home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 10

База пришельцев

В пределах видимости не было ни единой живой души.

– А тут миленько, правда, Тимоха? – сыронизировал один из бойцов, стоящих впереди меня.

– И не говори, – ответил тот.

– Ну и вкусы у вас… – подключился третий.

– Отставить разговорчики, – вмешался Полковник. – Тоже мне нашли время.

Представшие нашему взору постройки поражали и никак не вязались с громадным забором, колючей проволокой и вооруженными отморозками. Впрочем, с живой изгородью, детскими площадками, старыми сплетницами на лавочках и мамочками, прогуливающимися с колясками, они тоже бы вязались слабо. Если только мамочки эти и старушки не пришельцы с других планет или из параллельных миров.

«Поселок» разделялся, как сообщил Полковник, на пять улочек, вдоль которых тянулись ряды домов разнообразных архитектурных форм, по высоте немного превышающих забор. Дома не имели углов и выглядели в виде гигантских капель, не похожих друг на друга. Один, например, походил на летящую каплю, второй – на уже приземлившуюся, третий – на соприкосновение двух, напоминающих песочные часы, а четвертый – на частичное слияние трех и более.

Переливающиеся на свету «капли» состояли из цельных фиолетовых плит разной величины и серебристо-белого каркаса, возможно, металлического. Ширина его полос, проходящих между плитами и чуть утопленных внутрь, около десяти сантиметров, по крайней мере, видимая их часть.

Хотя, может, и не каркас это вовсе, а плиты – не плиты…

Полковник приказал разделиться на группы, чтобы, идя параллельно друг другу, охватить весь поселок. И пока я с приоткрытым ртом разглядывал окрестности, бойцы разошлись по закрепленным территориям. Кроме троих, примкнувших к нашей шестерке. В их числе был и Невидимка. Худощавый мужичок невысокого роста. В отличие от других, одетых в пятнистые камуфляжи и банданы, он был облачен во все черное.

Нам досталась центральная улица. Прохрипев: «Так, идем», Полковник вскинул автомат и уверенным шагом направился к ней. Мы последовали за ним.

– Будто в другое измерение попали, – произнес я.

– Ага, в Зазеркалье, – усмехнулась Инга. – Скоро долговязые из тебя Алису сделают.

– Скоро я из тебя отбивную сделаю и скормлю этим самым долговязым. Вон только чего твое брюхо стоит. А ляжки? А зад? Да твоими прелестями можно целый взвод инопланетных тварей накормить, и еще останется.

В ее глазах блеснули слезы. Она сгорбилась, выпятив живот еще больше, и, ускорив шаг, поравнялась с Полковником. Удивило ли меня то, как она отреагировала? Отчасти да. Разжалобило? Нет!

Остановившись напротив первого дома, Полковник встал на колено и направил на него автомат.

– Ты и ты, – обратился он к Давиду и ко мне, – проверьте его, только аккуратно.

– Будет сделано, Полковник. Никита, за мной! – Зачем-то немного пригнувшись, Давид рванул к дому.

Да за тобой! За тобой! Будто до меня не дошло, что команда касалась нас обоих!

Инга повторила все в точности за шефом, но по отношению к дому на противоположной стороне улицы, направив туда Невидимку и Стаса. Громов с остальными следил за округой.

К дому вела дорожка, выложенная в шахматном порядке из ромбовидной бордовой и желтой тротуарной плитки. Давид пробежал вдоль нее по газону, я же – по самому ее центру.

– Вблизи еще страннее, тебе не кажется? – Остановившись в полуметре от предполагаемого входа, я провел пальцами по межплиточной полосе, визуально схожей с алюминием и образующей в стене вертикальный овал. Ее поверхность была идеально гладкой.

– Ага, кажется, только как нам попасть внутрь?

– Интересно, что это за металл такой?

Вынув нож, я прошелся лезвием по полосе, оставляя еле заметную бороздку.

