home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 11

Семен уже сидел в машине, закрывал дверь с ощущением, что Ольга Алексеевна насквозь простреливает его взглядом. Она смотрела на него с открытым ртом, пытаясь осмыслить происходящее. Как же так, у Семена и дом на Рублевке, и мачеха с крутой охраной?!

— С тех пор, как бандиты похитили твоего отца, мне приходится быть осторожной, — сказала Элен.

— Вы заплатили выкуп?

— Да, конечно.

— А кто получатель?

— Пытаемся разобраться. А ты знаешь про выкуп?

— Как вы меня нашли? — вопросом на вопрос ответил Семен.

— Как мы тебя нашли… — Элен на мгновение задумалась. — Проверяли списки всех сотрудников вашего охранного предприятия, наткнулись на твою фамилию, навели справки. Я знаю, что ты находился в той группе, которая была отправлена на розыски отца.

— Группа погибла. Остались только я и Надя…

— Надежда Кутепина, — проговорила Элен и отстраненно кивнула.

— Вы ее знаете?

— Я видела список вашей группы. К тому же Кутепина — из нашей службы безопасности.

— Она погибла.

— Жаль, конечно, — сказала Элен и пожала плечами.

Семену казалось, будто она не знала, насколько ей жаль какую-то там Надежду Кутепину. Может, и вовсе на нее наплевать.

— И отец погиб.

— И это плохо. Что?.. — Элен встрепенулась.

— Он сбежал, мы его нашли, потом появились бандиты Малыша.

— Ты видел, как его убили?

— Я видел его мертвым. Он сидел под сосной, пульса не было. — Горький ком подкатился к самому его горлу, и Семен замолчал.

— А где тело?

Семен мотнул головой.

— Ты его похоронил?

— Нет. Тело исчезло. Меня обстреляли, мне пришлось уходить. Когда я вернулся, тела не было.

— И куда оно делось?

— Бандиты увезли его.

— Зачем?

— Не знаю.

— Может, ты что-то путаешь? — Голос Элен вибрировал от волнения.

— Я бы с удовольствием все перепутал.

— Я тебе не верю! — На глаза женщины набежали слезы.

— Не верь, — разрешил Семен.

Элен не заплакала, но платочек достала, вытерла уголки глаз и проговорила:

— Нет, я, конечно, понимала, что все могло случиться, но во мне жила надежда. И еще я верила, что ты жив. Мы навели справки о тебе, узнали об этой женщине. Как только ты появился, нам позвонили.

— Яна позвонила? — Семен не мог в это поверить.

— Ну, может, Яна, может, еще кто. Дело не в этом.

Семен кивнул. Он знал, кто сдал его. Не зря Константин любезничал с ним, заговаривал ему зубы.

— Да, дело в том, что отца больше нет, — сказал парень.

— А сам ты почему пропал? — спросила Элен.

— Был ранен, заблудился в лесу.

— И вышел прямо в Москву?

— Нет, не прямо. К своим я обращаться не стал. Потому что эти свои там, на руднике, могли оказаться чужими.

— Ты так думаешь?

— Там были люди Малыша. Я точно это знаю.

— Кто именно?

— Насчет этого я не в курсе. Скажу только, что отца почти не искали. Отправили группу, заманили ее в засаду, на этом все и закончилось.

— Как это не искали, если были брошены все силы?

— Не знаю. Вертолеты над нами не кружили.

— А что отец говорил?

— Да он и сам ничего не понимал. Похитили его одни, напали другие.

— Кто на кого напал?

— Люди Малыша на его похитителей напали. Алмаз им был нужен.

— Да черт с ним, с этим алмазом, — заявила Элен и махнула рукой.

— Я тоже так подумал, — сказал Семен. — Поэтому выкинул его.

— Что выкинул? — вскинулась она.

— Алмаз.

— А он был у тебя?

— Да, я случайно его захватил. Смотрю, идут по тайге люди с чемоданчиком.

— С каким чемоданчиком? — Элен заметно разволновалась.

— Ну, коричневый такой чемоданчик. Компьютер там с телефоном.

