home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 8

Техника сыска

Москва, 4 мая 2005 года, 11 часов вечера

Дома Северин припал к источнику живительной силы, не к тому, который в холодильнике, а к «Запискам» Путилина. Нашел место, где остановился вчера: «Последней находкой было перо, петушиное, черное». «И чего это я так тогда распетушился?» — удивленно подумал он и погрузился в чтение.


Санкт-Петербург, 20 февраля 1879 года

За следователями пришел черед судебного врача, Акакия Осиповича Бокина. С обычными для людей этой профессии увертками и оговорками он сказал, что смерть, на его взгляд, произошла от удушья. Удушения, поправил я его. Он согласился, но с видимой неохотой.

Рана на груди оказалась неглубокой, менее вершка, и не могла быть причиной смерти.

— И вообще, все это — Бокин кивнул в сторону задней стены, — как мне кажется, совершалось уже с бездыханным, но еще не остывшим телом.

Это подтверждало мои предположения.

— Следы борьбы? — коротко спросил я. — С таким молодцем нелегко было справиться.

— Есть ссадины и царапины на затылке, но какие-то странные, их бы надо изучить в более спокойной обстановке. Как будто он крутил головой, прижатой к чему-то шершавому.

— Может быть, к полу? — предположил я, указывая на обведенный мелком след от влажного пятна.

— Может быть, и к полу, — согласился Бокин, — еще под ногтями — кусочки кожи и какие-то ворсинки.

— Очень хорошо! — воскликнул я. — Убийца-то меченый!

Еще Акакий Осипович отметил красную полосу на шее, сзади, будто сдернули резко нательный крест, разорвав цепочку или гайтан, на среднем же пальце левой руки убитый, как видно, носил какой-то большой перстень. В заключение он высказал весьма правдоподобное объяснение исчезновению одежды князя.

— При смерти от удушья открываются естественные запоры организма, и содержимое внутренних резервуаров изливается наружу, — так с неподобающей врачам, тем более судебным, витиеватостью выразился он, вероятно, из уважения к княжескому титулу убиенного.

Что ж, картина свершившегося преступления все четче проступала в моей голове. Собственно, преступлений было три: убийство, ограбление, мистификация. В том, что все это распятие и окружавшие его знаки были мистификацией, я ни мгновения не сомневался. Если бы тут действовали истинные сатанисты, они бы не упустили случая надругаться над иконами, висевшими тут же рядом. Нет, тут орудовали люди православные, которым в голову не могло прийти решиться на святотатство даже для придания правдоподобия сатанинской затее. Мало того что православные, но еще и благородного происхождения — обыскав стол и бюро князя, они не тронули денег. Было их несколько, весьма не слабых людей, потому что для распятия тела могучего князя требовалась недюжинная сила. Скорее всего, трое, по числу фужеров вокруг бутылок из-под коньяка. Двух бутылок… Так постепенно сложился образ преступников — офицеры, из гвардии, высокого полета птицы, наверно, из тех самых сил, на которые намекал генерал Зуров. Ненавистная мне политика скалила зубы в окно.

К счастью, оставалось еще это самое окно, неведомо кем и для чего распахнутое в февральскую ночь, и два следа на подоконнике. Это были другие преступники, люди, несомненно, подлого происхождения, благородные-то в окошки с целью грабежа не лазают, только по сердечным делам. Воры, с одной стороны, бывалые, судя по характеру взлома, с другой стороны, низкого пошиба, судя по похищенному. Ну, этих субчиков я найду, непременно найду!

Неясность оставалась только с убийством. Верный никогда не подводившему меня принципу, что из множества вариантов наиболее вероятным является простейший, я склонялся к мысли, что убийство — дело рук этих самых грабителей. За отравлением обычно стоит женщина, благородные разбойники отдают предпочтение огнестрельному или длинномерному холодному оружию, шпаге, сабле, на крайний случай стилету, а вот удавка, сапожный нож и топор выдают преступника из простых.

Более мне нечего было изучать в кабинете, можно было переходить к допросу прислуги. Но до этого я прошел в гостиную, где высокие персоны в полном составе терпеливо дожидались моего доклада, как будто не было у них более важных и насущных дел. Все казались весьма удовлетворенными моими предварительными заключениями. Граф Адлерберг немедленно поспешил во дворец для доклада его императорскому величеству. Мы с генералом Зуровым вышли проводить его.

Сквозь шум изрядно разросшейся толпы зевак настойчиво пробивалось: «Вашвысокродие! Вашвысокродие!» На обозримом пространстве было одно высокородие, поэтому я осторожно повел глазами по сторонам и увидел втиснувшегося в решетку Ферапонта Алексеева, моего давнишнего и проверенного агента. Я незаметно приблизился к нему и тихо спросил:

— Ты как здесь?

— Слухи привели, Иван Дмитриевич, слухи! — радостно зашептал Алексеев. — С самого утра город одной новостью живет: Путилин вернулся! Так прямо и говорят: не стерпел-де Путилин нашего баловства и порешил вернуться, теперь не забалуешь! Вы уж про нас не забывайте, Иван Дмитриевич, мы вам завсегда служить готовы, на любых условиях, за одно даже жалованье.

Появление Алексеева было весьма кстати. Для расследования этого дела мне были нужны люди ловкие и преданные, редкое, надо сказать, сочетание, но мои агенты обладали им в полной мере. Я тихо отдал Алексееву необходимые распоряжения.

— Все сделаю, Иван Дмитриевич, не сумлевайтесь! — воскликнул он и растворился в толпе.

Между тем генерал Зуров неожиданно для меня пригласил «господ журналистов» пройти в дом. Число «господ» прибыло, первыми же прошмыгнули трое гнусных личностей, на которых я обратил внимание поутру. С ними генерал Зуров был особенно предупредителен, расспросил о том, какие газеты они представляют, те с готовностью отрекомендовались, не представляя, какие кары призывают на головы своих хозяев. Далее к моему ужасу градоначальник пренебрег своей же рекомендацией хранить дело в тайне и раскрыл многие детали следствия, относящиеся к уголовной части, привлекая особое внимание к распахнутому окну, через которое преступники проникли в дом. Слабым утешением мне служило то, что подобные субчики газет не читают.

— По счастливому стечению обстоятельств именно вчера начальником сыскной полиции Санкт-Петербурга вновь назначен хорошо известный всем вам Иван Дмитриевич Путилин. Не сомневаемся, что уже в ближайшие дни ему удастся найти и арестовать подлых убийц и грабителей! — так завершил свою речь градоначальник.

Мне оставалось только молча поклониться.


Глава 7 Воскрешение умерших — это не шутка! | Древо жизни | * * *







Loading...