home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 29

– Это еще кто такие?! – заорала Софи, вжимаясь в одну из металлических башен Ривердрифта и не сводя взгляда с огромных зверей, кружащих в темной бурной реке.

Синевато-серые чудовища походили на огромных отпрысков акулы, аллигатора и угря – длинномордые, с глазками-бусинками и миллионами острых, как иглы, зубов.

И их было пятеро.

– Паннониазавры, – ответила леди Каденс, закатывая рукава жесткого серого пиджака. – Редкая разновидность мозазавров, живущих в пресной воде. Не волнуйтесь, я работаю с этой стаей уже много лет.

Расслабиться было бы легче, если бы в тот же самый момент один из мозазавров не выпрыгнул из воды и не хлестнул леди Каденс массивным хвостом, едва не сбив ее в реку.

– Они просто хотят со мной поплавать, – пояснила та. – Мы часто купаемся по утрам.

– Я тут один не удивлен жутким питомцам леди Каденс? – поинтересовался Киф.

– Они не просто питомцы, – сказала она, раскручивая длинное медное лассо и накидывая его на мозазавра, который пытался ее скинуть.

Напрягшись, она натянула канат и подтащила его конец к широкому стальному столбику на носу корабля. По бокам столба торчали рычаги, а между ними располагалась большая петля.

– Как еще мы поплывем против течения при такой массе? – спросила она, продевая канат сквозь петлю и закрепляя невероятно сложным узлом.

Блик махнул расплывающейся рукой в сторону двух огромных гребных колес на корме.

– Я думал, это их работа.

– Только если идти по течению, – леди Каденс кинула еще одно лассо в сторону оставшихся мозазавров – и никого не поймала, потому что они нырнули. – Сегодня все течения обратятся против нас. Равагог – одно из самых недоступных мест планеты. Поэтому огры его и выбрали.

– Вы хотели сказать «украли», – поправила Софи.

Изначально Равагог был родиной гномов, и назывался он Сиренвалом, но потом огры выгнали прежних жителей, выкорчевали деревья и отравили воду ядовитыми ферментами.

– Когда предстанете перед королем Димитаром, держите подобные комментарии при себе, – сказала леди Каденс, вновь закидывая лассо, – и в этот раз цель она захватила. – Да, он не ваш король, но титул требует уважения. Можете любить его или ненавидеть – но без него вы не освободите свою человеческую семью.

К сожалению, она была права – и, видимо, именно поэтому живот у Софи болел так, будто она проглотила колотый лед. Между тем леди Каденс подтащила вырывающегося мозазавра ближе к стальному столбу и затянула узел через петлю.

Потом она поймала следующего, затем еще одного, пока не привязала всех пятерых. Закончив с ними, она ухватилась за ручки, как за руль велосипеда.

– Все готовы? – спросила она, но дожидаться ответа не стала и с силой наступила на напольный рычаг, поднимая из воды тяжелый серебристый якорь. Напрягшись всем телом, она уперлась ногами в пол и повернула ручки к центру реки, отчего плавучий дом накренился, а мозазавры потянули его в том же направлении.

Киф чуть не пропахал палубу носом, но Софи успела схватить его за руку.

– О-о-о, теперь ты меня ловишь? – спросил он.

– Да уж, что случилось с нашим миром? – Софи вновь подхватила его, когда леди Каденс дернула рычаги в противоположную сторону.

– Лучше возьмитесь за перила, – посоветовал Блик, указывая на приближающиеся пороги.

– Да, сейчас тряхнет, – согласилась леди Каденс.

Плавучий дом был слишком большим, чтобы обойти камни, поэтому они поплыли напрямик, запуская судно в воздух, а потом роняя обратно в воду – вверх и вниз, вверх и вниз, вверх и вниз. При каждом приводнении на палубу брызгала вода, при каждом взлете бил ветер, и Софи пожалела, что не заплела волосы в тугой пучок под стать леди Каденс. Мокрые пряди хлестали по щекам, и Софи подобралась ближе к Кифу – отчасти чтобы спрятаться за его спиной, но в основном потому, что он жался к перилам, как промокшая тряпка.

– Ты как?

– Восхитительно, лучше не бывало. – Лицо у него было серо-зеленым, как вода.