— Компьютер?

— И алмаз они туда положили. Я его выбросил.

— А чемоданчик?

— Да тоже выбросил. А зачем он мне?

— Куда ты его выбросил?

— Чемоданчик или алмаз?

— Чемоданчик. Да и алмаз тоже. Ты хоть знаешь, сколько этот камень стоит?

— На этом камне кровь моего отца.

— Да, конечно.

— Я его в болото забросил. А чемоданчик тяжелый, далеко не улетел. Плюхнулся в воду, лежал там и не тонул.

— Так и остался лежать?

— Когда я уходил, лежал, а потом, наверное, утонул. Воды набрал и пошел на дно.

— Он герметичный, водонепроницаемый.

— Ну, значит, до сих пор болтается, как кое-что в проруби.

— Где болтается?

— Да есть такие места. Там даже волки выть бояться.

— Но ты-то дорогу знаешь, да?

— На карте показать не смогу. А надо?

— Алмаз можно было бы и найти, — сказала Элен.

Бриллианты — лучшие друзья такой девушки, как она, но ее куда больше волновал чемоданчик. Семен в этом нисколько не сомневался.

— Я же говорю, на нем кровь моего отца. Да и не достать его. Там же болото, от водолазов толку не будет. Если только водяного нанять.

— Наймем водяного, — заявила Элен.

— Нет, алмаз должен исчезнуть.

— Возможно, ты изменишь свое мнение.

— Я упрямый.

— А чемоданчик?

— И чемоданчик упрямый. Я пытался его запустить, но бесполезно. Даже включить не смог.

— Но чемоданчик ты найти сумеешь?

— Нет.

— Почему?

— Отец велел мне уничтожить его, я так и поступил.

— Отец велел? — в раздумье спросила Элен.

— Отец.

— Он боялся, что чемоданчик попадет в руки бандитов.

— Когда отец это говорил, чемоданчик у бандитов был. Он сказал, что они столько зла могут сделать!..

— Могут, — подтвердила Элен. — Переключат управление предприятиями на себя, выведут активы, обанкротят компанию.

— А это возможно?

— Еще как возможно.

— Так, может, отца из-за чемоданчика и похитили?

— Не в курсе. Знаю только, что бандиты Игната похитили. А ты не смог его уберечь. Или не захотел.

— Что вы хотите этим сказать?! — всколыхнулся Семен.

— Это не я говорю, а следователь.

— Какой следователь?

— Тот самый, который будет заниматься делом о гибели твоего отца. Ты — наследник, заинтересован в его смерти.

— Что? Я его наследник?

— А ты не знал? — спросила Элен и усмехнулась.

— Он, конечно, мог мне что-нибудь оставить.

— Отец завещал тебе ровно половину своего состояния. Остальное достанется моей… нашей с ним дочери.

— Я не знал.

— Он не говорил?

— Я не спрашивал, он не говорил.

— Как бы то ни было, если смерть твоего отца будет официально признана, то ты унаследуешь огромное состояние.

— Значит, я заинтересован в его смерти?

— Вряд ли кто-то что-то докажет, но будет нанесен непоправимый удар по репутации компании, контроль над который ты сможешь получить.

— А мне это нужно?

— Ты волен говорить все, что тебе угодно, но твоего отца больше нет. Ты можешь заявить о его смерти.

— Чтобы унаследовать половину, причитающуюся мне?

— Разумеется.

— Мне это не нужно. Заявлять о его смерти я не буду. — Семен озадаченно провел рукой по волосам.

Стражи порядка действительно могли обвинить его в гибели отца и даже взять под стражу. Вот это ему и в самом деле не нужно.

— Но ты должен это сделать.

— Как только я найду его тело, так и заявлю. А там уже все равно.

— Как ты найдешь тело?

— А больше некому искать?

— Розыски до сих пор продолжаются. Но ты же знаешь, тайга бескрайняя. Легче найти чемоданчик.

— Зачем?

— Это я так, к слову.

— Но там же что-то такое важное.

— Да, но только для тебя.

— Для меня?

