home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 8

— Царевна! А я-то уж забеспокоился! — приближаясь, взволнованно зачастил Костопрах. — Чую, что тайная тропа прямо сюда открывается, а защита спит себе спокойненько, словно свои идут. Да только какие такие свои, ежели Кощей-то до сих пор в заточении? Вот и подумал нехорошее, уж и клич на оборону кинул. Но как вы тропу-то открыли? Не умели же…

А вокруг уже собирались обитатели и защитники замка, встревоженные и взбудораженные.

— Царевна вернулась!

— Без Кощея…

— Кто это с ней там?

— Кровью пахнет, братцы! Держите меня, не удержусь!

— А чой-то там валяется? Никак живой?

— Да их двое, разуй свои бельма! Ах, у тебя одно только… Ну, одно разуй! Один, вишь, лежит, другой стоит. Пока.

— Не, ты как знаешь, а я люблю, чтобы мясо отлежалось получше. Мягче становится, ну и черви, знаешь, вкус так оттеняют…

Голоса вокруг нарастали, нежить приближалась все ближе. Однако, прежде чем я сообразила, как остановить жаждущих дармового мяса мертвяков, подбежал Костопрах и замер, с возмущением уставившись на Белогора. Тот, впрочем, и внимания не обратил. Колдун стоял, прикрыв глаза, а на лице его читалось абсолютное блаженство.

— Это как его Источник принял?! — охнул скелет. — Как же мы проморгали?! Ишь, как присосался, супостат! Чего делать-то теперь?!

— Сожрать его, и вся недолга! — предложил кто-то в толпе.

Ой-ой! Вот еще этого мне не хватало!

— Эй, — я тотчас дернула колдуна за рукав. — Тут тебя сожрать хотят. Я, конечно, сейчас скажу тебя не трогать, но ты хоть сам-то по сторонам смотри. А то мало ли… с тобой вообще все в порядке?

Белогор неспешно открыл глаза и широко улыбнулся.

— Со мной все хорошо, царевна. Даже более чем хорошо. Мертвая вода да Мертвый огонь — это же прямо… — он не договорил, вдруг обратив внимание, что мы тут, собственно, не одни. — Сожрать хотят? Кто? Эти, что ли?

И в мгновение ока переменился!

Сейчас рядом со мной стоял высокий, одетый во все черное незнакомец. Его волосы пепельного цвета развевались, словно на них дул сильный ветер, хотя на площади стояло полное безветрие. Узкое лицо с выступающими скулами и резкими чертами лица лишь отдаленно напоминало Белогора и имело настолько бледный, безжизненный вид, что больше подошло бы вампиру, не пившему крови пару лет. Словно все краски просто испарились с него, оставив пустой негатив.

А вот глаза остались те же. Пронзительно-изумрудные, даже светящиеся, они с мрачным прищуром оглядывали столпившуюся вокруг нежить.

Первым не выдержал какой-то зомби в окровавленном поварском халате и с зазубренным тесаком в руке.

— Белый Князь здесь? — ошарашенно выдохнул этот инфернальный повар, резко развернулся и бросился прочь, расталкивая нежить широкими плечами. — Не хочу обратно в Навь отправляться! Сами с ним разбирайтесь!

Тут уж и остальные опомнились, отшатнулись. Среди них и Костопрах, теперь взирающий на колдуна с явной опаской.

Что там, даже мне неуютно стало! Хотя я помнила о том, что Наволод скрывал свой настоящий облик.

Впрочем, долго наводить жуть на окружающих колдун не стал. Повел плечами и вновь накинул личину русоволосого улыбчивого Белогора.

Я же повернулась к Костопраху и укорила:

— Чего испугался? Вас тут вон сколько! Если вы одного колдуна боитесь, как с войском сражаться будете?!

Отчитала, хотя, по правде говоря, нежити вокруг уже не осталось — все предпочли сделать вид, что именно сейчас, именно в этот момент вспомнили о чем-то важном. И это важное требует их незамедлительного присутствия.

— Да как не бояться-то, царевна? — Костопрах бросил косой взгляд на Белогора. — Мы ведь нежить, из Нави царем Кощеем извлеченная да вторую жизнь получившая. А Белый Князь любого из нас может обратно вернуть, не слишком запыхавшись.

Хм? Это мой вновь обретенный бледнолицый жених, получается, может все царство мое упокоить?

