home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 14

Замок Касака

Взгляд, которым графиня (или теперь баронесса?) смотрела на меня, был каким-то… странным. Вначале мне показалось, что она вот прямо сейчас бросится ко мне на шею, и я даже чуть подался к ней навстречу, вставая. Но нет. Я даже испытал разочарование, но вида не показал, зато активно заиграл «ощущение эмоций». Не помогло. Как же все непросто с этими женщинами! Похоже, они сами часто своих чувств не понимают. Или это только к данной конкретной ситуации относится? В принципе на красивых женщин демонстрация мужчинами своей силы не действует. Они ее воспринимают как должное. Или я все-таки с масштабами перебрал?

Так, а сам-то я чего хочу? Легко других осуждать, а самому в собственных чувствах разобраться? Нравиться она мне совершенно точно продолжает по-прежнему. Даже какая-то теплая волна при виде ее в душе поднялась. Но вот доверия нет, что не дает расслабиться и получать удовольствие от встречи с, безусловно, красивой и неглупой женщиной. Как оказалось, еще и гордой и решительной. Не думаю, что в этом мире много женщин решилось бы перед мужем, за которого тебя родители выдали, дверь запереть. В данном случае — ворота замка.

— Рада приветствовать вас, Гхаран! — наконец произнесла Амалия. — Или все-таки Накула Апати Индрасур?

— Вообще-то меня зовут Николай Алексеевич Некрасов, но в последнее время меня действительно звали Накулой. Можете меня звать именно так. И я тоже рад вас видеть, Амалия! — ответил я скорее на автомате, но улыбнулся как можно более приветливо. С небольшим запозданием. Тормоз я все-таки.

— Позвольте пригласить вас в замок, Великий раджа! Видеть вас — громадная честь для меня.

Ну вот, приехали. «Великий раджа»! Только этого мне не хватало.

Хотя нет. Все не так печально. В эмоциях Амалии я что-то особого трепета не ощущаю. Скорее предвкушение, азарт и даже немножко иронии. Удовлетворение тоже есть, то есть текущей ситуацией она довольна. Очень довольна. А вот где же любовь и нежность? Или хотя бы благодарность? Хотя благодарность все-таки немного присутствует. Совсем чуть-чуть, правда. Н-да уж.

Но она права. Продолжать сидеть посреди этой поляны пепла непродуктивно. Но сначала надо указать границы ее аппетиту на образовавшийся лут.

— Вы правы, в замке наверняка будет лучше. Там и поговорим. И не забудьте сюда кого-нибудь прислать прибраться. И металлические предметы собрать желательно, многие определенную ценность представляют. Только учтите, что свою палатку и багаж я, к сожалению, тоже заклинанием разрушил. У меня в нем довольно много золота в слитках было. Некоторые из них, — я показал рукой, — здесь рядом валяются. Надеюсь, они при сборе не уменьшатся в количестве. А пока я готов воспользоваться вашим гостеприимством. — После секундной паузы я продолжил: — Только сначала я хотел бы уточнить еще два момента.

— Какие же? — опять все с той же странной интонацией спросила графиня-баронесса.

— Во-первых, что с этими делать? — Я махнул рукой в сторону так и валявшихся без сознания тел. — Раз уж барон Ранджита и маг-нааша второй ступени Эсмейл умудрились не попасть под заклинание «кольцо праха»… — Я замялся. — В общем, я хотел их вам подарить. Вдруг вы им какое-то применение найдете? Барон все-таки ваш муж, как я понял. Мне-то они без надобности.

— Могучий Накула остался все тем же, что и был триста лет назад, — на губах Амалии появилась грустная улыбка, а голос был по-прежнему мягким, но в нем отчетливо прорезались покровительственно-назидательные интонации, — ваша доброта тогда не дала вам сохранить власть и Империю. — После чего отдала команду своим сопровождающим: — Мага похоронить прямо здесь; и убедитесь, что он не встанет из могилы в том или ином виде. Моего супруга с почетом несите в замок, куда он так хотел попасть. Повозки сейчас будут. И чтобы к моменту его прибытия я уже была вдовой! А второй «момент»? — Это уже ко мне.

Никакого внутреннего протеста приказ графини-баронессы у меня не вызвал. А ведь только что эта очень красивая и обаятельная аристократка с милой улыбкой (предназначенной мне) приказала дорезать двух раненых, один из которых вроде как ее законный муж. Но я даже удивления не почувствовал. Совсем вжился в местные реалии.

— Как я уже сказал, мое имущество, в том числе мои лошади, тоже попали под воздействие заклинания. Мне как, в замок пешком идти?

Вот лошадей мне было очень жалко, почти до слез. И не потому, что привык уже за последнее время передвигаться верхом. Не могу я к животным как к вещам относиться. Живые они, со своими характерами. И с мозгами, хоть и не способны к сложным рассуждениям, как люди. Так что привязался я к ним. А теперь убил собственных товарищей. При этом убийство сотни воинов оставило меня совершенно спокойным, скорее даже чувство удовлетворения принесло. Такой вот парадокс. Или вот каким я теперь стал…

— Что вы, мой раджа! Как вы могли такое подумать! Амар! Ты и еще трое — сопровождаете нас с раджой в замок. Остальные пусть начинают прибирать здесь и ждут подмоги и повозок из замка. Все ценное — собрать. Про имущество светлейшего Накулы вы слышали. И коня побыстрее. Все равно достойного его нести у нас нет, так что давайте любого из имеющихся.

Не скажу, что Амалия командовала по-военному четко, но достаточно понятно. И слушались ее беспрекословно. Две трети отряда быстро спешились, и одного из коней подвели мне. На меня замковые воины посматривали со смесью любопытства и напряженности. И некоторой долей ревности. Похоже, они тут все в большей или меньшей степени влюблены в свою госпожу. Интересно, это графиня-баронесса так проблему верности гарнизона решала или оно само собой получилось? Действенно, но может породить проблемы. Хотя пока, надо признать, управляется она со своими вояками очень уверенно.

