home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 18

— Надеюсь, напоминать тебе о мерах предосторожности не нужно? — встретил ее Ханна Соль.

— Отец, я не собираюсь очертя голову бросаться в пасть голодному варлаху, — ответила Вера. — Я хочу всего лишь поговорить с нашим заключенным, и желательно наедине. Не возражаю, если кто-то станет подслушивать под дверью, за портьерой, где угодно, лишь бы вне поле зрения и… хм… обнаружения Дженна Дассом.

— Полагаешь, он даже в нынешнем состоянии способен засечь постороннего?

— Почти уверена, поэтому хочу свести к минимуму такую возможность. Я намерена сделать вид, будто проникла к зеркалу без спроса, — улыбнулась Вера. — Дженна Дасс знает обо мне достаточно, чтобы поверить в это. Конечно, это сработает, только если никто из охранников не обмолвился при нем, что ожидается мой визит.

— Они вовсе к нему не входят, — ответил Ханна Соль. — Ну что ж… Если ты полагаешь, что так шансов разговорить его больше, — действуй. Кстати, где твои Гайя?

— Ждут в большой приемной. Зачем мне брать их к Арлису? У него в кабинете и вдвоем развернуться сложно.

— Изволь захватить с собой. Пускай будут поблизости, — не терпящим пререканий тоном произнес Ханна Соль. — У вас достаточно мощная связка, и случись что, они должны успеть прийти на помощь.

— Мне понимать твои слова так, что сам ты со мною не пойдешь? — осведомилась Вера.

— Я уже вышел из возраста, в котором не зазорно греть уши под дверью. Предпочту подождать в соседнем кабинете.

— Ты забыл сказать «только не наделай глупостей», — не удержалась она.

— Ты не сможешь, — улыбнулся он. — Единомоментно защиту с зеркала не снять, это почувствует охрана и пресечет твои поползновения. Ты, я надеюсь, не собираешься громить Собрание? Ну а раз так, мне не о чем беспокоиться.

Вера только вздохнула.

— К слову, что интересного поведал Арлис? — добавил Ханна Соль.

— Ничего особенного, — солгала она. — Если в народе и бродят какие-то байки о зазеркальном чудовище, то они, прости за каламбур, явно не нашли отражения в серьезных исследованиях.

— Вот как… Что ж, в таком случае не тяни время и отправляйся к нашему собственному плененному чудовищу.

— Нашему? — невольно удивилась Вера.

— А ты как думала? Ты изловила преступника, запечатала, и, хоть предоставила для исследования Научному собранию, он остается твоим трофеем. Но не слишком обольщайся на этот счет, — поднял руку Ханна Соль, явно заметив искру интереса в глазах дочери. — Не забывай: поскольку ты незамужняя девица, то я, твой отец, могу предъявить права на любые твои приобретения и изыскания. И то, что я этого не делаю без веских на то оснований, не означает, будто ты можешь идти против закона.

— Спасибо, что напомнил, отец, — вежливо сказала она. — Ты не хотел бы предъявить право на кресло ректора школы Примирения? А то у меня от него седалище ноет — очень уж жесткое!

С этими словами она предпочла ретироваться, потому что Ханна Соль мог вспомнить и о том, что волен наказать незамужнюю дочь, а как он может это сделать, гадать не хотелось.

«Проклятые нравы! — подумала Вера, пробежав пару лестничных пролетов и вызвав Гайя. — Повезло Соль Вэре: кто другой мог бы попросту запереть ее в башне, подавить линии силы и держать так, чтобы не навредила себе и окружающим. А он ей потакает во всем…»

Что правда, то правда: Ханна Соль не наказывал младшую дочь всерьез даже в детстве, а потом… Потом ей влетало, но обычно словесно. Наверно, он тоже с трудом представлял, как можно посадить взрослую дочь под замок или выпороть (а такое практиковалось в провинции). А может, и опасался: дар истинной ведьмы непредсказуем, так вот обидится всерьез и проклянет… У Соль Вэры проклятия легко слетали с губ, и вряд ли Ханна Соль хотел рисковать: в приступе обиды дочь могла наградить проклятием не только его, но и всю семью!

— Госпожа? — объявился из-за поворота лестницы Лио. — Звали?

