home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 10

Император всея Утронии

Утром в мою комнату деликатно постучали. Литтии рядом не было. Дворецкий полил из кувшина теплой воды мне на руки, чтобы я умылся. На завтрак подали свежего хлеба и фруктов. Ел я в одиночестве.

«А ничё так графья жили, – подумал я. – Зря ребята в семнадцатом году погорячились».

О том, что погорячившиеся ребята были не из графьев, а из тех как раз, кто для них воду кипятил и завтрак накрывал, я как-то подзабыл.

Не успел доесть, оказался в поле, на котором экскаватор безумствовал. Справа от меня вился рой пчел, а слева, с лицом исполненным мудрости и опершись на палочку – точь-в-точь мастер Йода, – стоял оруженосец Кинсли.

Вокруг кружили ветры – теплые, прохладные, один даже колючий какой-то. Я не сразу понял, что это маги, на встречу с которыми доставлен. Так они меня изучали. А показываться не хотели. Оно и понятно: навоюешься с невидимками – за добро почтешь лишний раз не светиться.

– Пару слов о себе, пожалуйста, – обратился ко мне женский голос из пространства. Показалось, что у меня интервью берут.

– А что о себе? – Я оглядывался, пытаясь хоть кого-нибудь разглядеть, кроме пчел, которые в стороне роились, в потоки ветров не попадая. – Жил, работал, учился… Прибыл с Земли. Лет мне…

– Не об этом, – перебил меня рассудительный голос, который мог бы принадлежать, например, школьному учителю истории или педиатру. – Нас интересуют твои ценности. Что главное для тебя? Ради чего ты готов умереть?

– Сложный вопрос, – сознался я. – Иногда мне кажется, что за многое. Иногда – ни за что. Иногда хочется на амбразуру броситься, а иногда в щель забиться и чтобы не трогал никто.

– От страха? – спросил новый голос. Он мог бы принадлежать подростку.

– От чувства собственной никчемности, – ответил я, удивляясь, как быстро нашел ответ. – А ценности мои обычные: добрые сердца, светлые лица, ясное небо и свежая листва – вот то, что меня радует. То, что я хотел бы видеть всегда.

Я хотел говорить еще – Остапа, что называется, понесло, – но Литтия, обернувшись девушкой, остановила меня.

– Они ушли совещаться.

Прождали мы недолго.

– Надень на него венец, – сказал голос, который мог бы принадлежать взрослому и ироничному мужчине.

Позже я узнал, что это со мной говорил сам Верховный маг Хербен.

– Мы одобряем твой выбор, Литтия. Пусть всем нам сопутствует удача.

– Постойте! – вскинул я руку. – Можно и мне спросить?

– Спрашивай, – отозвались сразу несколько ветров.

– Есть ли дверь в мой мир в замке Падших?

– Этого никто не знает точно, – вздохнул ветер с женским голосом.

Я почувствовал себя девочкой Элли, нашедшей наконец великого Гудвина, который на поверку оказался мошенником.

– Но так говорил Артур. Правда, у нас нет сведений о том, знает ли об этом Немо и пользуется ли ею, – продолжила невидимая волшебница.

– А как же финфор? – спросил я. – Ведь глаз этого вашего штукабряка способен заглядывать куда угодно. Почему с помощью него не убедиться, есть ли дверь?

– Куда угодно, кроме замка Падших. Внутрь стен замка чужая магия не проникает, – ответил «подросток». – С тех самых пор, как Рахли туда наведался без спроса, Немо сделал стены непроницаемыми для любого колдовства.

Литтия взяла диадему. Я присел – все-таки повыше ростом, чем анимешная ведьма, – и был коронован.

– Мы не знаем, как ты можешь помочь нашему миру, да и можешь ли, – услышал я голос «учителя истории». – Но мы надеемся на тебя, а ты отныне можешь положиться на нас.

Через мгновение мы втроем – Литтия, Кинсли и я – уже сидели за столом в замке ведьмы.

Подали поесть. Я снял с головы диадему, чтобы рассмотреть, во что она превратилась. Теперь это был узкий серебряный ободок без каких-либо листочков и украшений. Мелкая гравировка изнутри в виде множества непонятных символов. Интересно, почему она не менялась, когда я сам ее надевал? Или менялась, а потом опять такой становилась – так что я и не заметил? Может, она меняется надолго только тогда, когда ею коронуют?

Ведьма и карлик принялись обмениваться свежими сплетнями о делах утронийских, я мотал на ус да на жареную рыбу налегал.

