home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Невероятная Китри

В начале следующего, 1950 года Плисецкая была несказанно обрадована, получив главную партию в балете Людвига Минкуса «Дон Кихот» – Китри, которая считается одной из труднейших во всем классическом репертуаре. Вспомним брошенное ею: «Того глядишь, дадут станцевать что-то новое…» Вот и сбылось!

Для каждой танцовщицы этот любимый зрителями балет – серьезное испытание. В нем присутствует весь богатейший арсенал классики: жизнерадостные, темпераментные танцы в первом акте, академически строгие – в большой сцене «Сон Дон Кихота» и, наконец, знаменитое гран-па третьего акта с его виртуозным па-де-де главных персонажей, Китри и Базиля. Здесь же – и вершина балеринской техники: тридцать два фуэте, всегда с восторгом принимаемые зрителями.

По признанию Плисецкой, ей нравился этот балет потому, что он «танцевально труден и блистателен», и потому, что «гениально поставленная Горским партия Китри эффектна, зажигательна, и балерина может показать в ней все свои возможности».

Своей популярностью у любителей балета этот старый шедевр обязан прежде всего удачной хореографии А. Горского, считают и критики. Но музыка, почему забывают о музыке?.. Бравурная, зажигательная музыка Людвига Минкуса, мелодичная и ритмичная одновременно – она не оставляет равнодушным никого из услышавших ее впервые. А если еще и сопровождается великолепным танцем в исполнении лучшей в мире Китри, то успех балету обеспечен.

Молодая балерина с головой окунулась в работу. Репетитором была Елена Ильющенко, по словам Плисецкой, «острая на язык, всегда невозмутимая, аккуратная». На репетициях она называла Майю не иначе как «стихией», и было отчего. Педагог не признавала никакой отсебятины и боролась за чистоту танца – такого, каким его сочинил хореограф. Но балерина все-таки смогла сказать в нем свое слово!


«Спектакль прошел успешно. Я была на подъеме. Легче работается, репетируется, когда тебе не строят каждодневно козни. Тассовское упоминание фамилии “Плисецкая” в коммюнике о праздничном концерте в день рождения Сталина продержало меня на плаву добрых полгода.

Были на премьере и курьезы. В первом акте, заканчивая в вариации туры по диагонали, я утеряла равновесие и в финальной точке оказалась идеально в музыку на полу. Словно так только и нужно. Век будешь репетировать, а такое не отчебучишь. Публика оценила мою находчивость и хлопала всласть. В сцене “Сон” я опоздала на восемь тактов с выходом – режиссеры не предупредили, что ”Сон” идет тотчас вслед за ”Лесом”. Я услышала музыку, побежала к кулисе. Пробежка уложилась ровно в восемь тактов. Но и это вполне обошлось. Амур к девятому такту разворачивается лицом ко мне, а я тут как тут. Словно он меня вызвал. Все гладко. В финальном па-де-де двадцать восемь фуэте прокрутила идеально, а на последние четыре повело в сторону. Финальная поза пришлась не на центр» («Я, Майя Плисецкая»).


Впрочем, это все от излишней придирчивости к самой себе и стремлению к совершенству. Дебют в «Дон Кихоте» прошел блестяще!

«У Майи был особый талант, и где бы она ни находилась, сразу становилось ясно: она – первая, она – звезда, – вспоминает Э. Кашани. – Когда она танцевала в «Дон Кихоте», с первого ее выхода и до конца первого акта стоял беспрерывный гром аплодисментов. Только она появлялась на лесенке с веером – зал начинал реветь».

И действительно: первый акт в этом балете благодаря Плисецкой превращался в ослепительный танцевальный каскад. Выходная вариация исполнялась ею на одном дыхании и всегда шла под бурные аплодисменты – такие, что балерина даже не слышала музыку до самого ее конца.

Остается добавить, что, пожалуй, ни одна исполнительница партии Китри не достигала такого технического совершенства, как Майя Плисецкая. Она буквально парила в воздухе в прыжках, пересекала сцену в стремительных вращениях, замирала в высоких поддержках на одной вытянутой руке партнера…

«Взгляните на нее в «Дон Кихоте», взлетев и откинувшись назад, она видит свою стопу. Сегодня так делают все (кто может), первой так взлетела Плисецкая», – писал Василий Катанян. «Знаменитый выход Плисецкой в «Дон Кихоте» был найден ею заново, это были ее движения, ею изобретенные позы, она изменила прежний рисунок танца, – подчеркивал Борис Львов-Анохин. – Теперь найденное ею повторяют многие, даже, может быть, не подозревая, что впервые все это было воплощено Плисецкой».

– Некоторые вещи, которые я делала, вызывали скандалы. Сегодня же эти скандалы объявлены классикой, – говорила сама Майя Михайловна.

