home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 26

Битва на Куликовом

Я хотел было метнуться к фаншбам, но им не пришлось ничего объяснять – сразу ринулись в атаку. Только в тот момент я понял, как они смогли ускориться. Поскольку дорога к Куликову полю шла под уклон, фаншбы свертывались пластинчатыми клубками и катились. Последние ряды фаншбов еще нагоняли авангард, который уже врезался в правый фланг стеклянного войска. Рыцари не успели перестроиться и сейчас огребали по полной – их мечи не наносили панцирям фаншбов почти никакого урона. А вот многолапые жуки рубили стеклярусов, как молодые деревья.

Немо не комментировал мою хитрость. Не насылал проклятия, не издевался. Он действовал. Молча. И на мою военную хитрость ответил несколькими.

Панцири фаншбов на моих глазах стали прозрачными, и теперь уже стеклянные мечи врубались в них, словно в масло. Тем временем готы охаживали дубинами невидимую стену, которую создал Немо, – она была противоударной. А вот стеклярусы атаковали из-под нее вполне успешно – количество разрубленных или заколотых готов росло с дикой скоростью.

А меня. Покидали. Силы.

Я не мог защитить своих воинов. Не мог создать стену, не сбросив поддержку приисков. И уже готов был ее сбросить – о замке ли теперь было заботиться готам? Но сначала решил разыграть другую карту – она в магии не нуждалась.

Я переместился на противоположную сторону Куликова поля, вбежал в лес, чтобы меня не было видно, потер грань кулона и произнес «лобио».

Зеленые, мерзкие существа заполонили пространство предо мной. Их было десятков пять. Они шипели, роняли ядовитые слюни и больше всего походили на прохудившиеся гофрированные шланги из прозрачно-зеленого пластика. Каждый такой кусок шланга был метра в три длиной и не меньше метра в обхвате.

– Туда! – крикнул я, указывая на стеклянное войско.

Но махральны никак не отреагировали, разве что шипеть стали оживленнее, и передние, зубастые, части шлангов на меня направили. Только тогда я обнаружил, что глаза у них были, – прямо вокруг раструба виднелись блестящие бусинки.

«Что делать? Почему не слушаются?» – подумал я в легкой панике.

Только успел вспомнить о Кинсли, как он уже был возле меня. Как он успел перебежать – непонятно.

– Так я и думал! – начал он ворчать. – Разве фулопп не объяснил тебе, что монстрам надо отдавать команды на языке древних?!

– Да нет как-то – заговорились, наверное.

– Болваны, – буркнул Кинсли. – Хлаба майхра йоте ка ванде! – И он указал на меня.

Махральны начали булькать и шипеть еще активнее, но и только.

– Дай сюда! – Он протянул руку, кивнув на императорскую диадему.

Я быстро снял, завороженно глядя, как проклятые стеклярусы колбасят мое войско с минимальным уроном для себя. Немо зависал над полем, дымил трубкой и довольно поглядывал в мою сторону, но вряд ли видел меня и махральнов за деревьями. Он ждал моего хода. Ему нравилась эта игра. Мне – нет.

Кинсли, надев диадему, которая сразу приняла другой размер и вид, начал отдавать приказы махральнам. На этот раз они подчинялись приказам беспрекословно. Видимо, командовать на древнем языке и носить диадему должно было одно и то же лицо.

Махральны поползли в сторону Куликова поля, паля в стеклярусов едкой зеленой гадостью, исторгаемой их утробой. Я тоже завис над полем, наблюдая за реакцией Немо и за ходом сражения. Реакция мне понравилась – лицо Второго Падшего от удивления удлинилось. Судя по всему, он ожидал чего угодно, только не этого.

Будто песчаные фигурки, попавшие под дождь, размывались и разъедались стеклярусы зеленой антимагической слизью. Там, куда доставали выстрелы махральнов, скапливались лужи грязного стекла.

Сначала я даже удивился – ведь до этого рассчитывал только на то, что коррозии поддастся только магический щит, который Немо держит над стеклярусами. Но потом понял.

«Ну разумеется! Сами стеклярусы – тоже из магической энергии сотканы! Вот и распадаются. Так что не прав был Кинсли, когда говорил, что ядовитая жижа не разъедает стекло! Смотря какое стекло!»

Ряд мощных файерболов врубился в ряды махральнов. Я, конечно, защитил. Как смог. Хватая ртом воздух. Но пропуская большую часть зарядов, которые превращали моих зеленых воинов в отребья и шматки. Немо, судя по всему, был полон сил. А я – почти мертв. И мне нечего было ему противопоставить, разве только самому встать на линию огня.

