home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 7

– Ты уверена, что аукцион проводится именно здесь? – спросил Джаспер, когда они поднимались по каменным ступеням особняка в Сомерс-Таун.

– В газете был ясно указан этот адрес.

К удивлению Джейн, Джаспер настоял на том, чтобы сопровождать ее, хотя утром ей пришлось вырвать его из глубокого сна. За последние две недели в их совместной жизни установился определенный распорядок. Днем и вечером они работали над клубом, затем вместе ужинали и отправлялись наверх для более интимных дел. После этого Джаспер ехал в игорный дом и оставался там всю ночь. На рассвете он возвращался и ложился спать, а Джейн вставала.

– Насколько я помню Лондон, этот район кажется мне несколько странным для проживания леди… как там говорилось в объявлении?

– «Благородной леди, попавшей в затруднительные обстоятельства», – зачитала Джейн, достав вырезку из газеты.

На аукционе должно было распродаваться имущество некой недавно умершей светской дамы, не оставившей после себя наследников. Делалось это с целью покрыть ее долги. Несмотря на сомнительный адрес, вещи, указанные в перечне, были дорогими и добротными, в том числе и прекрасный фарфоровый сервиз, который Джейн надеялась приобрести для клуба. Замужняя леди, да еще рука об руку с супругом, она была вольна посещать все мероприятия, какие только хотела, в том числе и этот аукцион, и покупать все, что ей заблагорассудится. Приятное отличие от прошлого аукциона, на котором ей довелось присутствовать.

Из открытого окна донесся стук молотка и возглас «Продано!».

– Идем скорее, а не то мы упустим все самое хорошее.

Джейн схватила Джаспера за руку и потянула внутрь, но споткнулась и чуть не рухнула на лестничную площадку. В последний миг Джаспер поймал ее вторую руку и спас от падения. Оба захохотали. В эти недели они много смеялись и находили огромное удовольствие в обществе друг друга. И с каждым днем им было все лучше и лучше вместе.

Они вошли в аукционный зал. Это была огромная комната, возможно, бывшая бальная зала, отделанная выщербленными дубовыми панелями, с высокими окнами с тяжелыми бархатными портьерами. Двери украшали кованые решетки с множеством завитков, мебель соответствовала общему духу, и в дополнение повсюду были расставлены раззолоченные статуэтки и прочие аляповатые безделушки.

– Похоже на твой кабинет, – прошептала Джейн и мельком взглянула на себя в одно из многочисленных зеркал эпохи барокко.

– Ты считаешь? Кстати, не стать ли нам обладателями этой чудесной кушетки? Посмотри, какая роскошная красная парча. – Его дыхание щекотало ей щеку. – Подумай, как бы она подошла к нашей кровати… и чем бы мы могли на ней заняться.

Пробившись сквозь толпу, они устроились на диване.

– Чем-нибудь крайне порочным, – тихо ответила Джейн и соблазнительно улыбнулась, уже почти готовая покинуть аукцион, отправиться домой и предаться куда более привлекательным плотским удовольствиям.

Тут ведущий представил следующий лот, и ее внимание сразу же вернулось к делам.

– Большой сервиз из фарфора самого высокого качества с классическим узором. – Он продемонстрировал присутствующим тарелку и чашу. Сервиз, единственный из всех выставленных на продажу предметов, был сделан с большим вкусом.

– Этот сервиз идеально подойдет для клуба. То, что нужно для нашего обеденного зала. И он такой огромный, что нам не понадобится другая посуда. Во всяком случае, на первых порах.

– Ты не пожалеешь, если купишь что-то… из этого дома? – Джаспер, нахмурившись, потрогал ярлычок, свисающий с очень странной статуэтки, стоявшей на столике рядом с ними. Бронзовые любовники сплелись в непристойном объятии. Им стоило бы переместиться на красную кушетку, мелькнуло в голове у Джаспера.

– Не пожалею. – Торг начался. Джейн подняла руку, предлагая цену, и лишь потом удивилась вопросу. – А что такое?

В его глазах засверкали озорные искорки.

– Нет, ничего. Пожалуйста, продолжай.

Джейн очень хотелось выяснить причину этого непонятного веселья, но торг продолжался, и у нее не было возможности отвлекаться. Купить сервиз оказалось куда проще, чем здание на Флит-стрит.

И к тому же никто не кидал на нее неодобрительных взглядов, что Джейн очень нравилось. Непонятно, что привлекло на аукцион собравшихся – большинство из них были мужчинами, – но это был явно не фарфоровый сервиз. Всего пара минут – и Джейн приобрела его за удивительно низкую цену. В следующий раз, когда они будут ужинать с Филипом, она с гордостью расскажет ему об этом.

– Мои поздравления, дорогая. Очень выгодная сделка. – Джаспер взял ее руку и нежно коснулся ее губами, отчего по спине у Джейн пробежали мурашки, а внизу живота словно затрепетали бабочки.

Однако она не могла не заметить, что Джаспер едва сдерживается, чтобы не рассмеяться. Он явно знал что-то такое, чего не знала она, и про себя забавлялся вовсю. Джейн склонила голову набок.

