home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 7

Просто дела и дела сердечные

Я стоял рядом и счастливо улыбался. Графиня тоже улыбалась, но сдержанно, благожелательно кивала в ответ на очередные словоизлияния Ратнама, а также нашла по паре ласковых слов каждому из принявших участие в добыче клада. В том числе и мне, ничем не выделив мой особый вклад в его поиск.

Но! В эмоциях она вовсе не была так спокойна. Там было и удивление, граничащее с потрясением, капелька неверия во все происходящее (не сон ли это?), накатывающееся волнами удовольствие и громадный интерес к моей персоне. Благожелательный интерес. Меня он буквально обволакивал и заставлял млеть.

У меня возникло какое-то раздвоение личности. Умом я понимал, что делаю чудовищные глупости. У самого осталось не так уж много денег, а я только что подарил довольно ценный клад вот этой девушке, с которой знаком всего несколько дней, и наши отношения (по крайней мере с ее стороны) никак нельзя назвать близкими.

Тут я усмехнулся. Мало денег? А тридцать килограммов золота? Очень крупная сумма в этом мире. Проблема только в переводе его в монеты. Опасаюсь я афишировать наличие у меня золотых слитков. Но ведь старинные монеты и украшения продать ничуть не проще, чем обменять слитки на монеты. У меня даже с продажей перьев и копий проблемы возникли, хотя, если честно, всерьез я этим делом не занимался.

Еще одна странность. Историческая ценность клада оставила меня практически равнодушным. Вот если бы он принадлежал эпохе Ушедших… Видимо, подсознательно мне не хочется разбрасываться. Хотя раньше я бы подобную древность обязательно оставил себе.

Но для Амалии мне совершенно ничего не жаль. Думаю не о том, как буду жить дальше, а чем бы ее еще порадовать. Совершенно нетипичные для меня поведение и мысли.

Как-то не спросив ее мнения, я назначил Амалию самым близким и дорогим для себя человеком. Тут ведь не одни лишь подарки. Разговоры, в которых я был предельно откровенен (и не только в критике состояния местной магии). Я ведь почти открытым текстом заявил ей, что являюсь полноценным киратом, продемонстрировав знание заклинаний, абсолютно недоступных для мага-ученика. И она наверняка это заметила, только виду не подала. Девушка она очень неглупая.

Вот зачем я это сделал? Вроде хвастовство мне несвойственно. И представился я магом-учеником в целях конспирации, чтобы не мешали мне моими делами заниматься. Но это я от всех прочих людей таился. А внимание Амалии мне привлечь как раз очень хочется. Просто немыслимо как.

Наверное, это и называется влюбиться. Когда умом понимаешь, что делаешь глупости, но все равно их делаешь. Потому что у тебя всю систему ценностей перекорежило, вознеся на небывалую высоту ее, прекрасную и единственную. Ни разу этого чувства не испытывал, а тут вдруг — и так сразу. Сам на себя злюсь, но при этом душа поет. И продолжаю делать то, чего бы делать не следовало.

Так, надо отвлечься. Этот клад я и так планировал подарить Амалии, но самого акта дарения почему-то не получилось. Все восприняли как данность, что клад — ее и только ее. Почему?

Порылся в памяти Гхарана. Этот неудачник мечтал разбогатеть, поэтому о находке клада грезил довольно регулярно. Так что кое-что знал.

Если ты нашел клад в одиночку — он твой. Здесь, к счастью, нет закона о том, что клады принадлежат государству или тому, на чьей земле они спрятаны. Раз лендлорд о кладе не знает, он им не владеет. Логично. И без жлобства, принятого на Земле.

Если клад нашла группа из нескольких равных по статусу человек, клад они делят поровну. Или как договорятся. Доля любого может быть увеличена, если остальные признают его особые заслуги.

Но вот если в этой группе были аристократы, все остальные в расчет не принимаются. А если аристократы были неравны по положению, все забирает старший из них. Остальных он может наградить по своему усмотрению. То есть наш случай. Действующая графиня — единственный законный претендент на находку. Ну и ладно. Все равно она понимает, что клад для нее нашел именно я.

К сожалению, следующие несколько дней я графиню не видел. А вот Ратнам почти все время у нее торчал. Ко мне тоже иногда заскакивал, так что я был в курсе событий.

Так вот, этот журналист не только выдал по поводу клада целую серию статей (с гравюрами-иллюстрациями), но и организовал у графини фактически салон любителей старины, куда вытащил всех отдыхающих, хоть немного разбирающихся в старинных монетах и украшениях. Те, кто не разбирался, но обладал сколько-нибудь значимым весом в здешнем обществе, тоже шли. Один раз графиня и меня пригласила. Предъявить общественности того, кто догадался искать клад в конкретной пещере. Заодно мне пришлось частично повторить лекцию о древнем поселении, его основных строениях и укреплениях. Кстати, Ратнам и на эту тему целую серию гравюр как-то подготовил в качестве иллюстраций. Думаю, сам их делал, так как они в точности совпадали с образами, которые я им во время экскурсии транслировал. Или хотя бы эскизы готовил. Видимо, неплохо рисует.

В общем, комплиментов наслушался, но радости они мне не доставили. Были они какие-то снисходительные, что ли. Да и с графиней пообщаться толком не удалось, ей было не до меня. Много гостей, она в центре внимания…

Впрочем, определенный толк от моего выступления все-таки был. С Амалией не поговорил, так хотя бы с некоторыми из ее гостей. В результате продал два копья и четыре пера каким-то немолодым любителям редкостей. По символической цене в десять золотых за штуку. Проблема финансов сразу оказалась решена. Наверное, мог бы и все продать, но решил этого пока не делать. Денег и так хватает, а сувениры из Пустоши еще могут пригодиться.

