home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 22

Эхо Севера

Я не ожидала вновь встретить Хэла после того, как он так твердо и решительно расстался со мной. Я должна его оставить. Однако Хэл дожидался меня в первой же зеркальной книге, в которую я вошла на следующий день. Он со страдальческим видом стоял в одиночестве на вершине горы, и холодный ветер развевал его волосы. Под горой раскинулся лес.

Опять лес. Всегда и везде лес.

– Встретимся в «Звездной тени», – тихо сказал мне Хэл. – Я хочу кое-что тебе показать.

Я кивнула, и он добавил, натянуто улыбнувшись:

– Там есть старый, заброшенный во время войны концертный зал. Я буду тебя ждать в нем.

А затем Хэл исчез.

Я отдала приказ библиотеке, и передо мной немедленно замерцало зеркало. Я шагнула в него, и вышла на холм, освещенный яростным светом звезд, а под холмом лежал превращенный в руины город.

Я спустилась туда, долго бродила по извилистым улицам, пробираясь через завалы и стараясь не присматриваться к темным пятнам на мостовой. Наконец мне встретился мальчик с окровавленной повязкой на голове и объяснил, как я могу пройти к концертному залу. Это было большое, увенчанное стеклянным куполом здание неподалеку от центра города. Где-то поблизости слышался плач и пронзительные крики. Вздрогнув, я как можно скорее вошла внутрь здания. Прошла через фойе, поднялась по разбитой лестнице, миновала остатки расколотой двери и очутилась в огромном зале.

Высоко над головой парил купол потолка, сквозь осколки его разбитых стекол мерцали крупные звезды. Над широкой деревянной сценой нависли четыре яруса балконов, похожие на богато одетых людей, подслушивающих и подсматривающих в замочную скважину. В центре сцены стоял рояль, а за ним сидел Хэл. Одет он был довольно странно для сцены – простые черные брюки, свободная голубая шелковая рубашка с расстегнутым воротом, босые ноги. Я вдруг вспомнила о том, как небрежно и легко он играл на клавесине в «Музыканте императрицы». Как бесцеремонно отзывался о Беренде.

Я подошла ближе к сцене, уселась в самом центре первого ряда. Хэл не смотрел на меня, хотя наверняка должен был знать, что я здесь.

Он начал играть, перебирая клавиши в низкой октаве левой рукой, а правой выводя прекрасную мелодию, переливающуюся, как звездный свет, – и вместе с тем тревожную, даже пугающую. Затем левая рука медленно поднялась, чтобы встретиться с правой и вместе с ней обрушиться на клавиши, рождая ураган бушующих аккордов. Они были пронизаны низкой повторяющейся нотой – неустойчивой, словно угасающее биение сердца. Музыка взлетала все выше и вдруг резко оборвалась. Ничего прекраснее я в своей жизни еще не слышала. Пьеса была гениальной, но при этом в каждую музыкальную фразу была вплетена невыносимая для сердца печаль.

Музыка оборвалась совершенно неожиданно, но мои щеки к тому времени уже стали мокрыми от слез. Моргая, я смотрела на Хэла, который, закончив играть, оперся локтями на клавиши и опустил голову на ладони. Его плечи дрожали. Я вскочила с места, поднялась на сцену, подошла, села рядом с Хэлом и обняла его за талию. Я буквально чувствовала, как велика придавившая его печаль.

– Я хотел… Чтобы ты знала обо мне одну вещь, – тихо заговорил он. – Хотя бы одну истинную вещь. Эта пьеса… Я не смог придумать ничего другого, чтобы показать тебе…

Голос его звучал хрипло, устало.

«Задавай правильные вопросы», – шепнула неожиданно всплывшая в моей памяти огненная женщина.

– Где ты научился так играть?

– У подруги. Она сочинила эту пьесу, чтобы подарить ее мне.

Сердце разрывалось от ревности, но я старалась не поддаваться ей.

– И что случилось с твоей подругой?

– Я потерял ее. Давным-давно, – он одним решительным, резким движением встал со стула.

– А как давно это было?

– Только что. И в то же время целую вечность тому назад, – ответил Хэл, глядя на меня влажными от слез глазами.

Я тоже встала, подошла вплотную к нему.

– Скажи, Хэл, если бы был способ… Вернуть все назад… Все исправить… Ты позволил бы, чтобы я помогла тебе?

– Ты не можешь мне помочь, Эхо. И никогда не могла.

Я уставилась на него, слыша, как грохочет мое сердце.

– Хэл…

Дрожа всем телом, он отступил назад, и тут…

И тут под ногами вдруг затряслась, заходила ходуном сцена. Над куполом, затмевая звезды, сверкнула ослепительная белая вспышка. По тому, как резко выдохнул Хэл, я поняла, что этой вспышки не должно было быть. Снова происходит непредвиденное изменение сюжета.

Хэл взглянул на меня и в следующий миг бесследно исчез.

Я повернула голову и увидела стоящую в зале перед сценой Мокошь в бледно-зеленом платье, подол которого развевался на невидимом и неслышимом ветру.

– Он только и делает, что врет тебе, – сказала она. – И как только ты этого не видишь?

– Почему ты появляешься только после его ухода? – сорвалась я. – Ты преследуешь меня? Библиотека! Я хочу перестать читать эту книгу!

– Эхо, я всего лишь присматриваю за тобой, – начала Мокошь, но концертный зал уже исчезал. Я покидала его, унося в сердце музыку Хэла.


Эхо Севера

В ту ночь мне снилось, что я танцую с Хэлом в сверкающем огнями бальном зале. Мы танцевали, а затем в зал ворвались солдаты с винтовками и штыками. Они схватили Хэла и перерезали ему горло зазубренным серебряным кинжалом. Хэл взглянул на меня, скорчился и упал.

– Ты не можешь помочь мне, Эхо, – прошептал он, умирая. – И никогда не могла.

А в следующую секунду я уже стояла на коленях в снегу. Передо мной умирал не Хэл, а Родя. Брат задыхался, хрипел разорванным горлом, окрашивая белый снег красной кровью. У меня перехватило дыхание. Я обернулась и увидела охваченный огнем книжный магазин, а за окном – лицо запертого внутри отца. «Папа!», – закричала я и побежала к нему. Потом все исчезло. Я оказалась в темной комнате за обсидиановой дверью. Сверкающие подвески сорвались с нитей и полетели навстречу, разрывая меня на куски. Но я протиснулась сквозь эти падающие звезды и подошла к странно жужжащим часам, за стеклом которых увидела перекошенное, с широко раскрытыми от ужаса глазами, лицо Хэла.


Эхо Севера

Я проснулась от того, что в темноте кто-то плакал. Меня била дрожь, но не от холода. Кошмар сна мучил меня наяву. Я и раньше подозревала, что волк просто не может так плакать, теперь же была в этом абсолютно уверена.

Не может такого быть, просто не может.

Преодолевая страх, я протянула руку к лежащему под одеялом волку, но вместо шерсти пальцы нащупали человеческую руку.

Тот, кому принадлежала эта рука, от моего прикосновения проснулся. На мгновение в спальне повисла звенящая тишина.

– Не прикасайся ко мне, – раздался хриплый, отчаянный шепот. – Ты не должна прикасаться ко мне.

Но я не отстранилась. И не убрала руку. Сердце билось так бешено, словно готово было разорваться. Прозвучавший голос показался мне знакомым.

Но где и когда я могла его слышать?

– Отпусти меня, Эхо. Прошу тебя.

Я его отпустила.


Глава 21 | Эхо Севера | Глава 23







Loading...