Когда я начал войну, то надеялся выкачать Второго Падшего до нуля. Оставить без магических сил. И что я для этого сделал? Дал Немо время, чтобы он набрался сил. Судя по внешнему виду Второго Падшего, запои здесь действуют как отдых на курорте. Далее. Я растерял часть армии. Не напал сразу всеми силами, а подставил под избиение войско готов. Так я лишил свою атаку внезапности, а полки превратил в интересную мишень. Что еще? Ах да – не получил поддержки главных врагов Немо, магов Заморских холмов. В общем, я «красавчег».

Сил больше не осталось – перед глазами поплыла пелена. Я снял магию с приисков. Уже все равно. Дождь вызвать еще смогу. «Ёлки-палки» – и над приисками хлынул ливень. Пусть добытчики охладятся, может, и не заметят пока, что золото-то тю-тю. Но это мне уже не помогло. Трещал мой магический щит, которым я прикрывал махральнов, каждый удар по нему отдавался во мне гулким эхом боли. Я опустился под дерево, безучастно наблюдая за тем, что творится. Вот Шайна на грухсе. Слышу стук крыльев. Удары копья по прозрачной защите Немо. Скрежет когтей и пасти – все по тому же щиту. Удары огненными шарами по грухсу и девушке. К счастью, чудище было не сбить быстро даже магией, а Шайна мастерски уворачивалась. Пока.

– Что ты делаешь?! – попытался я крикнуть, но мой голос не был похож на крик, скорее на мольбу. – Он убьет тебя! Уйди.

Шайна, конечно, не услышала.

Оттуда, где я сидел, не было видно, насколько потрепало мою армию. Но панцири фаншбов почему-то снова стали непрозрачными. То есть они то светлели, становясь уязвимыми для мечей стеклярусов, то вновь возвращали природный цвет и жесткость. Видимо, все-таки у Немо не хватало сил на все сразу. Значит, расчет мой был верен – хотя бы в теории. Правда, на практике силы быстрее кончились у меня. Но мы еще были живы. Пока. Хотя в победу я уже не верил. Пока…

Пока я не увидел в полузабытье, как в защитную ауру Немо врезаются файерболы. Разного размера, мощности, формы – они врубались в щит, словно градины в ветровое стекло. За снопом взрывов и огней не было видно самого Немо, но зато я смог рассмотреть, что прекратилась атака на махральнов. Не до того, видать, парню было. Как и мне.

Я лежал под деревом, держался за сердце, глубоко дышал, и тут надо мной склонилась прекрасная девушка. В светлом одеянии. С почти идеальными чертами лица – большие глаза, остренький носик, подбородочек с ямочкой, копна волос… Коса где?! Не та, что спадает, а та, которой косят. Не обманешь, смерть проклятая, я тебя в любом обличье распознаю! Ишь ты! И я плюнул в лицо смерти. Такой я бравый парень – из последних сил, а плюю на…

Мне влепили гулкую пощечину. Что, как ни странно, вернуло меня в мир живых. Тем более что удар был усилен трехэтажной тирадой ругани.

– Ты совсем охренел, Третий Падший?! Ты что плюешься? Что за дурь?! – Литтия вытерла лицо рукой. – Странный ты вообще-то. То с поцелуями лезешь, когда я писаю, то плюешься, когда помочь хочу. У вас в том мире все такие? – И она сделала у своего виска жест одинаковый, наверное, во всех мирах.

– Извини, – прошептал я, продолжая держаться за сердце. – Не понял, что это ты.

– С Немо перепутал? Ну да, мы чертовски похожи. – Она вынула из маленькой кожаной котомки камень, похожий на серый пляжный голыш. От него сильно пахло солью. – Держи! – Литтия вложила его в мою руку.

Камень был теплым. Я почувствовал, как струя чего-то мягкого и свежего, как родниковая вода по жаждущей гортани, заструилось от камня к моей груди. Потекло к сердцу.

Я сел. Мне стало заметно лучше, только голова кружилась. Поднялся на ноги. Литтия встала тоже.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я, глядя не на девушку, а на то, что творилось на поле боя.

А там все сильно изменилось. С треть прозрачного войска уже превратилось в непригодную стеклотару. И хотя из замка по склону маршировали новые полки, сам Немо вряд ли сможет оказать достойную помощь войскам. Он отбивался, отстреливался, но не атаковал. Его щит страдал от залпов махральнов почти так же сильно, как стеклянные доспехи рыцарей. Немо быстро восстанавливал его, но тот вновь получал пробоины.

Мне не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, чьи заряды решетят ауру злосчастного Второго Падшего. Маги Заморских холмов были в полном составе, кроме, разумеется, Кроннеля. Была среди них и дотоле мне незнакомая магиня – женщина средних лет, со жгуче-черными глазами и темными, переливающимися волосами.