– О чем ты думаешь?

– О том, какое замечательное развлечение мы предоставим нашим клиентам. Они обязательно похвастаются всем своим друзьям, что ели бифштекс с тарелок знаменитой миссис Гринвелл.

Джейн ахнула. Джаспер молча указал на портрет почти обнаженной женщины, висящий на стене позади них. Рядом с ним красовались и другие картины, настолько откровенные, что Джейн покраснела. Только сейчас ее вдруг пронзила догадка: вот почему адрес показался ей знакомым! Раньше они с миссис Хейл с увлечением следили за похождениями известной куртизанки, не упуская ни одной статьи, хихикали над ее дерзкими выходками и сразу же прятали газеты, как только в комнату входили Лора или Филип.

Джейн сердито повернулась к Джасперу, который продолжал ухмыляться, будто довольный кот.

– Сколько денег мы потратили понапрасну! Если клиенты узнают, откуда взялся этот сервиз, они будут в ужасе!

– Или это страшно их заинтригует. – Джаспер поддел ее локтем. – Им уже никогда не иметь связи со знаменитой куртизанкой. Да и будь она жива, вряд ли кто из этих мужчин осмелился бы к ней приблизиться. Так что эти фарфоровые тарелки – самое близкое знакомство с ней, которое они могут себе позволить. И мы предоставим им эту радость. О нашем клубе будут ходить слухи не только на Флит-стрит. И давай купим еще и кушетку. Вот тогда у них в самом деле будет повод посудачить.

Джаспер сидел за столом в кабинете и подписывал бумаги. За стеной вдруг раздались громкие одобрительные вопли. «Должно быть, кому-то повезло в рулетку», – подумал он, вернул перо в раззолоченную подставку и потянулся за такой же ярко блестящей песочницей. За удачливого игрока Джаспер даже в какой-то мере порадовался, несмотря на то что его успех непременно отразится на ночной выручке. После дня, проведенного с Джейн, было трудно оставаться в дурном настроении. Ее радость от удачной покупки и то, с каким воодушевлением она приобрела еще несколько вещей скандально известной миссис Гринвелл, привели его в прекрасное расположение духа. Он с большим сожалением покинул Джейн.

Из-за стены донесся дружный разочарованный стон. «Видимо, удача ему все же изменила».

Джаспер положил перед собой счет от бакалейщика, но громкие голоса заставили его насторожиться.

– Черт тебя побери, я буду делать что хочу. Крути колесо.

– Прошу вас, сэр. Прислушайтесь к голосу разума, – увещевал крупье.

– Говорю тебе, крути, ублюдок!

В кабинет ворвался мистер Бронсон.

– Капитан Кристиансен играет по-крупному, и ему не везет. От этого он просто в бешенстве. Я попытался отказать ему в кредите – понадеялся, что это его остановит, – но сегодня он явился со своими собственными деньгами. И принес больше, чем когда-либо.

– Где же он их достал? Он не выходил в море уже несколько месяцев, – удивился Джаспер и встал из-за стола.

– Не знаю, но, если он будет продолжать в том же духе, очень скоро у него ничего не останется.

Джаспер задумался.

– Хорошо. Стало быть, нужно это прекращать. Возьми с собой Адама и сопроводите капитана Кри-стиансена вниз. Постарайся сделать это как можно незаметнее. Я буду ждать вас на первом этаже и скажу ему, что лишаю его членства.

– Вы уверены, что хотите показаться ему лично?

Джаспер покрутил обручальное кольцо.

– Это место скоро сделается вашим. Пусть лучше он злится на меня, чем на вас.

Это будет одним из первых шагов из тени на свет. Как много их еще впереди… но Джаспер был твердо намерен оставить старую жизнь в прошлом.

Мистер Бронсон поспешил обратно в игорный зал, чтобы деликатно вывести оттуда капитана Кристиансена, а Джаспер спустился вниз. Он ненавидел беседы вроде той, что ему предстояло провести, но они были необходимы. Если бы в свое время он вмешался и вот так же остановил месье Робийяра, да и бог весть скольких других, сегодня многое было бы по-другому. Да и думал бы он о себе гораздо лучше.

Джасперу не пришлось спрашивать себя, не удалось ли мистеру Бронсону утихомирить буйного капитана. Его громкие возмущенные крики и тихие голоса управляющего и Адама, самого крупного из лакеев, прорезали темноту.

– Как вы смеете обращаться со мной, как с карманным воришкой? – Капитан Кристиансен вывернулся из могучих рук Адама. – Да вы знаете, кто я такой?

– Второй сын лорда Фентона, – произнес Джаспер, выходя на свет.

– А вы кто? – требовательно спросил капитан Кристиансен.

– Мистер Патрик, владелец заведения. – Показать Кристиансену свое лицо – это еще полбеды; но Джасперу совершенно не хотелось, чтобы тот трепал его имя по всему Лондону; еще есть риск, что семья узнает о его занятии. – Спасибо вам за то, что были нашим постоянным посетителем, но дальше это продолжаться не может.

