home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 66

Она исцелила Прентиса.

Не специально. Софи не заметила, что неосознанно проходит этапы исцеления.

Но… Прентис был в порядке.

Потерянный, разбитый, потрясенный.

Но не сломленный.

Он просто прижался к сыну, и они вместе рыдали, пока он не провалился в сон от слабости – в настоящий сон, успокоила их Ливви. Она перепроверила четыре раза.

А еще она заставила Кифа прочитать эмоции Прентиса, чтобы убедиться, не скачут ли они. А Тэм быстро осмотрел его теневую дымку, проверяя, держится ли она в пределах нормы.

А мистер Форкл решил проконтролировать сны Прентиса.

Он больше не рисковал своим рассудком.

Потому что она исцелила Прентиса.

Но он не поправился моментально.

В его мыслях царил беспорядок – раздробленные фрагменты смешивались в беспорядочную, бессмысленную кучу. И как бы они ни старались помочь ему разобраться, хаос никуда не делся.

– Теперь дело за Прентисом, – вздохнул мистер Форкл, присаживаясь рядом с Софи на скамью на веранде. – Только он может разобраться в своем прошлом.

Блик с Призраком уже ушли. Делла тоже. А все остальные собрались на улице, давая Вайли, Прентису и Тиргану побыть наедине и обсудить произошедшее с Сирой.

– Но он ведь вернется к нормальной жизни? – спросила Софи.

– Норма – понятие относительное, – заметил Алден. Он не сводил взгляда с леса, в котором туманная дымка сгущалась час за часом.

Он не выглядел умиротворенным, как ожидала Софи. Скорее, задумчивым.

Фитц, подойдя, обнял отца.

– Теперь у Прентиса есть его здоровье, – сказал мистер Форкл. – И сын. И возможность начать с чистого листа. После изначального надлома сознание продолжает разрушаться, поэтому за прошедшие годы все его воспоминания исчезли. Представьте, как разбиваете стекло камнем. Один удар, и вы с легкостью соберете осколки воедино. А если ударить еще раз? И еще? И еще, и еще, и еще?

В его словах не было ничего удивительного. Но от столкновения с реальностью сердце Софи сдавило.

– И мы ничего не можем сделать?

– Если надеешься на быстрое исцеление, то нет, – покачал головой мистер Форкл. – Но я думаю, что нам всем нужно завести дневники памяти с воспоминаниями о Прентисе и с тем, что мы углядели в его сознании, а еще…

– Не соглашусь, – перебил Квинлин. – Он и так потерял больше десяти лет жизни – зачем терять еще столько же, копаясь в прошлом? Ему нужно восстанавливаться и двигаться дальше.

– Почему бы не попробовать и то и то? – парировала Лин.

– Потому что ничего хорошего из этого не выйдет. Случившееся не изменить. – Квинлин отошел в дальний угол веранды, скользя рукой по перилам. – Мы все видели, что стало с Грейди и Эдалин после смерти Джоли – неужели вы хотите, чтобы с Прентисом произошло то же?

– Мне кажется, пока рано гадать, как он отреагирует на потерю Сиры в долгосрочной перспективе, – тихо заметил Алден. – Но я сомневаюсь, что он захочет ее забыть.

– Я ничего такого не говорил, – возразил Квинлин. – Но он и так помнит достаточно. Подробности только усилят боль. Поэтому лучше рассматривать потерю памяти, как благословление – ведь так оно и есть.

Никто не знал, что на это ответить – даже Софи. Ее убивало, что Квинлин мог оказаться прав – что лучше оставить Прентиса с обрывками воспоминаний, чем причинять ему лишнюю боль.

Она не понимала, почему при мысли об этом становится грустно – точнее, не признавалась себе, пока не оказалась вдали от настойчивой эмпатии Кифа, у себя в постели в компании одного только храпящего Игги и собственных несчастных мыслей.

