home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 16

Жук

Жуан не понял, откуда произвели залп. На кораблях того времени было всего три бомбарды, одну из которых размещали на носу, а две – на корме. Установка сбоку не применялась, поскольку из-за смещения центра тяжести вверх судно теряло устойчивость. Но это был не простой корабль. Испанцы купили его на верфи в Ла-Рошели. В виде эксперимента французские инженеры установили пушки на нижней палубе, близко к ватерлинии. А чтобы волна не захлестывала внутрь, они придумали закрывать бойницы специальными люками. Бойницы открывались только во время боя, а бомбарды подкатывали к ним на лафетах.

Кастильцы выждали, когда Тейшейро подойдет вплотную, и всадили в него весь заряд с правого борта. Каракка адмирала загорелась, среди команды началась паника. Матросы каравеллы выскочили на верхнюю палубу и начали рубить абордажные крючья.

– Стрелы в арбалеты! – заорал лейтенант генуэзских стрелков с корабля Жуана.

– Стоять, идиоты, своих перебьете! – рявкнул Зарку с мостика.

Тем временем каравелла подняла паруса и стала набирать ход.

– В погоню! – проревел Жуан.

Но в этот момент корабль Тейшейро накренился на левый борт и начал тонуть. Раздались вопли, не меньше десятка человек посыпались в воду из марсовых корзин.

– Спустить шлюпки! – Жуан резко заложил штурвал влево, корабль встал перпендикулярно к ветру и лег в дрейф. Паруса безжизненно повисли, как простыни у прачек на веревках.

Матросы прыгали с пылающего корабля в океан, и пучина сразу же принимала их в свои прохладные объятия. Кто-то молил о помощи, кто-то метался по палубе. И только Тейшейро стоял на накренившемся мостике, среди огня и безумия людей, неподвижный, как скала.

Он схватил железной рукой проползавшего мимо матроса, рывком поднял его вверх, поднес огромный нож гросс-мессер к его глотке и проорал что-то в его застывшее от ужаса лицо. Матрос закивал. Тейшейро поставил его на палубу. После чего с разворота ударил кулаком другого матроса, который подбирался к нему сзади, и проделал с ним ту же процедуру. Теперь на тонущем корабле было уже три вменяемых человека. Вместе они отловили еще с десяток.

Возле верповочных шлюпок шла битва. На первых парусниках оснастка была еще недостаточно развита, поэтому для маневров в прибрежной зоне использовались шлюпки. Одна завозила якорь вперед по курсу корабля, а другая помогала развороту при помощи троса с кормы. Такой маневр назывался верповкой. Вместимость верповочной шлюпки – двенадцать человек. Спасательных шлюпок колонизаторы с собой не взяли. Зарку и Тейшеро решили, что пойдут по известному маршруту, и предпочли взять больше «полезного» груза.

Первоначально экипаж португальской каракки составлял девяносто человек. Треть погибла в огне, в воде и от рук собственных товарищей. Отряд адмирала, когда они добрались до места свалки, составлял уже двадцать человек. Они быстро привели бузотеров к покорности, нескольких пришлось выбросить за борт. Тристан отдавал приказы громко и спокойно, держа в руке обнаженный гросс-мессер. Постепенно его спокойствие передалось большей части команды.

– Сборище негодяев! – крикнул адмирал. – Вас всех следует выбросить за борт на корм рыбам. Но я этого не сделаю только потому, что я обещал принцу Генриху заселить этот проклятый остров. Слушайте меня внимательно. Иначе я лично отрежу вам уши вот этой штуковиной. – Тристан помахал своим гигантским ножом, и толпа, как загипнотизированная, следовала глазами за блестящим лезвием гросс-мессера. – Здесь две шлюпки, в них уберутся двадцать человек плюс провиант и оружие. Вон на помощь подходят еще две. – Тейшеро показал клинком в сторону лодок Зарку. – Итого! Тридцать недоумков смогут убраться с этого дырявого корыта уже через полсклянки.

Матросы загудели, кто-то опять попытался протиснуться поближе к спасительным шлюпкам.

– Стоять, идиоты! – заорал Тейшейро. – Зарублю любого, кто сдвинется хоть на волос.

Один матрос вдруг упал на колени и начал в истерике биться головой о палубу. Тейшейро повел бровью, и несчастного быстро скрутили.

– А теперь слушайте! – Его гросс-мессер взметнулся вверх. – Кто из вас умеет плавать?

Вверх поднялось несколько дрожащих рук.

– Повтор-р-ряю. – Его «р-р-р…» раскатисто звенело в мертвой тишине. – Повтор-р-ряю. Кто – умеет – пл-л-плавать?

Поднялось еще две руки.

Тейшейро обходил людей, заглядывая в глаза каждому. Он остановился напротив боцмана. Это был грузный плешивый галисиец с угреватым лицом.

– Перес де Санчес, – медленно проговорил Тейшейро, – кто из команды умеет плавать?

– Он!

