home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


2 7 2

Варадеш выглядел примерно так же, как и в тот день, когда Найро, словно ненужную обузу, вышвырнули отсюда вместе с проповедником и его культистами. То, что рабы участвовали в ереси Кора Фаэрона не по своей воле, никого не интересовало.

Город окружала куртина двадцатиметровой высоты из песчаника, кремня и гранита, серьезно отремонтированная в некоторых местах. С боков главных врат высились одинаковые обсидиановые башенки. За стеной, пронзая облако пыли и дыма от костров и моторов, тянулись к небу шпили и минареты тысячи храмов, выложенные серой и красной плиткой. Их кирпичную кладку прикрывала замазка тех же оттенков.

Сквозь густую пелену смутно виднелись цветы, десятками тысяч свисавшие с балконов и настенных кафедр, оконных карнизов и каркасов крыш. То были знаменитые лунные лилии, в честь которых Варадеш порой называли Городом Серых Цветов. Кроме того, из их раздавленных лепестков получали краску для одеяний духовенства.

В воздухе с жужжанием проносились курьерские автожиры, петлявшие между стайками чаек-херувимов и церковных воронов, выученных служить посланцами для низших чинов в иерархии Завета.

Вдали, на горе Пророков, возвышался Башенный храм, подобный указующему в эмпиреи персту. Километровую громаду, белую и золотую, черную и серебряную, венчал хрустальный шпиль. Вокруг нее располагались два десятка куполов, украшенных барельефами в виде пылающей книги. Нефы под ними вмещали тысячи прихожан.

Благолепие Варадеша не знало себе равных: город представлял собой безупречное воплощение святости, выстроенное согласно священным указаниям так, чтобы голоса и молитвы его смертных жителей возносились в эмпиреи. Здесь обитал миллион с лишним живых душ, а также втрое больше рабов — они, согласно догмам веры, душ не имели и спасения не заслуживали.

Последний факт накрепко засел в памяти Найро. Его самого обратили в рабство за выступления в защиту невольников, потом отдали во владение проповеднику, впоследствии преданному анафеме за ересь. За этими темными стенами старик дольше пробыл учителем, чем рабом, однако полгода в услужении у Кора Фаэрона — до изгнания в Пустошь — казались ему беспрерывным мучением.

Но, несмотря на все это, Варадеш действительно мог стать ключом к свободе в той или иной форме.

Найро сглотнул комок, скрывая нервозность, хотя, учитывая обстоятельства их миссии, он вполне мог выказать легкое беспокойство, не опасаясь недовольства товарищей. Аксата, готовый к бою, не терял бдительность. Его солдаты, как и командир, внимательно оглядывали другие караваны — массу людей и транспорта, ползущую по прибрежным трактам. Ближе к вратам все сливалось в единое месиво очередей и временных стоянок, над которым ползли грузовые дирижабли. Гудение их солнечных двигателей служило фоном для рычания моторов и болтовни купцов и паломников, теснившихся у стен Города Серых Цветов.

В проеме ворот происходило настоящее столпотворение: все пешеходы, вьючные животные и повозки одновременно пытались пройти через отверстие десятиметровой ширины. Движением никто не руководил; из давки непрерывно доносились крики, ругательства, божба именами Сил и пророков, а также обычные оскорбления.

Кор Фаэрон зря старался сохранить их появление в тайне. Когда мобильный храм и эскортные фургоны находились еще в двух километрах от стены, толпы пилигримов, торговцев и кающихся грешников раздвинулись, и из ворот выступили несколько сотен вооруженных людей. Они рассекли человеческие волны, подобно ножу, нацеленному в пастыря.

Жезлоносцы Завета, как их называли, носили рясы аколитов, но поверх них были облачены в панцирные доспехи и шлемы с забралами. Их жезлы — черные деревянные шесты метровой длины, обмотанные серебристой проволокой и снабженные шоковыми шипами, — годились только для наведения порядка, однако за отрядом ехали бронированные стрелковые платформы. Их пушки, грозно торчащие из низких башенок, подкрепляли авторитет церковников.

Солдаты под началом Аксаты, окружив корабль-часовню, пошли навстречу варадешцам. Свое оружие бойцы не прятали, но и не выхватывали.


2 7 1 | Лоргар. Носитель Слова | 2 7 3







Loading...