Я нервно сглотнула и с подозрением посмотрела на колдуна.

— Правда, что ли?

— Могу, — подтвердил тот. — Но не всех же сразу, процесс-то не особо быстрый. Так что и не ведаю, чего они так испугались?

Белогор пожал плечами, но при этом усмехнулся по-хулигански, так что не осталось сомнений — все он понимает. Более того, именно на такую реакцию и рассчитывал.

— Так кому ж захочется среди ентих избранных оказаться-то? — буркнул Костопрах. Потом, правда, поймал мой взгляд и быстро добавил; — Нет, ты если прикажешь, царевна, мы войско соберем и пойдем…

— Не прикажу, — оборвала я и устало вздохнула. — Наволод мне помог и теперь мой гость. И обращаться с ним следует, как с гостем, — я краем глаза увидела, как тот покосился на кольцо на моем пальце и довольно прищурился, но предпочла не обращать внимания. Не сейчас. Вместо этого указала на лежащего Ланселота. — И это тоже гость! Он за меня сражался и чуть жизни не лишился…

— Подумаешь, беда какая, — пробормотал Костопрах.

— …Его следует отнести во дворец, уложить аккуратно и… — я повернулась к колдуну и уточнила: — И что еще?

— Для начала пусть все, что ты сказала, исполнят, — ответил тот. — А дальше видно будет.

— Ты все слышал? — обратилась я снова к Костопраху. — И про Коня не забудь! Он себя показал так, что теперь является лучшим в мире конем! Ясно?

Конь не подал виду, что услышал, но грудь выпятил и принял самый горделивый вид.

— Все исполним, царевна, — скелет поклонился и с запинкой добавил: — Добро пожаловать во дворец, Белый Князь.

После чего развил поистине бурную деятельность. Откуда-то был доставлен богато украшенный паланкин. По зову скелета к нам подошел один из черных рыцарей и боевой косой перерубил державшие шелковый полог жерди. Тут же Костопрах отрядил четверых носильщиков, которые аккуратно уложили Ланселота в получившиеся носилки, подняли и плавным шагом направились к главному входу.

Мы двинулись за ними и вскоре оказались в просторных покоях, ничуть не уступающих королевским. Стены здесь были задрапированы дорогими тканями, мебель резная, а огромная кровать была застелена черным шелковым бельем.

Носильщики переложили Ланселота на кровать и с явным облегчением скрылись за дверью.

— Теперь раздеть его надобно и кровь обтереть, — взглянув на Костопраха, приказал Наволод. — И воды Мертвой склянку принеси.

— Все сделаем, — тут же поспешно заверил тот.

Не прошло и нескольких минут, как в комнату вошло памятное мне существо, похожее на копну сена с глазами, и приблизилось к кровати. Из копны появились руки-веточки и споро забегали по телу раненого. В воздух взлетели остатки рубахи и штанов, порезанные на мелкие лоскутки.

— Албаста, — пояснил подошедший следом Костопрах с маленьким бутыльком в руках, который тут же и передал Белогору. — Знает свое дело.

Я ничего не поняла, но на всякий случай кивнула. Взглянула на рыцаря, который теперь лежал полностью обнаженный, и тут же отвернулась — невежливо вот так вот пялиться. Однако успела заметить, как исчезли руки-веточки, а из копны сена вылез длинный язык, начавший старательно облизывать беспамятного рыцаря, слизывая кровь.

Меня замутило, но я твердо приказала себе держаться.

К счастью, продлился процесс «умывания» недолго, и вскоре Албаста исчезла вслед за носильщиками.

Белогор прикрыл Ланселота до пояса простынкой, так что теперь я без стеснения смогла рассмотреть тело рыцаря. А тело, если не обращать внимания на сине-черный кровоподтек во весь бок и грудь, оказалось весьма ничего. Вот что значит всю жизнь верхом ездить и мечом махать! Ни капли жира, лишь рельефные мышцы, да шрамы. При этом не качок, не культурист. Скорее, Ланселот имел телосложение гимнаста…

— Если не затруднит, царевна, я предпочел бы остаться один, — вернул меня в реальность голос Белогора. — Целительство — не самая моя сильная сторона, поэтому мне необходимо сосредоточиться. А твое волнующее рассматривание несколько отвлекает.