Боцман мгновенно показал рукой на дрожащего всем телом юнгу Фернандо. Гросс-мессер взметнулся и тут же опустился вниз. Вздох ужаса вырвался из груди матросов и вместе с душой несчастного улетел в океан. На палубу, как подкошенный сноп, рухнул боцман.

– Что ж ты, Перес де Санчес, лгал, когда хвалился, как ловко нырял за крабами в молодости? – Тейшейро посмотрел на тело боцмана.

Потом, обернувшись к дрожащему Фернандо, клинком коснулся его руки:

– Поднимай, малыш, в этом нет ничего зазорного.

Вместе с Фернандо руки сразу подняли еще несколько человек.

– Великолепно! Дюжина пловцов вместе со мной. Жаль, боцман не дожил. – Тейшейро криво усмехнулся. – Ребята! Вы охраняете шлюпки. Не сходите ни с места. В первую партию уходят тридцать человек. Пропускать по одному. Того, кто полезет вперед, отправляйте вслед за боцманом. Остальные уходят со вторым рейсом. Пловцы – в последнюю очередь. Всем понятно?

Матросы закивали.

– Те, кто справа от меня, тащите из трюма порох и аркебузы. Те, кто слева, крупу и соль. Быстро!

Команда забегала, началась эвакуация. Вскоре первая партия отчалила и направилась к кораблю Зарку. Его каракка смогла подойти довольно близко. Он подплыл с наветренной стороны, чтобы избежать попадания искр от горящей оснастки. Поэтому второй рейс не заставил себя долго ждать.

Однако обратно четыре шлюпки возвращались с гребцами. Этого Тейшейро не учел при расчетах. Все не убирались. Для него и еще для нескольких смельчаков нужен был третий рейс.

– Давай, малыш. – Тристан хлопнул юнгу Фернандо по плечу. – Отвези эту партию и возвращайся быстрее за нами.

Фернандо посмотрел на Тейшейро преданными глазами. На адмирала сейчас смотрели все. И те, кто был в шлюпках, и те, кто на корабле Зарку. И только Жуан знал, что Тристан не умеет плавать.

Когда третья партия отчалила от горящего судна, все вздохнули с облегчением. Тристан спустился в шлюпку последним. Гребцы дружно работали веслами, и они уже подходили к Conquistador do Atlantico.

Чтобы сразу дать понять, кто здесь главный, Тейшейро громко крикнул:

– Быстрее, ребята, поднимай нас наверх. Сегодня все получат двойную порцию рома!

С борта одобрительно загудели.

Внезапно раздался взрыв. Огонь добрался до крюйт-камеры. Фок-мачта, как огромный хлыст, с треском обрушилась на шлюпку. Флагман не хотел отпускать своего адмирала. В тот же миг с борта каракки кто-то нырнул в океан.


Тейшейро почувствовал во рту вкус соленой морской воды. Голова жутко болела. Горло саднило. Он закашлялся, открыл глаза и понял, что остался жив. Тристан лежал на койке в каюте. Матрос, который сидел рядом, сразу же вскочил на ноги.

– Эй, парень, как тебя зовут? – прохрипел Тейшейро.

– Роберто, ваша милость.

– Что произошло? – Тейшейро спустил ноги с койки на пол.

– На вашу шлюпку упала мачта, – ответил матрос. – Все, кто был в лодке, утонули. Вы тоже, извиняюсь, пошли ко дну. Но в этот момент господин капитан прыгнул в воду и спас вас. Когда вас вытащили на палубу, вы лежали как мертвый. Господин Зарку приказал всем расступиться. Он перевернул вас лицом вниз, подставив под живот колено, разжал зубы и надавил пальцами вам на язык. Ну, вы же знаете, как спасают утопленника.

– Проклятье! – выругался Тейшейро. – Пшел вон!

Матрос выскочил из каюты.

Тейшейро, пошатываясь, вышел на палубу и направился к мостику. Зарку стоял за штурвалом. На нем был алый плащ, подбитый соболями, и черный кафтан, расшитый серебром. Помимо мавританского меча, который висел сбоку, за поясом у него было заткнуто два пистолета. Это оружие только-только стало появляться, было крайне неудобным в обращении и очень дорогим. Жуан получил эти пистолеты в подарок от инфанта Генриха за битву при Сеуте. Он специально добавил их сейчас к своему гардеробу, чтобы тем подчеркнуть свой статус.

– Капитан Жуан Гонсалвеш Зарку. – Тейшейро с ненавистью глядел на своего спасителя и друга детства. – Передайте командование кораблем своему адмиралу. И сдайте оружие. Вы подозреваетесь в измене и трусости. Вас будут судить.

– Адмирал Тристан Ваш Тейшейро, – ответил Зарку. – Вы можете пользоваться моей каютой. Но свой корабль я вам не отдам. Он снаряжен на частные деньги. Вы были назначены адмиралом эскадры, но эскадры больше нет. По вашей вине. Ваши люди по моему приказу заперты в трюме. Мы будем разбираться, кто учинил панику и бойню. Вы можете пока свободно ходить по кораблю. Но без оружия. Я отдал такое распоряжение.

Тейшейро понял, что проиграл.

