home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 2

Две новости — и обе хорошие. Для кого-то, но вовсе не для Семена. Ему должно быть все равно, кто перекупил золоторудную компанию, в которой он работал охранником. И еще, пока парень отдыхал, где-то в окрестностях карьера был найден крупный самородный алмаз, сто восемьдесят семь карат. Семен, конечно, должен был отреагировать на такую новость с удивлением и восторгом, но близко к сердцу принимать это было совсем не обязательно. Сколько бы ни весил алмаз, Семен больше восьмидесяти тысяч в месяц не получит.

Да и Ване от этого тоже никакой выгоды. Поэтому он и сдерживал свой восторг, рассказывая об алмазе.

— А разве алмаз может быть самородным? — спросил Семен.

Он устал с дороги, хотел немного полежать у телевизора. Общежитие у них приличное, комнаты двухместные, на этаже душ с горячей водой. В номере приятная прохлада, домашний уют и комары не кусают. Только Ваня под ухо: «Бу-бу-бу». Но ему можно, он только что со смены. Сейчас побубнит немного и заснет.

— Ну, если золото само по себе валяется, значит, оно самородное.

— Алмаз сам по себе валялся? Может, кто-то потерял? — пошутил Семен.

— Шайтан потерял.

— А они тут водятся?

— Или шаман. Якутский.

— Почему якутский?

— Потому что кимберлитовые трубки здесь где-то есть. Алмаз оттуда мог укатиться своим ходом. Реки там, ручьи, паводки. Все лишнее отбилось, самый смак остался.

— Что лишнее? — не понял Семен.

— В трубках алмазы спокойно лежат, в своей шелухе. А когда алмаз по камушкам катится, она вся отваливается.

— А огранка появляется, — заявил Семен.

Он лежал на кровати с закрытыми глазами, скрестив руки на груди.

— Да нет, огранка потом. Этот камушек после нее в два раза меньше станет, но сто восемьдесят семь разделить на два — это очень даже немало, я тебе скажу.

— «Золото Енисея» можно купить?

— Ну, кто-то же его купил.

— Ты уже говорил.

— У нас теперь новый хозяин.

— У меня нет хозяина.

Семен считал, что устроился неплохо. За общежитие он платил копейки, питание — тоже по льготным ценам, да и работа, в общем-то, не каторжная. К холодам, снегам и прочему гнусу парень уже привык. Отпуск заканчивался, скоро на смену, но его это ничуть не напрягало. Нормально все. Если вдруг с работодателем возникнет конфликт, то он просто уволится, и все. Собой помыкать никому не даст.

— А Морозову все равно, как ты считаешь, — заявил Ваня.

— Какому еще Морозову? — спросил Семен и открыл глаза.

— Компания такая. «Морозов» называется.

— Не слыхал.

Не знал Семен, что отцовская компания интересуется золотом. Сталь, железо, медь, никель — это да. Впрочем, золото — тоже металл, к тому же стратегический и постоянно растущий в цене.

— Интересно, алмаз кому отойдет, старому хозяину или новому?

— Тебе не все равно?

— Мне все равно, а Морозову — нет. Говорят, он скоро сам здесь будет.

— Говорят, в Москве кур доят.

— А у нас куры золотые яйца несут. Даже алмазные. Блин, ну почему я никогда ничего не нахожу? Только и слышу, дескать, земля здесь особенная, золото под ногами валяется. — С каждым словом речь Вани замедлялась.

— Может, потому, что под ноги не смотришь?

— Как это не смотрю? — Ваня закрыл глаза. — Всегда смотрю. Вдруг растяжка?..

— Спи давай. Глаза уже слипаются, а ты все бормочешь.

— А мы карьер охраняем… Там в каждой машине пятнадцать граммов… — Ваня не договорил.

Сначала он опустил руку, а затем захрапел.

Семен усмехнулся, глядя на него.

Да, земля в этих суровых краях действительно особая, золотоносная. Их фирма охраняла горный карьер, на котором одновременно работали с полсотни самосвалов. В каждом кузове в среднем вывозилось пятнадцать граммов золота. Пятьдесят машин — это уже почти килограмм драгоценного металла. День-два — считай, целое состояние.

Но чтобы загрузить карьерный самосвал, его еще нужно приобрести, а это деньги. А взрывные работы, добыча, загрузка? Это целое производство, организация которого влетает в копеечку.

Породу мало перевезти, с ней нужно работать. Обогащение руды, извлечение золота — процесс сложный, дорогостоящий. Затраты порой перевешивают выручку.

