home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава двадцать третья

Черис бесцеремонно бросила Тсейю на пол. Рванулась вперед. Досадный факт: она двигалась, как ртуть, с той же быстротой, которую Брезан заметил в записях прижизненных поединков Джедао. Брезан сопротивлялся, но она уже вцепилась ему в горло мертвой хваткой.

«Замечательно… – подумал он, когда мир начал погружаться во тьму. – Меня уделала пехота Кел…»

Когда Брезан пришел в себя, он был искусно связан паучьими ремнями. Черис усадила его в кресло, которое при других обстоятельствах было бы просто роскошным. По крайней мере, это не было одно из кресел генерала Кируев – антикварное, с подозрительными отверстиями на подлокотниках, которые выглядели так, словно у генерала была нервная привычка дырявить их отвертками. Брезан вряд ли смог бы это вынести.

Сама Черис оседлала стул, повернутый спинкой к Брезану.

– Я боялась, что ты останешься в отключке на всю ночь, – сообщила она. – Не трудись звать на помощь. Никто не услышит. Формационный инстинкт – такое дело… Я не могу рисковать.

Она все еще говорила с акцентом Джедао.

– Мы оба знаем, кто ты. – Брезан попытался пустить в ход свой лучший сдержанный голос, но получилось какое-то карканье. – Можешь перестать притворяться.

– Это сложный вопрос, – возразила она. – И ты, похоже, запутался, кто кого допрашивает. Почему ты пытался меня убить?

Надо было ему держать рот на замке. Это уже превращается в тенденцию. С другой стороны, вопрос не сложный.

– Мне казалось, это очевидно. Ты захватила рой моего генерала под видом Шуос Джедао. А у него, если вдруг ты проспала этот урок, репутация человека, вокруг которого все погибают. Надо быть чокнутым, чтобы по доброй воле оставить тебя за главную.

Черис одарила его улыбкой Джедао.

– Вижу, тактичность не относится к числу твоих сильных сторон, но ты не тупой. Как ты и сказал, мы оба знаем, что я не Джедао, иначе попытка твоей анданской подружки увенчалась бы успехом.

– Что ты с ней сделала? – спросил Брезан, не успев прикусить язык.

Черис подняла бровь.

– Джедао бы её убил, но она не мертва. На большее не рассчитывай.

Брезан ей поверил, но кто знает, в каком состоянии Тсейя…

– Ты приложила чертовски много усилий, чтобы быть убедительным Джедао, – сказал Брезан, вспоминая, как все начиналось. Может, лучше ее разговорить. Вдруг она о чем-то проболтается.

– Хочешь верь, хочешь нет, но это побочный эффект того, что сделало со мной Командование Кел. В любом случае попробуем еще раз. Почему ты пытался убить меня?

Странное дело, но она, похоже, не принимала покушение близко к сердцу. Её интересовали его мотивы. Зачем? Почему это так важно? Она могла убить его без всяких проблем. Если уж на то пошло, она могла бы сделать это и в первый раз. Подоплека происходящего нравилась ему все меньше и меньше.

Черис терпеливо наблюдала.

– Кем бы ты ни была на самом деле, – сказал Брезан, – ты захватила рой моего генерала. Какого хрена я должен был делать? Позволить тебе смыться со всеми этими мотами?

Черис постучала кончиком пальца по спинке стула.

– А для чего нужен рой?

– Ты знаешь ответ на вопрос. Зачем мы вообще ведем этот разговор?

– Неужели все генералы так плохо дают прямые ответы? – едко поинтересовалась Черис. – А вопрос-то, между прочим, не трудный.

– У нас был приказ сражаться с Хафн, – сказал Брезан, подавляя желание броситься на Черис – он ведь прекрасно понимал, чем это закончится. – И мы бы с этим прекрасно справились без твоего вмешательства.

– Большей частью да, – сказала Черис, – но с одним исключением. Это исключение убило бы всех вас. Впрочем, ладно. Вы двое, видимо, отслеживали движения роя, чтобы попасть на борт командного мота. Я могу лишь предположить, что вы также наблюдали за его действиями. Это, несомненно, сказало тебе все о том, как я беспорядочно взрываю моты, обрушиваю их на города или заполняю ядовитым газом.

