home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


3

Сурок вел Пашку по густонаселенным улицам Ахры. Им попадались и животные, и люди, и другие существа, но теперь Пашку они не интересовали. Он размышлял, что делать? Как очистить район Ахры от приведений, если даже его отец, который, похоже, считался здесь очень крутым, не смог этого. Сурок рассказывал ему историю, неся в руках маленькую лампу с джинном внутри. Пашка пока не просил его показать помощника.

— Город Призраков появился в Ахре давно, — говорил сурок. — Видишь ли, в давние времена Ахра настолько заботилась о своих жителях, что продлевала им жизнь и даже оставляла здесь после смерти. Правда и умирали они нечасто, и было их немного, да и Ахра вовремя остановилась и перестала делать новых приведений. Она успела сделать всего тринадцать призраков и остановилась.

— А почему?

— Потому что они сошли с ума. Ахра очень сильно оберегает своих жителей. Житель Ахры не болеет, у него всё время прекрасное настроение, к его услугам все радости жизни, ибо о нём заботиться могучий султан. Но, став призраками, они лишились всего этого. Они не могли вкушать прекрасную еду, веселиться и, собственно, жить, потому что были мертвы. Я не знаю, каково это, быть призраком и надеюсь, что не узнаю, но, наверное, не сахар. Призраки сошли с ума и стали досаждать остальным жителям. Ахра не смогла изгнать их самостоятельно и всего лишь ограничила пребывание одним районом. Этот район назвали Город Призраков и забыли. Надо сказать, тогда жителей, да и гостей, в Ахре было мало, и потери четверти города никто не заметил.

— Ого! Она отдала им целую четверть!

— Ага. Тогда Ахру заселили, дай бог, наполовину и места хватало. Но с тех пор всё изменилось, а оставлять за призраками целую четверть города — огромное расточительство. Их просили отдать часть, они отказались. Их пытались выгнать — не получилось.

— А почему? Что они вообще собой представляют?

— Бесплотные существа. Они умеют менять форму и становиться то больше, то меньше по собственному выбору. К ним невозможно прикоснуться, а они могут передвигать небольшие предметы.

— Почему нельзя их просто игнорировать? Живи себе спокойно и всё.

— Ага, спокойно. Вот представь себе, ты спокойно лежишь себе в кровати, и тут перед тобой возникает огромное страшное чудище и начинает орать и извиваться. Оно бросает в тебя всякую гадость и вообще мешает жить нормально, а ты ничего не можешь с этим сделать. Нет уж. Никто из жителей Ахры не станет жить в таких условиях. А, следовательно, число новых очень ограничено. Если тебе удастся как-то победить призраков, Ахра сможет завести на четверть больше жильцов. Но это такое невероятное «если»…

— И как мне это сделать?

— Спроси, что попроще. Пока это никому не удавалось.

— А если я это сделаю?

— Тогда Ахра признает тебя как своего жителя. И султан и его визирь, и весь двор смогут тебя увидеть, а ты увидишь их. И, собственно, остальные жители Ахры тоже.

— То есть? А они меня сейчас не видят?

— Нет. Все, кого ты сейчас встречаешь на улицах, приезжие. Жители живут во дворцах поменьше главного, но, войдя в них, ты обнаружишь, что там пусто. Ты даже можешь там поселиться и жить до поры до времени, но не заметишь ни их, ни обстановки дворца.

— А почему до поры до времени?

— Потому что, когда кто-нибудь, вроде меня, об этом узнает, он пришлет стражу и выдворит тебя из города.

— Хорошо. А теперь расскажи про эту лампу?

— В ней джинн. Правда, низкого ранга.

— А кто такие джинны?

Сурок посмотрел на Пашку и покачал головой.

— Да, непросто тебе придется, если ты даже этого не знаешь, — сказал он. — Джинны — это жители Огненного Царства. Они очень злые, но иногда их ловят и сажают в такие лампы. Они могущественны, но и лампы непростые. Раньше их держали в них, как простых пленников, но потом сообразили, что это невыгодно. По прошествии времени лампа ломалась, джинн освобождался, но всё время заключения лежал без дела. И тогда с ними стали заключать договора…

— Какие? — перебил Пашка.

— Такие, — передразнил сурок. — Им скащивали срок вдове, но за это они должны выполнить определенное количество желаний. Обычно договор заключается на тысячу желаний. Если джинн исполняет все желания, он получает свободу. Но джинны отказываются выполнять желания одного и того же человека — это против их природы помогать настолько. Поэтому один хозяин может загадать только три.

— А когда они освобождаются, они не начинают мстить?

— Начинают. Поэтому, как правило, последним желанием всегда просят не мстить хозяину, или загадывают девятьсот девяносто девять желаний и выбрасывают лампу в море.

— А они могут всё, что угодно?

— Ну да, мечтай. Если бы они могли всё, достаточно было бы просто пожелать избавиться от призраков. Нет, их возможности ограничены.

— И что они могут?