А еще за право пользования недрами нужно заплатить, не говоря уже о налогах. Так что не все так просто. Даже владелец золотодобывающей компании мог оказаться в убытке. Видно, прежнее руководство что-то делало не так. Работа шла, деньги крутились, но слухи о финансовых проблемах нет-нет да и проскакивали. Возможно, проблемы эти оказались настолько реальными, что бывшему хозяину пришлось продать компанию.

Не исключено, что отец Семена купил кота в мешке, но, скорее всего, он намеренно пошел на риск. Работа с убыточными или малорентабельными предприятиями, сокращение издержек производства, повышение коэффициента полезного действия — его конек.

Но если так, то «Золото Енисея» ждут непростые времена. Оптимизация производства может крепко ударить по судьбам простых работяг: одних уволят, другим сократят зарплаты, заставят при этом вкалывать за семерых.

Но Ване об этом лучше не знать. Пусть спит, пока у него есть такая возможность.


В административном секторе царил переполох. Прибыл вертолет с новой генеральной линией в лице господина Морозова и его заместителей. Высокого гостя нужно разместить, обогреть, устроить пышный прием в его честь. На повестке дня два гвоздя программы — господин Морозов и алмаз, который будет назван в его честь.

Но Семена это сейчас нисколько не волновало. У него служба. Нужно обойти весь карьер по периметру, а это десятки километров пешего пути по тайге. Прелая листва едва слышно шелестит под ногами, комары над ухом жужжат, птицы меж собой перекликаются. Вдали, над карьером, громыхнуло — породу взрывают. Вечер, уже темнеть начинает. Тепло, ветра нет, но в этом ничего хорошего. В такую пору для комаров самое раздолье.

Семен к этому привык. Ваня тоже. Им хватало одного только аэрозоля, побрызгались и пошли.

Новичок Слава, третий в группе, тоже мог обходиться без накомарника. Он местный, к этому дерьму с детства привычный. Но нет, на нем всегда шляпа с противомоскитной сеткой.

Зиму хорошо переносит не тот, кто холода не боится, а тот, кто тепло одевается. Точно так же обстоит дело и с комарами.

Кто-то охранял карьер, досматривал машины, выезжающие оттуда, а Семен прочесывал окрестности. Территория здесь частная, самодеятельная золотодобыча — вне закона. Кустарный старатель в этих краях был скорее исключением, чем правилом, но в самом карьере иной раз случались нездоровые явления.

Самородки как таковые там попадались редко, но встречались куски породы с щедрыми вкраплениями золота. Ушлые ребята прятали их, а потом выносили в обход охранных постов. Этим промышляли и карьерные рабочие, и местные жители.

С рабочими — проще, они, как правило, сразу же сдаются, а местные могут и за ружье схватиться. Таежники опасны еще и тем, что их не так-то просто обнаружить. И передвигаться они могут бесшумно, и маскироваться так, что рядом пройдешь — не заметишь.

У Славы старший брат был охотником, и стрелял метко, и по лесу передвигался тихо, как тень. Золотишко он, как некоторые, не мыл, не воровал, но в свое время ему очень повезло. Этот парень нашел самородок чуть ли не в полкило весом. Знали об этом немногие, в том числе и Семен. Потому как еще совсем недавно Степан Вязов был старшим его группы, они вместе патрулировали по этому самому маршруту.

Раньше в этих краях промышляла банда Малыша, которая не просто контролировала, но и организовывала незаконную добычу золота как на левых приисках, так и на самом карьере. Это сейчас несуны действуют сами по себе, а раньше все они работали под Малышом. В те лихие времена Семен со своей группой при таком вот обходе запросто мог напороться на засаду. Прежнее руководство долго воевало с Малышом. В конце концов он со своей бандой перекочевал куда-то в таежную глушь. Слухи о нем всплывали все реже и реже.

Семен тоже передвигался бесшумно. И подготовка у него соответствующая, и местность знакомая, исхоженная вдоль и поперек, ноги знают каждый камушек, любой сучок. Ушки на макушке. Несуна мог выдать не только треск ветки, но и тревожный птичий вскрик. Группа из трех человек, оружие боевое, настроение тоже.

Семен давно понял, что чем серьезней относишься к работе, тем легче переносятся тяготы и невзгоды. Начальство его ценило, поэтому в группе он был старшим.

