home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Земля обетованная
Земля обетованная

Земля обетованная










ПОЗЖЕ, ЧЕМ ВЫ ДУМАЕТЕ{1}


Земля обетованная

Джони Дрейк прижался спиной к стене. Так было сподручнее драться. Но все складывалось так, что мрачная улыбка вряд ли появится на губах Дрейка. Разумеется, из затопленного метро выбраться невозможно, и его противники... их оказалось шестеро: безумный убийца, парочка иностранных агентов, два бандита с пистолетами и мрачный азиат, который мог быть самим Фу Манчу. Почти все они держали в руках огнестрельное оружие, мелькал также меч, а у Фу Манчу был огнемет.

— Ладно, крысы, — сказал Джонни Дрейк. — Вы сами напросились.

Однако он не успел выстрелить. Один из противников внезапно стал более зловещим, чем остальные. Фактически, они вообще испарились, отправились обратно в мир снов, откуда и пришли. Фу Манчу со своим огнеметом убрался докучать Нейланду Смиту. И не осталось ничего — даже затопленного туннеля.

Зато остался мистер Генслер, толстый человек с лицом суслика, который тихонько подошел к Джонни и через его плечо смотрел на журнал с описанием реально произошедших преступлений, лежащий открытым на стойке. Приход мистера Генслера не остался совсем незамеченным. По какой-то фантастической причине, от него всегда сильно пахло ревенем.

Заранее предупрежденный Джонни украдкой оглядел музыкальный магазин, чтобы убедиться, что из его полуденного сна не сбежал ни один преступник, а затем начал бешено копаться в стопках пластинок, тщетно пытаясь закрыть ими журнал. Как странно, подумал при этом он, что молодой человек двадцати двух лет не может найти другого места под солнцем, кроме работы продавцом в «Музыкальной лавке Генслера». Год назад перспектива стабильной, хотя и небольшой, зарплаты вдохновляла. Но тогда Джонни еще не знал Генслера.

Запах ревеня стал сильнее. Джонни нервно перекладывал пластинки, и один из дорогих альбомов выпал из его рук и разбился об пол. Вздрогнув при мысли о шести с половиной долларов, которые будут удержаны из его зарплаты, он нагнулся, чтобы подобрать обломки, и, распрямляясь, встретил бледный от ярости взгляд мистер Генслера.

Джонни подавил желание нырнуть под стойку.

К его изумлению, противное лицо мистера Генслера внезапно изменилось к лучшему. Он даже улыбнулся. — Покупателю, понял Джонни.

— Добрый вечер, мисс Моффат, — сказал Генслер. — Разве сегодня вышла новая пластинка?

Слегка растрепанный Джонни, наконец, поднялся.

— Думаю, да. Должен был выйти новый диск Бинга Кросби...

— Точно! Мистер Дрейк позаботится о вас.

И Генслер ушел назад в свой кабинет.

— Здравствуй, дорогой, вполголоса сказала мисс Моффат.

— Ох, милая! Ты чудесно выглядишь!

Казалось, что Джонни вот-вот перевалится через стойку, поэтому девушка быстро отступила. Она была весьма привлекательной — скорее, милой, чем соблазнительной. Ее звали Дина. Возможно, Джонни ошибался, думая, что это самое красивое имя в мире. Но как можно сказать наверняка?

Они уединились в маленькой комнатке со стеклянными дверями, где Джонни ловко засунул пластинку в проигрыватель. Под прикрытием музыки, он сделал несколько замечаний, в основном, касающихся достоинств девушки, как внешних, так и невидимых на первый взгляд.

— Я хочу тебя поцеловать, - горячо добавил он.

— Ох, дорогой! Не сейчас, Джонни. Генслер нас увидит. Думаешь, я должна приходить каждую ночь? Тебя могут уволить.

— Я уже хочу, чтобы меня уволили, — с угрюмым видом сказал Джонни. — Мы не можем жениться, пока мне платят такие гроши.

— Ну, у меня есть работа, — практично ответила Дина.

— Но я хочу сам тебя содержать, - сказал Джонни.

— Ох, ты такой глупый! — пробормотала Дина и добавила, — но ты настоящий рыцарь. И я люблю тебя.

На большее времени не оставалось. Даже в закрытой комнатке, смутный запах ревеня служил зловещим напоминанием о Генслере.

— Встретимся позже. В парке. В то же время.

И вскоре Дина уже выходила из магазина, неся в прелестной руке пластинку Кросби.

Генслер посмотрел ей вслед.

