home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 6

— По-моему, этот дождь ниспослан нам в качестве испытания, — сказал Керр на следующий день, выглянув в окно.

— За что? — поинтересовалась Вера.

— Мало ли… Высшие силы всегда найдут, к чему придраться. Может быть, мы неправильно питаемся…

— Слишком скудно, — вставил Ран, отвлекшись на мгновение от толстенной книги.

— Пожалуй, — согласился Керр, большой любитель поесть. — И однообразно.

— Мае только об этом не говори, она обидится.

Маей звали кухарку, служившую еще в первой школе Примирения: она единственная уцелела из троих слуг, превращенных Дженна Дассом в птиц.

Кто другой сбежал бы, едва придя в себя, но Мая осталась, сказав, что ученики привыкли к ее стряпне, да и сама она уже не мыслила себя на другом месте. Из совиных привычек у нее сохранилась разве что бессонница да любовь к зайчатине — кто-то научил ее ставить силки, а потому время от времени на столе появлялся знаменитый пирог.

— Я обобщаю! — сказал Керр. — Высшие силы, повторяю, найдут, за что наказать.

— За разврат, — подсказал Ран.

— Да ну вас, какой это разврат? — возмутилась Вера. — Едва успели разогреться, как вы осознали происходящее и принялись прятаться под подушками! Тоже мне, Гайя! Вдвоем одной женщины напугались…

— Зато какой! — воздел палец Керр и заухмылялся.

Очевидно, ему не давала покоя проигранная Лио двадцатка, но, с другой стороны, мысли о грядущем возмездии приводили в хорошее настроение.

— Болтай не болтай, а дождь от этого не закончится, — заключил Ран, встав и потянувшись. — Госпожа, в хрониках за интересующий нас период нет ничего, заслуживающего внимания. Либо это в них не отражено, что гораздо более вероятно.

— А что могло затронуть Мирайни, причем выставить его в дурном свете перед Императором, но в то же время не найти отражения в летописи? — живо спросила Вера.

— Скорее всего, какая-то серьезная интрига, которая не вскрылась благодаря участию Денна Риалы, — ответил Керр и потер подбородок. — Но о ней упоминаний тоже нет, так, Ран?

— Ни слова, — покачал тот головой. — Если мы ищем в нужном времени, то оно выдалось на удивление мирным. Император властвовал, как обычно, народ процветал, и даже связи с инородцами крепли. С ними, кстати, тоже не связано ни единого скандала.

— Хорошо, что проверил… — Вера подергала себя за длинную прядь. Забавно было смотреть, как она распрямляется, а потом вновь свивается кольцами. — В тот год вообще произошло хоть что-нибудь скверное?

— Да, — тут же ответил Ран. — Как раз на его изломе умер троюродный брат Императора, Айярей Лирра Наль.

— И ты говоришь, что год выдался исключительно мирным?! Да одного этого… Когда, как?!

— Госпожа, не думаю, что это имеет какое-то отношение к нашему делу.

— Я бы не была так уверена… Покажи, где об этом написано? — Вера впилась взглядом в убористые строки хроники. — Просто взял и умер? В его-то возрасте? Он же был немногим старше Императора, а тот жив и здравствует поныне!

— Император, да хранит его Великое Солнце, не злоупотребляет развлечениями и прилагающимися к ним удовольствиями, — заметил Ран.

— И другие его родственники тоже чувствуют себя превосходно, даже древняя многоюродная тетушка Ласса Лин, чьи внуки сами уже отрастили бороды, — не слушая, продолжила она. — Но тетушка нас не интересует, ее потомки тоже, а вот безвременно умерший Лирра Наль, сдается мне, то, что надо!

— Ну… — помолчав, произнес Керр, — вряд ли он мог не интересовать господина Мирайни, это во-первых…

— Еще бы, — ядовито произнесла Вера. — По долгу службы старика интересуют все родственники Императора, способные заявить права на престол, не забыл? И Лирра Наль был в первой дюжине, ручаюсь!

— Госпожа, но не хотите же вы сказать, что господин Мирайни сам причастен к этой смерти? — нахмурился он.

