home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Дмитрий

Дима сидел в офисе и курил вторую сигарету подряд. Три месяца назад его произвели в заместители директора, дали вот этот кабинет, но счастья не дашь. Можно повысить в должности, увеличить зарплату втрое, можно заставить сотрудников лебезить и фальшиво улыбаться, можно дать власть, но не счастье. Вроде, Диме стоит завидовать. На работе хорошо, дома жена и пара детей, оба отличники. Здоровье тоже в порядке, вполне позволительно и отдыхать, и работать. Но счастья нет… Бывает так, кто-то находит счастье, допустим, в детях, не имея ничего более: ни богатства, ни власти, ни признания, ни славы, ни успеха, ни удовлетворения амбиций. Дети = счастье, и всё. Бывает, это счастье точно так же ловится на рыбалке, бывает, его находят на самом донышке бутылки, бывает, в женщине, в мужчине, в работе, в компьютере. А бывает, счастья не находят, как старательно бы не искали. Бывает, счастье находит тебя. А бывает, тебя находит совсем другое.

Зазвонил телефон. Дима затушил сигарету в пепельнице и поднял трубку.

— Ало, — сказал знакомый голос. — Ало, Дмитрий Захарович. Мне передали, что вы звонили.

— Да, Максим. Я хотел узнать, есть ли сдвижки по делу?

— Простите, Дмитрий Захарович, но всё по-старому.

— Господи, Максим, прошло уже полгода, а вы так ничего и нашли?

— Дмитрий Захарович, я же уже сто раз вам говорил: в таких делах, если не нашли ничего по свежим следам, можно считать — глухарь. Вашего брата убил профессионал это совершенно ясно, но мы даже не можем сказать, какой у него был мотив. А без мотива тоже очень трудно работать. Из-за пожара улики сгорели, хотя я сомневаюсь, что там что-то было.

— Но у вас же был след. Унесли системный блок компьютера…

— Но зачем и что там было, мы не знаем, Дмитрий Захарович. Ваше предположение, что его убили из-за книги, не подтвердилось. В издательстве нам сказали, что книга им сначала понравилась, но ничего особенного в ней не было. Просто обычная фэнтези. Занятная вещь, но совершенно не провокационная.

— А вы читали ее?

— Нам предоставили текст, и я все прочел. Типичная книга про колдунов там и про вампиров. Ничего, что могло бы дать реального следа. И ваши предположения, что здесь замешано издательство тоже не подтвердилось.

— Да, но они так и не издали книгу.

— Главный редактор сказал, что у них куча интересных рукописей, а возиться с той, у которой умер автор, им совершенно не нужно. Вы уж простите, Дмитрий Захарович, но мы сделали всё, что в наших силах.

— Я найму частного детектива.

— Дело ваше, но я бы не советовал. Только потратите деньги впустую. Мы тщательно занимались убийством вашего брата, поверьте. Хоть про нас и говорят много гадостей по телевизору, но мы умеем работать.

— Спасибо, Максим.

Дима повесил трубку и не стал слушать прощание милиционера. Он вытащил сигарету из пачки и закурил. Счастья нет…

Вечером того же дня Дима сидел в зале своей квартиры примерно в той же позе. В помещении можно вешать топор, на журнальном столике бутылка пива, в руках старая засаленная рукопись. Книга его брата. Что бы ни говорил мент, Дима не сомневался — дело в ней. Он знал ее почти наизусть, потому как перечитывал уже раз двадцать, но ответа не находилось. Неплохое городское фэнтези. О литературных достоинствах языка или фабулы Дима ничего сказать не мог — не разбирался, но книга интересная, это точно.

Дима читал где-то на середине, когда окурок обжег пальцы. От досады он захлопнул книгу и сделал глоток из бутылки — курить и пить он начал полгода назад. До этого редкий трезвенник и поклонник ЗОЖ Дима посмеивался над братом, который как раз придерживался другой точки зрения. Правда, курил он, когда оставался в одиночестве. Но жена и дети уехали к теще на выходные, и он позволил себе расслабиться. Ну и надымил же! Он поднялся с кресла, рукопись плавно соскользнула с колен, небрежно упала на мягкий ковер. Босые стопы бесшумно прошли по ворсу до окна, створы пластиковой рамы распахнулись, выпуская дым наружу. Потянуло свежестью, легкий ветер подрастрепал димины волосы. Он с неприязнью поглядел на указательный палец — там ожог от сигареты. И тут ветер принес какой-то другой запах. Специи какие-то? Что-то типа кориандра. Он вернулся в кресло, оставив окно открытым.

Нет, так не пойдет. Дима попытался поставить себя на место убийцы. Уже в сотый раз попытался! Но, то ли выпивка помогла, то ли до сего момента мозг не хотел работать правильно, дельная мысль пришла в голову только сегодня. Перед смертью Сашка удалил свой раздел на одном популярном литературном сайте. Тогда, сразу после убийства, это проверили. Предположение, что это сделал убийца, не подтвердилось. Нет, мог и убийца, но с той же вероятностью мог и Саша — многие писатели перед бумажной публикацией удаляют тексты из Интернета, некоторые издательства даже в договоре это прописывают. На том милиционеры и сошлись. Впрочем, винить их не в чем — сработали профессионально. Взрыв в квартире унес жизни четырех человек, не считая самого Сашки — тот к тому времени уже умер. Громкое дело даже попало в газеты, но быстро затухло. Ни следов, ни мотивов, ничего. Но всё равно — разгадка в книге.

Как убийца вообще узнал о ней? Ответ напрашивается сам собой — наткнулся в Интернете. Разрабатывалась версия, что это кто-то из завистников. На сайте публикуемых авторов капля, а остальных — море. Но даже если и так, найти убийцу из шестидесяти тысяч писателей со всей России — бесперспективное занятие. Милиция просмотрела восстановленные данные его отдела, но опять никаких зацепок не нашла.

