home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 30

Сыщик вышел от Стаса в глубоком раздумье. Теперь он почти догадался, кто и почему убил Веронику, покушался на Киселева и столкнул его самого с обрыва.

— Искать Марину было бессмысленно, — произнес он одними губами. — Бесполезно с самого начала. Или… наоборот? Она-то мне и нужна!

В голову пришло тепличное хозяйство в Зеленой Роще, мнимый офис, где производился мнимый подбор работников.

— Зеленая Роща, — пробормотал Всеслав. — Как бы не так! Ха-ха!

По дороге домой ему позвонила Ева.

— Я все поняла, — выдохнула она в трубку. — Приезжай скорее.

«Ну вот, — подумал он. — Все нити сходятся, все линии пересекаются в одной точке. Наступает развязка: последний акт драмы, трагедии или фарса. Что ожидает нас на сей раз?»

Ева встретила его утомленная, но счастливая, с горящими глазами. Азарт преследования сродни опьянению, и она уже вкусила этого крепкого напитка, не оторвешь.

— Иди сюда, — она потащила Славку за руку в кабинет, к разложенным на столе вышивкам, выбрала ту, что дала дочь Лукерьи, Федотья Хлебина. — Смотри! — и ткнула пальцем в другую, выполненную робкими стежками, неумелой рукой Яны Хромовой. — Похожи?

Сыщик склонил голову набок, прищурился.

— Только общей картиной. Исполнено по-разному.

— Это ерунда! Яна Хромова обо всем догадалась! Понимаешь? Она с детства проводила много времени с Лукерьей, слушала ее байки… и мечтала о чуде. Судьба подарила ей шанс, которым она не сумела воспользоваться.

— Какой еще шанс?

— Ей попалась в руки книга Дмитрия Бальзаминова «Египетский крест»! Она ее прочитала и… догадалась, где последний магистр Ливонского ордена спрятал вместе с прочими атрибутами реликвию братства — печать Тутмоса. Никто не стал бы ее искать на берегу далекой русской реки, в диких, заснеженных краях, где свирепо воют метели и трещат от стужи леса. Яна как-то сообразила, что вышивка — не просто напоминание о несчастной любви молодого поляка и русской крестьянки. Вот почему…

Ева пересказала все, о чем она думала эти несколько часов, пока Смирнов отсутствовал.

— Выходит, пару лет назад Яна ездила в Рыбное вовсе не из ностальгических побуждений? Она искала «склеп»! — заключил сыщик. — Он не мог быть сложно устроен или слишком глубоко запрятан, ведь посланец братства должен был в одиночку не только добраться до тайника, но и доставить реликвии куда следует. По-видимому, Хромова не зря рылась в сундуке Лукерьи, болтала со старухой ночи напролет… тогда она и обнаружила «склеп». Теперь ясно, откуда у нее деньги: продала часть вещей из тайника через анонимный аукцион в Интернете, а на вырученные средства приобрела недвижимость и открыла счет в банке. Хромов говорил, счет особый, на предъявителя. Она даже не представляла себе настоящую стоимость реликвий, иначе запросила бы за них… впрочем, мы не знаем, какую она назначала стартовую цену и что получила реально. В любом случае немало!

— Аукцион в Интернете? — переспросила Ева.

— Во Всемирной информационной сети существуют теневые каналы сбыта и приобретения, при использовании которых и продавец, и покупатель могут оставаться неизвестными. Однако если заинтересованные лица прятались за занавесом, то вещи — антикварные раритеты — «засветились».

— И члены братства начали разыскивать источник! Хромова недооценила угрожающую ей опасность. Но… зачем же она устроила это представление с магазином и «шифрованными» сообщениями, с письмом, наконец? У нее в руках была печать Тутмоса…

— …и госпожа Хромова не посмела выставить такую вещь на аукцион! — закончил ее мысль Смирнов. — Духу не хватило. Она решила не продавать бесценную реликвию, а вернуть ее ордену, который давно вступил в период активности. Отдать не просто так, а за миллион долларов. Смешная цена! Очевидно, Хромовой такая сумма показалась огромной.

— Поэтому ее и убили! — горячо воскликнула Ева. — Почерк «Алой маски» подделали, чтобы отвести подозрения. Об этих убийствах весь город гудел!

Сыщик покачал головой, в затылке заныло: напомнила о себе боль.