— Нет, вам почудилось, — фыркнула она. — Идем за мной, по дороге расскажу, что вам нужно делать…

Выслушав ее, Керр по привычке с силой потер переносицу, оставив на ней красный след, и сказал:

— Запретить вам что-то, госпожа, не в нашей власти, но все-таки ведите себя с этим типом поосторожнее, прошу!

— Если бы ты знал, сколько раз я слышала эту фразу, то пожалел бы меня и не стал повторять, как птица-говорун, — ответила Вера. Они как раз спустились в обширный зал, откуда вело шесть коридоров. — Нам туда.

С охраной проблем не возникло: если они и были удивлены неожиданным распоряжением допустить дочь Правого полумесяца к зачарованному зеркалу, то вида не подали, что Веру как нельзя более устраивало.

— Будьте настороже, — сказала она Гайя. — Но не вздумайте вломиться, если я не позову!

— А почему, вы полагаете, у нас может возникнуть такое желание? — удивился Керр.

— Вдруг мы с Дассом перейдем на повышенные тона и примемся сыпать проклятиями? — пожала плечами Вера и толкнула тяжелую дверь.

Металлические накладки на ней вспыхнули сложными узорами, которые угасли один за другим, — это работала система безопасности. Распутать такую вязь возможно, но времени это займет предостаточно (Вера прикинула, что у нее, без привычки к такому делу, уйдет несколько часов). Вторжение успеют обнаружить, даже если дерзкий тип ухитрится обезвредить обычную стражу, чтобы заниматься заклятиями на двери без помех.

«Хорошо, что мне не нужно заниматься такой ерундой», — подумала она и вошла в зал. Дверь бесшумно закрылась за ее спиной и — Вера знала — вспыхнула по контуру тускло-золотым огнем, когда вновь активировались защитные системы.

Зал казался просторным за счет высокого потолка и полумрака, скрадывающего размеры помещения. Так-то он был не больше Вериного кабинета в школе Примирения, но можно было представить, будто тени скрывают уходящую вдаль анфиладу.

Зеркало на львиных лапах стояло прямо напротив входа. Чуть поодаль Вера увидела удобные стулья — видимо, сотрудники Собрания настраивались на долгую беседу, но с этим не сложилось. Не пригодился им и стол с письменной машинкой — Вера невольно улыбнулась, увидев здесь свое «изобретение»…

— Дженна Дасс, ты дома? — громко позвала она, и под сводами откликнулось эхо. — Ау!

Молчание было ей ответом.

— Невежливо так встречать гостей, — сказала Вера, жестом подозвала к себе стул и уселась на него, закинув ногу на ногу. Она была в брюках, как обычно, и выглядело это весьма вызывающе по местным меркам. — Ну же, свет мой, зеркальце, скажи, как тебе… хм… существуется в этом застенке?

Зеркало оставалось пустым и мертвым. Гладкая блестящая поверхность не отражала ровным счетом ничего и напоминала затянутый бельмом глаз слепца.

— Говорят, ты замкнулся в гордом молчании и отказываешься общаться с кем бы то ни было, — продолжила она. — А ведь тебе предлагали послабление режима в обмен на сотрудничество… Неужели не нашлось ничего, что могло бы тебя заинтересовать? Например, молодое, полное сил тело, в которое ты мог бы вселиться, покончив с этим жалким прозябанием в виде бесплотного духа… При необходимости всегда можно подыскать подходящую кандидатуру, тебе ли не знать!

— Вот уж уволь от такой милости, — раздался наконец ответ.

Голос у Дженна Дасса был глуховатый, низкий. Вера подумала, что женщины должны были млеть, в особенности когда он звучал не с сарказмом, а со страстным пылом.

— Почему же? — спросила Вера. — Такое существование опротивело тебе еще в бытность твою каким-то булыжником, разве нет? Зеркало, наверно, получше, да вдобавок не валяется невесть где. Его никто не разобьет, оно не зарастет мхом и не исчезнет в земле… Во всяком случае, до тех пор, пока представляет собой какой-то интерес.

— Перестань, — Дженна Дасс явственно усмехнулся. — Никто не выбросит это зеркало, пока я обитаю в нем. Скорее его уничтожат, а это даст мне свободу… навсегда. Но я сомневаюсь, будто меня отпустят так просто. Я слишком много знаю… Что смешного?