Путь к замку мы проделали молча. Я, честно говоря, немного растерялся и не знал, о чем говорить. Точнее, как себя с Амалией держать. И как к ней обращаться. Какие у нее теперь титулы и фамилия? К моему удивлению, девушка мне продолжала нравиться, хотя, помнится, уехал я из Удаки весьма ею недовольный. Но время прошло, и сейчас никакого негативного отношения я к ней не испытывал. Но, как я уже сказал, и доверия тоже не было.

Сейчас мы с ней вынужденные союзники, хотя и стали ими совершенно случайно. Не захоти этот придурок Ранджит меня ограбить, вполне возможно, я бы ему помог замок захватить. Со всеми неприятными для Амалии последствиями. Впрочем, о том, что именно она успела стать женой жадного барона и взбунтоваться против него, мне в голову не приходило. А если бы знал? Наверное, постарался бы слинять из лагеря по-тихому, а сам от конфликта бы отстранился. Что привело бы к тем же последствиям, но несколько позже. Играть в благородного рыцаря и спасать прекрасную даму точно бы не стал. Тем более спасать даму от мужа… звучит как-то не очень благородно. Я бы даже сказал, совсем хреново звучит. Посторонним в семейные разборки влезать противопоказано.

Но ведь влез. Как влез, так и вылезу. К графине-баронессе меня, буду откровенен, тянет, но не настолько, чтобы снова голову терять. Один раз, на курорте, у нас уже не сложилось, наступать второй раз на те же грабли как-то не хочется. Девушка она неглупая и достаточно наблюдательная, в тот раз мои чувства не заметить не могла, но предпочла сделать вид, что не заметила. Никакие слова не были произнесены. Я не объяснялся в любви, она не говорила «нет». Но, по сути, случилось именно это. Сейчас ситуация изменилась. Очень может быть, что теперь Амалия не рискнет мне отказать. Или попытается использовать меня в своей игре. Почему «или»? Наверняка попытается! Только это совсем не то, что мне надо. «Использовать» и «любить» — совершенно разные понятия. Так что поживу пару-тройку дней в замке, куплю новых лошадей, подготовлюсь к дальнейшему походу и поеду себе дальше. И в разговорах не буду особо откровенничать. А так как врать не люблю, надо будет постараться говорить поменьше и исключительно по делу. Моему делу, подчеркну.

Амалия ехала совсем рядом со мной, чуть не касаясь моей ноги своею. Я уже отмечал, что женщины тут тоже носят шаровары, так что посадка у нее была обычной, да и не встречал я тут «дамских» седел. Тоже молчала. А что при этом думала — не знаю, прочитать ее мысли я не пытался, сам задумался.

Замок стоял на невысоком каменистом холме, что по идее должно было повышать его оборонительные возможности. В эпоху до артиллерии. Но даже не знаю, когда тут такая была; возможно, еще до Ушедших. Сейчас же можно только констатировать, что смотрелся на холме замок явно красивее, чем если бы его рядом с холмом построили.

Дорога тоже шла к воротам не по прямой, а сделав полный оборот по склону холма и образовав этакую спираль. Кстати, качественная дорога, гораздо более основательная, чем та, по которой мы к замку подъезжали. Приглядевшись, я понял, что эта дорога была той же постройки, что и древний тракт, по которому я ехал до этих мест. Более того, именно в этот тракт она и упиралась, только вот барон Ранджит разбил свой лагерь не на перекрестке, а метров на триста раньше. И до сих пор мы ехали от бывшего лагеря к замку по прямой, благо почва позволяла, так что на дорогу попали уже только на склоне холма.

Эта винтовая дорога не была широкой, две повозки на ней только-только смогли бы разъехаться. И то смотря какие повозки. Крестьянские телеги — да, а вот насчет карет уже не уверен. Мы с Амалией ехали рядом, и втиснуть к нам еще третью лошадь было в принципе возможно, но не уверен, что безопасно. Никакого ограждения с внешней стороны дороги не было. Зато с внутренней шла вертикальная стена, вырубленная в склоне холма. Местами она была выше, местами ниже, в зависимости от рельефа.

С противоположной стороны от замковых ворот и древнего тракта дорога неожиданно сменилась довольно широким карнизом, все так же вырубленным в холме. Площадка очень сильно напоминало мне ту, откуда я впервые попал в комплекс Ушедших в Запорталье. Я невольно стал всматриваться в стену внимательнее.

Амалия ехала как раз между мною и стеной и мое пристальное внимание, видимо, поначалу приписала собственной особе. Но, проследив за моим взглядом, усмехнулась и впервые заговорила:

— Любуетесь мастерством древних строителей или ищете знакомые следы, раджа? Вон там, в конце площадки, на стене отпечатки двух ладоней. Это единственное украшение этого места.

Действительно, отпечатки ладоней имелись именно там, куда указала графиня-баронесса. А мне пришлось немедленно забраковать все только что продуманные планы. Никуда я отсюда не поеду, пока все не исследую. Скверно, что сделать это незаметно от хозяйки у меня не получится. Тем более что она не сочла тему исчерпанной.

— Свои ладони я к этим отпечаткам прикладывала, периодически проезжающие мимо замка маги — тоже. Никакого эффекта. Может, и вы попробуете?

— Прямо сейчас? Может, давайте сначала до замка доедем?

— Зачем тянуть? Пусть сегодня у меня будет день чудес! Ведь вы же не сомневаетесь, что я от вас не отстану?

Ну вот, как я и опасался. Хотя почему и не попробовать? Хуже не будет.

Я молча спешился и подошел к стене. Амалия и ее маленькая свита обступили меня полукругом. Захотелось сказать что-нибудь типа: «Крекс, бекс, фекс!» — но шутить, когда тебя воспринимают всерьез, далеко не всегда хорошая идея. Так что я просто приложил ладони.

