home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава XXXV

Новые знакомства

Не успели дамы занять места в каюте и разместить багаж, как доктор позвал их наверх, уверяя, что иначе они прозевают самые лучшие виды.

Пока миссис Джереми убеждала доктора надеть соломенную шляпу, пока Гертруда укутывала шалью Эмилию, так как было ветрено, времени прошло немало, и когда они, наконец, поднялись на палубу, все сидячие места уже были заняты и доктору пришлось отправиться добывать стулья.

Миссис Джереми предлагала вернуться в каюту, где так удобно сидеть на диванах.

— И кому мы здесь нужны? — ворчала она. — Стоишь на глазах у людей, которые втихомолку над тобой посмеиваются: мы, мол, сидим, а ты постой! Посмотрите, Эмилия, как все на нас пялятся.

Миссис Джереми никак не могла привыкнуть к мысли, что Эмилия не может видеть. Но Гертруда не забывала этого; она обняла Эмилию за талию, чтобы поддержать, если у нее от качки закружится голова, и эта группа из двух девушек действительно привлекла всеобщее внимание.

Одна, высокая и стройная, в расцвете молодости и красоты, заботливо охраняла другую — хрупкую, маленькую, слепую, которая доверчиво оперлась на нее.

— Я думаю, что здесь, в тени, лучше, чем внизу, в каюте, — сказала Эмилия. — Ведь вы тоже любите бывать на воздухе, когда прохладно.

— Так-то оно так, — ответила докторша, — но…

На их разговор обернулся какой-то господин, сидевший к ним спиной; он быстро вскочил и подошел к ним. Это был доктор Грейсворт. Поздоровавшись, он предложил свое место миссис Джереми. В ту же самую минуту другой господин, которого они до сих пор не заметили в толпе, встал и подвинул свой стул Эмилии. Гертруда узнала в нем незнакомца, который заинтересовал их за завтраком. Она, покраснев, поблагодарила его и усадила Эмилию.

Доктор Грейсворт представил им своих дочерей. Барышни были милы и хорошо воспитаны. Старшая, очень умная и развитая девушка, только что вернулась с отцом из Европы. Гертруде понравилось их сердечное отношение к Эмилии.

Доктор Грейсворт быстро нашел места для всех, так что когда, наконец, явился доктор Джереми с единственным стулом, который он смог раздобыть, ему оставалось только воспользоваться им самому. Как только он уселся на свой с таким трудом доставшийся ему стул, к нему тут же вернулась его обычная веселость.

Вскоре Гертруда и барышни Грейсворт сошлись уже настолько, что со временем могли бы подружиться. Гертруда нелегко сближалась с людьми, и хотя она всегда была вежлива и любезна, попасть в число ее друзей было трудно.

Зато их интересы становились для нее дороги, и ради них она готова была пожертвовать своим личным счастьем. Возможно, Эллен Грейсворт угадала эту черту характера Гертруды и искала ее дружбы.

Они весело разговаривали и восторгались окружающими видами.

Вдруг младшая мисс Грейсворт, Нетта, потихоньку сказала сестре:

— Эллен, позови мистера Филипса и представь его мисс Флинт. Посмотри, как он скучает в одиночестве.

Гертруда взглянула туда, куда смотрела Нетта, и узнала давешнего незнакомца: он медленно шагал по палубе, вид у него был печальный и расстроенный.

— Он за целый час ни разу не подошел к нам, — продолжала Нетта, — вероятно, опять хандрит.

— Надеюсь, что не мы ему помешали, — сказала Гертруда.

— О, конечно нет, — ответила Эллен. — Хотя мы не так давно знакомы, но я уже успела заметить, что у мистера Филипса много странностей, и нисколько не обижаюсь на него. А все же я хотела бы, чтоб он подошел; я познакомила бы его с вами, мисс Флинт.

— Он вам не понравится, — заметила Нетта.

— Вот уж нехорошо с твоей стороны настраивать мисс Флинт против моего друга! — возразила Эллен. — Вы ее не слушайте, — обратилась она к Гертруде. — Я его знаю гораздо больше, чем она, и он мне нравится. Моя сестренка не любит людей со странностями, а надо признать, что мистер Филипс — большой чудак. Но я уверена, что вы во многом сошлись бы с ним. Нетта вчера первый раз увидела мистера Филипса и почему-то сразу невзлюбила его, а мы с отцом провели с ним все время плавания из Ливерпуля. В начале путешествия он захворал, и отец познакомился с ним как с пациентом. Сегодня я очень удивилась, увидев его на пароходе: вчера он и не собирался ехать.

За минуту перед тем, как пароход остановился в Вест-Пойнте, Гертруда увидела, что доктора Джереми и Грейсворт подошли к незнакомцу и вступили с ним в разговор.

В Вест-Пойнте Гертруда простилась с новыми подругами, надеясь вновь увидеться в Саратоге.

В Вест-Пойнте провели всего одну ночь. Жара становилась невыносимой и дурно влияла на Эмилию. Поэтому доктор спешил добраться до Катскилла, лежащего в горах, где было значительно прохладнее.

Вечером, при свете луны, Гертруда увидела Вест-Пойнт во всей его красе. Перед глазами Гертруды, стоявшей с Эмилией у окна, расстилалась роскошная панорама реки и ее пышных берегов. Она была так хороша лунной ночью, что казалась восторженному уму Гертруды отражением рая — так здесь было тихо и красиво.

На другой день рано утром они опять сели на пароход и продолжили свой путь. Пассажиров было множество; шум и толкотня на палубе утомили Эмилию. Увидев, как она побледнела, Гертруда предложила спуститься в каюту, где Эмилия могла бы полежать. Но та не согласилась, не желая лишать Гертруду удовольствия.