В лесу было тихо и спокойно, ни людей, ни зверей, только птицы от дерева к дереву летали. Парню хотелось верить, что так будет и дальше. Но вдруг раздался выстрел. Пуля срезала ветку над головой Славы. Парень испуганно присел, но при этом нажал на спуск, ориентируясь на шум выстрела.

В ответ прилетела автоматная очередь. Слава не растерялся, закатился за ствол могучей лиственницы. Нашел укрытие и Семен. Он выстрелил, по рации связался с базой, сообщил о нападении, дал координаты.

А стрельба не прекращалась. Огонь вели два автоматчика, которые постоянно перемещались. Семен заметил размытый силуэт. Если бы не движение, то его можно было бы принять за куст. Семен пальнул в ту сторону. Движение прекратилось, а ответ последовал с другой точки. Семен сменил место, выстрелил на звук. Тут же прилетели вражеские пули, одна из которых срезала кору с дерева в метре над головой парня.

Противник не пытался атаковать, не шел на сближение. Его вроде бы вполне устраивал режим перестрелки, причем бескровной. Никто из группы не был даже ранен.

Но такой ход событий не устраивал Семена. Маскхалата на нем не было, но камуфляж подобран под цвет летней тайги. Кевларовый бронежилет, автоматический карабин, приличный боезапас. Да и ребята у него боевые.

Он сам пошел на сближение с противником, от дерева к дереву, прыжками, перебежками. Стрелки стали отходить, но огня не прекращали. Семен едва успевал уворачиваться от пуль. Хорошо, что плотный лес позволял ему надежно укрываться и незаметно менять позиции. Ребята шли за ним и стреляли при каждом удобном случае.

В конце концов противник не выдержал напора. Его тактическое отступление превратилось в стратегическое бегство. Но уходили стрелки быстро, а над лесом сгустилась темнота. Семену пришлось прекратить преследование.

Даже вертолет, зависший над лесом, ничем не мог помочь. Высаживать десант не было никакого смысла. Противник ушел, не оставив ни убитых, ни раненых.

Семен получил приказ возвращаться на базу. Вертолет улетел, стало темно и тихо.

— И что это было? — спросил Ваня.

— Потом поговорим.

Семен не исключал повторного нападения, поэтому держал ухо востро. Но ничего такого не случилось.

Они вернулись в караулку, откуда начался обход. А там творилось черт знает что. На административный сектор было совершено нападение. Какие-то вооруженные люди проникли на территорию, обстреляли охрану, пытались проникнуть в хранилище золота. Завязался бой, дежурная группа прибыла вовремя, нападение было отбито.

Но Семену и его ребятам все же пришлось выехать на место этих событий. Они погрузились в «Хантер», водитель получил путевой лист и двинулся вперед.

Центральный офис компании находился в Красноярске, а производство размещалось далеко-далеко, на севере, аж за Нижней Тунгуской. Карьеры, золотодобывающие фабрики, вахтовый поселок — все это связано было между собой длинными, но довольно-таки сносными дорогами.

Административный сектор со своей огороженной территорией размещался на возвышенности между главной фабрикой и вахтовым поселком. Там — административное здание, гостиница с банкетным залом, пункт охраны и самое главное — хранилище золота. Охрана, понятное дело, соответствующая.

Семен сидел впереди, Ваня и Слава — сзади. До места оставалось совсем немного, когда навстречу им вдруг выскочил «уазик». Он шел с выключенными фарами, поэтому водитель Яша заметил его за секунду-две до вполне возможного столкновения. Его правая нога перескочила с одной педали на другую, но на тормоз он так и не нажал — то ли не успел, то ли не стал этого делать, чтобы «Хантер» не повело в сторону. Как бы то ни было, но беды столкновения не произошло. Это при том, что вслед за первой машиной промчалась вторая.

— Твою дивизию! — выругался водитель, набирая скорость.

— Давай разворачивайся! — велел Семен.

— Чего?

— Гони за этими голландцами.

— За какими голландцами?

Машина уверенно набирала ход. Яша и не собирался разворачиваться.

— За летучими!

Ваня сзади приложил к голове водителя два сложенных вместе пальца. А рука у него здоровая. Два этих пальца весили, как ствол пистолета.

— Я тебе сейчас башку прострелю! — заявил он.

— Да у меня путевка! — пробурчал Яша и сбросил скорость.

Но его протест остался без ответа.

Машину он развернул, однако «летучие голландцы» уже успели раствориться в темноте.

Ворота, ведущие на территорию административного сектора, были открыты. На земле без движения лежали тела охранников, вокруг суетились люди.

«Хантер» остановился, Семен вышел из него.