– Молодец, просто гениальная идея.

Но не успел он договорить, как бороздка исчезла, вернув пластине первоначальную форму.

– Ты это видел?

– Видел, и что?

– А ну тебя!

Я провел ладонью по граничащей с «овалом» плите.

– Решил здесь все облапать?

– Шероховатая… хотя твердой не кажется.

– Когда кажется – креститься надо.

Я стукнул по ней кулаком и, приложив ладонь, почувствовал легкую вибрацию. Затем стукнул еще раз, да посильнее, да с размаху – от зоны соприкосновения пошли еле заметные круговые волны.

– Вот так дела… как же открыть эту дверь?

– Дверь?

– А чем еще, по-твоему, может быть этот овал? Окном, что ли?

Овал не превышал четырех метров в высоту, трех в ширину и соединялся каждым боком с горизонтальной полосой вверху и внизу. Кроме круглого углубления, располагавшегося на уровне моей груди, на его поверхности, состоящей из того же материала, что и стены, больше ничего не было.

– Удивился просто, что ты тоже догадался.

– Ну да, конечно.

– Попробуй запихнуть туда руку, может, чего и нащупаешь. – Давид указал на углубление. – Кнопки, рычаг какой-нибудь.

– С чего ты взял, что мне так и зудит куда-то запихнуть свою руку?

– А разве нет?

Оставив негодование при себе, я все-таки ее запихнул. Особых усилий не потребовалось. Диаметра этого «дупла», иначе и не назовешь, хватило бы сполна, чтобы и две моих руки туда пролезли. Просовывая руку вниз в толще «двери», я запихнул ее почти по локоть, упершись в тупик. Прощупал там все, но ничего так и не обнаружил.

– Есть что-нибудь?

– Пусто.

– Хм, но как-то же она должна открываться?

– Можешь сам попробовать, – заявил я, высунув руку.

Давид оглянулся на подопечных Инги и, увидев, что у них те же трудности, решил-таки попробовать. Но принявшись усердно все там ощупывать, он нашел только то, что удалось найти и мне – ничего.

– Да чтоб тебя! – Схватившись за нижний край углубления, Давид с силой дернул за него, и передняя стенка полости поддалась. Чуть вибрируя, она опустилась перпендикулярно двери. Прозвучал щелчок, и ее шероховатая поверхность стала преобразовываться в гладкую и зеркальную. Слой в несколько миллиметров будто растворился в воздухе, обнажив нечто, напоминающее экран электронного устройства. – Ага, значит, вот как оно тут все устроено. Главное – вовремя включить смекалку.

Экран замерцал тусклым желтым светом. Погас. Снова замерцал. И снова погас.

– Да? А ничего, что ты своей смекалкой ей мозги раскурочил?

– В том и смысл.

Экран зажегся, отобразив пустую белую строку для ввода и цифровую клавиатуру.

– Гляди-ка, заработало.

– А ты говоришь, раскурочил. Учись, пока я жив, Никита. И не забывай народную мудрость: «Против лома нет приема».

– Ну и каким местом она здесь применима?

– Каким надо.

– Что теперь собираешься делать, мудрила? И дальше ломом орудовать?

– Ха, а почему бы и нет?..

Кто меня только за язык тянул? Ведь давно же знаю, что слабоватое у него чувство юмора. Хотя какое там слабоватое? Оно у него вообще отсутствует!

Не жалея сил, Давид приложился прикладом к экрану. Треснув на десятки частей, тот замигал, а потом и вовсе потух. Запустился процесс возобновления верхнего слоя, но нам он был показан не до конца. Проскрипев при резком подъеме, стенка полости захлопнулась.

– Молоток, брат!

– Зря иронизируешь, попробовать стоило.

– Какая ирония, о чем ты? Ты реально молодец. Мудрец-молодец. Вон сколько поговорок полезных знаешь…

– Хорош уже!

– Будет тебе хорош, когда нас здесь прихлопнут.