— Ровным счетом ничего, — заверила она и покачала ногой. — Так… глупые воспоминания. И все же, что ты скажешь насчет нового тела? Слышала, ты отказался от него, но почему?

— Потому что я еще не сошел с ума, — отозвался он.

— Не понимаю. Ты ведь захватил Арлиса, значит, справишься и с другим человеком!

— Все ты прекрасно понимаешь, — чуть тише проговорил Дженна Дасс. Вере показалось, будто поверхность зеркала пошла рябью, словно ветерок потревожил гладь сонного пруда. — Здесь, в этом вашем Научном собрании, много восторженных идиотов, с радостью хватающих любую наживку. Но даже они не настолько глупы, чтобы предложить мне тело мага! А мне, знаешь ли, не улыбается оказаться запертым в тупой оболочке, не способной даже разжечь огонь или призвать воду… Нет уж, дорогая Соль Вэра, я предпочту пребывание в нынешнем состоянии!

— Надеешься, тебе когда-нибудь повезет заманить в свои сети беспечного молодого волшебника?

— Один раз мне уже повезло, так почему не проверить, не станет ли это системой?

— Долго ждать придется!

— Ничего, — утешил Дженна Дасс, — я привык к ожиданию. Ты сама знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как твоя предшественница одержала надо мной верх… Однако она давно мертва, а я все еще существую и не теряю надежды снова выбраться в вещественный мир!

— Боюсь, за эти годы ты окончательно потерял связь с реальностью, — вздохнула Вера. — Та твоя попытка была хороша, не спорю, но… Даже если бы на твоем пути не встала я, рано или поздно тебя раскрыли бы. Пускай ты впитал силу спящего дракона, но ты был один, а против тебя выставили бы лучших магов нашего времени!

— Думаешь, я долго оставался бы в одиночестве? — раздался смех из зеркала. — Не обманывай себя, Соль Вэра… К такому, как я, вскоре притянулись бы подобные, желающие знаний, силы и власти. А я, уж поверь, умею использовать мелкие страсти и мечты в своих интересах.

«До чего же банально, — подумала она. — Каждый второй, если не каждый первый злодей произносит точно такие речи! Впрочем, это свидетельствует лишь о том, что люди везде одинаковы».

— Может, и так, — произнесла Вера вслух, — но тебя постигла неудача.

— Ничего. Любая неудача — это опыт, на котором стоит поучиться и учесть его на будущее.

— Говорят, на своих ошибках учатся только дураки, — поддела она. — А умные предпочитают наблюдать за чужими промахами и использовать их себе на благо.

— Я и наблюдал, — Дженна Дасс снова негромко рассмеялся. — У меня на это было предостаточно времени. А еще больше — на то, чтобы осмыслить увиденное и извлечь из этого урок.

— Но ты все равно проиграл.

— На этот раз — да, — согласился он. — Теперь я знаю почему. Долгое заключение все-таки скверно повлияло на меня. Я утратил терпение, я желал получить все и сразу… Глупо, признаю. Действуй я немного более осмотрительно, без спешки, и лет через двадцать смог бы занять Звездный трон. Что ж, признаю, я повел себя как дурак, однако извлек урок и из этой ошибки! Впредь я не стану торопиться.

— В самом деле, у тебя впереди годы и годы заточения, — фыркнула Вера. — Правда, если ты проведешь их в изоляции, следующая твоя попытка окажется ничуть не лучше предыдущей. С Арлисом тебе несказанно повезло: он волшебник, он знает историю и неплохо разбирается в обстановке… Попадись тебе какой-нибудь деревенский колдун-самоучка, много ли было бы от него прока?

— Намекаешь на то, что я мог бы пойти на сделку, рассказать что-нибудь? Здешние ученые хотят узнать очень и очень многое о давних временах, — перебил Дженна Дасс, — а сыграть на исследовательском азарте проще простого. Слово за слово, и вот тот, кому я стану поверять одну тайну за другой, станет приходить ко мне все чаще, надеясь выспросить нечто особенно важное… Он опомниться не успеет, как окажется в полной моей власти и еще обрадуется, когда я решу воспользоваться его телом!

— Вот видишь, у тебя уже есть готовый план действий, — похвалила она, искренне надеясь, что в Научном собрании работают не полные идиоты и подобный вариант развития событий предвидели. А если нет, то теперь услышат и задумаются! — Однако как ты намерен его реализовать, если отмалчиваешься?