— Если ты унаследуешь состояние отца и захочешь переключить управление компанией на себя. Но тебе совсем не обязательно участвовать в этом процессе. У твоего отца есть надежный заместитель, он отлично справляется со своими обязанностями. Пусть работает дальше, а ты будешь жить по-прежнему, точно так же, как до ссоры с отцом. У тебя будет дом и столько денег, сколько тебе нужно.

— Да, деньги мне нужны, — сказал Семен.

— Даже не буду спрашивать, зачем именно.

— Возьму машину, ружье, вернусь в тайгу. Надо найти тело отца.

— Это очень опасно.

— Но я должен это сделать.

— Сам не сможешь.

— У Славы брат есть, — заявил Семен и пожал плечами.

— У какого Славы? Какой брат?

— Да это неважно. Степан его зовут. Он это вот дело слишком уж любит, — Семен щелкнул себя по горлу. — Как с таким в разведку?

— С алкашами лучше не связываться.

— В то же время он превосходный охотник. Не знаю, может, и возьму его с собой. Рано еще об этом говорить.

— Были бы у меня люди, я бы тебе обязательно помогла, — неуверенно проговорила Элен.

— Да мне лучше одному, чем с кем попало.

— Ты можешь на меня рассчитывать.

— Вездеход неплохо было бы взять. В тех местах уже снег лежит. Но не думаю, что болота уже замерзли.

— Какие болота?

— Не какие, а вообще. А вам какое болото нужно?

— Мне оно совершенно не нужно!

— Нужно, чтобы все замерзло. А я пока соберусь. Да и рука еще болит. Подлечу ее, отдохну немного. Карабин мне очень даже понадобится. Значит, я могу жить в своем доме?

— Отец все ждал, что ты вернешься, — произнесла женщина и приложила к глазам платок.

Голос Элен подрагивал от скорбной горечи.

— Я знаю, что был дураком, — сказал Семен.

— Дом тебя ждал. Он и сейчас принадлежит тебе. Едем?

Семен кивнул. Он, конечно же, очень хотел побывать в своем доме, где так счастливо жил вместе с отцом и матерью. Но именно эти счастливые воспоминания его и пугали. Навалятся они, задавят, задушат.

Коричневая крыша с острыми башенками была видна издалека. Потом Семен разглядел белые стены, витринные окна, большую полукруглую террасу на мраморных колоннах, нависающую над крыльцом. Двор находился в идеальном состоянии, ландшафтный дизайн был выдержан в прежнем, до боли знакомом стиле.

Семен вспомнил, как оказался здесь впервые. Отец привез сюда его и маму, сказал, что построил этот дом для них. Мама тогда так радовалась, а он козленком скакал вокруг нее. Маленький был, совсем несмышленый.

В доме все знакомо до слез. Мебель, обстановка, белый электронный рояль в холле, на котором так любила играть мама.

Семен услышал шаги. Кто-то спускался по лестнице, и сердце парня ухнуло в груди. Вдруг он каким-то чудом оказался в прошлом и это мама идет к нему?

Но в холл вышла незнакомая женщина средних лет в униформе горничной. Она шла, поправляя платье, которое, видимо, только что надела. Пока жила здесь без хозяина, форма ей не нужна была, и вдруг началось… А убиралась эта особа на совесть. В доме все блестит, нигде ни пылинки, в воздухе пахнет свежестью.

Женщина вышла в холл, остановилась, кивнула в знак приветствия и покорно опустила голову, давая понять, что готова принять к исполнению любое приказание. Элен недовольно глянула на нее. Мол, раньше надо было переодеться, приготовиться к приезду хозяина.

Семен тепло поздоровался с женщиной, познакомился с ней и велел подать чего-нибудь съестного. А сам зашел в обеденный зал, отделенный от кухни широкой аркой. В углу помещения стоял бар, в котором должна была быть выпивка. Воспоминания не просто надавили на душу. Они расплющили ее. Однако есть неплохое средство для исправления таких деформаций.