– Ценю твой сарказм, – огрызнулся Брезан. – Я осведомлен о том, какой успех тебе сопутствовал. – Он не был уверен, что хочет знать, какую часть этого успеха можно отнести на счет того, кто был до недавнего времени пехотным капитаном. – Я также осведомлен, что ты сражалась с Хафн вполсилы, как будто Командование Кел держало тебя на поводке. Но я отказываюсь верить, что ты делаешь это ради гекзархата.

– Да, полагаю, выгода гекзархата очень важна для тебя, – сухо сказала Черис. Ее кулаки сжались.

Брезан обратил внимание не на ее руки, а на тон голоса. Вот тебе раз, неужели она что-то уловила? Он совершенно не нуждался в том, чтобы она поняла, какие у него бывают опасные еретические мысли по отношению к властям.

– Ты ужасный лжец, – прибавила она, хотя Брезан не сказал ни слова. Его сердце сжалось. – Ты заботишься о рое; вот и славно. Сам увидишь, что я оберегала Кел лучше, чем это могло бы сделать Командование.

– И поэтому ты послала ту тактическую группу сражаться в самоубийственной формации, – парировал Брезан, хотя провоцировать Черис было плохой идеей.

– Это сделал коммандер Герион, – возразила Черис.

Брезан сдержал ругательство. Герион ему нравился, и не только потому, что коммандер оценил его жареного фаршированного фазана в тот единственный раз, когда Брезан пригласил его на обед.

– Он хорошо служил, – сказала Черис без видимой иронии. – Кто-то должен был сражаться, Брезан. Ничего с этим не поделаешь. Герион выбрал, как выполнить свою миссию. «Удар Киоры» был его выбором, и он достиг намеченной цели. Итак, спрошу еще раз. Почему ты пытался убить меня?

Брезан уставился на нее. Жаль, что у неё отлично получалось выглядеть невозмутимой. Наверное, так бывает, когда у тебя все козыри на руках.

– Я Кел, – процедил он сквозь зубы. Он вспомнил самодовольных ястребов, крылья из витков дыма, обжигающий взгляд золотых глаз. – У меня приказ.

Черис беззвучно рассмеялась.

– Мы «падающие ястребы». Если ты следуешь приказам, это потому, что сам так решил. И мы возвращаемся к вопросу, который я все время задаю, но ты уходишь от ответа. Почему ты пытался убить меня?

Брезан не мог даже сжать кулак. У него закончились уклончивые ответы.

– Не знаю, – сказал он, ненавидя себя за то, каким измученным прозвучал голос. Когда Черис не ответила, он продолжил, громче: – Ну не знаю я, понятно? Ты это хотела услышать?

– Я выполняла приказы Командования Кел, в точности как ты, – сказала Черис. – Но есть вариант получше. Я его не видела, пока Джедао не показал. – Когда Брезан уставился на неё, она добавила: – Джедао был злом, но это не означает автоматическую неправоту во всех вопросах. – Она встала и начала отстегивать ремни. – Вот что сейчас будет. Я передам тебе руководство роем, и можешь поговорить с товарищами. Уверена, они беспокоились о твоей судьбе. Спроси, как управляли роем, и сопоставь это с тем, как обошлись с тобой. Формационный инстинкт обеспечит честные ответы с их стороны. – Последний ремень отстегнулся. – Потом возвращайся и скажи мне в лицо, почему хочешь меня убить. Поскольку ты станешь командиром роя, сомневаюсь, что я буду представлять для тебя какую-то угрозу.

Брезан не смел пошевелиться, но, осторожно напрягая мышцы, понял, что действительно свободен.

– Они понятия не имеют, кто ты, не так ли?

– Я знала, что ты и об этом догадаешься, – сказала Черис как ни в чем не бывало. – Запри меня, где хочешь. Мне нужно кое-что обдумать. В конце концов, если бы ты хотел убить меня, ты бы уже это сделал.

Брезан открыл рот, сам не понимая, зачем позволяет ей трепаться, раз уж она его освободила, затем закрыл его.

– Дай мне слово, что будешь сидеть взаперти, пока я не вернусь.

Командование Кел с удовольствием развесит его по частям на какой-нибудь неприукрашенной стене, когда узнает, что он задумал. Они понимали, что он может толковать свои приказы свободно, однако Брезан преступил черту оправданных действий.