Образовавшееся свободное время попытался занять прежними тренировками. С башен не прыгал, а вот по горным тропам бегать продолжил. Только теперь все время невольно вспоминал проведенную экскурсию. Вот здесь я рассказывал об угловой крепостной башне, и Амалию рассказ заинтересовал, а вот описание дороги оставило равнодушной. Наверное, надо было не так обо всем этом говорить…

В общем, мысли непроизвольно крутились вокруг одной и той же особы. И ведь понимаю, что шансы у меня близки к нулю. Она графиня, а я так толком и не легализовался. И даже не знаю, как это сделать. Как я понял, здесь для магов и, видимо, жрецов идти путем силпина — страшное преступление. А у меня браслет на руке. Прикрыт напульсником, Мохан его не заметил, но не факт, что другие маги будут столь же ненаблюдательны. И даже на то, что я дипломированный кират, смотреть не будут. Со светской же властью ситуация мне просто неизвестна. Особой религиозности в народе я не заметил. В хорошем отношении к себе кирата, который может вылечить любую болезнь и даже вернуть молодость, заинтересованы наверняка многие. Вопрос в том, сможет ли это перевесить религиозную традицию, собственное воспитание и опасность со стороны магов и жрецов?

Уверен, что на определенных условиях можно договориться с любым монархом этого мира. Или почти любым. Только меня эти условия не устраивают. Наверняка тот захочет меня куда-нибудь спрятать от посторонних глаз, но чтобы был под рукой. То есть в тюрьму, хотя бы и комфортно обставленную. Засовывать меня в обычную камеру никто не рискнет, ему же самому потом у меня лечиться. Но я ведь сюда из Запорталья переехал не ради выживания, а чтобы наследие Ушедших изучать. И развиваться как магу. Так что почетное заключение для меня не вариант. Разве как временное пристанище, но дальше наши с гипотетическим монархом интересы не совпадут.

Хотя… Если моя тюрьма будет располагаться в месте силы и мне дадут ее оборудовать как учебный комплекс Ушедших, это вариант; можно зависнуть в ней на все время изучения браслета. Допустим. Как самый крайний случай. Ведь вырываться, возможно, придется с боем. Бежать в Пустыню и восстанавливать портал. Если у меня такие знания после освоения бусин появятся. В общем, как-то ненадежно все. Так что спешить на переговоры с королем мне пока явно не следует.

За этими рассуждениями я добрался до пещеры, где мы клад выкопали. «Разрушение камня» превратило фрагмент пола в углу пещеры в углубление, заполненное пылью. Углубление с довольно ровными краями. Тогда на это никто особого внимания не обратил, тем более что кое-что пришлось и мечом как ломом добивать, но если кто посмотрит внимательнее, могут возникнуть вопросы. Поэтому я запустил «бур» и стал делать края неровными. Заодно проверил «ощущением камня», нет ли внизу чего интересного. Ничего не обнаружил.

А вот заклинание «бур» повело себя странно. Примерно на метровую глубину — все нормально, а дальше не идет. Добавил громкости звучания. Никакого эффекта. То есть в ширину отверстие стало больше, а в глубину нет. У него что, предел действия такой? Странно. Направил его на боковую стену и спокойно просверлил метра два. Мог бы и больше, просто зачем?

Еще раз включаю «ощущение камня». Ничего. То есть яма, которую я выкопал, на месте, а дальше — как отрезало. Меня охватил азарт. Конкретно это место я трогать больше не стал, но, отойдя в глубь ответвления пещеры, запустил сначала «бур», потом «разрушение камня», а потом и «лопату». Через некоторое время у меня получился колодец метрового диаметра и метровой же глубины. И если диаметр я мог свободно увеличивать еще, пока не надоест, то углубиться дальше в породу у меня не получалось.

Покрутившись вокруг так и сяк, я в конце концов спрыгнул в яму. Подо мной был не совсем камень, хотя внешне от стен он не отличался ничем. Он слегка пружинил!

Не придумав иных способов исследования, я несколько раз подпрыгнул. Перед глазами появилась надпись: «Только для суров». Захотелось одновременно и петь, и выть. Внизу подо мной явно было помещение, построенное еще Ушедшими для своих целей. Но меня туда не пускают, носом не вышел. Вспыхнула слабая надежда, что, может быть, если долго ломиться, мне, как в учебных комплексах Запорталья, дадут временный пропуск. Как старшему упсуру. Но она быстро погасла, хотя прыгал я еще чуть ли не полчаса, пока еще какие-то посетители не заглянули. Срочно наложил на них «отвод глаз» и шуганул «трансляцией эмоций» неуютности и беспокойства.

Ушли. После чего я некоторое время обламывал выступы с разных мест стен, засыпая вырытый колодец. Когда я проникал в учебные комплексы Ушедших, то входил через официальный вход. И пускало меня далеко не во все места, большая часть комплекса осталась для меня закрытой. А здесь я в потолок стучусь. Уверен, что никакого входа через потолок предусмотрено не было. Так что шансов попасть в комплекс через него у меня нет.

Что же, будем искать.

Начал с того, что выкопал второй клад. Но под ним никаких строений Ушедших не обнаружил. Снова серебряные монеты, судя по всему, древние. Спрятал в «сейфе» номера. В местной нумизматике я совершенно не разбираюсь. Можно ли клад продать и за сколько, тоже. Но пусть будет. Второй раз дарить Амалии нет смысла. Удивить не получится, зато может сложиться впечатление, что тут этих кладов как грязи. Если больше ничего не найду, только негатив заработаю. Кстати, в кладе помимо монет еще один перстень оказался. Довольно массивный, мужской, без камня, но с выгравированным на нем каким-то гербом. Не артефакт; впрочем, среди найденных украшений в первом кладе их тоже не было. Проверил во время приема у графини. Наверное, странно выглядел, щелкая ногтем по вещам из клада, но другие их тоже вертели по-всякому. Впрочем, полной уверенности нет. В своем кулоне-свастике следов внедренных заклинаний я тоже не обнаружил. Но как-то он с моим симбиотом взаимодействует.

