home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



23 августа, 13:55

«Как глупо. Голова болит, внутри все пересохло. Очень хочется пить, но у нас осталось лишь полбутылки воды. Ее надо поберечь – когда мы еще найдем ручей?

Еды тоже почти нет – банка огурцов, которую нашли ребята в сарае Клима, и немного костей с ошметками мяса – то, что осталось от Ральфа. Есть очень хочется, но я никак не могу заставить себя проглотить хотя бы маленький кусочек.

Интересно, дойду ли я до такого состояния, когда мне будет абсолютно все равно, что есть? Явспомнила, как однажды смотрела с отцом жуткий фильм «Катастрофа». Смысл в том, что группа ребят-спортсменов летела на самолете через Альпы на соревнования. По дороге самолет потерпел крушение. Часть молодых людей выжила. Спортсмены жили в заснеженных горах, без тепла и еды семьдесят два дня! Когда у них закончилась еда, они ели своих друзей… Мне не хочется думать об этом, но мысль о том, что человек способен дойти до такого состояния, ужасает меня.

Солнце попирает нас обжигающей стопой; налившись краснотой, оно ослепляет, превращая каждую слезинку пота в кристаллик боли.

Тело все болит. Утром я обнаружила синяки на плечах, ногах, внутри все жжет. Я смутно помню, что ночью мы с Димой занимались любовью прямо на земле. Тогда мне было очень хорошо. Только в конце у меня снова возникло странное чувство, которое в последнее время все чаще и чаще посещает меня. И это очень пугает меня. Как будто внутри меня находится еще кто-то, и намерения у него явно не из лучших. Кто-то… Маленький и злобный. Который хочет причинить боль мне и Диме. Иногда он спит, и тогда я чувствую себя вполне сносно, но когда он просыпается…

Вчера ночью у меня было непреодолимое желание убить Диму.

Я люблю его, и в то же время мне хотелось видеть его мертвым. У меня было дикое желание во время секса перерезать ему горло и прильнуть губами к артерии, наслаждаясь горячей кровью. Это было… сродни сексу пауков – после совокупления самка обычно поедает своего суженого. После того как все закончилось, мне стало очень страшно. На некоторое время это существо внутри меня затихло, но оно вновь появилось сегодня, когда ребята стали драться. Если бы не Дима, я убила бы Виталия.

Утром я заметила, что на плече у Димы следы укусов от зубов. Чьих? Слабо догадаться?

Ха-ха!

А спина у него исполосована глубокими царапинами, а у меня под ногтями – запекшаяся кровь. Занятно, да?

После драки мы увидели вертолет. Возможно, он и искал нас. А если нет? Ведь он летел так высоко.

Дима отказался умыться оставшейся водой. Вит – тоже, хотя чувствовал он себя гораздо хуже. Удивительно, но они пожали друг другу руки! Может, эта драка была необходима для разрядки накопившихся страхов, злобы и безмерной усталости.

Очень скучаю по Диане. Что с ней, где она? Несмотря ни на что, я верю, что она разыщется.

Ира… Денис… Игорь…

До сих пор я не в состоянии поверить, что их нет с нами. Слезы отчаяния душат меня, когда я вспоминаю лица этих ребят. За что?! Чем они (и мы) провинились перед богом? Почему именно нас он выбрал в качестве подопытных кроликов?

Вит с Димой доели остатки мяса, и мы двинулись дальше. Дима, ни слова не говоря, взял мои вещи, Вит нес вещи Дианы. Сумку Игоря мы оставили.

Примерно через час мы наткнулись на дерево, которое было усеяно плодами, внешне очень похожими на абрикосы. Дима сказал, что это и есть разновидность абрикосов, но в здешних краях они называются жердели. Плоды были уже созревшими и сочными, и они на некоторое время утолили жажду. Воды в бутылке почти не осталось, и Дима предложил сделать привал.

Ни ручья, ни родника мы не нашли. Зато Вит подстрелил птичку. Маленькую такую, красивую, с желтой головкой и изящным клювиком. «Ешьте! – он бросил к моим ногам крохотное тельце. – В лесу мы видели зайца, – потом сказал он удрученно. – Я промахнулся».

Птичку есть мы не стали.

А заяц – это хорошо. Хорошо, что он остался жить. Но плохо, что мы голодные. Сколько мы уже прошли? Виталий сказал, что примерно километров двадцать. Двадцать прошли, двадцать осталось. Боже, как я устала!»


* * * | Дикий пляж | * * *