– Ну что, вам пора в путь? – гостеприимно поинтересовалась Литтия, когда обед закончился.

– Да, точно! У меня же сегодня… – спохватился я. – Да, кстати, а что у меня сегодня? С чего начнем победоносную войну?

– Ты хотел обучиться магии. – Ведьма скрестила на груди руки, с иронией наблюдая за моими придуриваниями. – Найти Немо и с нашей помощью одолеть его в войне. Разве нет?

– Ну разумеется! – согласился я. – Но вообще-то усталые путники могли бы еще денек отдохнуть, правда, Кинсли? – обратился я к карлику.

Тот не ответил, деловито пакуя вещи в котомки.

– Не можете, – ответила Литтия. – Через несколько дней ты должен поступить на службу к Рахли. Месяц вольной жизни подходит к концу. А Рахли не любит опозданий.

– Погоди! А разве теперь, с моими новыми связями и знакомствами, я не освобожден от этой постыдной обязанности – Рахли прислуживать?! Я же теперь этот, как его, император всея Утронии. Нет разве?

– И все-таки, – наморщила нос Литтия, – погорячились мы насчет тебя.

– Да и вообще! Какой такой Рахли? – пылил я аргументами. – Мне магии учиться пора, а не Рахли носки стирать!

– Позволь, я скажу, о великая. – Кинсли хмуро посмотрел на меня: – А где, по-твоему, ты будешь магии учиться?

– Ну, не знаю… Есть тут какая-нибудь школа магии? Какой-нить задрипанный филиальчик Хогвартса?

– Рахли тебя и будет учить. Если увидит, что в этом есть хоть какой-то смысл, – насупленно процедил Кинсли.

– Опаньки! – воскликнул я. – Так и это подстроено вами? И завал камнями, и чудесное спасение?

– Нет, – оборвал меня Кинсли. – Камнями завалило случайно.

– Ага, – продолжал я расследование. – Но ты решил это использовать как повод для того, чтобы, так сказать, связать меня узами обязательств.

– Именно так. – Кинсли по-прежнему не сводил с меня хмурого взгляда. Будто собирался запихнуть меня вслед за кружкой в свою походную сумку в том случае, если откажусь идти. А что – с помощью Пчелиной ведьмы ему бы это удалось.

– Очень тебя прошу, – мягко сказала Литтия и посмотрела на меня огромными глазами-озерами. – Иди к Рахли и научись у него всему, чему сможешь. И даже больше. Не забывай, ты – последняя надежда Утронии. И моя.

Очаровательная хрипотца анимешной ведьмы плюс ее невероятно красивые и большие глаза подвигнули бы кого угодно на что угодно. Но почему не завтра хотя бы? Дайте еще денек отдохнуть. Идти куда-то из теплого уютного замка, где вкусно кормят и отменно спать укладывают, ох как не хотелось!

– А разве ты не можешь нас сразу перенести туда? – спросил я со вздохом. – Чапать лень.

– Нет, – улыбнулась она. – Это – часть обучения. И знакомство с миром, который ты спасешь от беды. Но на тот берег я вас и в самом деле перенесу. Иначе опять придется обходить через Заброшенные пещеры.

Кинсли громко вздохнул. Стало понятно, что именно этого маршрута он опасался больше всего.

– Но ты прилетишь как-нибудь на чашечку зайти? Тебе же раз плюнуть, – тянул я время.

– Вряд ли это будет в ближайшее время. – Улыбка не покидала ее губ.

– А если на меня в пути пара драконов нападут, тоже не звонить?

– Не знаю, чем звонить и кто такие драконы, но если ты говоришь о бестиях – ты с ними и без нас прекрасно справляешься.

– А если я вдруг соскучусь? – повел я бровью, надеясь, что выгляжу соблазнителем.

– Перетопчешься. – Она улыбалась и морщила носик одновременно. – А вот если я соскучусь – сама прилечу.

– Феминизм какой-то, – пробубнил я. – Матриархальный причем.

На этот раз ведьма с карликом не стали переспрашивать, что я сказал. Литтия повела рукой, и мы оказались в новом краю: слева – скальная гряда, справа – океан. Кинсли сказал, что этот участок суши именуется мыс Хофф.

Провианта с собой нам отгрузили предостаточно, кроме бурдюка с водой дали еще и с зайгой. Для увеселения души, видимо. А вот ослика не дали, чтобы тащить все это. Хотя, зачем другой осел, раз я есть?


Шли холмами, низинами и ущельями. В пути было то холодно, то жарко, но никаких злобных тварей, по счастью, не попадалось. Иногда, правда, казалось, что кто-то следит за нами из-за скал, порой слышался тонкий идиотский смешок, но Кинсли сказал, что опасаться нечего.