А перстень? Были бы на Земле, сказал бы, что «баронский». А здесь — кто его знает. То есть знают, наверное, многие, тот же Ратнам почти наверняка, но показывать ему не собираюсь. Зачем мне лишние вопросы?

Так что вернулся к первой пещере. Теперь я проводил дни, со всех сторон обходя скалы, в которых она располагалась, и с помощью «бура» пытался нащупать контуры подгорных помещений Ушедших. К сожалению, делать это было не так просто. Если в пещеры почти никто не заглядывал, то по горным тропинкам гуляло немало отдыхающих. Скорее всего, к росту их числа я сам приложил руку. Или Ратнам: он с моих слов расписал в газете пользу физических упражнений на свежем воздухе, который благодаря источникам тоже обладает целебными свойствами.

Еще очень огорчало, что ноутбук остался в Запорталье. Очень мне бы пригодилась программа обработки фотографий рельефа местности. На планшете ее не было, да он бы и не потянул. Впрочем, и с фотографиями были проблемы. Единственная оставшаяся у меня камера тоже была в планшете, а демонстрировать его любопытным курортникам мне совершенно не хотелось. Так что обзавелся эскизником и набрасывал контуры рельефа древнего поселения от руки. Вечером в номере пытался проанализировать увиденное. Но, главное, теперь мог зависать в любом месте, не вызывая подозрений. Присел человек на раскладной стульчик, рисует. Даже если кто подойдет посмотреть, милости прошу. Кстати, рисую я не то чтобы очень хорошо, но немного умею. При этом мои манипуляции с «буром» остаются совершенно незаметными.

Не скажу, что дела шли быстро, но определенные успехи были. Правда, какое-то странно небольшое помещение «для суров» у меня получалось. Или оно в несколько этажей вглубь?

Зато сдвинулось с места изучение бусин. Не знаю почему, но новая зажигалась каждые три дня. Хуже, чем в подгорном комплексе, но гораздо лучше, чем раньше. Так что выучил еще несколько заклинаний. Самыми полезными (на данный момент) для меня оказались «соединение камней» и «слияние камней». Первое позволяло точечно «сварить» два неорганических предмета. Довольно крепко. А второе было не совсем чтобы противоположным «разрушению камня», но помогло мне лучше замаскировать мои работы в пещерах. До однородности камень не спекался, но получилось уже что-то достаточно плотное. С учетом набросанных внутрь обломков последствия моих работ уже не должны были привлекать внимания. Если, конечно, не проводить тщательное исследование, но, надеюсь, до такого не дойдет.

Еще одним заклинанием стало «извлечение камня». Обратное «погружению камня». По идее можно заставить «всплыть» из земли или даже скалы нечто однородное, находящееся внутри ее. Например, жилу металла или друзу драгоценных камней. Замечательно. Только их еще найти надо. И заклинание, как я понял, очень энергозатратное и небыстрое. Особенно если с глубины поднимать. Можно не один день просидеть, наигрывая заклинание с полной концентрацией. Но все равно возможности радуют.

Заклинание «текучесть камня» оказалось обычной плавкой. В отличие от «нагрева камня» материал не уродовался, а переходил в жидкое состояние равномерно. Если бы еще форму можно было задать! А так пока применения не нашел.

И, наконец, последним новым заклинанием стала «большая лопата». Ура! Скорость копания серьезно возросла. Если бы я еще планировал огородничеством или строительством заняться… А так большой пользы от него не вижу. Но — пусть будет.

Так что с изучением заклинаний дела у меня обстояли относительно неплохо. Четырнадцать заклинаний из браслета и тринадцать новых заклинаний, вынутых из голов некромантов. И, возможно, «гимн Света» тоже можно зачесть. Расту.

А вот с Амалией отношения развивались как-то не очень. То есть развивались односторонне. Я, похоже, влюблялся все больше и больше, а с ее стороны все как-то так и застыло в фазе симпатии и не вполне определившегося интереса. В ее номере фактически образовался салон для наиболее знатных и образованных отдыхающих. Они там что-то обсуждали, делали доклады по разным темам или просто читали вслух свои сочинения. Иногда играли в какие-нибудь игры. Пару раз она меня на такие мероприятия приглашала, но я в них плохо вписывался. То есть послушать некоторые разговоры мне было интересно, особенно когда речь шла об истории королевства, но самому сказать было нечего. Впрочем, меня и не спрашивали. Кто я такой, чтобы мое мнение было интересно? Маг-ученик, оказавшийся неплохим спортсменом. Ну, еще посетивший Пустыню и Пустошь. Вот по этому поводу один раз меня и пригласили — сделать доклад. Слушали с интересом, но не более. Своим я в этом обществе не стал, да и не мог стать. В родстве ни с кем не состою, общих знакомых не имею. С сильными мира сего не знаком. Так что я здесь не более чем каприз графини. Имеет право.

Наедине побеседовать не удалось ни разу.

Поскольку местная аристократия, претендующая на культурность, по вечерам часто посещала театр, то и я несколько раз туда заглянул, в надежде увидеть графиню. Ну, увидел, и что? Даже адресованную мне улыбку поймал. Но в ложу к себе не пригласила, там и без меня народа хватало.

Еще у меня вошло в привычку проходить мимо ее гостиницы или ресторанов, где она может оказаться. Тоже пару раз ее увидел издалека. Не одну. Даже подходить не стал. Утешало только то, что никаких кавалеров в своем обществе она специально не выделяла. Приветлива была со всеми, с некоторыми вела себя как со старыми друзьями, но никаких пожатий ручек или поцелуев украдкой я не заметил.

Однажды я набрался смелости и подошел. С подарком, который целую неделю готовил. Нашел я среди скал укромный уголок, в котором посадил кустик какого-то местного декоративного растения. Вроде некрупного шиповника, но цветы побогаче, хотя на розу и не тянут. Благодаря магии кирата у меня не возникло проблем с тем, чтобы кустик прижился и зацвел.