— Узнаешь у него сам. Так, дальше я не пойду. За тем столбом начинается Город Призраков. Удачи.

И, отдав Пашке лампу, сурок пошел обратно.

— Эй, а как мне его вызвать? — спросил мальчик вдогонку.

— Потри.

Когда сурок скрылся, Пашка осмотрел лампу. Ничего особенного, всё как в мультиках. В мультиках…. Почему-то у Пашки при воспоминании о мультфильмах в голове что-то зашевелилось. Он машинально потер лампу, она завибрировала. От неожиданности Пашка уронил ее и увидел, из носика повалил черный дым. А потом раздался обиженный голос:

— Эй, а обязательно меня было ронять? — сказал джинн, принимая форму.

У этого джинна был такой же металлический голос, как и у тех, что охраняли ворота во дворец. Но, если те имели устрашающий вид и размер, этот представлял собой довольно жалкое зрелище. Из клубов черного дыма проявился мальчишка не старше самого Пашки, но гораздо субтильней и ниже. Он не носил одежды, хорошо просматривалась вся его худоба — каждое ребро торчало острым углом. Тощие ноги соединялись ниже колена и втягивались в конусообразный хвост, который уходил в лампу. Никакой одежды, но и нечего скрывать — никаких вторично половых признаков. Он смотрел на Пашку с презрением и свысока, отчего казался еще более жалким.

— Ты джинн? — спросил Пашка.

— Нет, я пацан, застрявший ногами в лампе, — ответил он.

— Не смешно, — фыркнул Пашка.

— Зато мне смешно. Значит, ты мой новый хозяин, смертный. Ну-ну, более жалкого у меня еще не было.

— А я не видел еще более жалкого джинна, — огрызнулся Пашка.

— Можно подумать, ты видел джиннов.

— Двух видел. Те страшные, ты нет.

Джинн тут же стер ухмылку с лица, опустил голову и заныл:

— Вот так всегда. Поймали меня молодым, это же не моя вина! Не надо было связываться с Гамбитом… — Пашке показалось, тот сейчас заплачет, но он поднял голову и посмотрел очень злобно. — И ты, наверное, сейчас тоже мне ничего не закажешь, и у меня опять не будет шанса освободиться до срока?

— А сколько тебе уже загадали?

— Три, — ответил джинн.

— Три желания? То есть у тебя был только один хозяин?

— Нет, шестьдесят, — еще сильней понурился джинн.

— Но тогда почему только три?

— А потому что умею я мало, понятно! Все предыдущие хозяева могли больше, чем я, поэтому ничего не загадывали.

— А что это были за три желания?

— Это твое желание узнать, что они загадали? — спросил джинн с надеждой.

— Нет.

— Ну тогда не скажу! Эй, а что мы делаем рядом с Городом Призраков?

— Я должен очисть от призраков эту территорию, — сказал Пашка. Даже он сам понимал, как глупо это звучит.

— Ух ты! Ну тогда ты попал, хозяин. Старшие джинны ничего не могли с ними сделать, а я и подавно.

— Да я уже понял, что помощи от тебя много не будет. Ты лучше помолчи, а я подумаю?

— Это желание?

— Нет!

— Тогда БЛА, БЛА, БЛА!!! — джинн повысил голос так, что Пашке пришлось закрыть уши.

— Заткнись! Или я пожелаю, чтобы ты навсегда остался рабом этой лампы!

— Ты не сможешь, это противоречит контракту, БЛА, БЛА, БЛА.

— А стать немым тоже противоречит?!

— Нет. — Тут же притих джинн. — Но ты же не…

— Пожелаю, если не заткнешься!

— Ну хорошо. Уж и пошутить нельзя.

Джинн замолчал, а Пашка стал думать. Хотя и недолго. Как можно решить вопрос, даже не зная, от чего надо очищать эту часть Ахры? Мальчик поднял лампу и пошел к Городу Призраков.

— Эй, ты куда? — спросил джинн.

— Надо посмотреть.

— На кого? На призраков? Да ты рехнулся! Загадай какие-нибудь три желания и отдавай меня назад. Ты не сможешь ничего с ними сделать.

— Это еще почему?

— А сейчас увидишь, — захихикал джинн.

Когда Пашка прошел мимо столба, он ожидал, что будет тут же атакован. Но ошибся. Ничего не происходило. Город Призраков молчал и не подавал признаков жизни. Или смерти. По грязным заброшенным улицам ветер гонял пыль. То тут, то там валялись кучи мусора. И на душе как-то неспокойно, но отчего непонятно. Вроде нормально и ничего страшного. Ну, заброшенный город, ну, и что? Пашка шагал, а джинн молча летел рядом. Он тоже, казалось, чем-то взволнован.

— А может, пошли отсюда, — предложил джинн. — Они, наверное, на такую мелюзгу не клюнут.

— На такую, как ты? — усмехнулся Пашка.

— Я джинн, смертный! Если бы не эта лампа, ты слизывал бы пыль с моих ног! Я могу обратить тебя в прах только лишь движением воли… Бежим!!!