– Не прихлопнут, если и ты начнешь работать головой. Всегда есть выход, – покосившись на меня, проворчал он.

– Да, и в данный момент он у тебя один – застрелиться.

Потешался я недолго. Дверь вдруг выдвинулась вперед, вынуждая нас отшагнуть назад, и плавно переместилась влево. Казалось, что она сама по себе висит в воздухе, но нет, устройство удержания и передвижения все-таки имелось. Оно состояло из пяти трубок вверху и трех внизу, похоже, изготовленных на основе того же материала, что и «каркас» дома. Одним концом они врезались в дверь, другим – в стену с внутренней стороны.

Ворвавшись в помещение первым, я наступил на что-то шаткое и плоское. Прохрустев, оно немного опустилось, а затем снова поднялось. На потолке зажегся свет.

– Ты как слон в посудной лавке! – заскочив следом, шепотом выпалил Давид. – Выруби! У тебя же есть прибор ночного видения, вот им и пользуйся.

«Прихожая» оказалась круглой и пустой. Нам не только не встретился какой-нибудь представитель инопланетной расы, нам даже никакой предмет мебели не встретился. Все те же фиолетовые стены, ничем не отличающиеся от их наружной стороны. Каркасные пластины или балки. Пол, вероятно, был по составу и свойствам аналогичен стенам, но серого цвета. И светящийся потолок. В него встроен осветительный прибор в виде ветвей дерева, берущих начало от диска в центре и расползающихся по всей его площади. Диск, диаметр которого не больше сорока сантиметров, испускал неяркий зеленый свет, а «ветви» – белый.

Выключателем служила серебристая стопообразная платформа, находящаяся на одном уровне с полом и рассчитанная на ступню шестидесятого, а может, даже и семидесятого размера. Наступив на нее своим сорок пятым, я потушил свет.

– Промашечка вышла. – Я опустил на глаза прибор ночного видения. – Зато лом твой сработал.

– Под трибунал бы тебя за такую промашечку.

Он коснулся пальцами моего плеча и осторожно пошел вперед.

– Ладно, веди меня, Сусанин.

– Твое безрассудство когда-нибудь тебя погубит.

– Ага, а тебя – занудство.

Минуя овальный проем в стене слева, мы попали в следующую круглую комнату, поменьше. Где помимо двух дверей, ведущих в туалет и ванную, была еще и лестница. Я уже догадываюсь, какой диагноз поставила бы моя докторша долговязым тварям, увидев здешний интерьерчик. Помешательство! Помешательство на всем круглом и овальном. Даже лестница, стоявшая почти посередине комнаты, и та напоминала растянутую пружину, причем ее ступеньки тоже были какими-то волнообразными и вели на второй этаж опять же через овальный проем в потолке. Наверху размещались еще две «жилые» комнаты без мебели и одна уборная, но и они все пустовали.

– Ты смотри, какие они чистоплотные. – Давид указал на стеклянную душевую кабину, в которой без проблем бы могло поместиться, а может, еще и одновременно помыться шестеро взрослых и в меру упитанных человек.

– И не говори. А толчок-то – всем толчкам толчок. Громадный какой. Со спинкой, с поручнями. Не толчок, а прямо-таки трон. Здесь они, наверное, представляют себя властелинами планет и галактик.

– Ха-ха, стопудово. Единственное, что им и осталось на нашей планете, и то ненадолго.

– Что дальше, мой генерал?

– Хватит дурака валять. На выход.

– Есть! – Я отдал честь.

– К пустой голове руку не прикладывают.

– А как же прибор ночного видения?

