home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 19

Мы неспешно спускались вниз, крепко держась за руки. Змея Наволод вновь отправил в Навь, открыв тому проход прямо там, около Источника Живого ветра Царевна Лебедь унесла Финиста в Китеж, пообещав, что с ним все будет в порядке. Только нужно немного времени.

Взмахом руки я разогнала облака под нами и счастливо рассмеялась, когда все получилось. Волшебная сила струилась по всему телу, выполняя мою волю.

— Спасибо, кстати, что все эти прозвища придумал. Антуражненько получилось. Солидно, — похвалила я Яра.

— Да какое придумал, царевна? — Посох даже удивился. — Я разве б посмел? Они официально тебе дадены. Кот Баюн все их поочередно сразу же в мир озвучивал, едва только они у тебя появлялись.

Однако неожиданно.

— Э-э… да? — Я хмыкнула. — Ух ты ж! Вот так не было, не было ничего, и тут вдруг оптом отсыпали.

— Кстати, только что еще одно добавилось: Ходящая между мирами, — с улыбкой отметил Наволод.

Несмотря на его истинный облик, улыбка вышла живой, настоящей. А может, я просто к нему привыкла и понимала все его чувства, уже не обращая внимания на внешность. Будь то Белогор или Наволод — сейчас мне было с ним уютно, спокойно и хорошо.

Вообще, после битвы с Хмарником на меня накатили умиротворение и усталость, как после хорошо сделанного, пусть и трудного дела. И хотя внизу нас ожидала битва, думать о ней не хотелось.

И как оказалось, не пришлось!

Потому что внизу не было битвы! Войска стояли, отойдя друг от друга на несколько сот шагов, и, дружно задрав головы, черепа, морды и вообще не пойми чего, следили за нашим появлением.

Я настороженно взглянула на Белогора:

— Там что-то странное…

— Разберемся, — успокоил тот, внимательно вглядываясь в застывшие войска.

Опустились мы точно посредине двух армий. Своих раненых и временно убитых люди уже вынесли, так что вокруг были разбросаны только кости и тела Кощеева войска. Да и те уже шевелились и подергивались.

Напряженную тишину прервал топот копыт. Это от нашего войска к нам скакал Ланселот в сопровождении двух рыцарей. Доспехи их были помяты и покрыты пылью, хотя я заметила, что железо уже пытались очистить.

— Леди Марья! — еще издали крикнул Ланселот. — С вами все в порядке? Сэр Белогор, рад вновь приветствовать вас! Это была исключительная битва, и мне поистине жаль, что я не смог принять в ней участия! Но клянусь! О вашем подвиге на моей родине будут слагать легенды!

Я удивленно моргнула. Они знают о битве? Видели нас?

— Но как?..

И тут в руке дернулся посох:

— Я хотел сказать, да момента не было. В общем, я тут небольшую, так сказать, трансляцию провел. С места событий.

— Чего? — переспросила я, а Белогор расхохотался.

— Ну а что? — Яр хмыкнул. — Когда еще простые люди такое увидят? Вот и постарался, на небо над полем прямо и высветил картинку. Да и беседу вашу с Хмарником без сокращений показал. Ну, где он там про Русь говорил и про то, как всех к ногтю прижмет.

— Да ты ж мой Василий Уткин! — От избытка чувств я звонко чмокнула его прямо в макушку черепа. — Теперь понятно, чего они все по сторонам разошлись.

От войска противников тем временем тоже отъехали три фигуры. Я прищурилась против солнца и разглядела впереди Илью Муромца, за которым неотрывно следовали Добрыня Никитич и Алеша Попович.

Ланселот медленно потащил из ножен Эскалибур, да и два рыцаря, что приехали с ним, подняли копья, готовясь встретить богатырей загодя.

Но Илья, скакавший первым, поднял вверх правую руку, показывая, что в ней нет оружия. Копья рыцарей вновь поднялись вертикально вверх.

Богатыри подскакали ближе и остановились в нескольких шагах. Илья Муромец стянул с кудлатой головы шлем, не спеша пристроил его на луку седла, огладил бороду.

— М-да… Нехорошо получилось, — гулко произнес он и обернулся на своих друзей.

Добрыня лишь пожал плечами, а Алеша вздохнул.

— В общем, прощенья просить у вас я не буду, — вновь повернулся к нам Илья. — В конце концов, бить нежить и иных тварей, что из тьмы приходят, наша прямая богатырская обязанность. Да только с походом этим мы слегка ошиблись.