— Это тоже часть плана, — доверительно шепнул он, и Вере показалось, будто волоски у нее на шее встали дыбом, как наэлектризованные. — Рано или поздно, когда сменятся поколения, люди забудут, кто я таков на самом деле и чем опасно это зеркало. Вот тогда…

— Зачем же ты выбалтываешь мне такие вещи?

— А почему ты решила, будто это единственный мой план? Самый банальный, лежащий на поверхности… — голос немного отдалился, будто Дженна Дасс, в возбуждении бродя по комнате, отошел от зеркала. — За моими попытками соблазнить юных исследователей тайными знаниями станут пристально наблюдать, понятно, но в этой голове еще немало идей…

«Еще ты можешь попытаться убедить всех, будто вынашиваешь тайный план, прикрываясь этим вот, простеньким, но на самом деле он и окажется основным», — подумала Вера, вслух же спросила:

— Со мной ты решил поговорить просто от скуки?

— Конечно. А еще потому, что чувствую — ты пришла не из праздного любопытства, — тут же ответил Дженна Дасс. — И не ради того, чтобы поглумиться над побежденным. Я могу сколько угодно ненавидеть тебя и Вирра Мару за то, что вы сотворили со мной, но не могу не отдавать вам должного: ни она, ни ты не опустились до подобного. Я, не скрою, даже восхищен и готов признать, что по меньшей мере одна ошибка прошлого не пошла мне впрок: я вновь повержен женщиной при тех же обстоятельствах!

— Благодарю за комплимент, — серьезно сказала она. — Надеюсь, ты повторишь это моей троюродной правнучке, когда тебя в очередной раз загонят в какое-нибудь вместилище.

— То есть ты предрекаешь мне долгое существование и не отрицаешь, что я способен выбраться на волю? — на этот раз он явно сдерживал смех. — Что ж, меня устраивает твое пророчество! Жаль, ты не прорицательница…

— Что верно, то верно. А вот обеспечить тебе вечное пребывание в зеркале я могу, — пригрозила Вера.

— Ты не можешь проклясть по заказу, — ответил Дженна Дасс. — Истинные ведьмы не способны управлять своим даром.

— Твои сведения устарели на несколько тысяч лет, — любезно сказала она. — Я работаю над этим уже давно, и, уверяю тебя, мне хватит умения на то, чтобы исполнить обещанное. Даже интересно посмотреть, как реализуется подобное! Никогда не проклинала духов, только…

Вера осеклась. А что, если обрушить силу истинной ведьмы на Зазеркальщика? Правда, сперва потребуется изловить его, потом как следует разгневаться… а это не так-то просто!

— Что — только? — подбодрил Дженна Дасс.

— Нужно попробовать, — ответила она. — Если ты дашь мне повод, то сможешь стать первым подопытным. Как тебе такая идея?

— Не слишком нравится. Предпочитаю оставить все как есть. Однако, по-моему, ты задумалась вовсе не обо мне, а о ком-то другом. Верно?

— О да, — с чувством сказала Вера. — Признаюсь, ты доставил немало хлопот, но что после драки кулаками махать? А вот тот, другой…

— Кто? — в голосе Дженна Дасса послышалось жадное нетерпение.

— Один мерзавец, — ответила она, решив выдавать информацию понемногу. — Он убивает, прикидываясь кем-то другим.

— Тоже мне, невидаль…

— Нет, конечно, изменить внешность — проще простого. Но, видишь ли, он убивает… как бы это сказать? — задумалась Вера. — Словом, он вызывает кого-то посредством связного зеркала, человек отвечает, будучи уверен, что говорит с родственником, другом, деловым партнером… и умирает, а убийца обрывает каналы связи и исчезает. За последние несколько лет это не первый случай, и кое-что подсказывает нам, что этот тип промышлял подобным образом не одно десятилетие.

— Вот как… — Тон Дженна Дасса снова изменился, сделавшись настороженным. Нетерпение в нем сохранилось, и звучал его голос теперь опасно. — Как интересно! Ты, конечно же, хочешь спросить, не встречал ли я подобных умельцев?

— Разумеется. А еще поинтересуюсь: сумел бы ты сам сотворить подобное, если бы у этого зеркала не была заблокирована связь?

Воцарилось молчание.

