home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 4

Праздник в цзяннине

Они долго петляли по узким улочкам с деревянными домами, которые напоминали русские деревенские избы, обшитые с фасада досками. Отличие заключалось в замысловатых изогнутых крышах да тканевых навесах, которые выступали чуть ли не до середины улицы. Под навесами стояли какие-то бочки, плетеные корзины, валялись тюки и сидели люди, которые меланхолично смотрели на проезжающих путников. Грязь под ногами была жуткая, что не мешало местным детям играть и забавляться прямо на дороге. Они проявляли живой интерес к кавалькаде, очевидно ожидая получить какой-нибудь барыш. Собаки, напротив, демонстрировали полное безразличие. Один здоровенный барбос разлегся прямо посреди улицы и никак не хотел уходить. Так и пришлось объезжать его сбоку, задевая плечами бумажные фонари и вывески с иероглифами, коих здесь было великое множество.

– А когда-то здесь была столица империи Мин, – сказал Чжи Минг.

– У вас куда ни плюнь, везде столица или какая-нибудь древность. Все сказки для интуристов выдумываете? – поддел его Женька.

– Только лишь письменной истории Китая более трех тысяч пятисот лет, – гордо сказал Чжи Минг. – Китайская нация произошла непосредственно от бога Нюйва, который обитал в горах Куньлунь. Вы же произошли от обезьян. Ты сам сказал.

– Это не я сказал, а Дарвин, – ответил Женька. – Лично я произошел от мамы.

– Мальчики, не ссорьтесь, – сказала Света. – Лучше ты, Серега, расскажи еще раз, что вчера видел.

Он помнил, как очнулся уже на берегу. Голова сильно болела. Ему рассказали, что они попали в бурлящий сулой и начали тонуть. Гибель была неизбежна. Но в этот момент лодку что-то подбросило вверх. Наверное, под днищем оказалось подтопленное бревно. Вода рядом пенилась, но лодка не тонула. Течение сносило их дальше от опасного места. Тогда они вычерпали воду и продолжили грести. К берегу пристали без происшествий. Вывели лошадей и вынесли бесчувственного Серегу. Джао Даши пощупал пульс, посмотрел зрачки, сказал, что опасности нет. Подложил под пятки валик из куртки, чтобы кровь приливала к голове. И повернул голову набок, чтобы язык не попал в глотку. Растер виски, грудь и кисти рук. А потом надавил несколько раз пальцем на борозду под носом на верхней губе, и Серега открыл глаза. Они расположились на ночь прямо на берегу, поскольку все были измотаны переправой. А наутро сердечно распрощались с Ю Фу и его сыновьями и отправились дальше в Цзяннин.

– Я точно видел какое-то чудовище, – сказал Серега. – Сначала оно напугало Тенгчонга, а потом пыталось протаранить лодку. Это была большая черная черепаха.

Никто ему не поверил. Чжи Минг сказал:

– В Янцзы много всякого мусора плавает. Показалось.

Но Джао Даши спросил:

– А ты видел голову этой черепахи?

– Нет, не видел, – ответил Серега. – Но панцирь точно разглядел.

Джао Даши внимательно посмотрел на него, потом покачал головой, мол, «нет, не может быть». И они поехали дальше.

Постепенно начали появляться каменные строения, а дорога стала гораздо чище. Дощатые тротуары и одежда пешеходов свидетельствовали о том, что они приближаются к респектабельным районам.

Они подъехали к симпатичному домику с садом за высоким забором. Путники спешились, привязали лошадей и вошли в лавку, которая была на первом этаже. Сначала ребята решили, что они попали в библиотеку. С потолка свисали деревянные таблички с иероглифами, все пространство за стойкой занимал большой комод с множеством одинаковых выдвижных ящичков. За стойкой стоял человек средних лет в круглой шапочке с кисточкой, в пенсне и длинной козлиной бородкой. Наверное, хозяин заведения. Человек что-то сосредоточенно писал. Наконец конторщик поднял голову и окинул их величественным взглядом. Очевидно, он пользовался большим почетом у своих посетителей. Тут же лицо его изменилось. И он радостно закричал:

– Мастер Джао, здравствуйте! Как я рад вас видеть!