Переход получился достаточно внезапным. Джинн выражал возмущение, а вот он смотрит на что-то за спиной Пашки, и его глаза наполняются ужасом. Пашка резко повернулся и рванул со всех ног. Из-за угла старого дома на них надвигалось чудище, больше всего похожее на смесь медведя и крокодила. Пашка не смог его рассмотреть получше, но увидел, оно большое, ходящее на четырех ногах и прокрытое чешуей. Пашка бежал и тут, прямо из-под земли, вылетело очередное чудище. Женщина в рваных белых одеждах. Вернее, труп женщины. Бледная, седовласая старуха с длиннющими острыми зубами, тянула к Пашке руки-крюки. Пашка закричал, джинн последовал его примеру. Женщина тоже не осталась в накладе. Из зубастого рта разнесся поток высоких децибел, а ее живот взорвался. На Пашку брызнула кровь и кишки, но их потеря никак не помешала женщине орать. А сзади страшным душераздирающим голосом ревел чешуйчатый медведь.

Пашка бросился в другую сторону, но и тут его поджидал сюрприз. Как и женщина, третье приведение выскочило из-под земли. И этот призрак страшил главным образом величиной — размером примерно с пятиэтажный дом. Огромная бесформенная зеленая масса шарообразной формы с пастью, куда мог легко въехать Белаз. Пашка и джинн в который раз закричали и бросились в противоположную сторону. Справа ревела женщина, слева чешуйчатый монстр, а сзади догонял шар зеленой слизи.

Выбежали они в тот самый проулок, из которого вошли в Город Призраков. И когда пересекли невидимую границу, означенную фонарным столбом, крики за спиной утихли. Пашка пробежал еще метров двадцать, пока не понял, всё кончилось. Он остановился и перевел дыхание.

— Ты что встал, придурок, беги! — закричал на него джинн. Наверное, не мог отойти от лампы далеко.

— Так… так никто… — не мог отдышаться Пашка. — Никто… за нами… не гонится.

Джинн повернулся и посмотрел в сторону Города Призраков.

— Струсили? — крикнул он кому-то. — Конечно, куда вам тягаться с могущественным повелителем пламени!

Пашка посмотрел, с кем он говорит. Три призрака повисли на границе. Они уменьшились в размерах — теперь не больше взрослого человека — и больше не орали, а только ехидно хихикали над мальчиком и джинном. Пашка распрямился и пошел к ним.

— Эй, ты куда? — спросил могущественный повелитель пламени. — Ты разумом скорбен?!

Пашка не слушал и подошел к призракам метров на пять. Даже уменьшившись, они оставались ужасны. У женщины по-прежнему в брюхе дыра, но Пашка, осмотрев себя, не нашел следов ее крови и кишок. Комок слизи висел в воздухе, покачиваясь вверх-вниз, а медведеподобный крокодил смотрел на Пашку, как будто хотел им пообедать.

— Здравствуйте, — сказал Пашка.

— ПРОВАЛИВАЙ!!! — прокричали все призраки хором. Пашку обдало зловонным ветром.

— Захотим, уйдем! — огрызнулся джинн. — Всё равно вы ничего нам сделать не можете!

Женщина подняла с земли камень и швырнула прямо джинну в лоб. Тот либо не успел увернуться, либо не хотел, но камень врезался в лоб со звуком, будто деревом угодило по дереву.

— Ай! Ну ты дождешься! Когда Шайтан узнает об этом, он придет сюда и сожжет Ахру! И где вы тогда будете жить? Ай! — Второй камень бросил кусок слизи. Он открыл пасть и киданул булыжник языком.

— Замолчи ты! — сказал Пашка. — Простите его. У меня к вам дело…

— ПРОВАЛИВАЙ!!! — опять ответил хор глоток, а следом полетели камни. Теперь их кидали все трое и несколько достались Пашке. Мальчик забежал в проулок и услышал за спиной визгливый смех.

— Ну что, охотник за призраками? — спросил у Пашки джинн. — Не всё так просто оказалось, да?

Вдруг порыв теплого ветра налетел, взъерошив русые волосы мальчика. Ноздри уловили едва уловимый, ставший таким знакомым аромат ванили, корицы и гвоздики.

— Как ты меня назвал? — спросил Пашка.

В голове Пашки замельтешили мысли. Первое — книга о «Песочном Человеке». Далее, ассоциация с мультиком, и теперь еще то, как его назвал джинн. Всё сходилось! У него была подсказка с самого начала, вот только сможет ли джинн…

— А чего? — спросил в ответ джинн.

— А что ты вообще можешь?

— Я могу испепелить тебя в секунду.

— А их?

— Нет.

— Хорошо, а что еще?

— Могу превратить тебя в навозного жука.

— Это уже лучше. А можешь создать что-нибудь?

— В смысле?

— Можешь, допустим, сделать собаку или кошку?

— Могу, но только не настоящую. Она будет как кукла полностью подвластная мне, но в действительности лишь плотная малО.

