home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


4

Они шли меньше времени, чем когда спускались, и наконец, вышли из дыры в земле. В Городе Призраков по-прежнему пустота и скука. И только теплый ветерок трепал волосы Пашки поздравляя с победой, да легкий запах какой-то новой специи щекотал обоняние Нечто вроде запаха растертой сухой листвы. Пашка пошел к дворцу султана, весело улыбаясь ветру. И даже заносчивый джинн не мог испортить настроение. Хотя и доставлял кое-какие проблемы, время от времени вознося себе дифирамбы.

— Знаешь что, замолчал бы ты, — наконец не выдержал Пашка.

— А то что?

— А то у меня еще одно желание осталось, сейчас как пожелаю, чтобы ты онемел.

— Злой ты, — понурился джинн. — Все вы смертные злые. У меня не так много хорошего в жизни было, а ты и порадоваться не даешь.

— Ну не обижайся. Слушай, а ведь если я тебе последнее желание не загадаю, ты дольше в лампе сидеть будешь?

— Угу.

— Ладно, тогда я желаю… чтобы ты рассказал мне, какие были три первых твоих желания.

— Принести чашку кофе, отгонять мух и помыть ванну, — сказал джинн еще мрачнее. Пашка рассмеялся.

Пашка шел по бывшему Городу Призраков и всё ему казалось волшебным. Он покинул его пределы и вошел в Ахру. Теперь каждая улочка, узкая ли, широкая ли, как будто приветствовала его. Встречающиеся на пути животные почтительно кланялись Пашке, он непонимающе кланялся в ответ. И еще ему попадались люди, которых он не видел раньше. Мужчины и женщины, утопающие в шелках, каменьях и жемчугах. Они тоже кланялись, но с улыбкой на устах. Пашка замечал и другие отличия. Он шел той же дорогой, по которой вел сурок, но вот появилось небольшое изящное здание, а раньше его не было. А здесь на месте старого невзрачного дома вырос красивый дворец. А еще атмосфера. Теперь Пашке стало не тепло и не холодно, а в самый раз. Легкий ветерок обдувал, принося прохладу, огромное солнце лишь грело, но не палило. Пашка никогда не пил спиртного и ему не с чем было сравнивать, но если бы он мог, то сказал бы, что опьянен Ахрой. Теперь он чувствовал себя здесь, как дома. Но самое удивительное зрелище предстало перед ним, когда он подошел к дворцу.

Когда он проходил мимо двух джиннов, те тоже поклонились, и висевший рядом молодой джинн надулся еще больше. А, войдя в фруктовый сад, Пашка увидел двор султана. Под огромной аркой, в которую превратилась низенькая дверца, стояли мужчины и женщины невиданной красоты. У мужчин неизменная борода и усы, а так же большие тюрбаны. Конечно, не такие большие, как у султана, но тоже внушительные. Женщины одеты несколько фривольно, фактически, прикрыли грудь и бедра, но это только подчеркивало идеальность форм. У каждой женщины тончайшая шелковая чадра, расшитая жемчугом, в ушах причудливые серьги, на пальцах кольца с огромными бриллиантами. Пахнет изысканными благовониями, в клетях с открытыми дверцами поют канарейки, причем некоторые канарейки дирижируют другими, держа крошечными лапками маленькую палочку. На подушках веселится молодежь: девушки и парни очень красивы, подтянуты и веселы. Шутят, смеются, курят кальяны, едят виноград и заигрывают друг с другом. Под радугами в небесах висят сотни ковров-самолетов, на них золотая посуда с фруктами, сладостями и вином. По желанию двора султана ковры подлетают и гости берут то, что усладит их кэйф.

Вперед вышел высокий мужчина. Он единственный из взрослых мужчин не носил бороды. Облаченный в темный длинный халат, он напоминал Джафара, только бритого. Посох в руке, тюрбан, красные полосы обрамляют полы халата..

— Ахра приветствует своего героя, — сказал мужчина и низко поклонился.

И тут же все присутствующие, чем бы ни занимались, бросили свои дела и, поднявшись, отвесили мальчику низкий длинный поклон. А потом, как ни в чём ни бывало, продолжили заниматься, кто чем.

— Да пара пустяков, — сказал джинн. Сказал, и лампа пропала из Пашкиных рук, растворившись в воздухе.

— А куда он… — начал Пашка.

— В схрон, — ответил мужчина. — Не волнуйся, ты и так сделал для этого мерзкого существа больше, чем он мог рассчитывать и за тысячу циклов. Меня зовут Джа, я визирь Ахры.

— Очень приятно, Карл.