– Здравствуй, Лю Вэй. Здравствуй, старый шарлатан, – дружелюбно ответил Джао Даши. – Так и обманываешь доверчивых горожан? Все продаешь окаменелости под видом зубов дракона?

– О, мастер Джао! – Лю Вэй лукаво улыбнулся. – Аптека должна приносить доход, а на травах много не заработаешь. Вот и приходится использовать мои скромные знания. А кто лучше бывшего монаха Шаолиня отличит зуб дракона от его же когтя?

Оказалось, что Лю Вэй был послушником в Шаолине. Он не прошел экзамен в коридоре смерти и был отчислен за неуспеваемость.

– Комнату могущества я прошел на пять с плюсом, – рассказывал аптекарь за чаем. – С комнатой мрака тоже проблем не возникло. Ребята, которые прятались за колоннами, сопели, словно стадо слонов. Так что уклоняться от их молотов и копий особого труда не составило. А вот с комнатой отмщения чуть не вышла осечка. Патриарх что-то заподозрил, уж больно просто я прошел предыдущие испытания. И приказал заменить всю команду с палками. Но вы же знаете, деловому человеку достаточно нескольких минут, чтобы найти подход до клиента. Даже в такой ситуации, когда их десять с палками, а у тебя для обороны всего одна скамейка.

– С тех пор из-за тебя, – погрозил Джао Даши рассказчику, – пришлось ассистентов из Южного Шаолиня приглашать. Да еще засекретить его расположение. Чтобы исключить договорные матчи.

– Ой, вэй! – горестно вздохнул аптекарь. – Так вы его засекретили? Знал бы я раньше… такие дела можно было делать!

– Вы знаете, где Южный Шаолинь? – оживился Чжи Минг.

Джао Даши показал кулак Лю Вэю:

– Скажешь – убью! А ты, – повернулся он к Чжи Мингу, – спросишь – убью!

– Мастер, зачем ви так кошмарите бедного мальчика? – Лю Вэй снова заулыбался. – И я таки тоже все понял. Мы же интеллигентные люди, зачем нам эти кровопролития?

Ребята покатывались со смеху.

– А как же вы в коридоре смерти договариваться планировали, там же одни манекены? – спросил Женька, вытирая слезы.

– Да шо там договариваться? Не смешите мои тапочки! – Лю Вэй всплеснул руками. – Во всей округе Шаолинь один часовщик. И тот мой родственник. Дядя Я Ши и чинил, и заводил их… Гильотину при входе я отключил. Но, как оказалось, дядя Я Ши был левша. А за то мне известно не было. Поэтому бревно вылетело не с той стороны. И довольно сильно приложило меня по голове.

– Вам больно было? – Света участливо посмотрела на Лю Вэя.

– Больно! – Аптекарь возмущенно хмыкнул. – Да я чуть не лишился всего здоровья! Спасибо санитарам, вовремя приехали. Так они же меня и спалили, босяки. Когда я был совсем без чувств, сболтнул лишнего. А они возьми и передай настоятелю.

– Ладно, – прервал его Джао Даши, – научишь мне молодежь плохому. Ты скажи лучше, чего это в Цзяннине столько цветных фонарей на улицах понавешали?

– Так праздник сегодня, мастер, – ответил Лю Вэй. – День рождения нашего губернатора, храни его Будда. У Фарфоровой башни по этому случаю сегодня большой праздник устраивают.

– Ой, как интересно! – Света мечтательно возвела глаза. – Вот бы нам туда пойти…

– Нет, – сказал Джао Даши. – Это опасно. К тому же надо почистить лошадей и привести в порядок упряжь.

– Ну пожалуйста, нам хоть одним глазком посмотреть, – стали упрашивать его ребята.

– Мастер, лошадей и упряжь я беру на себя! – самоотверженно вызвался Чжи Минг. – Они ведь такое больше нигде не увидят! Разрешите им…

– Ну ладно, – согласился Джао Даши. – Схожу с вами.