— Если бы это он убрал чересчур резвого претендента, — сказала она, — то уж постарался бы замести следы как следует. И не выглядел бы настолько подавленным… Жаль, нельзя его допросить! Уверена, старику известно много такого, что нам и не снилось…

— И лучше не надо, — хмыкнул Ран. — Не знаю, как другие, а я предпочитаю сны иного рода.

— Так или иначе, госпожа права: господин Мирайни может знать, что именно случилось с Лирра Налем, — вздохнул Керр, — и как твоя бабушка связана с этой историей. Только нам этого не выяснить.

— Ну, если на пути оказалась такая глыбища, которую никак не своротишь, придется рыть ход в обход, как наши приятели-подземники говорят, — усмехнулась Вера. — А насчет Денна Риалы… могу предположить: она стала свидетельницей чего-то такого…

— Тогда от нее бы просто избавились, — перебил Ран.

— Значит, участницей, — легко согласилась она. — Она была красива, так? Если ты на нее похож… Ну, могу представить себе такую женщину в расцвете молодости! На нее мог клюнуть даже кузен Императора — почему нет? Вряд ли он собирался взять ее в жены… Кстати, он был женат к тому времени?

— Да, госпожа. Две его дочери давно уже выросли и вышли замуж.

— Тем более.

— Думаете, это господин Мирайни склонил ее… к чему-то? А взамен на услугу оставил ей жизнь? — осторожно произнес Керр.

— Сложно угадать, — покачала головой Вера. — Будь Риала всего лишь его инструментом, что мешало избавиться от нее? Скажете, какие-нибудь чувства? У Мирайни, этого старого интригана? Ха!..

— В те годы он был еще не слишком стар.

— Но и далеко не молод. И уж точно мог просчитать все риски… Нет, я не верю, что он оставил бы в живых женщину, которая слишком много знала. И не так важно, служила она ему или стала случайной очевидицей некого события…

— Вы хотите сказать, господин Мирайни был чем-то обязан моей бабушке? — поинтересовался Ран.

— Иного объяснения придумать не могу. Ран, ты не первый год при дворе… и со мной в том числе. Ты знаешь придворные нравы. Так скажи: почему могут оставить человека в живых, если он, совершенно очевидно, обладает знанием, опасным для кого-то высокопоставленного?

— Он служит этому кому-то, — тут же ответил Гайя. — Я понимаю, к чему вы клоните. Бабушка к тому моменту уже могла быть Мири господина Мирайни, а от клятвы он ее не разрешил, чтобы она не смогла выдать этой тайны.

— А могла и не быть, — добавил Керр, — и клятву он с нее взял, потому что она увидела нечто… Ну, что-то, чего ей видеть не полагалось. Но почему не убил… Может, все-таки был влюблен?

— Не говори ерунды! Я скорее отца представлю беззаветно влюбленным в юную прелестницу, чем его!

— Тогда остается лишь первый вариант, но…

— Нет, — перебил Ран, — еще это могла быть благодарность за что-то. Бывают ведь такие деяния, за которые не знаешь, как наградить. В этом случае наградой могла стать жизнь — и клятва в придачу. Для надежности.

— Согласна, — вздохнула Вера. — Но правды нам не расскажут… И на что Мирайни с отцом рассчитывали, когда давали мне это поручение?

— Думаю, на то, что вы придумаете какую-нибудь непроверяемую версию, которая снимет все подозрения с Рана, не более того, — ответил Керр. — Вряд ли они мечтают о том, чтобы вы взаправду докопались до истины!

— Почему нет? — пожал плечами Ран. — Может, императорские дознаватели оказались бессильны? Если дело настолько… м-м-м… скользкое, они вряд ли располагают большей информацией, чем доверили нам, верно, госпожа?

— Подозреваю, они и десятой доли не знают. И это еще не думая о том, что им никак не могла присниться твоя бабушка.

— Вот именно. Но об этом и господин Гайяри не знал, не говоря уж о господине Мирайни, поэтому…

— Поэтому лучше приберечь это до поры до времени, — перебила Вера.