— Постоянный покупатель. Ну, закрывай магазин. Я ухожу.

Он уже надел пальто и, как танк, пошел к двери, где развернулся и одарил Джонни сердитым взглядом.

— Стоимость разбитой пластинки будет вычтена из твоей зарплаты, — сказал Генслер, казалось, слегка обрадовавшись этому.

И он ушел, размышляя о чем-то нехорошем.

Джонни вздохнул. Трудная у него была жизнь, но, если он сможет жениться на Дине, то будет счастлив вне зависимости от всего остального. Пребывая в печали, он стал закрывать магазин, щелкая выключателями и задергивая шторы. Затем нашел тряпку и нежно стер незаметные записи со всех радиокабинок. Радио было третьей великой любовью Джонни. Преступления — второй, а Дина, разумеется, возглавляла эту троицу.

Джонни взглянул на наручные часы. Пять часов. Ну, он не сильно проголодался. Если пропустит ужин, то сможет провести, по крайней мере, два часа в подвале, колдуя над радио, собственноручно собранным из запасных деталей, приобретенных у скупердяя Генслера, который даже не забыл прибавить к их стоимости налог на продажу. Кроме того, на пятьдесят центов, вместо обеда, он мог купить Дине букет цветов.

Итак, Джонни отправился вниз, навстречу своей судьбе.

Нельзя сказать, что он был особенно красивым, но, тем не менее, благодаря курносому носу и добрым голубым глазам, обладал некоторым обаянием. Глаза полностью раскрывали его характер. Мир не видел более безвредного человека. Он не дрался ни разу в жизни — он не считал себя трусом, но, каким-то образом, драки всегда обходили его стороной. По крайней мере, если говорить о драках в действительности.

Если хотя бы один сон Джонни материализовался, его тесная комнатушка была бы по колено залита кровью шпионов, убийц, безумных ученых и других тому подобных личностей. К тому же, он бы носил значок агента ФБР. Потому что страстью Джонни были преступления и все, с ними связанное. Он прошагал бы десятки километров, чтобы посмотреть на любое место, отмеченное буквой «X»[1] — не потому, что был психически больным, а из-за того, что знание, полученное из первых рук, добавило бы правдоподобия его снам, в которых он вершил правосудие, защищал людей, сталкивался лицом к лицу с человеческим мусором и неизменно выходил победителем из схваток с преступниками.

Но еще Джонни был инженером. Результаты его работы находились в подвале под магазином — кустарное радио. Изначально оно было собрано со смутной идеей ловить неслышные звуковые волны, или сигналы с Марса — Джонни не был уверен. Его технические знания были довольно обрывочными. Во всяком случае, радио обязано принимать вещание местных станций, даже если не получается все остальное.

Джонни включил в подвале свет и принялся за работу, радостно напевая себе под нос. Когда он щелкнул тумблером, из радио раздался тихий, испуганный вопль и звук какого-то небольшого объекта, неистово носящегося по кругу. Джонни провел небольшое расследование и выяснил, что это была серая мышка, носящаяся среди радиоламп и проводов.

Испугавшись на секунду, он подумал, что добился беспроводной передачи материи. Затем забыл об этом, увлекшись сложной задачей по спасению мышки. К тому времени, как маленькое перепуганное создание было в целости и сохранности помещено на пол рядом с горой мусора, внутренности радио превратились в хаос.

Две недели работы пропали впустую! Джонни простонал и, в несвойственной ему ярости, пнул шкафчик.

—.. .к концу подходит «Час Дядюшки Билли», и теперь вы знаете, почему кролики едят салат, — раздался замогильный голос. — Увидимся завтра, детишки!

Джонни замер. Это был первый звук, вышедший из радио, не считая отчаянного мышиного писка. Он прислушался.

— Говорит радиостанция «WAZ», ведущий Гленко. Когда вы услышите мелодичный звон, будет ровно пять пятнадцать. — Дзынь. — А теперь четверть часа «Качелей» с Саймоном.

«WAZ». Это была местная радиостанция. Ну и ну Джонни потянулся к шкале, но, услышав новый голос, резко остановился.

— Молния! Экстренная сводка новостей! Красавчик Галлагер, преступник, чья карьера превзошла успехи Диллинджера, был только что пойман правительственными агентами! Следуя за передвижениями Галлагера, агенты ФБР ворвались в дом на углу Пятой и Цветочной и обнаружили преступника в съемной квартире на верхнем этаже, где он несколько дней укрывался вместе с тремя членами своей банды. После драматической перестрелки, Галлагер попытался убежать через окно и разбился насмерть, упав с четвертого этажа. Преступники держали в заложниках молодого человека, найденного без сознания, но, в целом, невредимого. Полиция штата...

