home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 5

— Ищите женщину! — засмеялась Ева. — В нашем случае это знаменитое выражение приобретает несколько иной смысл. Если женщина исчезла, за этим кроется сложная и запутанная история. Далеко не всем по зубам докопаться до истины.

— Надеюсь исключительно на подаренный тобой талисман, — пошутил Смирнов, прикасаясь к кулону из ляпис-лазури с выбитым на нем египетским иероглифом «ИСТИНА».

Он не расставался с этим украшением на золотой цепочке, пряча его от посторонних глаз под рубашкой.

— Стой! — воскликнула Ева. — Погоди-ка…

Она вскочила из-за стола, за которым они завтракали, и подошла к окну, уставившись на падающий снег.

— Что случилось?

— Не отвлекай меня… ты сейчас сказал важную вещь, я чувствую, но… не могу сосредоточиться.

— Ладно!

Он не стал мешать Еве думать, набрал в тарелку вторую порцию нежнейшего омлета с грибами и паприкой и принялся уплетать за обе щеки.

Всеслав и Ева прекрасно дополняли друг друга: он олицетворял логическую и оперативную сторону сыска, она же — интуитивную, духовную. Благодаря Еве Смирнов понял одно: имея дело с человеком, нельзя игнорировать его душевные порывы, его внутренний мир, в котором зарождается и зреет все, что потом появляется на подмостках жизни, — и творчество, и любовь, и… преступления. Увы, увы! В сущности, способность проникать в «потемки» чужой души сделала бы работу сыщика быстрой и легкой.

— Какая идея пришла в твою очаровательную головку, дорогая? — спросил он, покончив с омлетом.

Ева со вздохом вернулась к столу, села. Аппетит у нее пропал.

— Следует обращать особое внимание на самую первую мысль! — с нажимом произнесла она. — Что ты сказал после моей фразы о «сложной и запутанной истории»?

Сыщик пожал плечами.

— Ничего.

— А вот и нет! — Ева многозначительно подняла вверх указательный палец. — Ты упомянул Древний Египет!

— Разве? По-моему, я просто намекнул на талисман…

— Не спорь! — сердито перебила она. — На кулоне есть иероглиф, который в Древнем Египте обозначал истину. Значит…

Ева не смогла закончить мысль.

— Что?

— Пока не знаю. Но Египет всплыл неспроста.

— Конечно, — Смирнов спрятал улыбку. — Он будет всплывать каждый день, потому что я не снимаю цепочку, на которой висит камешек с иероглифом! И ты можешь созерцать его даже ночью, во время любовных ласк.

— Напрасно иронизируешь, — надулась Ева.

— «Молох» не имеет отношения к Египту, — заметил сыщик. — Ведь так? Это ненасытное финикийское божество, связанное с природой и солнцем, постоянно алчущее жертв! А финикийцы, как гласит история, жили на восточном побережье Средиземного моря. Правильно?

Она раздраженно кивнула.

— Видишь, какой я умный?

Ей стоило больших трудов приучить Смирнова пользоваться словарями и энциклопедиями, но наука пошла ему впрок.

— Ты уже ходил туда… в тот ужасный клуб? — спросила Ева.

— Нет, и не пойду! Никто мне там ничего не скажет. По-твоему, они признаются, что по их вине пропала какая-то женщина? Да и где доказательства? К ним приходят десятки людей, ради любопытства, потом уходят, и все в порядке.

— А проклятие?

— Не более чем устрашающий ритуал, я уверен. Таких заведений в городе полно — экзотика с приправой черной магии нынче приносит невиданные дивиденды! Должны же члены общества «Молох» напустить страху на людей, жаждущих острых ощущений? Это коммерция, дорогая Ева. Спрос порождает предложение.

— Не боятся же люди таким образом деньги зарабатывать?! — возмутилась она.

— Они хоть не берутся снимать порчу и не обещают излечение от всех болезней. А деньги посетители платят добровольно, за вход. Хочешь, раскошеливайся, не хочешь — иди себе восвояси. По крайней мере это не грабеж и даже не лохотрон. Тебе предоставляют свободу выбора.

— Выходит, этот «Молох» — еще один способ выкачивания денег у простаков?

— Думаю, да. Некое подобие «Комнаты страха» для увлекающихся мистикой представителей среднего класса. Толстосумы — не их контингент: тех повсюду сопровождает охрана, и заведения они посещают исключительно шикарные. Какой-то «Молох» им не по уровню. Ну а среднестатистический гражданин нашим жрецам финикийского божества неинтересен, как и они ему, — плата «кусается», выпивки не подают, закуски тоже.