— Пожалуй, у меня получилось бы, — после долгой паузы ответил Дженна Дасс. — Замаскироваться легко, выдать себя за кого-то другого — тем более, особенно если организовать помехи. Затем мне нужно было бы вселиться в чужое тело, убить его — к примеру, остановить сердце, — ретироваться и замести следы. Ничего сложного, — заключил он. — Если рядом нет свидетелей, никто ничего не заподозрит.

— Постой, но если ты покинешь зеркало, разве вызов не прервется?

— Нет, если по другую сторону останется мое тело, в которое я и вернусь по завершении дела. Великое Солнце, я же не говорил о том, что способен устроить подобное сейчас! — гневно воскликнул он. — Нет, теперь я сумею занять чужое тело, если представится Удобный случай, и уничтожить его, а вот вернуться в свое вместилище уже не смогу. Из тела Арлиса меня вырвала ты, не забывай!

— То есть если бы он умер, ты улетучился бы? Ушел на дорогу предков?

— Конечно, если прежде не успел бы подыскать нового носителя, который оказался бы рядом и мог принять мой дух. В этом вся загвоздка, — с явной досадой произнес Дженна Дасс. — Кажется, такая простая процедура, но детали, детали решают все!

Вера молчала, размышляя. Если пленник не лгал (а с него станется), то выходило, что убийца вполне мог быть человеком из плоти и крови. Вряд ли Ладоу протянул столько лет, а значит, это может оказаться кто угодно! Да хотя бы его наследник, знающий какие-то секреты зеркал работы предка… Мотивы его, правда, не ясны. Что же выходит, это тупик? Или в самом деле придется ловить Зазеркальщика на живца? Не хотелось бы…

— По-моему, ты чего-то недоговариваешь, — сказал Дженна Дасс, прервав ее думы. — Эти расспросы… Скажи уж напрямую, Соль Вэра. Вижу, тебе не терпится! А я… я подумаю, стоит ли удовлетворить твое любопытство или промолчать. Полагаю, ты не хуже моего знаешь, как бесит молчание человека, который, ты уверена, может пролить свет на загадку!

— Конечно, ты не упустишь возможности отомстить мне, — кивнула она. — Что ж, я спрошу… Не знакомо ли тебе имя Ладоу или Ладору Эгго?

— Знакомо, — ответил он после долгого молчания. — Это зеркальных дел мастер, давно покойный, полагаю. Он был не из старой знати, стало быть, прожил не так долго по нашим с тобой меркам.

— То есть ты можешь наверняка утверждать, что он умер?

— Конечно же, нет, — сказал Дженна Дасс. — Я ответил на твой вопрос — мне знакомо имя Ладору Эгго. А вот о подробностях его биографии я не осведомлен, уж извини. Могу в качестве утешения сообщить, что вот это зеркало сработал и зачаровал именно он.

— Неужели? — удивилась Вера.

— Я почти уверен. Разве что он успел воспитать учеников, которые переняли его характерный почерк в работе… Не знаю, право слово. Не интересовался ими.

— Интересно, как оно оказалось в том захолустье? — вслух подумала она, припомнив, каким образом зеркало сделалось собственностью Соль Вэры. Грубо говоря, она экспроприировала его для собственных нужд — разместила в нем дух погибшего Триана, — а протестовать прежний владелец не посмел. Скорее всего, он думал, что легко отделался: нрав дочери Правого полумесяца был известен по всей Империи и даже за ее пределами, и немного нашлось бы людей, желающих навлечь на себя ее гнев и заполучить проклятие.

— Люди часто не знают истинной ценности вещей, которыми обладают, а за годы и тем более века любой предмет может сменить десятки хозяев, и путь его будет непредсказуемо извилистым, — ответил Дженна Дасс. — Может быть, когда-нибудь я поведаю о том, как искал амулет Гарделара, мифического правителя древности, и убедился в этом на собственном примере.

— Нашел? — зачем-то спросила Вера.

— Нашел, разумеется. Оказалось — бесполезная безделушка, славная только своей историей. Это все вопросы? Ты начинаешь меня утомлять, Соль Вэра.

— Еще нет, уж потерпи… — Она собралась с мыслями и задала наконец так волнующий ее вопрос: — Доводилось ли тебе слышать о чудовищах, которые водятся в Зазеркалье? Обладающих собственным разумом и волей и способных воздействовать на людей в реальном мире?

