home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


«Фиделитас лекс» на орбите Кхура

Еще до того, как войти в покои примарха, Кор Фаэрон ощутил тяжелый смрад пота и горелой плоти, который, смешиваясь с резким запахом крови, перекрывал пряный аромат курящихся благовоний. Услышав хлесткий щелчок бича, Хранитель Веры вздрогнул и поспешно шагнул внутрь.

Лоргар сидел, скрестив ноги, на непокрытом полу. Одна его рука расслабленно лежала на бедрах, в другой он сжимал кнут-семихвостку. Яростно и по-змеиному стремительно примарх ожег себя по плечам и спине, протянув узловатые плети по обнаженному телу. Подобный удар искалечил бы более слабое создание, но повелитель легиона лишь дернул ртом.

Из-под слоя серого пепла выступала изодранная в лоскуты кожа. Учитывая физиологию, дарованную Лоргару Императором, такое достижение в самоистязании по-настоящему тревожило. Становилось ясно, как жестоко и неустанно примарх бичевал себя последние трое суток.

Возле него стояла белая керамическая чаша с золотым ободком — купель, взятая в одной из множества часовен на борту флагмана. Сосуд метровой ширины был заполнен прахом и обугленными останками. Заметив озадаченный взгляд Хранителя Веры, его господин объяснил:

— Все, что осталось от возвышенной Монархии. — Лоргар говорил тихо, с измученным выражением лица. Погрузив кисть в пепельное месиво, он просеял обломки между пальцев. — Здания. Люди. Усилия длиной в жизнь. Моя вздорная гордость.

— Самая праведная гордость, — возразил Кор Фаэрон.

Позади него с тихим шелестом закрылась дверь. Первый капитан заметил в соседней комнате жаровню с почти прогоревшими углями, которые отбрасывали жаркие отсветы на голую стену, где раньше висел гобелен с изображением Императора. Сорванная шпалера валялась на полу.

В меднике раскалялись несколько железных прутов с навершиями в форме различных колхидских рун — символов, созданных лично Лоргаром при установлении принесенной им веры. Знаки Единого, Истины и Слова.

На теле примарха Кор Фаэрон увидел следы, подобные клеймам на шкурах крепкоспинов. Боль от таких ожогов сокрушила бы смертного.

— Как?..

— Сервиторы Механикум — весьма полезные бездумные помощники. Эти неразумные существа с готовностью будут выполнять любой приказ днями напролет, без сомнений и сожалений. Удобное орудие в нынешние мрачные времена.

В тот деликатный момент первый капитан рассудил, что Лоргара нужно возвращать на верную дорогу не поучениями, а наставлениями, и обратился к нему, выказывая отеческую заботу:

— Ты звал меня, сын мой. Хотел поговорить со мной?

— Да, и с Эребом, но до его прихода мы недолго побеседуем наедине. Вопрос, который нам следует обсудить, не для его ушей — пока что, точнее говоря.

— Ты бичуешь себя из-за Монархии, — произнес Кор Фаэрон, — но преступление совершил не ты.

— Я, и этого не изменить. Нам не опровергнуть ни одного из выдвинутых обвинений. То, что мы создавали с чистыми помыслами, оказалось извращением Истины. Все эти миры интересуют Императора лишь как записи в книге учета на Терре. Мы думали, что творим самоцветы для Его короны, а на деле тратили время, полируя бесполезные куски камня.

— Не бесполезные, ибо мы поступаем так ради веры, нуждается в ней Император или нет.

— Не нуждается, и мы должны согласиться с Ним. — Произнеся это, примарх скривил губы. — «Согласие»… Слово звучит так невинно, но теперь нам известно, что именно оно означает.

— Уризен, мы не вправе отказаться от своей сути. — Кор Фаэрон старался сообразить, как вывести Лоргара из болезненного состояния. Убеждения примарха, сама основа его личности — душа, хотя Император отрицал ее существование, — подверглись чудовищному удару. Один отец разрушил все труды Золотого, другому предстояло поднять сына из разбомбленных руин. — Есть другой способ.

— Ты видел, что произошло на Монархии. Отец вынес неоспоримый приговор: мы должны уничтожить все атрибуты религии — стать искоренителями, какими Он и создал нас.

— Это может расколоть легион, — предупредил первый капитан. — Сейчас его скрепляет вера. Именно она привязывает многих воинов к тебе, к Империуму. Они следуют за пророком божества, а не полководцем Императора.

— Мою власть уже ставили под вопрос.

— Да.

— И тогда у нас было Братство родственных душ, способных защитить Истину.

— Да. — Кор Фаэрон знал, о какой организации говорит Лоргар, если ей вообще подходило такое определение. Скорее, это было движение ревностных праведников, готовых оборонять веру любой ценой.

Неужели Уризен просил повторить чистку? Он никогда бы не сказал подобное прямо, не смог бы заставить себя. Лоргар немногое знал о Темном Сердце и Братстве, сберегшем веру на Колхиде.

Первый капитан не имел права на ошибку: сейчас, когда легион утратил боевой дух, а его примарх — уверенность, любой промах мог погубить и Несущих Слово, и Кора Фаэрона.

— Зачем нужен Хранитель Веры, если не осталось веры для сохранения? — тихо спросил бывший пастырь.

— Ты по-прежнему мой первый капитан, — заверил его Лоргар. — Твой чин, наше совместное прошлое… их не так легко перечеркнуть. Узы между нами прочнее, чем фундамент целого города.

— Итак, ты желаешь очистить легион от всех следов религии?

— Никто не должен поклоняться Императору как богу.

Вот и оно — отрицание, в коем нуждался Кор Фаэрон.

Да, порой пути Сил бывали кружными и необъяснимыми, но при взгляде под правильным углом становилось ясно, к какой цели они медленно приближаются.

Как же удачно божества скрылись под личиной Самого Императора, чтобы защитить Колхиду от Его гнева! Благодаря примарху Силы сумели укрыться от несостоявшегося губителя. Уцелел потаенный клинок, направленный в сердце Империума, что вознамерился низвергнуть богов.

То, что Император с пренебрежением отнесся к Лоргару и презрел великие труды, совершенные во имя Его, дало Кору Фаэрону шанс сделать ход. Встретив взор фиолетовых глаз Лоргара, пастырь мгновение смотрел в них, ища свидетельство духовной связи между собой и приемным сыном.

Он увидел блеск слез. Значит, примарх полностью сознавал, о чем просит. Но понимал ли Лоргар, к чему неизбежно приведет такой выбор? Направить его к верному умозаключению предстояло Кору Фаэрону.

— Прольется кровь, — сказал первый капитан, имея в виду последствия как решения Уризена, так и приказа Императора. Себе он напомнил, что Силы требуют жертвенности: каждому они определяют место в жизни и назначают цену за него. Лоргар, как гласят Правда и Закон, выплатит свой долг скорбью. — Начнется невиданная прежде война.

— Мне не привыкать к таким кампаниям.

Сторожевой модуль в двери писком предупредил их о новом посетителе. По команде Лоргара дверь с шипением раскрылась, явив Эреба в черной рясе капеллана. Увидев, как выглядит примарх, Несущий Слово застыл у порога; на его обветренном лице отразилось нечто среднее между ужасом и печалью.

— Входи, я желаю говорить с тобой, — позвал воина Лоргар. Затем он вернулся к теме: — Кор Фаэрон, ты помнишь войну, которую мы назвали Последней? История показала, насколько тщеславны мы были.

— Я все помню, — пробормотал Хранитель Веры.


После Монархии | Лоргар. Носитель Слова | Книга вторая: Вознесение







Loading...