home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


3

Нет, не всегда у нас весело.

Сегодня в палате тишина. Ни разговоров, ни анекдотов. Ночью умер сосед справа. Я о нем почти ничего не знаю. Звали его Василий Игнатьевич Кундозеров. В больницу был доставлен из маленькой северной деревушки, туда даже дорога не проложена, вывозили вертолетом. Почти всю жизнь он был рыбаком. Конечно, пил.

У меня сложилось впечатление, что самым ярким событием в его жизни была война. О детстве и отрочестве он не рассказывал, только обмолвился как-то, что с двенадцати лет себе на хлеб зарабатывает. А послевоенные годы его жизни были до предела заполнены центнерами выловленной рыбы и литрами выпитой водки. Любил уличать в скудоумии постоянно меняющихся бригадиров.

Зато о войне говорил с удовольствием. На фронте он познал дружбу отчаянных ребят-пехотинцев и мимолетную любовь сандружинницы, с которой несколько раз сходил вместе в баню.

Он рассказывал обо всех землянках, и эти временные жилища были ему очень дороги. Всегда отмечал, какое место от печки он в каждой из них занимал.

Боевых действий у них на участке, судя по всему, было немного, но о каждом бое он мог повествовать часами.

Начинал обыкновенно с детального описания местности. Подробно характеризовал с тактической стороны каждую сопку, ложбинку, естественную преграду. Отмечал огневые точки, указывал тип вооружения и его возможности, роняя мимоходом некоторые солдатские наблюдения, наподобие вот этих: «задержки у пулемета нежелательны, как и у женщины», а «лучший нож в рукопашном бою — отточенная саперная лопатка». Переходя к атакам и оборонам, он как-то ловко увязывал со стратегическими замыслами командования каждый, даже самый незначительный, личный маневр.

До последнего дня жил воспоминаниями о войне. И о дне сегодняшнем говорил:

— Дочь у меня есть тридцати лет, работает фельдшером на Кестеньгском направлении.

Умер он ночью, молча, по-солдатски. Утром пришла медсестра ставить градусники, а он уже холодный. Спешно, чтобы не травмировать нас, живых, тело перевалили на каталку, укрыли простыней и увезли. Потом пришла сестра-хозяйка и сменила постельное белье.

Мы с Ванюшей Слободкиным, который лежит у окна, немного поговорили, мол, даже не жаловался — и умер, но разговор был вялым. Теперь молчим. Мне кажется, что Кундозерова было бы правильнее похоронить рядом с одной из братских могил, где лежат его погибшие друзья.

Белым обелиском стоит на его койке подушка.


предыдущая глава | Соло для одного | cледующая глава







Loading...