Невидимка со Стасом тоже никого в доме не обнаружили, хотя и справились пораньше нас. Но больше такого удовольствия мы им не предоставили, тем более что метод взлома – наше изобретение. Ну, ладно, – Давида. Теперь на каждое «инопланетное» жилище у нас уходило не более трех минут, когда как у них все три с половиной. Справедливо заняв первенство в не совсем нормальном состязании или, вернее сказать, совсем ненормальном, мы решили, что пяти домов достаточно. Давид наконец-то ко мне прислушался, и я понадеялся, что прислушается и Полковник:

– Мы только время теряем. Возможно, в эти сараи когда-нибудь и заселятся гуманоиды, но сейчас они пусты.

– Согласен. Остальные о том же доложили, и я их направил в конец поселка.

– А что там?

– Пять автобусов, две «газели», три военных КамАЗа, семь легковушек, из которых одна – Танка. В общем, целый автопарк у них там.

– И Танк здесь? – опешил я.

– Да. Я думал, ты в курсе. Они примчали через полчаса после привоза гражданских.

– Они?

– Ты как с луны свалился, ежик. Танк, Шакалов и еще две его доверенные шестерки, – вмешалась Инга. – Давай уже растормаживайся…

– Вы меня просто убиваете! Они где-то там людей кошмарят, а мы здесь вымя инопланетное массируем!

– Во-первых, нам неизвестно, где они точно находятся. А во-вторых, не стоит так нервничать, Никитушка. Главное – держаться друг за друга, быть внимательными и хладнокровными. Одна горячая голова в строю может всех подвести под плаху.

Вот только проповедей Громова мне сейчас и не хватало.

– Как это неизвестно? Где же они тогда могут быть?

По-видимому, Полковнику тоже было не до разглагольствований предводителя, и он поторопился сам все объяснить:

– На территории поселка мои снайперы никого не видели. Кроме нас, естественно. Ни бандитов, ни пленных, ни тем более долговязых. Поверь старому волку, если бы хоть кто-нибудь где-нибудь из них засветился, я бы первым туда ринулся.

– Они что, сквозь землю провалились?

– Когда найдем, – узнаем.

Все вокруг неплохо освещалось фонарями в виде сосулек, висящих на закругленных верхушках трубных столбов, изготовленных, скорее всего, из стали. И пусть на улицах не было ни единой живой души, мы все равно старались передвигаться тайком, пригнувшись, перебежками, от куста к кусту, от дерева к дереву, от дома к дому. Правда, за молодыми кустами и деревьями особо не спрячешься, да еще и при таком-то освещении, но тем не менее.

Здешняя растительность тоже была какая-то чудная. Попадались, конечно, и знакомые виды, но в большинстве – диковинные. Чего только цветы на клумбах стоили. Одни походили на тюльпаны, другие – на розы, третьи – на ромашки, но, наряду с почти такой же формой лепестков, стеблей и листьев, они обладали размерами, значительно превышающими аналоги на нашей планете.

Не буду скрывать, я никогда не испытывал особой страсти к ботанике, променяв большую часть уроков на турник и брусья. И уж точно не стану бить себя в грудь, доказывая, что пересмотрел множество документальных фильмов, посвященных флоре и фауне, или был частым гостем в ботанических садах. Но бутоны размером с бычью голову, полутораметровые стебли, по толщине сопоставимые с моим предплечьем, и листья, по ширине не уступающие Ингиной ягодице, просто кричали о своем внеземном происхождении.

Деревья выглядели не менее экзотично. Их стволы тянулись к небу, изгибались к земле, образовывали круги, спирали, даже завязывались в узел. Кроны были и густыми, и редкими, и совершенно без листьев. А их формы – плакучими, стелющимися, овальными, пирамидальными, шаровидными, раскидистыми, зонтичными. В общем, всякими, какими только могут быть. Всякими были и листья. Они имели разнообразные формы, цвета и размеры. От очень мелких белых, как лепестки сирени, до весьма внушительных зеленых или синих, напоминающих лопухи…

Впереди показались бойцы Полковника.