Никаких надписей не появилось, голос в голове тоже не зазвучал. Вообще никакой реакции. Внешне. Но я почему-то был уверен, что на самом деле реакция была. Комплекс — «живой». А вот какая на меня реакция?

Прошло уже минут пять, а я все стоял, не меняя позы. Наблюдатели за спиной стали переминаться с ноги на ногу. В этот момент, чуть слева от меня, в стене отчетливо проступили ворота. Или скорее, как и в ранее виденных мною комплексах, часть стены была просто иллюзией, а теперь она пропала.

Никаких «ахов» за моей спиной не раздалось. Я что, единственный вижу проход? Я сместился к нему. Амалия что-то спросила, но я не слушал. Идти или не идти? И почему не было никакой предупреждающей надписи? Раньше в аналогичных условиях они обязательно появлялись.

Может, сделать вид, что ничего не получилось? Ведь никто никаких изменений не заметил. А потом постараться прийти сюда одному…

Как-то машинально я коснулся прохода рукой, захотелось убедиться, что он действительно есть. Так, не увлекаться! Если будет видно, что моя рука входит в стену, вопросов не оберешься. Действую акккуратно, одним пальцем. Под пальцем была невидимая пленка, но он легко прошел сквозь нее.

И тут меня вдруг подхватило и резко затащило внутрь. И перед глазами наконец появилась надпись: «Старшему упсуру, изучающему курс силпина, временно разрешен проход».

С одной стороны — замечательно. С другой — вся моя конспирация накрылась медным тазом.

Я огляделся. Вокруг было темно, но не кромешно. Откуда-то сверху проходил свет. Во все стороны шли ряды уже привычных колонн. За ними — стены, и, кажется, проходы в них имеются. Чтобы убедиться, надо подойти. Но, пожалуй, уже в другой раз. Свидетели моего исчезновения наверняка волнуются. Да и нет у меня условий сейчас для проведения длительных исследований. Ни еды, ни воды, ни вещей. В общем, лучше вернуться.

Аналогичные отпечатки ладоней на стене нашлись и с этой стороны. Потянувшись к ним, я только сейчас с изумлением заметил, что на браслете стала светиться целая кучаенив заклинание «кольцо праха». Еле выдержал. Можно сказать, запредельные усилия приложил. Но, как оказалось, не зря. Был соблазн сразу же начать их учить, но я не поддался. Лучше ночью, когда все спать будут. Мне-то на сон много времени не надо.

Проход открылся, и я вышел наружу. Только слетевший при переходе «аурный щит» восстановил. Паранойя, конечно. Но полной уверенности в надежности спутников у меня нет. Не думаю, что Амалия что-нибудь выкинет, а вот старший ее охраны, Амар, на меня явно волком смотрит. Не доверяет? Так и я ему не доверяю.

Теперь «ах!» раздалось в четыре глотки. Негромко, но отчетливо.

— Вы умеете проходить сквозь стены, раджа? — Интонации у Амалии опять были какие-то странные. В мешанине ее эмоций точно присутствовало удовлетворение. И еще решимость.

— Нет, конечно. Под вашим замком находится комплекс, созданный Ушедшими. Здесь — вход в него. Но для обычных людей он невидим. И, предвосхищая ваш вопрос, недоступен.

— Но ведь маги тоже ничего не видели.

— Маги, уважаемая графиня, бывают разной силы и уровня подготовки. Комплексы Ушедших строились не для современных магов, а для суров. В крайнем случае — упсуров, если комплекс учебный.

— Так вы…

— Графиня, — прервал я ее, — вы так и намерены держать меня на дороге или все-таки пригласите в замок? Поверьте, там разговаривать будет гораздо удобнее.

— Простите мою неучтивость! Я, как и все женщины, очень любопытна. А тут такая возможность прикоснуться к тайне… к древним легендам. Еще раз прошу меня простить!

Не нравится мне, как у нас с графиней-баронессой разговор идет, слишком подчеркнуто вежливо и напряженно. Я-то еще ладно — пытаюсь контакты к минимуму свести и держать дистанцию, а Амалия чего хочет? И чего боится? Или кого?

До замка мы все-таки доехали. Ворота оказались не классическими створками, а как в современных КПП, сдвигались вбок, уходя в толщу стены. Впрочем, падающая решетка с коваными зубьями за ними тоже была. В общем, все достаточно серьезно, особенно с учетом двух пулеметных турелей на надвратной башне. Все-таки странное тут какое-то смешение веков.

Хозяйские покои, как и положено, располагались в донжоне, но вопреки моим опасениям стены здесь оказались не голые каменные, прикрытые гобеленами, а были оштукатурены и оклеены тканевыми обоями. Покои содержали в себе вполне приличную мебель и даже имели все удобства в виде сортира с водяным сливом и душа. Ничуть не хуже, чем в гостинице в Удаке. Разве что окна больше бойницы напоминали, и для освещения помещений имелся переносной магический светильник. К сожалению, единственный. Видимо, достаточно дорогая вещь. Или Амалия решила, что в пустых покоях больше и не нужно?

Почему я сказал «хозяйские покои»? Так поселили меня, по-моему, как раз в них, предназначенных для хозяина замка. Видимо, это сюда барон Ранджит так рвался попасть. Покои же хозяйки, занятые Амалией, были за стеной и соединялись с моими дверью, сейчас, правда, запертой.

В результате первым делом я стал не отмываться под душем, а вспоминать и разбирать заклинания, которые в подземных комплексах Ушедших «стену пыли» поддерживали. И вот что значит нужда заставляет — вычленил я таки это заклинание из той мешанины, что была в подземелье на стены навешана. В несколько усеченном виде, без всякого фейс-, точнее — ауроконтроля, но даже с автоматической подзарядкой от внешнего магического фона. Прикрыл «стеной пыли» не только дверь к Амалии, но и внешнюю. Теперь никто не войдет, пока заклинание не сниму. Чтобы самому выйти, его тоже снимать придется, но восстановить можно и находясь в коридоре.