Бар изобилием не впечатлял — виски, коньяк, водка, всего понемногу. Но совсем недавно для Семена и фляжка со спиртом была в радость. Хайболы чистые, недавно протертые. Семен взял один, откупорил бутылку вискаря.

— И мне.

Семен кивнул, плеснул себе, Элен и едва заметно улыбнулся.

— Что-то не так? — Элен подозрительно глянула на него.

— Да нет, вспомнил просто…

— Что вспомнил?

— Да так. Мама ночью просыпается, заходит сюда, а мы здесь с Катькой Милютиной, пьяные вскачь. До сих пор не понимаю, как мы сюда прошли мимо охраны. Ну да, она нас и заложила.

— Давай, не чокаясь, — сказала Элен и выпила первой.

Ароматная горечь хлынула ей в нос, это чувствовалось, но она сдержала себя, не скривилась.

Семен тоже умел держать такой удар, даже не поморщился.

— А что мы у меня дома пили, не помнишь? — спросила вдруг она.

Семен кивнул. Он помнил, как тогда, в предновогоднюю ночь, они сидели на диване и она смотрела на него точно так же, как и сейчас. Вроде бы и не навязывалась, но и не оттолкнула бы его.

— Помню. Ничего.

— Правильно. Я не могла тогда с тобой выпивать. И сейчас тоже не могу. Но мне так больно! — Одну руку она приложила к бутылке, а пальцами другой щелкнула по горлышку.

Семен кивнул и пустил бутылку на второй круг.

Она выпила сразу же, как только он наполнил стаканы.

— Я верила, надеялась. И вдруг ты говоришь, что Игната больше нет.

Семен тоже выпил, но поморщился исключительно от душевной боли.

— Ты тоже мог погибнуть.

— Вы знали, что группа Гранина уничтожена?

— Да, их всех нашли. Но тебя там не было.

— А Вересаев был.

— Вересаев?.. Да, был такой.

— Он расстрелял телохранителей отца, а потом пошел с нами, чтобы уничтожить группу.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно.

— Вересаев — человек Белова, — проговорила Элен и задумалась.

— Кто такой Белов?

— Ты даже не знаешь, кто такой Белов! — сказала она и снисходительно усмехнулась. — Белов — душа компании. В том смысле, что он в ней — второй человек после твоего отца.

— А кто первый?

— Коричневый чемоданчик.

— Этот Белов хочет его получить?

— Чемоданчик сдает карты. Козыри на руках у Белова. Только он может управлять компанией. Но если изменить код…

— Кто может его изменить?

— Только твой отец. Или сам чемоданчик, — ответила Элен и усмехнулась.

— Сам по себе он не может.

— Да, так и есть. Сам по себе не может. Но если ты сумеешь заставить его это сделать… А если у тебя ничего не получится, то рано или поздно ты потеряешь все.

— Вы же сказали, что беспокоиться не о чем.

— Но я же не знала тогда про Вересаева.

— Значит, это Белов все подстроил?

— Не знаю. В толк не возьму, зачем ему это нужно. Без Игната он как тот ферзь без короля. Фигура есть, а игра закончена. Ты входишь в права наследства и в состав правления, тебя избирают его председателем. Ты можешь сбить Белова с шахматной доски щелчком пальцев.

— Так, может быть, меня обстреляли его люди?

— Не знаю. Для меня это новости с другой планеты.

— Меня обстреляли, а отца снова похитили.

— Какое-то время он будет числиться без вести пропавшим, — в раздумье проговорила Элен.

— А Белов, скорее всего, выведет активы, — предположил Семен.

— И как ему помешать?

— Да, как ему помешать?

— Не знаю.

— Нет?

— Я контролирую поиски твоего отца, но управление компанией для меня — темный лес.

— Надо держать руку на пульсе, — произнес Семен.

— Нам надо держаться вместе, — сказала Элен, положив руку ему на плечо.

— Нам вместе?

— Да, ты, я и чемоданчик. — Женщина улыбнулась.

— Ну, хорошо, я попробую его найти.

— Эй! — Элен продолжала держать руку на плече у Семена, но, как оказалось, только для того, чтобы надавить на него и потребовать продолжения банкета.