Она решила, что в здешних реалиях на пост следователя по особо важным делам нужно назначать кого-то из старой знати, не иначе. Обычные служивые, даже если дознаются правды, все равно не смогут пустить ее в ход. И хорошо, если виновник вообще будет наказан, а сыщик получит вознаграждение, а не отправится в небытие вместе со слишком опасной тайной! Вот только высокородные не стремятся заниматься подобным ремеслом. Разве что для собственного развлечения.

Служить при дворе — в Созвездии ли, в Хвосте Кометы — это одно. А вот копаться в изрядно протухших секретах (вероятно, принадлежащих близкой родне) с риском обнаружить нечто по-настоящему опасное для жизни, и не обязательно лишь своей, — совсем другое. Во всяком случае, слышать о подобных сотрудниках Вере не доводилось. Что, с другой стороны, не означало, будто их не существует. Можно ведь изображать обычного придворного, а на деле заниматься сыскной деятельностью!

Вдруг Ханна Соль так прозрачно намекал дочери, где могли пригодиться ее таланты? С него станется, пожалуй…

— Поискать дух Лирра Наля, что ли? — вслух подумала Вера. — Вдруг что подскажет?

— Поищите, — вздохнул Керр, — чем еще заняться в такую погоду?

— Тогда распорядись насчет обеда, а я займусь… Хоть какая-то польза от этого дождя — твори что угодно, никто и не заметит!

«Надо бы узнать, лил ли дождь в день смерти супругов Эдор, — сказала она себе. — Очень может быть. Он не прекращается который день, а пришел как раз с той стороны…»

Вера почти не удивилась, когда не смогла обнаружить даже следов Лирра Наля. Другие императорские родственники попадались, но этого — не было. И бабушки Рана не было, но… иначе. Она в свое время попала на дорогу предков (это-то Вера могла различить), но давно ушла прочь — остался лишь едва различимый след, тающий среди мириадов других следов. Хотела бы задержаться — осталась бы поблизости, но Риала, похоже, не медлила. Будь она сама и дорога материальными, лишь пыль бы из-под пяток взметнулась — только Риалу и видели!

«Что же она знала? Какую такую звезду погасила?» — подумала Вера, возвращаясь в реальность.

— Пусто? — спросил Ран, и она кивнула. — Госпожа, это уж точно неспроста.

— Точно. А если я еще узнаю, что Лирра Наль умер возле связного зеркала, то окончательно в этом уверюсь! Но чтобы выяснить подобное, придется спрашивать Мирайни или хотя бы отца… — Она с досадой стукнула кулаком по колену. — Но разве они ответят?!

— Можно поискать тех, кто служил в то время при нем, — заметил он. — В крайнем случае, узнать у его супруги или дочерей — уж они-то должны помнить, как умер их муж и отец!

— Вовсе не обязательно, Ран. Им могли сообщить, что он погиб на охоте, к примеру. Как думаешь, сколько таких случаев? Представь: человека в каком-нибудь грязном притоне закалывает кинжалом случайная девка ради десятка золотых. Или где-нибудь в Нижнем городе ему прилетает дубинкой по голове от любителей легкой поживы… Чем объяснять публике, почему безупречного во всех отношениях человека, примерного семьянина вдруг понесло в эту клоаку даже без охраны, проще заявить, что он разбил голову, неудачно упав с лошади. — Вера вздохнула.

— А на кинжал он сам упал? Раз пять? — съязвил Керр.

— Нет, выполнял тайное задание Императора, — ответила она, — так сообщают семье. А публике… ну, допустим, сердце внезапно отказало.

— И ведь ни капли лжи: действительно отказало… — усмехнулся он.

— В любом случае такие расспросы спустя много лет вызовут по меньшей мере недоумение, — добавила Вера. — Оставим это на крайний случай. Так или иначе, зеркальная связь для нас пока под запретом, а писать письма и ждать ответа слишком долго.

— Ну а посланники?

— Не по чину мне, Керр, отправлять посланника с таким вопросом вдове кузена Императора! Мы с ней даже знакомы-то… почти не знакомы, — поправилась она. — Не уверена, что узнаю ее, если столкнусь нос к носу.