Провозился около часа, потом наконец занялся гигиеническими процедурами. Сразу жизнь стала казаться лучше. Не только сам вымылся, но и, как мог, простирнул белье, рубашку и даже шаровары, после чего высушил все заклинанием «нагрева камня». Без глажки пришлось обойтись, но сойдет и так. Отвисится. Переодеваться все равно не во что. Амалия об этом забыла? Странно. Обычно женщины об одежде думают больше мужчин. Ничего, позже напомню. Наверняка сегодня еще увидимся.

Еще через час в дверь вежливо постучали. Снял «стену пыли», открыл дверь. Это оказался Амар с целой толпой слуг и воинов. Смотрел снова волком. Я срочно сменил щит на «застывшую ауру».

Но это было не покушение, просто мне принесли собранное в лагере мое имущество. Артефакты в багаже уцелели, к счастью, все. Как найденные в Удаке, так и примкнувшая к ним серьга с изумрудом из подгорного комплекса в Запорталье. Оставшиеся перья рурха и копье энтов, к сожалению, погибли. Значит, «кольцо праха» действует и на мутантов Пустоши.

От бытовых вещей осталось совсем немного. Уцелели металлическая посуда, ножик и бритва и кое-что по мелочи, вроде рыболовных крючков. Внешне не пострадали и патроны к моему револьверчику. Сам-то он лежал в кармане и под воздействие заклинания не попал, равно как и артефакт «истины». Не рискнул я его в палатке оставлять. А вот запасные патроны все там лежали, и, как пережил все это порох, еще предстоит посмотреть, аккуратно.

От пуговиц и пряжек я отказался, хотя и их тоже собрали. Может, в замковом хозяйстве пригодятся, сам я никуда их пришивать не собираюсь.

Также принесли некоторое количество монет, хранившихся в багаже. Точной суммы все равно не помню, так что считать не стал.

А вот слитки попросил аккуратно сложить в углу комнаты (ну и хранилище сокровищ!) и пересчитал внимательно. Все на месте. Даже неудобно стало, что перепроверять стал. Видимо, моя демонстрация силы произвела должное впечатление.

В качестве поощрения за честность отдал Амару половину принесенных мне монет, попросив разделить между своими людьми. Взял. Внешне — вежлив, а в эмоциях такой тоской и ненавистью веет, что просто жуть. Ненависть, если кто не понял, — ко мне. За что, спрашивается? Не делал я ему ничего плохого, наоборот, спас их всех от гнева Ранджита.

Но ведь не убивать же его за скрытые эмоции? Даже «болью» шугануть не за что. Для профилактики? Замок я захватывать не собираюсь, так что устанавливать здесь свои порядки тоже не резон. Но «стену пыли» на двери я не зря научился ставить. Ухо востро держать придется, и щиты носить не снимая. Союзнички, однако!

Кстати, надо будет «стеной пыли» и золотые слитки в углу прикрыть. Вдруг их кто потрогать захочет?

От последней мысли настроение немного улучшилось, так что переданное Амаром от имени хозяйки замка приглашение на совместную трапезу принял благосклонно и с благодарностью. Раз уж со мной все подчеркнуто вежливы, буду таким же. Тем более поесть не мешало бы. Мои припасы все резко закончились.

С поклонами обитатели замка удалились. Обед через полчаса. Немного времени у меня есть, и никто не мешает. Можно заклинаниями из браслета заняться. Тем более что учу я их теперь быстро.

Что у нас там? Первая бусина — «движение». Не просто вперед, а регулируемое по желанию мага. Вперед, вправо, влево, даже вверх и вниз. И смена курса осуществляется не под девяносто градусов, а так, как маг мысленно пожелает. Сам голем при этом не поворачивается, так что двигается и боком, и спиной вперед. И даже ногами (это когда вниз).

Впрочем, ног у голема может и не быть, это все условности. Я вытащил шарик из набора артефактов в коробке, объявил его «големом» и принялся экспериментировать. Провозился до обеда. Мог бы и дольше, но пришел какой-то слуга — напомнить, пригласить и провести до нужной комнаты. Предусмотрительно; в замке я пока совершенно не ориентируюсь.

Столовая меня удивила. Хотя, наверное, именно такой она и должна быть, просто ожидал несколько другого. Мне представлялось два варианта организации обеда. Либо сеньор, в данном случае — сеньора, пирует вместе с дружиной по случаю снятия осады с замка, либо вкушает пищу и ведет разговоры тет-а-тет с важным гостем, то есть со мной. На деле же оказалось нечто среднее. Стол на дюжину мест, из которых к моему приходу занята была только половина. Как выяснилось, доверенными лицами — руководителями основных служб замка.

От яств стол не ломился, более того, на нем стояли исключительно пустые тарелки с приборами. И металлические (серебро?) бокалы типа кубка емкостью где-то на стакан каждый. Вот к ним некоторые (Амар и еще какой-то явно военный) прикладывались, но большинство сидели просто так. И о чем-то беседовали. Между собой и с графиней-баронессой.

При моем появлении разговоры прервались, а хозяйка приветствовала меня как «своего спасителя». Остальные поддержали ее гулом и покачиванием головами, но выглядело это все как-то очень… протокольно, что ли: вроде и не совсем формально, но без души. Видимо, проблем хватает, одним разгромом отряда Ранджита они не разрешились. Собственно, это стало ясно уже из скромности обеда.

Еду принесли, стоило мне занять место за столом. Аккурат напротив Амалии, так что между нами оказалось три с лишним метра столешницы. Шепнуть друг другу что-нибудь на ухо явно не получится. Думаю, место считается почетным, а не самым низким, так как без меня есть не начинали. Тут сразу же появилась служанка и выставила на стол две корзины с хлебом: одну прямо перед хозяйкой, другую — посредине стола. Мне было не дотянуться. Ладно, обойдусь. С местным этикетом не знаком, за большими столами еще ни разу не ел, так что не знаю, принято ли тут просить тебе что-нибудь передать или надо подзывать служанку. Еще одна служанка обежала вокруг стола с кувшином, подливая в бокалы вина.