— Чего плотная? А ладно, а ты можешь сделать охотников за привидениями?

— Кого? — поднял бровь джинн.

— Есть в Мире такие фильмы, называются «Охотники за привидениями» и еще мультики есть. Ты можешь их сделать?

— Я, может, и мог бы, если бы видел эти твои «пультики». Я не бывал в Мире!

— А ты не можешь по-быстрому смотаться и посмотреть?

— Нет! Смертный, ты настолько глуп, что назвать тебя ослом, было бы оскорблением осла! Если бы мы могли приходить на ваш план, мы уже давно правили бы Миром!

Пашка опять задумался. В Предрассветном Царстве Шелковый Человек ему кой-чего подсказал, и это помогло. Может, он и сейчас что-то говорил, что может помочь? В этот раз Шелковый Человек рассказал ему много, чтобы всё вспомнить ушло минут десять.

— А ты знаешь, что такое Сон? — наконец спросил Пашка.

— Естественно, смертный. Второй уровень Алям-аль-Металя. А что?

— Мне однажды приснились охотники за привидениями. Я тогда так испугался, когда увидел серию про домового…

— И что ты предлагаешь? — перебил джинн. — Чтобы я пошел в Сон и нашел там то, что тебе снилось?! А ты готов ждать сотню-другую циклов?!

— А это сколько?

— По-вашему пройдет лет десять-пятнадцать.

— Нет, это долго. А если их видят другие? Может, они снятся миллионам людей? Это ведь будет легче, так?

— Легче, — пробурчал джинн. Ему явно не улыбалось куда-нибудь переться. — Ладно, загадывай.

— Желание?

— Нет, цифру от одного до десяти, а я отгадаю!

— Хорошо, не нервничай. Я хочу, чтобы ты спустился или поднялся…. в общем, отправился в Сон, нашел там охотников за привидениями и привел сюда.

— Идиот! — взревел джинн.

— Чего? — не понял Пашка, но настроение у него отчего-то выправилось. Снова вспомнилась книжка, где Алладин потешался над джинном, и автор той книги всё больше нравился мальчику.

— Надо было сказать, чтобы я посмотрел на них и потом создал здесь копии, — всплеснул руками джинн. — Если я их сюда притащу из Сна, какие они там есть, не факт, что они тебе вообще станут помогать. Хотя это твои проблемы…

И джинн нырнул в землю — вот так просто прошел сквозь мостовую Ахры, только кусочек «хвостика» торчит из лампы. Пашка присел на какой-то камень, стал ждать. Ждать пришлось долго.

Насколько долго, сказать трудно, если бы не вода из флакона, он уже наверняка проснулся бы. По крайней мере, Пашка провел в Дневном Царстве гораздо дольше тех восьми часов, что положены человеку на сон. И вот ведь интересно, мысли тут по-прежнему удивительно четкие и точные, усталости нет никакой, а перед новыми трудностями руки вовсе не опускаются, наоборот, задор журчит по венам, подгоняя сердце стучать сильнее и жарче! Приключения! Это пьянило Пашку так, что иногда вовсе не хотелось вернуться в Мир.

Но ожидание, наконец, окончилось — джинн вернулся. Возвращался он достаточно странно. Сначала кончик хвоста заходил волнами, потом из мостовой показалась спина, спустя несколько секунд голова.

— Чего сидишь?! — рявкнул он Пашке. — Помогай!

Пашка подбежал к нему и стал тащить наверх. Вдвоем дела пошли лучше, вскоре джинн вылез полностью. Оказалось, он держит за шкирку двух мужчин. Пашка тянул одного, джинн второго и они вытащили их. Только когда все четверо лежали на каменной мостовой, пытаясь восстановить дыхание, Пашке удалось рассмотреть вновь прибывших. Это охотники за приведениями! Те же комбинезоны и протоновые излучатели на спине, но есть и отличия. Один из охотников мулат с прямыми русыми волосами. Второй носил очки, но вместо прически Игона на голове кучерявились волосы Билла Мюрея.

— Ты кого припер? — спросил Пашка у джинна.

— Охотников твоих. Ты почему не сказал, что их четверо? Я и двоих-то с трудом донес.

— А почему они такие странные?

— Я не знал, какие тебе нужны и скрестил их. Во Сне это пара пустяков.

Охотники сидели на пыльной мостовой, Пашке хватило секунды, чтобы сопоставить внешности. Всего было четверо охотников: Питер, Уинстон, Игон и Рэй. А тут их скрестили: Питера и Игона — получился худой, белый кучерявый очкарик; и Уинстона с Рэем — вышел слегка полноватый приятной наружности мулат.

— И чего теперь с ними будет? — спросил Пашка.

— А я откуда знаю? Твое желание исполнено, ты и решай.

— Нет прав был сурок — ты ущербный.

— Не ущербный, а молодой! Ничего, встретимся через тысячу циклов, посмотришь, кто из нас ущербный!

