыбка сродни жбановской заиграла на его лице. Он достал из ящика чистый бланк протокола, двумя пальцами за шею наклонил над листом Жбанова и принялся счищать с его одежды и лица порошок, после чего аккуратно завернул бланк конвертиком и спрятал в стол.

— Вещдок, однако, — подмигнул он Краскову. — Колись, откуда порошок, крыса! — Но Жбанов только блаженно мотал головой, не обращая внимания даже на острый каблук, всё ещё торчавший из его ноги. Явный передоз.

— Этой сучки порошок! — выкрикнул из ближнего бокса обгаженный Серёга. Взгляд дежурного устремился на Вику, и только тут она с ужасом заметила, что продолжает сжимать табакерку в кулаке. Инстинктивно спрятала руку за спину.

— Та-ак! — глаза Краскова сузились и он без усилия разжал её пальцы своей могучей клешнёй.

— Пусти, козёл! — зло крикнула Вика, — я Виктория Солнцева!

— Очень приятно, Иосиф Кобзон, — произнёс подполковник Медведяев, вплывая в дежурку. — Что тут у вас?

— Наркоманку взяли, похоже не в себе, — пожал плечами младший лейтенант, протягивая начальнику золотую табакерку со следами порошка.

— Хорошо, это на экспертизу, — Медведяев, взвесив на ладони, спрятал вещдок в карман.

— Документики имеются? — поглядел он на Вику почти ласково.

— Нет. Понимаете, — стушевалась она под его неподвижным взглядом, меня ограбили. Все деньги, документы…  — тут она поняла, что свою разрезанную сумочку где-то обронила в суматохе, и предъявить ментам кроме криминальной табакерки абсолютно нечего.

— Но я правда Виктория Солнцева, — добавила она упрямо, — я к вам в гости приехала, по приглашению Марии Чубак. Позвоните ей — сами убедитесь. Да вы посмотрите на меня! — Вика откинула со лба волосы и попыталась улыбнуться своими прекрасными фарфоровыми зубами. Но улыбка явно не удалась. Подполковник сокрушённо покачал головой. Потом протянул руку к Викиным волосам, и, неожиданно намотав их на кулак рывком поднял её со стула:

— Фамилия! Адрес! Откуда порошок?

От боли и обиды из глаз у неё брызнули слёзы.

— Товарищ подполковник! Зачем вы так, — Медведяев почувствовал стальную хватку Краскова на своём запястье и от неожиданности выпустил жертву.

— Ты! — налился он багрянцем, — учить меня, сосунок? Да я тебя… В рядовые! В пожарные! Пошёл вон!

— Товарищ подполковник, — вступился дежурный майор, — А если это и правда она? Уж больно похожа, да и шуба…

Такая мысль впервые пришла Медведяеву в голову. Если — чем чёрт не шутит — это Солнцева, то у него сегодня явно плохой день.

— У настоящей под левой грудью родинка, — сказал дежурный, достав из ящика замусоленный номер «Пентхауза».

— Кто разрешил порево в столе? — рявкнул Медведяев, — Ну что, гражданка, согласны на опознание?

Вика жестом оскорблённой королевы скинула с плеч скользнувшую на пол шубу и демонстративно расстегнула блузку. Лифчика она не носила. Медведяев протянул заскорузлый палец, словно желая поковырять на предмет подлинности маленькое овальное пятнышко, видневшееся под левой грудью. Он смущённо крякнул. В это время зазвонил телефон. Дежурный, выслушав сообщение, доложил:

— Товарищ подполковник. «БМВ» Виктории Солнцевой на штрафной стоянке в Коминтерне. Так что это и правда она!

— Без тебя вижу, что она, — отмахнулся Медведяев и, нагнувшись, подал Вике с полу шубу.

— Извините, Виктория Романовна, боевого офицера, — с чувством произнёс он, проводя Вику в свой кабинет. — Чаю, коньяку? Марии Тимуровне я сейчас лично позвоню. Надеюсь, вы не очень обиделись — хе-хе — на такой приём… Бдительность, туда-сюда, — бормотал Медведяев, тыча дрожащим пальцем в кнопки телефона.

— Я очень обиделась, — отчеканила Вика ледяным тоном, отбирая у него трубку. — Обиделась и огорчилась. Верните табакерку!

Поговорив с Машкой, Вика передала трубку вытянувшемуся по стойке смирно Медведяеву.

— Да! Будет исполнено! — рявкнул он и, выведя Вику в дежурное помещение, крикнул:

— Красков! Антон!

Давешний младший лейтенант повернул голову.