Земля обетованная

Глаза Джонни засияли. Он выключил радио, взбежал по ступенькам и через три секунды уже понесся по улице с развевающимся за спиной пальто. Что за удача!

За карьерой Галлагера, Джонни, разумеется, следил во всех газетах. Он и сам неоднократно сталкивался лицом к лицу с коварным убийцей с тонкими губами, и всегда, в этих приятных снах, Джонни выходил победителем. Пошатываясь от удара пули, прошедшей навылет через его плечо, он выхватывал смертоносный полуавтоматический пистолет и...

Но это был не сон. Джонни знал, где находится этот дом. И, если он поторопится, то, может быть, успеет увидеть агентов ФБР... или даже тело Галлагера!

Вот и то самое здание, ветхое строение на углу. Но тут радость покинула Джонни. Улица была пуста.

Никаких следов Галлагера, агентов или зевак.

Тем не менее, Джонни распахнул скрипучую дверь и очутился в темном коридоре, где пахло луком. Секунду помешкав, он стал подниматься по лестнице. Верхний этаж, сказал диктор на радио.

На верхнем этаже, коренастый человек с бледным лицом и уставшими глазами стоял, прислонившись к перилам, и нервно подергивался.

Добрый вечер! — сказал Джонни. — Кажется, веселье уже закончилось?

Бледнолицый почесался, засунув руку под пальто, и забыл вытащить ее обратно.

— Кого-то ищешь, приятель? — осторожно поинтересовался он.

— Где тело Галлагера? — с надеждой спросил Джонни.

Его собеседник взглянул на лестницу, и губы его задергались.

— Чего? Его уже увезли в морг?

Бледнолицый судорожно закашлялся. Его рука появилась из-под пальто вместе с пистолетом.

— Вы агент ФБР? — улыбнулся Джонни.

— Нет, — внезапно обретя голос, прорычал тот. — Я не агент ФБР! И я не играю ни в какие игры. Кто ты такой, черт возьми?

Джонни не успел ответить. Открылась дверь, и тихий голос задал какой-то непонятный вопрос.

— Сам разбирайся, что тут происходит, Красавчик, — сказал бледнолицый, одновременно хватая Джонни за воротник, и швырнул его через порог.

Свет был ослепительным. Все шторы оказались задернуты. Воздух наполнял сигаретный дым и запах виски. Несколько человек, находившихся внутри, резко вскочили со своих мест при внезапном появлении Джонни, но тот смотрел только на одного — человека со змеиными глазами и тонкими губами, который был...

Который был Красавчиком Галлагером во плоти и крови.

— Вот, смотри, — сказал бледнолицый. — Этот балбес поднялся ко мне и начал расспрашивать про тебя. Я его не знаю. Он даже принял меня за агента ФБР.

Джонни сидел и решил не подниматься.

— Это... это какая-то ошибка! — вырвалось у него. — По радио передали... там сказали, что вас убили...

Лицо Галлагера не изменилось. Он дернул головой, и трое исчезли из комнаты, а один быстро подошел окну и выглянул из-за шторы. Минут пять ничего не происходило, и все это время Галлагер бесстрастно смотрел на перепуганного Джонни.

Наконец, приспешники вернулись.

— Все чисто, — доложил один из них. — Этот парень пришел один.

— Хорошо, — тихо сказал Галлагер. — А теперь говори.

Но Джонни с трудом мог объяснить то, что и сам толком не понимал. Он продолжал твердить про сообщение, которое он услышал по радио, — сообщение, не имеющее смысла, учитывая данные обстоятельства.

— О чем он говорит, Банди? — спросил Галлагер низенького человека с добродушным лицом и пенсне на носу.

Было неясно, что он забыл среди убийц.

— Разрази меня гром, если я хоть что-то понял, — пожал плечами Банди. — Думаю, он чокнутый.

Галлагер прикрыл глаза.

— Может, нам лучше его... ну, ты знаешь?

— Не стоит, — покачал головой добрячок. — По крайней мере, пока. Просто свяжем его.

Джонни слабо пискнул. Сказать, что он чувствовал себя хорошо, означало нагло соврать. Основы известной Вселенной, казалось, рушились вместе с радостью по поводу встречи с преступниками в реальном мире. Это невероятное объявление по радио...

Галлагер нетерпеливо фыркнул и поднял Джонни за воротник рубашки.