Семен послушно наполнил стаканы.

Появилась Виктория, то есть та самая горничная, и подала отбивные в яичном кляре. Существует много способов быстро приготовить мясо. Эта женщина в совершенстве владела как минимум одним из них.

Но Элен на мясо даже не глянула.

Она выпила, улыбнулась Семену, двинулась к выходу и сказала:

— Пойдем, проводишь меня.

— Уже?..

— Ты хочешь, чтобы я составила тебе компанию? Не получится. Нельзя давать поводов для пересудов.

Семен проводил Элен до машины.

— Запомни, мы с тобой — одна команда, — тихо сказала она. — Задавят тебя, прикончат и меня. А я не одна, у меня — дочь.

— Я все понимаю, — произнес Семен.

— Тебе откроют счет, переведут деньги. Карточку привезу сама. Завтра, — сказала женщина, кивнула в знак прощания, села в машину и через окно помахала Семену рукой.

Она уехала, а он обошел двор по кругу. На улице уже стемнело, но фонари светили ярко на всем пути. Отец в свое время нарочно устроил беговую дорожку по периметру забора. Он и сам по утрам круги наматывал, и Семена заставлял, пока тот к спорту не пристрастился. Круг изрядный, без малого полкилометра. Двор большой, красивый. Клумбы, газоны, сосновая роща, шашлычная в беседке. Почему бы здесь не поселиться? Вместе с Яной.

Он уже здесь, все к его услугам. Яну запросто можно пригласить к себе в гости. Когда-нибудь, но только не сейчас. Семен понимал, что все могло измениться в любую минуту. Верил он Элен или нет, но нисколько не сомневался в том, что враг близок. Парень знал, что за счастье жить в полное свое удовольствие нужно еще побороться. Но прежде всего он обязан был отомстить за отца.

Семен зашел в дом, поднялся на второй этаж, плюхнулся на любимый диван в своей комнате. Огромный телевизор, компьютер, игровые приставки — вся эта аппаратура, конечно, уже морально устарела, но менять ему ничего не хотелось. Пусть все будет как есть.

Телефон стоял в ячейке. Семен взял трубку, приложил к уху, убедился в том, что аппарат работает.

На звонок ответила Ольга Алексеевна. Семен еще раз поздоровался с ней и попросил позвать Яну, которая сейчас запросто могла находиться в объятиях Константина. От этой мысли парня сразу неслабо залихорадило.

— Семен, а я сразу поняла, что это ты! — прощебетала эта милая женщина. — Смотрю, телефон как будто сияет!

— Мне бы Яну услышать.

— Сейчас-сейчас. Она уже выходит из ванной.

Семен закусил губу. Ему вдруг захотелось сделать себе больно. Ну почему он не забрал Яну с собой? Зачем позволил ей лишний раз уединиться со своим старым валенком?

— Пусть не торопится. Я подожду.

— Семен, а ты сейчас где? У тебя и в самом деле дом на Рублевке? Знаешь, я могла бы посидеть с Юленькой. Константина вызвали на работу, он, наверное, сегодня не придет.

Семен осознавал всю сложность ситуации, в которой он оказался. Не исключено, что этот дом уже стал для него ловушкой. Сам он вынужден был рисковать. Это, можно сказать, была часть его плана. А вот Яне сейчас здесь не место. Парень всего лишь хотел попросить ее немного подождать и с Константином быть поосторожней. Но поймет ли она его на словах? Откажется ли от столь завидного жениха? Может, он уже возвращается с работы, чтобы затащить Яну под одеяло?

— Можете посидеть с Юлей, стало быть?.. — спросил он. — Ловлю вас на слове!

Семен стал значительно мощней с тех пор, как оставил отчий дом, но вместе с тем избавился от лишнего веса. Старые джинсы, пиджак и куртка были ему как раз. А в заначке у него лежали две тысячные купюры. Семен усмехнулся и сунул эти деньги в карман.

На сборный пункт он забрал всю свою наличность, оставил только эти две купюры, да и то лишь потому, что забыл про них. О давней заначке парень вспомнил уже потом, в армии, причем во сне.

