home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 38

Эхо Севера

Хэл прижимает меня к своей груди – осторожно, нежно. Так, словно не уверен, хочу ли я, чтобы он прикасался ко мне. Я дрожу так сильно, что вот-вот разорвусь на части. Я пытаюсь сосредоточить свое внимание на Хэле – слышу, как сильно бьется его сердце, чувствую дыхание на моей щеке. Холодные пальцы Хэла переплетены с моими. Я не понимаю, что он сделал, не понимаю, что сделала я сама. Не знаю, как совместить два варианта прожитой мною жизни – они похожи на страницы, вырванные из двух похожих, но разных книг. Я знаю только то, что все происходило на самом деле.

Это было не во сне, а в реальности. При этом я не единственная, кто проигрывает одну и ту же историю во второй раз.

Я поднимаю голову и вижу нависшую над нами Королеву волков. Она кипит от гнева, но внешне выглядит холодной, словно звездный свет, словно лед.

– Если бы девочка помнила обо всем, что ты дважды заставил ее пережить, она ни за что не вернулась бы за тобой. С твоей стороны, Хэлвард, было очень умно ничего ей не рассказывать, – презрительно замечает она.

Я ненавижу Королеву. Ненавижу за то, что она по-прежнему старается заставить меня сомневаться в Хэле, побудить отказаться от него, выпустить из рук. Ничего не выйдет. Я еще сильнее сжимаю руку Хэла своей рукой.

– Ты ошибаешься, – отвечает Хэл. Его глаза горят ненавистью, лицо раскраснелось. На нем уже почти не видна отметина от горячего масла, она почти уже зажила.

Интересно, как долго мы с ним здесь, на этой поляне, держимся друг за друга? Возникло ощущение, что ветер начинает меняться. Он крепчает, продувает насквозь вершины стеной стоящих по краям лесной поляны деревьев. Кажется, я чувствую, как слабеют наложенные на Хэла чары. Они как дым уносятся с ветром из рук Королевы.

– Эхо все равно пришла бы спасти меня, – продолжает Хэл. – Она не способна поступить иначе. Она привыкла всю себя, без остатка, отдавать окружающим людям. И она делает это, делает, делает, потому что ее сердце полно сострадания и силы, добра, знания и истины. Однажды она уже проделала весь этот путь, чтобы противостоять тебе, вырвать меня из твоих рук, разрушить чары. Она повторит подвиг и во второй раз, хотя я нисколько того не заслуживал тогда и не заслуживаю сейчас. Неугасимый огонь пылает в ее сердце, вот почему она до сих пор держит меня, – голос его срывается. Хэл смотрит на меня, и из глаз катятся слезы. – А я боялся. Я так боялся возвращаться к тебе, Эхо. Но вместе с тем очень обрадовался, когда ты зажгла лампу, а я проснулся и увидел склонившееся надо мной лицо. Я радовался твоей свободе. Но тут же вспомнил… Да, вспомнил о том, что ты уже сделала однажды, и это было невыносимо. Невыносимо…

– Хэл, все кончено. Разве не чувствуешь? Твое столетие истекло, проклятие больше не действует. Ты свободен.

Он глубоко вздыхает, вздрагивает и поднимает голову, чтобы вновь взглянуть на Королеву. Ее ненависть к нам настолько сильна, что я чувствую этот тяжелый груз на плечах. Однако вновь заводить свои песни-заклинания Королева не спешит – просто стоит и смотрит на нас.

– Я выполнила ваши условия, – холодно, требовательно говорю я. – Он свободен. Мы с ним оба свободны, не так ли?

– Вы оба дураки, – отвечает Королева волков. – Мне не нужны чары, чтобы уничтожить вас.

Затем она поднимает голову к небу, выкрикивает какое-то короткое резкое слово, и весь мир вокруг взрывается водопадом камней и пламени.

Я поворачиваюсь и тяну Хэла за собой, крепко вцепившись в его руку. Земля расходится перед нашими ногами, в трещинах бушует огонь. Из него медленно выползает наружу расплавленная, готовая поглотить нас лава. Я собираю в кулак все оставшиеся силы и прыгаю через трещину. Хэл прыгает следом за мной, и мы продолжаем бежать дальше, вновь рука в руке. Вокруг взрываются горы, дождем сыплются с неба камни, пепел и огненные искры. Шум стоит такой, что звенит в ушах.

Мы бежим, задыхаясь. В земле появляются все новые огненные трещины. Они стремятся разлучить нас с Хэлом, но мы не позволяем сделать это, не разнимаем рук. Впереди взрывается еще одна гора, и оттуда навстречу течет поток лавы.

– Прыгай! – кричит Хэл, и мы в самый последний момент успеваем перескочить через новую трещину. Раскаленная лава приближается, я чувствую ее раскаленное дыхание, пахнущее серой. Лава окружает нас со всех сторон. От нее нам никуда не убежать и нигде не укрыться. Это конец.

– Сюда! – показывает Хэл.