Затем эти же служанки обошли всех с супницами, из которых половниками налили всем в тарелки жидкого бульона (с клецками?). Именно жидкого, как в скверной столовой, но все бодро заработали ложками.

Сам я супы вынужденно ел только в детстве. Мама поддерживала традиции семейных обедов, так что это было обязательно. С того времени их не люблю. Сам не готовлю и в ресторанах не заказываю. Но тут пришлось вспомнить детство. Остальные ели с аппетитом, и отодвигать тарелку и капризничать я счел неуместным. Но настроение, и так далекое от радостного, опустилось еще немного ниже.

На второе была каша, слегка приправленная мясом. По-моему, перловка. Или овсянка из целых зерен. Единственное достоинство, что зерна все-таки были разварены. Неужели здесь так плохо с припасами? Или для меня специально демонстрацию устроили? Осада вроде не так уж долго длилась…

Видимо, недоумение на моем лице все-таки читалось, так что хозяйка замка решила объясниться:

— Прежний управляющий оставил очень мало припасов, даже из винного погреба почти все вывезти умудрился, прямо бочками, а сейчас ближайшие деревни разграблены солдатами, так что придется организовать поставки с противоположного конца долины.

«Прежний управляющий»? Наверное, из слуг герцога Чандама. И куда он делся? Впрочем, обстановка к беседе не располагает, да и не факт, что мне нужно вникать в такие детали. Пусть Амалия сама разбирается: ее баронство, ее работа.

После каши единственной даме за столом принесли, судя по запаху, что-то вроде местного кофе. Остальным еще вина подлили. В принципе непротивного, но я как-то не привык утолять жажду вином.

В общем, я поблагодарил за приятную трапезу и откланялся. И местным будет свободнее, и мне разводить политесы после такого обеда совершенно не хотелось. Напился в своих апартаментах воды прямо из-под крана, предварительно вскипятив ее в котелке «нагреванием камня» и остудив «охлаждением камня». Не думаю, что в воде есть какая-нибудь зараза, что сможет ко мне прицепиться, но ионизацию воды тут, скорее всего, не проводят. К тому же накопившееся раздражение сбросил.

Тут раздался легкий стук в дверь, после чего она резко открылась. Та, которая в покои хозяйки замка вела. И сама эта хозяйка довольно эффектно села на попу, налетев на перекрывавшую проход «стену пыли».

Пришлось убирать препятствие, извиняться и помогать ей подняться. Хотя сама виновата. Слишком уж решительно ко мне в комнату рвалась. Но извинился и даже «малое исцеление» на пострадавшее место наложил. Девушка явно о чем-то важном поговорить пришла, ни к чему, если ее неприятные ощущения отвлекать станут. К тому же мне данное действие почему-то настроение подняло.

Усадил гостью в единственное в комнате кресло.

— Еще раз прошу меня извинить. Не ждал вашего визита, а в углу, сами видите, золото валяется. Вот и подстраховался.

Та как-то очень естественно поежилась, видимо, проверяя ощущения:

— Ничего, все в порядке. Сама могла догадаться. Спасибо, что ничем более серьезным не «угостили».

— Что вы, никаких атакующих заклинаний… Это называется «стена пыли», оно тут постоянно висело, как и на входной двери. Просто никакой пыли на самом деле не видно, вот и кажется, что ничего нет. Кстати, в комплексах Ушедших проходы перегораживают именно такие заклинания.

— А там… впрочем, я решилась вас побеспокоить не поэтому. Хотя мне, конечно, очень интересно. — Амалия как-то немного жалко улыбнулась. — Я пришла спросить…

Она снова замялась. Совершенно в этом не похожа на уверенную в себе светскую львицу, которую я знал в Удаке. Мое интеллигентское воспитание требовало, чтобы я ее ободрил и поддержал. Здравый смысл подсказывал, что ей от меня что-то нужно, причем такое, что мне может не понравиться. Полностью сдержать вбитые родителями инстинкты мне не удалось. Я поощряюще улыбнулся.

Графиня-баронесса продолжила:

— Я вижу, что сильно разочаровала вас…

По идее тут я должен был начать протестовать, но снова сумел ограничиться улыбкой. Теперь без выражения.

Амалия некоторое время молчала, то ли подбирая слова, то ли просто пытаясь привести в порядок собственные мысли и чувства. Наконец она продолжила:

— Мы второй раз с вами встречаемся, и опять я чувствую, что веду себя глупо и неправильно, сама себя загоняю в невыгодную ситуацию, предстаю перед вами в не лучшем свете. Вот как сейчас; спасти меня могло только чудо, и оно пришло в вашем лице, а я даже не знаю, как с вами говорить… И я вас совершенно не понимаю. О чем вообще можно говорить с человеком, который живет уже четыреста лет, все видел, все может, все знает… Чем ему может быть интересна бестолковая девочка, которых он в своей жизни встречал сотнями, если не тысячами…

В голосе и эмоциях были вполне искренние растерянность и даже отчаяние. Или все-таки играет? Наверное, речь свою она продумывала, но, как себя со мной вести, действительно не знает. А мне как на это реагировать? Хранить молчание и загадочно улыбаться, изображая древнего мага? Совершенно не вижу преимуществ в том, что меня принимают за одного из последних императоров погибшей Империи. Впрочем, здесь от меня, боюсь, уже ничего не зависит. Взаимного доверия с местными королями мне уже не достичь. Но быть самозванцем все-таки не хочу. Противно. Очень не люблю врать. Терпеть не могу выдавать себя за кого-то другого. Я есть какой есть. Неплохой археолог, как маг тоже стою уже немало, а захватывать мир не собираюсь. Так что лучше останусь самим собой. Правда, я из другого мира. И что? Быть иномирянином никак не хуже, чем претендентом на престол. К тому же не вижу, чем мне это может повредить такая откровенность с хозяйкой этого замка. Она уже и так в опале. Так что кричать обо мне на каждом углу она точно не станет: выгоды никакой, а неприятности могут добавиться.