— Остришь? — блеснула глазами Ева. — Как бы пожалеть не пришлось!

— Давай сделаем разведку, — примирительно предложил Смирнов. — Изберем путь компромисса: навестим не поклонников Молоха, а Елкина. Того самого друида, который пригласил Стаса с девушками в сие сомнительное заведение. Я кое-что накопал по своим каналам, попробую прижать его, прощупать, чем дышит. Согласна составить мне компанию?

Ева обрадовалась. Хоть какое-то развлечение!

— Будешь еще омлет? — спросила она.

Не терпелось убрать со стола и заняться более интересным, чем кухня или уроки испанского языка, делом.


Через час, замерзшие, все в снегу, Смирнов и Ева позвонили в дверь большой коммунальной квартиры. Открыла сгорбленная седая старушка в папильотках, вытертом бархатном халате зеленого цвета и меховых тапочках.

— Вам кого? — прошамкала она, прикладывая руку к уху. — Говорите громче!

— Нам нужен Платон Елкин! — изо всех сил гаркнул Всеслав.

Старушка указала в глубину темного захламленного коридора.

— Третья дверь справа. Стучите сильнее, он музыку слушает в наушниках.

Горбунья шаркающей походкой скрылась в кухне, откуда неслись запахи жареной картошки.

Всеслав и Ева остановились у двери Елкина, переглянулись.

— Какая проза, — прошептал сыщик, скорчил забавную гримасу. — Никакой мистики, сплошной быт!

Стучать пришлось долго. Наконец дверь отворилась, и на пороге показался высокий, худой молодой человек в майке и спортивных штанах, на его шее висели наушники, а длинные волосы были заплетены в косички. На конце каждой косички красовался желудь. Вид у Елкина оказался настолько комичным, что Ева прыснула, спряталась за спину Смирнова и зажала рот ладошкой.

— Вы кто? — бесцеремонно разглядывая незваных гостей, спросил друид.

Если бы не желуди, ничто не говорило бы о его принадлежности к касте древних кельтских жрецов.

— Мы от Стаса Киселева, — ответил сыщик, напирая грудью на Елкина. — Можно войти?

Тот посторонился, пропустил гостей в комнату. Жилище друида походило на лесной питомник, устроенный в городской квартире, — все свободное пространство занимали кадки, бочонки, керамические горшки и ведра, наполненные землей, в которых росли карликовые деревца и кусты. По стенам вились лианы, с потолка свисали зеленые шары омелы — священного растения кельтов. Пахло, как в теплице ботанического сада.

— Ого! — не удержалась Ева. — Это все живое?

— Кроме омелы, — важно кивнул головой хозяин комнаты. — Она прекрасно сохраняется, если ее сорвать в нужное время.

Елкин с трудом нашел место, где можно было присесть: гости расположились на крохотном диванчике, наполовину заваленном книгами о растениях и пучками сухих трав. Всеслав хранил молчание и только оглядывался по сторонам, Ева пожирала глазами лежащий на деревянном блюде небольшой камень. Вокруг него стояли полуобгоревшие свечи, а сам камень напоминал обычный булыжник.

— Это обломок Стоунхенджа, — удовлетворил ее интерес Платон Елкин, — храма, где жрецы кельтов отправляли тайный культ Солнца. Они собираются вокруг своей святыни по сей день! — В его голосе зазвучал пафос. — Мне друг привез камень от самого подножия великих столбов!

— Что вы говорите! — изобразил восхищение сыщик.

На самом деле камень мог быть подобран в ближайшем дворе и преподнесен доверчивому друиду в качестве реликвии. Скорее всего, так и было.

Ева разделяла мнение Смирнова, и они понимающе переглянулись. Елкин воспринял их реакцию по-своему.

— А вы… собственно, по какому поводу? — спросил он.

— Мы как раз интересуемся тайными культами! — заявила Ева. — Хотели попасть на «черную мессу», но не получилось: везде одна надуваловка. Настоящий обряд никто так просто не покажет. А Стас говорил, вы ему помогли увидеть нечто потрясающее!

Друид растерялся. С одной стороны, удача шла ему в руки; с другой… чувствовалась в этих людях некая неуловимая уверенность в себе. Такие обо всем имеют собственное мнение и трудно поддаются «магическому» воздействию. Стоит рискнуть или лучше воздержаться?