Снилась ему и машина, темно-серый с отливом «БМВ». И как он только обходился без своей «ласточки» долгие годы? Хоть памятник собственной упертости воздвигай.

«БМВ» дожидался его в гараже, чистый, наполированный. Сердце Семена сначала встрепенулось, потом сжалось. Рядом с его автомобилем стоял мамин «Мерседес».

Яна уже уложила дочку спать, когда появился Семен и заявил:

— Поехали!

Яна мотнула головой, потрясенно глянула на него и сказала:

— Сейчас Костя придет.

Ольга Алексеевна подавала дочери знаки. Семен это заметил, а вот Яна — нет.

— Именно поэтому мы и уезжаем, — сказал парень.

— Я не собрана.

— А тебе и не надо собираться. Мы едем домой.

— Ну, хорошо.

Яна оделась, спустилась вниз, Семен открыл перед ней дверь. Автомобиль — настоящий красавец, но садиться в него неудобно. Впрочем, вряд ли Яна обратила на это внимание.

Через двор он ехал медленно, на шоссе пустил машину стрелой.

— Откуда у тебя это чудо?

— Папа — миллиардер.

— Так сразу?

Семен догадался, о чем подумала Яна. Даже во вранье нужно быть скромным.

— Миллионером он был раньше. Когда покупал мне эту машину. С тех пор круто поднялся.

— Ты это серьезно?

— Он круто поднялся, а я круто с ним поссорился. Недавно помирился. Перед тем, как он погиб.

— Кто погиб?

— Мой отец. Есть люди, которые могут убить и меня.

— Что ты такое говоришь?

— Все может случиться в любое время. Возможно, уже завтра. А сегодня ты должна знать, что я тебя люблю и хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

Яна хотела что-то сказать, но от волнения у нее перехватило дыхание.

— Ты не должна больше спать с этим старым козлом! — добавил Семен и приложил руку к груди.

Он и сам понимал, что перегнул палку, но эмоции били через край.

— Во-первых, он не старый, а во-вторых, я с ним не спала.

— Тогда это во-первых, — заявил Семен.

Если не знаешь, можно верить любимой женщине или нет, то лучше отбросить сомнения и поверить. Конечно, только в том случае, если женщина действительно любимая и тебе хочется прожить с ней всю жизнь.

— Куда мы едем?

— Я хотел бы отвезти тебя ко мне… к нам домой. Но там может быть опасно. А я не хочу тобой рисковать. Сейчас мы едем к тебе, и ты пошлешь Костю. Можешь сделать это вежливо.

— Почему опасно?

— Я должен во всем разобраться. Если мне повезет, то я вернусь к тебе и сделаю предложение.

— Я не стану посылать Костю, — заявила Яна и отрицательно качнула головой.

— Нет?

— Если ты не отвезешь меня к себе.

— Но там опасно.

— Я не стану посылать Костю. Это мое последнее слово.

Машина не взрывалась. Дом не поднялся на воздух, когда они заехали в гараж. Кроме Виктории, там больше никого не было.

Семен показал Яне дом, провел в купальный павильон. Она восхитилась величиной бассейна, но задерживаться возле него не захотела. Ее потянуло в холл. Там она села за рояль, и ее пальчики играючи забегали по клавишам.

От волнения у Семена ноги налились тяжестью. На какие-то мгновения он буквально прирос к полу. Яна играла «Весну» Вивальди. Именно эту мелодию чаще всего исполняла мама.

Яна закончила играть, повернулась к Семену, как-то озадаченно посмотрела на него и спросила:

— Ты чего такой бледный?

— Я никому тебя не отдам, — заявил он.

— Ладно, не отдавай.

— Я очень тебя люблю.

Семен потянулся к Яне, и она не захотела уходить от столкновения, которое обещало быть мягким. Их губы слились в поцелуе. Семен обнял ее нежно, осторожно. Их счастье пока еще было таким хрупким, что его следовало оберегать от резких движений.


Глава 10 | Золотая обойма | Глава 12







Loading...