home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Пятьдесят восемь

Нимуэ рыдала над мертвым телом Гавейна. Его кожа блестела от холода; серебристые метки Эйримид тянулись по шее Нимуэ, по ее щекам, однако все было напрасно: он уже ушел. Нимуэ старалась изо всех сил, но ничего не могла сделать: его раны оставались свежими и не желали затягиваться, как и ожоги, покрывавшие тело. Краем сознания она слышала, что снаружи нарастает хаос и кричат солдаты Пендрагонов. Горе пьянило ее, и Нимуэ опустилась на колени, но вскоре горячие слезы уступили место не менее горячей ярости; кипя, словно в котле, она поднималась вверх по горлу и разрывала череп. Нимуэ раскинула руки, полностью отворяя себя Сокрытому, пуская его в тело, разум и душу. Ее рот распахнулся, и неведомо откуда взявшийся туман окутал тело Гавейна, наполнил палатку и хлынул наружу.

Туман огромными волнами плыл по окрестным лесам, обрушиваясь на горы, погружая палатки в густой и гнетущий мрак, отчего паника продолжала расти.

Прежде чем кто-либо успел сообразить, что происходит, Нимуэ выбежала из палатки и прошмыгнула мимо стражи – в тумане Сокрытого они даже не смогли увидеть ее. Перепуганные солдаты проносились мимо, одни кричали: «Где король?», другие – «Король покинул нас!»

Однако в палатке, где Нимуэ оставила Гавейна, творилось то, чего она уже не могла видеть. Крошечные ростки молодой травы обвивались вокруг его тела, точно паутина, прижимая к земле. Через несколько минут, продолжая расти, трава накрыла его плечи и грудь, образовывая нечто, что можно было бы назвать саваном. Вскоре трава полностью закрыла его тело, превращая в мумию.

Снаружи раздалась новая волна криков – Красные Паладины вторглись в лагерь Пендрагонов. Их факелы разгоняли туман, мечи обратились против солдат короля с той же жестокостью, с какой рубили когда-то фейри. Отец Карден возглавлял атаку и кричал в пылу мщения:

– Привести мне ведьму! Найдите ее!


Нимуэ пряталась возле палатки, когда мимо пронеслись два всадника-паладина, затем выбежала на тропинку и снова пригнулась – теперь уже прячась от солдат Пендрагона, которые отступали, отбиваясь от паладинов, пеших и едущих верхом. Она пыталась сообразить, в какую сторону лучше бежать, и тут чьи-то руки обхватили ее сзади. Нимуэ беспорядочно замолотила кулаками, но Мерлин смог перехватить ее руки.

– Лагерь захвачен, – объяснил он. – Давай за мной, уверенно и спокойно.

Мерлин повернулся, собираясь идти, но Нимуэ дернула его за рукав.

– Мы никуда не идем.

– Нимуэ, не глупи!

Однако она не слышала. Развернувшись, она устремилась в туман, в самую гущу сражения, и Мерлину ничего не оставалось, кроме как выругаться и последовать за ней.


– Отец Карден! Отец Карден! – трое Красных Паладинов продирались через туман, таща за собой Моргану. – Мы поймали ведьму! Вот она!

Карден протиснулся через толпу, чтобы посмотреть, но, увидев Моргану, поморщился:

– Идиоты, это не ведьма!

– Но у нее меч! – заявил один из паладинов. Другой демонстрировал клинок, который Моргана везла в ножнах у седла.

– Нет! Нет, чертовы ублюдки! – Моргана билась в руках похитителей. Заинтересованный, отец Карден взял меч и вытащил его из ножен. Лезвие блеснуло в лунном свете.

– Боги, – прошептал он. Перевернув меч, он осмотрел филигранную чеканку и руны возле рукояти. – Это тот самый меч.

Его глаза сверкали, а на лицо наползала улыбка.

– Это Зуб Дьявола! – провозгласил Карден и победоносно вскинул его в воздух. Красные Паладины откликнулись ревом. – Он у нас!