— Простите, Амалия, а почему вы решили, что мне четыреста лет? Вроде я не так плохо выгляжу. Вообще-то мы с вами примерно ровесники, просто я из другого мира, где учебные артефакты Ушедших еще сохранились и для одаренных нет никаких ограничений в изучении магии.

Не меньше чем на минуту моя собеседница зависла в прострации. Затем произнесла:

— Вы шутите?

— Нет.

— Но ведь перед замком…

— Применил заклинание «кольцо праха» — одно из списка «Астра видье шастрике» («Небесное оружие»). На него моих сил впритык, но хватило. А вот «абсолютный ноль» — замораживающее заклинание оттуда же — мне пока не потянуть. Но я развиваюсь. Не буду скромничать: судя по всему, потенциал у меня очень неплохой, и прогрессирую я довольно быстро. До полноценного сура мне еще далеко, но старшим упсуром артефакты комплексов Ушедших меня признают не просто формально, а по делу.

— То есть вам только двадцать пять лет?

— Уже двадцать шесть.

Опять минутная пауза.

— А вы… человек?

Я даже вздрогнул от такого заявления: вроде магов здесь все-таки людьми считают. И сам я себя совершенно точно считаю человеком. Или она имеет в виду полную несовместимость культур в разных мирах?

— Думаю, что все миры, входившие когда-то в Империю Хасти-Набур, заселены именно людьми. Очень возможно, что именно Ушедшие их по своей Империи и расселяли. Наши миры не имели между собой связи сотни лет, так что они, естественно, несколько различаются. В основном в области научных, технических и культурных достижений. Но не так чтобы принципиально. По-моему, люди всюду остаются одинаковыми. Кое-что мне здесь казалось странным и непривычным, но основные проблемы возникают не из-за различий условий жизни, а из-за того, что в новом мире ты чужак. Думаю, если переехать, не имея связей, в какую-нибудь далекую страну внутри одного мира, столкнешься с теми же проблемами.

Амалия меня сосредоточенно слушала, но, по-моему, думала не о том, что я говорю, а о чем-то своем. И лицо у нее при этом прояснялось, а эмоции от растерянности постепенно смещались в сторону все большей радости:

— Но тогда… все понятно. Похоже, я полная дура!

Интересно, к каким выводам она пришла? Впрочем, сейчас узнаю. Девушка снова приняла смущенный и даже виноватый вид, хотя в эмоциях я этого совершенно не ощущал. Наоборот, сосредоточенность и немного азарта.

— Скажите, я же вам нравлюсь?

Это что? Предложение объясниться в любви? Не готов. С другой стороны, отрицать очевидное — глупо.

— Вне всякого сомнения.

— Вот! Я же это видела, но… Хотя вы мне тоже с самого начала понравились. Вы же сразу выделялись своей необычностью. Очень вежливый молодой человек, вежливый до трепетности, но при этом с графами и герцогами держится как с равными. Даже газетчики себе такого не позволяют. За их показной развязностью лишь сильнее заметно заискивание. А тут всего лишь маг-ученик, не сдавший на первую ступень… то есть никто. И при этом вы были уверены в себе и своем праве. Ввели моду на физические упражнения и исторические исследования. В общем, стали главным событием этого сезона.

Когда тебя хвалят, это приятно. Амалия явно понимает, что делает, но говорит, похоже, искренне.

— Некоторые считали вас просто забавным авантюристом, но не осаживали, так как вы действительно внесли в курортную жизнь разнообразие. Я же сразу заметила, что вы знаете в магии гораздо больше, чем положено магу-ученику. Знаете, сначала я как-то не прониклась. Древний маг. Ну и что? Главное, что человек интересный. Помните, я вам об этом сказала? А потом до меня дошло несоответствие. Ну не может четырехсотлетний маг так себя вести. Так себя и сорокалетние уже не ведут…

И я испугалась. Что за игру вы затеяли? Стала сторониться. Тут еще отец прислал письмо, что он торопится в Удаку и чтобы я до его приезда обязательно вас задержала; вроде «делай, что хочешь, но мне этот маг нужен». Именно такими словами. Раньше он себе такого тона со мной не позволял. Понятно, что в Удаке я не просто отдыхала, но и салон вела, с разными людьми общалась, интересы рода поддерживала. Но это само собой, высшие дворяне все так живут. А тут… Я же не кокотка какая-нибудь — по заказу мужчин соблазнять. Хотя вы мне и были весьма симпатичны.

Тут графиня, противореча своим словам, как-то очень проникновенно на меня посмотрела. Хотя это я на нее наговариваю. Она так почти всегда ведет беседу, насколько я помню. Молчу дальше.

— Не смотрите на меня так осуждающе!

Вроде и не смотрел…

— Мужчин вокруг меня всегда было много, но я старалась никого особо не выделять. Одно дело — легкий флирт, но распущенность я крайне не одобряю. Знаю, мне приписывали много любовников, но на самом деле ничего такого не было. Только поклонники. Моим… — тут Амалия стыдливо потупилась, — единственным мужчиной был муж, а замужем я была всего две недели.

Ничего себе заявление! Врет? Наверное. Все-таки это не только мужчины — «кобели», у женщин тоже физиологические потребности есть. Хотя серьезных увлечений у нее, похоже, и вправду не было. Общество тут патриархальное, а графиня уже успела вкусить свободы, будучи вдовой, и власть над собой никому вручать не хотела. Но все-таки:

— А как же, например, барон Кишор? Вы его очень даже выделяли.