– Ну, мы еще поглядим, – сквозь зубы сказал он. Развернулся и пошел прочь.

Через несколько дней они достигли Мадейры. За это время Зарку ни разу не видел Тейшейро. Перед высадкой Жуан надел парадный камзол, вставил за пояс пистолеты и решил не спать до рассвета. Он стоял, опершись одной рукой о фальшборт, другую положив на эфес меча, и обозревал остров. «Что будет дальше?» – думал он. После высадки вступал в действие мандат принца Генриха, в соответствии с которым Тейшейро становился губернатором острова. Команда раскололась. Стычки было не избежать. Сзади послышался шорох. Зарку обернулся и увидел Тристана.

– Неплохая ночка, – сказал Тристан. – Прямо как тогда, в Сагреше. Помнишь, Жуан, как ты нырял за лодкой?

– Помню, Тристан, – ответил Зарку. – Только тогда при тебе не было вюрфкрейца. – Жуан указал на метательный топор в форме креста, который Тейшейро держал в руке. – Кто из моих подчиненных нарушил приказ?

– Да… этот чудак Роберто, моя сиделка. Еще пытался трепыхаться и поднять тревогу. Так что пришлось его успокоить.

– Ну ты негодяй… Он же тебя из воды вытаскивать помогал.

– Что делать, Жуан? Лес рубят – щепки летят. А наш с тобой лес сгорел весь, остались одни головешки. – Тристан махнул вюрфкрейцем в сторону Мадейры.

Жуан отпрыгнул в сторону и достал из-за пояса пистолеты.

– Да, – сказал Зарку. – Но остров-то остался. И для двоих он будет тесноват.

– Остров я заберу себе. – Тристан принял стойку для броска, выставив левую ногу вперед, перенеся вес на заднюю правую и поигрывая вюрфкрейцем. – А заодно и Люцию.

Зарку представил себе лицо Люции, ее золотистые волосы, такие необычные для португальской девушки. Над его ухом вдруг зажужжал жук. «Странно, – подумал Жуан. – Лес весь сгорел, а жук остался. И как он смог залететь так далеко от берега?»

Тристан вдруг резко взмахнул вюрфкрейцем, блеснула сталь. Жуан инстинктивно нажал на спусковые крючки.

Два выстрела грохнули одновременно. Но за мгновение до этого Тристан подпрыгнул вверх метров на десять и очутился на грот-рее.

Жуан прыгнул и очутился на той же рее.

– А ты хорошо прыгаешь, – сказал Тристан. – В цирке выступать не пробовал?

– Пробовал, – ответил Жуан. – Одного шута уже второй раз из воды спасаю. Пора заканчивать комедию. – Жуан навел пистолеты на Тристана.

Тристан расхохотался отвратительным смехом:

– Они же у тебя пустые. А мой вюрфкрейц – вот он! – Тристан вскинул руку, которую все время разговора держал за спиной, и в грудь Жуану полетел крестообразный топор.

Но Женька был настороже. Он подставил под удар плечо, защищенное латами, спрятанными под плащом. Вюрфкрейц, срикошетив, ушел в океан. Без паузы Женька выстрелил с обеих рук, по-македонски. Серега выгнулся назад, как туго натянутый лук. Но одна из пуль все же чиркнула его. По рубахе расползался кровавый след.

– А теперь ты пустой! – злорадно сказал Женька. – Они же многозарядные, дурачок. Аста ла виста, беби.

В этот момент Женька снова услышал отчетливое жужжание жука. Вдалеке на острове замигал огонек, как будто кто-то подавал сигналы… «Жучок, свет, Люция… Света… Вспомнил!»

И с его глаз как будто упала пелена. Он был в огненном лабиринте, на последнем столбе. Перед ним стоял его друг Серега и ошалело смотрел на него.

– Как же долго я спал! – проговорил Серега.

– А ты говорил, что с ума поодиночке сходят, – ответил Женька.

Друзья рассмеялись и обнялись. Света захлопала в ладоши. Ребята обернулись. Они увидели ее, стоящую на парапете, такую радостную и такую красивую. Света в знак приветствия помигала им фонариком-жучком. И друзья узнали такое знакомое жужжание.

В тот же миг над огненной пропастью появился мост, словно кто-то невидимый смахнул пыль со старинной картины. Серега и Женька пошли по нему, весело болтая.

Они прошли мост и вступили на первую ступеньку парапета. И картина вновь изменилась. Нет уже ни моста, ни столбов, ни кипящей лавы. А есть только огромный зал, устланный каменными плитами, на которых высечено шестьдесят четыре гексаграммы. Да еще дракон с фэнхуаном сталкиваются в своей бесконечной схватке на барельефах. Дракон уничтожает фэнхуана своим огнем, тем самым освобождая его. И фэнхуан возрождается вновь.

На верхней ступеньке их встречали радостная Света и Джао Даши, который старался казаться серьезным. Но все-таки расплылся в улыбке. Отчего его глаза, и без того узкие, превратились в щелочки.


Глава 15 Эпоха Великих географических открытий | Ход в Шаолинь | Глава 17 Летающий глаз







Loading...