home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


14

— Исчез?

На лбу и верхней губе Карлоса Монтеро выступили крупные бусинки пота. Встревоженный фабрикант стоял посреди офиса, растерянно глядя на меня.

— Исчез? Да как такое возможно? Нет, я не получал от него ни единой весточки.

Он вытер лоб большим розовым платком. В помещении, конечно, было тепло, но не так жарко.

— Я сделаю пару звонков, конечно, как не сделать? — дрожащим голосом выговорил он.

«Сделай, дорогой, сделай», — думала я. Все факты лишь подтверждали гипотезу, что уже сложилась у меня в голове: в Кампина-Вьеха что-то очень и очень неладно, одна и та же вьющаяся дрожащая нить тянется через все события последних нескольких недель, начиная от смерти Ящера в моем магазине и Эдмунда Эдвардса в его галерее и кончая исчезновением Стива, Ягуара и Пачамамы. И Монтеро наверняка участвовал во всем происходящем.

Приехав на раскопки утром, я думала, что Стив где-то поблизости. Импровизированная постель, которую он взял с собой, еще носила следы его сна — на подушке остался уютный и чем-то необычайно милый отпечаток головы Стива, одеяла валялись рядом, как будто он отшвырнул их в спешке. Никаких следов насилия или несчастного случая.

— Да никуда он не делся. Отошел в кустики, — пожал плечами Пабло, показывая на еле заметные отпечатки ног на песке, ведущие в сторону деревьев. Пожалуй, и правда, самое логичное заключение. Я несколько минут выждала. Стив не появился.

— А может, — добавил Пабло, — заблудился в лесу.

Заблудился в лесу?

— Не думаю, — ответила я. Да в таком лесу и не заблудишься. Вот там, откуда я приехала — дело другое. Но здесь? Максимум через пятнадцать минут выйдешь к шоссе или проселку. К тому же там легко ориентироваться, потому что видны море и горы.

Я вернулась на гасиенду за остальными, по пути выглядывая Стива. Его исчезновение вызвало небольшую тревогу, но не то чтобы серьезную. Однако к десяти часам утра всю группу уже буквально колотило от напряжения. Хильда послала меня снова на гасиенду, чтобы убедиться, что он не дошел туда самостоятельно. Я еле удержалась от искушения заметить, что легче и быстрее всего было добраться на гасиенду по дороге, а по ней я проезжала уже трижды. Что ж, я проехала по ней в четвертый раз. На гасиенде его не оказалось.

Тогда Хильда отправила в лес небольшую поисковую партию. Я пошла с ними. На песчаной почве виднелось множество следов — по-видимому, тут часто ходили. Но любые более или менее отчетливые отпечатки обрывались у стены из необожженного кирпича. Похоже, там кто-то недавно перекусывал, но только и всего. Возможно, кто-то из рабочих, возможно, просто прохожий. Но не Стив — Стив взял с собой только бутылку воды. Дальше бежала нахоженая тропа, где смешалось столько следов, что проследить какой-то конкретный из них было совершенно невозможно. Мы снова и снова звали Стива, напряженно вслушиваясь, не раздастся ли ответа, пусть даже слабого. Не раздалось.

Около полудня Хильда отвела меня в сторону.

— Не хочу сеять панику, поэтому не окажете ли вы мне услугу? Поезжайте к Монтеро, на фабрику «Параисо», расскажите ему, что произошло. Спросите его, какие шаги, по его мнению, следует предпринять. Если поеду я сама, это будет выглядеть, как будто я серьезно встревожена, что, честно скажу, полностью соответствует действительности. Но вы-то целый день разъезжаете туда-сюда, и вам уже совсем скоро пора встречать Инес…

Голос ее оборвался. Она поглядела на меня почти умоляюще.

Я кивнула. Все равно я сама именно это и собиралась сделать.

— Как вы думаете, не надо ли позвонить его семье? — прошептала я.

— Еще нет, — ответила она. — Не стоит беспокоить их без необходимости. Может быть, вечером, если…

Она умолкла. К нам приближался Пабло с одним из рабочих.

— Поеду за Инес, — сказала я нарочито громко, чтобы слышали все окружающие. — Поеду дальним путем и по дороге буду высматривать Стива.

Хильда несколько успокоилась.

И вот Монтеро вернулся в офис после сделанных звонков. Как я ни вслушивалась, но разобрать ничего не смогла.