Где-то глубоко внутри нее теплилась крохотная, отчаянная надежда, что секрет, вынудивший сообщить о «лебединой песне» – секрет, благодаря которому он узнал про Путеводную звезду, – каким-то образом приведет их в Сумрак.

Надежда была глупой, пустой. Но теперь она пропала, и оставалось лишь продолжать искать иголку в стоге сена.

Продолжать ходить в школу и каждый вечер слушать, что они ничего, ничего, ничего не нашли.

У них не было ответов.

Не было плана.

С каждым днем пропасть между ней и человеческими родителями увеличивалась – а «Незримые» становились все ближе к неминуемой победе.


– Я как-то видел один человеческий фильм, – обратился к ней Декс на четвертый день после исцеления, и Софи выронила учебник, который достала из шкафчика.

Она не заметила, как он подошел.

Она вообще мало что замечала. Уже несколько дней.

– Он был про чуму, которая превращала всех в зомби, – продолжил Декс, поднимая учебник. – И они шатались по улицам, гниющие такие, со стеклянным взглядом. Жуткая гадость. Зато забавно было глянуть, чего боятся люди.

– Хорошо, – проронила Софи, закрывая шкафчик. – И зачем ты мне об этом рассказываешь?

– Потому что ты мне их напоминаешь – ну, без кровавых язв, конечно. Серьезно, Фитц подарил тебе коробку воздушных пудингов, а ты даже не покраснела. А еще даже не заметила, в каком виде ты весь день ходишь.

Он отлепил от ее плеча записку, гласившую: «СЛАВА КОМАНДЕ ФОСТЕР – КИФА!»

Софи моргнула.

Декс понизил голос и, убедившись, что никто не подслушивает, спросил:

– Волнуешься о родителях, да?

В горле встал ком.

– Да, хотя так нельзя.

– Почему?

– Потому что у нас столько проблем: сопоридин, например, и…

– Эй, – окликнул он и дождался, пока Софи поднимет глаза. – Никто не запрещает тебе беспокоиться о семье.

В глазах встали слезы.

– Мы потеряли очередную неделю. И я знаю, что Стиратели изменят им воспоминания – но сейчас-то им это не поможет, а ведь они наверняка страдают.

– Понимаю. Но… скорее всего, они даже не понимают, сколько прошло времени, где они и что происходит. Так было и с нами, помнишь? Мы постоянно спали.

– Не постоянно…

– Хватит, – перебил Декс. – Чтобы найти их – и разобраться с остальными проблемами, – тебе нужно сосредоточиться. Признай, есть огромная вероятность, что я прав, и их усыпили. Поэтому попробуй мне поверить и справиться с кошмарами, пока они не начали серьезно мешать, ладно? Просто повторяй: «Они спят, они спят, они спят».

С логической точки зрения в его теории было множество дыр.

Но… в чем-то он был прав.

Софи понятия не имела, через что проходят ее родители – так почему бы не понадеяться на лучшее, а не предполагать худшее?

– Я постараюсь, – пообещала она.

– Давай сейчас, – надавил он. – Закрой глаза и повторяй, пока не поверишь.

Повторять пришлось так часто, что Софи сбилась со счета. Но в конце концов она справилась с волнением и тошнотой, и сознание чуточку прояснилось.

– Продолжай в том же духе, когда начнешь паниковать, хорошо? – попросил Декс. – А если захочешь поговорить, вызывай меня. В любое время.

Она кивнула, и он взял ее за руку и крепко сжал ладонь, а потом вспомнил, что сейчас опоздает на занятие по технопатии, и умчался.

И лишь на полпути на собственные занятия Софи поняла…

Сегодня Декс впервые заговорил с ней – по-настоящему заговорил – с того самого дня, когда случился пресловутый поцелуй.

Слабое достижение по сравнению с до сих пор неразрешенными проблемами. Но Софи была ему рада.

И той ночью она наконец-то полноценно уснула.


Глава 65 | Пепел Атлантиды | Глава 67







Loading...