С десяток человек располагались между автобусов. Одни сидели на корточках, другие стояли, нависая над сидящими, но все они внимательно слушали своего командира, стоящего на колене и рисующего ножом на земле какие-то схемы. Три группы по четыре человека обыскивали обтянутые брезентом кузова КамАЗов. Остальные же либо только что подтянулись, как и мы, либо бродили вокруг легковушек и микроавтобусов, не зная, куда себя приткнуть, либо заняли удобные позиции для прикрытия всего нашего подразделения и отстрела врага, в случае его внезапного появления.

Техника была выстроена в одну линию бамперами к забору, и в порядке возрастания габаритов, если брать отсчет от забора справа. Первыми стояли легковушки, затем «газели» и далее уже КамАЗы с автобусами, лишь одна помпезная иномарка никак не вписывалась в общую картину. Брошенная поперек некоторым своим собратьям, она будто заявляла: «Я здесь самая наикрутейшая тачка, и никто мне не указ! Где хочу, там и паркуюсь, всем ясно?! А то шепну, кому следует, и вас мигом отправят на переплавку. Уловите разницу, жалкие консервные банки, я боссов перевожу, а вы лишь шестерок». Эта «борзая» тачка была мне хорошо известна, она принадлежала Танку.

– Полковник, – подбежав, обратился к нему коренастый мужичок лет пятидесяти.

– Докладывай.

Тот немного растерянно оглянулся по сторонам и вновь встретился глазами с Полковником.

– Да особо и докладывать нечего. Нет здесь никого. Ни живых, ни мертвых.

– Володька, ты уже полгода как отрядом командуешь, но так и не уяснил. Всегда есть что докладывать. Это во-первых. Во-вторых, как ты можешь работать с людьми, которым не доверяешь?

– Обижаете, Полковник. Ребята у нас что надо. Я уверен в каждом на все сто и за каждого из них готов жизнь отдать.

– Так чего же ты тогда разведданные ставишь под сомнение?

– Я? Не ставлю.

– Ладно, хватит бойца мурыжить, Григорьевич, – прозвучал голос Громова за моей спиной.

– Уже заканчиваю, Максим, – прохрипел тот тоном пониже. – Так вот, послушай меня внимательно, Владимир. Если твои люди, которым ты всецело доверяешь, говорят, что видели, как сюда привезли гражданских, значит, они действительно это видели. Территорию с тех пор никто не покидал, а это значит что? Правильно. Гражданские до сих пор находятся здесь, как, собственно, и те, кто их пленил.

– А, ну да… понимаю. Но куда же они тогда делись?

– Вот Никита, например, предположил, что сквозь землю провалились.

Владимир приподнял брови, покосился на меня и, помотав головой, несколько нервно усмехнулся.

– Да уж, железная логика. Так, может, моим архаровцам теперь саперские лопаты выдать?

– Надо будет – выдадим…

Не успел Полковник договорить, как под ногами задребезжала земля. Мы бросились врассыпную. Какая-то часть бойцов спряталась в кузовах, какая-то под ними, кому-то вздумалось забежать за дом, а кому-то пришлось залечь в ближайшей клумбе. Меня же понесло к машине Танка. И не только меня. За мной увязались Полковник с Ингой.

Я не имел ни малейшего понятия, почему туда направился, почему именно к ней, но не прогадал. Машина оказалась незапертой. Танк даже ключ не вынул из замка зажигания. Я сел на водительское сиденье, Полковник на заднее, Инга втиснулась на переднее пассажирское, а два свободных места пустовали всего-то секунд пять. Не найдя для себя достойного и укромного убежища во владениях «гуманоидов» или посчитав, что у нас тут медом намазано, хотя, может, и просто по-человечески соскучившись, к нам пожелали присоединиться Громов и Давид.

– Что происходит? – повернувшись к Полковнику, спросила Инга.

– Скоро узнаем. И что-то мне подсказывает, что нам это чрезвычайно не понравится.


Глава 9 Сбор по тревоге | Земля – лишь ферма | Глава 11 Неравная схватка







Loading...