— Послушай! Кто послал тебя сюда, приятель? Паук?

— Н-нет! Это радио...

Галлагер бросил Джонни в кресло.

— Свяжите его, — выпалил он и начал расхаживать по комнате, нервно пыхтя сигаретой. Наконец, он повернулся к Банди.

— Надо выбираться отсюда. Это место сводит меня с ума. Почему ты не можешь устроить мне побег? Такой проныра, как ты...

Банди поправил пенсне:

—Я хоть раз тебя подвел?

— Не знаю, — медленно сказал Галлагер. — Я позволил тебе вести дела — и посмотри, где я оказался.

Джонни уставился на Банди. Значит, мелкий прохвост и есть главарь шайки! Теперь Джонни вспомнил, что Банди был известным преступником, безжалостным убийцей, которого разыскивали в нескольких штатах. Но его никогда не связывали с Галлагером.

К этому времени Джонни уже туго привязали к креслу и оттащили в угол. Все уселись играть в покер, кроме Банди и человека, стоящего у окна и выглядывающего из-за шторы. Джонни ухитрился взглянуть на наручные часы. Сегодня он не сможет прийти на встречу с Диной.

Вероятно, он, вообще никогда больше не увидит ее. Джонни почувствовал, как по спине пробежали сороконожки, закрыл глаза и попытался размышлять. Радио...

Затем его глаза распахнулись, и в них появилось осознание невероятного. Был же вечер среды. А «Час дяди Билли» выходит по четвергам! Как и «Качели» с Саймоном!

Но... пресвятая богородица! Как радиовещательная компания могла допустить такой промах?

Джонни начал потеть. Радио его собственной конструкции, по которому погуляла мышь, дало совершенно фантастические результаты. И был единственный, хоть немного вразумительный вариант.

Радио было настроено на... завтра]

Джонни упал в обморок.

Он очнулся в темном и душном месте, где пахло галошами. Вскоре галоши и недостаток воздуха сделали свое дело, и пленный снова отключился.

Поэтому он пропустил захватывающие события, произошедшие примерно двадцатью тремя часами позже. В половине пятого вечера четверга правительственные агенты вломились в старый дом и устроили перестрелку с Галлагером и его приспешниками. Сам Галлагер попытался убежать через окно, но разбился насмерть, упав с четвертого этажа. Преступники держали в заложниках неопознанного молодого человека, найденного без сознания, но в остальном невредимого...

Оживленный холодной водой и брэнди, неопознанный молодой человек пришел в себя и сказал, что его зовут Джонни Дрейк. Его первое утверждение было встречено с таким подозрением, что он тут же его изменил. Он по ошибке набрел на убежище гангстеров, которые и связали его. Для агентов это звучало гораздо убедительнее.

Затем Джонни позвонил Дине и немного погодя уже сидел у нее в квартире, жадно поедая стейк и картофель-фри. Дина была очень встревожена и сидела у Джонни на коленях, пока он ел.

— Я думала, что ты разлюбил меня, дорогой. Я прождала в парке несколько часов, ко мне даже начал приставать какой-то противный мужик...

— Ох, дорогая, — сказал Джонни и временно перестал есть.

Прошло некоторое время, прежде чем внезапные воспоминания прервали поглощение пищи.

— Ого, — взглянув на часы, сказал он. — Почти четверть шестого.

Он протянул руку, включил маленькое радио Дины и настроил станцию «WAZ». Его рот был забит стейком, и Джонни слушал то, во что уже и сам с трудом верил.

Дядя Билли заканчивал непринужденную беседу с детьми. Джонни уже слышал это. Его глаза засияли, когда радио продолжало:

—Говорит радиостанция «WAZ», ведущий Гленко...

— Точь-в- точь, как то, что он слышал прошлым вечером! ... четверть часа «Качелей» с Саймоном. — Потом...

— Молния! Экстренная сводка новостей! Красавчик Галлагер, преступник, чья карьера превзошла успехи Диллинджера, был только что пойман правительственными агентами... обнаружили преступника в съемной квартире на верхнем этаже... разбился насмерть... неопознанного молодого человека, найденного без сознания...

— Что это, дорогой? — спросила Дина.

Джонни прокашлялся.

— Н-ничего особенного. Ты только... послушай!

—Мы только что получили информацию, что парня, которого держала в заложниках банда Галлагера, зовут Джон Дрейк, он работает клерком в местном музыкальном магазине. Его история...

— Джонни! — ахнула Дина. — Это ты!