— Ошиблись? — переспросила я. — Ты это так называешь?

Богатырь хмыкнул, помолчал немного, а потом ответил:

— Такое мое слово будет, царевна Марья. Князья наши сейчас по шатрам спорят да ругаются. И, помяни мое слово, к согласию не придут. Кому приятно понимать, что его вокруг пальца обвели? Так что, мыслю я, отведем мы войска вновь за Смородину-реку да и распустим по домам.

— Это самое меньшее, что вам надлежит сделать, сэр Илья, — процедил в ответ Ланселот.

Богатырь поморщился, но не стал вступать в пререкания, а вновь обратился ко мне и Белогору:

— Сказать вот еще что хочу. Порядок прежний неплох был. Есть царство людское, в котором князья заправляют. Есть царство Кощеево, которым детишек стращают, коли себя непослушно ведут. Путь так и остается.

— Равновесие… — вспомнив Трояна, прошептала я.

— В общем, рати отправятся по домам. Да и у нас, богатырей, дел на Руси много. Мне вон вообще надо к Китежу ехать. Слышал, там опять Соловей-разбойник хулиганит. Жениться, люди говорят, задумал. А чтоб невесту себе покраше найти, свистом своим одежу с них срывает да и присматривается, охальник.

Я хихикнула и, не удержавшись, попросила:

— Ты только с ним помягче, Илья. Он, в сущности, мужик-то неплохой.

Богатырь улыбнулся в ответ и кивнул.

— Посмотрим, царевна. Посмотрим.

Они было развернули коней, но тут Илья хлопнул себя рукой по лбу:

— Чуть не забыл! Вот, возьмите. Тут хоть и немного, но все равно вам пригодится. — Он отвязал от седла небольшой мешочек и протянул его мне.

— А там что? — с подозрением уточнила я.

— Яблоки. Молодильные, — ответил богатырь. — Немного, но уж сколь отобр… позаимствовал, я хотел сказать, то все ваше. А то у вас там вроде раненые есть.

Ого! А вот это действительно щедрый дар! Уж кому, как не мне, это знать!

— Спасибо, — искренне поблагодарила я и приняла мешочек.

Богатыри развернулись и неспешной рысью поскакали к своим войскам.

А я посмотрела на задумчивого Белогора и на всякий случай уточнила:

— И что? Конец войне? Правда?

— Выходит, что так, — кивнул он. Потом неожиданно подмигнул и добавил: — Причем в основном благодаря тебе.

— Да ладно, что я там сделала-то, — смутилась я.

— Как что? — вступил Яр. — Хмарника из нашего мира навсегда вышвырнула! Да куда! И как в твою голову только пришло такое желание в Истоке загадать, чтоб не просто дверь между мирами открывать, но и управлять переходами? Ведь ты теперь… ты теперь попасть можешь, ух, я даже мест таких и не знаю куда!

— Ага. Аж самой страшно становится. — Я фыркнула. — Главное, не попасть туда, где можно умереть.

— Умереть? Да ты ж бессмертная! — Посох расхохотался.

А Белогор обнял меня сильнее и коснулся губами лба.

— Ты не перестаешь удивлять меня, Марья. И уж чего-чего, а смерти тебе точно не нужно бояться. Тебя даже Навь безусловно приняла. Вот скажи мне, как ты Офиона сюда призвала? Терзает меня этот вопрос неимоверно. Он же не просто навий змей, он — Смотритель Нави и порой даже супротив моего слова идет, коль считает, что я не прав.

— Я все расскажу, — прижавшись к нему, пообещала я. — И про Смау… про Офиона, и про Ктулху, и про Древника, что Трояном оказался. Но потом, хорошо? А то история получится долгой.

Он кивнул.

Заметив, что богатыри отъехали прочь, от нашего войска отделился скелет на костяной лошади, ведя в поводу другую. А рядом с ними скакал Конь.

— Костопрах! — обрадовалась я. — Ну, хоть не пешком пойдем.

Вот так, верхом, мы и проехали через наши войска. Ликованию их не было предела. Вся нежить была абсолютно уверена, что победа осталась за ней. Людей в глубь Кощеева царства не пустили? Не пустили. А значит, есть повод радоваться!

— Царевна, не изволите ли в шатер пожаловать? — предложил Костопрах.

— Какой шатер? — не поняла я.

— Так царь Кощей самолично на войну прибыл. Велел себе шатер поставить, сказав, что коль Источник теперь не в его единоличном правлении, так он желает сам мечом помахать да душу отвести.

— А Василиса где?