– Даю слово, – сказала Черис. Она положила руку на рукоять календарного меча, которого не носила – ритуальный жест, которым Кел не пользовались больше поколения. – Можешь начать со своего генерала. Она, вероятно, отдыхает.

– Дай мне доступ к мот-сети, – сказал Брезан.

– Ну разумеется.

Черис пробормотала кодовую фразу на незнакомом языке, не заботясь о том, что он слышит – впрочем, вряд ли у неё появится новая возможность использовать этот пароль.

Брезан моргнул, когда мот-сеть снова начала разговаривать с его аугментом. Понадобилась всего секунда, чтобы проверить главную карту и убедить терминал выдать текущий лист нарядов.

– Если окажется, что это все-таки часть какого-то шуосского гамбита, – проговорил Брезан, – я пошлю тебя Командованию Кел по частям.

Угроза не произвела на нее впечатления. Учитывая то, что она уже сделала, будучи обреченной, ничего удивительного.

Брезан встал. Его мышцы протестовали, но он пробыл связанным не так уж долго. Он оглянулся на Черис, которая перебралась на кушетку и включила… это что, дуэльная драма? С танцорами? Лучше не спрашивать.

Хотя Брезан почти ожидал, что в коридоре на него накинутся еретики-Кел, за порогом простиралась лишь дразнящая пустота. И со стен глядели все те же самодовольные нарисованные ястребы.

У него два варианта. Можно навестить генерала Кируев, как предлагала Черис, или пойти за Тсейей, если сеть не лжет о её местонахождении. Тсейя не одобрит, что он разговаривал с Черис, но может знать, чего требует ситуация. С другой стороны, Брезан чувствовал себя обязанным выяснить, насколько правдивы утверждения Черис.

К черту всё. Лучше разобраться, пока есть такая возможность. Он прошел по коридору, не очень далеко, и остановился перед дверью генерала.

– Прошу разрешения о встрече с генералом Кируев.

Последовала долгая пауза. Брезан уже собирался повторить запрос, когда дверь открылась. Он вошел и только тогда понял, что забыл упомянуть о своем новом звании.

– Брезан, – сказала Кируев, а потом, увидев эмблему с крыльями и пламенем, прибавила: – Сэр.

Прекратив переставлять на полках свою бесконечную коллекцию штуковин, она повернулась к Брезану как следует и отдала честь.

Брезан не обратил внимания ни на её устройства, ни на салют. Седая прядь в волосах Кируев сделалась шире, а сама женщина выглядела худой и болезненной. Брезан подавил рычание.

Рот Кируев скривился.

– Раз вы здесь, – сказала она, – значит, Командование Кел каким-то образом умудрилось вас прислать, и Джедао больше нет. – Она попыталась дотянуться до своего пистолета, но руку свело судорогой, и кисть затряслась.

«Она пытается убить меня из-за Джедао?!» – подумал Брезан, не веря собственным глазам.

– Отставить, с… генерал, – сказал он. Кируев застыла. Брезан не приказал ей сдать оружие, что почти наверняка было ошибкой, но он не хотел полностью лишать ее достоинства. – Что, черт возьми, с вами случилось?

– Пожалуйста, конкретнее, сэр, – ледяным тоном произнесла Кируев.

Что ж, если она так ставит вопрос…

– Выглядите так, словно вас отравили. Что происходит?

– Я задействовала оговорку Врэ Талы от имени Джедао, когда Командование Кел отозвало его полномочия, – сказала Кируев.

– Он заставил вас пойти на такой шаг?! – ужаснулся Брезан. Так вот почему Кируев выглядела больной – она и была больна. Она умирала.

– Меня никто не заставлял, сэр. Я это сделала добровольно. Можете меня пристрелить, если хотите. Это больше не имеет значения.

Колючее отчаяние в глазах Кируев ранило Брезана.

– Я задаю не те вопросы, – сказал он. – Почему вы сделали это добровольно?

Тишина.

Отлично. Брезану придется давить на женщину, которая, по всем правам, должна быть его командиром.

– Отвечайте на вопрос, генерал.

Кируев резко вдохнула и кивнула.