А потом я стал извращаться. «Разрушением камня» превратил в пыль по паре золотых и серебряных монет. Напомню, они тут довольно большие, граммов по двенадцать каждая. Затем «погружением камня» отправил эту малопитательную смесь под корни растению.

С помощью заклинаний «извлечение материала» и «изменение состава» превратил три цветочка в золотые с серебряными чашечками и парой серебряных же лепестков под ними. Получилось очень симпатично, только жутко долго возился и сил затратил кучу. По три лепестка за день успевал. Потом сорвал один цветок и с гордостью понес графине. В театр, так как приглашения к ней в номер у меня не было.

Естественно, она была не одна. Первоначальная реакция ее спутников была осуждающей. С чего это вдруг маг-недоучка сиятельной графине золотую безделушку дарит? Рассказал, что нашел среди скал волшебное растение. Мне не поверили, но на следующий день все вместе пошли смотреть. Все-таки развлечений тут немного. От Амалии веяло сочувствием. Но когда комиссия убедилась, что цветы к веточкам не приклеены, а действительно выросли, поднялся знатный галдеж. И что? А ничего. Я опять выступил в роли проныры, который во все закутки нос сует. Цветочки обломали себе две другие дамы, а на следующее утро куста на месте не оказалось. Кто-то выкопал. Ну, пусть ждут урожая…

Положение было совершенно унылым. Я уже даже начал мечтать: вот если бы она заболела или на нее было покушение… Прямо как школьник. Сам себя отчитал за глупые мыли, но легче мне от этого не стало. Рассказать ей о том, что я полноценный кират? В принципе она девушка неглупая и так догадывается, что я не совсем простой маг-ученик. Но, во-первых, никакой возможности поговорить с ней наедине у меня нет. А во-вторых, если уж открываться, придется и о своей иномирности говорить, и о том, что сейчас я изучаю курс запрещенного здесь големостроения. Если бы наши отношения стали действительно близкими, если бы мы друг друга хорошо знали и полностью доверяли, тогда конечно. А как способ сближения подобные откровения никуда не годятся.

В отчаянии я даже с Ратнамом о своих шансах поговорить попытался.

— То, что вы влюбились, ни для кого секретом не является, — обрадовал он меня, — это за версту видно. Это нормально. В нее тут куча народу влюблена, я имею в виду — не графство ее к рукам прибрать хотели бы, а именно в нее влюбились. Человек пять — только солидных людей. А всякой золотой молодежи, если не каждый первый, то второй — точно.

— И я в этом обществе лишний?

— Нет, что вы! Какой девушке не нравится, когда в нее кто-то влюблен? У вас это очень трогательно получается. Но слишком заметно. Потому она и приглашает вас так редко, очень уж вы серьезно настроены.

— Но ведь вначале…

— Вначале у нее тут не было самого модного салона этого курорта. И к тому, что он возник, вы тоже приложили руку. Как, впрочем, и я. Дали, так сказать, начальный толчок. А потом уже сработали ее положение, ум и обаяние.

— Ей это нравится?

— Это жизнь высшего света. В салонах же не только любовные интриги завязываются, но и политические союзы. Например, благодаря вашему кладу герцог Чандам, известный любитель старины, стал гораздо лояльнее относиться к канцлеру. Вы чувствуете гордость?

Гордости я не чувствовал, особенно после того, как вредный журналюга намекнул, что любимый племянник герцога вполне может стать женихом Амалии. Если король одобрит.

Не преуспев в своих ухаживаниях, чтобы забыться, я с большим энтузиазмом продолжил поиски подходов к комплексу Ушедших.

Не сразу, но до меня дошло, что выделенная мною часть комплекса, куда меня не пускают, была в нем не единственной. Просто другие разрушены. Можно было и догадаться, но я, пока подробную карту местности не нарисовал, никак не мог увидеть очевидное. Обидно, обычно быстрее соображаю. Видимо, наличие поблизости графини Амалии не лучшим образом сказалось на моей способности думать. А говорят, любовь окрыляет. Или это только тогда, когда она взаимна?

Так или иначе, примерные контуры комплекса я обозначил. Пригодился опыт пребывания в комплексах в Запорталье. Даже определил, где должен был находиться главный вход. Только на месте его теперь хаотическое нагромождение камней. Вроде как тут какие-то тектонические процессы прошли. Даже страшно представить, сколь чудовищные силы были когда-то задействованы.

Я потихоньку занялся раскопками. Тайно, стараясь не привлекать к своим занятиям постороннего внимания. На месте бывшего входа я стал создавать собственную искусственную пещеру. Именно пещеру, а не тоннель, так как я всячески старался придать тому, что получалось, естественный вид.

Нашел место среди нагромождения камней, относительно скрытое от взглядов тех, кто будет по ближайшим тропам ходить. Замаскировал его еще больше, вырастив новые кусты, а старые сделав гуще и выше. С помощью заклинаний кирата (в основном «стимулирование роста», «извлечение материала», «сила жизни») это не слишком сложно оказалось, основная проблема была в том, что для роста растениям нужна вода, а бегать по дорожкам с ведрами выглядит несколько странно. Так что обзавелся рюкзаком, в котором стал таскать приличного размера бурдюк. Чтобы влезал, не бросался в глаза и был объемом литров пятнадцать. Три дня с этим рюкзаком носился, пока не вырастил кусты до удовлетворительных габаритов.

За это время у меня еще одна бусина загорелась — заклинание «смерч». Я уже давно обратил внимание на то, что осваиваемые мною в последнее время заклинания имели, скажем так, горнодобывающую направленность. Впрочем, в земледелии они, наверное, тоже полезны. Подозреваю, что с их помощью я вполне могу вспахать поле без трактора. Но добыча руд и минералов мне как-то интереснее кажется. А еще лучше — что все это вполне применимо для археологических раскопок. Ведь с помощью «ощущения камня» можно определить разнородность почвы под ногами, а всяких копающих заклинаний мне досталось и вовсе с большим запасом.