— Да с ним же. Царь сказать изволил… Как там… «А тебя, дочь моя Премудрая, я хрен одну во дворце с сокровищницей оставлю». И взял ее с собой.

— Кстати, Источник я ему уже вернул. Так что не надо возводить напраслину, — отметил Белогор.

Еще при подъезде к большому и, естественно, черному шатру с белеющим на нем вышитым черепом я расслышала звуки ругани. Причем оба голоса были мне знакомы.

Спешившись, я коротким кивком ответила на приветственный взмах боевых кос рыцарей Смерти, которые стояли в охранении, и отправилась ко входу.

А вот Белогор предпочел пока остаться снаружи. Прихватив пару молодильных яблок из мешочка, он отправился вместе с Ланселотам к раненым рыцарям.

В шатре, несмотря на черную ткань, было светло. Пол устилали богатые ковры, на врытых в землю столбах висели оружие и черепастые знамена. Посредине стоял небольшой походный стол, за которым расположились Кощей и Баба-яга и с видимым удовольствием орали друг на друга.

— Машка вся в тебя!

— Так воспитывать надо было!

— Как могла, так и воспитала! Чего сам-то не воспитывал?

— На тебя, дуру старую, понадеялся!

— Ах, дуру?! Ах, старую?! — Бабушка потрясла кулаками. — Ты себя-то в зеркале давно видел?! Тоже, уж поверь, не Джейсон Стетхем!

Василиса же сидела у полотняной стены и спокойно ждала, пока оба выговорятся. Она, собственно, и заметила меня первой, подскочив и воскликнув:

— Марья! Ты цела!

— А чего мне сделается? Я ж бессмертная как-никак, — улыбнулась я.

Кощей с Ягой тотчас прекратили ругаться.

— Хм… Ну, здравствуй, дочь моя вторая, — кашлянув, церемонно сказал Кощей. — Дело ты справила отлично, так что за то тебе моя благодарность.

Зато бабушка была куда более эмоциональна, бросившись ко мне:

— Марьюшка!

Мы крепко обнялись.

— Как же я соскучилась, внученька! — заговорила Яга, которая сейчас уже не выглядела такой страшной, как тогда, когда атаковала летающие корабли. — Уж и не чаяла встретиться! Но ничего! Теперь-то часто видеться будем.

— Не будем! — твердо сказала я, отстраняясь. — Я обратно не собираюсь.

— Так и я тоже! — радостно ответила бабуля. — Здесь остаюсь пока, уже все решила. Избушка моя ухода и пригляда требует. Совсем одичала да мхом поросла за столько-то лет.

— А как же удобства? — не удержавшись, подколола я.

— А что удобства? — Бабуля пожала плечами. — Я тут решила евроремонт в ней сделать. Сейчас такие материалы современные: утеплители, гибкая черепица, сантехника финская. Будет у меня хорошая дача на природе. Даже удивляюсь сама на себя — и чего сразу не сообразила? Видать, возраст сказывается.

— Ну хватит! — вмешался Кощей. — О деле говорить надо. Остаешься здесь? Твое дело, только от меня подальше. А вот вам обеим отдельное слово сказать хочу. — Он поманил пальцем Василису, которая послушно подошла и встала рядом со мной.

— Вот что вы обе учтите. — Отец глянул на нас с сестрой. — Из-за того, что теперь вас у меня двое, привычки я менять не собираюсь! Так что пусть так и будет — одна в Китеже, другая в Дракенморе. И в гости пореже приезжайте. Тогда все у нас сладится. Понятно?

Мы синхронно кивнули, а Кощей, заметно успокоившись, сел обратно за стол.

— Ну что, девочки, нальем по чарочке?

Яга потерла руки:

— Мухоморовка? Как я по ней соскучилась!

Мы с Василисой переглянулись, и она сказала:

— Мы с Марьей, пожалуй, откажемся. Только вот Кощеевой мухоморовки нам после всего пережитого не хватало.

— Ну и как знаете, — ответил Кощей, доставая откуда-то объемистую флягу. — Нам больше достанется. Как насчет закуски из лягушек? — Он вновь обратился к Яге.

— Изысканно. По-французски. — Она согласно кивнула. А потом вдруг остро так взглянула на меня: — А чем это пахнет? Уж не яблоками ли?

Кощей мигом отставил флягу в сторону и тоже принюхался:

— Да не простыми, а молодильными! Откуда?

— Илья Муромец дал, — призналась я и, подойдя к столу, положила на него мешочек. — Сказал, что пригодится. Там мало, но…

Но Кощей не дал мне закончить.