– Потому что он достоин верной службы, – сказала она. – Потому что первое, что я попыталась сделать, это убить его с помощью самодельного устройства…

Брезан скрыл изумление.

– …но попытка провалилась. Я убила Лю и Мерики.

– Мне очень жаль, – сказал Брезан. Услышанное казалось не совсем реальным. Лю с его легкой склонностью к азартным играм, Мерики с её оравой детей…

Кируев продолжала, словно не слыша Брезана.

– После этого генерал Джедао увел меня, чтобы поговорить наедине. Он знал, что я виновна. Он отчитал меня за то, что я убила не тех, предупредил, чтобы я больше не лажала, и попросил ему послужить. Я так и сделала.

Я знаю, что говорят уроки истории. Я знаю, что он сделал. Но за то время, пока Джедао командовал роем, он действовал по отношению к Кел более благородно, чем это обычно делает Командование Кел. – Кируев отвернулась, потом снова посмотрела на него. Её сопротивление ослабевало. – Полагаю, вы его уже устранили. Иначе вас бы здесь не было. Так вперед, сэр, закончите начатое. – Её голос смягчился. – Как бы там ни было, я рада, что вы живы.

И тут Брезану пришло в голову, что Кируев жаждет смерти. Ему захотелось спросить, не побочный ли это эффект Врэ Талы – такие слухи ходили давно, – но он не смог этого сделать, потому что заподозрил, что ответ ему не понравится. Вместо этого он проговорил:

– Что, если я скажу, что нас обманули? Что вы на самом деле следовали не за Джедао?

Кируев замолчала. Потом сказала:

– Это ведь вы указали на тот факт, что бывшая капитан Черис не обладает такими снайперскими навыками. Разве что ей повезло. Если, конечно, вы на это намекаете.

– Я чертовски мало знаю о том, как именно Джедао воскрешали всякий раз, когда Командование Кел желало отправить его в бой, – сказал Брезан. – А вы?

– У меня никогда не было доступа к таким сведениям, сэр.

Он видел, что Кируев настроена скептически.

– Я пришел сюда не один, – сказал Брезан, но не получил никакой реакции. Кируев такого ожидала. – Меня послали в качестве подкрепления для агента Андан. – Вот тут ее глаза вспыхнули. – Агентесса не смогла даже замедлить Черис.

– Может, Джедао просто сошел с ума – или обезумел сильней, чем прежде – от того, что завладел телом Черис?

– Меня не было на моте все это время, – сказал Брезан, думая о том, какими здравыми были речи Черис. Ходили слухи, что Шуос обучили некоторых своих агентов умению сопротивляться порабощению, но Тсейя не думала, что это ей помешает. – Вот вы мне и скажите. Человек, которому вы служили. Его поведение казалось вам поведением сумасшедшего?

– Ну, – очень сухим голосом произнесла Кируев, – в нынешних условиях честный образ действий всегда кажется чем-то безумным. Но я вас поняла, сэр. В любом случае это не имеет значения.

Это застало Брезана врасплох.

– Не понял.

Кируев поджала губы.

– Джедао мертв?

– Нет, – сказал Брезан и встревожился от того, как его порадовал тот факт, что лицо Кируев чуть просветлело. – Черис меня одолела. Сидит сейчас в своей каюте под арестом. Но она убедила меня оценить свои действия исходя из состояния роя в целом.

– Это интересный ход, – сказала Кируев, – учитывая, что у меня нет выбора и я обязана вам подчиниться. Вы уверены, что ей можно доверять?

Да, вот оно: формационный инстинкт взял своё, и её преданность перераспределилась. «Я не хотел, чтобы так вышло», – подумал Брезан, понимая, что говорить такое вслух не надо.

– Может, она надеялась, что я приду к тем же выводам, что и вы.

– Вас отпустили и не убили, сэр, – заметила Кируев, как будто Брезану нужно было об этом напоминать. – Я вижу закономерность.

– Я едва успел осмотреться на «Иерархии пиршеств», – сказал Брезан. – Мне бы хотелось обойти корабль в вашей компании, чтобы не вызвать слишком большой суеты.

– Просто прикажите, сэр.

Брезан напомнил себе, что не стоит пререкаться из-за того, в чем у Кируев нет выбора.

– Черис дала вам какие-нибудь указания относительно ее конечной цели?