Над рекой огня нависает скала, и Хэл карабкается по ней вверх. Я неуклюже пытаюсь подняться вслед за ним на своих каблуках. Отстаю, едва не срываюсь, и тогда Хэл наклоняется вниз, протягивает руку и тянет за собой.

Мир вокруг нас трясется и с грохотом продолжает распадаться на куски. Лава докатывается до основания нашей скалы, но мы уже выше этого потока. Тем не менее от раскаленной лавы поднимается такой жар, что у меня трещат волосы, пересыхает в горле, становится похожей на пергамент кожа. Скоро вся влага из меня испарится, и я растрескаюсь как земля в пустыне. Только сейчас я начинаю понимать всю силу Королевы волков, всю ее хитрость и волю. Начинаю понимать ее истинную природу – не звериную и не человеческую. Потустороннюю. Осознаю, что передо мной порождение адского пламени, злобы и ненависти.

Мы с Хэлом прижимаемся друг к другу. Его рука крепко обнимает меня за плечи.

– Прости, – говорит он мне на ухо. Даже в раскаленной печи, внутри которой мы сейчас оказались, я каким-то образом умудряюсь ощутить тепло его дыхания. – Прости за то, что я сделал с тобой. Сделал дважды. Заставил тебя давать обещания, сути которых ты не понимала. Заставил прийти сюда. Я даже оставил шрамы на твоем лице.

Я смотрю на Хэла сквозь пелену дыма и пепла, испытывая странное, радостное чувство свободы.

– Все в порядке, Хэлвард Винтар, – отвечаю я. – Теперь все кончено. Это был мой собственный выбор, и я выбрала тебя. И всегда буду выбирать только тебя.

Он подносит руку к моему лицу, нежно-нежно проводит кончиками пальцев по шрамам.

– Тебе когда-нибудь говорили, какая ты красивая? – говорит он.

Я думала, что из-за жары в моем теле совсем не осталось влаги. Но ошибалась. По щеке скатывается одинокая слезинка.

А потом я тянусь к Хэлу, прижимаюсь губами к его губам. Я целую его, дважды бывшего волком, посреди погибающего в огне мира. Он прижимает меня к себе, целует в ответ. Сильный ветер треплет наши волосы – мои, темные, и его, цвета спелой пшеницы. На нас снежинками падают хлопья пепла.

Лава продолжает ползти, поднимается все выше. Земля продолжает дрожать.

Тогда Хэл немного отстраняется, продолжая сжимать мою руку, и помогает мне встать на ноги. Затем он поднимает к небу наши сомкнутые руки и кричит в хмурое, затянутое темными тучами небо.

– Ты видишь это, Королева волков? Видишь? Ты побеждена! Твое проклятие снято, ты не имеешь больше власти надо мной! Век закончился, и Эхо разрушила чары. Эй, ты слышишь меня, Королева? Ты слышишь?

– Зачем так громко кричать?

Внезапно Королева оказывается рядом с нами. Она парит в воздухе над бурлящей, подернутой сизой дымкой лавой. Сейчас черты ее лица кажутся еще сильнее заострившимися – возможно, потому, что оно освещено жутким, неистовым светом. Странно, но бушующий вокруг ветер совершенно не трогает, не шевелит ее серебристые волосы.

– Ну, что? – спрашивает Хэл, сверля Королеву взглядом.

– Вы победили, – неохотно соглашается она. – Твоя глупая девчонка одержала верх.

– Тогда, значит, мы свободны, – улыбается Хэл.

– От моих чар – может быть. Но не от меня.

Королева продолжает кружить возле нас так же, как чуть раньше кружила там, внизу, на переставшей существовать поляне.

Во мне кипит ненависть, к которой примешивается страх. Я все еще не решаюсь выпустить из своей руки Хэла.

– Где мы сейчас находимся? – требовательно спрашиваю я.

Королева не улыбается своей змеиной улыбкой. Она лишь пристально смотрит на меня, беззвучно паря в воздухе рядом со скалой.

– Я правительница многих, очень многих миров. Этот мир – лишь один из них. Я здесь родилась. Нет, я не дочь дьявола, как считают многие. Просто я дочь иного мира, и в вашем мире задерживаться не собираюсь, – ее слова перебивает гул и грохот еще одного извержения. Оно происходит всего в каких-то пятидесяти шагах от нас. Мы с Хэлом падаем на колени. Нас сжигает жар, душит пепел. Королева волков смотрит без малейшей жалости и продолжает: – Вы разгневали меня. Вы меня ограбили. Разрушили чары и обратили против меня мою собственную дочь. За это я оставлю вас здесь, и вы погибнете.

Хэл старается удержать равновесие на трясущейся под ногами скале, крепче прижимает меня к себе. Сейчас мы с ним сливаемся в единое и непобедимое целое.

– Это не входило в условия нашего договора, – говорит он.

– Условия диктую я, – возражает ему Королева. – И знаю их только я одна.