— Конечно... конечно. — Но Джонни плохо расслышал последние слова диктора, поскольку крепко поцеловал Дину. — Дорогая, думаю, мы уже можем переезжать в город. Ты уволишься с работы... мы поженимся... разбогатеем...

— Ох, дорогой, — упрямо сказала Дина. — Ты сошел с ума, но я люблю тебя.

Через полчаса Джонни уже отпирал дверь в «Музыкальную лавку Генслера». Ему не терпелось добраться до радио и убедиться, что ему это не снится. Радио по-прежнему молча стояло в подвале, в окружении хитроумно перепутанных проводов. Руки Джонни дрожали, пока он включал аппарат и прислушивался к нарастающему гулу энергии, нагревающей лампы.

Наконец, послышалась музыка, тихая и приятная. Это могло быть что угодно. Джонни попытался настроить радио на другую станцию, но тишина была единственным ответом. Видимо, прибор можно было настроить только на одну радиостанцию, местную. Джонни вернул «WAZ».

Там проигрывали «Кэмптаунские гонки». Джонни взбежал по лестнице, нашел радиопрограмму на неделю и открыл нужную страницу. Вскоре он наткнулся на то, что искал: WAZ - 6:00 - Песни Стивена Фостера. И это должно было идти в пятницу вечером.

А сегодня был четверг.

Джонни лихорадочно просматривал страницы. WAZ - 6:15 — Викторина «Кто это?». Он взглянул на часы. Через пять минут.

В 6:15 радио объявило начало викторины.

— Вот это да! — с трудом поверив в то, что произошло, воскликнул Джонни. — Радио настроено на завтра!

— Превосходно, — раздался из мрака лестницы знакомый голос. — К счастью, я всегда доверяю своему нюху.

Джонни повернулся и увидел, как к нему приближается худая фигура в пальто — добродушный на вид, низенький человек с пенсне на носу.

— Банди, — беззвучно сказал Джонни.

— А ты кого ждал? — улыбнулся опасный преступник. — Меня не было с Галлагером, когда ворвались агенты. Чутье подсказало мне... — Он указал на кресло. — Садись, парень. Поговорим.

Джонни медленно опустился на стул, облизнув губы.

— Вы уб-бьете меня? Чтобы я не проболтался?

— Расслабься, — спокойно сказал Банди. — Я ничего тебе не сделаю. По крайней мере, если твое радио работает так, как я себе это представляю. А теперь послушай. — Он сел, пристально смотря на Джонни, и положил руку на колено молодого человека, располагая к доверию. — Я никогда не пренебрегаю наукой. И когда ты вломился прошлой ночью и начал болтать о своем радио, у меня появилось предчувствие. Разумеется, в твоем изложении это звучало безумно. Но ты знал, что Галлагер прятался в этом убежище — а откуда ты мог узнать об этом?

Джонни молча указал на радио.

— Ага. Конечно, тебе могла попасть в руки такая информация, но ты никак не мог знать, что Галлагер выпрыгнет из окна, когда ворвутся агенты. Так что я смылся загодя и стал ждать, что произойдет.

— Вы знали... Хочу сказать, вы оставили своих приятелей умирать...

— Они лишь доставляли неприятности, — улыбнулся Банди. — Всегда действовали слишком топорно. Так что я использовал их, как морских свинок. И это сработало. Теперь мне кажется, что в твоем странном радио что-то есть... и я хочу понять, что именно.

— Ну... — сказал Джонни.

Он рассказывал. Банди слушал и одновременно следил за тем, что передают по радио. Окончательно убедился он только в восьмом часу. Именно тогда вышла в эфир Кейт Смит, на день раньше положенного.

— Как, черт побери, это работает? — спросил Банди.

— Не знаю, — сказал Джонни. — Мне просто повезло. Я не смогу собрать его снова — не понимаю, как так получилось.

— Ну, смотри, не сломай его! — резко сказал Банди. — Ты наткнулся на золотую жилу!

— Если бы я только понял, как оно работает, — пробормотал Джонни. — Как мне кажется — это все из-за того, что пространство искривлено, по словам Эйнштейна.

— А, Эйнштейна!

— Да... Электромагнитные волны со временем возвращаются к своему источнику. Но на это требуются миллиарды лет. Им приходится проходить через всю Вселенную. А мое радио принимает передачи, транслируемые через двадцать четыре часа. Может быть... ну, Эйнштейн говорит, что время просто еще одно измерение, да?

— Почему бы и нет? — заметил Банди.