– Я знаю лишь то, что мы должны были сражаться с Хафн – вы об этом наверняка догадались, – и что, возможно, она вела и какую-то более крупную игру. Никаких других подробностей мне не сообщили.

– Пусть и не подробности, – сказал Брезан, – но что угодно, любая деталь… – Он и не заметил, когда стал надеяться, что у лисы-Черис был какой-то план. – Ведь не намеревалась же она затеять войну с гекзархами с одним роем, пусть и таким большим.

– Она как-то сказала, что я смотрю не на то поле боя, – призналась Кируев. – Но это мог быть обманный маневр.

– Думаете, она блефовала?

– Нет, – ответила Кируев без намека на колебания. – Нет, я так не думаю.

Брезан на мгновение задумался.

– Для начала я хочу увидеть членов штаба и глав подразделений, а также коммандера Джанайю.

– Сэр, вы должны знать, что она отстранена от службы. Действующий коммандер – Мурис. Мне восстановить Джанайю на посту?

И с чего он взял, что разобрался в ситуации?

– Что случилось?

– У неё был нервный срыв, сэр, – сказала Кируев и не стала вдаваться в подробности.

– Придется вникнуть в это позже, – мрачно решил Брезан. Статус роя был проблемой первостепенной важности. – Что ж, пусть будет коммандер Мурис.

– Как пожелаете, сэр. Я все устрою.

Кируев, несомненно, видела, как плохо Брезан подготовлен к такому повороту событий, но она никак это не прокомментировала. Конечно, она не могла вести себя иначе – это было бы неподчинение. Брезан в бессильной ярости смотрел, как Кируев рассылает указания, даже не зная, на кого он злится. Может быть, на себя.

Они направились в конференц-зал пораньше на том основании, что было лучше оказаться там первыми. Брезан с трудом сдерживался, чтобы не вздрагивать от поступи Кируев – не потому что он ощущал нечто неправильное, но потому, что все время ожидал, что что-то пойдет не так. Генерал кашлянула, когда Брезан машинально занял свое прежнее место за столом. Он покраснел и решил остаться стоять, а Кируев медленно опустилась в кресло рядом с тем, что было во главе стола.

Первым прибыл коммандер Мурис. Он без малейших промедлений отдал честь и по кивку Брезана направился к месту напротив Кируев. Потом пришли большинство штабных офицеров. Последним был медик, смотревший на Брезана с нескрываемым скептицизмом.

Когда все расселись, Брезан сказал:

– Я понимаю, это чертовски странная ситуация, но то, что мне нужно от вас, очень просто. Я хочу честных оценок того, как обращались с роем после переворота, устроенного Джедао. – Он не объяснил ни своего присутствия, ни того, какого хрена ему понадобилась эта информация. По крайней мере, видимая покорность генерала Кируев придавала ему некий вес. – Будем двигаться по часовой стрелке, начиная с коммандера. Я уже выслушал доклад генерала Кируев в частном порядке.

– Сэр, – сказал Мурис. И приступил к отчету. Его ясная и лаконичная манера говорить не изменилась, и Брезан не мог не восхититься его хладнокровием. Хотя встреча записывалась, Брезан делал заметки, потому что иначе не смог бы сосредоточиться на том, что говорил Мурис.

Невозможно было избавиться от ощущения, что собравшиеся в зале офицеры излучают грусть. Но они должны были выполнять его приказы, потому что потеряли способность сопротивляться в тот самый момент, когда вошли и увидели знаки отличия верховного генерала. Кируев попыталась, но не смогла противостоять прямому приказу. В середине рассказа Муриса о первом сражении с Хафн Брезан рассеянно подумал, что было бы ужасно легко привыкнуть к тому, как люди смотрят на тебя с подобной преданностью – наверное, так и случалось с верховными генералами, а также с генералами, которые противоестественным образом накопили четыреста лет выслуги. Он уж точно не помнил ничего такого за время своей обычной карьеры.

Кел Черис обладала властью над роем, и отказалась от неё в рамках… риторического гамбита. Кто она на самом деле и что за игру затеяла?

Одно ясно: если он хочет в этом разобраться, придется вернуться к ней.


Глава двадцать вторая | Стратагема ворона | Глава двадцать четвертая







Loading...