Джа? Неужели и тут перекрестье со сказками и мультфильмами?

— Я надеюсь, герой, это не твое настоящее имя? И, да, я стал в некотором роде прототипом того персонажа, которого звали Джафар.

— Нет, не мое настоящее. А вы мысли читаете?!

— Ахра дает мне такие полномочия, герой, но, если ты попросишь ее, я потеряю эту власть в твоем случае. От себя же хочу попросить тебя не делать этого какое-то время, ибо это очень помогает мне лучше оберегать жителей Ахры. Пока я вижу твои мысли, я смогу помочь тебе в любом уголке Ахры, а у нас тоже полно опасностей. Кстати, об опасностях. Пойдем, султан хочет видеть того, кто избавил нас от напасти, висевшей над Ахрой долгие циклы.

Когда Пашка вошел во дворец во второй раз, его ждало очередное чудо. Если раньше коридоры и залы, сделанные из бриллианта, пустовали, теперь по ним сновали сотни, а может, и тысячи людей. Здесь бегали слуги с подносами, животные, одетые в белые халаты, а простые люди, жители Ахры, прогуливались и вели беседу друг с другом. И все улыбались, смеялись и неизменно кланялись Пашке.

— Так я стал жителем Ахры? — спросил Пашка у Джа.

— Разумеется. Ты блестяще справился с заданием Ахры, и она тебе безмерно благодарна. Теперь у тебя появится свой дворец в бывшем Городе Призраков. Это название, наверное, к нему приклеится надолго.

— У меня свой дворец?!

— Или любое другое здание на выбор, — пожал плечами Джа. — Ахра возведет его сама в самое ближайшее время. Правда, сейчас у нее так много дел. Надо зарезервировать места для будущих жителей и придумать им задания.

— А как вы узнали, что я справился?

— Это не оказалось сложным, маленький герой. Сурок сказал, что с Колеса Жителей стерлись все задания, а это могло означать только одно. Но это невероятно. Сам султан не смог справиться с ними, да даже сам Никодим, как тебе… а впрочем, расскажешь всё султану. Я уверен, ему тоже безумно интересно.

Они вошли в тронный зал, и Пашка дернулся назад. На троне сидела копия призрака, которого они поймали последним. Но, приглядевшись, Пашка понял, это не он. У того борода длиннее да и лицо суровей. А этот приветливо улыбался и вдруг взлетел, в один миг оказываясь рядом с Пашкой.

— Ох-хо-хо, к нам пожаловал герой! — рассмеялся султан и, подхватив Пашку, понес к потолку. А там быстро зашептал: — Ни в коем случае не говори, кого ты поймал в лампу.

— Почему? — прошептал Пашка в ответ.

— Никто не должен знать, что величайший из султанов Ахры… ну, после меня величайший, был ее проклятьем на протяжении стольких циклов. Он легенда и герой. И никто не должен знать, что герой в конце своей жизни сошел с ума. У Ахры должны быть легенды, она питается ими, она ими цветет, лишать ее даже единственной — боль для нее. Она сама попросила передать это тебе. Договорились?

— Да.

— Ну и славно! — бодро заявил султан, опускаясь на пол, и поставил мальчика рядом с троном. — А теперь рассказывай. Весь двор сгорает от нетерпения! Да и я тоже!

Пашке принесли удобное кресло и графин восхитительно компота с огромной тарелкой печенья. Он принялся рассказывать и после почти каждого предложения двор разражался удивленным: «Ах!». Пашка не рассказал всего. Например про книгу «Песочный Человек», которая натолкнула его на мысль об охотниках, или про то, что просил султан. Но все же рассказ получился хоть и коротким, но интересным.

— И кто бы мог знать, что против проклятых привидений надо всего лишь вызвать два сновидения? — пробормотал султан. — Но кто знал, что в Мире до этого додумались?

— Ваше вседержительство! — вбежал в зал слуга. — Ваше вседержительство, в Городе Призраков появилась странная статуя.

— Да? Интересно. Визирь.

— Слушаюсь, Ваше вседержительство.

Прямо посреди зала выросло огромное зеркало, в нём проявилась картинка. Пашка сразу узнал это место. Там, где в землю уходила дыра, теперь действительно статуя. А вернее монумент состоял из четырех статуй. Разумеется, четыре охотника за привидениями. Точно такие, как в фильме.

— Ого! — воскликнул султан. — Ахра решила их наградить! Если кто-нибудь из этих людей сможет пройти в Азиль-до-Абар и придет в Ахру, он станет ее жителем!

— Но они же ненастоящие. Ну, в смысле, это персонажи из фильма, а не настоящие охотники за привидениями.