— Возможно, время тоже искривлено. Радиоволны совершают полный оборот во времени и продолжают распространяться. Достигают исходной точки и затем начинают двигаться в обратную сторону.

— Музыка повторяется, — сказал Банди. — И выходит отсюда. Вот что важно. Ладно. Я не понимаю, как оно устроено, и могу поспорить, что ты тоже. Но это не имеет значения. У нас есть радио, и оно настроено на завтра. Так что будем сотрудничать.

Джонни прокашлялся.

—Послушайте, мистер Банди...

— Заткнись. Думаю... я забрал бы радио с собой, но боюсь его трогать. Любая встряска может его испортить. И если оно сломается... ой! Нет, лучше держи его тут. В любом случае, я постоянно переезжаю и не могу всюду таскать его с собой. Копы никогда не подумают на тебя.

— Радио мое! — неуверенно возразил Джонни.

— Ты еще не дорос, чтобы пользоваться им. Почему ты торчишь в музыкальной лавке? Ты тут работаешь? У тебя же есть ключ, не так ли?

Джонни пришлось кое-что объяснить. Банди кивнул.

— Мне не нужен ключ, чтобы забраться в эту берлогу — сегодня я использовал отмычку. Но лучше все равно сделай для меня дубликат. С этого момента мы партнеры.

— Представляем вашему вниманию последние новости, — сказало радио, а Банди достал карандаш и бумагу.

— Слушай! - приказал он.

Ничего особо интересного не было. Но Банди все равно начеркал пару строк:

«Белая звезда», аутсайдер, взяла большой приз на скачках в Саратоге. Семья Брокоу погибла в автокатастрофе...

— Достаточно, — убрав листок в карман, подытожил Банди. — Уловил суть?

— Вы хотите сделать ставку на «Белую звезду»?

— Конечно. Ведь она выиграет завтра, не так ли?

Ну...

— Посмотрим, — уверенно сказал Банди. — И эта семья Брокоу... я все разузнаю и оформлю на них страховку. Теперь ясно?

— Но...

Джонни сделалось плохо. В таких темных делишках было нечто омерзительное. Почти, как убийство.

— Мы получим большую прибыль, — сказал Банди. — А теперь слушай. Я дам тебе телефонный номер, можешь звонить мне всякий раз, когда твоего босса нет на месте. Будем слушать эту золотую жилу... — Он кивнул на радио. — ...и узнавать, что произойдет завтра. Но... смотри, не глупи. Потому что, если я узнаю, что меня ждут копы, для тебя все закончится плохо. Не я, так мои друзья разберутся с тобой... — За стеклами пенсне сверкнули тусклые глаза.

— Ясно, — слабо кивнул Джонни. — Но... я бы и так не стал...

— Конечно, нет... - усмехнулся Банди и достал из кармана колоду карт. — В любом случае, мы пробудем тут до полуночи. Послушаем, что нам еще скажет радио. Во что будешь — в очко или покер? Наверное, в покер.

Джонни ошарашенно смотрел, как Банди снимает пальто, вешает его на удобный крючок и достает колоду карт.

— А вот и Бэн Берни! - сказало радио.

Джонни начало подташнивать.


Прошло несколько недель. Джонни чувствовал себя крайне несчастным. Его жизнь превратилась в один сплошной ужас. Что, если Генслер все узнает? А вдруг полиция нападет на след? Что, если... миллион всяких пугающих «если»...

Банди преуспевал. Теперь он занимался алмазами, как обычно воспользовавшись тем, что передавали по новостям завтрашнего дня. И заставлял Джонни подолгу сидеть в подвале, целыми вечерами внимательно слушая радио. Джонни уже почти ненавидел это устройство.

Что касается Дины — она не возмущалась, но ей было тяжело, потому что Джонни пренебрегал ею. Объяснения были невозможны, а извинения — бесполезны. Дина не устраивала сцен, но ее глаза всегда были покрасневшими.

Джонни уже думал о том, чтобы убить Банди. Но тот был закоренелым убийцей, безжалостным и свирепым. Когда по радио объявили о секретной доставке целой коллекции алмазов, привезенной из Амстердама в самый большой ювелирный магазин в городе, Банди заулыбался. На следующий день грузовик был остановлен, его водитель убит, алмазы украдены.

— Я не понимаю, — сказал Джонни. — Мы же слышали, как станция «WAZ» объявила, что алмазы доставлены успешно. Но это не так. Вы же их украли.

Банди поставил поднос на стол.