— Ты у нас, это… Спаситель, герой, так сказать… И вообще борец с мировой закулисой…  — менты при этих словах радостно заржали, — Доставишь Викторию Романовну на госдачу в Борвиху-5. После свободен, двое суток отгула.

Вика уселась на заднее сиденье милицейского «Фольксвагена», и младший лейтенант дал по газам. Вскоре праздничная иллюминация города сменилась тёмными силуэтами промзоны, а потом за окнами потянулся лес. Вике после окончания испытаний захотелось поболтать со своим молчаливым водителем, но он отвечал односложно, словно по обязанности. Вике удалось только узнать, что зовут её спасителя Антон, и в младшие лейтенанты его разжаловали из капитанов за какие-то неадекватные действия. Вика искоса наблюдала его твёрдо очерченный профиль с чуть вздёрнутым носом, слушала короткие реплики, и вдруг остро поняла, что она его хочет — здесь и сейчас.

— Притормози, — велела она слегка охрипшим от волнения голосом.

— Уже почти приехали, — отозвался Антон, подъезжая к полосатому шлагбауму. В будке зашевелилось, шлагбаум поднялся, и через пару минут машина затормозила у резного, в славянском стиле, деревянного крыльца. Из освещённых окон раздавались стоны Ирины Аллергиной. Гулянка явно набирала обороты. Возле крыльца громадная ель была снаряжена гирляндами разноцветных светодиодов и какими-то непривычными украшениями. Вика пригляделась — с ветвей свисали игрушки из секс-шопа. Тут из распахнувшихся дверей, закручивая её в водоворот, хлынула толпа разгорячённых чиновников и бизнесменов. Они принялись, стреляя петардами и пробками от шампанского, водить хоровод вокруг по-язычески изукрашенного древа.

— Нравится? — подмигнул ей на ёлку здоровый носатый кабан в подтяжках и с расстёгнутой ширинкой, — Моя идея! Закрыли тут порностудию, а куда хозяйство девать? Вот я и придумал. Генерал Обувян, очень приятно.

Потом Вика пила с кем-то незапомнившимся на брудершафт, потом пила коньяк из горла с Машкой и плакала, потом все танцевали вокруг ёлки голые в масках и снова пили… Обычное дежа вю, стоило ради этого тащиться в мухосрань… После полуночи толпа заметно поредела, рассредоточившись по гостевым комнатам. Вика, выпив на пару с местным художником Ушатовым полторашку пива, неожиданно начала падать и бормотать:

— Одни жиды и пидорасы… Ну нет нормальных мужиков! Жиды и пидорасы.

Твердя эту мысль про себя, как заклинание, она по стеночке вышла на крыльцо и, вставив в губы сигарету, защёлкала пальцами по сторонам. Во вспыхнувшем огоньке зажигалки ей почудилось знакомое лицо младшего лейтенанта.

— Идите спать, Вика, — произнёс он мягко.

— Пойду, — ответила она, обвивая его за шею, — если ты меня проводишь, Антон Красков… Тут колени её подогнулись, и Антону ничего другого не оставалось, как, подхватив её на руки, пронести по коридору в пустующую комнату на первом этаже.


Мария Чубак взглянула на часы и прислушалась. Три часа. Пора. Подхватив дорожную сумку, она прошла по утоптанной тропинке к серебристому «Лексусу», за рулём которого различалась массивная фигура Никифора Черных. На стоянке урчало моторами ещё около десятка престижных иномарок.

— А где твоя гостья? — спросил Ник.

— Оставь её, пускай проспится, — жёстко ответила Мария.

— Как оставь? Но ведь здесь она…

— А на хрена она там? Там таких сук своих, как говна за баней. Одна шлюшка Хилтонша чего стоит. Заводи, я сказала! В Тулу со своим самоваром не ездят. Пускай охладится.

— Слушай, Маш, нам ведь за неё, если что, бошки пооткручивают.

— Успокойся, не пооткручивают. Сейчас никому не до неё. Слушай, в демократах ты быстрее соображал. Ты не догоняешь, что уже всё! Всё. Уже. Началось.

— А если не началось? А если это только проверочка на вшивость? — глаза его в тусклом свете кабины стали, как у размороженного судака.

— Ну, вернись за ней! Я сразу заметила, что она тебе нравится. Только ждать тебя здесь никто не станет. Эх ты, губер!

Никифор втянул голову в плечи и стал похож на большой мешок, набитый под завязку чем-то рыхлым.


ГЛАВА 5 | Буржуйка | ГЛАВА 7







Loading...