«Наверное, это Клайда», – подумал я.

Немо не был дураком. Что угодно: подлец, бабник – как будто бы я другой, – гордец, эгоист, убийца, но не дурак. Он не стал ждать неизвестно чего, а предусмотрительно отступил – вместе с остатком войска. Причем отступил очень быстро – не успел я перевести взгляд с магов, палящих по Немо, как того уже и след простыл. Кроме гор плавленого и битого стекла, на поляне не осталось ни одного выжившего стекляруса. Они исчезли вместе с теми войсками рыцарей, которые двигались к ним на подмогу.

«Велик же ты, братец, – подумал я, – если смог такую орду за одно мгновение в замок перенести».

Бой был выигран. Теперь осталось понять, какой ценой. Я взмыл над полем. Силы ко мне вернулись – хоть и не полностью, но так хорошо я не чувствовал себя уже много дней.

Готов убито было немало. Наверное, сотни две в бою полегло. Махральны получили огромный урон – их стало вдвое меньше. И – увы мне – оставшиеся расползались.

– Кинсли, – я перенесся к помощнику, который тоже полным тревоги взглядом провожал отступление зеленых магоборцев, – постарайся их вернуть.

– Пробовал, – грустно сказал он. – Бесполезно. Магия фулоппа на них больше не действует. Они выполнили приказ.

– Гадство! – психанул я. – Только бы не они. Лучше бы соузцы пришли и опять свалили три раза.

– Умно, – поморщился Кинсли. – Ты, как я посмотрю, оклемался? Снова глупости говоришь.

– Да, мне лучше, слава богу.

– Кому? – спросил Кинсли.

Я посмотрел на него удивленно, но промолчал.

Среди фаншбов потери тоже были приличные. Шесть или семь десятков могучих мокриц лежали, пронзенные либо разрубленные стеклянными мечами.

Маги зависли предо мной.

– Что делаем дальше? Командуй, Третий Падший, – сказала Пчелиная ведьма. – В тот момент она была решительна и даже смертоносна. И так же мало походила на анимешную телочку, натягивающую панталончики, краснея от поцелуя, как маг и богатырь Вольта – на диабетика Вольку.

– Почему вы передумали? – задал я очевидный вопрос.

– А мы и не собирались тебя оставлять, – сказал Лайген. – Проверяли твою решимость.

– И ждали, – добавила Литтия, – когда наша помощь действительно станет нужна.

– Но если бы мы не убедились, что ты тот, за кем можно идти на смерть, нас бы здесь не было, – закончил Лайген.

Я какое-то время смотрел на них, вытаращив глаза. Наконец взял себя в руки.

– И Кроннель?

– Нет, этот и вправду хотел, чтобы ты исчез, – сказала Пчелиная ведьма.

– И вы не возражали против того, что он пытается меня убить? – возмутился я.

– Если бы ты не смог дать отпор Кроннелю, – пожала плечами ведьма, – что ждать от тебя против Немо?

– Да уж… – поморщился я, – злой мальчик по полной меня протестировал.

– Он не верит, что Второго Падшего можно одолеть, – сказала Клайда. – И никогда не верил. Всегда надеялся, что с ним можно договориться.

– И ты разрушал планы Кроннеля, – кивнула Литтия.

– Так, может, он и сейчас… договаривается? – спросил я.

Маги переглянулись.

– Исключено, – сказал Лайген. – У Кроннеля трудный характер и дурные манеры, но он никогда не предаст братство магов.

– Понятно, – сказал я. – Итак, вы готовы помогать?

– Да, – ответила Литтия, а Жарес и Клайда кивнули.

– Я хочу взять замок в осаду, – сказал я. – Мы будем держать замок в кольце, пока не исчерпаем магические силы Немо. Потом мы сможем победить без магии – простой военной силой. Но сначала нужно восстановить золотые прииски.

– Зачем? – спросила Литтия.

Я объяснил.

– Понятно, – сказала Пчелиная ведьма. – Займешься, Клайда?

Та кивнула.

– Клайда еще не полностью оклемалась после того ранения, – пояснила Литтия, – но это вполне ей по силам. Да? – обратилась она к черноокой волшебнице.

– Справлюсь, – кивнула Клайда. – Продержу прииски столько, сколько потребуется.

– И, если можно, присмотри за крепостью готов. Я им обещал.

Клайда снова кивнула и исчезла.

– Что дальше? – спросила Литтия.


Глава 25 Гладко было на бумаге | Владей миром! | Глава 27 Битва у замковых стен







Loading...