– Эй, Карден! – закричала Нимуэ.

Ошеломленные, отец Карден и паладины обернулись и увидели Нимуэ, шедшую в тумане. Мерлин следовал за ней, все еще пытаясь одернуть, удержать, не дать ей шагнуть в пасть льва.

– Да благословит нас Господь, братья, – Карден насмешливо прокрутил меч в руке. – Он сам вкладывает дары в наши руки! Что ты будешь делать, ведьма, без своего драгоценного меча? Взять ее! – велел он паладинам. Нимуэ и Мерлина схватили за локти, и она прорычала:

– Чтобы справиться с тобой, мне меч не нужен!

Крыса появилась совершенно из ниоткуда и пробежала по сапогу Кардена. Он испуганно отшвырнул ее ногой. Еще несколько крыс вынырнули из тумана со стороны палаток и заметались у ног паладинов. Огонь факелов послужил сигнальным маяком для стаи летучих мышей, сердито забивших крыльями в воздухе, в то время как крысы становились все более агрессивными: одна из них взобралась по рясе паладина, державшего Нимуэ, и укусила его.

– ААА! – заорал он, давая ей возможность вырваться.

– Нимуэ! – крикнул, в свою очередь, Мерлин. Однако она целенаправленно двигалась в сторону Кардена: море крыс расступалось под ее ногами, роясь по сапогам Красных Паладинов.

Отец Карден не видел приближения Нимуэ, потому что в лицо ему бросился рой кусачих мух. Он яростно пытался избавиться от них, а мухи лезли ему в уши, в рот и в нос.

– Убить ее! Убить! Пусть она сдохнет! – кашляя и давясь, рычал он. Нимуэ обхватила запястья Кардена, пытаясь вырвать у него меч. Завязалась драка.

– Нет! НЕТ! – стоило ему открыть рот, как очередная стая мух забила ему горло. Отец Карден захрипел, борясь с тошнотой, и Нимуэ смогла вырвать Меч Силы из его рук. Закричав, в припадке первобытной ярости, она с разворота снесла ему голову.

Мерлин извернулся и выхватил меч у одного из своих стражей, и Красный Паладин закрылся ладонью, защищаясь. Мерлин отрубил ему руку, а затем отступил назад, делая еще один выпад в сторону паладина и толкая его головой вперед на крысиный ковер. Прорубаясь через ряды монахов, которые пытались справиться с нашествием сил природы, Мерлин добирался до тех, кто удерживал Моргану. Несмотря на дюжины крыс на одежде, на летучих мышей, которые роились возле лица, монахи пытались сражаться – однако силы были не равны, и в конце концов Мерлин в очередной раз воткнул сталь в чью-то плоть, освобождая Моргану.

– Нимуэ! Сейчас! Пора! – крикнул он. Его дочь пятилась, глядя на голову Кардена, которая превращалась в подножный корм для мух и крыс.

Очередной отряд Красных Паладинов загрохотал за поворотом: в общем хаосе, привлеченные паническими криками братьев, они заторопились к месту схватки. Мерлину, Моргане и Нимуэ ничего не оставалось, кроме как бежать.

Артур выскочил из пещеры и схватил длинный лук павшего Фавна. Используя тело как укрытие, он достал стрелу из колчана мертвого лучника и пустил в сторону тех разбойников, что уже спустились со скал и теперь скакали по песчанику в их сторону, намереваясь прикончить. Моряки с кораблей Пендрагона и фейри все еще плавали на мелководье, окровавленные, почти утонувшие и представлявшие собой легкую мишень.

Колчан опустел. Артур остался почти единственным, кто мог сражаться: половина его бойцов полегла на берегу, убитыми или ранеными. Сотни фейри в ужасе прятались, укрываясь за выступами песчаника, и Артур точно знал: пленных викинги не берут. Они пришли уничтожить всех.