— Не думаю, что уже следует обращаться в полицию, — сказал он. — Вы же знаете, у меня свои связи, и я их задействовал. Его будут искать. Наведут справки. Давайте подождем до завтра, а тогда уж заявим об исчезновении в полицию. Если он так и не объявится, непременно приезжайте ко мне снова.

На первый взгляд, в словах его вроде имелся свой смысл. Стив исчез всего несколько часов назад, и при обычных обстоятельствах совет Монтеро можно было счесть вполне разумным. Но в том-то и дело, что обстоятельства никоим образом не были обычными, и я прекрасно это понимала. Я твердо вознамерилась нанести в «Параисо» повторный визит, но только не тогда, когда Монтеро меня ждет. Касательно семейки Монтеро у меня было два плана, и оба на ночь, когда все обитатели гасиенды отойдут ко сну: обыскать комнату Лучо, поскольку последнее время он там не ночует, и еще раз наведаться на фабрику.

Судя по состоянию комнаты, Лучо был взрослым парнем, напрочь застрявшим на уровне развития двенадцатилетнего мальчишки. Кругом царил полный беспорядок, одежда валялась повсюду, больше всего на полу. Все стены оклеивали плакаты, отличавшиеся от плакатов знакомых мне мальчишек только по содержанию: рок- и рэпгруппам Лучо предпочитал военную тематику с явным фашистским душком.

Я начала систематически обшаривать комнату: заглянула под кровать, приподняла подушки и одеяло, потом матрас. Пистолета там не было.

Затем я проверила комод и шкаф для одежды. Неприятно рыться в чужом ящике для нижнего белья, когда там нет никакого белья, но, пожалуй, если бы оно там было, это оказалось бы еще неприятней. По-прежнему никакого пистолета.

Я перешла к письменному столу, потом как можно тише отодвинула шкаф от стены, чтобы заглянуть за него. Встряхнула ковер, из-под него вылетела такая туча пыли, что я едва не расчихалась. Но более оттуда не вылетело ничего.

Когда я готова уже была сдаться, внимание мое вдруг привлек краешек конверта, высовывающийся из-за одного из плакатов. Конечно, искала я не его, а пистолет, но мне стало интересно, что же такое тайное можно хранить за плакатом. Письмо было адресовано мне. «Ребекке» было выведено крупным детским почерком.

Перевернув конверт, я обнаружила, что он заклеен, но, судя по мятому виду, был вскрыт над паром и запечатан вновь.

«Дорогая Ребекка, — начиналось письмо. — Во-первых, извените за правильнописание. Я не очень-то харашо учился в школе. Много балел и пропускал».

Пожалуй, это было еще мягко сказано. Большей неграмотности, чем у автора письма, мне еще видеть не приходилось. Потратив пару секунд на раздумья о несовершенстве нашей системы образования, я принялась читать дальше.

«Знаю, шо пишу коряво и с ашипками, но пожалуста, прочтите все до конца. Вы моя единственная надежда».

От кого бы это могло быть?

«Знаю, шо нада была сказать вам раньше, но пару лет назад я шибко баловался марихуаной. Больше сам курил, но иногда дружкам давал. Полиция, она разницы не делает, кто продает травку или просто так дарит, так шо сичася, можно сказать, не в ладах с законом. Я этим вовсе не гаржусь. Просто пишу вам, шобы вы знали, шо я гаварю правду и поверили всему остальному.

Не знаю, как написать, шоб вы поняли, но это все чистая правда.

До недавних пор, точно не помню, я, как и вы, щитал, шо вся эта брехня нащет перевоплощения — бред собачий. Но вот лежу как-то раз и пробую свой самодельный продукт, ежли вы понимаете, о чем это я, и вдруг произошло шо-то потрясающее. Типерь-то я думаю, что вошел в контакт со своим духом. В мозгу у меня вроде как шо-то вспыхнуло, вот как камета пронеслась, а патом я смог путешествовать по всем сваим жизням взад-вперед. Вот ей-ей, не вру.

Это вышло самое потрясающее мысленное путишествие всех времен. И знаете, шо я понял? Не стану долго морочить вам голову. Во все времена я был пророком. Мог предсказывать наперед шо произойдет. Когда я открываю рот у меня само собой так и льется нащет будущего. Сперва я удивлялся, а типерь уже попривык.

