home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава XXVII

Ревность

В дачном доме мистера Грэма была роскошная веранда, каких теперь уже не строят, — широкая, просторная, с двумя входами. Даже в жаркие летние дни здесь было прохладно. Веранда была любимым местом семьи, особенно по утрам, когда солнечные лучи туда еще не проникали, а тенистый двор и выходящая на дорогу аллея представляли великолепную перспективу.

В яркое июньское утро там удобно расположились Изабелла Клинтон и ее двоюродная сестра Китти Рэй.

Изабелла сидела в глубоком удобном кресле, и хотя в руках у нее было какое-то вышивание, она просто лениво глядела на дорогу. Это была красивая девушка, высокая, стройная, с нежным цветом лица, голубыми глазами и роскошными белокурыми волосами, падавшими на спину волнистыми локонами. Прелестная девочка, которой Гертруда любовалась, когда та, опершись на подоконник, смотрела в окно, как старый Тру зажигал фонари, выросла в столь же очаровательную девушку. Ее редкая красота и ослепительные наряды вызывали всеобщее восхищение.

Рано лишившаяся матери и оставленная на попечение прислуги, постоянно внушавшей ей, как она хороша собой, по выходе из пансиона девушка была отдана под опеку тетки, которая отнюдь не старалась избавить ее от привычки к самолюбованию, так что теперь было видно, что богатая и красивая мисс Клинтон прекрасно знает, как ей идет ее небрежная поза.

Китти Рэй сидела рядом на низкой табуретке. Она была полной противоположностью Изабелле Клинтон. Насколько Изабелла была самоуверенна, высокомерна и горда, настолько Китти была проста и приветлива. Изабелла знала, что она красива, и требовала поклонения своей красоте. Китти желала, чтобы ее любили, и достигала этого. Она была слишком рассеянна, чтобы всегда быть благоразумной и вежливой, но ей охотно прощали эти недочеты. Хотя Китти и была достаточно богата, она не слишком заботилась о своих нарядах.

Сидя на веранде возле Изабеллы, она куталась в накидку и уверяла, что замерзает и готова пойти погреться на кухню, только боится встретить там «дракона» в образе миссис Эллис.

— Я не понимаю, — говорила она, — если тебе захотелось сидеть на улице, почему не сесть около задней двери, где греет солнышко? Ах, да! Я забыла, ты боишься загореть.

— Я? — ответила Белла. — Я боюсь этого не больше, чем ты, но уверена, что у меня никогда не будет ни загара, ни веснушек.

— О, конечно, но твоя кожа становится красной, а это тебе страшно не идет.

— Я не потому выбрала это место, я просто люблю смотреть на прохожих. Смотри-ка, кто это там идет?

Китти приподнялась и посмотрела в указанном направлении.

— Да ведь это Гертруда!

Действительно, Гертруда в сопровождении своего старого знакомого, мистера Брюса, как раз подходила к дому. Взглянув наверх, она приветливо улыбнулась Китти, которая дружески кивала ей головой. Мистер Брюс был так занят Гертрудой, что не заметил барышень. Передавая Гертруде ее сверток, он сказал:

— Я с вами не пойду; что за удовольствие вести разговор с незнакомыми людьми! Скажите лучше, вы по-прежнему работаете в саду по утрам?

— Нет, — отвечала Гертруда, — от моего садика не осталось и следов.

— Как! — вскричал молодой человек. — Неужели ваши гости позволили себе… Он не договорил и, подняв глаза, увидел Беллу и Китти. Мистер Брюс сейчас же узнал их, так как они встречались в Новом Орлеане. Пришлось подняться и пожелать им доброго утра, хотя у него не было ни малейшего желания возобновлять знакомство. Барышни, напротив, очень ему обрадовались и завязали оживленный разговор.

Гертруда прошла в комнату Эмилии, дверь в которую для нее всегда была открыта, и стала рассказывать ей о своей утренней прогулке по деревне и о том, как исполнила ее поручение, когда в дверь просунулась голова миссис Эллис.

— Вернулась Гертруда? — спросила она с отчаянием в голосе. — Ах, вы уже здесь! Что же вам сказала миссис Вилкинс относительно земляники?

Гертруда поспешила ее успокоить, сообщив, что она купила землянику и ее сейчас пришлют.

— Ну, слава Богу! — с облегчением вздохнула миссис Эллис. — Я просто измучилась с обедом!

Она шумно опустилась на диван и, тяжело вздыхая, принялась жаловаться:

— Если бы вы знали, Эмилия, сколько мне пришлось гладить сегодня для миссис Грэм и ее племянниц! И как им не стыдно! Они такие богатые, а не могут отдать белье прачке! Я сама должна была взяться за утюг. Но ведь правду говорит миссис Прим: нельзя делать сразу тридцать шесть дел. Я должна была разговаривать с мясником, делать пудинг и бланманже, а кроме того, у меня были страшные неприятности: я забыла сказать, чтобы оставили ягоды! Миссис Вилкинс еще не успела послать землянику на рынок, когда вы пришли, Гертруда?

— Едва-едва захватила; приди я на несколько минут позже — не застала бы.

— Вот счастье-то! И не знаю уж, что бы я делала, если бы вы не достали земляники! И так до обеда всех дел не переделаешь! Миссис Грэм ничего не смыслит в хозяйстве. Приедет из Бостона и ждет, что тут все сделается само собой!

В эту минуту миссис Прим позвала экономку: мальчик принес землянику, но перебрать ее не успели.

— Это ужасно! — воскликнула миссис Эллис. — Хотела бы я знать, кто теперь будет с этим возиться? Кэт занята, а у меня и так дел по горло.