Так вот «смерч» сначала привел меня в недоумение. Это новая серия заклинаний началась? И вообще при чем тут воздух?

Но после нескольких экспериментов понял, что заклинание очень нужное и как будто специально создано для раскопок. Только его правильнее было бы назвать «маленький смерч» или «смерчик». Им оказалось очень удобно пыль собирать и подхватывать, чтобы потом унести куда-нибудь в сторону. Впрочем, предметы, и даже не очень мелкие, им тоже оказалось возможным переносить, только не так удобно. Они при этом вращаться начинают. А с песком и пылью — просто класс! Сначала «разрушением камня» превращаю препятствие в мелкую крошку, потом «смерчем» ее подхватываю и уношу. Можно далеко, а не как «лопатой». И ее не только в сторону отбросить могу, но даже вверх отнести.

Так что с помощью этих заклинаний стал я себе проход расчищать. «Соединением камней» свод укреплял. При этом камни старался убирать целиком, как будто бы среди них проход случайно остался. Вроде щели, которую просто так не заметишь.

Так как видно меня со стороны в этой пещере не было, то работал я там почти весь день. Проблемы только с уборкой мусора были, но я его старался провезти в сумерках, когда отдыхающие уже по ресторанам или иным местам отдыха разбредались. Заодно кое-где дорожки улучшил, сделав на них из растертого в крошку камня новое ровное покрытие, объединенное «слиянием камней» в однородную массу. В общем, работал не только на себя, но и на благо курорта.

В конце концов я все-таки добрался до сохранившейся территории комплекса. На сей раз она от меня каменным видом не маскировалась, так что я даже смог посмотреть внутрь. Картина, можно сказать, знакомая. Свет прихваченного фонарика высветил несколько колонн, расположенных рядами. Но меня и отсюда в комплекс не пустило! Опять «Только для суров». Я испытал дикое разочарование.

Тырканье в надежде получить временный проход неожиданно дало эффект. Но не тот, на который я надеялся. Меня не пустило, но появилась новая надпись: «Научный комплекс. Учебные корпуса находятся в Сурадигаме и Сураакаше». Еще бы знать, где это.

Жаль, что бусина-инструкция к моему второму браслету не содержала информации по географии. После первого браслета я хотя бы знал, где находятся некоторые центры Ушедших в Запорталье. А об этом мире ничего не знаю. Как-то плохо продумано. Ведь поставили же древние суры портал рядом с местом вручения браслета? И дали рекомендацию идти в Сурдигам. Хотя если разрушенный центр в Пустыне и был Сурдигамом, то объяснять, как к нему добираться, было необязательно. Только не осталось там ничего от центра, даже источника силы нет. Придется этот Сураакаш искать. Может, там хоть что-нибудь уцелело.

Ничего нового мои попытки протаранить барьер не дали. Жаль. Я надеялся, что временный проход мне все-таки предоставят. Но раз здесь в принципе не было учеников, то, получается, такая мера не предусмотрена.

Ну, на нет и суда нет. Отломил несколько камней и прикрыл ими сначала вид на помещение Ушедших, а потом и вход в сделанный мною тоннель. Нечего тут посторонним ходить. И смотреть на колонны под землей ни к чему.

Возможности попасть в комплекс нет, но ведь можно поискать под руинами что-нибудь интересное. Типа артефактов. Жаль, нормально раскопки провести не могу. Не технически. Мои заклинания вполне позволяют тут все расчистить по слоям. Но такие работы не могут не привлечь внимания. И яснее показать, что я владею заклинаниями силпина, наверное, невозможно. Когда я Амалии выражал сожаление, что это направление магии заброшено, я показал себя вольнодумцем. Показав же заклинания, я стану бунтовщиком. Существенная разница. Боюсь, смертельная.

Но я ведь могу искать предметы под землей и без раскопок. Заклинание «ощущение камня» позволяет определить неоднородность по структуре, а «определение камня» выделяет более ярким светом сами артефакты. Если к этому присовокупить «извлечение камня», теоретически можно заставить артефакт выбраться на поверхность без раскопок. Хотя, конечно, глубину, с которой придется всплывать, лучше бы уменьшить «разрушением камня».

В общем, в теории все просто, а как на практике? Смогу ли я по показаниям своих магических локаторов четко выделить именно то, что имеет смысл извлекать? Хватит ли у меня на это сил и концентрации? Надо пробовать.

Однако начало новых работ было сбито с настроя новым приглашением в салон к графине.

На сей раз Амалия была сама любезность и довольно заметно выделила меня среди прочих приглашенных. Нет, не приватным разговором, а особо радушным приветствием, причем видеть меня она была рада искренне. Даже попеняла, что давно не заходил (вот тут — совершенно неискренне), и при этом вроде как даже сама извинилась, что не приглашала, прошептав: «Ну, вы понимаете…» Даже руку мне слегка пожала и посадила рядом, как дорогого гостя.

Пока я приходил в себя от такой метаморфозы, выяснилось, что пригласила она меня все-таки не просто потому, что соскучилась.

— Гхаран, вы показали себя столь блестящим знатоком истории… Ваш изумительный рассказ о древнем городе на месте Удаки… — Каждая фраза сопровождалась многозначительной паузой и ясным взглядом ее громадных глаз. — Вы наверняка знаете какие-нибудь древние истории, неизвестные широкой публике… Расскажите какую-нибудь из них, очень вас прошу… Я уверена, что и всем нашим дорогим гостям будет интересно…

Манера говорить у нее была какая-то неожиданно нарочитая. Ладно, потом постараюсь выяснить, что бы это значило. Раньше она говорила со мной абсолютно естественно. Или это светское общение отпечаток накладывает?