— Это не имеет значения, — улыбнулся султан. — Актеры они или нет, главное, что они породили охотников и смогли сделать так, чтобы те приходили к людям во снах. Если бы не они, никто не увидел бы их в Сне, а значит, и джинн не смог бы их оттуда достать. И всё же странно это. Такой хилый джинн и создал таких…

— А кстати о джинне… — замялся Пашка.

— Да, Карл. Что там с джинном?

— Я хотел бы узнать, что с ним будет дальше?

— Джа?

— Да, Ваше вседержительство. Он пролежит в схроне еще очень много циклов. Его нам презентовал один колдун из Мира, и, если честно, подарок не очень хороший. Этот джинн настолько ничтожен…

— А можно мне у вас кое-что попросить? — спросил Пашка.

— Потребовать! — весело сказал султан, а мальчик заметил, как левый глаз у него из карего стал синим. — Ты обязан у нас именно требовать и именно всего, что хочешь! Ведь ты же не так просто пришел в Ахру? Она говорит, что ты самая большая загадка, которая приходила к нам за тысячу циклов! А это, поверь, очень необычно, если учесть, кто к нам иногда заглядывает.

— Я пришел сюда, чтобы кое-что узнать, но теперь хочу еще и попросить, чтобы вы отпустили этого джинна. Ведь он навряд ли сможет исполнить тысячу желаний и освободиться.

Почему-то весь двор замолчал и уставился на Пашку, как на сумасшедшего.

— Я прожил уже очень долго, Карл, но, признаюсь, слышу такое впервые, — сказал султан. — Однако твое желание будет исполнено. Джа.

— Слушаюсь.

Между Пашкой и троном появилась уже хорошо знакомая лампа.

— Покажись, — приказал султан. У Пашки пробежал холодок по спине. Хоть голос немного другой, но интонации полностью соответствовали призраку призрака предыдущего султана Ахры.

Джинн не замедлил исполнить приказ. Он вылез из лампы и замер по стойке смирно. Пашка не видел его лица, тот к нему спиной, но наверное, очень его напугали.

— Имя? — строго спросил султан Ахры.

— Карома, — ответил джинн сквозь зубы.

— Слушай сюда, Карома. Сейчас ты получишь свободу, и знай, даровал тебе ее не я. Этот мальчик пожелал этого. Я знаю, ты не ведаешь благодарности, но помни, если с ним что-нибудь случится из-за тебя, я лично приду за тобой! Я знаю твое имя!

Султан сделал резкий жест рукой, лампа засветилась нестерпимо желтым светом, а потом пропала. Изменения с Каромой произошли сразу. У него появились ноги, и вот, перед султаном стоит красивый смуглый юноша. Он повернулся к Пашке, мальчик увидел, в его взоре горит страшное пламя. Джинн больше не боялся никого из присутствующих. Пашка заметил, кулаки у визиря сжались.

— А ты все-таки глуп, — сказал Карома.

Вспыхнув столбом огня, он исчез, оставив запах гари и серы.

— Возможно, ты совершил ошибку, Карл, — сказал султан. — Джинны — это проклятье Азиль-до-Абара. Они злы по природе своей и никогда не испытают благодарности. Так что не думай, что, если встретишь его еще раз, он тебя пожалеет, или тем более поможет. Они понимают только один язык — язык лампы.

Пашка сидел и гадал, ошибся он или нет. Но что-то внутри говорило, он всё сделал правильно.

— Я не жалею, — сказал Пашка султану.

— Ну и славно, — улыбнулся султан, снова превращаясь из сурового правителя в добродушного деда. — Что ты еще хотел узнать?

— Первое, это почему, когда я вас увидел в первый раз, ну, когда вы меня еще не замечали, вы выглядели по-другому?

— Я был таким, когда стал султаном, и все видят мой последний образ в качестве простого человека. Что еще?

— Я хотел бы, чтобы вы мне рассказали о Никодиме?

И во второй раз весь двор замолчал. Теперь они смотрели на Пашку с какой-то угрозой.

— Прости, Карл, но зачем ты им интересуешься? — спросил султан.

— И вы меня простите, но я тоже хочу кое-что сохранить в тайне.

Султан посмотрел на Пашку настолько пронзительно, что по спине опять пробежал холодок. Его глаза меняли цвета, те небольшие участки кожи на лице без растительности разгладились от морщин, султан стал похож на себя молодого с приклеенной бородой и накладным пузом.

— Ты прав, — сказал султан. — У каждого должны быть тайны, а ты еще из Мира. Что ты хочешь узнать конкретно?