— Ужасный тип. Наглый и навязчивый. Я его какое-то время терпела, так как опасалась испортить отношения с сыном министра Варадата, на которого тот почему-то большое влияние имел. И которого вы спасли, прежде чем исчезнуть. Но этот Кишор все границы перешел, буквально ворвался ко мне в номер, и, чтобы его оттуда вывести, в конце концов пришлось лакеев звать.

Не уверен, что именно так и обстояло дело, но сейчас она в это искренне верит. Мне тогда, получается, надо было подольше в ресторане посидеть, подождать, чем дело закончится? Не смог бы. Воображение нарисовало такое, что совсем свихнуться мог… Хотя опровергнуть ее слова я не могу. Эмоции из ее номера шли вполне однозначные, а вот принадлежали ли они им обоим либо только барону, утверждать теперь не берусь. Слишком они были сильными и все остальное забивали. И соображал я тогда плохо.

А теперь? Все много спокойнее. Союзниками мы в силу обстоятельств все равно стали. Сумасшедшая влюбленность во мне перегорела, но Амалия — девушка красивая и продолжает мне нравиться. В любви объясняться не буду, как говорится, не уверен я в своих чувствах, но отбросить старые обиды и просто продолжить общение с приятным человеком — почему бы нет? Посмотрю, как дальше дело пойдет.

Амалия тем временем сама стала задавать вопросы. Ненавязчиво, но с неподдельным интересом.

— Как же вы прошли между мирами?

— От Ушедших остались порталы, соединяющие ранее принадлежавшие им миры. С той стороны портал функционировал нормально, так что переход был возможен. С этой, к сожалению, он изрядно порушен. Чтобы перейти обратно, его надо прежде починить. Пока я это делать не умею, но, думаю, в течение полугода или даже быстрее нужные заклинания освою.

— Освоите?.. Откуда?

Немного поколебавшись, я рассказал ей про браслеты из бусин-заклинаний и артефакты, которые их выдают, а затем принимают экзамены. Причин хранить это в тайне я не нашел. Здесь об этом неизвестно, но это — результат деятельности местных некромантов. Я же в принципе против замалчивания любых открытий.

Дальше моя собеседница как-то очень практично стала выпытывать у меня обо всех моих магических возможностях. Прикидывает, как можно меня наилучшим способом использовать? В принципе логично. Вопрос только, для кого «наилучшим способом»? Для меня или для нее? И насколько наши интересы совпадают?

Впрочем, отвечал. Без подробностей, все заклинания перечислять, естественно, не стал. А так, мне стесняться нечего. Полный курс кирата-целителя, включая возможность возвращения молодости, две трети курса силпина-големостроителя, который я надеюсь в недалеком будущем пройти до конца, три ступени (по местным стандартам) нааша-некроманта, артефактор-ликхах я уже практически среднего (макдхи) уровня, кроме того, знаю несколько заклинаний вне этих списков, такие как «идеальное самочувствие» и убойное «кольцо праха». А по мере прокачки каналов этот список должен увеличиться, ведь я еще не все заклинания из мантр «Бхагавад-Гиты» опробовал. В общем, как вылечить, так и убить — могу почти любого. Построить тоже очень много чего могу. Пока рассказывал — даже сам проникся…

— И вам только двадцать шесть лет, но вы уже столько знаете?.. — Во взгляде, голосе и эмоциях Амалии было столько восхищения, что я немного отрезвел.

Красивая она девушка, и мне очень даже нравится, к тому же женщины у меня давно не было. Но это не повод давать садиться себе на шею. К тому же «давно не было женщины» — конечно, физиологический факт, но «кобелем» я себя не считаю. Всегда стремился не к связи без обязательств, а к стабильным отношениям. Просто как-то не складывались они у меня. Вот и к Амалии полного доверия нет. Не в том смысле, что предательства боюсь, в ее нынешних обстоятельствах этого можно не опасаться, но и для любви нужно несколько иное основание, чем «сложившиеся обстоятельства». Немного путано я что-то излагаю, но надеюсь, все же понятно, о чем речь.

Перевел разговор на нее. Надо же все-таки узнать, как она «до жизни такой дошла». Мне же для продумывания дальнейших действий желательно разобраться в обстановке. Да и интересно, если честно.

— Как же так вышло, что вы, графиня Савитра, вдруг стали баронессой Касака, вышли замуж за Ранджита да еще от него же в замке заперлись? Я, простите, за политикой мало следил, как-то все это мимо меня прошло.

— То есть вы даже не знали, что в замке именно я?..

Почему-то сознаваться в полной случайности своего вмешательства мне не захотелось. Глупо, да? В общем, я ответил уклончиво, вопросом на вопрос:

— Почему же? Мы с бароном успели побеседовать, правда, друг другу сильно не понравились. Вы уж извините, но ваш супруг… покойный супруг? — Я дождался подтверждающего кивка: — Произвел на меня впечатление человека чрезвычайно жадного и неумного.

— Не переживайте. Я вам очень благодарна, что снова стала вдовой. Правда, в этот раз, боюсь, всего имущества супруга мне не получить, этот бы замок удержать…

— Все настолько плохо? Может, все-таки расскажете?

— Видите ли, мой отец — человек очень властный и еще более — властолюбивый. Власть — единственная его любовь, ни о чем другом он не думает и ни к чему другому не стремится. Так что никаких теплых чувств в нашей семье никто ни к кому не испытывал. Но если брат — наследник, что накладывает на отца ограничения в возможности его использования, то в отношении меня его ничто не сдерживало. Впрочем, до недавнего времени все, что он от меня требовал, в целом шло мне на пользу. Хорошие учителя, лучшие портные и парикмахеры, заботливые слуги, большие деньги — в общем, у меня было все, о чем только может мечтать девушка. По крайней мере, так считают те, кто этого лишен. И ощущение, что из меня делают как можно более дорогой товар.