— Для меня сейчас не существует красоты природы, — сказала Гертруда, — я вижу только ваше утомленное лицо. Пожалуйста, сделайте мне одолжение, сойдем вниз, и вы ляжете.

— Вы собираетесь вниз? — воскликнула мисс Джереми. — Что касается меня, то я буду этому очень рада. В каюте ничем не хуже, а через окно мы сможем все видеть, не так ли, дорогая?

Она снова забыла, что Эмилия ничего не видит…

— Вам действительно так больше нравится? — спросила Эмилия.

— Конечно, — ответила миссис Джереми тоном, не допускающим сомнений в ее искренности.

— В таком случае, если ты пообещаешь мне остаться здесь, Гертруда, я пойду вниз с миссис Джереми.

Гертруда проводила их, чтобы самой удостовериться, насколько удобно будет Эмилии. Когда Эмилия улеглась на диване в тихой пустой каюте, миссис Джереми стала настаивать, чтобы Гертруда вернулась наверх, обещая, что она сама присмотрит за больной.

Успокоившись по поводу Эмилии, Гертруда весело взбежала по трапу и чуть не наткнулась на того самого высокого господина, который пропустил ее вперед и раскланялся. Гертруда узнала мистера Филипса и ответила на его поклон, удивляясь, каким образом он опять очутился на одном пароходе с ними. Она была уверена, что в Вест-Пойнте его не было; стало быть, он сел в Ньюбурге, где пароход останавливался, пока она была внизу. Девушка добралась до своего места на корме и стала любоваться живописными видами. Кто-то подошел к ней; решив, что это доктор Джереми, Гертруда обратилась к нему с каким-то вопросом, но, подняв глаза, смутилась: перед ней стоял мистер Филипс. Она быстро отвернулась, но незнакомец заговорил с ней:

— Здравствуйте, мисс! Нам снова с вами по пути. Не желаете ли воспользоваться моим путеводителем?

Он протянул ей маленькую книжку с картой реки и ее берегов. Гертруда поблагодарила и развернула карту. Мистер Филипс несколько минут стоял молча, облокотившись на борт и рассеянно глядя в пространство. Затем он обернулся к девушке:

— Вам нравится эта местность?

— Чрезвычайно.

— Вы ничего подобного еще не видели.

— А вам это все уже знакомо, — ответила Гертруда, тем же тоном — не вопроса, а утверждения.

Он улыбнулся. Улыбка была странной: от нее его лицо стало еще красивее, но в то же время еще печальнее.

— Почему вы так думаете? — спросил он.

Перемена в его лице смутила Гертруду, она не нашлась что ответить и промолчала.

— А ведь вы ошибаетесь, — продолжал мистер Филипс. — Я первый раз в этих краях и вижу все это впервые, но я так давно скитаюсь по свету, что уже не могу так восторгаться красивыми видами, как вы, — прибавил он, глядя ей прямо в глаза.

Заметив, что его пристальный взгляд еще больше смущает девушку, он отвернулся, и какая-то тень легла на его лицо. Это не укрылось от Гертруды, но вдруг ее смущение исчезло, и осталось только сочувствие к этому человеку.

Он взял свободный стул и сел рядом с ней. Разговор начался с красивых пейзажей, разворачивавшихся перед ними, а потом перешел на путешествия. Где только он не бывал! Каких приключений не испытал! Он описывал свои странствия живо и художественно; чуткая натура Гертруды горячо воспринимала новые впечатления. Она так увлеклась, что уже не смущалась, когда взгляд его черных глаз останавливался на ее лице.

Доктор Джереми, отыскав наконец свою любимицу, застал ее в такой оживленной беседе, что вытаращил глаза и пробормотал:

— Чудеса, право!

Гертруда не заметила, как подошел доктор; она обернулась на его слова и покраснела: доктор, конечно, мог удивиться, что она так свободно разговаривает с незнакомым человеком. Но по отношению к собеседнику у нее уже не осталось былой неловкости. Наоборот, она чувствовала к нему полное доверие.

Мистер Филипс встал, поздоровался с доктором, с которым его познакомили накануне, и спокойно сказал:

— Представьте меня, пожалуйста, барышне; мы уже давно беседуем, но до сих пор не знаем, как называть друг друга.

Доктор Джереми исполнил обычную формальность; мистер Филипс протянул Гертруде руку и таким добрым взглядом посмотрел на нее, что она доверчиво протянула свою. Задержав на мгновение ее руку, он сказал:

— Не бойтесь меня, когда мы снова увидимся.

Раздался звонок к обеду, и все трое спустились в столовую.

Доктор подшучивал над Гертрудой и ее седовласым кавалером, настойчиво утверждая, — хотя никто с ним и не спорил, — что он еще молод и красив, а волосы, мол, всегда можно выкрасить в какой угодно цвет.

В Катскилле была такая давка и суматоха, что и более привычные к путешествиям люди, чем доктор, могли бы потерять голову. Остановка здесь такая короткая, что пассажиры, теснясь и толкаясь, едва успевают сойти с парохода, а багаж просто швыряют с борта на пристань.

Эмилия, и без того уже утомленная и нервная, робко жалась к Гертруде. Миссис Джереми пересчитывала чемоданы и сундуки, а выведенный из себя доктор громко протестовал против пароходных порядков и портового начальства.

На набережной стояли кареты для желающих подняться в горы.

Мистер Филипс быстро усадил в одну из них Эмилию с Гертрудой, после чего направился к доктору, чтобы проводить его и миссис Джереми туда, где уже сидели барышни; вскоре все тронулись в путь.


Глава XXXIV Путешествие | Фонарщик | Глава XXXVI Спасительный утес







Loading...