– Пусть выпьет, – велела леди Каденс, кидая Кифу пузырек с молочно-белой жидкостью. – Поможет от морской болезни.

Блик тоже выпил.

– Ух, забористая штука!

– Посмотрим, – сказал Киф, выпив всю жидкость залпом – и чуть ее не выплюнув. – Фу. Я как будто жидкие волосы выпил!

Софи отказалась от пузырька, предложенного леди Каденс. Ей было неприятно, конечно, но в целом ощущения были как на американских горках, куда она ходила с человеческой семьей. И, на удивление, она не разучилась держать равновесие. Наоборот, ей стало легче. Ноги словно инстинктивно знали, как двигаться, куда наступать, чтобы удержаться.

– Это так все себя чувствуют, когда ходят по нормальной земле? – спросила Софи, пересекая палубу и возвращаясь назад, ни разу не пошатнувшись.

– Обычно там посуше, – ответил Блик. Под постоянными брызгами его силуэт стал четче. Он оказался худее, чем Софи думала, а еще ниже – но он отворачивался, скрывая лицо.

– Я на девяносто девять и девять процентов уверен, что умираю, – прохрипел Киф.

– Ох, эликсир не помог? – спросила Софи.

– Если от него в животе должны плавать слизни, то все сработало просто чудесно!

– Вот, попробуй, – леди Каденс кинула Кифу какой-то серый орех. Тот разломал скорлупу, и внутри оказалась красновато-коричневая жидкость, пахнущая горелым чесноком.

Киф поперхнулся.

– Нет, спасибо большое.

Он отодвинул лекарство подальше от носа.

– Кажется, я не выживу, Фостер. И на всякий случай мне нужно тебе кое-что сказать.

Он поманил ее ближе – так близко, что она ощутила его дыхание на щеке, и по коже пробежала новая волна мурашек.

– Знай, – прошептал он, – что я…

– Ох, да заканчивай разводить сопли! – перебила леди Каденс, дергая рычаги влево, чтобы снова сменить курс. – Или глотай желчный орех, или кончай скулить.

– А если проглочу, то смогу скулить, сколько захочу? – заинтересовался Киф. – Потому что оно явно того стоит.

– Да, день будет долгим, – пробормотала леди Каденс.

– Стой, что ты хотел сказать? – спросила Софи, когда Киф закрыл глаза и согнулся сильнее.

Кривя губы в болезненной ухмылке, он ответил:

– Позже расскажу. Я очень стараюсь, чтобы меня на тебя не стошнило.

Софи отскочила.

– Держитесь, – велела леди Каденс. – Мы дошли до первой развилки, а менять реки всегда неприятно.

«Неприятно» – это слабо сказано. Они чуть не перевернулись, когда леди Каденс выкрутила рычаги до упора вправо, и корабль рухнул в узкий приток.

– Вы там мой желудок не находили? – простонал Киф, через силу выпивая желчный орех, как устрицу.

– Сколько развилок осталось? – спросила Софи.

– Три, – ответила леди Каденс.

Киф всхлипнул.

– Пожалуйста, обнимите меня, кто-нибудь.

Бледный, промокший, дрожащий – он явно не шутил. И поскольку саму Софи тоже била дрожь, она подошла к нему, обняла за плечи и утянула вниз, усаживаясь на скользкую палубу и прислоняясь к Кифу.

– Если стошнит – не поворачивайся, – предупредила она, заворачивая их обоих в плащ, чтобы сохранить остатки тепла.

– На самом деле, так чуть лучше, – признался Киф. – Твой плащ пахнет куда приятнее этой несчастной посудины.

– Спасибо…

Его дыхание пришло в норму, а дрожь поутихла. Но несколько сильных волн – и он вновь напрягся.

– Выпей, – леди Каденс бросила ему желтый флакон. – Но сначала зажми нос.

Киф прищурился, разглядывая жидкость.

– Почему оно похоже на мочу?

– Моча келпи – лучшее лекарство от тошноты.

Киф выбросил флакон в реку.

– Нет, лучше уж умереть.

– На следующей развилке ты пожалеешь, – предупредила леди Каденс.

– Очень сомневаюсь.