— Госпожа, а вы напишите все-таки, — подумав, посоветовал Ран. — Чинно, обстоятельно, как полагается. Заодно узнаете, читает ли кто-то вашу и ее переписку.

— И как, по-твоему, я должна обосновать свой интерес к смерти Лирра Наля?

— Да он вам вовсе ни к чему, — ответил он. — Вы сейчас занимаетесь зеркальной магией вместе с шиарли. О том, что вы с госпожой Шеганаи, считай, подруги, многие знают, не так ли? Так вот, вас интересуют зеркала с необычными свойствами. До вас дошли слухи, будто у покойного Лирра Наля имелось подобное, и вам хотелось бы исследовать его, если вдова даст на то разрешение.

— Ишь ты, — с уважением произнес Керр, — я бы не додумался с черного хода зайти!

— А мне стыдно, что сама не сообразила, — вздохнула Вера. — Но что, если она ответит, будто слыхом не слыхивала ни о каком зеркале? Мы ведь не знаем, было ли оно замешано в смерти Лирра Наля!

— Тогда она так и ответит, — развел руками Ран. — Ну а вы сможете как-нибудь осторожно поинтересоваться, что же стряслось с ее супругом. Возможно, узнаете только официальную версию, но это все же лучше, чем ничего! Вдруг она вспомнит что-нибудь еще?

— Ты прав, — подумав, согласилась она. — Чем терять время понапрасну, лучше поискать зацепки даже в самых неожиданных направлениях… Если и вытащим пустышку, что ж! Отрицательный результат — тоже результат, не так ли?

Вера поманила к себе секретер со стоящей на нем письменной машинкой. Помнится, Дэр и прочие подземники, увидев это приспособление, долго недоумевали: как это им самим не пришло в голову такое простое и элегантное решение?

Признаться честно, Вера имела слишком смутное представление о том, как устроена печатная машинка из родного мира, чтобы воплотить механическое подобие. Но, к счастью, магия была в полном ее распоряжении, а потому она попыталась сотворить нечто вроде текст-процессора: клавиатура и экран (огненные письмена вспыхивали в воздухе), а еще какое-никакое запоминающее устройство-артефакт, только и всего. Пришлось повозиться, чтобы адаптировать привычную клавиатуру под здешний алфавит и особенности грамматики, но оно того стоило: не нужно больше было писать от руки или с переменным успехом зачаровывать ручку. Набирай текст (причем он будет словно написан твоим почерком, только образец введи), правь, да хоть рисуй, а потом переноси на бумагу (опыт с зеркальными копиями пригодился, принцип Вера использовала тот же самый). Вот и все!

Правда, в массы новинка пока не пошла: использовать ее могли только волшебники, да и с хранением информации пока возникали проблемы — больше сотни писем удержать не удавалось. Подземники, правда, клялись, что решат эту проблему — говорили что-то об использовании памяти то ли воды, то ли кристаллов. Вера пока не вникала. Сказала только, что можно попробовать использовать опыт шиарли с их шиа-тан, в которых может храниться множество воспоминаний владельца.

Зная упрямство подземников и фантазию шиарли по части ментальной магии, Вера была уверена — в ближайшем будущем письменная машинка эволюционирует во что-то наподобие привычного ей компьютера. Может быть, работать он станет по иному принципу, но общая суть никуда не денется!

С письмом к вдове Лирра Наля пришлось повозиться: задать вопрос так, чтобы не вызвать ненужных подозрений, не слишком просто. Пускай Соль Вэру в свое время отменно выучили сочинять хоть дипломатические ноты, хоть любовные послания в стихах, но, чтобы применить эти знания на практике, нужно было изрядно потрудиться.

— Вот так годится, — решила Вера после очередной правки. — Ран, держи-ка… Прочти вслух, так огрехи заметнее.

Тот последовал указанию, после чего произошел бурный спор о допустимости некоторых формулировок в частной переписке, уточнение, пишет ли Вера лично от себя или как ректор школы Примирения, еще один раунд правок… Наконец письмо было готово.

— Посмотрим, что нам ответят, если ответят вообще, — сказала Вера, тщательно заколдовывая конверт.