— Кем он был, что сделал и куда пропал?

— Он был главным шерифом Ахры, мальчик, и великим героем. Он защищал нас от джиннов и от других чудовищ. Он ловил тех, кто досаждал Ахре в Мире. И он тот, кто окончил тысячелетнюю войну. А куда он пропал, я не знаю. Остальные шерифы ищут его по всему Азиль-до-Абару и не могут найти.

— А что это за война?

— Тысячелетняя война проходила между Предрассветным, Дневным, Сумеречным, Ночным и Огненным Царствами. Мы сражались с порождениями Вабара сотни циклов и не могли взять верх. И только когда Никодим одолел Хранителей Четырех Башен Вабара, джинны отступили зализывать раны. Но все знают, это лишь до поры до времени, и поэтому мы ищем Никодима, но пока наши попытки тщетны.

— И еще я хотел у вас спросить, можно ли взять человека из Мира в плен и держать здесь?

— Можно. Я так сам несколько раз делал.

— Потому что я его сын. И в Мире Никодим лежит в коме вот уже год.

После этих слов двор разразился гомоном подобно стае чаек. Но султан поднял руку, и все умолкли. Он улыбнулся и сказал:

— Я знал.

— Да я так и понял. Я же рассказал обо всём сурку. Просто до меня только сейчас дошло, что держать тайну бессмысленно.

— Держать тайну никогда не бессмысленно. Впрочем, от меня ты, конечно, ничего скрыть не сможешь. Ты теперь житель Ахры, и я знаю о тебе, если не все, то многое. Значит, Никодима постигла такая участь. Это очень плохо Карл. Если его держат в плену, значит, джинны до него добрались.

— Вы думаете это они?

— Вероятнее всего. Могли и другие, но эти подозрительнее. А тот джинн, которого ты пожелал освободить, он знал, что ты сын Никодима?

— Нет.

— Хорошо. Тогда послушай моего совета, молодой шериф, никому не рассказывай этого. Теперь я скажу шерифам, что Никодим может быть пленником Вабара, и они попытаются проникнуть туда.

— А почему вы называете меня шерифом?

— Потому что я тебя произвел в шерифа. Шерифы — те, кто служат людям и в Алям-аль-Метале, и в Мире. Кроме шерифов Вабара, конечно. Ты, по-моему, начинаешь просыпаться?

Пашка посмотрел на себя и увидел, что стал немного прозрачным. Но просыпался он не внезапно, как в прошлые разы, а постепенно. Наверное, сказывалось действие воды.

— Пока я не проснулся, я хочу сказать, что буду искать отца сам. Чего бы мне это не стоило! — сказал Пашка.

— Конечно, будешь, — улыбнулся султан. — Но будь осторожен. В любом случае, ты теперь житель Ахры, так что тебе здесь все рады.

Пашка понял, что вот-вот проснется и спохватился. Ведь он хотел спросить еще кое-что.

— Кто такой Шелковый Человек?

В третий раз Пашка заставил двор умолкнуть. Теперь десятки глаз глядели на мальчика с некоторой опаской. Пашка посмотрел на султана и визиря, те тоже таращились.

— Откуда ты узнал это имя? — спросил султан.

— Я его несколько раз видел. Мы даже, вроде как, типа подружились…

— Великий Ветер! — прошептал султан. — Слушай меня очень внимательно, Карл. Если ты его встретишь еще раз, не говори с ним и ни в коем случае не делай, что он говорит. Ты понял меня? Это вопрос жизни и смерти! И не только твоей…

— Я не понимаю? Кто он такой, что его все боятся? Ну, странный тип, но ничего плохого он мне не сделал.

Султан откинулся на спинку трона, полуприкрыл глаза и задумчиво проговорил:

Когда-то на заре времен

Могуч был Ветер и силен.

Он дул туда, куда хотел,

Поймать его никто не смел.

Но появились восемь стен

И заточили Ветер в плен.

Сказав это, султан замолчал, зато остальной двор хором продолжил:

И молвил из темницы Ветер:

«Несчастны будете вовеки!

И вскоре к вам, лишая толка,

Придет мой Человек Из Шелка!»

Почему-то этот стишок Пашку испугал. Он где-то недавно слышал части этого. стихотворения. Дневное Царство поплыло, Пашка услышал последние слова султана:

— Никто не знает, кто он, Карл. Но он очень плохой, гораздо хуже, чем все джинны Азиль-до-Абара. Хуже Шайтана. Хуже Герды. Он — зло…

Дворец пропал и Пашка проснулся.


предыдущая глава | Сонные войны. Дилогия | * * *







Loading...