Сейчас же надо срочно придумать занимательную историю. Местную историю я не знаю почти совсем. Можно и без «почти». Но, к счастью, она попросила рассказать что-нибудь малоизвестное. Или неизвестное, как будет в моем случае.

В общем, я намешал «Илиаду» с «Махабхаратой». Упор сделал на Гомера, все-таки там история не только об интригах и сражениях, но и о любви. Но Трою переименовал в Двараку, равно как поменял и другие имена и названия, а также позаимствовал из индийского эпоса магию, беззастенчиво цитируя «Астру видье шастрике» («Небесное оружие»). От местных тоже накрутил, так что погибшие армии вставали в виде маакар, а троянский конь стал големом, который прикинулся статуей бога.

В общем, благодаря поощрительным улыбкам Амалии я почувствовал себя в ударе и дал разгуляться фантазии. Кажется, неплохо получилось, так как слушали меня не прерывая и с очевидным интересом.

— Потрясающе! — выразила всеобщее мнение графиня и при этом не лукавила. — Никогда не слышала ничего подобного. Так в какую же эпоху все это произошло?

— По преданиям — незадолго до Великой войны. Уже Золотой век подходил к концу, но героев и великих магов было еще много.

К обсуждению подключились и другие гости.

— Вы рассказывали о какой-то необычной системе магии, — задал вопрос один довольно солидный господин: — Не могли бы вы пояснить подробнее?

Я вопросительно взглянул на графиню.

— Я вас не представила… Граф Киирти, старый друг моего отца, которого я давно воспринимаю как любимого дядюшку. — Граф был одарен ласковым взглядом, но вот той же ласки в эмоциях я не заметил, а эмоциям я как-то верю больше, чем просто словам: — Он, наверное, самый отчаянный вольнодумец в королевстве.

Вольнодумец? Это намек? Или просьба? Или предупреждение? Впрочем, ничего принципиально неизвестного я говорить не собираюсь. Общие принципы магии этот «дядюшка» должен наверняка и сам знать.

— Когда-то эти сказания исполнялись как песни, а песни были магией. Не все, конечно, а только гимны. К сожалению, до нашего времени дошло очень мало этих древних произведений.

— Мало? Значит, что-то все-таки дошло?

— Да, Гхаран! Вы же наверняка что-нибудь знаете, — неожиданно поддержала его графиня. Да так горячо… — Напойте хоть что-нибудь! Я вас очень прошу.

Я недоуменно обвел глазами столпившуюся вокруг толпу гостей. Нет, это будет чересчур.

— Кое-что дошло, но если вы думаете, что я могу их точно воспроизвести, то вы заблуждаетесь. Тогда я был бы не магом-учеником, а магом даже не знаю какой ступени. Выше самых высших. К тому же эта музыка совершенно непривычна нашему уху. Но если вас устроит очень приблизительное воспроизведение, то я могу напеть.

— Очень просим!

Интересно, что она надеялась услышать или увидеть? Настоящее древнее заклинание? Хотя «гимн Света» действительно очень древнее заклинание. Только я его не собирался исполнять магически. Хватит с них моего мычания, как это было записано на купленном мною диске.

В общем, я прогудел всю мелодию. Как мне кажется, даже точно. Кстати, там ведь какие-то слова были? Примерно такие… и я запел на языке Ушедших, стараясь положить слова на ранее исполненную мелодию:

Видя только два шага того,

Кто выглядит, как Солнце, —

Мечется смертный.

На Него больше никто

Не отважится взглянуть,

Даже крылатые птицы в полете.

Гимн Ригведы, да. Получилось не очень, но я старался. И хорошо, что не очень. Нездоровый интерес к моей персоне как-то быстро сошел на нет, и гости, хотя и продолжили обсуждать рассказанную мною историю, делали это уже между собой. Ко мне вопросы если и появлялись, то редко, а потом и вовсе прекратились.

Амалия и этот, как его… Киирти, выглядели разочарованными. Жаль. Очень не хотелось мне графиню огорчать. Бред какой-то! Мое настроение скачет в зависимости от ее эмоций. Только в десятикратном размере. Нет, долго я так не выдержу…

Кое-как дожив до конца приема, я все оставшееся время просидел в гостинице, медитируя. «Гимн Света» тоже исполнил. Немного полегчало.

Утром повторил медитацию, потом по привычке повторил все известные мне заклинания. Про себя, чтобы ничего случайно не порушить. Требовалось на это все больше времени, так что хотя я и сплю уже давно очень мало, обязательные процедуры (включая водные) дотянулись почти до времени начала завтрака в гостинице. Можно будет поесть (оплачено, и не помешает), после чего… даже не знаю. Наверное, попробую наконец добыть артефакты из-под завалов разрушенного комплекса Ушедших с помощью освоенных заклинаний. По крайней мере начну эту работу.

Неожиданно в дверь постучали. Кому я вдруг понадобился?

За дверью оказалась служанка Амалии, Джиоти. Неужели новое приглашение?

Но та почему-то приложила палец к губам, как-то странно оглядела меня и комнату, после чего снова скрылась за дверью. И вместо нее ко мне в номер проскользнула ее хозяйка!

Нет, на шею она ко мне не кинулась, целовать хотя бы в щеку тоже не стала. Сам я, к сожалению, застыл столбом и на активные действия оказался не способен. Графиня же мило улыбнулась и проследовала к креслу, но не села, а просто положила руку на спинку.

— Я рада, Гхаран, что вы встаете так рано и что мой приход не привлек особого внимания других постояльцев, которых я не встретила ни одного. — Еще одна милая улыбка. — Или правильнее сказать, что я успела застать вас на месте?

Я наконец избавился от своего столбняка. Даже «малое исцеление» на себя наложил, чтобы очнуться.

— Ваш приход — большая честь для меня. И громадная радость. — Я так и не знал, как на это реагировать.