— Не беспокойтесь, я помогу, — сказала Гертруда, спускаясь за ней по лестнице.

— Нет, дорогая барышня, — возразила миссис Прим, — вы себе руки испачкаете.

— Ну, так что ж? Руки не перчатки, их можно вымыть.

Гертруда села в столовой и принялась за работу.

Между тем Белла и Китти болтали с мистером Брюсом. Но мистер Брюс был рассеян и каждую минуту поглядывал на дверь — не идет ли Гертруда. Наконец, потеряв терпение, он собрался уходить, но тут у калитки показалась Фанни. Она уже намеревалась стремглав влететь в дом, но брат загородил ей дорогу и что-то прошептал на ухо.

— Кто эта маленькая дикарка? — спросила Китти, когда Фанни убежала.

— Моя сестра, — небрежно ответил Бен Брюс.

— Правда? — продолжала Китти. — Хорошенькая девочка.

— А по-моему, так она просто дурнушка, — процедил сквозь зубы Бен.

Фанни выбежала из дома, остановилась у лестницы и без церемоний крикнула:

— Она говорит, что не может прийти, она занята!

— Кто? — спросила Китти, поймав Фанни и удерживая ее.

— Мисс Флинт.

— Что же она там делает? — продолжала допрашивать Китти.

— Перебирает землянику.

— А теперь ты куда идешь? — спросил брат.

— Иду наверх за птичками мисс Флинт. Их надо выставить на солнце, — крикнула Фанни, взбегая по лестнице.

Когда она спустилась вниз, у нее в руках была клетка с птичками, которых Вилли прислал Гертруде из Калькутты.

— Какие прелестные птички! — восхитилась Китти. — Откуда они у мисс Гертруды?

— Эти птички из Индии, их прислал ей мистер Салливан.

— Кто же это — мистер Салливан?

— Ее хороший знакомый. Он ей часто пишет.

— Какой мистер Салливан? — спросила Белла. — Как его зовут?

— Кажется, Вильям. Мисс Эмилия не называет птичек иначе, как крошки Вилли.

— Белла! — вскричала Китти. — Это твой Салливан!

— Бог знает, что ты говоришь, Китти, — отозвалась Белла. — Мистер Салливан — младший компаньон моего отца и я давным-давно его не видела.

— А во сне-то все-таки видишь! — заметила Китти.

— Вы видите мистера Салливана во сне? — воскликнула Фанни, пристально глядя на Беллу. — Сейчас пойду, спрошу, видит ли его во сне мисс Гертруда.

— Пойдемте вместе, — предложила Китти.

Они пробежали по коридору, отворили дверь в столовую и вместе, в один голос спросили Гертруду, не видит ли она во сне мистера Салливана.

Гертруда спокойно ответила, что, конечно, ей случается видеть его во сне, и, в свою очередь, спросила, зачем им понадобилось справляться об этом.

— Да вот, мы слышали, что еще кое-кто видит мистера Салливана во сне!

Когда они вернулись, Белла дулась, а мистер Брюс не мог скрыть своей досады. Скоро он распрощался; Белла ушла наверх, а Китти осталась с Фанни наедине.

Ей нравился Бен, и она мечтала ближе познакомиться с ним. Она усадила Фанни возле себя, обняла ее и стала расспрашивать, давно ли Гертруда знакома с ними.

Фанни охотно отвечала на все вопросы.

— А ваш брат давно знаком с Гертрудой?

— Кажется, давно.

— А что он шептал вам на ухо?

— Просил передать мисс Гертруде, что просит ее прийти поскорее и что ему скучно ждать.

Китти нахмурилась.

В это время Гертруда прошла по коридору: она несла ягоды на ледник.

— Мисс Флинт, — крикнула ей Фанни, — а теперь вы готовы?

— А что вы будете делать? — спросила Китти.

— Читать «Гамлета». Мисс Гертруда читает вслух мисс Эмилии, и мне тоже позволили слушать. Когда я читаю сама, то ничего не понимаю, а когда слушаю мисс Гертруду, мне все ясно. Она прекрасно читает.

Фанни ушла, а Китти, оставшись одна, растянулась на диване и скоро задремала. Тут и застала ее тетка, вернувшаяся из города.

— Китти! — воскликнула она, дергая девушку за руку. — Ты еще не одета! Сейчас подадут обед! Иди скорее и оденься. Брала бы пример с Беллы!

Китти, потягиваясь и зевая, отправилась наверх.

Поправляя волосы перед зеркалом, Китти сказала кузине:

— Знаешь, Белла, мне кажется, что та девочка, которую мы, помнишь, всегда встречали по дороге в школу, под руку с больным стариком, и есть Гертруда Флинт.

— Я тоже так думаю.

— А почему?

— Потому что она знакома с Вильямом Салливаном.

— И ты ничего не сказала?

— Да мне-то что за дело? Ведь это ты и еще кое-кто заняты ею.

— Кто это «еще кое-кто»?

— Да хотя бы мистер Брюс. Не видишь разве, что он влюблен в нее?

— Вряд ли ему годится в жены бедная девушка; я думаю, что ему нужна веселая, светская жена.

— Как, например, Китти Рэй?

— Как это глупо, Белла! Будто нельзя просто что-то сказать. Очень мне нужен этот Бен Брюс!

— Нужен ли он тебе — не знаю, знаю только, что на твоем месте я не стала бы так расстраиваться. Вот и к обеду звонят, опять ты опоздаешь!


предыдущая глава | Фонарщик | Глава XXVIII Неудачное ухаживание







Loading...