Охотники за привидениями тоже поднялись с земли и рассмотрели друг друга. И вот вдруг они начали становиться прозрачными — за их силуэтами просматривались заброшенные дома Города Призраков.

— Чего это они?! — спросил Пашка.

— Да не знаю я, — ответил джинн, темнея телом. — Они ж из Сна, а сделать их по-настоящему настоящими у меня не совсем…

Он замолк, потому что подул резкий порыв ветра и сыпанул ему с мостовой в рот целую пригоршню песка. Джинн закашлялся, а Пашка усмехнулся. Снова эти специи, снова ласковая щекотка по щекам, будто феном подули. И ему еще что-то такое послышалось. Нечто вроде: «… молвил из темницы ветер…». Охотники, на минуту потерявшие реальные очертание, снова непрозрачные, а самые что ни есть настоящие.

— … а вроде и получилось, — докончил фразу джинн.

А охотники, тем временем, заговорили.

— Слушай, а интересно вышло, — сказала помесь Уинстона и Рэя.

— И не говори, — поправил очки другой охотник. — А это ты у меня в голове или я у тебя?

— Ребята, вам бы лучше нам все объяснить, — сказал первый охотник, поворачиваясь к Пашке и джинну.

.

— Ну, тут дело такое… — замялся Пашка.

Охотники за приведениями! Невероятно! Он встретился со своими героями!

— Вы понимаете, здесь есть приведения и мы поэтому вас позвали, — продолжил мальчик.

— А почему мы в телах друг друга? — недоумевал охотник.

— У него не получилось бы притащить четверых. Не волнуйтесь, когда вы поймаете привидений, он вас отправит обратно и разъединит.

— А мы и не волнуемся, — пожал плечами второй и обратился к первому. — Слушай, а как нам теперь называть друг друга?

— Интересный феномен. Я думаю, будет уместно Уинорэй и Игопит, — сказал первый.

— А чего они такие спокойные? — прошептал Пашка джинну. — Если бы меня скрестили с другим человеком, я бы волновался.

— Так то ты! — и не подумал понижать голос джинн. — Ты-то настоящий. А это просто сновидения. И еще сновидения какого-то маленького смертного, считавшего, что эти твои охотники за привидениями никого не боятся и из любой передряги выходят сухими. В общем, получилось даже лучше, чем я думал. Эти такие тупые и фанатичные, что я, пожалуй, не мог бы создать лучше.

— То есть?

— У них только одна цель — охотиться за призраками. Я, конечно, не знаю, как они это собираются делать, но уговаривать их не придется.

— А ты сможешь их потом доставить обратно?

— А зачем? Они будут жить недолго. Это ведь Азиль-до-Абар, а не Сон. Вообще удивительно, что они не растворились в тот момент. Видимо, смертный тот был не совсем обычный…

— Ладно, — сказал Пашка и повернулся к охотникам. — Э-э-э, господа?

— Да, мальчик?

— А вы поймаете приведений, если я попрошу?

— Только покажи где они, — сказал Уинорэй.

— А вон там, за углом.

— Пошли, Уинорэй, предстоит работа, — сказал Игопит.

И оба бравой походкой пошли в указанном направлении. Игопит достал прибор с мигающими лампочками и двумя усиками, то поднимающимися, то опускающимися. Но больше всего Пашку порадовала россыпь «ловушек» для привидений, подвешенных сзади к поясам охотников — их было ровно тринадцать. Пашка пошел следом, держа в руках лампу.

— А ты куда намылился? — спросил джинн.

— А вдруг им помощь потребуется.

— Ты их вызывал, чтобы еще помогать?

— Ничего ты не понимаешь. Это же мечта — быть помощником охотников за привидениями!

Джинн только покрутил пальцем у виска, но выбора у него не было. Пашка следовал за охотниками. Те шли, не выказывая и капли страха. Они пересекли границу. Приведения уже куда-то подевались, впрочем, ненадолго. Не прошло и минуты, как из-за угла вышел уже знакомый монстр в чешуе. Он опять заревел, но охотники на это отреагировали в точности так, как ожидал выдумавший их ребенок.

— Готов, Уинорэй? — сказал Игопит.

— Готов!

— Включай!

Каждый охотник достал из протонный установки странную пушку, похожую на помесь дробовика с бутылкой минералки, и направил на призрака. Послышался писк, и два ярко красных луча вырвались из пушек. Они обвили призрака, как две змеи, тот забился в агонии. Он взлетел, Игопит, вытащив из-за пояса ловушку, бросил под него. Небольшая коробочка прокатилась на колесиках и замерла точно под призраком. От ловушки тянулся провод с педалью на противоположном конце, Игопит нажал, и дверцы ловушки открылись. Из зева распахнувшихся дверок полился желтый свет, призрака втащило внутрь.

— У этих клоунов получилось? — вытаращил глаза джинн.

— А ты сомневался? — сказал Пашка гордо. — Сзади!

Охотники резко повернулись и увидели двух других приведений. Огромный комок слизи и женщина с дырой в животе. И опять протонные пушки заработали, а два привидения забились не в силах вырваться из лучей.