Дул ветер, пороховая гарь просто не могла удержаться в воздухе, но парень все же почуял этот запах. Хотя не исключено, что это было всего лишь самовнушение.

Появился начальник охраны, коренастый мужичок на кривых, как у монгольского всадника, ногах. Может, потому его называли отставным майором кавалерии, хотя служил Ничетов в системе исполнения наказаний.

— Почему так долго? — нервно спросил он.

— Ехали так быстро, как только могли, — заявил Семен.

Один труп лежал у коробки контрольно-пропускного пункта, другой — поперек ворот. Выезжающая машина должна была его переехать, но следов от колес вроде бы не было. Возможно, охранник бросился вслед за выехавшими машинами, только тогда его и подстрелили.

— Здесь давайте. — Ничетов неопределенно махнул рукой за ворота.

— Въезд охранять? — спросил Семен.

— В оба смотрите! — Ничетов махнул рукой.

Похоже, он и сам не знал, что нужно делать.

— Машины уже ушли, — сказал Семен.

— Какие машины?

— Неизвестные. С выключенными фарами. Навстречу нам прошли.

— Когда?

— Минут семь-восемь назад, — Семен поднял руку, глянул на часы. — Семь минут двадцать пять секунд.

— С выключенными фарами?

— С выключенными фарами.

— Это они.

— Надеюсь, выезды перекрыты.

— Я тоже на это надеюсь. Здесь будь! — Ничетов сорвался с места и, будто подхваченный ветром, унесся в сторону административного центра.

Семен пожал плечами. Конкретной задачи он так и не получил. Может, и охранять уже нечего. Или некого? Вдруг с отцом что-то случилось?

Эта мысль кинжалом вонзилась в его сознание. Одно дело игнорировать отца, когда он жив, и совсем другое, когда с ним что-то стряслось.

— Эй!

Семен с опозданием рванул за Ничетовым и догнал его только возле административной гостиницы. У входа лежал убитый, судя по спецовке, рядовой сотрудник компании. Видно, попал под горячую руку. В холле гостиницы — два покойника в черных костюмах. Скорее всего, это была уже личная охрана отца.

Семен беспрепятственно поднялся на второй этаж. Там находились начальник охраны и управляющий директор. С ними еще двое, видимо, из московской свиты. Все они стояли перед входом в самый большой номер, а под ногами у них лежали еще два трупа.

Эти покойники тоже были в черных костюмах, с пистолетами в руках. Это значило, что в момент смерти они стояли с оружием на изготовку. Но почему не стреляли? Кто расправился с ними, как с овцами?

Ничетов заметил Семена, повернулся к нему.

— Морозов!

— Морозов?! — встрепенулся директор.

— Э-э, это другой Морозов, — сказал Ничетов.

Директор кивнул, с досадой глянул на Семена. Морозов — фамилия распространенная, так что ничего удивительного. Но лучше бы нашелся Морозов Игнат Савельевич.

— А который тот Морозов, он где? — спросил Семен.

Внешне он похож был на мать, из отцовского — только брови, нос. Еще плотное телосложение и рост под метр девяносто.

— Я тебе где велел находиться?

— Что с ним? — спросил Семен, протолкнулся между Ничетовым и директором, зашел в люкс.

В первой комнате лежал еще один труп. Парень атлетического сложения в черном костюме также был убит выстрелом в голову. Причем выстрел этот, судя по всему, стал полной для него неожиданностью.

Дверь в спальню открыта, но туда Семену пройти не удалось: Ничетов схватил его за плечо.

— Похитили Морозова! — зло сказал он.

— Это свои.

— Что свои? — не понял начальник охраны.

— Кто-то из своих стрелял. — Семен кивком показал на человека, лежащего на полу в номере. — Он даже понять ничего не успел.

— Давай, Морозов, на место! Без тебя разберемся!

— И этих кто-то свой уложил. — Семен показал на двух других покойников.

— Я же сказал, без тебя разберемся.

— Ты уже разобрался! — Семен резко повернулся к Ничетову.

— Что?! — Тот оторопело заморгал.

— А кто из своих мог стрелять? — спросил директор, с интересом глядя на Семена.

— А кто вместе с Морозовым пропал?

Господа, стоявшие рядом с директором, переглянулись. Один молодой, интеллигентной внешности, спортивного вида. Другой — средних лет, мягкотелый, с брюшком, в очках. Оба в хороших костюмах.

— Помощник у него был, — сказал директор.

— Администратор, — добавил мужчина в очках.