Но когда плавучий дом свернул на еще более бурную реку, ему стало еще хуже.

– Мне кажется, тебе надо отвлечься, – сказала ему Софи. – Попробуй переместиться в свое счастливое место.

– Я вообще не понял, что ты сейчас сказала. Или ты так предлагаешь телепортировать нас отсюда?

– Если бы. – Телепортировать Софи могла только в свободном падении. К тому же, города огров защищались силовыми полями, и она понятия не имела, как они поведут себя при телепортации. – Но нет, это такая техника визуализации. Нужно представить, что ты оказался в своем счастливом месте, и забыть о происходящем вокруг.

– Какое у тебя счастливое место? – спросил он.

– Думаю, в небе с Силвени.

Ничто не могло сравниться с полетом сквозь пушистые белые облака.

– Неплохо, – заметил Киф. – Сейчас представлю, что я тоже там. Только мы с тобой и Блестящая Попка.

– Блестящая Попка? – переспросила леди Каденс.

– Так Киф зовет Силвени, – объяснила Софи. – Потому что у нее сверкающая шерсть.

Киф ткнул Софи локтем.

– Скажи правду.

Софи закатила глаза.

– Помет у аликорнов тоже сверкает.

– Это главное чудо света, – добавил Киф. – И Блестящая Попка обожает свою кличку, кстати. Почти так же сильно, как меня. Фостер пытается спорить, но я явно ее любимчик.

– У нас ничья, – поправила Софи.

– Ну да, конечно. – Киф закрыл глаза и прислонился головой к перилам. Краска постепенно приливала к его лицу, и он начал расслабляться.

– Помнишь, как мы летели к Высокоморью?

Софи улыбнулась.

– Ага, кажется, ты постоянно ныл.

– У всех свои таланты. Кстати о нытье…

– Никакого нытья в счастливом месте! Ну правда, Киф, постарайся сосредоточиться.

После этого все затихли, и Софи смотрела, как мимо проносятся гладкие зеленые холмы, пытаясь заметить знакомые пейзажи. Равагог был спрятан среди темных зубцов гор, позади массивных железных ворот – хотя цунами Лин разнесло их на кусочки.

И только тогда Софи поняла – ей придется увидеть устроенные ими разрушения.

Даже если мост с воротами отстроили, что-то все равно должно было остаться.

Смытые здания.

Затопленные участки суши.

Могилы.

– Эй, – позвал Киф. – Знаешь, что я лучше всего помню в том полете с Силвени? Тогда ты впервые мне доверилась. По-настоящему доверилась.

И тогда же Киф впервые снял свою маску шута и насмешника и приоткрыл глубокую, серьезную сторону своей личности, которую скрывал ото всех, не позволяя подойти к себе слишком близко.

– Мне нравится, когда ты мне доверяешь, – тихо сказал он.

– Мне тоже.

Он придвинулся чуточку ближе.

– Ты ведь не перестала, да? Даже после…

Софи чувствовала, что, загляни она в его мысли, то найдет в них воспоминание о том, как он украл ее тайник и передал его Финтану, доказывая свою преданность «Незримым». Но сама Софи вспоминала, как проснулась на холодном каменистом пляже и оказалась в новом, темном мире, в окружении обломков прежнего. Тогда она еще не знала, насколько ужасным окажется крах Люменарии. Но понимала, что все изменится – и что Киф был рядом.

Он сбежал от «Незримых» за день до этого и разбил лагерь в темной холодной пещере неподалеку – на случай, если он ей понадобится.

– Не перестала, конечно, – пообещала она.

Он облегченно выдохнул.

– Как-то раз, пока я был с ними…

Слова прервались его стоном, когда леди Каденс направила корабль в последний поворот – по крайней мере, Софи на это надеялась.

– Сейчас умру, – прохрипел Киф.

– Возвращайся в счастливое место. Ты не здесь, ты летаешь на Силвени – и она постоянно твердит мне про «КИФА, КИФА, КИФА».

Улыбка Кифа была абсолютно несчастной.

– Ты в последнее время связывалась с Силвени? – спросил Блик.