— Игопит, давай ловушку! — крикнул Уинорэй.

— Не могу! Руки заняты!

И тут наступил Пашкин звездный час. Он не раздумывал ни секунды. Он побежал к охотникам и выхватил у них две ловушки. И тут же одна полетела под огромный комок слизи. Пашка нажал педаль, склизкий монстр влез внутрь. Вторая ловушка покатилась под женщину и ее постигла та же участь. Джинн висел в воздухе с открытым ртом.

— Побери меня Герда! — воскликнул джинн. — Смертный, который их придумал, влил в них столько малО! Да они Шайтана поймать смогут!

— Что? — не понял Пашка.

— Шерифы и султан Ахры не смогли поймать этих призраков, а тут какие-то пара клоунов из Сна! Какие-то шутки странные у тебя, Шайтан акбар! Не может быть всё так просто, пусть в них влит океан малО!

— А, может, я просто загадал хорошее желание? Ларчик открывался гораздо проще, чем казалось, надо было просто поймать профессионалов…

— Профессионалов? Это султан-то не профессионал, одолевший армию… Ладно, они поймали трех призраков, но их тринадцать. Посмотрим, что они будут делать дальше.

И джинн увидел, что Пашка и охотники собирается делать дальше. Благодаря счетчику охотников, искать призраков оказалось не столько сложно, сколько долго. Впрочем, следующие пять привидений они поймали быстренько. Маленький мальчик с обожженным лицом, столб дыма в форме мужчины, что-то больше всего похожее на картонную коробку, клоуноподобная мразь и, как ни странно, почти точная копия Шелкового Человека, вышли из подворотни спустя десять минут. С ними возни оказалось чуть больше, но всё равно не много. Охотники поймали двоих призраков, а Пашка кинул ловушки. В это время остальные три призрака бросали в них камни и прочий мусор, но это так, мелочи. Когда два призрака оказались в ловушках, охотники поймали еще двух, последним в ловушку влетела копия Пашкиного знакомого. И никто не пытался убежать! Наверное, за ту прорву времени, что они прожили, призраки успели увериться — им нечего бояться. Поэтому очень скоро вышли еще четверо. И, естественно, тоже оказались в ловушках. Пашка даже огорчился, что всё до банального просто. В фильмах или мультиках охотников преследуют разные трудности, а здесь свелось к рутине.

Но поиск двух последних привидений оправдал надежды на приключение. Эти, наверное, поняли опасность настоящая и залегли на дно. Вернее залег на дно один, а другая, наоборот, поднялась ввысь. Она попыталась замаскироваться под летающую машину, но охотники ее разгадали. И началась погоня. Два охотника и Пашка с лампой в руках как угорелые бегали по Городу Призраков, чтобы поймать привидение, а оно постоянно меняло форму. Оно становилось то птичкой, то человеком, то пыталась заговорить с ними и, наконец, прокололась, когда обратилось фонарным столбом. Надо сказать, охотники, несмотря на заверения джинна об их тупости, сработали превосходно. Пашка и не понял, что столб это приведение, а Игопит что-то заподозрил. И спокойно пройдя мимо, весело разговаривая с Уинорэем, резко развернулся и выстрелил. Столб обвили лучи протоновой пушки и, спустя полминуты, двенадцатое привидение сидело в ловушке. Остался один призрак и ровно одна ловушка. И вот тут им пришлось попотеть.

Счетчик привел к дыре, уходящей в землю. Хоть черный проем выглядел жутковато, охотники бесстрашно двинули вниз. Пашка с джинном последовали за ними. Они не захватили фонарей или факелов, но, как оказалось, джинн светится в темноте. Они долго и упорно шли по тоннелям. В кромешной тьме время стерлось и лишь где-то суровые, а где-то и смешные лица охотников отгоняли приступы клаустрофобии и боязни мрака. А еще джинн, казавшийся на поверхности жалким и ничтожным, во тьме приобрел подлинное величие. Он не просто испускал свет, горело что-то внутри него. Из худого мальчишки он превратился в сплетение огня и теней. Страшный демон, и Пашка радовался, что тот всего лишь раб лампы. Даже такой молодой джинн наверняка мог справиться и с ним, и с охотниками одной левой. И вот их поиски подошли к концу. К очень странному концу.

Они вышил в огромное подземелье. Гигантский зал не требовал освящения — в нём горели капельки влаги на стенах и сиял призрак. Его сияние с легкостью перебивало свет джинна — если до этого они шли в красноватом освящении, теперь всё зеленое. Пашка замер в нерешительности. Он попал в некоторую пародию на дворец султана Ахры. Посредине подземного зала каменный трон, на нём грибовидная фигура — мужчина в огромным тюрбане. От султана Алладина призрак отличался возрастом — с трона глядел седой и страшный старик. На лице борода длиннее тела, в глазницах нет глаз. На Пашку и охотников смотрела внутренняя сторона его затылка.