Быстро встав из-за стола, он шагнул к сундуку, стоявшему возле стены шатра. Открыл его и вытащил знакомое блюдце с голубой каемочкой.

— Вот и хорошо, — довольным голосом произнес он. — Как подсказал кто с собой захватить! Значит, так, блюдечко у нас есть, дело за яблочком. Оживим прогляд, а то как-то тяжело вести по-иному получать.

— Только Марью от него подальше держи, — посоветовала Василиса. — Она уже три прогляда изничтожила. Ей вон даже прозвище дали — Разрушительница зеркал.

— С зеркалами это случайно вышло, — парировала я. — А блюдце я вообще не трогала. Только яблоко съела по незнанию.

— Ладно, хватит мне тут спорить! — отмахнулся Кощей и положил блюдце на стол.

Заботливо протер его ладонью и, достав из мешочка молодильное яблоко, положил сверху. А потом поднял блюдце и прислонил к большой кружке, причем, несмотря на то что блюдце оказалось в вертикальном положении, яблочко не упало.

— На чем бы таком его испытать? — задумчиво произнес Кощей.

— А пусть оно для начала Калинов мост покажет! — предложила я.

Откликаясь на просьбу, блюдечко мягко засветилось. Яблочко покатилось по голубой каемочке, с каждым кругом увеличивая резкость картинки. Вот с высоты птичьего полета открылось поле, приблизилась огненная река, мост…

А затем вдруг картинка резко исчезла, сменившись на смутно знакомую здоровущую каменюку!

Чур!

— Марья-я! — раздался гулкий, скрежещущий каменными жерновами голос. — Должо-ок!

И блюдечко, мигом почернев, разлетелось на мелкие осколки.

— Какого?! — Кощей крепко выругался. Потом уставился на растерявшуюся меня и рыкнул: — Мар-рья?!

А чего я-то? Оно ж само! Случайно!

Хотя если учесть количество этих случайностей…

— А я говорила! — торжествующе-злорадно напомнила Василиса. — Баюн зря прозвища никому не дает!

— Ладно, блюдце — не яблоко, восстановим, — попыталась успокоить всех бабуля. — Его зачаровать несложно. Сегодня же займусь и сделаю. И тебе, и Марье заодно.

— Что-то меня сомнения одолели, а стоит ли ей его делать, — сердито буркнул Кощей.

— Что-нибудь придумаю, — пообещала Яга и ободряюще мне подмигнула. — Ну, чего нос-то повесила? Так блюдце, что ли, жалко?

Я отрицательно качнула головой:

— Нет. Точнее, жалко, конечно, но… — Я запнулась на миг, посмотрела на родственников несчастным взглядом и робко уточнила: — А ни у кого из вас скатерть-самобранка лишняя не завалялась? Мне очень надо.

— Нет, вот ты все-таки наглая, сестренка! Вся в отца! — Василиса рассмеялась.

Кощей снова выругался.

Спас меня Наволод. Именно в этот момент он заглянул в шатер и с широкой Белогоровой улыбкой сообщил.

— Ну, формальности мы уладили, раненых подлечили, война официально окончена. Теперь предлагаю, пока все в сборе, договориться о дате нашей с Марьей свадьбы.

— Да хоть сейчас! — в сердцах воскликнул Кощей. — Но не на моей территории! Забирай эту вандалку в Медную гору! В Дракенмор! Пусть там артефакты ценные рушит!

— Спасибо, папочка! — выпалила я и, пока багровый от злости родитель не разразился очередными ругательствами, схватила жениха за руку и выскочила из шатра.

Дракенмор так Дракенмор! Место не имеет значения. Главное — сам факт!

— Хоть я и не отказался бы от немедленного торжества, все же дам тебе время как следует к нему подготовиться, — фыркнув, произнес Наволод. — Да и гостей собрать надо.

— А выдержишь в ожидании-то? — улыбнувшись, поддела я. И, потянувшись на носочках, озорно поцеловала его в щеку.

Наволод резко выдохнул На моей талии мгновенно сомкнулись горячие руки.

— Уже не уверен, — сообщил он. — Но очень постараюсь. А сейчас пойдем отдыхать. И ты обещала мне очень долгий и подробный рассказ, любимая.

Жаркие губы коснулись моих, а затем Наволод неожиданно подхватил меня на руки и открыл Тайную тропу.

Мы возвращались домой.


Глава 18 | Марья-Царевна | Глава 20