— Не возьму в толк, о чем вы? — притворно удивился Елкин. — Да, я водил Стаса в лес, к священному ясеню… показывал энергетику деревьев. Я вообще предпочитаю общаться с растениями. Это гораздо приятнее, чем с людьми: набираешься сил, очищаешься от скверны, которой нахватался в городе. Знаете, какая у меня мечта? Переселиться в деревню, раствориться в природе…

Смирнов слушал витиеватый монолог друида, испытывая острейшее желание задать ему парочку серьезных вопросов.

— Мак в огороде посеять, коноплю, — невинно добавил сыщик. — А что? Пироги печь с чем-то надо? Да и масло конопляное — весьма полезный продукт.

Елкин выпучил глаза, покраснел и взмахнул длинными и тощими, как плети, руками. Он порывался встать, но под взглядом гостя осел, поник.

— Некоторые растения имеют столь чудесные свойства, что из-за них можно попасть не только в нирвану, но и за решетку, — угрожающе произнес Всеслав. — А то и в мир иной! Донесу Коке на тебя, мол, травкой приторговываешь на его территории нелегально, клиентов сманиваешь. Догадываешься, что он с тобой сделает?

Лицо друида, и так не отличающееся здоровым цветом, позеленело. Ему было хорошо известно, как Кока — монополист по распространению любого зелья и порошка в этом районе — поступает с конкурентами. Елкин старательно соблюдал меры безопасности, но… наркоманы народ ненадежный, видно, сболтнул кто-то. «Под кайфом» был и сболтнул. Или заставили.

«Лесной брат» судорожно глотал, пытаясь справиться с комком в горле. Он был трусоват и дрожал за свою драгоценную шкурку.

— Я… только иногда… работы нет, а жить-то надо! Что… что вам нужно?

— Таким ты мне больше нравишься, — усмехнулся Смирнов. — Будем разговаривать?

Ева испуганно молчала. Поворот событий привел ее в легкое замешательство. И почему Славка не предупредил?

Елкин лихорадочно соображал, как ему себя вести, прикидывал, кто перед ним. Менты? Не похоже. Друзья Стаса? Тогда почему наезжают? Неужели из-за той девчонки?

Сыщик между тем продолжал вопросы.

— Где «дурь» берешь?

— Друг привез немного… из Узбекистана. Он туда часто ездит, к тетке.

— Ладно, допустим.

— Коке не настучи! — с дрожью в голосе взмолился друид. — Травку Узбек привез, клянусь! Для личного пользования. Ну… и для продажи, совсем чуть-чуть… чтобы на жратву хватало и за жилье заплатить.

— Узбек? Кличка такая у твоего друга, что ли?

Елкин радостно закивал головой, даже порозовел немного. Из его речи исчезли высокопарные слова и торжественная интонация, они с гостем незаметно перешли на «ты».

— Меня вообще-то не «дурь» интересует, — небрежно бросил Смирнов.

— А что? — загорелся друид.

— Тайные культы! — вмешалась Ева. — Мы не шутим. Организуйте нам посещение «Молоха», если можно. Ужасно тянет посмотреть на подлинный финикийский ритуал!

— Какой ритуал? — махнул рукой молодой человек. — Признаюсь вам по секрету: вся эта затея — баловство и глупость! Мужики решили деньжат подзаработать, ну и меня в долю взяли. Я ужастики знакомым рассказываю, лапшу вешаю, потом веду их туда, на представление, — платное, разумеется. Якобы Молох, если произвести обряд и умилостивить его жертвой, становится тайным помощником нового адепта… ну, дела его пойдут в гору, недоброжелатели сгинут, в игре будет везти, если он картами увлекается или рулеткой. Короче, фарт попрет!

— А жертва… должна быть человеческая? Надеюсь, вы младенцев не режете, в медных котлах не варите?

— Да вы что! — друид прижал руки к впалой груди. — За кого вы меня принимаете? Это же все разводняк! Спектакль для легковерных! Клянусь священным дубом!

Он схватил прицепленный к косичке желудь и поцеловал в знак подлинности клятвы. Ева подавила смешок. Парень казался безобидным чудаком.

— Мошенничество, значит! — констатировал сыщик.

— Почему? — обиделся Елкин. — Не совсем. Все от человека зависит! Кто поверит, у того правда бизнес налаживается, везение начинается, деньги отовсюду валят. Мысли ма-те-ри-аль-ны!

— Что ж ты тогда «дурь» продаешь? Сидел бы и материализовал рубли-то! — поддел его Всеслав.

— Не умею я, — парень сокрушенно покачал головой. — Не получается. Твердости не хватает!


* * * | Хозяйка книжного магазина | * * *







Loading...