— Думаешь, не хотели платить? Или отомстили за разорение «склепа»? Вряд ли. Тут другое… Магазин «Азор», выставленная во всех отделах книга и рекламный текст в Интернете призваны были привлечь внимание посвященных в тайну. Кстати, разве Хромова сумела бы придумать такое иносказательное письмо и условную фразу? Допустим, да. Но откуда о пароле узнал бы получатель?

Еве стало жарко, щеки горели, во рту пересохло.

— Ты намекаешь, что Хромова… что в «склепе» могла быть инструкция, как следует поступать? — спросила она. — Бальзаминов говорил про манускрипты… Нет! Яна бы их не прочитала, она не знает ни немецкого, ни латыни, ни…

— В Москве полно профессиональных переводчиков, в том числе и с латыни. Нести кому-то старинный манускрипт она бы не рискнула, а вот отсканировать, например, потом распечатать и заплатить за перевод… вполне безопасно.

— Если Хромову убили из-за печати, то кто приходил в магазин за письмом? Где реликвия? Кто под видом монаха посетил Валерия, и, главное, с какой целью? Ведь печать уже забрали!

— Откуда это известно? — возразил сыщик. — Кроме того, из твоей версии выпали Марина, Вероника и Стас. Не забывай, на Хромовых мы вышли, расследуя внезапное исчезновение Марины Комлевой.

Ева молчала, понуро глядя в окно, где совершенно не в лад ее настроению ясно и весело синело зимнее небо. Она сама знала о слабом месте в своих рассуждениях. Девушек из Шахт и Киселева, их столичного покровителя и незадачливого почитателя Молоха к истории с деревней Рыбное, вышивкой и печатью Тутмоса Великого уж никак не привяжешь.

— Ну, и что нам теперь делать? — вздохнула она. — Ой! Я же совсем забыла про Войтовского!

— Это еще кто?

Ева рассказала.

— Понимаешь, он наверняка ищет печать! — заключила она. — Похоже, тот поляк, умерший на руках золотошвейки, его родственник… дальний. Вот, взгляни, вензель! — Ева показала на вышивке две буковки В. — Какой-нибудь Войцех или Вольдемар Войтовский… что-то в этом духе. В архивах рода, в семейных преданиях могли сохраниться какие-то подробности о тех событиях. Вдруг наткнемся на подсказку? Не исключено, что нынешний Войтовский и убил Хромову! Чтобы избавиться от конкурентки.

— Предлагаешь побеседовать с ним? — рассеянно спросил Всеслав. Он почти не слушал, занятый своими мыслями.

— Яна нам уже ничего не скажет. Надо хотя бы Войтовского расспросить! Жаль, у меня только его электронный адрес.

Смирнов расслабился и закрыл глаза. Если они с Евой мыслят правильно, то за последние год-полтора как минимум на рынке антиквариата — пусть даже виртуальном — должны были появляться ценные вещицы не «моложе» шестнадцатого века.

— Ты что, уснул? — возмутилась Ева.

— Прости. Я думаю… а не позвонить ли мне…

Он не договорил, начал набирать номер опытного знатока антиквариата, с которым давно сотрудничал. Тот оказался дома, — лежал с приступом радикулита, — и охотно согласился ответить на вопросы Смирнова. Да, на протяжении прошлого года и чуть раньше на Интернет-аукционе было продано несколько дивных раритетов: два серебряных ковчежца, ларчик из черного дерева с символами магии, четки из восемнадцати камней и кораллов — вещи весьма дорогие, скорее всего, ушли в частные коллекции. Еще пару вещиц продали через галерею «Антик» по минимальной цене. То ли продавец оказался несведущим, то ли вещи ворованными… хотя в перечень краденого антиквариата их не включили. Галерея, прежде чем выставить что-либо на продажу, обязана проверять «биографию» ценного товара. Так положено.

Ева слушала, боясь пропустить слово. По репликам Славки она сообразила, что их версия нашла подтверждение.

Он закончил разговор и погрузился в транс: в груди нарастал жар, ум отказался работать — такое состояние было сродни ожиданию прозрения, которое должно прийти само собой, без каких-либо усилий. Почти все возможное уже сделано, и настала пора подсознательной идеи, на первый взгляд абсурдной и невероятной. Она выплыла из хаоса мыслей, как луна из облаков.