– Реже, чем нужно. – Софи должна была связываться с беременной Силвени как минимум раз в день, проверяя, все ли у них с Грейфеллом в порядке, нет ли осложнений. Но на нее столько всего свалилось, что она забывала.

Закрыв глаза, Софи постаралась вытянуть сознание и нащупать связь с аликорнами. Но как бы она ни старалась, в мыслях было тихо.

Может, влияла близость странных силовых полей Равагога.

Может, Силвени спала.

А может, стоило начинать волноваться…

Она постаралась отбросить сомнения – постаралась напомнить себе, что Силвени могла позвать на помощь, если понадобится.

Но горечь все равно плескалась внутри подобно бушующим волнам.

Она поклялась попробовать снова, как только вернется в Забытые города. И если Силвени не отзовется…

– Ты там жива, Фостер? – спросил Киф.

Софи кивнула.

– Как-то не верится. Может, подумаем, что ты мне загадаешь? Ты больше склоняешься к унижению, наказанию или рабству?

– Выбирай рабство, – посоветовал Блик, а в следующее мгновение волна, врезавшая по носу корабля, накрыла его с головой. На долю секунды вода очертила его лицо – и, хотя Софи его не узнала, полные губы и круглые щеки неуловимо кого-то напомнили.

– Может, я украду опросник брачного агентства у Фитца? – предложил Киф.

– Может, нет? – откликнулась Софи, не желая даже представлять, что там может оказаться.

– Ладно, тогда давай я…

– Просто предупреждаю, – перебила леди Каденс. – Отныне все, что вы скажете, услышат солдаты Димитара, поэтому учтите это.

– Мы в Равагоге? – уточнила Софи.

Она не узнавала местность. Равагог, который она помнила, состоял из болотистых пещер и замысловатых зданий, вырезанных в склоне горы. Но вокруг расстилалась лишь безжизненная голая равнина, переходящая в холмистую пустошь.

– Мы на Королевском пути, – объяснила леди Каденс. – Он ведет в закрытую часть города, где стоит личный дворец Димитара. Он показал мне путь, когда понял, что корабль не пройдет через главные ворота. Если бы на мне не было маркчейна, – она достала из-под плаща цепочку, – батальон, размещенный в предгорьях, уже разнес бы нас в щепки.

Холодок побежал по спине Софи, когда она вновь оглядела холмы. Сколько бы она ни искала, но не заметила ни единого огра. Но она даже не сомневалась: они там были, с оружием в руках и готовые открыть огонь.

– Причаливаем, – произнесла леди Каденс, и каждый нерв в теле Софи ожил.

Мозазавры дотянули их до плоского камня, выступающего в сторону воды, и леди Каденс дернула за рычаг, бросая якорь.

– Сколько идти до дворца? – спросила Софи, помогая Кифу подняться.

– Видите проем в скале? – Леди Каденс указала на глубокую расселину всего в сотне метрах от них. – Нам туда.

В тенистом проходе не было ничего грандиозного и роскошного.

Он выглядел мрачно.

И пыльно.

И жалко.

Леди Каденс спрыгнула на пристань, пришвартовала плавучий дом, воспользовавшись жутким крюком, а потом опустила короткий трап.

– ЗЕМЛЯ! – заорал Киф, подтаскивая Софи к ближайшему булыжнику и склоняясь, чтобы его поцеловать. – Плевать, что тут воняет, как утром изо рта. Я остаюсь здесь жить.

– Могу устроить.

Стоило Софи услышать хриплый знакомый голос, раздавшийся из расселины, как ноги отказались подчиняться.

– Что такое? – поинтересовался король Димитар, выходя из темноты, большой, как горилла. Но поступь его была по-королевски грациозна – и совершенно не подходила сгорбленной осанке и излишне длинным рукам. – Не рады встрече?

Король Димитар полностью сливался с пятнистыми камнями вокруг, вплоть до бугристых черт лица. Выделялись только блестящие желтые камни в мочках ушей и полированный металл похожей на подгузник брони.

– Пятнадцать минут, о которых мы договорились, пошли, – сообщил он леди Каденс, почесывая завихряющиеся черные татуировки, венчающие лысую голову. – Давайте, убедите меня, что вас стоит оставить в живых.


Глава 28 | Пепел Атлантиды | Глава 30







Loading...