Я почувствовала, что краснею, но коротко кивнула и вышла, приказав Костопраху следовать за мной.

Колдун появился буквально через несколько минут. Вышел из спальни, вытирая со лба испарину.

— Будет жить твой защитник, — сообщил он, потом посмотрел на Костопраха и продолжил: — Не беспокоить раненого этот день и эту ночь. Я погрузил его в целебный сон. Проснется здоровым. И голодным. Как я сейчас.

Намек я поняла, как, собственно, и Костопрах. Скелет засуетился, заволновался, особенно когда выяснилось, что без скатерти-самобранки с нормальной едой во дворце проблемы. Так что пришлось довольствоваться мясом, которое для нас просто поджарили на вертеле, да некрепким вином. При этом Костопрах непрерывно извинялся и обещал, что уже завтра во дворце будет настоящий повар.

Впрочем, я была так голодна, что и мясо съела с удовольствием. Белогор, судя по скорости исчезновения оного блюда, тоже.

А затем скелет куда-то ушел, и в небольшой трапезной мы остались с колдуном вдвоем, неспешно потягивая вино из массивных золотых кубков.

В моей голове слегка шумело и шевелиться абсолютно не хотелось. Однако сознание оставалось ясным, а потому я попыталась составить дальнейший план действий и заодно понять, снимать ли мне обручальное кольцо сейчас, или можно рассчитывать на дальнейшую помощь Белогора. Или Наволода?

Вот, кстати, надо все-таки выяснить, как его теперь называть-то?

— Как хочешь, так и зови, — лениво отозвался тот в ответ на озвученный вопрос. — И то и другое — мои имена.

— Оба? А почему тогда второе Белогор? Да и Князем тебя Белым нежить моя называет. Но вроде бы ваша гора — Медная? — поразмышляла я.

— В этом мире да, — колдун кивнул. — А вот если в Навь перейти — там она холодом скована да инеем покрыта. Потому и Белая.

— А-а. Понятно, — протянула я, решив про себя, что звать его буду все-таки Белогором. Так все ж привычнее, когда он в обычном человеческом виде.

— Может, еще о чем-нибудь узнать хочешь?

Я хотела, и о многом. Например, о том, насколько он опасен лично для меня и прав ли посох, его подозревая. Однако напрямую такого спросить, разумеется, не могла. Поэтому, покосившись на молчаливого Яра, прислоненного к креслу, спросила другое:

— А скажи, почему ты мою сестру спалить пытался? Неужели тебя действительно так ее отказ задел, что ты ее врагом считать начал?

Белогор от такого предположения только пренебрежительно фыркнул, мол, сказала тоже. Затем покрутил кубок в пальцах, сделал глоток и произнес.

— Нет, конечно. Тут другое. То, что мне принадлежит Источник Мертвого огня, ты уже поняла.

Я кивнула.

— Находится он глубоко под Медной горой, — пояснил он. — И нет к нему хода никому, только тем, кто особое разрешение от меня или матери моей, Хозяйки Медной горы, получил. И вот несколько дней назад Василиса пришла за подобным разрешением, да не просить, а требовать. Еще и не одна пришла, с мужем своим царевичем Иваном Гвидоновичем. И о чем думала только?

Я недоуменно хмыкнула. И за что ее Премудрой прозвали? С мужем прийти к несостоявшемуся жениху да требовать чего-то? Нет бы одной, да со вздохами, мол, «дело не в тебе, а во мне и батюшке Кощее», «ты слишком хорош для меня» и всем таким вот. Совсем женской хитрости нет у сестрицы!

— Разумеется, я отказал, — продолжал тем временем Белогор. — А мать и вовсе приказала им путь к Медной горе забыть. Пообещала, что могилой им эта гора станет, коли сунутся. Ушли они оба, да, как оказалось, недалеко. Едва только я по делам отправился, а мать на проверку рудников людских отвлеклась, явилась эта парочка вновь. Каменных великанов, что тропу к горе охраняли, Иван Царевич мечом посек…

— Как посек? — не поняла я. — Они же каменные!