Дима взглянул на первую страницу рукописи. Просто ворох бумаг, отпечатанный на принтере и сшитый степлером. На странице название: «Когда приходит Муза». Главный герой, писатель, попавший в разборки между вампирами и колдунами. В конце он спасается, угрожая и первым, и вторым напечатать книгу об их жизни. Ничего особенного и ничего уж очень оригинального, если честно. Но ответ где-то здесь, где-то рядом.

Так, ладно. Если бы кто-нибудь убил брата из-за книги, он должен ее вначале прочитать. Вряд ли это маньяк-букинист. Судя по тому, как совершено убийство, профессионал. А профессионалов нанимают. Значит, есть еще и заказчик. Допустим, он случайно натыкается на книгу. Таких книг миллионы, но что-то ведь его заинтересовало. Название книги? «Когда приходит Муза» — что здесь такого? Пока неясно. Тогда с чего начинается книга? С того, как главный герой, писатель классической прозы, пишет роман о вампирах под заказ. С этого всё и завязывается. Книгу публикуют, оказывается, писатель точно попал и описал вампирскую жизнь, какая она есть. И что отсюда получается? Убийца вампир? Бред! Что-то другое.

В самом начале рукописи писатель впадает в так называемый «творческий затык». Он не может ничего написать уже полгода, встает на колени и молится Музе. А ночью ему снится как раз про вампиров. Утром звонит издатель и предлагает написать какое-нибудь легкое произведение, фантастику какую-то, раз уж в серьезной прозе ничего не получается. И писатель решает написать роман о вампирах. Тот становится бестселлером и пошло-поехало. Так, постой, тут что-то не так.

Дима встал и пошел в спальню за ноутбуком. В нём электронная версия книги, восстановленная с отдела литературного сайта. Отдел действительно восстановили, а еще поместили на нём некролог и пожелания родным и близким крепиться. Правда, впоследствии на сайт совершили нападение хакеры и почти половина книг пропала. По случайности и раздел его брата, но у Димы хранились копии. Он вернулся с компьютером в комнату, открыл файл. Начало… всё пока сходится… Точно!

Дима откинулся на спинку и трясущимися руками полез за сигаретой. Рукопись, присланная братом незадолго до смерти, и та, что скопирована с интернета, отличаются! С сигаретой в зубах Дима пролистал рукопись, сверяя с книгой в компьютере. На первый взгляд отличий нет, только молитва в самом начале, но, если присмотреться…

Дима просидел, сверяя куски рукописей до трех ночи, и нашел пятнадцать мелких различий и одно крупное — замеченное в самом начале. Кто бы ни редактировал книгу, сделал он это мастерски. В некоторых местах текст менялся, но смысл сохранялся и на основном повествовании это не отражалось. Дима вернулся к первой странице. На ней то же самое, что в компьютере, только на бумаге есть текст молитвы к Музе, а на экране нет.

— Прошу тебя, моя Королева, — начал читать Дима, — не оставляй меня в этот час. Упорядочи хаос в голове, протяни холодные пальцы разума и соверши волшебство. Прими меня в Ледяные Чертоги логики, придай вымышленному узору моего ума правдивый узор вечности. Прошу тебя, Муза, приди ко мне…

Ну и что в этой молитве такого? Ответ не приходил, мысли всё больше запутывались и страшно хотелось спать. На журнальном столике выстроилась батарея из бутылок и открытый ноутбук. Дима протянул руку, чтобы закрыть его, но ладонь, будто даже не по своей воле, упала на клавиатуру. Пальцы неестественно изогнулись, сформировались в подобие куриной лапы и, опустившись на черные квадраты клавиш, напечатали: «Вечно».

Внезапное безразличие охватило Димой. В комнате похолодало. Изо рта валил сигаретный дым. А, нет, погодите. Это не дым, это пар выходит. Он протянул вторую руку и допечатал: «сть». Легкий аромат кориандра растворился, в комнате словно открыли окно в Арктику.

На странице, заполненной словами брата, слово «Вечность» сияло, хоть и ничем не отличалось от остальных. Дима положил ноутбук себе на колени, зажал две клавиши Ctrl и «А». Весь текст окрасился синим. Дима нажал на стрелочку, направленную к плюсу. Экран очистился, но перед глазами застыло одно слово. Вечность. Дима никогда не умел быстро печатать на компьютере, а тем более не владел десятипальцевым методом, но ладони легли на клавиатуру, как надо, и написали:


«Тихий прохладный вечер опустился на Валгаллу. Знал ли Один, что там, за длинным мостом, обитают те, кто поклоняется ему и сейчас. А если знал, почему оставил их? Ведь не пропали в Мире герои, не сгинули воины и кровь по сей день закипает в их сердце, как в скороварке. Но Один больше не смотрел сквозь густые и мокрые облака. Для Одина герои погибли со смертью Бальдра. Для мрачного и некогда бравого бога уже наступил Рагнарек. Но поверь мне, читатель, и герои не пропали, и Один неправ, что не приходит больше в Подлунный Мир. Об одном таком герое я тебе сейчас расскажу»…


Пальцы летали, а время текло. Не бежало, а текло, словно река, заполненная осенней шугой — тихо, вальяжно. Дима не увидел, как в открытом окне забрезжил рассвет, не почувствовал голода, пока на плечо не опустилась рука. Он вздрогнул и увидел взволнованное лицо жены и детей. Выходные прошли, они вернулись домой.


Семь Толстых Ткачей | Сонные войны. Дилогия | Кахома







Loading...