— Не удивляйтесь. Я очень любопытна, а вчера вы рассказали и показали явно далеко не все. Понимаю, не следовало раскрывать тайны вашего сословия всем подряд. Но мне-то вы хотя бы чуть-чуть показать можете? Я специально ради этого встала ни свет ни заря.

Графиня даже лицом подыграла, придав ему немного детско-наивное, восторженно-ожидающее выражение. Совсем чуть-чуть, и получилось у нее это как-то очень трогательно. Не свысока, не панибратски, а одновременно и тактично, и доверчиво. То есть демонстрируя доверительные отношения. В общем, не подбираются у меня правильные слова, но желание растечься лужей у ее ног возникло сильное.

Желание я подавил.

Она пришла сама. Одна. И даже не так важно зачем. Есть шанс если не объясниться, то хотя бы поговорить. Не только о тайнах магии, а о себе.

— Амалия… — я сделал небольшую паузу, но никакого протеста на обращение по имени не услышал, — я давно хотел вам сказать…

— Не надо это делать, — мягко, но решительно прервала меня графиня, — сейчас это будет совершенно несвоевременно. И у вас, и у меня ситуация очень непростая, и наше будущее зависит не только от нас. Достаточно скоро сюда приедет мой отец, специально познакомиться с вами. Об этом граф Киирти сообщил. Отец — человек умный, хочет мне исключительно добра, и есть надежда, что тогда многое прояснится. А пока держите себя в руках. Оставайтесь тем, кто вы есть на самом деле, самым необычным магом, которого мне когда-либо довелось видеть. Вы меня заинтересовали, и мне лестно, что я смогла заинтересовать вас. Уверена, в своей жизни вы встречали красавиц, до которых мне далеко. Так что пусть пока так все и остается. И я очень надеюсь, что вы все-таки хотя бы чуть-чуть приоткроете мне завесу над древней магией…

Ее слова меня, надо сказать, привели в недоумение, но я постарался не показать виду. За кого она меня принимает? За древнего мага, что ли? И я ей «интересен». Как мужчина или как древний маг? И что с этим делать? Терпеть не могу быть самозванцем, но, боюсь, мои протесты ее не убедят. Разве что про свое иномирное происхождение расскажу. Но к этому я пока не готов. Слишком непредсказуемые могут быть последствия.

— Прошу меня простить, прекрасная графиня. Ваши неисчислимые достоинства заставляют меня терять голову. И вы абсолютно неправы: никого совершеннее вас я в жизни не встречал. Так что приказывайте!

— Древнюю магию…

Что она ей так понадобилась? Ну да ладно. Ничего, кроме «Гимна Света», я все равно показать не могу. И, судя по местным реалиям, это должно быть менее опасно, чем показывать заклинания силпина. Внимание ко мне привлечет, в том числе и со стороны магов, но тащить в застенки, думаю, не будут. Сначала наверняка постараются просто поговорить. Я бы без этих разговоров с удовольствием обошелся, но они ведь не завтра начнутся. И не в ближайшие дни. Почта ходит небыстро, а магия — это такая сфера, что без санкции первых лиц никто не полезет. Причем я уверен, что Амалия никому, кроме отца, об увиденном не расскажет, а мое мычание в ее салоне не было настолько убедительным (скорее, наоборот), чтобы солидные маги срывались с места, лишь услышав об этом. Так что определенный запас времени у меня есть. До приезда канцлера и отправки им писем в столицу. Другое дело, как быть с канцлером? Но и здесь есть время продумать линию поведения. Обязательно на холодную голову.

— Раз вы так настаиваете, не могу вам отказать. На вашем приеме я напел древний гимн из эпоса без применения магии. Теперь смотрите, что будет, если музыка звучит магически. «Гимн Света» скорее медитация, нацеленная на очищение души, но древние маги владели ею в совершенстве. Да, можете попробовать до меня дотронуться, когда я буду ее исполнять.

И я запел «Гимн Света» одновременно вслух обычным голосом и магическим. И через некоторое время перестал ощущать что-либо вокруг себя. Мысли об Амалии меня при этом не покидали, но стали более отрешенными и одновременно ясными.

Ведь эта хитрюга на самом деле мне ничего не только не обещала, но даже не сказала. Только то, что скоро ее отец-канцлер приедет. А остальное — придумывай сам. Или обманывайся сам.

Эти мысли как-то сразу вытолкнули меня из состояния Света. Даже не знаю, как долго я в нем находился, может, всего несколько секунд. Но, судя по потрясенному виду Амалии, все-таки дольше, и дотронуться она до меня попыталась.

— Что это было?.. — еле слышно прошептала она.

— Всего лишь демонстрация древнего искусства медитации.

— А еще?

— Не рискну. Надеюсь, вы не думаете, что мне десять тысяч лет и я один из Ушедших богоравных суров? Если да, то должен вас разочаровать. Я родился много позже их ухода. Кое-что из их наследия я действительно знаю, точнее, знаю сами мелодии заклинаний. Но далеко не все могу правильно воспроизвести. И не всегда знаю, к чему приведет их правильное исполнение. Последствия могут быть весьма разрушительными. Так что я собираюсь вернуться к их изучению вдалеке от обжитых мест, возможно, снова в Пустыню наведаюсь…

Так, что-то меня опять понесло. Хватит уже перед девушкой хвост распускать! Поэтому я закончил:

— И вообще, что вы хотите от мага-ученика? Я и так благодаря своему любопытству, а также везению и пронырливости узнал о древней магии много больше, чем мне положено. И попасть под вечный контроль в Абхавапуре мне совсем не хочется.

— Действительно, что же я могу хотеть от мага-ученика? — согласилась со мной графиня, но с каким-то странным выражением на лице и в эмоциях. — Разве чтобы вы меня проводили к моей гостинице. Я и так задержалась в номере постороннего мужчины дольше, чем позволяют приличия.