— Черт с ним, придется рискнуть, — пробормотал Смирнов. — Других вариантов просто нет! Давай пиши. Будем надеяться, Войтовский именно тот, кто нам нужен, и часто проверяет почту.

Ева вопросительно уставилась на сыщика.

— Что писать-то?

— Погоди! Там, в письме, которое оставила в магазине Хромова, должен быть электронный адрес для связи.

— Есть… — удивилась Ева. — Только кому писать?

Смирнов дотронулся до подаренного ею кулона из ляпис-лазури с выбитым на камне египетским иероглифом «истина» и неопределенно хмыкнул.

— Истина всегда на поверхности, — сказал он. — А мы, подобно пилигримам, проходим длинный тернистый путь, чтобы убедиться в этом. Хочу проверить свою интуицию.

— Включить компьютер?

— Пиши пока на бумаге, потом разберемся.

Ева молча взяла ручку и приготовилась.

— Пиши, — повторил Смирнов. — Здравствуй, моя дорогая! Это Стас. Поделишься со мной деньгами? Тогда я буду молчать о твоем шраме и прочих «интимных подробностях». Помнишь, как я спас тебя? Разве пара сотен тысяч долларов — большая плата за жизнь? Сущая безделица! Надеюсь, ты не забыла о том, как мы снимали наши любовные встречи, моя пылкая вакханка? Видео записи и мое молчание ты получишь только в обмен на деньги, иначе… Ты ужасно меня разозлила своей дурацкой выходкой в метро! Поэтому даю тебе ровно сутки: положишь деньги в камеру хранения Казанского вокзала, в ячейку… — сыщик назвал номер одной из нескольких ячеек, которые иногда использовал в подобных целях. — Время пошло!

— Подпись будет?

— Зачем? И так понятно, от кого послание.

— Ты с ума сошел! — возмутилась Ева. — Думаешь, Марина жива и сможет прочитать эту белиберду? Откуда ей знать адрес электронной почты, указанный в письме?

— Вдруг никакого письма и вовсе не было? — парировал Всеслав. — Вера Петровна запросто могла его выдумать, а ты и поверила. Почему бы тебе не поверить и в то, что наше послание попадет по адресу и его прочитают? В этом деле мы двигаемся наобум, вслепую… но пока в правильном направлении. Иначе меня не пытались бы столкнуть с обрыва. Для тщательной проработки плана действий нет ни минуты.

— С каких это пор ты так торопишься?

— Не нравится мне монашка, которая приходила в магазин и спрашивала о письме! Плохая примета.

Ева нервно покусывала губы, решала в уме какую-то задачу.

— Выходит, мы занимаемся шантажом? — она покраснела от негодования. — Вымогательством? Какая еще камера хранения, ячейка? Ты всерьез полагаешь, что кто-то принесет и положит туда деньги?

— Со злоумышленником следует говорить на его языке, так он лучше нас поймет, — уверенно заявил сыщик. — Речь идет не о деньгах, а о том, чтобы послание выглядело правдоподобно. Убийца умен и дьявольски хитер, он отлично сознает, что шантажист входит во вкус, и остановить его лучше сразу. То есть… убить. Одним трупом больше, одним меньше, какая разница? Между прочим, он уже покушался на Стаса! Что ему стоит повторить попытку, теперь наверняка?

— Интересно ты говоришь… он! Сам ведь подозреваешь в убийствах женщину?

Смирнов покачал головой.

— Убийца есть убийца. Он, она… пол тут ни при чем.

— Хорошо. Допустим, Марина — подозреваемая. Это ее видели в общежитии в тот день, когда погибла Грушина. Понятно и то, почему Вероника открыла дверь комнаты и впустила убийцу: она не опасалась подруги. Но ведь в метро ты тоже погнался за женщиной в оливковом пальто, и напрасно. Вообще, какое отношение Марина имеет ко всей этой истории? Почему именно она?

Сыщик улыбнулся, ответил вопросом на вопрос.

— Началось-то все с нее? Ты же сама говоришь, что случайностей не бывает. Мы сделали большой круг, как заблудившиеся в лесу грибники, и вышли на то самое место, откуда отправились в путь.

— Кто тогда убил Яну Хромову? Марина? За что? Ни про печать Тутмоса, ни про розенкрейцеров, ни тем более про вышивки она знать не могла.