Первым Базилем Китри-Плисецкой стал Юрий Кондратов – один из лучших танцовщиков и балетных партнеров своего времени, что Майя сразу оценила и всегда признавала. Позднее в паре с ней на сцену выходили и другие Базили, и один из них – молодой Марис Лиепа. Еще непривычно худощавый и темноволосый, но уже узнаваемый Марис, потому что яркая индивидуальность видна сразу, он с заметным обожанием глядит на Китри-Плисецкую во время их танца в первом акте. Как замечательно, что кинопленка смогла сохранить для нас такие чудесные мгновенья!


Майя Плисецкая. Богиня русского балета

Майя Плисецкая со своим первым мужем Марисом Лиепой в балете «Спартак». 1971 г. Фотограф – Георгий Соловьев


По счастью, сохранилось несколько записей выступления балерины в первом акте «Дон Кихота», и всегда это настолько феерично, виртуозно и хореографически чисто, что ничего, кроме восторга, вызвать не может.

Прислушаемся вновь к профессиональному мнению балетоведа:

«Прыжки Плисецкой в “Дон Кихоте” и некоторые другие особенности ее образной пластики стали входить в арсенал выразительных средств нашего балета. До Плисецкой в женском танце не было таких больших прыжков с прогибом корпуса в воздухе и длительной задержкой позы в полете. После ее ”Дон Кихота” им стали подражать, и теперь они уже довольно широко распространены. Так же стали подражать и волнообразным движениям рук Плисецкой в партии Одетты. Конечно, в точности эти индивидуальные, характерные движения балерины повторить невозможно. Но то, что она обогатила лексику советского балета, несомненно» (Н. Рославлева. «Майя Плисецкая», 1968).


Наверно, многим исполнительницам партии Китри хотелось подражать Плисецкой, но можно ли повторить ее невероятное обаяние в этой роли? А легкое, кокетливое покачивание головой в танце ее Китри рядом с Базилем? И, само собой, ее феноменальную технику…

Вспоминая свой дебют в любимом балете, Майя Михайловна подчеркнула один интересный момент.


«Был и еще один зритель, что стало известно мне много позднее. Тринадцатилетний Рудольф Нуриев, оказавшийся ненароком проездом в тот вечер в Москве. Когда петербургские друзья позднее рассказали мне это, я поинтересовалась его реакцией.

– Нуриев после первого акта плакал, – был ответ.

При встрече я спросила у Руди, правда ли это либо лишь дружеское преувеличение.

– Неправда. Я не плакал, я рыдал. Рыдал от счастья. Вы устроили пожар на сцене…» («Я, Майя Плисецкая»).


В начале марта 1950-го Рудольфу не исполнилось и двенадцати. Этот мальчик, постоянно живя в Уфе в довольно бедной семье, был «ненароком» проездом в Москве и попал на премьеру «Дон Кихота» с Плисецкой, чтобы рыдать там в антракте? Да так, чтобы все заметили и спустя годы вспомнили рыдающего на премьере Плисецкой мальчика-Нуреева… Сомнительный факт.

Это не единственная легенда касательно пары Плисецкая – Нуреев.

«Прежде чем сесть в поезд на Ленинград, он помчался в Большой театр посмотреть Плисецкую в первом акте «Лебединого озера», – сообщает британский автор Диана Солуэй в своей книге о Рудольфе Нурееве. Автор, пишущий о балете, кажется, нисколько не подозревает о том, что Одетта, героиня Плисецкой, не участвует в первом акте «Лебединого», появляясь на сцене только во втором!

Когда закрылся занавес, все коллеги дебютантки, кто находился на сцене, разразились аплодисментами. Взволнованная и оживленная Галина Уланова зашла за кулисы, одарив Майю приветливыми словами и книгой о Марии Тальони с надписью на титуле: «Майе Плисецкой желаю большой жизни в искусстве». Настоящие мастера в искусстве и литературе всегда щедры на поддержку талантов. Злобны и завистливы к собратьям по сцене или по перу обычно бездари и графоманы. Факт, увы, известный.

«Я очень люблю ее в роли Китри в балете «Дон Кихот», – писала Галина Сергеевна о Майе Плисецкой. – Здесь по-настоящему проявляются ее сценический темперамент, отличная техника, порыв, сверкающий красками молодости всепобеждающий оптимизм».

Много лет прошло с тех пор, как Майя Плисецкая впервые вышла на сцену в партии Китри, но неизменно на каждом спектакле в течение многих лет зрительный зал замирал перед ее выходом, чтобы разразиться оглушительными овациями. На «Дон Кихот», в котором танцевала балерина, невозможно было достать билеты. Феноменальный, многолетний успех!


Трудные годы | Майя Плисецкая. Богиня русского балета | Заслуженная артистка







Loading...