— Ах, вот к чему были твои предварительные ласки… прости, расспросы! — негромко засмеялся он.

— Слышал или нет? — нахмурилась Вера.

— Конечно, — ответил Дженна Дасс. — Зазеркалье — неизведанное место, и, право, если бы мне не отрезали каналы связи, я попробовал бы исследовать его, хоть это и опасно: ты сама сказала о чудовищах. Людям они чаще всего не страшны, а вот дух вроде меня сильно рискует при встрече с ними.

— И кто же там обитает?

— У них нет имен, — сказал он. — И описаний тоже нет, поскольку их никто никогда не видел.

— Откуда тогда известно об их существовании?

— От зеркальных дел мастеров, конечно же.

— Так, может, лучше спросить у них? — сощурилась Вера.

— Спроси, — охотно ответил Дженна Дасс. — Они, несомненно, жаждут поделиться тайнами своего ремесла… Неприглядными тайнами.

— Намекни хотя бы, что ты имеешь в виду!

— Зачем? Я уже и так сказал более чем достаточно. И догадываюсь, зачем тебе понадобилось приходить ко мне.

— И зачем же?

— Я единственный свидетель давно минувших дней, — сказал он. — Возможно, найдутся и другие… вроде того парщивца-дракона, но их еще нужно отыскать, а я в полном твоем распоряжении. Разве что говорить ты меня не заставишь, если я не захочу отвечать…

— Неужто? Достаточно переселить тебя из зеркала в какое-нибудь органическое вместилище и применить к нему, — Вера выразительно хрустнула пальцами, — методы допроса первой степени, даже не магические. И сведения из тебя польются рекой!

— Конечно, только кто помешает мне соврать? Проверить не выйдет.

Вера признала, что раунд остался за Дженна Дассом, а он продолжил:

— Итак, я единственный, кто может рассказать хоть что-то о старинных временах. Судя по твоим вопросам о зазеркальных чудовищах, а также об убийствах, кто-то погиб, и смерть его непосредственно связана с зеркалами. Будь это кто-то посторонний, ты вряд ли бы заинтересовалась, даже услышав о происшествии. Случись такое с членами императорской семьи, этим занималась бы не ты. Следовательно, это затрагивает твоих близких. Вряд ли родных — тогда расследованием ведал бы твой отец или старшие братья. Отсюда вывод — дело касается хороших друзей или приятелей. Близких друзей и подруг у тебя нет. Ты приятельствуешь с шиарли и подземниками, но вряд ли они стали бы распространяться о подобных смертях своих соотечественников, не имея на руках прямых доказательств вины людей, хотя все возможно, конечно…

Вера с досадой подумала, что отец был прав: Дженна Дасс — стреляный зверь, с ним враз не сладишь.

— Инородцы могли попросить тебя быть посредницей, но в таком случае ты задавала бы вопросы иначе. Вряд ли тебя впустили бы ко мне, не проинструктировав как следует, — продолжал он. — Впрочем, я не отметаю этой вероятности. Однако у тебя есть кое-кто намного ближе этих чужаков — твои Гайя. Скорее всего, это коснулось кого-то из них или их родни. Я прав?

— Да, ты прав, — ответила она.

— Ну так скажи, что произошло. Мысли читать я не умею, — усмехнулся Дженна Дасс, и Вера кратко объяснила ему ситуацию.

Что толку скрывать? Пересказать кому-то он все равно не сможет, но вдруг расщедрится и даст подсказку?

— Вот, значит, как… — протянул он, дослушав. — Что ж, я примерно представляю, что случилось с родными твоего Гайя. Но если хочешь услышать что-то конкретное… — послышался смешок, — придется платить.

— Откуда мне знать, что ты попросту не придумаешь подробности? — резонно спросила Вера. — Проверить вряд ли выйдет, ты ведь сам сказал.

— Если тебя это не устраивает, тогда иди себе, Соль Вэра, а я вздремну. Ты в самом деле способна утомить кого угодно…

— И какой же платы ты хочешь?

— Но это же очевидно… — Вера не могла видеть Дженна Дасса, но была уверена, что он расплылся в широкой ухмылке. — Я желаю провести с тобой ночь!


Глава 17 | Злые зеркала | Глава 19







Loading...