— Не имеет значения, — сказал Смирнов. — Если Комлевой нет в живых, как ты склонна считать, то где же тело? Она просто ушла из общежития и не вернулась.

Ева не смогла ответить. Она наморщила лоб, но и это не помогло.

— Откуда тебе известно, что они со Стасом были любовниками, и про видео? Он тебе рассказал?

— Нет, конечно. Я сам придумал, для усиления эффекта!

— Марина же не дура, она сразу поймет…

— Кем бы ни был убийца, он надеется, что Стас мертв. Думаю, того факта, что Киселев живехонек, да еще и намекает на «интимные подробности», будет достаточно для женщины, которая решила отправить его на тот свет. Она и раньше имела на то причину, а теперь эта причина не удвоится, а утроится! Когда преступника загоняют в угол, он превращается в дикого зверя и руководствуется не разумом, а слепыми инстинктами хищника. Он пойдет на все, лишь бы спастись.

Ева имела свое мнение на сей счет. Никто не может превратиться в дикого зверя, не будучи им изначально. Просто зверь дремлет до поры до времени и просыпается в определенных обстоятельствах, обнажая звериный оскал.

— Стас знает о твоих художествах? — серьезно спросила она. — Ты же его подставляешь! Сначала прячешь от всех, заставляешь притворяться покойником, потом используешь как живца.

— Не самый плохой вид охоты, — ничуть не смутился сыщик. — Что прикажешь делать, когда нет времени на раздумья? Дать убийце ускользнуть? А как же обязательства перед клиентом?

У Евы не было уверенности, что их послание вообще кто-либо прочтет, и она высказала вслух свои сомнения.

— Я рассчитываю на жадность того, кто рискнул запросить миллион у Ордена Розы и Креста, — объяснил Всеслав. — Даже если братство проигнорирует столь наглый вызов, непременно найдутся желающие приобрести печать Тутмоса, ведь содержание письма, которое забрал неизвестный, составлено таким образом, чтобы рассеять сомнения в его подлинности. Тот, кто предпринял эти усилия и хочет получить деньги, будет ждать ответа и, следовательно, проверять почту. Поверь мне!

— Значит… о письме знал кто-то еще, кроме Хромовой? Вера Петровна! Вдруг она показывала содержание письма не только мне?

Смирнов хитро прищурился.

— К ней мог явиться монах, как к Валерию Хромову… против гипноза пышная дама не устояла бы.

— О-о, сколько сарказма! — фыркнула Ева. — Между прочим, зря! Монах не монах, а монахиня к Вере Петровне приходила и называла пароль.

— Прямо не книжный магазин, а явка подпольной организации «Молодая гвардия»… вернее, «Монастырская гвардия», — сыщик довольно захохотал. — Здорово я придумал?

Ева надулась. Манера Смирнова смеяться над самыми серьезными вещами ужасно раздражала ее.

— Будет смешно, если твое «липовое» послание никто не получит! — огрызнулась она. — То-то я повеселюсь!

— Подумаешь! Ну, допустим, я ошибся, и письмо придет на бесхозный ящик, полежит там без толку, этим все закончится. Придется искать другой способ выманить убийцу из его норы. Хотя я почему-то уверен в успехе нашего плана.

— Твоего.

Сыщик кивнул:

— Ладно. Глупо отказываться от авторства такой гениальной идеи! Вот увидишь, как только мы отправим письмо… Стасу останется жить считаные часы. Нужно принять меры безопасности. А для подстраховки… давай напишем Войтовскому.

— Диктуй, — сдалась Ева.

В конце концов, у нее нет собственных предложений, так пусть хоть Славка проверит свои догадки. Она уже не раз убеждалась, что его головокружительные и порой нелепые планы отлично срабатывают.

— Господин Войтовский! — со значением произнес Всеслав. — Если вы до восьми вечера позвоните по этому телефону, — он продиктовал номер своего мобильника, — то я расскажу вам, где находится печать, которую вы ищете. Надеюсь, предупреждать вас о строгой конфиденциальности не стоит. Я профессионал, и перехитрить меня вам вряд ли удастся.

Ева подняла на него горящие азартом глаза.

— Отсылать оба письма? Прямо сейчас?

— А зачем тянуть? Конечно. И тогда нам останется… ждать.

— Но как же Стас? — заволновалась она. — Его надо предупредить.

— Это моя забота.


Глава 29 | Хозяйка книжного магазина | Глава 31







Loading...