— Значит, он добрался до меня, — спокойно сказал призрак. Его голос отразился от стен кошмарным эхом. — Пусть после смерти, но добрался.

— Кто? — спросил Пашка.

— Тебе хорошо известно, молодой шериф! Но я не сдамся просто так. Я сражался с Шайтаном, я бился с Гердой и смог уйти живым. Меня не сбить с толка жалкой кучке сновидений. Меня не сбить с толка!

— Огонь! — закричал Уинорэй.

Два ярко-красных луча ударили в трон. В пустой трон — призрак покинул его за долю секунды. Он взлетел к потолку и, вырвав огромный ком земли, бросил в охотников.

— Берегись! — закричал Пашка.

Но поздно. Уинорэя погребло под землей. Пашка бросился было к нему, но пришлось отпрыгнуть в сторону — теперь ком земли полетел в него. Тьму еще раз прорезал луч из протоновой пушки, теперь уже Игопита, но призрак успел увернуться. Пашка подбежал к свежей могиле Уинорэя, мысленно проклиная мелкого грызуна, сказавшего, что призрак не может поднять вес больше камня. Этот кинул ком не меньше тонны весом. Пашка стал откапывать Уинорэя и не видел, как призрак влетел в стену, скрывшись от Игопита. Копать голыми руками очень неудобно — Пашка пару раз даже порезался о мелкие камешки. И внезапно, прямо из-под земли, пройдя тело Уинорэя, вынырнула голова в огромном тюрбане. Пашка отскочил назад.

— Меня не одолеть, — сказал призрак замогильным голосом.

Но ему пришлось резко ретироваться обратно в землю, потому что место, откуда он вылез, взорвалось сотней земляных брызг — туда попал луч из пушки Игопита.

— ЖАЛКОЕ СНОВИДЕНИЕ, ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, ПРОТИВ КОГО ВЫСТУПИЛ? — прогрохотало по залу.

Голос шел отовсюду, но это был лишь отвлекающий маневр. В следующую секунду призрак вынырнул из пола за спиной Игопита и разорвал шнур, ведущий от установки к пушке. Игопит повернулся и нажал на кнопку. Ничего не произошло.

— Я меня такое чувство, что мы сейчас умрем, — спокойно сказал Игопит.

Призрак схватил охотника за ногу и, взлетев к потоку, раскрутил над большим тюрбаном, а потом швырнул. Врезавшись в земляную стену, Игопит превратился в облачко розового дыма и исчез, а по залу прокатилось!

— ХА-ХА-ХА… ОЙ!!!

Это «ой» вызвал ярко-красный луч, обвивший тело призрака. Пока призрак разбирался с Игопитом, мальчик откапал почти полумертвое тело Уинорэя. На глазах Пашки Уинорэй начал превращаться в желтый туман, который пах ванилью, корицей и гвоздикой, но мальчик успел стащить протоновую установку и последнюю ловушку.

Пашка с трудом нацепил тяжелую штуковину. Он увидел, как призрак швырнул Игопита в стену и, направив пушку, выстрелил. И попал. Призрак забился, но быстро развернулся и полетел к мальчику. Медленно, с натягом, но приближался, объятый красной змеей пучка протонов, тянул ручищи с длинными когтями, источал зловоние, рычал бешеным зверем. Протоновая пушка в руках нагрелась и запахла пряностями — особенно ванилью. Мальчик, едва удерживая ее двумя руками, взглянул — он мог бы поклясться, кнопки с надписью «TURBO» всего минуту назад не было, а теперь она прямо под большим пальцем, да еще и мигает. Пашка нажал, пушка мгновенно остыла, а призрак заверещал. К красной протоновой змее присоединилась белая, словно сотканная из пара, которая объяла призрака, удерживая на одном месте. Что-то в пушке запищало, сквозь писк послышалось: «… сбивая с толка, придет…».

Призрак замер, а мальчик обнаружил, что может держать пушку всего одной рукой. Призрак, зарычав, прошептал чего-то, засветился зеленым сильнее и продолжил приближаться сантиметр за сантиметром. Снова нагрелась пушка и запахло корицей. Ладонь мальчика взяла ловушку. Пашка не бросил ловушку, а просто протянул перед собой и нажал ногой педаль. А потом выключил пушку. Призрак не заставил себя ждать. Получив свободу, он ринулся на мальчика со скоростью истребителя… и влетел в открытую ловушку. Пашка отпустил педаль и всё кончилось. Из ловушки доносились какие-то проклятья, но Пашка их не слушал.

— А ты неплохо справился, — сказал джинн, вылетая из-за трона. Там он, наверное, прятался всё это время.

— Трус! Мог бы и помочь!

— А зачем? Это ведь твои проблемы, и уверяю тебя, они только начинаются.

— В смысле?

— А ты посмотри на эту шкатулку.

Пашка взглянул на ловушку и увидел, она медленно становится красной и вибрирует.

— А что это с ней? — спросил Пашка.

— А то! Я же говорил, это Азиль-до-Абар, и здесь всё, что приходит из Сна, живет недолго. Пройдет с полцикла… или десять циклов, Шайтан знает, там столько малО влито… но, так или иначе, призраки освободятся.