– Вы думаете, у меня недостаточно денег для этой гнилой дыры. – Капитан Кристиансен наставил на Джаспера палец. – Но только денег у меня больше, чем вы можете вообразить.

– Уверен, что это так и есть. – Джаспер решил простить бывшему клиенту этот надменный тон, надеясь, что тот успокоится и станет сговорчивее. – Но здесь никому не позволено проигрывать все до конца и губить свою жизнь.

– Я не погублю себя. И не проиграюсь в пух и прах. Мой брат болен. Смертельно болен, – сообщил Кристиансен. – Мой всемогущий отец решил сделать ставку на меня. Я больше не капитан. Теперь я стал ему очень дорог. Удивительное дело – он не слишком горевал, когда в тринадцать лет отдал в Королевский флот. Бросил, как щенка в воду, и не вспоминал обо мне.

Джаспер и мистер Бронсон обменялись встревоженными взглядами. Капитан – или бывший капитан – Кристиансен играл не на свои деньги – учитывая, что заработка у него больше не было, – а на отцовские. В последние дни до Джаспера долетали слухи о том, что долги семейства Фентон стремительно растут. И он понятия не имел, сколько Кристиансен откусил от и так уменьшающегося состояния лорда Фентона.

Тот понял его молчание превратно.

– Что, уже жалеете, что выставили из своей грязной норы будущего графа?

Кристиансен старался напрасно: Джаспер потерял всякое уважение к аристократам еще в Америке.

– Я сберегаю наследство, которое оставит вам ваш отец и которое вы однажды передадите своему собственному сыну.

У семьи Чартон не было ни родового поместья, ни титула, но родители Джаспера всегда чтили семейные ценности и дорожили делом, которое должен был унаследовать Милтон, – в свое время мистер Чартон также получил его от отца.

– Вот вам наследство! – Кристиансен сплюнул Джасперу под ноги. – Я мог бы раздавить вас и прикрыть ваше паршивое заведение, если бы захотел. Возможно, я так и сделаю.

Он рванул вперед, распахнул дверь и исчез в густом тумане, опустившемся на доки.

– Я думаю, все прошло хорошо, – заметил мистер Бронсон. Его голос эхом прокатился по пустому складу.

– Да уж. Насколько это было возможно.

Мистер Бронсон достал из кармана трубку и кисет и замер.

– Он ничего не сможет. То, чем мы занимаемся, не незаконно.

– Никогда не думал, что вы профессор юриспруденции, – пошутил Джаспер, стараясь стряхнуть беспокойство, – слова Кристиансена сильно его взволновали.

– Я не профессор, но, если долго вариться в нашем деле, поневоле возьмешь себе в привычку прежде всего знакомиться с местными законами. Этот болтун способен лишь сотрясать воздух, да и только.

– Возможно, но, если вмешается лорд Фен-тон… он может воспользоваться своими связями, чтобы нас в самом деле закрыли. Графы любят злоупотреблять своим влиянием. Будем надеяться, что он не проявит внезапного интереса к тому, чем его сын занимается по ночам.

– Как вы думаете, давно он играет на деньги отца?

– Не имею ни малейшего представления. Но следует непременно это выяснить. – Как это сделать, Джаспер не знал.

У него не было знакомств в Адмиралтействе, соответственно, и возможности разузнать, когда именно капитан Кристиансен подал в отставку. У Филипа Рэтбоуна связи были гораздо шире, и, вероятно, он мог бы порасспрашивать нужных людей, но это означало, что придется рассказать об игорном доме. Можно было прибегнуть к помощи Джейн и действовать через нее, но Джаспер не хотел втягивать ее в грязные дела. Стало быть, придется придумать что-то самому.

– Он проиграл две тысячи. Я отвлекся на что-то другое, а крупье у рулетки у нас новый, и он не знал, что мне нужно докладывать о таких вещах.

– Две тысячи – крупная сумма. Достаточная, чтобы привлечь внимание графа. – Джаспер устало потер глаза, со дня свадьбы он стал спать еще меньше. – Дядюшка Патрик не стал бы так миндальничать с клиентами.

– Он не то что не миндальничал с ними, он обдирал их как липку, – фыркнул мистер Бронсон.

– Не следует говорить о мертвых плохо.

– Я знаю. – Управляющий сунул кисет в карман. – Джаспер, отправляйтесь домой и поспите. Выглядите вы хуже некуда.

Он вернулся наверх. Джаспер остался один, но к карете не пошел. У него словно бы разом иссякли силы. Джаспер таращился на окружающую его пустоту – на складе по-прежнему ничего не было, кроме кучки так раздражающей Джейн мебели в углу. Это, да еще кольцо дядюшки Патрика, которое Джаспер никогда не снимал, – вот и все, что осталось от его жизни в Саванне. Кольцо дядюшке перешло от проигравшегося оптового торговца табаком. Джаспер не знал, чего еще лишился тот торговец.

Он повертел кольцо. Возможно, ему удалось удержать Кристиансена от полного падения, но сколько человек в Саванне разрушили свою жизнь, а он даже не подозревал об этом?


Глава 6 | Тайна брачного соглашения | Глава 8







Loading...