– Это травпты, – сказал он. – Они нас боятся гораздо больше, чем ты их.

– Как ты сказал? Травпты? Пока выговоришь, травму языка получишь.

– Да. Мелкие, безобидные жители влажных ущелий и скал. Считается, – с недовольством добавил Кинсли, – что они наши родственники. Я в это не верю.

– Интересно, а что они едят? – спросил я, надеясь, что не являюсь их гастрономической мечтой.

– Мох всякий. Плесень скальную…

На ночлег мы остановились на скальном выступе. Здесь было много подобных. Гладкие, ровные, будто специально в скале выдолбленные. И тот, что на скале Падших, и тот, где дом Шайны, и тот, где выход из Заброшенных пещер. Эти выступы вполне были удобны для того, чтобы с них пейзаж осмотреть, чтобы привал на них устроить или даже переночевать. Главное – не слишком ворочаться во сне.

Так я думал, когда на ночлег устраивался. Звезды над головой – не звезды, звездищи! На небе было две луны – Марс какой-то невнятный, едва видимый из-за облаков, и Юпитер во всей красе. Его почему-то облака стороной обходили, и он нависал большим голубым шаром, превращая ночь в темно-голубые сумерки. Красота.

Как только я разлегся, руки за голову закинув, как – хляп… Именно с таким звуком мой рюкзак, который я под голову пристроил, в чьей-то черной пасти исчез. Я вскинулся – ни рюкзака, ни пасти. Осторожно отполз в сторону скалы, под которой уютно храпел мой Санчо Панса. Он не проснулся. Но не приснилось же мне, в самом деле! Я же внятно слышал этот хляп! И до края скалы метра три было – не мог мешок с вещами сам укатиться.

– Кинсли, – я стал тормошить карлика, продолжая смотреть в сторону обрыва. Гортванец только храпанул в ответ. – Кинсли! – Я тряс его все требовательнее. – Проснись! У меня вещи кто-то слямзил!

Наконец мой спутник проснулся и сел, недовольно протирая глаза.

– Что случилось? – спросил он сердито.

Я рассказал. Выслушав, Кинсли окончательно проснулся, выпучил глаза и зачем-то встал на четвереньки. Тоже, не отрываясь, смотрел в сторону обрыва.

– Семхра! – взволнованно прошептал карлик. И словно артиста на бис вызвал.

На самый центр нашего скального пятачка шлепнулось что-то, похожее на… Шут его знает, на что похожее. Что-то среднее между Тоторо[1] и бегемотом. Пасть огромная, от уха до уха, зубы редкие, квадратные. Кожа черная, гладкая. А хвост похож на кабель – длиннющий и тоже черный. Кабель этот через всю площадку протянулся и скрывался в пропасти. Семхра хляпнул пастью по тому месту, где я только что был, и медленно, оставляя за собой пятна слизи, утянулся в пропасть вслед за хвостом. Вскоре снизу донесся звук всплеска.

– Там же метров десять, не меньше! – озабоченно сказал я. – Как он?..

– Это же семхра, – вздохнул Кинсли. – У него хвост длиннющий. Он им в дно упирается и взлетает. Жалко, что я не отобрал у тебя мешок с провиантом.

– Если бы не мешок, семхра твоя меня бы сцапала! – возмутился я.

– Вот я и говорю, провиант жалко…

Все-таки ночевать мы остались там же, но сильнее под свод скалы вжались и закемарили. Следующий выпад семхры случился через пару часов. Мы проснулись и смогли лицезреть, как чудище с перекошенной пастью и глазами навыкате, издавая утробные звуки, каталось по скальной площадке.

– Что это с ним? – прошептал Кинсли, ненароком ко мне придвигаясь.

– Там же, помимо прочего, бурдюк с зайгой был, – печально сказал я. – Наверное, развезло.

В подтверждение моих слов чудище громко рыгнуло и блаженно покатилось со скалы вслед за хвостом.

– Да, ребята, – сказал я, – у вас приключений на задницу долго искать не приходится. Была бы задница, приключения найдутся. Спать давай. – Я укутался в плащ с меховым подбоем – подарок Литтии – и уснул.

«Все-таки я огромный везунчик. Просто невероятный, – думал я, засыпая. – Иначе бы не мешок с провиантом исчез в пасти чудища, а я сам. Уф…»


Глава 9 Пчелиная ведьма | Владей миром! | Глава 11 Рахли







Loading...