Но сразу осекся. Он вдруг вспомнил про Южный Шао-линь, и его крайне удивил энтузиазм Чжи Минга. Раньше особой любви к черной работе он за ним не замечал.

– Конечно, мастер Джао, – горячо поддержал идею аптекарь. – Лю Вэй – прирожденный шорник, вы же знаете.

Тут уж Джао Даши раздумывать не стал.

– Вот что, – сказал он. – Чжи Мингу нужен помощник. Кто-то из вас должен остаться. Так что выбирайте.

Разыграли на «камень, ножницы, бумага». Жребий выпал Женьке.

– Ничего, – утешил его Серега. – В Нинбо оторвешься.

Джао Даши еще раз проинструктировал аптекаря и послушника по вопросам спортивной этики, предостерег Свету и Серегу, чтобы те ни в коем случае не вступали в разговоры с гадателями и наперсточниками, и они выдвинулись в город.

Действо праздника напоминало демонстрацию на 7 Ноября. Множество людей с флагами и лентами двигались по улицам Цзяннина. Впереди колонн несли таблички с названиями деревень и уездов, которые приехали поздравить любимого губернатора. Под барабанную дробь жонглеры прямо на ходу подбрасывали в воздух блестящие булавы. На больших носилках несли акробатов, которые кувыркались, делали пирамиды и балансировали на высоких лестницах. Путешественники присоединились к одной из праздничных колонн и так достигли главной площади.

В центре площади возвышалась восьмигранная пагода храма исполинских размеров. Башня была сложена из белого мраморного кирпича, за что ее и прозвали Фарфоровой.

Губернатор взирал на праздник с высокого помоста, который был сооружен прямо перед входом в храм. Перед помостом стояла охрана. Площадь была тоже оцеплена, а в ее центре происходила феерия.

Сначала десятки драконов, сделанных из бумаги и цветной ткани, вылетели и закружились, заполнив все пространство сцены. Актеры несли их на палках, выполняя волнообразные движения, приседая и лишь каким-то непостижимым образом не сталкиваясь друг с другом.

Потом на сцену выскочили львы. Они смешно трясли головой и прыгали из стороны в сторону. Их выступление сопровождал ансамбль барабанщиков. В арсенале ударников, помимо больших и малых барабанов, были литавры, бубны и даже бронзовые колокола.

– Это называется «танец предков», – сказал Джао Даши.

На площадь вышли восемь колоритных персонажей на ходулях: бородатый мужчина в длинном халате и с мечом за спиной; другой держал в руках сосуд из тыквы и клюку; за ним шел актер с опахалом в руках; следующий изображал игру на флейте, а еще один играл на кастаньетах; за ними шли две женщины, одна несла корзину цветов, вторая – большой лотос, изготовленный из прозрачного шелка; замыкал процессию актер с куклой осла под мышкой, а на животе его болтался барабан.

– Смотрите, смотрите! – крикнула какая-то девочка рядом. – Да это же восемь даосских святых!

Ходулистов сменили танцовщицы. Они плавно двигались по сцене, семеня на цыпочках и делая поклоны. Одеты они были в изящные полупрозрачные платья с длинными свисающими рукавами. Их черные волосы были завязаны в пучки с вплетенными цветными лентами. Прическу дополняла конструкция из ткани в виде крыльев бабочек…

Начало смеркаться. По периметру площади встали факельщики. А в центре факиры, образовав кольцо, извергали из себя огонь, к всеобщему восхищению публики. С веселым треском взрывались целые гроздья петард. А потом был фейерверк. В ночном небе расцветали хризантемы и лилии, искрились разноцветные облака, падал золотой дождь.

Восторженно обсуждая праздник, ребята и Джао Даши вернулись в аптеку. На пороге стояли растерянные Лю Вэй и Чжи Минг.

– Женька пропал, – сказал послушник.


Глава 3 Переправа | Ход в Шаолинь | Глава 5 Нефритовая печать







Loading...