Мы вышли. Никого не встретив, так как служанка неплохо справилась с ролью разведчицы. Шли не под руку, просто рядом. И наша беседа стала абсолютно нейтральной по теме. Как ни странно, об экономике. Точнее, об экономике дворянской усадьбы, в которой, как выяснилось, Амалия очень неплохо разбиралась. В отличие от меня. Так что я больше слушал, чем говорил, лишь изредка внося предложения усовершенствований с учетом возможностей магии. С интересом узнал, что маги в замках местных феодалов сельским хозяйством практически не занимаются. Маакар можно использовать для прокладки дорог и на прочих строительных работах, а вот на поля их лучше не выпускать. Качество урожая снижается. Максимум — для выкорчевывания деревьев и вспашки полей, когда на них нет ничего, кроме сорняков. Тогда это дает хорошие результаты.

Наверное, много еще чего интересного мог бы узнать, но тут нам встретилась группа отдыхающих молодых людей. Из аристократов. И графиня немедленно меня бросила, перейдя в их ряды. С милой улыбкой и выражением благодарности за приятную беседу, но теперь она под надежной защитой. Мои надежды на совместный завтрак в ресторане или ее гостинице пошли прахом. Вот и гадай теперь, конспиратор она или просто от меня сбежала.

В гостиницу возвращаться не стал, несмотря на оплаченный завтрак. Аппетит пропал.

К счастью, жизнь — она все-таки полосатая, и за невезением следует удача. По крайней мере так это случилось со мной. Пребывая в меланхолии, я стал исследовать остатки комплекса Ушедших под завалами камней не с края, а пробрался куда-то далеко вглубь. Ходить там было уже проблематично; приходилось скорее ползать по скалам. Зато меня ниоткуда не было видно, и пейзаж вокруг соответствовал настроению. Решив, что хуже места уже не найти, я стал обследовать его своими локаторами. И почти сразу же обнаружил под камнями целую россыпь артефактов. Может, и не артефактов в том смысле слова, какими мы их привыкли считать, а обломков голема (големов?). Но там было много некрупных предметов, содержащих следы магической обработки. К сожалению, на довольно приличной глубине.

Я стал потихоньку убирать камни завала, превращая их в пыль «разрушением камня», а затем относя получившийся песок в стороны «смерчем». Работал аккуратно, слой за слоем. Монотонный труд тоже способен успокаивать нервы, если уделять ему ровно столько внимания, сколько требуется, и не больше. Тогда и на другие тему думать получается.

Итак, каково мое текущее положение или, если точнее, во что я влип? Ну, во что влип — понятно. Влюбился. Неожиданно, быстро и сильно. Как меня угораздило — другой вопрос, но, кажется, наука на него ответа не имеет. Амалия, безусловно, очень милая девушка, неглупая, обаятельная, умеет слушать и тактично говорить, в общем, имеет кучу достоинств. Если она захочет сделать меня счастливым, ей это будет нетрудно. Не в смысле выйти за меня замуж, это разовое мероприятие, на самом деле ничего не решающее. Важно, чтобы мы относились друг к другу по-доброму, чтобы наши интересы и стремления если и не всегда совпадали, то хотя бы легко согласовывались, чтобы общение между нами продолжало доставлять нам удовольствие. И если в себе я практически уверен, то…

Впрочем, а так ли уж уверен я в себе? То, что я сейчас вижу в Амалии, мне очень нравится, но ведь я ее очень мало знаю. При этом понимаю, что испортить мне жизнь у нее ничуть не меньше возможностей, чем меня осчастливить. В общем, лучше бы не спешить, а сначала познакомиться поближе.

Что за издевательство это свалившееся на меня чувство… Ведь все понимаю, но как же меня к ней тянет!

Ведь и приезд ее папаши ничего принципиально не изменит. Если все сложится самым лучшим образом и меня не заподозрят в подрывании основ, а, наоборот, найдут чрезвычайно нужным для королевства, то меня же просто постараются привязать к себе. Возможно, даже через женитьбу с Амалией. Она ведь пойдет? Если король прикажет, еще как пойдет. За любого барона пойдет. И любого мага. Разве я об этом мечтаю? Вообще-то об этом, но с оговоркой, что она меня полюбит.

Совсем запутался.

Додумать не получилось, так как неожиданно случилось «отрытие». Самое настоящее. Я умудрился аккуратно докопаться до столешницы какого-то каменного стола. На котором, похоже, артефакты и лежали.

Все прочие мысли отлетели в сторону. Меня охватил азарт, но никакой суеты я себе не позволил. Максимальная концентрация. Слои снимать по миллиметру. Жаль, кисточки нет. Но я и лопатой аккуратно умею. «Лопатой» я и стал дорабатывать открывшуюся поверхность. Даже ни разу не повредил.

Засыпавшие помещение камни, к счастью, не спрессовались в монолит, так что раскрыть всю поверхность стола, не повредив то, что на ней лежало в момент обвала, у меня получилось. Действительно артефакты. Часть в виде шариков, размером с мячик для настольного тенниса, сложенных в один слой в каменную плоскую коробку. К сожалению, без крышки. Кстати, материал самих шаров мне идентифицировать не удалось.

Еще там лежали три каменных яйца, аналогичных тем, что я уже находил раньше, и две ограненные сферы из прозрачных дымчатых кристаллов размером чуть меньше шариков из коробки.

Но главное — там на небольшой подставке находился красный шарик, который мои локаторы не улавливали. Вроде тех, что у меня в качестве бусин в браслете. Точнее, того, по которому я учился на ликхаха — записывать звуки заклинаний в каменные яйца в оставшейся в мире Запорталья учебной лаборатории Ушедших.

Я грохнулся на колени рядом с артефактом и вцепился в него обеими руками. Одной — в подставку, другой — в сам шарик. Перед глазами возникла надпись: «Малый справочник ликхаха».

Я невольно издал победный вопль.


Глава 6 Светские развлечения на курорте | Лучший друг големов | Глава 8 Хорошо отдохнул?







Loading...