— Мне одну карту... Ты не прав. Это радио никогда не ошибается. У меня есть сообщение. — Он выудил конверт. — Разумеется, я не сообщил, что похитил эти алмазы, но... послал объявление. Цитирую: «Сегодня ювелирная компания «Францен» сообщила репортеру, что ожидает секретную поставку алмазов из Амстердама. К этому времени, сообщил мистер Францен из своего дома, они уже должны были прибыть в целости и сохранности, так что я могу свободно опубликовать эту информацию». Конец цитаты.

— Но...

— Пойдем наверх. — Банди поднялся в кабинет и повозился со стоящим там радиоприемником. Он тут же попал на «WAZ». — Вот, что случилось прошлой ночью. Как раз примерно в это время.

Сначала были обычные новости. А потом...

— Ювелирная компания «Францен» сообщила репортеру...

Стоя в темноте, они молча ждали, но сообщение оказалось в точности таким, как и в письме Банди.

— Видишь? — сказал Банди. — Нельзя изменить будущее. Идем вниз. Тут нас могут заметить.

В полночь Банди отложил карты и пошел за пальто.

— Я улетаю на пару дней во Флориду, — сказал он. — Веди себя хорошо, пока меня нет. И продолжай записывать новости.

— Конечно, — тупо сказал Джонни. — Конечно.

На следующий день разразилась катастрофа.

Генслер, в зловонном облаке ревеня, велел Джонни убраться в подвале.

— И убери оттуда свое радиоприемник, — выпалил он. — Он жрет слишком много электричества.

— Н-но, я заплачу за это...

— Не спорь, — потребовал Генслер. — Просто убери его оттуда.

У Джонни скрутило желудок.

— Послушайте, мистер Генслер, — отчаянно сказал он. — Мне только-только удалось собрать его. Я не смогу повторить это дома. Если я перенесу радио, оно перестанет работать!

— Вот и отлично! — заявил Генслер. — Возможно, тогда ты будешь уделять больше внимания работе.

Весь день Джонни бродил, как в тумане. Он думал было отправить Банди телеграмму, но не знал, где именно тот во Флориде. Джонни знал, что Банди обвинит его в том, что он сломал радио. И еще Джонни был уверен, что не сможет собрать радиоприемник дома, чтобы прослушать завтрашние новости.

Надеясь на чудо, всю ночь он слушал выпуски новостей. Могло помочь лишь одно. Начались заключительные заезды на автодроме в Индианаполисе, и Номер Семь выиграл главный приз. Номер Семь.

Джонни провел бессонную ночь. На следующий день он опоздал на работу, но сумел раздобыть три сотни долларов, погрязнув в долгах на следующие три сотни лет.

Генслер был в ярости.

— Кредиторские конторы звонят мне все утро. Боже правый, Дрейк, что собираешься делать?

Я хочу купить этот магазин, — сказал Джонни.

—Купить... что? Ты спятил!

— Послушайте. За сколько вы продадите свой бизнес?

Генслер ответил.

— Ну, предположим, как вариант, завтра я дам вам шесть сотен, а остальное... гм... через тридцать дней.

— Ты не достанешь остальное за тридцать дней, — сказал Генслер. — А я уж точно не верну тебе эти шесть сотен.

Жадность восторжествовала, и Джонни получил согласие. Прошло несколько дней. Банди не возвращался. Тридцатидневный срок неумолимо подходил к концу. А Джонни ни на секунду не отходил от радио.



Новости с ипподрома «Санта Анита» чуть было не опоздали. У Джонни не было капитала. Он выпрашивал, занимал, во всем себя ограничивал, ставил по доллару там, по пять тут. Ставил на бейсбол, регаты, гольф, теннис, бокс, рестлинг и на прыжки лягушек, соревнование между которыми проходило на ежегодном фестивале в Калаверасе. И, разумеется, неизменно выигрывал. Но, даже увеличивая свои доходы в геометрической прогрессии, нужная сумма набиралась с пугающей медлительностью.

Тем не менее, Джонни собрал деньги, и даже с небольшим запасом. Заплатив Генслеру всю сумму и получив необходимые документы, он расслабился, подумав, что можно сделать передышку. Передышку? Ха!

Пару месяцев назад мысль о владении музыкальным магазином привела бы Джонни в полнейший восторг. Но сейчас это ничего не значило. Поскольку он не смел жениться на Дине — это бы сделало ее невестой и одновременно потенциальной вдовой. А Дина...

— Джонни, — однажды сказала Дина. — Скажи мне правду. Я не буду злиться. Ты хочешь разорвать нашу помолвку?

От такого удара сердце бедного Джонни задрожало и чуть не разлетелось на кусочки.