— То есть вы хотите сказать, что в ваших отношениях с отцом не было сердечности и, устраивая ваши браки, он пекся исключительно о собственных интересах?

— Именно так. Но когда он устроил мой брак с наследником Савитра, я даже обрадовалась. О любви речи не шло, но и отвращения молодой граф у меня не вызывал. Почти все браки аристократов всегда происходят по сговору родителей, и не так уж редко они оказываются удачными. Еще очень надоела неопределенность, и хотелось получить большую свободу. Хотя бы от опеки отца избавиться.

Не скажу, что речь у Амалии так уж лилась. Свой рассказ она все-таки не репетировала, да и сбивалась периодически. В кратком пересказе получилось примерно так.

Замуж за графа Савитру отец выдал Амалию исключительно с целью подтолкнуть род ее мужа к выдвижению королю ультиматума. Якобы в союзе с ним. А сам помчался на них доносить тому же королю и представил все так, что узнал о заговоре случайно и только благодаря дочери. Так что тех казнили, а Амалия стала богатой вдовой.

Впрочем, такое положение ей нравилось, и снова замуж она торопиться не хотела. Канцлер тоже не спешил. Вел переговоры, обсуждал со многими возможность ее брака, а сам хотел сделать для себя из двух графств одно герцогство. В крайнем случае протащить в качестве ее наследников сына (брата Амалии) и его детей, то есть своих внуков. Внуков, правда, еще не было: брат младше и не женат. Так что все подвисло.

Тут я подвернулся. Канцлер помчался меня вербовать (я так и не понял как), но враги не дремали. Герцог Чандам буквально забросал короля письмами, что появился маг, полный кират, способный возвращать молодость, но канцлер все переговоры взял на себя и остальных к ним не подпускает. Пока через дочку, но скоро сам подъедет. И обязательно добьется для короля молодости и возможности завести наследников.

Мое исчезновение позиции графа Куула (канцлера) сильно подорвало, а тут еще герцоги Чандам и Сувишала альянс образовали. Против него. И шептали королю в два уха об измене. Отцу Амалии не до жиру стало, потребовалось срочно альянс разбить, и он пожертвовал ею. Точнее, отдал графство Савитра Чандаму, а заодно и ее замуж выдал за указанного герцогом родственника. Что интересно, Ранджита на церемонии их бракосочетания не было. Барон вообще в столице отсутствовал, но у герцога были все необходимые заверенные документы, по которым он имел полномочия заключить брак от имени племянника (кажется, семиюродного) и принять под управление приданое в виде графства Савитра. А сам подарил бывшей графине на содержание баронство Касака, где мы сейчас и находились.

Противиться отцу Амалия не могла, закон на его стороне, рассчитывать на поддержку короля тоже не приходилось, ибо был тот ярым приверженцем местного варианта домостроя. Саботировать тоже не получилось, они из Удаки в столицу вместе вернулись. В общем, пришлось покориться, но на личные деньги наняла небольшую дружину и поспешила в замок. Сначала никаких особых планов не имела, послала доверенную служанку, знакомую мне Джиоти, на разведку в лагерь к новому мужу. Тот как раз с кем-то из соседей сцепился и к ней не спешил. Так он эту служанку своим солдатам отдал! Вроде широкий жест сделал и щедрость проявил, чтобы свой авторитет и боевой дух поднять. Мол, все у него с дружиной общее. Ему — хозяйка, а воинам его верным — ее служанки. Та потом только чудом сбежала и еле живая до замка добралась, до сих пор не в себе.

Желание видеть такого мужа у бывшей графини пропало окончательно, а тут пришли известия, что в столице новый заговор раскрыт, Сувишала казнены, Чандам тоже вроде как в опалу попал. Так что решила она ворота перед посланцами Ранджита закрыть и подождать развития событий. То, что у ее «супруга» столь большое войско окажется, стало для нее крайне неприятным сюрпризом. Предугадать, что Чандам сюда своих дружинников пришлет, она не могла. Но сдаваться на милость победителя тоже не хотела. Во-первых, милости она не ждала, а во-вторых, гордость у нее все-таки тоже есть. Лучше погибнуть, чем жить в постоянном унижении.

Была и третья причина, которую она прямо не озвучила, но можно было догадаться. Ее воины на пощаду тоже не рассчитывали. Не потому, что не были готовы капитулировать, а потому, что знали характер барона. От казни их могла бы спасти только его потребность в дополнительных солдатах, но это был не тот случай.

В общем, как я понял, судьба нас в этот раз свела совершенно случайно. Но, пожалуй, вовремя. Она снова стала независимой хозяйкой и землевладелицей, а я получил возможность без помех исследовать очередной комплекс Ушедших. При этом меня обеспечивают и жильем со всеми доступными тут удобствами, кормежкой, стиркой и прочим обслуживанием. Даже ни от кого таиться не надо. В таких замечательных условиях мне, пожалуй, даже при раскопках на Земле работать не приходилось. Про новые миры и не говорю.

В тот вечер мы с баронессой (все-таки теперь — баронессой) говорили довольно долго, потом вместе (только вдвоем) поужинали. Но спать пошли каждый в собственные покои. Не от усталости, «идеальное самочувствие» я и на себя, и на Амалию наложил. Да и не была наша встреча свиданием, больше на деловой разговор походила, хотя и о личном на ней тоже много говорилось. Легкий флирт, конечно, имел место, но он при разговорах лиц противоположного пола почти всегда присутствует. Влюбленность моя перегорела, но взаимная симпатия, пожалуй, присутствует. А там посмотрим, как дела пойдут.

К тому же у нас появились общие интересы, да и общее дело, пожалуй, тоже. Надо будет изучить, как можно обороноспособность замка повысить. Меня наличие лояльной хозяйки замка очень даже устраивает.


Глава 13 Веселое Пограничье | Лучший друг големов | Глава 15 Нежданные гости, они же незваные







Loading...