home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Аланея, Аллодия

Улица Могильщиков полностью соответствовала своему названию, разве что похорон не хватало. А вечером она была особенно хороша. Мрачная, темная, с тенями от деревьев, которые придавали сейчас мостовой и домам совершенно демонический вид. Поневоле мороз побежит по коже даже у более храброго человека.

Найджел не без трепета коснулся дверной ручки. Дверь отворилась с гадким скрипом, и его высочество шагнул внутрь.

Тот же коридор, та же паутина, тот же гадкий сквознячок, вызывающий безотчетную дрожь, скрип половиц под ногами и та же ведьма в конце пути.

– Лэ Стиорта…

– Ваше высочество.

Глаза ведьмы были особенно черными, а в ушах у нее покачивались сережки в виде серебряных пауков. Найджела аж передернуло от этого сочетания, но мужчина нашел в себе силы высказать претензии:

– Твое снадобье не действует.

На губах ведьмы появилась вовсе уж запредельная улыбка.

– Нет? Что ж, я дам тебе другое.

– Другое?

– Десяти дней хватит. Подливай по три капли каждый день…

Лэ накрыла ладонями шар. Под ее руками он вспыхнул в несколько раз сильнее, а когда потух, на столе перед ведьмой стоял маленький пузырек с зельем.

Найджел поежился.

– Ты…

– Можешь не оставлять мне денег. ЕМУ деньги не нужны.

Голос проникал в каждую клеточку тела Найджела, обволакивал сладковатым липким безумием, завораживал… чтобы стряхнуть наваждение, принц схватил со стола яд, дернулся… что отдать взамен? Если деньги не нужны… она сказала, что деньги не нужны…

Стащил с пальца один из перстней, даже не поглядев – который, развернулся и вышел вон. Только дверь хлопнула.

Лэ рассмеялась. Уже не инфернальным, а вполне человеческим смехом.

– Идиот… какой же идиот.

Дверь хлопнула второй раз.

– Уехал, – доложил Вереш. – Ласти, что теперь?

– Скажу господину, что его поручение выполнено.

– И?

Ластара поглядела рассеянным взглядом. Действительно, что – и? Все…

– Знаешь, Вешик, мне будет этого не хватать. Этого дома, этой улицы, наших с тобой проделок…

– На что ты рассчитываешь? – не сдержался Вереш. – Что он на тебе женится?

Взгляд черных глаз заледенел.

– У тебя есть сомнения?

– Нет у меня сомнений, – огрызнулся Вереш. – Знаешь, что с тобой сделают? Да пришибут в темном углу, идиотка!

И уже договаривая эти слова, он понимал – ошибка, ошибка… Ласти никогда не простит, и не поймет, и…

– Спасибо, что обо мне заботишься… Вешик.

Голос Ластары был ледяным. И глаза, и выражение лица. Как-то сразу стало ясно, что нет – не достучаться. Не докричаться, не услышат просто. Стена. Вереш провел руками по лицу. Потом подошел к окну и решительно раздвинул шторы. В комнату хлынул неяркий вечерний свет.

– Пиши.

– Что?

– Все пиши, дура. Где вы познакомились, как начали спать вместе, как он тебя втянул в заговор…

Такого Ластара не ожидала. Растерялась, даже головой помотала. И треснул ледяной барьер, отделивший ее от друга. Мысленно она уже была там, в особняке аристократа, хозяйкой… и вдруг – такая неожиданность? Но зачем?

– Ты с ума сошел? Что за бред?

Вереш Трипс рассмеялся неприятным хрипловатым смехом.

– Я? Ласти, ты ловишь луну в луже, но ты потонешь! Пойми, ты – опасный свидетель. А женятся такие только на своих, на аристократках.

– Я ничем не хуже.

– У них есть то, чего никогда не будет у тебя. Деньги. Титул. Земли. Связи. Власть… еще добавить?

Ластара скривила губы. Все же Вереш знал ее с детства и знал, за какие ниточки потянуть.

– Вешик, ты специально?

Трипс покачал головой:

– Нет, Ласти. И я тебе здоровьем матери клянусь – если ты выйдешь за этого ублюдка замуж, я верну тебе листки.

Ластара прищурилась. Такими словами Вешик не бросался.

– Если?

– А если нет, я хотя бы смогу отомстить за тебя. Пиши, Ласти. Пиши…

– А если я…

Вереш смотрел решительно.

– А если ты меня не послушаешь – я тебе нос сломаю. Как ты думаешь, любовник оценит?

Угроза была нешуточной. Вереш мог так и поступить, а как она покажется любимому в таком виде? Да и потом…

Нельзя сказать, что он убедил Ластару, влюбленная женщина вообще не поддается доводам рассудка. Но что-то дошло и до затуманенного блестящими перспективами мозга. И Ластара послушно взяла перо и пергамент.

Вереш выдохнул.

Ну, хоть так.

Он постарается вытащить Ласти из любой тюрьмы, он все для нее сделает, но если у него в руках будет хоть какой-то рычаг воздействия, ему будет намного легче жить.

Исписанный лист отправился в конверт. Туда же полетели два кольца – принца и возлюбленного, и Ластара с улыбкой вручила его Верешу.

– И только попробуй открыть раньше времени. Или не вернуть.

– Ох, Ласти. Хоть бы все обошлось.

Женщина смягчилась. Ясно же, любовник за нее переживает. Друг, любовник, только вот не любимый, увы. Ни разу не любимый.

– Все будет хорошо, Вешик. Обещаю тебе. Все со мной будет хорошо.

И вдруг передернулась, словно кто-то внезапно толкнул ее. Такой неприятный сквознячок пробежал по коже… брр.

– Что, Ласти?

– Да ничего. Сквозняк, наверное…


* * * | Отражение. Зеркало любви | Матильда Домашкина







Loading...