— А вот так! — отрезал Белогор. — Меч-то у него не простым оказался. Камень словно масло резал. А мне только один такой клинок известен — Кладенец, которым как раз ваша семья и обладает. Так вот, пробились они к горе, подданных моих положили прилично и почти до Источника добрались. Но тут я уж почуял недоброе и вернулся. В общем, битва знатная вышла. Этот меч оказался могуч настолько, что я в своих землях и с силой Источника поначалу даже не мог верх взять. Любое колдовство он рассеивал, любое оружие перерубал. Только когда мать подоспела, смогли мы их потеснить. На две стороны одновременно мечом все ж не махнешь. Так что пришлось им убираться.

— И поэтому ты при виде меня сразу огонь вызвал?

Белогор кивнул.

— А как иначе? Василиса только одна уязвима, потому везде с мужем своим и ходит, под защитой меча. Нельзя было такую возможность упускать, сама понимаешь. Никак нельзя.

— Понимаю, — согласилась я. — Потому теперь и не сержусь. Хотя больно было. Очень.

Наш разговор прервал вернувшийся Костопрах с вопросом, готовить ли гостю дорогому опочивальню, или тот ночевать у себя дома изволит?

Несмотря на то что сказано это было с безупречной вежливостью, я руку могла на отсечение дать — скелет надеется исключительно на второе.

Судя по ухмылке, скользнувшей по губам Белогора, тот подумал о том же. И в первый момент мне показалось, что колдун чисто ради собственного развлечения останется-таки на ночевку. Но тот отрицательно качнул головой.

— Не стану злоупотреблять вашим гостеприимством. Рыцарь все равно только через сутки очнется.

Белогор начал подниматься, а мне вдруг вспомнилась одна весьма важная вещь. Подскочив следом, я придержала его за руку.

— Подожди.

— Что такое, царевна? — колдун вопросительно посмотрел на меня.

— Прежде, чем ты уйдешь, я тебе хочу одну вещь показать, — сказала я и, посмотрев на Костопраха, потребовала: — Проводи нас в тронный зал.

Скелет хоть и удивился, но послушно кивнул. Я подхватила посох и вместе с Белогором направилась за ним, а через пару минут мы вошли в памятный зал, такой же темный и пустой, каким он был, когда я очнулась в этом мире.

— И что мы здесь делаем? — уточнил Белогор.

— Сейчас, — я вновь нетерпеливо взяла его за руку и потянула прямо к трону. А когда мы подошли, показала на высокую спинку, в которой, как я и запомнила, торчала рукоять огромного меча. — Видишь?

— Меч? — Белогор нахмурился.

— Именно! И какой это меч? Костопрах!

— Ну так это меч-Кладенец, царевна, — откликнулся скелет. — Кощей его всегда здесь хранит.

— А кому Кощей меч этот давал, не припомнишь ли? — продолжила я.

Костопрах даже руками всплеснул:

— Так никому же! Как можно?! Царь исключительно самолично им владеть изволит.

— Даже Василисе?

— Нет, конечно. Да она и не подняла бы его сама-то! — ответил скелет. — Ну и сам меч, уж прости, царевна, не станет бабу слушаться. Даже из трона его только мужская рука вытянуть сможет.

— То есть ты понимаешь? — я торжествующе посмотрела на посерьезневшего Белогора. — Василису Кощей изгнал и наследства лишил. Доступа во дворец у нее нет, а Кладенец все это время был здесь. Получается, у Ивана Царевича другой меч! Не этот! И что теперь скажешь?

Тот глубоко вздохнул.

— Скажу, что хитра твоя сестра. Ой хитра. Сам-то Иван Гвидонович, прямо скажем, не самого великого ума человек, и отец его тоже. Не смогли бы они меч подобной силы создать. А вот откуда-то добыть смогли, хотя я и не знаю откуда.

— А если знаю я?

— Ты? — взгляд колдуна вмиг стал пронзительным и колким, аж жуть взяла. — И что же ты знаешь, царевна?

— Видишь ли, — я мотнула головой, вновь напоминая себе, что лично мне бояться нечего. — Тот рыцарь, что сейчас раненый лежит, до того, как на нас напали, интересную историю мне рассказал. Он же в этих землях не просто так появился. Ланселота его король отправил на поиски. И знаешь чего? Меча волшебного, который Экскалибуром зовется! Там у них колдунья темная имелась, Моргана. Так вот эта Моргана волшебный меч к рукам прибрала да сбежала. А еще Баюн мне говорил, что Василиса не в одиночку действует. Стоит за ней кто-то, сильный и опасный, кого он увидеть не может. Связь улавливаешь?