Спирва я был той теткой — Кассандрой — которая сказала Троянцам нащет большого деревянного коня. А он как вы знаете кишел греческими солдатами. Патом я стоял на улицах Рима и гаварил Юлию Цезарю остерегаться Мартовских Ид. Он не слушал и все мы знаем шо с ним стало. А ище патом я предупреждал Наполеона не соваться в Россию, но он тоже не слушал.

Скажу я вам, нелегкое это дело быть пророком. Патамучта их никогда не слушают. А если слушают то им никогда не нравится, шо ты сказал. Ежли повезет тибя просто бросят в глубокое падзимелье. Я типерь думаю может я потому и за решетку угодил, плохая карма из прошлой жизни. Но бывает и хуже. Иногда тебе выжигают глаза докрасна раскаленной кочережкой, а иногда самого тибя жгут на столбе. Ни так, ни этак ничего хорошего».

Еще один чокнутый. Я вздохнула. И что я такого совершила, в прошлой жизни, разумеется, чтобы заслужить эту кару? Однако я продолжала читать.

«Типерь мне кажется, шо ближе всех к тому, шо я типерь, был друг Атауальпы (правильнописание?) караля Инков. Этого друга звали Уайна а сичас меня зовут Уэйн. Вам не кажется шо это потрясающе? Я сказал Атауальпе, шо испанцы — это плохо, плохие парни которые ищут золота и сокровищ и кажется в конце концов он мне поверил, да только позно.

А в канце этого мысленного путишествия, которое, как мне типерь кажется, длилось аж несколько дней, я вернулся в настоящее, только уже другим. И тут мне тоже никто не паверил. Я пытался им говорить, а они слышать нехотели. Позванили в полицию и упрятали меня в больницу на несколько недель.

Я и врачам гаварил. Они мне тоже не верят. Я им и про историю рассказывал. Я хотя не очень учился, а историю завсегда любил. Сматрел все передачи по телику нащет всяких древних тайн и всего такого. Всегда гадал и чиго мне это так нравится, а типерь-то, канешно, знаю. Все за щет моих прежних жизней как прарока».

К этому времени я, разумеется, догадалась, кто это написал. Но был ли во всем этом хоть какой-то смысл? А если был — смогу ли я его вычленить?

«Кагда я вышел полиция ище мной очень интиресовалась, — продолжал автор. — Так я ришил поехать в Перу, пасматреть вдруг смогу приблизиться к этому Уайне, который как писал и есть я. Поэтому я адалжил немного деньжат у брата, только ему не сказал, так шо он, наверно, так же на меня зол, как и все остальные.

Зато вышло все-таки здоровско. Я подружился с девчонкой, ее по-настоящему звать Меган. В прошлой жизни она была Жаной Дарк и потому знает, шо это такое.

А самое важное во всем этом то, шо я с тех самых исторических пор знаю где лежит сокровище. Я видел золотые гарада какие вы ищите через дыры в скалах. А особенно я знаю где Атауальпа спрятал самое натрясающее сокровище, которое испанцы так и не нашли. А знаете откуда я знаю? Патамучта сам памагал ему его прятать. И видел его своими собственными глазами то есть в той жизни, канешна. И оно здесь рядом. Я один раз его нашел, только немного ашипся так шо мне нада найти его снова. Тогда смагу расплатиться с братом шоб он не злился, а ище заплачу дифицит каждой страны в мире. Смагу настроить дама для всех пристарелых и кормить этих детей которых наказывают по телику с большими животами и грусными глазами.

Вида в том шо Меган взбеленилас шо я купил на заработанные денги марихуану. Она не понимает шо мне она нужна шобы сливаться с прошлой жизнью и найти сокровище. Она канешна простит но сичас уехала и я остался совсем один.

А ище хуже шо по-моему меня приследуют испанцы. Как будто ежли я смагу вернуться к прежней жизни они смогут прити в эту ежли вы нанимаете о чем это я. По моему на этот раз они хотят меня убить насовсем. Пожалуйста помогите.

Ваш друг Уэйн которого вы знаете как Ягуара»,

— заканчивалось письмо.

И что прикажете думать о подобном послании? Я не знала, как быть, то ли забыть письмо раз и навсегда, а заодно поздравить Пачамаму, то есть Меган, если наши пути еще когда-нибудь пересекутся, что ей хватило здравого смысла при первой возможности удрать от своего чокнутого дружка и попытаться все же найти в этом безумии хоть какую-то связь с реальностью?