— Стрелять умеет? — спросил Семен.

Московские гости снова переглянулись.

— В пейнтболе он был самым лучшим, — сказал молодой человек.

— Ну, маркер — это не совсем оружие, — заявил Ничетов, оттеснил Семена, встал между ним и директором. — Но тем не менее…

— Фильчакова нигде нет. Ни его, ни чемоданчика.

На Семена они уже не обращали внимания, да и ему самому не хотелось ни с кем говорить. Ничетов — баран самый натуральный, толку от него никакого. Он уже давно должен был снарядить погоню за пропавшим боссом, а все на месте топчется, вчерашний день ищет, надеется на посты перехвата. Чепуха все это. Если похитители смогли расправиться с охраной в административном секторе, то никакой пост их не остановит.

А похитители, как оказалось, натворили бед. Они атаковали административный сектор со стороны хранилища золота. Там завязался самый настоящий бой. И на подступах к хранилищу трупы, и у самого здания. Еще неизвестно, сколько было раненых.

Семен вернулся к воротам, подошел к водителю, вонзил в него взгляд.

— Сколько у тебя бензина?

— Как обычно, полный бак.

— К машине! — скомандовал Семен.

Ваня и Слава сели в машину без всяких вопросов.

Яша застопорился и заявил:

— Э-э… Ты мне не начальник.

— Я сказал, к машине! — Семен всем видом дал понять, что сейчас ударит Яшу.

Тот струхнул, сел за руль, но завести машину не смог, вышел из нее, открыл капот.

— Вот жучара! — выдал Ваня.

— А едем куда? — спросил Слава.

Семен пожал плечами. Он знал, с чего нужно начинать поиски отца, но сможет ли взять след, который уже простыл? Скорее всего, нет.

К машине стремительно подошел Ничетов, резко открыл дверь, жестко глянул на Семена и приказал:

— Выходи!

Вид у него был такой, как будто он собирался вести Семена на расстрел. Но провел его Ничетов к зданию контрольно-пропускного пункта, возле которого все еще лежал труп охранника. Зато в самом помещении не было никаких тел, ни живых, ни мертвых. Свет там горел неестественно ярко. Именно так, наверное, светили неоновые лампы в прозекторской, над анатомическим столом.

Ничетов сел на стул, боком к столу.

— Рассказывай! — потребовал он, сморщив лоб.

— Что рассказывать? — осведомился Семен.

— Куда ты собрался?

— Да появилась тут одна мысль.

— За мыслью собрался?

— За теми, к кому она может привести.

— Давай короче.

— Зачем нас обстреляли в лесу? Внимание отвлекали. Вы сняли группу быстрого реагирования, а в это время произошло нападение на хранилище золота. Может, я не прав? — спросил Семен.

— Отвлекающий маневр?

— Отвлекающий маневр.

— А нападение на хранилище — это какой маневр?

— Сначала хранилище, потом Морозов, — сказал Семен.

— И там отвлекающий маневр, и там. Не слишком ли много?

— Важен результат.

— Результат. Кто-то его получил. Вместе с господином Морозовым и алмазом, который у него был.

Семен никак не отреагировал на новость об алмазе. Какое ему дело до этой безделушки, когда пропал отец.

— Это заговор, Морозов!

— Не спорю.

— Кто-то в нем замешан.

— Тот, например, кто участвовал в первом отвлекающем маневре. Куда ушли эти люди?

— Куда?

— Вдруг я смогу взять их след?

От чувства полной беспомощности у Семена дернулась щека. Он не смог взять стрелков по горячему следу, куда ему идти по остывшему? Да еще через ночной лес. Это даже хорошо, что Яша отказался их везти.

— А он есть, этот след? — спросил Ничетов, пристально глядя на него.

— Должен быть.

— А может, и людей не было? Вдруг в вас никто и не стрелял?

— Как это никто не стрелял? Ребята видели. — Семен кивнул в сторону машины.

— А чего ты так напрягся? — спросил Ничетов.

Дверь открылась, в помещение кто-то зашел быстрым и решительным шагом. Ничетов дернулся, как будто хотел подняться, но все же остался на месте.

Семен повернул голову и оторопел. Перед ним стояла Лера. Волосы гладкие, ровные, как будто она их целый час расчесывала, не переставая, а лицо не совсем в порядке. Тушь вокруг глаз размазана, как будто она плакала и растирала слезы костяшками пальцев. Тушь высохла, девушка, похоже, пыталась стереть ее, все убрать не смогла, но в любом случае слезное настроение уже осталось позади.