— Хм, и впрямь складно выходит, — пробормотал Белогор. — Да и Василиса, судя по всему, откуда-то силы черпает. Для чародейки, лишенной Источника, она все ж сильна в бою недавнем оказалась. Пожалуй, теперь я даже рад, что твоего рыцаря исцелил. Как он в себя придет, надо будет расспросить его получше.

— Расспросим, — я кивнула и осторожно уточнила: — Значит ли это, что ты и дальше мне помогать будешь?

— Ну, раз наши интересы совпадают, почему бы и нет? Тем более ты мое кольцо приняла, а помочь невесте я просто обязан, — он улыбнулся.

И вот вроде именно такого ответа я и ждала, да только, получив его, не только обрадовалась, но и встревожилась. Слишком уж все хорошо выходило.

— Что, неужто и Кощея согласен помочь освободить? — не выдержав, подал голос подозрительный Яр. — Вы ведь, помнится мне, нехорошо расстались.

— Не по моей вине, — парировал Белогор. — Я честь по чести пришел с предложением, да только Кощей слишком подозрителен оказался. Не поверил мне и отдать в жены Василису не захотел, и не надо говорить, что-де она сама отказала. Уверен, окончательное решение Кощей принимал. Зато теперь, если помогу освободить его, Кощей свое отношение изменит.

— Сомневаюсь, — еле слышно буркнул посох, но дальше продолжать тему не стал.

А вот я… я была вынуждена признать, что слова Василисины меня все ж зацепили. Даже несмотря на то, что и знала я Белогора всего ничего, и кольцо приняла по взаимовыгодному договору, но…

— А ты сестре моей по любви кольцо предлагал или по расчету? — само собой сорвалось с губ.

Колдун прищурился, мой вопрос ему был явно неприятен.

— Сложный ты вопрос задала, царевна, — медленно произнес он. — Ибо как бы я на него ни ответил, все равно в твоих глазах негоже выглядеть буду. Но ответить я все же попытаюсь. Только скажи для начала, веришь ли ты в предсказания? В судьбу?

— Нет, — я отрицательно качнула головой. — Я считаю, что свою судьбу мы творим сами, просто зачастую не понимаем, что именно творим. Даже в этот мир я попала, по сути, не случайно, а потому что сама загадала такое желание.

— Что ж, с недавних пор я твою точку зрения разделяю. Но до того решил в одно такое предсказание поверить, потому и пришел к Василисе. Любви я не испытывал, врать не стану, но все ж сильная и красивая чародейка вполне подходила мне как пара, так почему бы и нет? Расчет ли это был? Да, пожалуй. Хотя к этому решению меня подтолкнули слова оракула из Храма Судьбы, которому я опрометчиво поверил.

— Что за слова? — заинтересовалась я.

Однако откровенничать Белогор не захотел.

— Об этом, уж извини, говорить не стану, царевна, — произнес он. — Скажу лишь, что цели только Источник заполучить я не держал.

Посох в руке издал тихий скептичный смешок. А вот мне история показалась логичной. В конце концов, династические браки и в моем мире весьма популярны. Так почему бы и здесь таковым не быть?

И главное, осознание этого неожиданно успокоило. Не то чтобы я что-то к Белогору испытывала, нет! Но все же, если бы он вдруг сказал, что в Василису влюбился, мне было бы куда неприятнее. Лучше уж так.

Поэтому кивнула и сказала:

— Ладно. Поверю тебе. И надеюсь, ты и впрямь сможешь помочь.

— Постараюсь. Тем более с Кощеем добраться до колдуньи, которая на мой Источник глаз положила, всяк проще будет, — серьезно ответил Белогор. — Рассказывай, что знаешь о его пленении.

— Знаю немного, — я вздохнула. — Несколько дней назад его обманом выманили из дворца и схватили. В данный момент Кощей в Тридевятом царстве, в тюрьме Гвидоновой заточен. Эти изверги его цепями приковали, подвесили, а еще голову отрубили и рядом положили.

Белогор поцокал языком и прошелся туда-сюда перед троном.

— Плохо дело, — сообщил он. — Знаю я, что это за башня. Заклятья охранные на ней стоят, силой туда не попасть. Хитростью нужно.