С того самого времени, как Ягуар исчез, я все гадала, не связан ли он каким-то боком с сокровищами индейцев мочика? …Я с тех самых исторических пор знаю где лежит сокровище. Я видел золотые гарада какие вы ищите через дыры в скалах… самое потрясающее сокровище… и оно здесь рядом. Возможно ли, чтобы Ягуар и впрямь что-то видел — не в прошлой жизни, разумеется, а в этой, напившись или обкурившись марихуаны? А ище хуже шо по-моему меня приследуют испанцы. Если парнишка что-то видел, то испанцы еще как могут его преследовать. Только не те испанцы, из прошлой жизни, как он предполагал, а самые настоящие современные испанцы, здесь и сейчас. Пачамама — Меган уехала, потому что не поверила ему. Я уже не знала, что и думать. Однако учитывая все странные вещи, которые здесь происходили, решила не отметать с ходу все, что он написал.

Одно я знала твердо — то, что я крайне зла на Лучо. Дождавшись, пока он шаркая не направился по галерее в свою комнату — именно сегодня ему, разумеется, взбрело в голову ночевать здесь, — я напустилась на него, от бешенства даже не волнуясь, что он узнает, что я обыскивала его вещи.

— Что ты сделал с этим письмом? Оно явственно адресовано мне!

Лучо покосился на меня с опаской, но ничего не сказал.

— Когда его принесли? И кто? Отвечай! — От нетерпения я даже топнула. — Ну же!

— Не знаю, — проскулил Лучо.

— Оно было в твоей комнате, — сказала я, сама слыша опасные нотки в голосе.

— Я забыл, — Лучо уже почти хныкал.

— Когда его принесли? — повторила я.

— Вчера, — нерешительно ответил он.

— Ты уверен? — Манко Капак сказал вчера, что ребята исчезли день или два назад.

— Может, позавчера, — допустил он.

Вот уже второй человек — первым был Манко Капак, — с непонятными провалами в памяти во всем, что касается Ягуара.

— Кто его принес?

— Не знаю.

Я пронзила Лучо яростным взглядом.

— Не знаю, — упрямо повторил Лучо. — Оно уже лежало на полу, у двери. Я никого не видел.

— Но ты его открывал, — очень тихо произнесла я.

— Ни-ни, — помотал головой он, и больше ничего добиться от него мне не удалось.

В сердцах я поднялась наверх и приказала себе поспать. Но не смогла. Меня преследовали образы Ящера, Эдмунда Эдвардса и, сильнее всех, Паука. В глубокой ночи я решила, что можно перейти к плану «Б», наведаться на фабрику «Райских изделий», и еще раз осмотреть, ничего ли я не упустила. Дверь Лучо была закрыта, снизу не пробивалось ни лучика света, так что я осторожно выскользнула за дверь гасиенды.

Заводя грузовик, я от всего сердца надеялась, что Хильда набралась виски и сейчас видит десятый сон. Подъехав к фабрике, я оставила грузовик на обочине в нескольких сотнях футов от нее, за старой заброшенной лачугой, и остаток пути проделала пешком, в кои-то веки благодарная судьбе за спасительное покрывало garua.

Маленький производственный комплекс Монтеро тонул во тьме. Лишь над дверью каждого здания тускло светилось по лампочке. Я обогнула фабрику, чтобы подобраться к ней сзади, надеясь, что хотя бы одну дверь оставили открытой, чтобы рабочий цех хоть немного остыл от чудовищного жара печи.

Все двери оказались закрыты и заперты, но у меня имелся запасной вариант. Обходя фабрику, я заметила, что задняя дверь была очень старой и с самым что ни на есть простейшим замком, как в ванных комнатах, где надо только нажать на ручку внутри. Похоже, Монтеро не слишком-то опасался незваных гостей. Если бы он и правда был замешан в чем-то неблаговидном, замки были бы получше. Обладая неким опытом по части открывания таких дверей, я справилась достаточно быстро. Хотя кредитной карточки у меня и не было, я захватила из лаборатории кое-какие штуковины, которые, на мой взгляд, могли бы ее заменить. Так оно и вышло. Проникнув внутрь, я снова заперла дверь изнутри.