На Ничетова Лера смотрела строго, властно, принуждая к повиновению. Семена же она едва удостоила взглядом, направленным как на пустое место.

— Вы Ничетов? — спросила она.

— Да, — подтвердил начальник охраны. — Ничетов Андрей Михайлович.

— Вы уже собрали группу?

— Вы это о чем? Какую, простите, группу? — Ничетов поднялся, заинтригованно глядя на нее.

Семен не очень удивился, увидев Леру. Она работала у отца и могла прибыть вместе с ним. А вот почему эта особа не удивлена? Она освоила искусство владеть своими чувствами? Тогда откуда слезы?

— Как это какую группу?! — Лера удивленно вскинула брови. — Группу преследования!

— А-а, преследования! Ну да, конечно. Вот, знакомьтесь, начальник группы! — Ничетов кивком показал на Семена.

Лера едко усмехнулась, глянула на него и заявила:

— Если проявит себя, как надо, познакомлюсь. А если нет, пристрелю!

Семен не удержался, хлопнул в ладоши и сомкнул кисти рук в замок. Лера сразила его наповал своей бутафорской крутостью.

Дверь снова открылась. Лера посторонилась, пропуская бывшего армейского полковника, которого Ничетов держал у себя в заместителях.

Гранин посмотрел на Леру, скользнул взглядом по Семену и спросил:

— Что у вас тут?

— Группу преследования собираем. — Подмигнуть Ничетов не мог, но нижнее веко у него дернулось.

Он давал понять, что не стоит воспринимать его слова всерьез.

— Тут нужна серьезная группа. — Гранин с сомнением глянул на Семена.

— Да, это понятно.

— Это все Малыш набаламутил.

— Малыш? — Ничетов вопросительно посмотрел на Гранина.

Не зря ли он выложил информацию в присутствии посторонних? Семен-то, может, и свой, а вот гостье из Москвы совсем не обязательно знать, где, что да как.

Но было уже поздно.

— Кто такой Малыш? — спросила Лера.

Ничетов замялся, не зная, что сказать. Положение спасла рация, которая зашуршала у него над карманом.

— Андрей Михалыч, у нас беда! Восьмой пост расстреляли!

— Как это расстреляли?! — рявкнул Ничетов.

— Да так! Один труп, двое раненых. Машины они остановили, а сами…

— Машины остановили?

— Шипы вовремя подняли. И та с пробитыми колесами, и другая.

— А люди?

— В тайгу они ушли.

Ничетов пронзительно глянул на Гранина. Тот кивнул, давая понять, что все уразумел.

— С восьмого поста на Лиственку дорога, Малыш там одно время отсиживался, — сказал Ничетов.

— Он и сейчас там бывает, — сказал Гранин.

— На Лиственку и пойдем! — постановила Лера.

— Ну, вообще-то, я здесь решаю, — хоть и осторожно, но все-таки возразил Ничетов.

— Все вопросы, связанные с безопасностью господина Морозова, решать буду я! — отрезала она, чуть помолчала, смягчилась и добавила: — Начальник охраны убит, я одна из службы безопасности осталась. Будем ждать, когда из Москвы человека пришлют?

— Зачем ждать? — заявил Ничетов. — Сейчас организуем людей, транспорт и пойдем на Лиственку.

— Я — с вами!

— Это опасно.

— У меня специальная подготовка! — Лера расправила плечи.

— Контрстрайк? — с усмешкой полюбопытствовал Ничетов.

— Я иду с вами! — Лера надавила на него взглядом, повернулась и вышла из помещения.

— А ты чего стоишь? — Ничетов посмотрел на Семена. — К выезду готовься!

Семен кивнул, вышел и направился к магазину, который находился метрах в ста от контрольно-пропускного пункта. Подготовка к выезду предполагала получение сухого пайка, но в службе охраны сейчас творился такой бедлам, что надеяться приходилось только на собственные силы. С экипировкой в группе все в порядке, с оружием тоже, боезапас пополнили, а вот с провизией надо бы порешать. Несколько банок с «Завтраком туриста» лишними не будут. Лиственка далеко, сто с гаком километров на восток, в сторону от Енисея. В такой глухомани всякое может приключиться.

По пути к магазину Семен связался с Ваней и велел ему находиться возле машины. Он подумал, что неплохо было бы провести воспитательную работу с Яшей, чтобы у него больше не возникало ненужных вопросов.


Глава 1 | Золотая обойма | Глава 3







Loading...