Если не пользоваться голубиной почтой и не отправлять весточку с гонцом, проще превратить письмо в ту же птицу и направить адресату. Главное, не забыть чары, отпугивающие хищников (ну да в дождь они не летают), отводящие глаза охотникам (те тоже сидят по домам, но ведь не надо всей Империей зарядили дожди!), еще кое-какие мелочи…

— Готово.

Вера сделала знак Керру, чтобы открыл окно, и выпустила небольшую, темного окраса птичку.

Здесь их называли заморянками. И вовсе не за слабость, как раз наоборот. Поговаривали, такие птицы могут, не останавливаясь, лететь неделями — как иначе они пересекут море? А они проделывают это каждый год, чтобы вывести потомство на далеких берегах и вернуться с ним домой! Над морем же, а тем паче над океаном, бури случаются — не чета нынешней. Бывали, конечно, годы, когда погибали огромные стаи, и несколько лет заморянок вовсе было не видать, но рано или поздно они появлялись снова…

— Ветер в крылья, — сказал птице вслед Ран, и та исчезла в пелене дождя. — Ну вот. Снова остается только ждать…

— Можем сыграть во что-нибудь, — предложил Керр. — Только не на деньги, а то вы жульничаете.

— Кто именно?

— Лио. Ну да его пока нет, и вы, госпожа, кому ж еще? Проиграть не обидно, а вот денег жалко. Я, может, на собственный замок коплю, да с такими играми мне пока только на замок и хватает!

— Знаешь что… — задумчиво произнесла Вера. Что верно, то верно, Соль Вэра не гнушалась использовать свои умения, чтобы выиграть. Сама она тоже (но исключительно потому, что здешних игр почти не знала, и такое неумение могло вызвать подозрения). — А не пойти ли вам обоим поразмяться?

— Сейчас госпожа добавит — «под дождем», — предрек Ран. — Чтобы охладились как следует.

— Именно! Простыть вам не грозит, вот и отправляйтесь…

Гайя безмолвно исчезли, и Вера смогла вернуться к раздумьям. Впрочем, о чем размышлять? Как ни верти известные факты, ничего нового не придумаешь! Можно, конечно, строить безумные гипотезы, но что толку? Так легко запутаться и потерять действительно дельную мысль.

«Нет уж, — решила она, — подождем хоть какой-то информации. Может быть, Арлис успеет найти что-то. Он архив знает как свои пять пальцев, а когда еще и дата известна, искать легче… А может, ответит вдова Лирра Наля. Вот ведь интересно — она не из старой знати, урожденная Тавин Аверра… Не припоминаю, чтобы родственники Императора брали в супруги кого-то со стороны… Может, она чья-то незаконнорожденная дочь? Можно и с этой стороны поискать! Наследство, к примеру, какие-то хитросплетения родословных…»

Вера потерла виски — этот жест давно стал у нее привычным — и записала свои идеи. Идеальная память — это хорошо, только вот если дух вышибут из тела и как следует припрячут, толку будет наследникам от той памяти?

«Может, и Лирра Наль слишком много знал? Потому и не выходит отыскать его дух… Что же получается: кто-то заметал следы? Но почему делал это настолько… не топорно, нет, но странно! Люди Императора так не работают, в этом я уверена, — подумала она. — Но чья в таком случае это была тайна? И какое отношение к ней имеет старик Мирайни? Вот бы допросить его с пристрастием… Мечтать не вредно!»

Мысли были прерваны самым неожиданным образом: Керр распахнул дверь, не озаботив себя стуком, и выпалил с порога:

— Госпожа, вам лучше спуститься во двор!

— Что такое? — поднялась Вера.

— Лио вернулся, — ответил он и вытер мокрое от дождя лицо.

— И почему не явился? Я же велела…

— Мы не рискнули трогать его с места, госпожа. Как рухнул с лошади, так и лежит. Ран его держит, но лучше бы вы поторопились!

«Час от часу не легче! — подумала она, вихрем вылетая за дверь. — С этим-то что приключилось?!»


Глава 5 | Злые зеркала | Глава 7







Loading...