В комнате было ужасно душно. Пока я стояла, выжидая, чтобы глаза привыкли к темноте, по спине у меня побежали струйки пота. Но не только из-за жары — еще и от страха.

Пробравшись к тому концу комнаты, где стоял чертежный стол Антонио, я как можно плотнее закрыла жалюзи и включила свет. А через минуту уже отперла стоявший возле стола шкафчик с документами.

Верхний ящик оказался набит рисунками, второй — фотографиями. Мне потребовалось некоторое время на то, чтобы определить, по какому принципу документы разложены в ящиках: в больших отделениях по годам, в маленьких — по типу изделия.

Купленная мной на аукционе коробка была невостребована на таможне, а А.Дж. Смиттсон, которому она предназначалась, умер чуть больше двух лет назад. Я отсчитала три года назад и принялась за поиски.

За тот год нашлось несколько пухлых папок: часть — посвященные вазам, одна — рисункам, еще одна — животным и отдельная — птицам. Того, что я искала, здесь не было. Проверив каждую папку за этот год, я методично перешла к предыдущему году. В самом дальнему углу ящика оказалась папка, озаглавленная «Разное». Я открыла ее.

Пролистав папку до середины, я едва не вскрикнула. Нашла! Но времени читать дальше не было. Совсем рядом раздался шум мотора. Я сунула папку обратно в ящик, закрыла его, задвинула задвижку и потушила свет — все практически одним движением. На песке и гравии вокруг дома заскрипели чьи-то шаги. Задняя дверь задребезжала, в верхних окнах отразилась вспышка фонарика.

«Ночной сторож», — подумала я. Проверяет двери и окна. Оставалось только надеяться, что в его обязанности не входит проверка также и внутренних помещений.

Снова зазвучали шаги. Сторож по очереди дернул обе двери рядом с печью.

Затаив дыхание, я выждала, пока шаги не затихнут вдали. Судя по всему, обход владений проводился со всей тщательностью, — прошло несколько минут, а я так и не слышала звука мотора, сигнала, что проверка завершена. Значит ли это, что теперь сторож так и останется здесь? Или он более тщательно осматривает остальные здания? Я выждала еще несколько минут, а потом, решив, что не могу так и сидеть здесь всю ночь, мысленно составила обходной маршрут к грузовику так, чтобы не проходить мимо главных строений.

Я помнила, что неподалеку стоят какие-то развалины, а потому, осторожно выбравшись наружу, огляделась и, заперев замок, рванула прямо туда. Бежать оказалось дальше, чем я предполагала, однако никто мне не препятствовал и через несколько минут я уже стояла в спасительной тени, прислушиваясь. Абсолютная тишина. Держась почти вплотную к стене, я двинулась в обход разрушенного дома назад, к двери. Вот странно. Но додумать мысль до конца я не успела, — из-за угла главного здания снова показался луч фонаря и я нырнула в темноту. Когда же сторож, или кто там это был, завершил обход, снова вылезла поглядеть.

Внимание мое привлекли две вещи. Во-первых, на двери разрушенного дома висел прочный новехонький замок. Кому и зачем запирать развалины? А во-вторых, под дверь уходил электрический провод. Как ни странно запирать такую развалюху на замок, проводить туда электричество — еще страннее. Я подергала провод. Под дверь пролезть, конечно, было невозможно, но я решила проследить, куда этот провод ведет и подсоединен ли он к чему-то на самом деле. Шнур тянулся вдоль дальней от фабрики стены дома. Я завернула за угол и последовала по проводу дальше. Стояла кромешная тьма, и я обо что-то споткнулась. Какой-то предмет. И очень большой. Я включила предусмотрительно захваченный карманный фонарик и посветила вниз. Карлос Монтеро. Мертвый. Застреленный насмерть. Сама не знаю, каким чудом я смогла удержать рвущийся с губ крик.

Несколько секунд я лихорадочно соображала, что же делать теперь. Карлосу уже ничем не помочь. Все равно его скоро найдут. Рванув от здания, я описала большой крюк назад, к грузовику.

Вернувшись на гасиенду, я отворила парадную дверь и вошла в темный двор.

— Руки вверх, — произнес чей-то голос. — Медленно повернитесь.

На сей раз это был не Лучо, играющий в борца за свободу.

Я обернулась навстречу голосу.


предыдущая глава | Воин мочика | cледующая глава







Loading...