– Мы так не договаривались!

Дышать становится все труднее. Кожа начинает трескаться. Я вся пылаю как жарко натопленная печка. Наверное, жить осталось лишь несколько минут. А может, даже секунд.

– Мне наплевать на это, – равнодушно отвечает Королева.

И тут внезапно наступает тишина, а затем налетает ревущий, яростный порыв ветра. Он хватает нас, всех троих, увлекает вместе с собой в небо и несет прочь, от смертельного жара, раскаленной лавы и взрывающихся огнем гор. Мне кажется, я успеваю заметить мелькнувшие в воздухе золотые крылья.

А Королева волков начинает истошно визжать.


В наших с Хэлом сомкнутых ладонях я слышу биение двух сердец – его и моего.

Мир вокруг меняется, расплывается перед моими глазами, потом вновь обретает четкость. Огня больше нет. Мы все вернулись на лесную поляну, ко двору Королевы волков. Сама Королева лежит на спине и с ужасом смотрит вверх – на три фигуры, возвышающиеся над ней, пылая холодным сиянием. Это Ветры.

Восточный ветер держит приставленный к горлу Королевы меч и говорит.

– Ты нарушила законы древней магии, дочь иного мира. Ты подчинила этот мир собственным интересам. Ты заключила сделку, но не выполнила ее условий.

– Прошу вас, не трогайте меня! Прошу вас! – растерянно лепечет Королева. – Я… Я не знала!

– Ты знала. Ты всегда отлично знала и понимала, что делаешь, – качает своим копьем Южный ветер. – В твоем сердце нет милосердия. Не будет проявлено милосердия и к тебе самой.

Королева рыдает, бьется в истерике, лежа на траве. Вопреки всему, что она причинила Хэлу и мне самой, это вызывает жалость.

Западный ветер расправляет золотые крылья, достает из-за спины прялку.

– Итак, мы забираем у тебя силу. Твоему царствованию пришел конец.

– Нет, нет, пожалуйста, прошу вас…

Это последнее, что она успевает произнести. Королеву охватывает огненный вихрь. Это Восточный и Южный ветры раскручивают оружием магическую силу Королевы, рвут ее на куски и швыряют Западному ветру, а тот ловит эти обрывки и превращает их на прялке в зыбкое, призрачное серебро. Я сразу вспоминаю о серебристых нитях в темной комнате с подвесками. Серебристые нити – искаженное эхо связующей магии.


Крики Королевы раздирают уши, я не могу этого вынести. Хэл обнимает меня, прижимает мою голову к себе, прикрывает уши своими ладонями. Так мне становится намного легче, хотя крики продолжаю слышать и теперь.

И вдруг крик резко обрывается.

Я выскальзываю из ладоней Хэла и поднимаю голову.

Тронный зал Королевы волков исчез. Исчез вместе с кладбищем мертвецов, сидящих на своих тронах. Мы все стоим теперь на большой тихой поляне посреди леса, и на нас с неба смотрят, мирно перемигиваясь, звезды.

Королевы больше нет. Она превратилась в маленькую волчицу с серебристой шерстью. Глаза у нее совершенно звериные – пустые, абсолютно лишенные мысли. Волчица испугана. Она рычит на нас, показывая зубы. Ветры молча, мрачно следят за тем, как существо, бывшее совсем недавно Королевой волков, бросается в лес и исчезает среди деревьев, в последний раз взмахнув серебристым хвостом. Мне немного жаль Королеву, но я восхищаюсь милосердием Ветров. Лишив Королеву разума, они избавили ее от угрызений совести и мучительных ночных кошмаров.

После того как волчица исчезла, Ветры поворачиваются и по очереди кланяются мне. Последним это делает Западный ветер. Я вспоминаю о том, каково мне было лететь за его спиной на головокружительной высоте, слушая биение могучих золотых крыльев. Они возвращали меня к жизни, давая еще один шанс.

– Спасибо, – шепчу я ему.

Западный ветер улыбается в ответ, а затем переводит свой взгляд куда-то мне за спину. Я поворачиваюсь и вижу Мокошь. Она по-прежнему сидит на своем троне и плачет. Вид у Мокошь такой, будто она не понимает произошедшего. Западный ветер подходит к Мокошь и обнимает ее за плечи сильными руками.

– Куда вы ее отведете? – спрашиваю я.

– В безопасное место. Туда, где она сможет исцелиться и забудет о жестокости своей матери.

– Позаботьтесь о ней, – прошу я, и у меня сжимается сердце.

– Я позабочусь о ней, милая.

Западный ветер расправляет крылья и мгновенно исчезает вместе с Мокошь и братьями.

И только теперь, когда мы с Хэлом остались вдвоем, когда поворачиваемся и смотрим друг на друга – измученные, обессиленные, продолжающие смаргивать с ресниц пепел, давно переставший падать – я позволяю себе убрать и опустить руку, которой держу Хэла.


Глава 37 | Эхо Севера | Глава 39







Loading...