— Баюн посоветовал услугами профессионального вора, который умеет магическую охрану взламывать, воспользоваться, — поделилась я. — Зовут его Аладдин. Не слыхал?

Белогор отрицательно покачал головой.

— Кот сказал, что лучше вора в мире нет, — пояснила я. — И уж он-то точно придумает, как в темницу проникнуть и Кощею помочь.

— Так за чем дело стало? Уж средства, чтобы купить такую помощь, у тебя найдутся.

Я поморщилась.

— Да не в этом дело. Проблема в том, что живет Аладдин далеко на Востоке. Очень далеко. В городе Аграба. Знаешь такой?

— Только слыхал краем уха от купцов, — задумчиво пробормотал Белогор. — Я вообще на Восток редко захаживаю, нет там у меня интересов, да и тайная тропа так далеко не дотягивается.

— То есть в любом случае придется ногами топать, — огорченно резюмировала я. — Как там кот говорил про башмаки и хлеба железные? Съесть и истоптать…

— Да погоди! — перебил Белогор. — Не дослушала, а уже железо есть собралась. Да, за пару шагов мы не переместимся, но есть и другой способ. Если рассчитать правильное направление, то через Навь пройти можно.

Я ошалело уставилась на него.

— Э-э, через Навь? Погоди, это ты меня в мир мертвых утянуть хочешь?

— А я говорил, нет ему веры! — торжествующе взвыл Яр.

Костопрах надсадно закашлялся. А Белогор оглядел перепуганных нас и рассмеялся.

— Да не собираюсь я покушений устраивать, тем более на тебе кольцо мое, — напомнил он. — С ним в Нави не погибнуть. И говорю правду: через навий мир извилистые пути спрямляются, а дальние расстояния близкими становятся. Иногда, конечно, и наоборот, чтобы один шаг пройти, год уйти может. Но не в моем случае. Со мной пройдем по Нави как по ровной дороге. И в Аграбу твою попадем скоренько.

— Ты же там не бывал ни разу, как направление рассчитывать будешь? — пробормотала я. Хоть по-прежнему и опасалась ему довериться, но в сердце уже затрепыхалась надежда.

— Так у Кощея, я точно помню, блюдце зачарованное было с яблочком молодильным, — произнес Белогор. — Доставай, посмотрим на город, я на него и настроюсь.

Я неловко так взгляд отвела и буркнула:

— Нет у меня яблока. Потерялось.

Колдун удивленно посмотрел на меня, потом понимающе хмыкнул, но комментировать догадку, к счастью, не стал. Вместо этого произнес.

— Тогда тем более мне домой надобно. Гномов горных навещу. Они, помнится, когда свою подругу выручали, зеркальцем волшебным обзавелись. Вот через него на Аграбу и погляжу. А ты пока отдыхай, царевна.

После чего коротко простился и исчез в огненном росчерке.

— Ушел, — констатировал Костопрах, даже не скрывая, что этим фактом несказанно доволен.

— Вернется, — хмуро отметил Яр.

— Вы к нему слишком предвзято относитесь, — урезонила обоих я. — Пока что Белогор ничего плохого не сделал, наоборот, только помогает.

— Когда сделает — поздно будет, — отметил скелет.

— Пессимист, — я фыркнула.

— Кто? — не понял тот.

— Не важно, — отмахнулась я. — Спать я пойду. Как там говорится, утро вечера мудренее, — я было направилась к выходу из тронного зала, но остановилась и снова посмотрела на Костопраха. — Да, и вот еще что. Я там Баюну взамен за помощь цепь новую обещала. Сделать надо и ему отослать, чем быстрее, тем лучше.

— Справим, царевна.

— Золотую. На пять пудов.

— Спра… сколько?! — скелет аж воздухом подавился, хотя в принципе не дышал. — Пять пудов золота?! Пудов?! Пять?! — И, не в силах поверить собственным ушам, перевел взгляд с меня на Яра.

— Истинно пять затребовал, хвостатая скотина, — подтвердил посох.

— Да это ж… да куда ж… да как же?!

— Много. Знаю, — произнесла я и сурово добавила: — Но пять пудов золота ничто по сравнению со спасением Кощея. Так что исполняй, Костопрах.

И быстро, пока скелет не опомнился, покинула тронный зал. Перед завтрашним днем необходимо было хорошо отдохнуть.


Глава 7 | Марья Бессмертная | Глава 9