Затем из Флориды вернулся Банди, бронзовый, улыбающийся и полный планов на будущее. Он был рад услышать, что теперь магазином владел Джонни.

— Почему я не подумал об этом раньше? — сказал он. — Я бы купил его тебе. Без Генслера, путающегося под ногами, все будет гораздо проще.

— Конечно, — безучастно сказал Джонни. — Послушайте, может, я просто отдам вам магазин и радио? Я больше не хочу участвовать в этом.

— Прости, но ты слишком хорошее прикрытие. Я не могу тебя потерять. И ты в любом случае знаешь слишком много. — Банди потер руки. — Вскоре мы станем очень богатыми. — Он повесил пальто на крючок и обшарил по карманам в поисках сигарет. — Черт, закончились. Может, у тебя есть?

Джонни покачал головой.

— Ну, я сбегаю за угол и куплю пачку. Продолжай слушать радио. С этого момента никаких мелких дел. Брюс Банди на вершине, и он не собирается оттуда слетать.

Пенсне триумфально сверкнуло, когда Банди легко взбежал по лестнице и исчез.

Джонни уставился на ненавистное радио и услышал ненавистную музыку, разносившуюся по бездне времени. Выхода нет. Хуже уже быть не может...

Ох!., или, может?

Начались часовые новости. Джонни сделал пару заметок. Затем замер, а его глаза округлились.

— При попытке перейти Пятую улицу, владелец местного музыкального магазина Джон Дрейк был насмерть сбит грузовиком...

— О Боже! — посерев, как устрица, воскликнул Джонни Дрейк.

Радио, внезапно, превратилось в адскую машину. В страхе Джонни быстро выключил его и ушел в угол, где уставился в одну точку, не понимая, откуда дует ледяной ветер.

Когда он пришел к Дине на следующий вечер, она была сильно удивлена. Потому что Джонни насвистывал и пришел с подарками: розами, вином и конфетами. Он словно помолодел на сотню лет.

— Джонни! — сказал она. — Что случилось?

— Я люблю тебя, — объяснил он. — Поцелуй меня! Быстрее!

Впервые за несколько недель Дина обрадовалась.

— Розы! И конфеты!

— И шампанское, — засмеялся Джонни. — Это еще не все. Завтра будет обручальное кольцо с бриллиантами... покрытое бриллиантами. Потом мы поженимся. Я продам магазин. Вероятно, мы не станем богачами, но сможем покупать себе мороженое каждый день.

Нет, ты не спятил, — задумчиво сказала Дина. — Но я не понимаю.

Джонни буквально заплясал на месте, потом рванулся к радио.

Как раз вовремя. Слушай, дорогая.

В эфире была станция «WAZ» с выпуском часовых новостей. Джонни подмигнул Дине.

Вот, началось.

— При попытке перейти Пятую улицу, — сказал диктор, — владелец местного музыкального магазина Джон Дрейк был насмерть сбит грузовиком...

— Джонни!

— Да в порядке я. Разве я похож на мертвеца?

— Нет, но... тебя не ранило?

— Меня вообще не было сегодня на Пятой улице, дорогая. Погоди минутку. Дослушай до конца. А то я вчера не успел...

— Что?

— А? Н-ничего. Просто слушай.

Радио продолжало говорить в непринужденной манере:

—Этим заканчивается наш выпуск. До встречи через час. Следующий... секунду!

Возникла пауза.

- Молния! Сбитый сегодня на Пятой улице человек, ошибочно идентифицированный, как Джон Дрейк, был опознан полицейскими. Это оказался Брюс Банди, известный бандит и убийца! Ошибка произошла, когда репортер с места происшествия осмотрел содержимое карманов пальто Банди и нашел документы, бумажник и паспорт, принадлежащие Джон Дрейку...

Джонни выключил радио.

— Ты права, — согласился Джонни. — Пожалуй, я все-таки оставлю магазин себе. Но он будет закрыт. Сделаю его своим кабинетом. Понимаешь, дорогая, я нашел новую работу. Хорошая зарплата, гибкий график и карьерный рост.

— Не может быть! Что это за работа?

— Веду в одном журнале колонку светских сплетен.

— Н-но... разве... ты справишься с этим?

— А что тут такого? — озорно ухмыльнулся Джонни. — Главное, узнавать о событиях еще до того, как они произойдут. Что здесь трудного?

— О, дорогой, — прижимаясь теснее к Джонни, сказала Дина. — Какой ты замечательный!


| Земля обетованная |







Loading...