Пашка положил ловушку на пол — она уже слегка обжигала ладони — и пошел собирать другие, разбросанные по залу. Хоть охотники прекратили существовать, ловушки остались в целости и сохранности, наверное, потому что в них сидели привидения из Азиль-до-Абара. Пашка собрал те, что валялись под стеной, куда швырнули Игопита, потом пошел к могиле Уинорэя и откопал остальные. Он сложил их в одну кучу и смотрел, как те раскаляются, будто их подогревают автогеном.

— А ты не можешь достать еще таких же? — спросил он у джинна.

— Смогу. Но придется ждать. И потом, это лишь малО. Даже если ты пересадишь их в другие, со временем они освободятся. И как будешь пересаживать — тоже вопрос.

Пашка смотрел на ловушки и думал. И тут взгляд упал на лампу джинна.

— А из такой же лампы они не выберутся?

— Не думаю, — ответил джинн мрачно. Ему не нравилось, что Пашка находит одно удачное решение за другим.

— А ты можешь мне сделать точно такую же?

— Могу.

— Но не из сновидения, а настоящую?

— Я же сказал, могу! Но что толку? Как ты их пересадишь из этих шкатулок в лампу? Не подумал?

— Почему. Надо просто сделать большую лампу вокруг ловушек.

— И как ты ее понесешь?

— А никак. Мне не надо их куда-нибудь нести. У меня задача избавить от них Ахру, а не доставлять к султану.

— Хорошо, уел! Желай.

— Я приказываю тебе создать вокруг этих ловушек лампу подобную той, в которой ты заключен.

— Исполняю.

Джин провел над ловушками ладонью, появилась большая медная лампа. Мальчик подошел поближе, постучал по меди. Потом дотронулся ладонью — теплеет на глазах.

— А не сплавится? — спросил Пашка с сомнением.

— Я откуда знаю, — ответил джинн безразлично. — Точно такая же лампа удерживает меня, только она меньше, но тут нет разницы. Я не могу сделать лампу мощней той, в которой сам заключен…

Что-то загудело под потолком, они оба уставились туда, но ничего нет. Гул похож на дудку или как будто кто-то дует на горлышко пустой бутылки. И снова мальчику за странными звуками послышались слова: «…несчастны будете вовеки…». Ладонь его всё еще на лампе, Пашка вдруг почувствовал, как красный металл медленно остывает.

По земле прошла легкая дрожь.

— Побежали отсюда! — крикнул джинн. — Сейчас начнется землетрясение!

Пашка схватил лампу джинна и бросился наутек. Они едва успели выбраться из огромного зала, как потолок обрушился, похоронив тринадцать проклятых призраков Ахры. Вместе с ними пропало и гудение. Вот только странно, Пашка успел взглянуть на огромный подземный зал, служивший прибежищем призраку предыдущего султана Ахры, за секунду до того, как его завалило землей. И там, прямо рядом с троном, где стояла сделанная джинном лампа, в которой были ловушки охотников за привидениями, заключившие проклятых призраков, так вот, мальчику показалось, что лампа эта растворилась в воздухе за миг до того, как земляной вал укутал тронную залу.

Пашка бежал минуты три, пока джинн его не остановил.

— Да хватит трястись! Всё уже кончилось, — сказал джинн.

— Уверен?

— Да.

Пашка перешел на шаг, глубоко дыша. Он не помнил дорогу, но резонно рассудил — двигаться надо вверх. Спустя пять минут джинн спросил:

— А ты хоть знаешь, что сделал?

— Выполнил задание Ахры.

— Это понятно. Но кого ты только что заключил в лампу?

— Кого?

— Предыдущего султана Ахры!

— Мне про него что-то такое Шел… мне про него рассказывали, — вовремя осекся Пашка, вспомнив реакцию торговца водой на Шелкового Человека.

— Да ты издеваешься! Великий султан-некромант, который взял штурмом Вабар! Правда, ненадолго — пока Шайтан не вернулся, но всё равно. Он освободил миллионы пленников Вабара! Ни до, ни после него такое не удавалось никому! Тогда и Аура была иная, почти равная в величии страха Вабару, не этот цирк, как сейчас…

— И я его сделал! — перебил Пашка.

— И я его сделал, — передразнил джинн. — Бе-бе-бе. Да без меня фигу бы ты сделал! Кто охотников привел? Я! Кто лампу сотворил? Тоже я! Да понимаешь ли ты, смертный, я только что отомстил за честь джиннов! Теперь, когда я освобожусь, меня ждет великая слава и почет!

— Да ты герой, — усмехнулся Пашка. — Героически сражался с султаном-некромантом, прячась за его троном.

— Не умеешь работать головой — работай руками. Я предоставил грязную работу тебе, только и всего.

— Ну-ну, — снова усмехнулся Пашка.


предыдущая глава | Сонные войны. Дилогия | cледующая глава







Loading...