Когда стрелы кончились, Артур выхватил мечи и бросился, спотыкаясь, навстречу всадникам: он поклялся, что заберет с собой хотя бы нескольких, прежде чем падет. Стук копыт отдавался в ушах набатом. Разбойники были уже близко, Артур мог видеть их кровожадные улыбки. Он покрепче сжал меч – и тут с востока донесся странный свист. Краем глаза он успел что-то заметить, а затем огромный огненный шар из горящей смолы обрушился на первую дюжину разбойников. Тела размело во все стороны, Артура отбросило назад. Воздух наполнился черным дымом и пляшущими искрами, лошади горели, их ноги подламывались, они неистово ржали, взлетая на дыбы. Сбитые с толку, викинги кружили возле кратера, образовавшегося в песке, – и тут повторный свист прорезал воздух, и второй огненный шар разрушил строй позади. Еще с десяток всадников превратились в воющую массу из обугленных и изломанных тел.


Проклятая

Артур обернулся к морю, глядя на корабли викингов, и успел увидеть, как один из них раскололо надвое: его протаранил другой корабль, увенчанный длинным горящим копьем на носу. Артуру казалось, что он во сне.

– Красное Копье! – прошептал он, вспоминая разбойников в подземельях Шлака, исцеляющую магию Нимуэ и обещание, данное, когда их руки соприкоснулись.

На корабли разбойников обрушился залп огненных снарядов, пускаемых флотом Красного Копья с помощью баллист и требушетов. Пираты, оставшиеся на берегу, явно были готовы пересмотреть намерение вступить в бой с фейри, потому что, расправившись с кораблями налетчиков, флот Красного Копья обратил носы к берегу. Огромные бойцы, вооруженные топорами, закутанные в медвежьи шкуры, спрыгивали на мелководье. На мокром песке они яростно схлестнулись с налетчиками.

Артур мог бы порассуждать о викингах вообще и о насилии, им свойственном, в частности, но в эту минуту он испытывал слишком огромную благодарность. Первая волна пиратских кораблей была повержена, они горели и тонули, а шхуна Красного Копья мчалась к берегу вдоль линии прибоя. Корабль умело скользил по бурным волнам, и викинги с борта махали выжившим на берегу. Артур ринулся в бой, криком призывая фейри. Бивни спешно собирали беженцев в колонны, переправляя их от скал к морю, в то время как воины Красного Копья на пляже быстро одолели оставшихся в живых пиратов.

Еще больше кораблей Красного Копья плыли навстречу фейри, и Артур нырнул в холодные волны, помогая тем, кто был слишком стар, слишком мал или чересчур слаб. Он находился в обжигающе ледяной воде больше часа, метался туда-сюда вдоль берега, помогая фейри подняться на борт, и довел себя до того, что губы посинели, а руки замерзли, мертвым грузом повисая вдоль тела. Не успел он уйти под воду, как грубая рука схватила его за шиворот, и Рос наполовину выдернул его из волн, втаскивая на палубу. Артур рухнул на доски, изрыгая морскую воду и дрожа от холода. Когда он пришел в себя, то увидел рядом с лицом пару сапог со стальными носками, подбитых кожей тюленя. Выше обнаружились ноги в кожаных штанах, набор топоров на поясе и, наконец, рука в перчатке из кожи и стали. Артур отметил круглую резьбу по стали в виде дракона и принял протянутую руку, впечатленный ее размером. Когда же он оказался на ногах, пришлось слегка опустить глаза, ибо голова в свирепом драконьем шлеме находилась чуть ниже.


Проклятая

– Мне сказали, я у тебя в долгу, – прогудел голос из-под шлема.

– Рад слышать это и пред лицом богов заявляю, что теперь мы в расчете, – выпалил Артур.

Красное Копье снял шлем, и по плечам рассыпались рыжие кудри. Озорно блеснули зеленые глаза.

– А ты легкий парень, верно? Меня зовут Гвиневра, я из свиты Ледяного Короля. Правда, сейчас наш двор оказался в руках предателей…

– Я Артур, – ответил он. – И мы сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь вам.


Пятьдесят семь | Проклятая | Пятьдесят девять







Loading...